Глав: 16 | Статей: 62
Оглавление
Основная идея книги — закономерный характер победы Советского Союза над гитлеровской Германией и империалистической Японией в Великой Отечественной войне. В книге рассказано о подвигах воинов на фронтах, партизан и подпольщиков в тылу фашистских войск, тружеников советского тыла. Всесторонне раскрывается роль Коммунистической партии как организатора и вдохновителя всенародного отпора захватчикам. В сравнении с первым изданием (1970 г.) книга дополнена новыми главами, оценками и фактическим материалом в соответствии с последними достижениями советской науки. В ней подвергнуты критике выступления буржуазных фальсификаторов истории.

2. Борьба с врагом на оккупированной им территории

2. Борьба с врагом на оккупированной им территории

Проявлением всенародного характера Великой Отечественной войны явилась стойкость населения оккупированных советских территорий в борьбе с врагом, их несгибаемая сила духа, противостоявшая проискам оккупантов.

Народная борьба в тылу врага явилась важной составной частью Великой Отечественной войны. Она носила национальный и классовый характер. Патриоты шли на борьбу против оккупантов во имя независимости своей Родины, для защиты победившего социалистического строя.

Для того чтобы скрыть подлинные причины широкого партизанского движения против немецко-фашистских оккупантов на оккупированной ими советской территории и других славянских стран, в западногерманской историографии выдвинуто положение о «неправильной политике на Востоке». «Оккупационная политика с ее теорией жизненного пространства и рас, — пишет западногерманский историк Г. Якобсен, — вызвала на Востоке такое развитие событий, которое в конечном счете решающим образом сказалось на поражении Германии»[274]. Сторонники этого положения игнорируют социальные истоки движения народных масс, советский общественный и государственный строй, глубокий патриотизм советских людей, воспитанных Коммунистической партией в духе марксистско-ленинского мировоззрения. Они пытаются доказать, что всенародная борьба в тылу немецко-фашистских войск могла и не развернуться, если бы немецкое командование проводило на оккупированной территории более «мягкую» и «гибкую» политику. Это положение некоторые историки ФРГ распространяют и на те страны, в которых развернулось широкое движение Сопротивления.

Буржуазная историография стремится всячески замолчать глубокую связь коммунистических и рабочих партий и других прогрессивных организаций с трудящимися массами в движении Сопротивления, в национально- освободительном движении в период второй мировой войны.

Многие зарубежные исследователи советского сопротивления оккупантам объясняют его только протестом против злодеяний последних. Они утверждают, что, если бы германские оккупационные власти не проводили политику террора, партизанское движение не возникло бы[275]. Конечно, эти злодеяния не вызывали покорности, а лишь раздували пламя священной ненависти к врагам, сердца советских людей были преисполнены чувства гнева. Но народная борьба против оккупантов разгоралась прежде всего потому, что враг покушался на святая святых советского народа — на его социалистическую Родину. Это понял английский историк Рейтингер. «Если бы, — писал он, — германская оккупация была бы даже образцом либерального поведения, партизанская война все равно бы существовала»[276].

Иначе говоря, если бы даже на железную руку германской оккупационной политики была надета бархатная перчатка заигрывания с населением, положение существенно не изменилось бы. Вот почему главарь фашистской пропаганды Геббельс ошибался, когда говорил: «Нам бы удалось значительно уменьшить опасность со стороны партизан, если бы мы сумели завоевать в какой- то мере доверие… Может быть, было бы полезно организовать в различных районах марионеточные правительства, чтобы переложить на них ответственность за неприятные и непопулярные мероприятия»[277].

Совет Геббельса был частично использован, хотя вначале гитлеровцы и не предполагали создавать какие- либо марионеточные органы. Ими был создан в Белоруссии «комитет доверия», в Эстонии — «комитет самоуправления», различные комитеты создавались и на Украине. Но все эти подсобные органы оккупантов, состоявшие из предателей и изменников, не только не завоевывали доверия населения, а, напротив, находились в отчуждении от него и вызывали к себе беспощадное презрение и ненависть.

Немецкие фашисты творили дикие, ужасающие насилия над населением. Эти кровавые палачи и мучители расстреливали, вешали, отравляли и закапывали в землю многие сотни тысяч ни в чем не повинных мирных жителей, солдат и офицеров Красной Армии. Страшным бедствием для советских людей был и насильственный угон на фашистскую каторгу в Германию. Уделом советских граждан, угнанных в Германию, была жизнь в концентрационных лагерях или в помещичьих усадьбах наряду со скотом, чудовищный, непосильный труд, издевательства, голод и для значительной части — смерть от изнурения, недоедания или же в результате террористических расправ охранников.

Однако никакие преступления захватчиков не могли сломить гордого духа и мужественной воли советских людей. В каждом городе, каждом районе, в селах и деревнях, захваченных гитлеровцами, на борьбу с оккупантами подымались могучие народные силы.

