Главная / Библиотека / Полуброненосные фрегаты типа “Дмитрий Донской”. 1881-1905 гг. /
/ Приложения / Приложение № 4 Заграничные плавания крейсера “Владимир Мономах”

Глав: 17 | Статей: 21
Оглавление
Книга посвящена двум крейсерам русского флота: “Дмитрию Донскому” и “Владимиру Мономаху” — кораблям, в конце 19-начале 20-го веков прошедшим через все океаны и погибшим в мае 1905 г. в Японском море.

Строительство и ввод в состав российского флота полуброненосных фрегатов “Владимир Мономах” и “Дмитрий Донской” ознаменовало важный этап в российском судостроении — переход к созданию серии кораблей крейсерского назначения. Корабли эти были добротно построены на российских верфях, представляли самостоятельный отечественный конструктивный тип и получили славные имена известных в отечественной истории великих князей.

Приложение № 4 Заграничные плавания крейсера “Владимир Мономах”

Приложение № 4 Заграничные плавания крейсера “Владимир Мономах”

(Из рапортов командиров кораблей. РГА ВМФ Ф. 417. Главный Морской штаб)

Из рапортов командира фрегата “Владимир Мономах” капитана 1 ранга Дубасова

От 29 октября 1889 г.

24-го числа, в 3 ч 45 мин пополудни, окончив погрузку зарядов и снарядов, продолжавшуюся безостановочно днем и ночью, поднял якорь и, имея пары в 3-х котлах, направился в море. При выходе с рейда салютовал крепости. Фрегату предстояло до ухода по назначению определить скорость хода на мерной миле, а потому, рассчитывая с вечера 23-го числа закончить все работы на следующий день до полудня, я к 23 ч дня 24-го числа приказал иметь готовые пары во всех 6-ти котлах, с тем чтобы снявшись с якоря идти на мерную милю, но, когда стало видно, что работы с порохом не могут быть окончены ранее 2–3 ч пополудни, то испытание скорости хода пришлось отложить до следующего дня, и пар в трех котлах был прекращен.

25-го числа, в 7 ч 45 мин утра, имея пары во всех 6-ти котлах, снялся с якоря и пошел на мерную милю для испытания скорости хода и определения девиации компасов. К этой последней работе, как и в самой установке компасов, возможно было приступить лишь по окончании работ со шлюпбалками, по подъеме минных катеров и укладке на место минных сетей, почему заведующий компасной обсерваторией штабс- капитан Шубин тотчас же и приступил к делу 23-го числа, закончив в этот день установку боевого компаса на переднем мостике. 24-го числа, пользуясь обстоятельствами, определена была непосредственно девиация главного компаса на некоторые румбы, а 25-го числа — уничтожена девиация боевого компаса и определена девиация всех судовых компасов с помощью дефлектора. На переходе в Ревель оставалось, пользуясь обстоятельствами, проверить девиацию на некоторые румбы непосредственными наблюдениями, что и было выполнено; а по приходе на Ревельский рейд доуничтожена девиация компаса на переднем мостике.

Для испытания полного хода фрегата сделано на мерной миле четыре пробега. Тотчас же по определении скорости хода сделан был ряд наблюдений для определения поворотливости фрегата по створам на мерной миле.

В 2 ч 10 мин дня, окончив испытания, взял курс на Ревель и пошел полным ходом, имея пары во всех котлах с тем, чтобы успеть засветло выйти за Лавенсарские банки. В 6 ч, определившись по маяку Нарва, прекратил пары в 3-х котлах и, продолжая плавание при пасмурной погоде и ветре от SW 3–4, с незначительным волнением, к 6 ч 45 мин утра 26-го числа вошел на Ревельский рейд, где стал на якорь, продолжая поддерживать пары. К 9 ч утра работы с компасами были окончены, и штабс-капитан Шубин, взяв с собой донесение, съехал на берег на судовом вельботе. По возвращении шлюпки фрегат в 10 ч утра снялся с якоря и пошел по назначению в Киль.

Погода в 8 ч утра 26-го числа совершенно прояснела, ровный SW, силою от 1 до 2 баллов, и ясная погода сопровождали фрегат до утра 27-го числа, а с 4 ч утра этого дня барометр быстро пошел вниз и опустился в течение 4 ч на 0,2, а потом с такой же быстротой стал подниматься, причем ветер, перейдя в NW, начал крепчать и разводить довольно значительное волнение. Находясь в это время у юго-восточной оконечности о-ва Эланда, в 10-м ч утра спустил брам-стеньги на палубу и обрасопил реи по ветру.

С захода солнца и всю ночь ветер дул с силой до 8 баллов, а горизонт по временам застилало пасмурностью. Тем не менее фрегат, имея ходу от 10 до 12 узл. при 45-фунт, пару и 58 оборотах машин, следовал по курсу, испытывая весьма незначительную качку и только изредка сбивая верхушки волн, которые обрызгивали палубу.

В 7 час. утра 28-го числа, имея курс на SW 57,5°, усмотрели в свое время и в ожидаемом направлении огонь маяка "Аркона", расположенный на о-ве Рюген. С восходом солнца погода несколько прояснела, а ветер, постепенно ослабевая в течение всего дня, к вечеру стих до 2–3 баллов В 6 ч 5 мин пополудни к входу в Кильскую бухту взял курс на маяк Bulk, а в 6 ч 15 мин стал на якорь у Фридрихсорта. В 7 ч 30 мин вечера застопорил машины и отдал якорь. В 9 ч 45 мин утра 29-го числа поднял якорь и под проводкой лоцмана, при совершенно пасмурной погоде и дожде, вошел на Кильский рейд, где был встречен самим капитаном над портом, любезно указавшим место фрегату. В 10 ч встал на бочку рядом с корветом "Баден", имевшим флаг командующего станцией виие-адмирала Кнорра, и тотчас же салютовал наиии и адмиральскому флагу, на что немедленно получил ответ равным числом выстрелов. На рейде, кроме корвета "Бадена" застал ошвартованным за палами корвет "Блюхер", служащий блокшивом для минного офицерского класса и для минной школы.

Здоровье команды и офицеров совершенно удовлетворительно. В переходе занимал команду поверкой расписаний.



“Владимир Мономах" во Владивостоке. Середина 1880-х гг.

От 11 ноября 1889 г.

Пять дней стоянки в Киле посвящены были пополнению запасов угля, машинных материалов, свежей провизии и воды.

Во время пребывания фрегата в Киле нам оказываемо было самое предупредительное внимание со стороны как портовых властей, так и офицеров местного гарнизона. После обмена официальными визитами, как я, так и офицеры получили многие приглашения, из которых не все могли быть приняты по кратковременности стоянки в порту; там же, где мы успели быть, нам оказано было особое радушное гостеприимство и любезность. На просьбу мою о разрешении осмотреть адмиралтейство и портовые учреждения тотчас же получено было согласие, испрошенное командующим станцией из Морского министерства в Берлине, и благодаря этому, все свободные от службы офицеры имели случай осмотреть находящиеся в доках и гаванях суда, сами доки и мастерские, и таким образом ознакомиться как с материальными средствами порта, так и с тем образцовым порядком и совершенно целесообразной организацией, которые отличают все сделанное Германией для своего молодого военного флота.

3 ноября, имея пары в 3 котлах, несмотря на стоящий с утра туман, в 10 ч 30 мин утра отдал цепь с бочки и под проводкой местного лоцмана пошел к выходу из Кильской бухты, но в 45 мин 11 — го часа должен был за совершенной густотой тумана остановить машину и встать на якорь у входного маяка Bulek, где простоял до утра следующего дня. В 9 ч утра, 4-го числа, несмотря на довольно густой туман, снялся с якоря и под проводкой лоцмана, выписанного из Нюборга для проводки фрегата Бельтом и Категатом, пошел малым ходом ко входу в Бельт. Определяясь по лоту, около полудня открылся берег о- ва Лангеланд и, выйдя в Большой Бельт, продолжал плавание до наступления темноты, а затем стал на якорь у маяка Транеккер. За ночь погода прояснела, а потом, снявшись с якоря утром 5-го числа, продолжал плавание Бельтом и Категатом.

Продолжая плавание и определяясь по маякам, в 3 ч 35 мин ночи 8-го числа вошел в Английский канал. В 5 ч 15 мин утра, миновав траверз Аонженесского маяка, вошел в Атлантический океан, где при маловетрии нашел горизонт прикрытым пасмурностью и туманом, почему взял курс в Портлэнд, считая более выгодным и удобным простоять там ночь на якоре, вместо того чтобы держаться до рассвета следующего дня у входа в Плимут. После полудня при несколько рассеивавшемся тумане увидел берег, а потому снова изменил курс на Плимут и, определяясь по маякам, в 9 ч 40 мин подошел ко входу на рейд и стал фалшфеером вызывать лоцмана. В 9 ч приняв лоцмана, вошел под его проводкой на Плимутский рейд, где стал на якорь за молом в 10 час. вечера 8 ноября, сделав переход от Киля в 4 суток 19 ч 30 мин и пройдя по курсу 111,5 мили со средней скоростью за весь переход 12,14 узл., а от Скагена до Плимута — со скоростью 1 2,75 узл. На рейде, как оказалось на другой день с рассветом, застал один бразильский деревянный корвет Туанабара", плавающий с учебной целью.

