Глав: 11 | Статей: 59
Оглавление
Война 1939-1945 гг стала наиболее тяжелым испытанием для всего человечества, так как в нее были вовлечены почти все страны мира. Это была битва титанов – ют самый уникальный период, о котором спорили теоретики в начале 1930-х и в ходе которого танки применялись в больших количествах практически всеми воюющими сторонами. В это время проходила "проверка на вшивость" и глубокое реформирование первых теорий применения танковых войск. И именно советские танковые войска все это затронуто в наибольшей степени.Большинство немецких солдат, воевавших на Восточном фронте, неизменно называли три вещи, запомнившиеся им в ходе войны, – русские просторы, лютый мороз и массы советских танков. О танке Т-34 вспоминают и многие немецкие генералы, называя его "шедевром мирового танкостроения".Как, когда и почему родились те самые танки, что стали символом прошедшей войны, становым хребтом советских бронетанковых войск? Кто и в каких условиях создавал их? Каким образом СССР, потерявший большую часть своих европейских территорий и с трудом набиравший танки для обороны Москвы, смог уже в 1943 г выпустить на поля боев мощные танковые соединения?На эти вопросы призвана дать ответ эта книга, повествующая о развитии советских танков "в дни испытаний", с 1937-го по начало 1943 г. При написании книги использованы материалы архивов России и частных коллекций танкостроителей.

5.6. Т-34 – средний или средненький?

5.6. Т-34 – средний или средненький?

Харьковский конвейер

22 июня 1941 г. выпуск средних танков в СССР велся на заводах № 183 в Харькове и СТЗ в Сталинграде. Распоряжением наркома среднего машиностроения В. Малышева в первый же день войны на всех предприятиях (включая отмеченные) было объявлено казарменное положение. 24 июня 1941 г. Нарком обороны маршал С. Тимошенко и начальник ГШ КА Г. Жуков обратились к Председателю СНК СССР И. Сталину с докладной запиской, в которой, в частности, говорилось, что "согласно Постановлению СНК и ЦК ВКП (б) № 1216-502 от 5 мая 1941 г. завод № 183 должен выпустить в 1941 г. 500 шт улучшенных Т-34 с броней 60 мм.

Танк Т-34 выпуска скорее всего завода № 183 весны 1941 г.


В связи с создавшейся обстановкой считаем целесообразным впредь до изготовления, испытания образцов улучшенного танка и организации серийного производства продолжать выпуск "Т-34", находящихся на производстве в настоящее время".

Видимо, докладная "сработала", так как на следующий день вышло постановление СНК СССР и ЦК ВКП (б) "Об увеличении выпуска танков КВ, Т-34 и Т-50, артиллерийских тягачей и танковых дизелей на III и IVквартал 1941 года", в котором были определены основные задачи по увеличению выпуска средних танков Т-34, но не Т-34М. Нарком среднего машиностроения В. Малышев конкретизировал это постановление, свернув своим распоряжением все работы по модернизации Т-34, а все силы бросил на увеличение суточного производства освоенных в серии танков.

Тем временем был образован Государственный Комитет Обороны (ГКО), на первом же заседании которого, состоявшемся 1 июля 1941 г., было принято постановление № 1 "Об организации производства средних танков на заводе "Красное Сормово". Однако до битвы под Москвой вклад этого завода в общую картину производства был незначительным Поэтому мы пока опустим историю танкостроения на этом заводе.

Сборочный цех харьковского завода имел небольшой конвейер, созданный для производства танков БТ (массой не свыше 18-20 т), который был приспособлен и для выпуска Т-34. При конвейерном выпуске Т-34 производительность завода могла составить, по оценкам техотдела Наркомата среднего машиностроения, от 300 машин в месяц, но для его нормальной загрузки мощности механического и литейного цехов были недостаточны. Особенно узким местом был зуборезный участок, сильно тормозящий производство КПП и трансмиссии в целом.

Для увеличения выпуска танков Т-34, в первой декаде июля 1941 г. ГКО предписал НКСМ организовать на Харьковском тракторном заводе (ХТЗ) производство для танков Т-34 коробок перемены передач, бортовых редукторов, главных фрикционов, бортовых фрикционов, а также ведущих колес и опорных катков.

