Глав: 10 | Статей: 73
Оглавление
Книга инженера-испытателя А. А. Малимона посвящена развитию отечественного автоматического стрелкового оружия от его зарождения до наших дней. В этом крупном технико-историческом исследовании автор анализирует сложный процесс создания, развития и совершенствования отечественного автомата.

В книге отражены три крупных периода в истории российского автомата.

2 По требованию фронта

2

По требованию фронта

В многогранной научно-технической деятельности оружейного полигона во все периоды его существования большой удельный вес имели не только разнохарактерные испытательные работы, но и научные исследования, а в военный период особенно.

В самом начале Великой Отечественной войны ГАУ и Наркоматом вооружения были развернуты широкомасштабные работы не только по совершенствованию существующего штатного оружия, но и разработке новых конструкций, что было связано с необходимостью проведения большого количества испытаний, причем в крайне ограниченные сроки.

В этот же период, несмотря на трудности военного времени, проводятся подготовительные работы по формированию и разработке новых оружейных комплексов, создаются необходимые научно-технические и конструкторские заделы по коренному усовершенствованию отечественной системы стрелкового вооружения с учетом выдвинутых войной новых требований не только по служебно-эксплуатационным качествам оружия, но и по производственно-технологическим его характеристикам.

По оружию нормального калибра УСВ ГАУ разрабатываются тактико-технические требования (ТТТ) на создание более совершенных образцов пистолета-пулемета, ручного и станкового пулеметов и других изделий. Организуются конструкторские конкурсы по разработке новых образцов.

Оружейному полигону и другим научным организациям выдаются специальные задания на выполнение большого комплекса научно-исследовательских работ по оружейной тематике, связанной с разработкой нового оружия.

В соответствии с требованиями действующей армии разрабатываются также технические требования на доработку существующего штатного оружия в виде технических заданий (ТЗ) на модернизацию. Доработка осуществляется не только основными разработчиками конструкций, авторами конкретных образцов, но и предприятиями промышленности, выпускающими эту продукцию крупносерийным производством.

Объявленный конкурс на разработку лучшего пистолета-пулемета по сравнению с существующими закончился принятием на вооружение образца системы конструкции Судаева (ППС-43), в полной мере удовлетворившего предъявленным новым требованиям. Он был запущен в серийное производство практически сразу после заключительных полигонных испытаний.

Но если отбор лучшего образца пистолета-пулемета, его доработка и заключительные испытания проведены в сравнительно короткие сроки, то попытка создать лучший ручной пулемет по сравнению с существующей системой Дегтярева (ДП) в конечном счете оказалась неудачной. Сложность решения поставленной задачи обуславливалась несколько завышенными требованиями, предъявленными разработчикам, не в полной мере учитывающими реальные технические возможности их практической реализации.

По условиям конкурса от конструкторов требовалось создать ручной пулемет, обеспечивающий ведение непрерывного автоматического огня напряженным режимом, который под силу был только станковому пулемету с более массивным стволом. Это вступало в противоречие с требованиями по обеспе чению малого веса системы (не более 7 кг) как главной характеристики, определяющей маневренные качества этого типа оружия и его преимущества перед станковым пулеметом. Заданный для ручного пулемета режим огня (500 выстрелов без охлаждения ствола), по опыту отработки станковых пулеметов того времени, мог выдержать ствол весом порядка 5 кг и более, что плохо вписывалось в общие весовые нормативы, заданные требованиями на разработку более легкой системы.

По итогам конкурса лучшие результаты показал ручной пулемет Симонова РПС-6, но и его отработка не была доведена до конца в связи со встретившимися трудностями по обеспечению надежной работы коробчатого магазина под винтовочный патрон, имеющий выступающую закраину гильзы.