В 9 ч утра 9-го числа, с подъемом флага на английских судах, салютовал по уставу наиии и адмиральскому флагу, на каковой салют получил с местной батареи и адмиральского корабля ответы равным числом выстрелов. Прибывший с бразильского корвета с поздравлениями офицер сообщил, что по официально полученным его командиром известиям из Бразилии, там совершился государственный переворот, в силу которого императорское правительство уступило место республиканскому, и что поэтому корвет находится в ожидании дальнейших распоряжений относительно своего назначения.

Предполагаю простоять в Плимуте время, необходимое для погрузки полного запаса угля и исполнения некоторых мелких работ по механизмам фрегата, и следовать согласно инструкции в Шербург, куда рассчитываю выйти в коние будущей недели. Фрегат вышел из Кронштадта как я доносил в предыдущем моем рапорте, с углубленной кормой 27 ф 4,5 дм и носом 20 ф 8 дм и, следовательно, имел дифферент 6 ф 8,5 дм, при этом запас угля в угольных ямах доходил всего до 600 т. Имея в виду, что при переходе Немецким морем могут представиться обстоятельства, благоприятные для испытания качества фрегата, я решил изменить его углубление и посадку, опорожнив к приходу в Киль ближайшие к корме 8 и 9 угольные ямы, общей вместимостью 240 т, и таким образом, имея ко дню выхода из Киля всего 560 т угля, т. е. на 40 тонн меньше, чем на предыдущем переходе, достиг углубления носом 20 ф 10 дм и кормой 26 ф 8 дм, т. е. уменьшил дифферент на 10,5 дм, а среднее углубление на 3,25 дюйма.

Обстоятельства, сопровождавшие это плавание, не дали возможности вывести какое-либо заключение о влиянии сказанного изменения дифферента, и для всестороннего разъяснения этого вопроса сделанный опыт придется повторить еше много раз; тем не менее, насколько я мог заметить пока, при слишком большом дифференте, какой фрегат имел на первом переходе, высокая волна, образующаяся перед носом, была значительно менее, и фрегат легче всплывал носом на волну, брал на палубу меньше воды, нежели при уменьшенном дифференте.

От 19 ноября 1889 г.

Время стоянки в Плимуте, с 9-го по 18-е число, употреблено было на погрузку полного запаса угля, на закупку для команды консервов для перехода Индийским океаном и тропиками, приобретения некоторого запаса сухарей и прочего. Офицеры фрегата, с разрешения командующего портом адмирала Аоуэля, успели осмотреть в две смены все портовые учреждения, доки и некоторые из стоящих в гавани судов, а команда была два раза уволена на берег, каждый раз в составе одного отделения. Со стороны местных властей фрегат во время стоянки пользовался самым неподдельным вниманием, гостеприимством и любезностью. Тотчас после обмена официальных визитов я и офицеры получили приглашения не только от морских, но и от сухопутных представителей местного гарнизона; команда же, в первый раз по съезде с фрегата, задержанная на берегу, вследствие быстро задувшего шторма, прекратившего всякое движение на рейде, была с чрезвычайной заботливостью помешена в ближайшие казармы сухопутного полка, где нижним чинам и бывшим при них офицерам оказано было всевозможное гостеприимство.

Связанный некоторыми приглашениями, от которых я не считал удобным отказаться, я лишь вечером 14-го числа мог выехать в Лондон. По приезде туда 15-го я узнал, что в этот день ожидалось прибытие из заграницы герцога и герцогини Эдинбургских, а потому, приняв вместе с членами нашей миссии участие во встрече их высочеств, я имел счастье быть им представленным.

18 октября фрегат, закончив все расчеты с берегом, в 4 ч пополудни поднял якорь и, имея пары в 3-х котлах, направился к выходу в море. Решив войти в Шербург на другой день при полном рассвете, т. е. около 8 ч утра, чтобы иметь случай ознакомить офицеров с подступами к рейду, и имея впереди всего 120 миль плавания, я дал машинам 40 оборотов и со скоростью 6–7 узлов утром 19-го числа подошел ко входу на Шербургский рейд. Приняв лоцмана, под проводкой его вошел за мол, и в 9 ч 15 мин, став на указанную мне бочку, тотчас же салютовал наиии и контр-адмиральскому флагу начальника северного отряда судов адмирала Boissoudy, поднятому на броненосце "Сюфрен". Кроме упомянутого броненосца, на рейде застал минный крейсер "Epervier", принадлежащий к тому же отряду; остальные два судна этого отряда — броненосцы "Морено" и "Океан", имея некоторые исправления, находились в бассейне порта.

От 28 ноября 1889 г.

Стоянкой в Шербурге, с 19 по 24 ноября, я воспользовался, чтобы дать возможность второй половине команды побывать на берегу, а офицерам подробно ознакомиться с портовыми учреждениями, арсеналом и стоящими на рейде и внутренних бассейнах судами. Разрешение на означенный осмотр, испрошенный мною у морского перфекта Шербурского порта вице- адмирала Леспеса, было получено из морского министерства в Париже, и в течение двух дней, избранных мною для посешения порта, в наше распоряжение назначен был морской офицер и паровые средства для передвижения в бассейнах.

24-го числа в 5 ч 15 мин пополудни, окончив расчеты с берегом; отдал иепь мертвого якоря и под проводкой лоцмана пошел к выходу в море, имея пары в 4-х котлах. В 6 ч выйдя за мол и спустив лоцмана, увеличил ход до полного и взял курс на середину канала.

25-го числа, в 7 ч 40 мин утра, дали правой машине ход вперед, и следуя по курсу, в полдень вышли в Атлантический океан, где встретили довольно значительную зыбь от NW. На переходе Бискайской бухтой фрегат, сопровождаемый облачной погодой и маловетрием при зыби, имел довольно значительную качку, причем наибольшие розмахи доходили до 20° влево и 16° вправо и число колебаний до 10,5 в минуту. С уменьшением широты температура стала заметно повышаться, и в полдень, 26-го числа, термометр показывал уже +10° R.

28-го числа в 8 ч утра отдал якорь на Кадикском рейде. На рейде застал испанскую учебную эскадру, под контр-адмиральским флагом, состоящую из флагманского деревянного фрегата "Генуя", деревянного крейсера корветского типа "Навара" и двух железных авизо современной постройки (1887 г.) "Cristabal Colon" и "Usla de Luzon". Новый испанский броненосец "Pelayo", принадлежащий к этой же эскадре, незадолго до нашего прихода ушел в Картагену. Став на якорь, произвел установленные салюты, на которые получил ответы равным числом выстрелов.

Преобладающие с самого выхода фрегата из Кронштадта, сырые и холодные погоды, хотя и не оказывали до сих пор заметного влияния на здоровье команды, но подготовили известную восприимчивость к простудным заболеваниям, появление которых могло последовать при первом влиянии неблагоприятных для здоровья обстоятельств. С наступлением ясной и сравнительно весьма теплой погоды, которая сопровождает фрегат с 26-го числа и продолжается в Кадиксе, появление новых заболеваний почти прекратилось, а находившиеся на излечении быстро поправляются.

В рапорте моем из Плимута я упустил донести, что во время стоянки там фрегата, совместно с бразильским корветом "Гуанабара", за день до ухода этого последнего в море, 14 ноября с него прислан был офицер заявить, что по распоряжению их правительства они подняли новый национальный флаг, отличающийся от старого отсутствием императорской короны над государственным гербом, расположенным в средине желтого крыжа флага.

От 11 декабря 1889 г.

По приходе в Кадикс 29 ноября я предполагал, пополнив израсходованный запас угля, следовать затем, согласно инструкции, прямо на Мальту, но оказалось, что весь имеемый в Кадикском порту уголь отпускается на суда не иначе, как через посредство одного комиссионера — итальянского вице-консула, пользующегося этим, чтобы брать за поставку невозможно высокую иену. За кардиф не лучшего качества он назначил 36 шилл. за тонну, и когда мне удалось после этого найти у одного поставщика остаток угля в 100 тонн, по иене 33 шилл., то означенный комиссионер объявил, что если у него не возьмут всего нужного для фрегата количества (400 тонн), то он вовсе отказывается от поставки. Ввиду таких обстоятельств я предпочел вовсе не принимать угля в Кадиксе и, обменявшись телеграммами с нашими консулами в Гибралтаре и Мальте и узнав, что иены на уголь в этих портах: в первом 25,5 шилл. и во втором 25 шилл. за тонну, решил идти в Гибралтар, чтобы взять там угля на переход в Мальту и в этом последнем порту пополнить весь издержанный запас.