Это было весьма своевременно, и если в июне 1941 г. заводом было сдано заказчику лишь 170 танков, то уже в июле – 209, а в августе 1941 г. – 266 боевых машин.

Компоновка танка Т-34 выпуска 1941 г.



Корма танка Т-34, 1941 г.

Однако не только организация конвейерного выпуска способствовала увеличению производительности завода. В июле 1941 г. КБ завода № 183 получило задание по всемерному упрощению танка для увеличения его выпуска на существующих площадях при существующем оборудовании.

Инженер-технолог Терзиянц для упрощения сборки корпуса танка Т-34 предложил исключить гужоны (винты), которыми носовая балка крепилась к лобовым броневым листам, оставив только сварку. Сборка корпуса значительно упростилась, но форма носовой балки стала столь невыгодной с точки зрения термообработки, что при закалке балку скручивало "винтом". Попытки справиться с этим злом эффекта не принесли. Поэтому для уменьшения деформаций балку начали лишь слегка прикаливать, что значительно ухудшало ее сопротивляемость.

Испытания обстрелом показали, что балка стала пробиваться из трофейной 37-мм противотанковой пушки РаК-35/36, самой массовой в немецкой армии, но выгоды, которые давало такое соединение, были неоспоримы. Поэтому представитель заказчика скрепя сердце подписал такое решение, обосновав, что вероятность попадания снаряда точно в балку носа крайне незначительна.

Пытаясь исправить этот дефект, инженер Выпирайленко предложил конструкцию безбалочного носа, но реализовать ее в то время не смогли.

Одной из наиболее важных задач, поставленных перед КБ, было упростить процесс формования башни для ее последующей отливки, ибо сложная форма изделия создавала массу неудобств и приводила к появлению литьевого брака. К тому же она требовала применения только "«люберецкого песка", причем самого высокого качества. Понятное дело, что с поставками песка из Люберец в Харьков появились большие трудности, и эта задача была объявлена наиболее приоритетной.

Новая форма башни была разработана в августе 1941 г. Ее особенностью было то, что она вполне годилась как для существовавшего погона диаметром 1420 мм, так и для уширенного до 1600 мм. При ее формовке почти не образовывались "замки", легко осуществлялся "выпор" для выпуска воздуха при заливке металла. Однако до эвакуации опробовать отливку указанной башни не удалось.

В августе же в производство принимается упрощенный люк механика-водителя с двумя смотровыми приборами – "глазками" вместо трех, что упростило конструкцию танка в целом и улучшило обзор с водительского места. Однако в серии он был недолго, так как вскоре завод отбыл в эвакуацию.

17 сентября согласно постановлению СНК СССР от 12 сентября № 667с завод начал эвакуацию в Н.Тагил на территорию Уралвагонзавода (УВЗ). Последний состав отправился на Урал 19 октября, и этот день считается днем ее окончания. Но основная масса грузов и оборудования прибыли на место назначения только 27 ноября – 1 декабря.

Здесь же завод догнал приказ НКТП № 32с от 25 сентября "о переводе производства танков с завода № 183 и бронедеталей к ним с Мариупольского завода им. Ильича на Уралвагонзавод". Упомянутый приказ констатировал убытие завода в эвакуацию, при этом новое предприятие отныне именовалось "Уральский танковый завод № 183", его директором назначался Ю. Максарев (бывший директор Харьковского завода № 183 им. Коминтерна), заместителем директора М. Кривич (бывший директор УВЗ), главным инженером – Ниценко с Мариупольского завода.

В сентябре 1941 г., ввиду начавшейся эвакуации, завод сдал заказчику лишь 228 танков, а к моменту завершения эвакуации завода фронт получил еще 41 танк Т-34.