Все работы по ручному пулемету периода военного времени ограничились модернизацией штатного образца Дегтярева (ДП). При доработке этой системы осуществлен перенос возвратно-боевой пружины из-под ствола в тыльную часть ствольной коробки, разработаны новое крепление ствола и неотъемные сошки, введена рукоятка управления огнем пистолетного типа, поставлен выбрасыватель конструкции Горюнова. Без изменения остались также нуждающиеся в доработке механизм питания и газоотводная система. Доработанный пулемет был принят на вооружение в 1944 году под наименованием «7,62-мм модернизированный ручной пулемет Дегтярева (ДПМ)».

Сложно шел процесс конкурсного отбора и последующей конструкторской отработки облегченного станкового пулемета новой конструкции калибра 7,62 мм. Конкурсной комиссии для полигонных испытаний за период с августа 1942 по июнь 1943 года представлено 14 различных конструкций станкового пулемета. Испытания проводились по мере готовности образцов и их поступления на полигон. По количеству участников, числу представленных образцов, с учетом вариантности конструкций и разнообразия конструктивных схем это был весьма представительный конкурс опытных разработок оружия периода Великой Отечественной войны.

У большинства пулеметов автоматика была построена на использовании отводимых из ствола газов и только у трех образцов — Ракова-Булкина, Рукавишникова и Тульского ОКБ — применен более сложный принцип: короткий ход ствола. 9 пулеметов, как и предусматривалось ТТТ, имели подачу патрона прямым выталкиванием из ленты, у 4 — двухтактная подача: сначала извлечение из ленты, а затем досылание в патронник.

У большинства пулеметов клиновое запирание ствола, у пулемета конструкции В.И. Силина оно более рациональное, короткое с поперечно перемещающимся клином затвора на близком расстоянии от пенька ствола, обеспечивающее равномерное нагружение обеих стенок ствольной коробки. У пулемета Ракова-Булкина запирание поворотом затвора с наличием муфты, разгружающей ствольную коробку. У одного из пулеметов шарнирно-рычажное запирание ствола, не обеспечившее надежной работы системы в самом начале испытаний. Стволы у всех пулеметов быстросменные с большим разбросом по общему весу — в пределах от 4,3 до 6,0 кг. Образцы Ижевского завода (СП-74) Ракова-Булкина и Рукавишникова, имели консольное крепление стволов, у остальных — клиновое.

В конкурсе принимал также участие и побывавший на вооружении пулемет Дегтярева двух вариантов модернизации.

Ковровским заводом в представленных трех других образцах предпринята попытка создания станкового пулемета на базе налаженного производства пулеметов ДП (ДТ) с прямой и двухтактной подачей патрона. В первом случае механизм подачи смонтирован в крышке ствольной коробки, во втором — крепящийся сверху приемник Дубинина-Полякова, связанный с рукояткой затворной рамы. Патронная лента от пулемета ДС-39. Приемник был разработан еще в довоенное время с целью придать пулемету ДП кроме магазинного еще и ленточное питание.

Победителем же конкурса при окончательном подведении итогов стал совершенно новый пулемет Ковровского завода, разработанный оружейниками-практиками П.М. Горюновым, В.Е. Воронковым и М.М. Горюновым (племянником П.М. Горюнова), получивший первоначальное наименование ГВГ.

Внимание комиссии с самого начала привлекла простота устройства этого пулемета, оригинальность и новизна конструктивного оформления отдельных узлов и механизмов. Этот образец был разработан на базе ручного пулемета одноименной конструкции тех же авторов, проходившего конкурсные испытания на полигоне в 1941 году, с отводом газов из ствола и запиранием перекосом затвора с односторонним нагружением ствольной коробки. Подающий ленту механизм — ползункового типа. Оригинальна отличающаяся элементами технической новизны схема подачи патрона с извлечением его из ленты при помощи специального движка, связанного с затвором и опусканием его вниз на линию досылания с помощью копира (гребня) крышки приемника. Оригинально прост процесс постановки ствола, не имеющего на цилиндрической посадочной поверхности обычно применяемых сухарных выступов. Фиксация ствола производится от продольных перемещений поперечным клином, именуемым замыкателем.