Окончив расчеты с берегом к вечеру 3 декабря, на другой день, 4-го, в 7 ч утра, снялся с Кадикского рейда и пошел в Гибралтар. На переходе имел ясную и теплую погоду, но подходя к проливу, встретил прежний противный SO, силой в 6 баллов, который по входе в Гибралтарский залив стал дуть сильными порывистыми шквалами, врываюшимися из-за гор, ограждающих рейд с восточной стороны.

В 3 ч 30 мин пополудни, войдя на рейд и приняв лоцмана, пошел по его указанию на место, которое признается более удобным, по свидетельству лоции, и здесь на глубине 16 саж. отдал левый якорь и салютовал нации, на что получил ответ равным числом выстрелов. На рейде застал броненосец "Султан", который ушел в море раньше, чем я успел стать на якорь, и "Тамерер" стоял ошвартованным у мола, ограждающего военное адмиралтейство. Кроме того, у этого же мола находилась канонерская лодка 2-го класса.

С самого прихода в Гибралтар 4 декабря и до утра 7-го числа на рейде дул порывами свежий SO, достигавший во время шквалов силы 7 и 8 баллов, а зыбь с моря делала стоянку на рейде довольно беспокойной и погрузку угля весьма неудобной. Благодаря таким обстоятельствам погоды, эта погрузка затянулась до полудня 7-го числа.

Закончив расчеты с берегом еше к 4 ч дня и имея пары в трех котлах, тотчас же по уборке правого якоря на место, поднял левый якорь, на котором стоял, и в 10 ч 20 мин дал ход обеим машинам и пошел к выходу в море. Решив для сравнительных выводов сделать предстоящий переход под тремя котлами, я, для приведения среднего углубления к тому, какое фрегат имел на переходе из Шербурга в Кадикс, перед выходом в море наполнил водою средние и кормовые междудонные отделения, и таким образом достиг углубления носом 20 ф 0 дм и кормой 26 ф 7 дм, т. е. среднего 23 ф 3,5 дм, которое отличалось от вышесказанного лишь на 3,5 дм.

Переход из Гибралтара на Мальту сопровождался благоприятной погодой и попутным ветром, позволяющим иногда по силе своей ставить в помощь машине паруса. Располагая курсами, согласно указаниям лоции, к утру 11 декабря подошел на вид о-ва Мальты, а в 1 ч 40 мин дня, войдя в гавань Ла- Валетты, стал на указанную банку и тотчас же салютовал наиии и флагу командующего эскадрой в Средиземном море вице-адмирала Antony Hopkins'a, на каковые получил ответ равным числом выстрелов. В гаванях Ла-Валетты застал почти все суда, плавающие в водах Средиземного моря, собравшиеся сюда на рождественские праздники.



“Владимир Мономах” в 1890-е гг

От 23 декабря 1889 г.

16 декабря в 7 ч утра, имея готовые пары в трех котлах, отдал цепь с бочки и вышел из гавани Ла-Валетта в море. Весь день 16-го имел тихую погоду, но довольно значительную боковую зыбь, улегшуюся лишь по входе в самую узкость Мессинского пролива. В 10 ч 25 мин вечера, обогнув маяк на мысе Пелоро, вышел из означенного пролива и взял курс на Неаполь, а около одного часа дня 17-го вошел в Неаполитанский залив и, приняв лоцмана, пошел на назначенное фрегату место в военном порту, где отдав оба якоря, тотчас же салютовал нации и вице-адмиральскому флагу командующего станцией, а затем ошвартовался кормой к молу и прекратил пары. В порту застал под флагом виие-адмирала Сен-Бона. На салют получил ответ равным числом выстрелов с флагманского авизо "Ведетта".

21 декабря в 8 ч 15 мин вечера, имея готовые пары в трех котлах, отдал кормовые швартовы и стал поднимать якорь, а в 9 ч дал ход обеим машинам и, выйдя из Неапольской гавани, взял курс к югу для следования в Пирей. В море встретил свежий SO, дувший шквалами, по временам с дождем и силой до 7 баллов. Следуя соответствующими курсами и сопровождаемый сказанными обстоятельствами погоды, на другой день в 3 ч 30 мин дня подошел ко входу в Мессинский пролив, где, пользуясь временным затишьем и отсутствием волнения, спустил на палубу брам-реи и брам-стеньги. В Мессинском проливе встретил крупное противное волнение с сильной толчеей, а с заходом солнца горизонт совершенно закрылся пасмурностью: ход фрегата при таких обстоятельствах и при том же противном ветре силой в 7 баллов, уменьшился до 8,5 узлов. К вечеру горизонт стал несколько яснее, так что в 8 ч был совершенно ясно усмотрен на м. Спартивенто маяк. К вечеру этого дня ветер значительно стих и ход фрегата увеличился до 10,5 узлов. В 5 ч утра 23-го числа открылся маяк на м. Матапан, а в 20 мин 9-го часа вошел в Архипелаг, где встретил довольно холодную и ясную погоду.

К 5 ч 30 мин вечера этого дня, пройдя вид маяка Фемистокл, уменьшил ход и фалшвеерами стал вызывать лоимана, прибывшего на фрегат в начале 7-го часа, а в 6 ч 40 мин войдя в гавань Пирея отдал оба якоря, ошвартовавшись кормой к южной стенке означенной гавани, в которой застал лодку "Черноморец", французский авизо, королевскую греческую яхту "Amphitrida", и кроме того, отряд греческих судов, состоящих из канонерок: "Alpheos" "Eurotas", "Peneus" и "Acheloos". Остальные суда греческого флота находятся в Саламинской бухте, близ главного адмиралтейства в Поросе.

Здоровье команды и офицеров приняло нормальное течение, так как простудные заболевания прежнего характера вовсе прекратились.

От 22 марта 1890 г.

Осведомившись, что день отправления ее величества греческой королевы в Россию назначен окончательно на 15 марта, я 12-го числа к 6 ч вечера перешел из Пороса в Пирей и на другой же день с утра приступил к погрузке угля и пополнению некоторых необходимых запасов, предполагая, как я имел честь доносить телеграммой от 12 марта, проводить ее величество до Дарданелл и затем продолжать плавание по Архипелагу и далее, согласно представленному в Главный Морской штаб маршруту. По приходе в Пирей на рейде застал лодку "Черноморец" и греческий военный транспорт "Sfacteria", а затем к ночи того же дня из Саламина прибыл греческий крейсер "Menul".

К вечеру 1 3-го числа погрузка угля на фрегате была окончена, и на следующий день команда, разбитая на несколько смен, успела вся вымыться в бане, которую не без затруднений приходится нанимать в самом Пирее у одного частного предпринимателя. Казенная русская баня, находящаяся в так называемой русской бухте пришла ныне в полное разрушение, и через это команды русских судов, как ежегодно переходящих через Пирей, так и находящихся там на станции, лишены большого удобства, которым они так широко пользовались в прежнее время.

Для перехода ее величества королевы из Пирея до Одессы предназначен был греческий военный транспорт "Sfacteria", в 1885 г. купленный в Англии, но затем временно уступленный одной частной компанией для пассажирской службы. В последнее время этот транспорт был снова возвращен правительству и находился разоруженным в Саламинском адмиралтействе. При водоизмещении в 1000 тонн, "Sfacteria", построенный из стали и имеющий машину в 1 700 индикат. сил, свободно развивает полную скорость хода в 14,5 узлов.

15 марта их величества король и королева, должны были выехать из Афин с поездом, прибывающим в Пирей в 6 ч 30 мин вечера, а потому к означенному времени фрегат имел пары во всех 6 котлах и, ошвартовавшись у стенки, находился в полной готовности сняться с якоря и следовать по назначению. На предстоящее плавание я смотрел как на благоприятный случай сделать испытание как наибольшей скорости фрегата, так и степени подготовленности машинной команды в настоящих практических условиях. Приехав на "Sfacteria" ко времени прибытия туда королевской семьи и удостоившись чести откланяться их величествам, я тотчас же снялся с якоря и вышел за маяк Фемистокл. Следом за мной, по съезде на берег его величества короля, снялся с якоря и "Sfacteria".

В 7 ч 12 мин 15 марта, когда вышли на простор и фрегат занял место против правой кормовой раковины транспорта, в расстоянии от него 3 каб., машинам был дан полный ход.

В рапорте моем в главный морской штаб от 25 февраля я доносил, что, предполагая выйти в плавание по Архипелагу 18 марта, я имел в виду на пятой неделе поста дать команде и офицерам фрегата посменно отговеть и причаститься. Намерение это, вследствие выхода из Пирея ее величества королевы тремя днями ранее предположенного времени, пришлось отложить и всю первую часть маршрута изменить таким образом, чтобы дать удобно отговеть на 6 неделе. Принимая это во внимание, я решил от входа в Дарданеллы следовать на о-в Хиос, где за трехдневную стоянку дать отговеть одной вахте, а потом перейти на Милос, где точно так же дать исполнить этот обряд второй половине команды.