Патриотическая борьба советского народа на оккупированной врагом территории развертывалась во всех формах — политической, экономической, идеологической и вооруженной.

Политическая борьба включала сугубо враждебное отношение всего населения оккупированной территории к мероприятиям немецко-фашистских наместников и устанавливаемому ими строю грабежа, насилий и издевательств над народными массами. Население игнорировало и презирало все политические нормы, насаждаемые оккупантами, не верило их сообщениям, не принимало их клевету на Советскую власть и ее органы.

Все попытки оккупантов подорвать доверие народа к Коммунистической партии оказывались тщетными. Это доверие еще более крепло и возрастало. На этой прочной основе успешно действовали подпольные партийные органы, пользовавшиеся неограниченным доверием и поддержкой населения. Осенью 1943 г. на оккупированной территории успешно действовало 24 подпольных обкома и свыше 370 городских, окружных, районных и других подпольных партийных органов Коммунистической партии[278]. В деревнях даже в условиях фашистской оккупации сохранялся колхозный строй, и гитлеровцы предпринимали безуспешные попытки приспособить его к своим нуждам и интересам.

Безуспешными были попытки фашистов и их прислужников вызвать взаимное недоверие рабочих и крестьян, различных наций Советского Союза. Даже на оккупированной территории продолжало крепнуть единство рабочего класса и колхозного крестьянства, сообща боровшихся с захватчиками, крепло и единство трудящихся различных национальностей. В частности, немало русских, украинских и белорусских семей рисковало жизнью, скрывая у себя людей еврейской национальности, повсеместно уничтожавшихся озверелыми гитлеровцами.

Советский социалистической строй даже на занятой врагом территории проявлял свою жизненную силу и прочность. Это пугало гитлеровцев и обостряло их злобу против членов Коммунистической партии, работников советских органов, активистов, ударников социалистического труда и стахановцев. С такой же дикой, непомерной злобой относились фашисты к деятелям советской науки и культуры. Они сознательно стремились уничтожить весь цвет советского народа.

Германские империалисты, как и многие другие враги Советского Союза, вызвались «освободить» советский народ от коммунизма. Но с первого же их шага по земле, которую немецкие армии столь обильно обагряли кровью невинных жертв насилия и террора, выявилось, что коммунизм — это часть души и тела народа, его мозг и плоть, что коммунизм и народ неразделимы. Ни пытки, ни смерть не могли расторгнуть единство народа с коммунизмом, с партией.

Экономическая борьба советских патриотов на оккупированной территории была направлена к тому, чтобы не дать гитлеровцам воспользоваться производственными мощностями и ресурсами этой территории в разбойничьих целях захватчиков. Рабочие и инженерно-технический состав, насильственно привлекаемые к выполнению заданий оккупационных властей, применяли и по собственной инициативе, и по заданиям подпольных партийных организаций многообразные формы саботажа и диверсий. В результате вся экономическая политика немецких завоевателей оказывалась несостоятельной; по собственному признанию, они получили на захваченных территориях гораздо меньше продукции, чем рассчитывали.

В качестве примера можно привести подвиг рабочих, техников и инженеров Донбасса. Они так мастерски действовали, что немцы не смогли организовать добычу угля и выплавку металла. Им пришлось возить на Украину и даже в Донбасс уголь из Западной Европы.

Большую работу развернули против оккупантов советские железнодорожники. На всей оккупированной территории выходили из строя водокачки, поворотные круги, поезда сходили с рельс, паровозы оказывались неисправными. Можно напомнить здесь о героических подвигах небольшой группы железнодорожников под руководством К. С. Заслонова в крупном узле Орша. Эта группа организовала производство специальных мин, которые систематически в течение сравнительно долгого времени закладывала в паровозы и вагоны. Этой группе удалось дезорганизовать железнодорожное сообщение в тылу немецко-фашистской группы армий «Центр».

Активное сопротивление встречали гитлеровцы и в деревне. Колхозники всячески уклонялись от сдачи продовольствия оккупационным властям, саботировали их распоряжения и систематически снабжали предметами питания партизан и подпольщиков. В свою очередь партизаны не забывали о своих верных друзьях и избавляли их от наиболее ретивых и жестоких администраторов. Одна немецкая газета откровенно признала: «Не одному сельскохозяйственному руководителю пришлось поплатиться жизнью за свою деятельность»[279].

Война невозможна без хорошо налаженного и организованного тыла. Таким тылом гитлеровской Германии, хотя и не очень хорошо организованным, была ее собственная территория. Но оккупированные советские земли, хотя в оперативном смысле и были тылом германской армии, не стали ее экономическим тылом.