Начало испытаний ГВГ в сентябре 1942 года было неудачным. Из-за неудовлетворительной надежности работы, в том числе и частых разрывов гильз, испытания были приостановлены и пулемет был отправлен на доработку. В ноябре — продолжение испытаний, после которых принято решение об изготовлении опытной серии для войсковой проверки, но с большим объемом предварительной конструктивной доработки.

В числе требований по доработке — необходимость улучшения надежности работы, повышения живучести деталей, а также улучшения кучности стрельбы, по которой ГВГ намного отставал от испытывавшегося параллельно станкового пулемета Максима.

Проверка качества доработки, произведенная на полигоне в феврале 1943 года, в целом показала удовлетворительные результаты. По основным боевым характеристикам ГВГ мало уступал пулемету Максима, но по простоте конструктивного устройства и обслуживания при эксплуатации он заметно его превосходил. Обладал существенным преимуществом новый пулемет и по своим эксплуатационно-маневренным качествам, обусловленным уменьшением габаритных размеров и значительным снижением веса системы: тела пулемета на 6,5 кг, а в комплексе с доработанным колесным станком Дегтярева — на 25,6 кг.

Существенно проще и дешевле этот пулемет был и в производстве. Конструктивно он был лучше приспособлен к применению прогрессивных высокопроизводительных технологий, включая и сборочные операции.

Главной конструктивной особенностью победителя конкурса, по которой он не удовлетворил ТТТ, являлось применение, как и у пулемета ДС-39, двухтактной подачи патронов. Предлагая конструкторам применить прямую подачу патрона, разработчики ТТТ учитывали отрицательный опыт отработки ДС-39 по устранению разрывов патронов в ствольной коробке и их демонтажа при извлечении из ленты с выпадением пуль.

В связи с тем, что достаточно прочную и надежную в работе ленту под прямую подачу (с открытыми снизу звеньями для сквозного прохода досылателя затвора) в короткий срок отработать не удалось и дальнейшая работа по решению этой проблемы требовала длительного срока, причем с неясными перспективами, комиссия согласилась на применение двухтактной подачи патронов в отобранном ею пулемете с применением ленты ДС-39. Учитывалась при этом и подкупающая простота устройства, и оригинальность конструктивных решений пулемета, созданного в Ковровском заводе.

Опыт дальнейшего развития отечественного пулеметного вооружения, показал, что применение двухтактной подачи патрона на пулемете ГВГ не закончилось. Попутно с ней, в том числе и в варианте пулемета ГВГ, свою применяемость на долгое время сохранила и высокопрочная, всегда надежная в работе металлическая лента с замкнутыми звеньями, отработанная В.А. Дегтяревым на пулемете ДС-39. Эта лента применялась и на пулемете Максима с доработанным приемником как обладавшая несомненным эксплуатационным преимуществом перед лентой холщовой.

Что касается ленты под прямую подачу, то отрицательные прогнозы в отношении возможности ее отработки, а следовательно, и создания пулемета под такую ленту, не подтвердились. Их опровергли тульские конструкторы. Уже на этих конкурсных испытаниях лента пулемета В.И. Силина была признана лучшей из числа представленных с наличием резервных возможностей по дальнейшей доработке. Доработка подтвердила эти возможности, ее прочность была доведена до требуемого качества. Эксплуатационную применяемость такой ленты в 50-х годах подтвердили Г.И. Никитин и Ю.М. Соколов при разработке нового типа станкового пулемета.

В.И. Силин начал работу над упрощенной конструкцией станкового пулемета еще в довоенное время (инв. № 11013 ПР). За истекший период его образец прошел шесть туров полигонных испытаний, связанных с различными доработками. Он дорабатывался вместе с пулеметом ГВГ как резервный дублирующий образец, так как имел рациональное короткое запирание ствола поперечно перемещающимся клином затвора и наиболее перспективную конструкцию ленты под прямую подачу патрона и в связи с тем, что у его «соперника» были отдельные недостатки, в возможности устранения которых полной уверенности не было.