Весь переход фрегат держался правой раковины парохода "Sfacteria" и 16 марта в 11 ч утра, находясь у самого входа в Дарданеллы, фрегат, с поднятым на брам-стеньгах сигналом, выражавшим пожелание счастливого плавания, прошел вдоль левого борта "Sfacteria" и, удостоившись при этом милостивого прощального привета ее величества, повернул обратно в Архипелаг. Пользуясь почти совершенно спокойным состоянием моря и находясь в такой близости от Безикской бухты, я решил употребить это время на выполнение вертикального согласования орудий с индикатором и кренометром — работу, для которой необходимо было иметь открытый горизонт и которая не могла быть выполнена за время стоянки в Пирее, а потому, ставя пары лишь на половинном числе котлов, дал машинам малый ход и отошел на простор. В 2 ч 40 мин окончив сказанную работу для орудий левого борта, дал машинам полный ход и, взяв курс на Безикскую бухту, в 6 ч вечера стал там на якорь.

17 марта, в 11 ч утра, снялся с якоря для следования на о-в Лемнос и в тот же день, в 4 ч 45 мин дня, обойдя сказанный остров с северной стороны, стал на якорь на рейде главного города и порта Кастро, расположенного в глубине небольшой и малозащищенной бухты, вдающейся в западный берег острова. Удостоверившись, что на салют мой будет отвечать батарея, расположенная в замке старинной крепости, я произвел национальный салют по уставу и тотчас же получил ответ равным числом выстрелов.

Утром 18-го числа, обменявшись визитом с губернатором острова и собрав на берегу все намеченные по программе сведения, я в 1 ч 30 мин пополудни снялся с якоря и, обогнув остров с юго-западной стороны, в 4 ч дня стал на якорь в бухте Мудрое. В 9 ч вечера 18 марта снялся с якоря из Мудроса и пошел на о-в Хиос, в 7 часу утра 19-го числа подошел ко входу в Хиосский пролив и отдал якорь на рейде Кастро, главного города острова. Время стоянки в Хиосе посвятил обозрению острова со свободными от церковных служб офицерами 2-ой вахты; вся же 1 — ая вахта, со своими офицерами, до середины 21-го числа успела отговеть, а в среду, за обедней, причаститься.

21-го числа в 3 ч пополудни снялся с якоря с Хиосского рейда и пошел к малоазиатскому берегу, в находящееся в 7 милях от Кастро турецкое местечко Чесме (Чесма), с коим связаны столь дорогие и славные для флота воспоминания. В 4 ч 45 мин пополудни фрегат бросил якорь в глубине Чесменской бухты — и с мостиков и палубы офицерам и команде представилась возможность окинуть взглядом и запечатлеть в своей памяти всю ту местность, в пределах которой 1 20 лет тому назад совершилось столь великое общее дело и оказано было столько отдельных славных подвигов.

На другой день, 22 марта, в 6 ч утра снялся с якоря и пошел на о-в Милос, куда прибыл в тот же день в 7 ч вечера, и стал на якорь в превосходной со всех сторон якорной бухте. Все переходы от Дарданелл до о-ва Милос сделал под тремя котлами. С 17-го числа фрегат все время сопровождали свежие северные ветры, с ясными погодами.

Здоровье офицеров и команды вполне удовлетворительно.

25-го числа полагаю, выйдя отсюда, следовать прямо в Яффу.

От 14 ноября 1890 г.

В Порт-Саиде фрегату предстояло принять морскую провизию и судовые запасы, заказанные там, с расчетом получить (перед дальним плаванием на Восток) те продукты и материалы, которые по более выгодным иенам и лучшего качества можно было пробрести с места производства; так, парусина и тросы, нужные для замены выслужившего свой срок такелажа и в запас на 6 месяцев, были выписаны из Одессы, оттуда же выписаны провизионные продукты: соленое мясо, квашенная капуста, коровье масло, сахар, мыло и пр. В тот же день по прибытии, 10 ноября, приступил к приемке всех означенных запасов и временной укладке их таким образом, чтобы возможно менее загружать корму фрегата.

11 — го числа в 11 ч утра в Порт-Саид прибыла и ошвартовалась у набережной германская эскадра под флагом контр- адмирала Шредера, состоящая из казематированных броненосцев: "Кайзер" (флаг адмирала), "Дейчланд" "Фридрих Карл" и башенного — "Пройсен". Эскадра плавает в Средиземном море с воспитанниками морского училища и зашла в Порт-Саид на пути из Александрии в Смирну. В тот же день с моря пришел английский минный крейсер 3 класса "Скаут", под командованием принца Луи Баттенбергского, следующий в порт Суаким. Явившись к германскому адмиралу и получив его ответный визит, обменялись затем визитами со всеми командирами вышеназванных судов, прибывшими на фрегат тотчас же вслед за адмиралом.

К вечеру 12-го числа фрегат был в полной готовности следовать каналом. Для достижения возможно меньшего углубления кормой, приняты были следующие меры: оставшийся от перехода уголь, общим количеством до 200 тонн, находился в четырех передних угольных ямах, пятый и шестой (задние) котлы были опорожнены от воды, а носовые междудонные отсеки обшей вместимостью 222 тонн заполнены водой. При всех указанных условиях, фрегат углубился носом 20 ф 9 дм, а кормой 25 ф 3,5 дм.

Не имея никакого опыта относительно условий следования каналом, я, во избежание каких бы то ни было случайностей, решил так же, как и фрегат "Память Азова", взять два буксирных парохода; но впоследствии мне пришлось убедиться, что один из этих пароходов, — по правилам канала, следует позади судна, — совершенно бесполезен, а в другом встречается надобность лишь в немногих, самых узких частях канала, где, во избежание возможностей задеть винтами грунт, приходится стопорить свои машины и где при этом трудно было бы управляться без буксирного парохода. На всем протяжении небольшой части канала, имеющей ширину достаточную для того, чтобы без всякого риска работать своими винтами, буксирный пароход только затрудняет управление судном. Несмотря на это, в силу только что указанной необходимости в услугах буксирного парохода при переходах узкостями отказываться от него вовсе невозможно, и при настоящих условиях плавания по каналу фрегат не без риска мог бы следовать по нему вполне самостоятельно.

К вечеру 12 ноября все приготовления и формальности относительно входа в канал были закончены, а 13-го числа, в 7 ч утра, имея готовые пары в 3 котлах и подав буксир на пароход "Robuste", отдал швартовы и, дав ход обеим машинам, под проводкой лоцмана направился каналом в Суэц. В 4 ч 20 мин пополудни, идя самым малым ходом и подходя к знаку, указывающему расстояние от Порт-Саида 34,8 мили, коснулся, не выходя за баканы, всем правым бортом отмели канала, причем тотчас же были застопорены машины, но фрегат, несколько приостановленный этим в своем движении, через несколько секунд снова пошел вперед под влиянием инерции и буксира. По объяснении лоцмана, в этом месте канал имеет наименьшее углубление и ширину и в настоящее время здесь производится расчистка пути от весьма быстро образующихся заносов.

Высокоторжественный праздник дня рождения ее императорского величества Государыни императрицы праздновали по уставу. К 4 час. пополудни подошел к ошвартованному у набережной канала в Суэце флагманскому крейсеру "Память Азова", а к 5 часам, по указанию лоцмана, ошвартовался у той же стенки за кормой крейсера.

В 5 ч 15 мин, вследствие сильного отливного течения с кормы, последовательно лопнули оба кормовые 6-дм перлиня, и фрегат, временно поставленный поперек канала, был прижат левой кормовой раковиной к восточному откосу канала. К 7 ч на вновь поданных на стенку перлинях фрегат оттянулся от откоса и вторично ошвартовался на указанном месте.

Капитан 1 ранга Дубасов



Офицеры “Владимира Мономаха”

Из рапортов командира крейсера 1 ранга “Владимир Мономах” капитана 1 ранга Старка

От 13 октября 1891 г.

5 октября, в 9 ч утра, имея пары в 3-х котлах, по сигналу начальника эскадры в Тихом океане, снялся с якоря с Владивостокского рейда для следования в практическое парусное плавание. Выйдя из пролива Босфор Восточный, взял курс по меридиану. В 3 ч 30 мин пополудни, находясь от о-ва Аскольд в 35 милях, при ветре SW 2–3 вступил под паруса, лег в бейдевинд правого галса и прекратил пары. Ходу под марселями, брамселями, фоком, грот-трисселем, бизанью, кливером и форстень-стакселем от 1 до 1,75 узла. Затем стал ежедневно заниматься разными маневрами.

