Глав: 8 | Статей: 173
Оглавление
В книге впервые воссоздается история возникновения российского ледокольного флота за указанный период. На основе архивных документов приведены исторические и технические сведения о большей части бороздивших отечественные воды с 1862 по 1917 г. ледокольных судов, а также их чертежи, схемы и фотографии. В приложении дана «Хроника истории судов ледового плавания в России». Для удобства поиска сведений имеется «Указатель судов».

Книга является научно-популярным изданием, адресованным морякам, портовикам и судостроителям, а также всем тем, кто интересуется историей отечественного судостроения и флота.

§ 5.4. Ледокольные и ледорезные буксиры и портовые суда

§ 5.4. Ледокольные и ледорезные буксиры и портовые суда

Бритневские первенцы «Пайлот», «Бой» и «Буй» исчезли из списков флота на рубеже XIX–XX вв.[253] Портовое судно «Лоцман» (2-й) исключили из списков в 1911 г.; а «Старшину» отправили на металлолом в 1925 г.

Почти все остальные первые балтийские ледокольные суда оказались долгожителями. Так, 4 судна типа «Луна» участвовали в Первой мировой и Великой Отечественной войнах (после национализации плавали в составе Ленинградского пригородного пассажирского пароходства), а на слом пошли в конце 40 – начале 50-х гг. «Зарю» переименовали в «Голубь», потом в «Краснофлотский», «Луну» – в «Ласточку», «Товарищ Аммерман» и «Петр Аммерман», «Лисий Нос» – в «Альбатрос», а затем «Чапаев», «Сестрорецк» – в «Чайку» и «Щорс»[254] {495}. Этот пароход, входивший в состав Северо-Западного речного пароходства, был потоплен немецкой артиллерией у Шлиссельбурга 29 сентября 1941 г.

Рижский «Геркулес» во время Первой мировой войны вошел в состав Балтийского флота, в 1916 г. переименован в «Геракл». В 1921 г. в соответствии с Рижским договором его передали Латвийской республике.

Ледокольное и спасательное судно «Метеор», захваченное в 1918 г. германскими войсками, в том же году возвращено Балтийскому спасательному обществу в Эстонии. После того как Эстония вошла в состав СССР, спасатель использовался в своем прежнем качестве до 1958 г., находясь сначала в составе ЭПРОНа, а затем КБФ. [рис. 151]

Большая трудовая биография оказалась и у балтийских портовых буксиров типа «Удалец». В годы Первой мировой войны из них погиб только один – «Либава».[255] Во время Гражданской войны несколько ледорезов этого типа поменяли «гражданство»: «Рига» (МТиП) оказалась в Латвии, портовые суда «Молодец», «Виндава» а также буксир МТиП «Либава» (в годы войны переименованный в «Церель») – в Эстонии. Был оставлен в Гельсингфорсе «Карлос». Последнее судно финны через несколько лет вернули, и буксир под новым наименованием «Норд-Ост» работал в Ленинградском торговом порту вместе с «Орешком», переименованным в «Зюйд-Вест».

Первый из «удальцов» «Пушкарь», переданный в годы Первой мировой войны военно-морскому флоту, находился в портофлоте Кронштадта, по крайней мере до конца Великой Отечественной войны, как и лоцманский «Силач» (впоследствии РБ-93), разобранный на металл в середине 60-х гг. XX в. Вместе с ними обслуживали гавани Кронштадта и обеспечивали деятельность кораблей суда: № 1 («Крестьянин», КП-12, КП-17, К-33) и № 2 («Рабочий», КП-13, КП-18). Последний погиб в конце августа 1941 г. во время Таллинского перехода.