Но на последнем этапе В.И. Силин, видимо, «передоработал» свою систему, в связи с чем на ней появились новые, ранее не встречавшиеся недостатки (снижение живучести основных деталей, ухудшение кучности стрельбы). Дальнейшие работы по этому пулемету были прекращены в связи с укреплением позиции пулемета ГВГ после его доработки. Но и этот пулемет постигла неудача на первой опытной серии.

Специальная комиссия, созданная Приказом НКО от 29.03.1943 года, в образцах от первой опытной серийной партии обнаружила недостатки, которые препятствовали принятию данной системы на вооружение. Результаты полигонных испытаний оказались худшими, чем при проверке качества доработки образца перед запуском в серию: снижение надежности работы в затрудненных условиях, выпадение пуль при высоком темпе стрельбы, низкая живучесть отдельных деталей. Полигон объяснил это неполным выполнением своих рекомендаций по доработке. В результате было принято решение произвести дополнительную доработку пулемета, изготовить 5 образцов и провести дополнительные государственные испытания. На эти испытания доработанные ГВГ были поданы в мае, но уже вместе с доработанными ДС-39 (ДС-43).

В результате модернизации, проводившейся длительное время и тоже в конкурсном порядке, эксплуатационные характеристики системы Дегтярева намного повысились, но пулемет ГВГ, созданный на Ковровском заводе, был все же лучше. Он давал меньше задержек в стрельбе, имел меньше поломок деталей, был конструктивно проще для быстрого освоения в массовом производстве и в эксплуатации. Это подтвердил и сам В.А. Дегтярев, когда у Председателя ГКО решался вопрос, какой из этих двух названных пулеметов следует принять на вооружение армии.

Государственная комиссия под председательством генерал-майора С.А. Смирнова в мае 1943 года на основании результатов сравнительных испытаний двух разных систем рекомендовала пулемет ГВГ на облегченном станке Дегтярева для принятия на вооружение Красной Армии.

14 мая 1943 года решением Государственного Комитета Обороны этот пулемет был принят на вооружение под наименованием «7,62-мм станковый пулемет системы Горюнова образца 1943 года (СГ-43)».

Принятие данного образца на вооружение не снизило темпа работ по его усовершенствованию, которое уже приняло форму модернизации. В этой работе, как и при первоначальной доработке образца под наименованием ГВГ, со стороны полигона как испытатели и исследователи оружия, одновременно вносящие и предложения по его усовершенствованию, принимали участие В.С. Дейкин и В.Ф. Лютый, прошедший с этим пулеметом по фронтовым дорогам от Кривого Рога до Николаева и Одессы весной 1944 года в составе 8-й армии 3-го Украинского фронта.

Фронтовые обобщения капитана Лютого по дальнейшему усовершенствованию пулемета Горюнова, включающие в себя замечания и предложения непосредственных участников боевых действий, а также предложения полигона по результатам испытаний и специальных исследований серийных образцов легли в основу технических требований на модернизацию данной системы. Значительная часть изменений в пулемет СГ-43 внесена в предвойсковой период его освоения в серийном производводстве, при этом отработана конструкция ствола по наружным диаметральным размерам в сторону их увеличения в целях повышения прочности детали, уменьшения ее перегрева и обеспечения свободного отделения в нагретом состоянии.

Требовалось также исключение возможности заклинивания ствола в ствольной коробке, связанного с перегревом его заклиновой части. Для обеспечения регулировки узла запирания по величине зазора между пеньком ствола и зеркалом затвора в замыкателе введен вкладыш, перемещающийся по наклонной плоскости. Улучшена конструкция приемника и его внешние очертания. Основные его детали в целях упрочнения со штамповки переведены на изготовление фрезерованием. Внесены конструктивные упрочняющие изменения по движку, выбрасывателю, поршню и другим деталям. Улучшены в эксплуатационном отношении рукоятки затыльника и спусковое устройство — сделаны по типу пулемета Максима. Обеспечена возможность постановки кольцевого зенитного прицела; по наземному прицелу рамочного типа введена шкала для тяжелой пули.