За время плавания крейсер выказал вообще хорошие морские качества. Качка плавная, и нос поднимается легко. Хотя из 8 поворотов оверштаг удались только 3, но это главным образом происходило как от слишком малого хода, 3 и 3,5 узл., так и от бывшей в то время большой волны, сбившей нос под ветер. Поворотам способствовал спуск кливера и форстень-стакселя, и при всех трех удавшихся поворотах был небольшой задний ход. Через фордевинд крейсер поворачивает без всяких затруднений. Ходит крейсер от ветра 6 и 7 R, смотря по силе ветра, и дрейфу имеет при 4-балл R. Наибольший ход имел 7,5 узлов при ветре 7–8, идя в бакштаг правого галса 10 R от ветра, имея марселя в 2 рифа, фок-стаксель, кливер и форстень-стаксель. Разобщенные винты в это время вращались, делая 27 оборотов. В бейдевинд наибольший ход был 6,25 узлов под марселями в 2 рифа, фоком, фор-стень-стакселем и бизанью, причем винты делали 23 оборота, дрейфу 1 R, крену 8°, розмахи под ветер доходили до 18°. При том же ветре под фор- и грот-марселями в 4 рифа, фока-стакселем, фор-триселем и бизанью, ходу от 3,5 до 4 узл., дрейфу от 3 до 4 R. Вообще при большой волне нос уваливается под ветер.

Дувшими последние три дня плавания свежими N и NW ветрами крейсер значительно подало к югу, и я не имел возможность зайти в залив Америка, где предполагал стать на якорь под парусами, под парусами же сняться, а потому этот маневр не был исполнен. Сделав всего за 7 суток 2 часа под парусами 407 миль, 12 октября в 5 ч 30 мин вечера, при стихнувшем NW ветре, закрепил паруса и развел пары в 3 котлах, а в 6 ч дал ход машинам, взяв курс на Аскольдский маяк, а в 3 ч 30 мин пополудни 13 октября прибыл на Владивостокский рейд.

От 28 апреля 1892 г.

Во исполнение предписания начальника эскадры Тихого океана, 11 апреля в 6 ч утра снялся с якоря с Нагасакского рейда, для следования в Гонконг, пары имел разведенные в 4 котлах. В 7 ч утра, пройдя траверз маяка Iwa-Simo, взял курс на Формозский пролив. В 2 ч 35 мин пополудни прошел траверз группы островов Te-Sima в 13 милях. 12 апреля в 4 ч утра нашел густой туман при ветре, который сопровождал крейсер до 14 апреля до 6 ч утра.

1 5 апреля в 1 ч 20 мин пополудни начал править ко входу на Гонконгский рейд и в 3 ч 15 мин пополудни отдал якорь на рейде, произвел установленные салюты нации и флагу вице-адмирала Ричардса, поднятому на крейсер "Имперьюз". На оба салюта получил немедленный ответ равным числом выстрелов. В Гонконге застал на рейде английские военные суда и испанский авизо. С адмиралами и командирами обменялся установленными визитами.

17 апреля, в 8 ч утра, вице-адмирал Ричардс спустил свой флаг по случаю отъезда в Англию, а назначенный на его место начальником эскадры вице-адмирал Фримантль перенес свой флаг на "Имперьюз". Причем, следуя движению английского командора, державшего свой брейд-вымпел на блокшиве "Виктор Эмануил", я произвел салют в 15 выстрелов, на что получил ответ тем же числом. 1 7 апреля сделал визит в сопровождении консула, губернатору и командующему войсками. Весь переход от Нагасаки до Гонконга сделал со средней скоростью 10,4 узла при 50 фунт, пара и при 54 оборотах машины. Прямых парусов ставить не удалось, да и косыми парусами пришлось пользоваться весьма редко и недолго. Команду занимал артиллерийским учением, грамотностью и по специальностям. При выходе из Нагасаки температура наружного воздуха была +15° R. В Гонконге же она дошла до 21 ° R, почему приказал надеть белые чехлы и фуражки и носить белые рубахи.

18 апреля в 12 ч 15 мин дня, окончив расчеты с берегом, снялся с якоря для следования в Сингапур, имея пары разведенные в 3 котлах. В 2 ч пополудни, войдя на Сингапурский рейд, отдал якорь, произвел салют нации, на что получил ответ выстрел за выстрел. На рейде, кроме голландской канонерской лодки, никаких военных судов не застал. Весь переход сделал со средней скоростью 10,5 узла.

На переходе занимал команду по утрам, от 6 до 7 ч парусными, артиллерийскими и пожарными учениями, а по вечерам, с 4 до 5 ч, грамотностью и по специальностям; в остальные часы за слишком высокой температурой (26° R) не представлялось возможности производить какие-либо учения. Температура в машинном отделении достигла 32° R, а в кочегарных до 52° R, что чрезвычайно утомляло кочегаров. Ввиду этого мною было разрешено выдавать машинной команде, согласно представлению старшего врача, в продолжение каждой вахты по 2 чарки красного вина на человека, независимо от получаемой 1 чарки всеми нижними чипами для питья вместе с водою. Весь переход имел ясные погоды и тихие переменные ветры. Обсервацию имел ежедневно по несколько раз, так как все мичмана определяли ежедневно место корабля по разным способам, не исключая и звездных наблюдений.

25 апреля я в сопровождении нашего консула г. Выводцева сделал визит губернатору; у командующего же войсками не был с визитом, так как он прислал сказать, что болен и принять меня не может. На другой день по приходе в Сингапур пришли на рейд английские: крейсер "Гиаиинт" и канонерская лодка "Раттлер" вернувшиеся из экспедиции в Паханг, куда были посланы для подавления восстания туземцев.

Здоровье офицеров и команды весьма удовлетворительно.

29-го числа по получении почты, ожидаемой в этот день из Европы, предполагаю следовать далее в Коломбо.

От 10 мая 1892 г.

29 апреля в 12 ч 30 мин дня, окончив расчеты с берегом и имея пары разведенными в 3 котлах, снялся с якоря с Сингапурского рейда для следования в Коломбо.

30 апреля в 12 ч ночи нашел шквал с грозой и проливным дождем. Вследствие сильной пасмурности, не позволяющей видеть берегов, уменьшил ход до малого (4 узла). Около 2 ч утра слегка рассеявшаяся пасмурность позволила увидеть маяк Care Rachada, определившись по которому дал полный ход машинам и продолжал плавание вдоль пролива. В Малакском проливе имел попутное течение, доходившее до 9 миль в сутки. В Бенгальском заливе встретил SW муссон с силой до 4 баллов, сопровождаемый пасмурностью, дождями и шквалами до 7 баллов, причем ход крейсера временами уменьшался до 8 узлов, и он принимал не мало воды через полубак на палубу. По мере движения крейсера на запад муссон усилился, и к вечеру 3 мая он уже дул с силой от 5–6 баллов. 5 мая, с полдня, ветер стал слабеть и дошел до 4 баллов. 6 мая в 6 ч утра увидел маяк Dondra, определившись по которому обнаружил, что крейсер имел противное суточное течение в 42 мили. До Коломбо оставалось 145 миль; имея под 3 котлами 10 узлов ходу, я не успел бы засветло войти в гавань, и пришлось бы ночь продержаться в море, поэтому ход увеличил до 12 узлов.

В 5 ч 32 мин пополудни, подойдя к входу в Коломбо, принял лоцмана, по указанию которого в 6 ч вечера вошел в гавань Коломбо и стал на оба якоря; с кормы же завез на бочку два 5-дм стальных перлиня. В гавани застал германский фрегат "Лейпциг" под флагом контр-адмирала и корвет "Александрине". Отряд этот ожидает прибытия из Германии новой команды для обоих судов и затем предполагает идти к берегам Китая и Японии.

На переходе занимал команду по утрам, от 6 до 7 ч артиллерийскими учениями и производил пожарные и водяные тревоги. От 4 до 5 ч 30 мин пополудни команда занималась грамотностью и по специальностям. 6 мая, день рождения его императорского высочества государя наследника цесаревича, был отпразднован в море согласно уставу. В Коломбо увольнял команду на берег. Обменялся визитами с германским адмиралом и командирами обоих судов. Губернатор находился в Кэнди, откуда вернулся 8 мая вечером и уведомил нашего консула, что он примет командира крейсера "Дмитрий Донской" и меня 9 мая в 11 ч утра. В назначенный час капитан 1 ранга Гессен и я, совместно с нашим консулом, сделали визит губернатору.

12 мая предполагаю выйти для следования в Аден.

Капитан 1 ранга Старк

Из рапорта командира крейсера “Владимир Мономах” капитана 1 ранга Рожественского

От 5 октября 1894 г.

2 октября в 7 ч 30 мин утра снялся с якоря на большом Кронштадтском рейде, до 1 ч дня оставался близ Толбухина маяка, для проверки компасов и для определения остающейся девиации по створу этого маяка с трубой пароходного завода.

5 октября в 10 ч утра стал на бочку в Кильской бухте. Встреченный в Балтийском море N — силой до 7 баллов, развел крупную волну. Наибольшей силы волнение застигло крейсер по миновании южной оконечности Готланда. Здесь самый большой из замеченных по кренометру розмахов был 18° на сторону; розмахов в 16° наблюдалось несколько; число полных качаний в минуту было 5,5. Вообще же качка крейсера на этом попутном волнении была очень спокойная. Перестановка котлов трубками по длине судна оказалась весьма целесообразной: машина работала безостановочно, между тем как в прошлые плавания были случаи бросания воды в цилиндры при меньших розмахах качки, чем испытанные на последнем переходе.