Согласно распоряжению ГКО и СНК завод должен был начать изготовление танков на новой площадке уже 15 ноября, но в ноябре (ввиду отсутствия оборудования и запчастей) завод начал только ограниченное изготовление литых башен старого типа для СТЗ (примерно 20% башен поставлялись и на новый завод № 112). 10 октября из привезенных деталей заложили в сборку первый бронекорпус Т-34, но закончили его только 27 ноября (эшелон с корпусными деталями, шаблонами и кондукторами прибыл 19 ноября), и 20 декабря, в ходе контрнаступления под Москвой, сдали заказчику первые 25 танков. Главной проблемой для этих танков стали дизель-моторы, и потому на них установили 5 дизелей В-2 (480 л.с.), полученных из Челябинска, 12 дизелей В-2-34 (500 л.с.), привезенных из Харькова, а также 8 дизелей В-2В (300 л.с. от тягача "Ворошиловец").

Сделано в Сталинграде

Перед войной и в ее первые дни Т-34, вышедшие с СТЗ, почти ничем не отличались от своих "сестер" или "братьев", покинувших сборочные цеха Харьковского завода № 183. Это было немудрено. В то время сталинградцы только осваивали сборку танков, узлы и детали для которых поступали с тех же предприятий-смежников, что и для харьковчан.

Эти Т-34 выпущены, по-видимому, на СТЗ. Осень, 1941 г.


С нападением фашистской Германии постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 25 июня 1941 г. программа выпуска Т-34 на СТЗ на второе полугодие была увеличена с 1000 до 1405 танков, а в сентябре, ввиду эвакуации ХПЗ, была доведена, по требованиям военных, до 1585 машин. Но написать это в планах было просто. Выполнить оказалось труднее, хотя в первое время увеличение суточной программы выпуска танков стимулировалось за счет комплектующих и полуфабрикатов с эвакуированных ХПЗ и Мариупольского завода им. Ильича. Однако к 1 октября 1941 г. СТЗ стал де-факто главным производителем Т-34, и выдаваемая ему суточная программа выпуска Т-34 выросла с 4 до 11 машин (в то время как суточная программа завода № 112 в то же время составляла не более двух танков). Но долго такое положение продолжаться не могло. В октябре завод был практически предоставлен сам себе. Связи со многими смежниками нарушились. Правда, распоряжением по наркомату в октябре на СТЗ были переданы 5 сварочных аппаратов и 30 квалифицированных сварщиков, но погоды они, конечно, не делали.

Ввиду значительного увеличения суточной программы выпуска танков, а также перебазирования Мариупольского завода им. Ильича на Восток броневое производство для Т-34 на СТЗ было ориентировано на мощности завода № 264 (Сталинградская судоверфь в Сарепте).

Уже говорилось, что завод № 264 первоначально относился с Судпрому и был передан в ведение НКТП постановлением СНК от 11 сентября 1941 г. В силу этого завод не имел для обеспечения увеличенной танковой программы достаточного количества станочного, печного и правильного оборудования. Особенно плохо обстояло дело с литейными цехами, которые на обоих рассмотренных заводах были оборудованы малыми ковшами, не позволявшими отливать башню Т-34 за раз и недостаточно развитый формовочный участок (при полном отсутствии качественных песков).

Правда, используя опыт производства траков для сельскохозяйственных тракторов, СТЗ смог настолько расширить литье траков Т-34, что уже в июле покрыл как собственные потребности, так и заказы харьковского завода.

Тем не менее небольшой опыт производства бронекорпусов Т-34 в Сталинграде имелся. Еще с весны 1941 г. завод № 264 начал осваивать выпуск корпусов и сварных башен Т-34. Но объемы этого производства были весьма невелики:

май – 6

июнь – 5

июль – 28

август – 31

сентябрь – 65

В сентябре завод уже почти полностью исчерпал все свои резервы, и месячную норму бронекорпусов, превышавшую сто с небольшим, он потянуть уже не мог. Это количество лимитировалось производительностью имеющегося здесь оборудования. В сентябре 1941 г. на заводах № 264 и СТЗ начала работу совместная комиссия из представителей НИИ-48 и конструкторов обоих заводов под общим руководством начальника ОГК НКТП. К концу сентября комиссия выработала рекомендации по увеличению объемов выпуска бронекорпусов и башен на заводе № 264.