Дополнительная доработка, коснувшаяся многих деталей и узлов пулемета, придавшая ему вид модернизированного образца, была проведена после войсковых испытаний.

В связи с этим в пулемет СГ-43 дополнительно были внесены изменения:

— введен регулируемый замыкатель ствола со шкалой отсчета величины перемещения клина, позволяющей определять величину перемещения ствола в сторону уменьшения или увеличения основного зазора узла запирания;

— по самому стволу введено продольное рифление в целях повышения жесткости и новый газовый регулятор с упрощенным способом перестановки без применения ключа;

— по рукоятке ствола введены изменения, обеспечивающие его первоначальный сдвиг при отделении от ствольной коробки:

— упразднена рамка приемника как отдельная деталь (при войсковых испытаниях отмечалось ее выпадение при обслуживании пулемета в зенитном положении с открытой крышкой приемника). Вырезы и скосы горловины приемника, служащие для фиксации патрона в нижнем положении и его направления при досылании, с рамки перенесены на ствольную коробку. К этому месту в дальнейшем было приковано особое внимание исследователей модернизированного СГ-43 в связи с несколько изменившимися условиями подачи патрона;

— укорочено основание приемника, введены подпружиненные пылезащитные щитки, закрывающие горловину приемника и экстракционное окно ствольной коробки;

— введена более надежная в работе трехперая пружина крышки приемника, улучшена конструкция спускового механизма и стоечно-винтового прицела, в котором повышены удобства пользования целиком боковых поправок с уменьшенной ценой деления шкалы;

— введены изменения под эксцентриковое крепление пулемета на новом станке. Штыревое крепление затыльника изменено на сухарное, место расположения рукоятки перезаряжания перенесено из-под затыльника на правую сторону с изменением конструкции.

Вес пулемета после произведенной доработки остался практически без изменения — 13,5 вместо 13,8 кг.

Конструкторская работа по модернизации СГ-43 была в основном завершена в 1945 году.

На заключительном этапе доработки, проводившейся по объявленному Главным управлением МО конкурсу, принимает участие и КБ полигона, в частности, прикомандированный к нему молодой конструктор М.Т. Калашников, начавший приобщаться к решению текущих проблем стрелкового вооружения армии. Им был предложен собственный комплекс конструктивных изменений СГ-43 для проведения полигонных испытаний сравнительно с аналогичными предложениями конструктора Зайцева, разработанными на заводе, осваивавшем массовый выпуск пулемета.

Для внедрения в производство принято большинство изменений, разработанных Зайцевым, более опытным конструктором по тому времени. Но и начинающий молодой конструктор тоже внес свой вклад в модернизацию: усовершенствованный прицел, щиток экстракционного окна и, как он сам об этом пишет, надульник для холостой стрельбы, потребовавшей разработки направления патрона, не имеющего пули, скатом гильзы.

При одном из сравнительных испытаний пулеметов двух модернизаций смелый на остроты техник-испытатель Маленков И.О. — весьма расторопный и оперативный в испытательной работе офицер, после вечернего доклада своему руководителю о результатах дневной работы, уже уходя, вдруг резко повернулся и с полуоборота как бы между прочим и шутя добавил: «А этот сержант, что из механической, далеко пойдет! Он так глубоко проник в ствольную коробку Зайцева, что сверху только одни пятки были видны». Сказал — и сразу вышел из кабинета, не дожидаясь реакции на свою реплику со стороны руководителя испытаний.

Такой вывод Иван Силантьевич, которого за свободный нрав и особую удачливость на охоте, особенно в период Чебаркульской эвакуации полигона, все называли просто Силычем, сделал, наблюдая, как сержант из конструкторского бюро полигона прямо на огневой позиции в перерывах между стрельбами пытливо и дотошно изучал изменения Зайцева по ствольной коробке и движку СГ-43, словно пытаясь еще что-то изменить или добавить.