К сожалению, как уже выяснилось, английский уголь в Киле весьма дурного качества и чрезвычайно дорог, что постоянно замечается с тех пор, как этим углем торгуют только две фирмы, имеющие очень малые запасы — единственно для удовлетворения потребностей коммерческих судов, заходящих в Киль в небольшом числе. Военный флот жжет исключительно свой германский уголь. Временем, потребным на погрузку угля, воспользуюсь для исполнения с помощью береговых средств некоторых мелких работ. Но все вообще работы буду располагать так, чтобы не задержать ухода тотчас по окончании погрузки угля.

Вследствие усиленных работ в Кронштадте при неблагоприятной погоде в команде была заметна склонность к заболеваниям лихорадками и было значительное число слабых. Это заставляет меня решиться производить погрузку угля вольнонаемными людьми, а команду занимать по утрам перекличкой расписаний, увольняя в послеобеденные часы очередные отделения на берег, дабы дать людям вполне оправиться перед предстоящим тяжелым переходом.

В глубине Кильской бухты застал на якоре: транспорт "Пеликан", под флагом командующего станцией адмирала Кнорра, броненосец "Бранденбург", минный учебный корабль "Блюхер" и минный крейсер III класса "Хаген". При входе же в бухту видел под парами из судов Балтийской эскадры: броненосец I класса типа "Захсен", прибрежный броненосец, два минных крейсера и два миноносиа. Все эти суда были заняты одиночными учениями, стрельбой в цель из орудий и минных аппаратов; с броненосца была выпушена боевая ракета. Из Киля предполагаю идти в Алжир с заходом, если то потребуется, в Портланд, Лиссабон или иной из промежуточных портов.




На “Владимире Мономахе”: во время водолазных работ (вверху) и прибытие на корабль из увольнения

Из рапорта командира крейсера “Владимир Мономах” капитана 1 ранга Васильева

От 7 мая 1900 г.

По сигналу вашего превосходительства, 1 мая в 8 ч утра, имея пары в 5 котлах, снялся с вверенным мне крейсером с Порт-Артурского рейда совместно с минными крейсерами "Всадник" и "Гайдамак" и миноносцами 204, 207 и 208 для следования в Талиенван, где минным судам предписано было произвести стрельбу минами, а крейсеру "Владимир Мономах" — оказать им при этом содействие паровыми катерами.

По выходе с Порт-Артурского рейда построил все минные суда в одну кильватерную колонну и показал им курс Ost. В 9 ч 40 мин утра на миноносце у 208 продуло клапан питательной помпы, почему он остановил ход. Для оказания ему помощи я сигналом приказал миноносцу 203 взять 0 208 на буксир и идти с ним в Талиенван, и в это время остановил ход, дабы не удаляться от имевшего повреждение миноносца до подачи ему буксира. Затем продолжал следовать с двумя минными крейсерами и миноносцем — 204, но уже в 10 ч 30 мин миноносец — 208 сигналом показал, что повреждение у него исправлено, и отдав буксир, он вместе с буксировавшим его миноносцем — 207 нагнал отряд, и оба вступили опять в строй. На траверзе о-ва Кэн переменил курс на NO 49°. После этого производил с минными судами различные перестроения и эволюции по эволюционной книжке для миноносцев. Эволюции были окончены общими минными атаками крейсера, повторенными три раза. На траверзе мыса Входного переменил курс и в 1 ч 20 мин стал на якорь на Талиенванском рейде, разрешив минным судам стать на якорь по способности. Всего пройдено от Порт-Артура до Талиенвана 34 мили. Того же числа, в 2 ч пополудни, послал в распоряжение минных судов паровые катера, вехи, буйки и прочие средства, необходимые для стрельбы минами. Вверенный мне крейсер в этот день пристрелял с якоря все свои самодвижущиеся мины.

2 мая после 8 ч утра, при падающем барометре, задул свежий SO, постепенно усиливающийся и разведший большую волну, почему, во избежание возможных поломок и потерь мин, нельзя было производить стрельбу ими. Однако на вверенном мне крейсере в 8 ч утра все-таки успели сделать один выстрел по подвижному щиту, но затем пришлось стрельбу прекратить. Имев надобность в сообщении с берегом, в 5 ч пополудни переменил якорное место и пошел в глубь Талиенванской бухты. Здесь ветер сразу заштилел и затем задул от NW. Волна вскоре улеглась, и, воспользовавшись хорошими обстоятельствами погоды, до наступления темноты сделал на якоре три выстрела минами по подвижному щиту. В 1 2 ч 30 мин пришла на Талиенванский рейд мореходная канонерская лодка "Гремящий" и, став на якорь, подняла брандвахтенный флаг.

3 мая при хорошем состоянии моря продолжал с утра стрельбу минами с якоря по подвижному щиту, а в 10 ч утра снялся с якоря и производил стрельбу минами по подвижному же щиту при 8- и 10-узловом ходе. При пятом выстреле из правого бортового аппарата мина углубилась в грунт на глубину 7 саж. На месте затонувшей мины подошедшим паровым катером немедленно был брошен буек. Став на якорь вблизи затонувшей мины, сейчас же спустил водолазов. Последние, однако, несмотря на то что работали несколько часов подряд, мину найти не могли. Так же безуспешно были поиски мины тралом. Место потери мины определено углами. Грунт, где затонула мина, — неглубокий ил.

4 мая при тихой погоде продолжал с утра поиски затонувшей мины водолазами и тралом. В помощь своим водолазам потребовал водолазов с лодки "Гремящий". Место затонувшей мины обставлено вехами и для обследования дна без пропусков разбил все пространство на квадраты. Однако, несмотря на самые тщательные поиски, продолжавшиеся до вечера, найти мину не удалось. Минным крейсерам "Всадник" и "Гайдамак", окончившим стрельбу минами согласно своей программы в 12 ч дня, я приказал вернуться сего числа в Порт- Артур. Согласно же телеграммы вашего превосходительства от 4 мая, с вверенным мне крейсером остался в Талиенване для продолжения поисков затонувшей мины. Миноносцы 4 мая продолжали стрельбу минами. На миноносце 207 в этот день при стрельбе из носового аппарата мина затонула. Для отыскания ее послал водолазов с "Гремящего", но 4 мая мину эту найти не могли.

5 мая поиски мины продолжались весь день. Дно было обыскано самым тщательным образом, и была даже найдена воронка, образовавшаяся от зарытия мины, но самой мины найти не могли. Возможно, что мина, зарывшись в грунте, затем освободилась и была снесена течением. Миноносец 4 207 также не мог найти своей мины. Имея предписания вашего превосходительства продолжать поиски мины до вечера 6 мая, искал и весь этот день, но поиски оказались так же безуспешными, как и раньше, почему мину следует считать утерянною. Дознание производится.



6 мая, в высокоторжественный день рождения его императорского величества Государя императора, в 8 ч утра расцветился флагами и после молебствия салютовал по уставу. Вечером была зажжена иллюминация. Перед уходом из Талиенвана сообщил командиру лодки "Гремяший" об оказании оставшимся там миноносцам содействия при производстве ими стрельбы минами. Вместе с тем я передал командиру "Гремящего", чтобы, по мере возможности, им были продолжены поиски затонувших мин, указав ему точные их места, определенные углами и обозначенные вехами.

Капитан 1 ранга Васильев

Рапорт командира крейсера “Дмитрий Донской” капитана 1 ранга Шарона

От 6 июня 1900 г.

5 июня, согласно предписания младшего флагмана эскадры в Тихом океане, от 4 июня, за 228, командирами мореходных канонерских лодок "Манджур" и "Гремящий" и мною принят сухопутный десант. Мореходная канонерская лодка "Гремяший" снялась с якоря, согласно распоряжению командующего морскими силами, в 10 ч утра, вверенный же мне крейсер и мореходная канонерская лодка "Манджур" — в 2 ч пополудни, для следования в г. Таку.

На крейсере имеется:

9-го Восточно-Сибирского стрелкового полка: 3 офицера, 215 нижних чинов, 24 лошади;

Восточно-Стрелкового артиллерийского дивизиона: 2 офицера, 117 нижних чинов, 106 лошадей, 4 орудия с передками, 4 пулемета, 1 двуколка и 1 запасной лафет.

Штаб 3-й Восточно-Сибирской стрелковой бригады: 10 офицеров, 5 нижних чинов, 3 лошади и 1 двуколка.

Всего 6 офицеров, 337 нижних чинов, 133 лошади, 4 орудия, 4 пулемета, 2 двуколки, 1 запасной лафет и лазаретных вещей на 20 человек.

Капитан 1 ранга Шарон




“Владимир Мономах” в Средиземном море. Начало 1900-х гг.

Из рапорта временно командующего крейсером “Дмитрий Донской” капитана 2 ранга Мартынова

От 15 июня 1900 г.