«Невка» – единственное из портовых судов типа «Удалец» – использовалась в годы Первой мировой войны в качестве посыльного судна и даже была вооружена (147 мм пушкой и 1 пулеметом). Этот буксир в 20–40-х гг. обслуживал бригаду линейных кораблей, а после Великой Отечественной войны – линкор «Октябрьская революция»; исключен из списков флота в 1960 г. {496}. [рис. 152]

Оба больших щитовых буксира «Боривой» и «Огонь» передали торговому флоту.[256] Первый из них в 1918 г. переименован в «Пургу». Буксиры использовали в качестве ледоколов, а точнее «ледорезов», при проведении первых зимних кампаний в Петроградском морском порту. Опыт в общем оказался не совсем удачным: суда получали в носовой части вмятины между шпангоутами; происходили поломки механизмов. Особенно пострадал «Огонь», который в 1924 г. окончательно вывели из эксплуатации.[257] Мощную его паровую машину впоследствии установили на «Труворе».

«Пурга» только первую мирную зимнюю навигацию 1921/1922 гг. отработала в качестве вспомогательного ледокола и ледокольного буксира при ледоколах «Ермак» и «Святогор» {497}. В следующие кампании ее применяли как ледорез исключительно в слабых льдах в начале и конце зимней навигации {498}. В 1927 г. «Пургу» отремонтировали в Гамбурге, основательно подкрепив корпус стрингерами у ватерлинии и добавочными шпангоутами, утолстили обшивку ледового пояса: в носовой части до 18, а в корме до 14 мм. В таком виде судно отработало без аварий еще 3 зимние кампании {499}. В 1930 г. его передали Морпогранохране. Затем «Пурга» перешла на Север и плавала в Баренцевом море, где и погибла в 1939 г. в результате навигационной аварии у входа в Кольский залив.

Недостроенные щитовые буксиры «Гражданин» (бывш. «Генерал-адъютант Иванов») и «Выстрел» долго оставались в Петрограде (Лениграде) на консервации. По косвенным данным, из-за отсутствия силовых установок их передали торговому флоту. Корпуса буксиров превратились в баржи «Гражданин» и «Гражданка», которые с начала 30-х гг. использовались для каботажных перевозок на Русском Севере[258] и даже для судоподъемных работах ЭПРОНа[259] {500}.

В отличие от судов типа «Боривой» («Пурга») щитовые буксиры среднего размера «Добрыня» и «Артиллерист» применялись как ледоколы более удачно.

В 1917 г. в связи с включением в состав флота в качестве тральщиков волжских буксиров, названных по именам былинных богатырей, (с сохранением их прежних наименований), «Добрыню» переименовали в «Руслан».[260] Весной 1918 г. в ходе «Ледового похода Балтийского флота» (7–16 апреля) судно успешно использовалось в качестве ледокола.[261] Летом 1918 г. буксир переклассифицировали в сторожевое, а затем в посыльное судно, которое участвовало в операциях Красного Балтийского флота. В 1922–1924 гг. «Руслан» использовали морские пограничники, затем он перешел к рыбакам, превратившись в «Кашалота». Именно под этим наименованием буксир в 1926 г. совершил переход из Архангельска на Черное море и вошел в состав плавсредств Одесского морского торгового порта (в 1935 г. переименован в «Петраш»), причем в конце 30-х гг. – как пассажирский буксир. В начале Великой Отечественной войны «Петраш» был включен в состав ЧФ как сторожевой корабль, а в конце 1942 г. опять превратился в буксир (Туапсинской ВМБ). 7 августа 1943 г. на переходе в Геленджик с баржами на буксире «Петраш» был атакован вражескими торпедными катерами и потоплен {501}.

«Артиллерист» в 1918 г. прибыл в Кронштадт и вошел в состав Балтийского флота (МСБМ), какое-то время находился в ледокольно-спасательном отряде. После постановления СТО о предоставлении в распоряжении Петроградского морского торгового порта ледоколов и ледокольных буксиров для проведения зимней кампании был передан торговым морякам и включен в состав создаваемого Ледбюро {502}. Летом 1922 г. его переименовали в «Лед» а в 1923 г. – в «Снег». Во время зимней кампании 1922/1923 г. он числился среди 4 ледокольных буксиров («Лед», «Мороз», «Ост» и «Зюйд») {503}.