В более поздние времена подобное высказывание по отношению к уже ставшему знаменитым и широко известным конструктору выглядело бы неуместным и неэтичным, но в то время Силыч, будучи старше сержанта по воинскому званию, образным народным юмором охарактеризовал пытливую любознательность молодого конструктора не только по отношению к опыту своих предшественников, но и опыту «соперников» по текущим конкурсам. Это был, между прочим, и оправдавший себя впоследствии прогноз в отношении конструкторского будущего недавно прибывшего на полигон молодого изобретателя из войск в воинском звании старший сержант.

Одновременно с модернизацией пулемета произведена и модернизация станка. По существу, В.А. Дегтяревым и Г.С. Гараниным разработана новая его конструкция. Вместо длинной стрелы станка Дегтярева образца 1943 года введен складывающийся хобот (по типу станка Соколова к пулемету Максима) с вертлюгом для крепления пулемета в зенитном положении.

Штыревое крепление пулемета на ползунках постели станка, один из которых (передний) имел пружинную амортизацию, заменено эксцентриковым креплением непосредственно на постели станка с обеспечением жесткого натяга по посадочным местам; обеспечена пружинная амортизация постели относительно основания станка. Упразднен стальной щит как элемент станка, демаскирующий пулеметный расчет.

Вес станка в результате указанной переделки уменьшился с 26,6 до 23,4 кг. Вес пулемета со станком составлял 36,9 кг вместо 40,4 кг до внесения изменений. Вес пулемета Максима на колесном станке Соколова составлял 66 кг при весе станка 45,7 кг.

С указанными усовершенствованиями по пулемету Горюнова и станку Дегтярева была утверждена модернизация пулемета СГ-43, после чего он получил наименование «7,62-мм модернизированный пулемет образца 1943 года конструкции Горюнова (СГМ)».

Довольно быстро произведены отработка новой конструкции станкового пулемета, а затем и его модернизация, если сравнивать сроки подобных работ не только в довоенное, но отчасти и в послевоенное время. Война явилась своеобразным катализатором, ускорившим этот процесс.

Но дорабатывался и станковый пулемет Максима образца 1910 года, переделанный на Тульском оружейном заводе (ТОЗе) в начале XX века русскими оружейниками П.П. Третьяковым, И.А. Пастуховым, В.И. Соколовым и другими умельцами этого старейшего в России оружейного предприятия. В этой работе еще в довоенное время принимал участие и научно-испытательный оружейный полигон (НИОП).

В 1926 году конструкторы полигона Сверчков, Шанин и другие предложили комплекс изменений по упрощению производства пулемета. Внесены конструктивные изменения по Замку, приемнику, спусковому устройству, крышке короба и другим деталям. Дальнейшее развитие эта модернизация получила в совместной работе НИОПа и Тульского завода, которая в 1929 году нашла свое практическое воплощение в небольшой опытной серии пулеметов, изготовленной ТОЗом для проверки войсковой эксплуатацией. В пулеметах этой серии были откидной затыльник, разрезной и не разрезной приемники с измененными деталями, рифленый кожух с широким водоналивным отверстием, измененные детали спускового и предохранительного устройства и другие изменения.

В начале 30-х годов Тульским заводом отработано хромирование деталей замка в целях повышения живучести, получившее одобрение полигона, изучалась возможность применения специально изготовленных патронов без выступающей закраины, проверялась возможность изготовления приемника методом литья из алюминиевых и других сплавов.

Торможение работ по модернизации пулемета Максима во второй половине 30-х годов было, очевидно, связано с разработкой более простых конструкций оружия данного типа, в которой кроме В.А. Дегтярева с 1931 года принимал участие конструктор Тульского КБ В.И. Силин.