Большое значение имела и идеологическая борьба советских патриотов во вражеском тылу. Эта идеологическая борьба сказалась в том, что советский народ начисто отверг человеконенавистническую и антикоммунистическую идеологию фашизма. Эта идеология оказала свое тлетворное влияние лишь на жалкую, изолированную от народа и остро ненавистную ему кучку предателей и изменников, перешедших на службу к оккупантам. Советские люди в своей массе остались верными идеям марксизма-ленинизма, идеям коммунизма.

Уничтожение солдат и офицеров фашистской армии, поджог различных материальных складов противника, повреждение линий связи и дезорганизация управления, распространение панических слухов среди оккупантов и их приспешников — все это было массовым явлением. Советские люди вели самоотверженную борьбу за спасение социалистической общественной собственности, зарывали в землю станки и тракторы, прятали оборудование и материалы. Эти их действия красноречиво свидетельствовали не только о глубокой вере в победу над врагом, но и о преданности общественному социалистическому производству.

Большая работа проводилась по спасению юношей и девушек от отправки на каторжные работы в Германию. По заданию подпольных партийных организаций многие советские патриоты становились управляющими домами, сотрудниками бирж труда и фашистских управ, шли работать в паспортные столы, пересыльные лагеря и даже в полицию, врачи — в поликлиники и отборные медицинские комиссии бирж труда. Неисчислимо количество фиктивных документов, предоставленных партизанам для их деятельности, подпольным партийным организациям — для маскировки их работы, а также справок о нетрудоспособности, выдававшихся тем, кто подлежал отправке в Германию.

В активном саботаже против врага участвовали миллионы людей. Этот саботаж, непрекращающиеся диверсии, вооруженное действия партизан, вся героическая борьба народа создавали для фашистов невыносимую обстановку, подрывали их моральный дух. Немало советских людей рисковали жизнью, своими делами доказывая немецким солдатам и офицерам обреченность похода на завоевание Советского Союза.

Захватчики при всем их желании не могли пустить корней на советской земле. Они оставались инородным, враждебным телом, которое не могло не быть выкинутым прочь. Но для этого необходимо было одержать военную победу над немецко-фашистским империалистическим воинством.

Даже в чудовищных застенках гитлеровских палачей, в фашистских концентрационных лагерях советские люди оставались бесстрашными революционерами-бойцами. Ни истязания, ни казни не могли их сломить. Как символ несгибаемой воли и твердости духа советского человека звучит славное имя генерала Д. М. Карбышева, превращенного гитлеровцами в глыбу льда, имя поэта Мусы Джалиля, казненного фашистами, и многих, многих других.

Томясь в мрачных застенках фашистских тюрем, в самых страшных, нечеловеческих условиях, Джалиль писал лирические стихи и песни, исполненные горячей любви к Родине и жизни, жгучей ненависти и гордого презрения к фашистским палачам[280].

За время второй мировой войны общее количество иностранных рабочих и военнопленных, вывезенных на каторжные работы в Германию, достигло 14 млн. человек. Несгибаемой волей к свободе, волей к борьбе отличались среди них советские люди. Ослабленные длительным голодом и непосильным трудом, находившиеся под строжайшей фашистской охраной и поставленные вне закона, они с величайшим мужеством и стойкостью активно вели борьбу против гитлеризма. Они создавали в лагерях подпольные комитеты, возглавлявшие советских людей, попавших в заключение. Эти комитеты, опираясь на основную массу заключенных, готовили вооруженные восстания, поддерживали, чем могли, слабых телом и духом. Комитеты устанавливали прочные связи с заключенными и иностранными рабочими из других стран, с немцами-антифашистами.

В южной Германии возникла подпольная организация советских патриотов — «Братство советских военнопленных», установившая прочные отношения с организацией немецких антифашистов, созданной коммунистами, — «Антинацистским немецким народным фронтом». К этому сотрудничеству присоединились и чехословацкие, и польские патриоты, находившиеся на каторжных работах. Так возникла одна из самых мощных антифашистских организаций на территории Германии. Несколько тысяч по-военному организованных и частично вооруженных людей различных национальностей активно готовились к восстанию против гитлеровской диктатуры. Им не удалось осуществить свои планы, но память об их отважных намерениях жива и будет жить в сердцах народов многих стран.

Борьба советских людей, оказавшихся в заключении или на фашистской каторге в самой Германии, серьезно влияла на общее положение в этой стране. Начиная с 1943 г. гитлеровские заправилы жили в неослабном страхе перед возможным общегерманским восстанием иностранных рабочих и заключенных. Этот страх вынуждал их держать часть войск на территории Германии. Был разработан и специальный план военных действий, зашифрованный наименованием «Валькирия», на случай такого восстания. Борьба советских патриотов проникла и в самое фашистское логово.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.116. Запросов К БД/Cache: 0 / 0