В 1926 г. «Снег» перешел из Ленинграда на Черное море, где и работал до 1941 г.; перед войной был портовым буксиром[262] Керченского торгового порта {504}. 15 августа 1941 г. судно погибло в районе Тендровской косы от подрыва на мине {505}. По другим данным, оно пропало без вести при переходе с Тамани в Керчь 8 марта 1942 г. {506} [рис. 153]

В начале 1918 г. оба ледокольных буксира Або-Аландской позиции «Лед» (бывш. «Днепр») и «Снег» (бывш. «Днестр») остались на территории Финляндии: 1-й – в Мариенхамне, а 2-й – в Або.

«Лед» финны вернули в 1922 г. РСФСР. Судно вошло в состав ледокольной флотилии Петроградского (Ленинградского) порта. В начале 30-х гг. «Лед» возвратили в состав БФ, в 1939 г. переименовали в КП-6. Буксир участвовал в Советско-финляндской и Великой Отечественной войнах.

Захваченный «Снег» германские моряки в мае 1918 г. перевели из Або в Ревель (трофей назвали «Reval»), где он и остался. В 1921 г. буксир включили в состав эстонского флота и переименовали в «Яаан Поска» («Jaan Poska»). После присоединения прибалтийских республик к СССР его передали Латвийской ССР (буксир «Пярну»), а затем зачислили в состав КБФ как посыльное судно. После начала Великой Отечественной войны его переклассифицировали в тральщик («Одесса» и Т-301), в 1943 г. – вновь в буксир (К-4 и МВ-14), который использовался в составе плавсредств тыла КБФ до середины 50-х гг., а в 1960 г. был списан {507}. [рис. 154]

«Матрос» в конце февраля 1918 г. оставили в Ревеле после эвакуации оттуда российского флота. В соответствии с мирным договором между РСФСР и Эстонской республикой[263] ледокол (буксир) был признан собственностью Эстонии. Далее он оказался в латышском флоте и стал именоваться «Лачплесис». После присоединения Латвии к СССР считался портовым ледоколом Риги. В начале Великой Отечественной войны передан военному командованию БФ, обслуживал ВМБ на Моонзунде. 28 июля 1941 г. в Рижском заливе был атакован немецкими ТКА. Экипаж эвакуировался на шлюпках, а ледокол на следующий день затонул {508}. Вскоре его подняли и восстановили. В 1944 г. латышский экипаж судна ушел на нем в Швецию, а откуда вернулся в СССР. До середины 50-х гг. «Лачплесис» продолжал обслуживать Рижский порт.

«Солдат» в феврале 1918 г., подобно ледоколу-буксиру «Матрос», был захвачен германскими войсками, но не в Ревеле, а в Гангэ и передан финнам, которые использовали его под наименованиями «Pelastaja I» и «Sotilas», а в 1921 г. возвратили РСФСР. Как буксир-ледокол под наименованиями «Мороз» (1922 г.) и «Лед» (1923 г.) он вошел в состав Ледокольной флотилии Петроградского (с 1924 г. Ленинградского) торгового порта {509}.

Весной 1918 г. во время эвакуации кораблей и судов Балтийского флота из Гельсингфорса буксир «Черноморский № 1» оказался у финнов, которые эксплуатиривали его, называя В-3 и «Marin». В 1922 г. буксир вернули в РСФСР, где его включили в состав плавсредств Петроградского торгового порта под наименованием «Зюйд».