Принятие на вооружение пулемета ДС-39 в 1939 году вовсе остановило все работы по пулемету Максима, они были возобновлены и получили интенсивный размах с началом Великой Отечественной войны в связи с прекращением производства ДС-39 в июне 1941 года и восстановлением производства снятой с вооружения системы.

Довоенный опыт доработки пулемета Максима был использован в военные годы, при этом внесены изменения:

— приемник конструкции Лубинца под холщовую и металлическую ленты с выключением верхних пальцев для удобства разряжания;

— вариант приемника, изготовляемого литьем из силумина;

— рифленый кожух с широким водоналивным отверстием по типу финского варианта пулемета Максима, позволяющий в зимнее время заполнять полость кожуха снегом или льдом;

— понижены требования по чистоте обработки нетрущихся поверхностей деталей;

— осуществлена замена дефицитных материалов более дешевыми;

— упрощена технология изготовления станка.

При всем этом производство и технология оставались трудоемкими и трудно осваиваемыми на новых предприятиях, что отрицательно сказалось на качестве выпускаемых пулеметов в первые годы войны. Некоторые заводы подавали на полигон образцы для контрольных испытаний, которые давали около 1 процента и более задержек при максимально допустимых 0,15 процента.

Отдельные недостатки, трудно поддающиеся устранению, были и в модернизированном пулемете Горюнова (СГМ), поставленном на массовое производство.

Не поддавалась полному исключению трудноустранимая задержка —«поперечный разрыв гильзы». Для извлечения из патронника оборвавшейся дульцевой ее части требовалось специальное приспособление — «извлекатель». Не всегда помогал в этом и регулируемый замыкатель ствола, особенно в тех случаях, когда на полуизношенную систему ставился новый ствол. Причину вскрывал конструктивный метод устранения этого недостатка в других системах под тот же винтовочный патрон, открывший способ предупреждения поперечных разрывов гильз в новых опытных разработках оружия.

Новые опытные системы (Дегтярева, Булкина, Бойдало, Савина) с коротким симметричным запиранием ствола не давали поперечных разрывов гильз при весьма значительных характеристиках износа узла запирания, выходящих далеко за пределы недопустимых для штатных систем эксплуатационных значений.

Пулемет Дегтярева, например, имел запирание двумя короткими запорными выступами затвора, которые при его повороте на небольшом удалении от пенька ствола заходили за боевые выступы ствольной коробки. Это была вторая система Дегтярева, в которой он отошел от своих традиционных боевых упоров, разводящихся в стороны, применив на этот раз более прогрессивную схему запирания по сравнению с автоматом под патрон образца 1943 года с вертикальным перекосом затвора (инв. № 10961 ПР).

Этот пулемет был разработан автором в инициативном порядке и подан на полигонные испытания в 1947 году как образец, предназначенный для замены существующих ручного и станкового пулеметов.

Ручные пулеметы Булкина, Савина и Бойдало проходили на полигоне конкурсные испытания в 1943 году (инв. № 11007 ПР). Запорные выступы затворов у этих пулеметов при повороте затвора заходили за боевые выступы ствольной муфты.

Крепление ствола и его запирание с помощью отдельной детали — ствольной муфты полигон отметил как положительную конструктивную особенность испытанных пулеметов, позволяющую: во-первых, разгрузить ствольную коробку и изготовлять ее штамповкой из листового металла и, во-вторых, избежать поперечных разрывов ишьз даже при значительном эксплуатационном износе узла запирания.

Применение бесклинового запирания с помощью ствольной муфты или специального вкладыша аналогичного назначения открывало путь для дальнейшего облегчения оружия и уменьшения расхода металла на его изготовление.

Сравнительный анализ различных систем по узлу запирания и специальные исследования по поперечным разрывам гильз, проведенные на полигоне, показали, что причиной этого явления в пулемете СГ-43 (СГМ) является чрезмерно большая деформация деталей узла запирания при выстреле, обусловленная большой длиной и боковым перекосом затвора и односторонним нагружением только одной стенки ствольной коробки.