14 июня, согласно разрешения командующего морскими силами Тихого океана, командир крейсера капитан 1 ранга Шарон отправился на береговую квартиру для лечения от болезни. Того же 14 июня, получив приказание от его превосходительства командующего морскими силами Тихого океана, в 9 ч утра принял на крейсер: Верхнеудинского казачьего полка 3 офицеров, 89 нижних чинов, 118 лошадей и 19 двуколок и 7-го Восточно-Сибирского стрелкового полка 26 нижних чинов, 23 лошади и 21 двуколку. Всего на крейсере принято 30 офицеров, 115 нижних чинов, 141 лошадь и 40 двуколок. В 9 ч 30 мин вышел из бассейна и стал на якорь на внешнем рейде. В 10 ч 45 мин утра, имея пары в двух двойных котлах, снялся с якоря и пошел в Таку. В 6 ч 30 мин утра, стал на якорь на рейде Таку. О чем вашему превосходительству доношу.

Капитан 2 ранга Мартынов

Из рапортов командира крейсера “Владимир Мономах” капитана 1 ранга Васильева

От 18 мая 1900 г.

По телеграмме вашего превосходительства, полученной в 2 часа пополудни 13 мая, об оказании помощи разбитому у о-ва Ikutski, пароходу "Уссури", немедленно стал готовиться к походу. Имея в виду, что до места крушения парохода от Нагасаки 65 миль и что засветло в этот день крейсеру не дойти, снялся с якоря с Нагасакского рейда 13 мая, в 10 ч вечера, с расчетом подойти к пароходу 14 мая, с рассветом. Из Нагасаки вышел при полном штиле, но уже 14 мая с полудня барометр стал сильно падать. Следуя Гирадским проливом, встретил ветер при большой пасмурности и проливной дождь, что весьма затрудняло плавание. За Гирадским проливом ветер стал постепенно свежеть и, когда подходили с рассветом к острову Ikutski, месту крушения парохода "Уссури", он дул с силой 6–7 баллов и развел крупную волну.

Пароход "Уссури" усмотрел на NO-й оконечности о-ва "Ikutski", стоящим вплотную вдоль берега, причем носовая его часть была на камнях, покрытых бурунами; кормовая же часть его была на свободной воде. Справа и слева парохода, в незначительном от него расстоянии, находятся рифы, по которым также ходили буруны. Берега о-ва "Ikutski" поднимаются в этом месте отвесно из воды и глубина моря, у самого берега, 25–30 саж. По причине крупного волнения и близости бурунов подойти к пароходу для подачи ему буксиров не было никакой возможности. Получив же с парохода сигнал-известие, что он нуждается в шлюпках, и видя, что он не имеет сообщения с берегом и терпит бедствие, решился, несмотря на все усиливающийся ветер и волнение, послать пароходу на помощь баркас для снятия людей. Став для этого на ветре от парохода и спустив баркасы, отправил их по ветру и волне к пароходу, до которого и дошли благополучно. Здесь помощь, действительно, оказалась крайне нужна.

Пароход "Уссури", идя рейсом из Владивостока в Порт- Артур, во время тумана сел на камни, 11 мая. Стоявшие с 11-го по 14-е мая штили давали пароходу полную возможность отправить многочисленных пассажиров или на берег, или сдать их на шедшие мимо суда, предлагавшие свою помощь. Но этого сделано не было, и когда 14 мая задул NO и сообщение с берегом, вследствие крупной волны и образовавшихся около парохода бурунов, прекратилось, все пассажиры были на нем. Сам пароход, не имевший до сих пор течи, 14 мая от ударов о камни получил большие пробоины, наполнился водой, и по причине своей ветхости, мог быть совершенно разбит, почему положение его было опасное. Баркасам удалось подойти к пароходу и стать у его борта в корме, бывшей на свободной воде. В первую очередь приняли женщин и детей. Отвалив от парохода, баркасы пошли по ветру. Для принятия их держался в это время с крейсером под ветром от парохода, лагом в волне. Ветер NO засвежел до 8–9 баллов, причем порывы его доходили до 10 баллов. Крейсер имел розмахи до 20°, и пошел проливной дождь.

Несмотря на такие тяжелые условия, баркасы благополучно подошли к борту; прием женщин и детей, хотя крайне трудный, также совершили благополучно, и не было ни одного ушибленного человека. В числе детей было несколько малолетних кадет из военного корпуса в Хабаровске, едущих на каникулы в Порт-Артур к родным. Ввиду того, что баркасы совершенно не могли выгребать против волны, должен был для вторичной посылки их к пароходу буксировать, чтобы снова стать с ними на ветер от парохода. Вторичная посылка баркасов также увенчалась успехом, и приняв с парохода часть пассажиров, они вернулись к стоящему опять под ветер от парохода крейсеру. Пассажиры и в этот раз приняты на крейсер вполне благополучно. После этого подвел таким же образом снова баркасы и послал их к пароходу в третий раз.

В это время все свежевшим ветром, вместе с весьма сильным отливным течением, согнало воду настолько, что баркасы, подойдя к пароходу, нашли его совершенно обмелевшим, причем носовая часть его была на камнях, а кормовая навесу. Вместе с тем совершенно обмелела гряда камней, на которой сидел пароход, и от последнего образовался по ней как бы мостик на берег. Этим воспользовались все оставшиеся на пароходе люди и поспешно перебрались на берег: баркасы же, не найдя никого на пароходе, вернулись на крейсер порожними. В это время наступил крайний предел возможности держать баркасы далее на воде; ветер задувал со степенью шторма. Баркасы были подняты быстро и вполне благополучно.

Подняв баркасы и видя, что в этот день дальнейшая помощь пароходу невозможна, в 2 ч пополудни ушел за Гирадский пролив и для укрытия зашел в бухту Sisiki на о-ве Hiradu, где стал на якорь. Бухту эту выбрал как ближайшее убежище, чтобы при первой возможности снова идти к проходу. Снятие с парохода пассажиров при таких тяжелых обстоятельствах погоды, бывших 14 мая, могло состояться только благодаря обшей дружной молодецкой работе гг. офицеров и команды вверенного мне крейсера. Считаю долгом засвидетельствовать об особенно бравой распорядительности офицеров, бывших на шлюпках, а именно лейтенантов Синявского и Неронова и мичманов Жданова и Тилена. В этот день снято с парохода 22 женщины, 9 детей, 8 кадет и 34 мужчины — всего 71 человек.

15 мая при немного стихнувшем ветре с рассветом вышел из бухты Sisiki и пошел к пароходу, где встретил крупную волну. Зная, что 14 мая все люди перебрались с парохода на берег и усмотрев за выдающимся к S от места гибели парохода рифом сравнительное затишье, направился туда и, спустив баркасы, послал их на берег для приема находящихся там людей. Баркасам удалось найти удобное для подхода место, а бывшие на берегу пассажиры, в числе которых оказались 80 солдат и 6 матросов, заметили приход баркасов, и в скором времени все они собрались, а затем были переправлены на крейсер. Вместе с ними я получил от командира парохода "Уссури" уведомление, что 14 мая, вследствие опасного положения парохода, все пассажиры воспользовались для своего спасения так поспешно как посланными е крейсера шлюпками, так и открывшимся с берега сообщением, что оставили на пароходе весь свой багаж, за которым, ровно как за почтой, имеющейся на пароходе, просил прислать шлюпки.

По принятии людей с берега волнение значительно улеглось, почему подошел к пароходу и послал баркасы для спасения почты и необходимого пассажирского багажа. Перевозка почты и вещей продолжалась непрерывно до 5 часов, зыбь снова стала увеличиваться, и в это время получил от командира парохода письмо следующего содержания: "По причине большой зыби и опасности шлюпкам подходить к борту вынужден прекратить выгрузку багажа. Сколько успею — выгружу на берег. Команду судовую оставлю для этого с собой и остаюсь на ночевку на берегу. Тяжелый пассажирский багаж остался в трюме. Если завтра пароход еше продержится на воде, в чем я сомневаюсь, тогда этот багаж, в случае хорошей погоды, выгружу на первый пароход, который придет для этого ко мне; должен прийти завтра японский пароход". При таком положении в настоящее время присутствие вверенного вам крейсера не представляет необходимости, а спасти пароход без отливных средств невозможно: пробоины большие, вода уже наполнила все нижние трюмы и продолжает прибывать".

Считая, ввиду полученного письма, дальнейшее пребывание крейсера у парохода бесполезным и имея необходимость доставить пассажиров, в особенности женщин и детей, возможно скорее в Нагасаки, в 5 ч пополудни ушел от места крушения парохода, и следуя Гирадским проливом, в 11 ч вечера прибыл в Нагасаки, где стал на якорь у о-в Папенберг.

15 мая принято на крейсер пассажиров: мужчин 33, солдат 10-го Сибирского полка 14, новобранцев 66, матросов 6 и китайцев 4 человека, а всего 123 человека. Всего же снято с парохода 194 человека, из числа которых классных пассажиров было 54 человека, а палубных 140 человек. Все пассажиры, общий список которых при сем представляю, были размешены на крейсере согласно уставу.