Остальные «черноморские» буксиры в 1918 г. участвовали в апрельском переходе кораблей и судов из Гельсингфорса в Кронштадт. «№ 2» после возвращения находился в порту на долговременном хранении, в течение нескольких лет состоял в распоряжении МПО ОГПУ, а затем опять вошел в состав вспомогательных судов БФ. В 1932 г. судно переоборудовали в тральщик (с 1941 г. – ТЩ № 56). В этом качестве оно участвовал в боевых действиях во время Советско-финляндской и Великой Отечественной войн и погибло, подорвавшись на мине у мыса Юминда 28 августа 1941 г. во время Таллинского перехода.

«Черноморский № 3» и «Черноморский № 4» в 1922 г. передали Петроградскому торговому порту. Гражданские моряки переименовали «№ 3» в «Ост», а «№ 4» – в «Норд». На основе результатов работы этих ледокольных буксиров[264] во время первых мирных зимних навигаций в Финском заливе специалисты пришли к выводу, что они для зимней работы в Ленинградском порту слабы и могут использоваться (подобно судам типа «Пурга») только в начале и конце зимы {510}. В 1928 г. «Норд» перегнали на Черное море. На 1939 г. он входил в состав портовых плавсредств Мариупольского порта. «Зюйд» числился в Ленинградском торговом порту {511}. [рис. 155]

Многие разнотипные ледокольные и ледорезные буксиры российские моряки продолжали использовать по назначению (главным образом как буксиры), причем большинство из них, несмотря на свой возраст работали не только до Великой Отечественной войны, но и в первое послевоенное десятилетие. Например, паровой буксир «Ижора» разобрали только в 1956 г.

Избыточная прочность зачастую совсем не ледокольных корпусов б?льшей части этих буксиров, снабженных надежными паровыми машинами, позволяла им, как когда-то «Пайлоту», успешно работать во льдах. В качестве примера можно привести историю маленького ледорезного буксира «Колпино»,[265] приобретенного в 1902 г. для обслуживания Колпинских заводов. Он был списан в 1987 г. за ненадобностью и восстановлен в 90-х гг. под названием «Дункан» энтузиастом В. М. Сыромятниковым. Он рассказывал, что прослуживший 90 лет (!) пароход, прошедший капитальный ремонт в 1946 г., с разбега преодолевал молодой лед толщиной 10–15 см, обеспечивая проводку «нежных» яхт! {512}

Исключались же из списков эти портовые суда главным образом в связи с форс-мажорными обстоятельствами. Так, переданный торговым морякам «Комендор» затонул в ноябре 1924 г. при выходе из Ленинградского порта. Причиной гибели буксира «явилось залитие его волной через открытую угольную горловину левого борта и через люк кормовой каюты, у которой отсутствовала крышка» {513}. «Вавриш» (КП-4), ремонтировавшийся до начала Великой Отечественной войны в Лиепае, был затоплен командой при отступлении… Спасательный буксир «Карин» (1882 г. постройки) вернулся, как и «Метеор», в 1940 г. и вошел в состав КБФ, но 16 октября 1941 г. был потоплен.

Все 6 буксиров-отметчиков типа «Барсук»[266] в 1918 г были отправлены на Ладогу и Онегу, а в 1919 г. – на Каспий, где использовались как патрульные (дозорные) суда. Они так и остались на Каспийском море. Здесь долгожителем в составе флота оказалась «Куница» (с 1923 г. – «Атарбеков», с 1954 г. – «Гелиограф»), которую списали в 1956 г. Остальные суда в 20-х гг. превратили в буксирные пароходы гражданских ведомств. В начале Великой Отечественной войны часть их опять была принята в состав Каспийской флотилии, а в 1943–1944 гг. возвращена прежним владельцам. Имеются сведения о том, что отметчики использовались не только как буксиры, но и как ледокольные суда. Например, «Атарбеков» в конце 20-х гг. спасал вмерзший в лед южнее о. Чечень караван гражданских судов {514}.

Оглавление книги

Реклама
Похожие страницы

Генерация: 0.277. Запросов К БД/Cache: 3 / 1