В результате проведенных исследований был предложен новый, сокращенный процесс термообработки бронекорпусов и введены конструктивные изменения в броневых деталях, что позволило упростить в том числе и процесс механической обработки броневых деталей как порознь, так и в сборе. Дело в том, что первоначально термообработка броневых деталей, разработанная на Мариупольском заводе им. Ильича, проводилась в четыре этапа: первая закалка, высокий отпуск, вторая закалка и низкий отпуск. А это приводило к тому, что механическая обработка заготовок и, главное, их правка после высокого отпуска требовали наличия мощных высокопроизводительных прессов. Кроме того, соединение броневых листов "в замок" и "в четверть" требовало обязательной строжки всех кромок листов после высокого отпуска, а затем фрезерных работ для выборки "четверти" и "замка".

Благодаря предложению военинженера 3-го ранга Морозова (ставшего вскоре старшим военпредом на заводе № 264) по соединению броневых листов "в шип" удалось отказаться от строжек кромок броневых листов, что высвобождало дефицитное оборудование и квалифицированные кадры и даже несколько уменьшало расход броневого проката. Соединения же "в замок" и "в четверть" остались лишь при соединении верхнего лобового листа с крышей и нижних лобового и кормового листов с днищем машины.

Важным достижением завода № 264 при поддержке НИИ-48 стало освоение процесса упрощенной термообработки броневых деталей. После исследований НИИ-48 первая закалка и высокий отпуск были отменены во многом потому, что корпуса Т-34 изготавливались из брони высокой твердости и рассчитывались на сопротивление бронебойным снарядам малой массы (калибром до 47 мм). Тщательные промеры броневых листов после термообработки позволили ввести чистовую огневую резку с учетом припусков, практически не требующую последующей подгонки геометрических размеров. Режимы второй закалки были нормализованы с целью достижения допустимого соотношения между твердостью и хрупкостью брони, что также позволило ускорить термообработку, а с учетом 4-5-ярусной посадки броневых корпусов в печи (прежде была одноярусная посадка) удалось значительно увеличить их производительность.

Испытания первого полноценного корпуса, изготовленного по данной методе, проводились обстрелом из 45-мм противотанковой пушки и 76-мм танковой пушки 19 сентября 1941 г. на полигоне 4-й танковой бригады М Е. Катукова незадолго до убытия бригады на фронт.

В ходе испытаний бронекорпус подвергся следующей схеме обстрела:

а. В правый борт выпущено семь бронебойных 45-мм и один фугасный 76-мм снаряд.

б. В правый подкрылок было выпущено восемь бронебойных 45-мм снарядов.

в. В верхний лист кормы было выпущено три бронебойных 45-мм снаряда.

г. В верхний лист носа было выпущено три бронебойных и один фугасный 76-мм снаряды.

Обстрел из 45-мм ПТП производился с дистанции 50 м. Борта и подкрылки обстреливались под углом 50° и 12° к нормали, нос и корма – по нормали к естественному положению корпуса. Испытаниями было установлено, что общая конструкционная прочность корпуса при его обстреле бронебойными снарядами калибра 45 мм в целом сохранена полностью и наблюдались лишь частичные разрушения швов при попадании снарядов около них, и только попадание 76-мм бронебойных снарядов вызывало незначительные разрушения швов и сколы небольшой протяженности.

Бронекорпус Т-34 завода № 264 на полигоне 4-й танковой бригады. Сентябрь 1941 г.



Тот же бронекорпус, вид сзади.

Вскоре предложенные конструктивные изменения были узаконены по НКТП, и с 5 декабря 1941 г. СТЗ начал получать с завода № 264 такие бронекорпуса для танков Т-34.

В результате этих нововведений время на обработку одного комплекта броневых деталей корпуса Т-34 сократилось весьма значительно – с 198,9 до 36-36,3 часа, а цикл сборки корпуса уменьшился с 9 до 2 суток (в отдельных случаях – до 36 часов). Все это позволило уже в декабре 1941 г. превысить порог месячного выпуска танков в 200 штук, что означало более чем троекратное повышение объемов выпуска по сравнению с началом сентября.

Танк Т-34 выпуска СТЗ в боях под Москвой. Зима, 1941-42 гг.


Оглавление книги


Генерация: 0.153. Запросов К БД/Cache: 3 / 1