16 мая, утром, переменил место и стал на якорь на Нагасакском рейде, где застал крейсер "Рюрик" и английский крейсер "Эндимион". По прибытии крейсера на рейд агентство парохода "Уссури" немедленно прислало шлюпки для перевозки пассажиров и их багажа на берег, где для них было нанято помещение. Полагая однако неудобным, чтобы военнослужащие, как то: солдаты, матросы и кадеты, были также размешены на берегу, отпустил одних лишь частных пассажиров; военнослужащих же оставил на крейсере с тем, чтобы непосредственно передать их на один из пароходов, уходящих в Порт-Артур.

17 мая, по соглашению с агентством парохода "Уссури", сдал всех кадет, солдат и матросов на пришедший 16 мая пароход Добровольного флота "Орел", на который передал также и почту, снятую с "Уссури". Уход парохода "Орел" в Порт-Артур назначен на 19 мая. От Нагасаки до места крушения парохода и обратно всего пройдено 253 мили, угля каменного израсходовано 43 тонны. По сведениям от агентства, спасти пароход "Уссури" нет надежды.

Здоровье гг. офицеров и команды удовлетворительно.



“Владимир Мономах” в Средиземном море. Начало 1900-х гг.

От 14 июня 1900 г.

31 мая получил приказание командующего морскими силами Тихого океана, сообщенное вследствие перерыва телеграфного сообщения с Порт-Артуром нашим консулом в Нагасаки, немедленно следовать во Владивосток, оставив в Мозампо караул из 12 человек при офицере. О получении приказания идти во Владивосток и об уходе из бухты Сильвия, вследствие упомянутого выше перерыва телеграфного сообщения, не мог телеграфировать, а просил консула в Нагасаки донести о сем вашему превосходительству.

По выходе из Мозампо, имея ходу 11 узл., следовал по указаниям лоции. 2 июня в 4 ч утра, вследствие замеченного в среднем цилиндре правой машины сильного стука, остановил означенную машину для осмотра ее и продолжал идти малым ходом под одной левой машиной. По вскрытии и осмотре правого среднего цилиндра оказалось, что отдался один из отжимных болтов, служащих для вынимания паровой рубашки, причем поршнем срезало его головку, упавшую на нижнее дно цилиндра. Хотя в цилиндре не замечено никаких повреждений, но, по заявлению старшего судового механика, необходимо вывернуть озадаченные болты во всех цилиндрах, так как они нужны только при разборке машин. Находясь же постоянно внутри цилиндров, они могут служить случайной причиной серьезных поломок. В 8 ч 30 мин утра дал ход обеим машинам и 2 июня в 9 ч вечера прибыл на Владивостокский рейд, где стал на бочку. На рейде застал крейсер "Рюрик".

4 июня получил от командира Владивостокского порта предписание следовать с вверенным мне крейсером в Посьет для принятия и доставления в Порт-Артур 400 человек войска, а также конвоировать частный пароход "Дальний Восток", зафрахтованный военным ведомством для перевозки войсковых частей, также из Посьета в Порт-Артур. Пароход "Дальний Восток" был готов к выходу из Владивостока 5 июня, и снявшись с якоря одновременно с ним в 5 ч утра, я, конвоируя его, того же дня в 1 ч дня прибыл в Посьет. Став на якорь, немедленно послал на берег баркасы при офицерах и в тот же день перевез назначенных на крейсер 400 нижних чинов 7-го Восточно-Сибирского полка при батальонном командире полковнике Карненко, 5 обер-офицерах и полковом враче. К 8 ч вечера крейсер был готов к дальнейшему следованию по назначению.

Посадка людей 7-го Восточно-Сибирского полка на пароход "Дальний Восток" началась сейчас же по приходе парохода, но погрузка полкового обоза, а главным образом, погрузка лошадей, потребовала столько времени, что, несмотря на спешность работы, она была окончена только к рассвету 7 июня.

7 июня в 5 ч утра с вверенным мне крейсером снялся с якоря из бухты Посьет, предложив шкиперу парохода "Дальний Восток" следовать за крейсером и, имея возможно полный ход, держаться от него в расстоянии 4–5 кб. По выходе в море, следуя по указаниям лоции, шел ходом 10–11 узл., так как больше этой скорости пароход не в состоянии был развить, крейсеру же и пароходу было предписано иметь возможно полный ход.

Получив 6 июня от командира Владивостокского порта шифрованную телеграмму с предписанием быть на переходе в полной боевой готовности на случай нападения китайских судов, по выходе в море пробил боевую тревогу и изготовил батарею, ровно как и мины к бою. По проверке всех боевых расписаний держал батарею в полной боевой готовности как днем, так и ночью. Кроме того, имел горячую воду в котлах, не бывших под парами. Нижние чины 7-го Восточно-Сибирского полка были размешены на верхней палубе и, благодаря благоприятной и теплой погоде, не испытывали никаких неудобств. По боевому расписанию они, равно как и офицеры, были расписаны в стрелковые партии, к носке раненых, на розмахи помп и пр. На всем переходе имел благоприятные погоды и среднее суточное плавание 250 миль.

11 июня, в 12 ч 20 мин ночи, идя Желтым морем на 11 — узловом ходу, крейсер столкнулся с китайской парусной джонкой. Джонка ударилась носом в правый борт крейсера, около выходного трапа, причем якорем своим она зацепила за дульную часть шканечного 120-мм орудия и оборвала себе тросовый якорный канат. Якорь вместе с оторванным канатом остался висеть на орудии, сама же джонка была отброшена от борта и продолжала после этого идти под парусами. Остановив ход, а также остановив условным сигналом конвоируемый пароход, спустил на воду катер и послал его с офицером к потерпевшей джонке, для оказания ей, в случае надобности, помощи и осмотра могущих быть на ней поломок. Хотя джонка продолжала идти от крейсера, но с помощью боевых фонарей она была отыскана, и катеру, благодаря маловетрию, удалось нагнать ее и пристать к ней.

По осмотре ее офицером оказалось, что, кроме потери якоря, на джонке повреждены 3 верхние носовые доски наружной обшивки; других же повреждений замечено не было. Рангоут и паруса от столкновения не пострадали. Ввиду этого, а также ввиду того, что китайцы на джонке не выразили никаких требований и приняли предложенные за причиненный ущерб 50 руб., считал дело от столкновения с джонкой оконченным и все требуемые по долгу службы обязанности исполненными. В 3 ч утра, подняв якорь, дал ход и вместе с конвоируемым пароходом продолжал следовать по назначению. Место столкновения с джонкой у маяка Shantung, в расстоянии 32 мили. Дознание о столкновении производится, а на вахтенного начальника, лейтенанта Филатова, своевременно не доложившего мне о замеченных им огнях джонки, а лишь тогда, когда произошло уже столкновение, за нарушение им ст. 465 Морского устава наложил дисциплинарное взыскание, объявленное в приказе.

Якорь джонки остался на крейсере, так как очистка его за борт продолжалась весьма долго, а подача его затем на баркас для отвоза на джонку, к тому же скрывшуюся к этому времени из виду, могла вызвать значительное промедление с приходом совместно с пароходом "Дальний Восток" в Порт-Артур, что, ввиду спешности перевозки войск, полагал недопустимым. Крейсер при столкновении получил незначительные повреждения, уже исправленные своими средствами.

11 июня, в 5 ч 40 мин пополудни, прибыл на Порт-Артурский рейд и по сигналу встал на якорь. Одновременно с крейсером прибыл на рейд и пароход "Дальний Восток". Согласно приказанию командира Владивостокского порта, принял во Владивостоке пассажирами для доставления в Порт-Артур 8 офицеров-топографов и помощника старшего инженер-механика Гамзина.

Прибыв из Владивостока в Порт-Артур 11 июня вечером, по приказания командующего морскими силами Тихого океана, 12 июня утром с вверенным мне крейсером вошел в бассейн и немедленно высадил на берег привезенные из Посьета войска, в числе 7 офицеров и 402 нижних чинов 7-го Восточно-Сибирского полка. После этого начал погрузку угля, продолжавшуюся до 13 июня вечера.

14 июня в 6 ч утра, по приказанию командующего Морскими силами Тихого океана, принял на крейсер для доставки в Таку 16 офицеров, 831 человек нижних чинов и полковое знамя 10-го Восточно-Сибирского стрелкового полка. В 8 ч утра, вверенный мне крейсер посетил командующий морскими силами Тихого океана. Пожелав отправляющимся на войну частям успеха, его превосходительство простился с офицерами и командами. По отбытии его превосходительства крейсер начал вытягиваться из бассейна и в 10 ч утра вышел в море по назначению.

14 июня в 10 ч 30 мин вечера прибыл в Таку, где стал на якорь по сигналу вашего превосходительства.

Капитан 1 ранга Васильев

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 2,143. Запросов К БД/Cache: 0 / 0