Нестабильность бокового перекоса затвора и зеркала его чашечки относительно оси ствола, связанная и с поперечной деформацией ствольной коробки, создавала и нестабильные условия для упругой деформации стенок гильзы по ее кольцевому периметру, которая при крайне неблагоприятных условиях переходила в пластическую. Об этом свидетельствовали и местные односторонние надрывы стенки экстрактированных гильз, обнаруживаемые при осмотрах, являвшиеся предвестниками полного их разрыва.

При полигонных испытаниях различных образцов оружия в 40-50-х годах чувствительность оружия нормального калибра к поперечным разрывам гильз и их связь с применяемой схемой узла запирания замечались в большей степени на системах под 7,62-мм винтовочный патрон. Промежуточный патрон образца 1943 года проявлял меньшую склонность давать обрывы гильз вне связи с применяемым принципом запирания. Единичные случаи получения разрывов гильз в массовом производстве автоматов были связаны с серьезными отступлениями от штатной технологии по термической обработке металла гильз. В ходе массового производства пулеметов СГМ выяснилось, что и в этой системе не исключена полностью возможность получения разрывов патронов в ствольной коробке в процессе подачи, связанных с самосрабатыванием капсюля-воспламенителя.

В отличие от пулемета ДС-39 на пулемете СГМ (СГ-43) разрывы патрона происходили в единичных случаях и не при каждом испытании. Их проявление не сопровождалось повреждением оружия или травмами пулеметчика, но даже в крайне редком проявлении они были недопустимым явлением для оружия. Во-первых, в результате взрывного демонтажа патрона происходило «запорошение» автоматики, требовавшее разборки и чистки оружия, а во-вторых, необычный звуковой эффект, когда пламя вырывается из пулемета, не мог вселять уверенность пулеметчику в эксплуатационной исправности такого оружия и безопасности его эксплуатации.

Изучение процесса подачи патрона и другие исследования показали, что самосрабатывания капсюля были связаны с динамическими ударами, претерпеваемыми патроном в процессе подачи из ленты в патронник ствола. Наиболее опасным был удар патрона о гребень (копир) крышки приемника, а затем, при опускании вниз на линию досылания в патронник, о достаточно массивную и жесткую фрезерованную ствольную коробку. В этом месте чаще всего и происходили разрывы.

Сличение конструкций приемников до и после модернизации показало, что в прежнем его варианте, когда присутствовала штампованная рамка, посадка патрона на дно приемника была более мягкой, чем после модернизации, что и было признано одной из вероятных причин повышения чувствительности СГМ к проявлению детонации патронов внутри ствольной коробки. Но не только в этом заключалась причина, многое зависело еще и от качества патронов по чувствительности восприятия ударных нагрузок капсюльным составом.

Более спокойно двухтактная подача патрона, чем в уже упоминавшихся новых системах, осуществляется в пулемете Максима, где в процессе всей подачи, начиная от ленты до патронника ствола, патрон находится в загибах боевой личинки замка, не испытывая ударных перегрузок.

Подобную подачу применял конструктор полигона В.И. Симонин при участии в работе по модернизации пулемета Дегтярева ДС-39 в 1942 году, разработав специальный качающийся извлекатель («Гусь Симонина») с пружинными «камертонными» зацепами, шарнирно соединенный с сапожком затворной рамы (инв. № 10786 ПР).

Весьма низкой на пулемете СГМ была живучесть ствола, не имеющего специальных устройств для эффективного охлаждения наподобие пулемета Максима. Фактически она находилась в пределах 30–40 процентов от требуемой минимальной нормы. Двух запасных стволов, кроме основного, не хватало для обеспечения полной живучести системы. Особенно низкую живучесть стволы показывали на патронах изготовления военного времени, снаряженных импортным винтовочным порохом особой доставки (ВТОД), обладающим повышенной калорийностью и склонностью усиливать эрозионный износ металла ствола по сравнению с отечественным винтовочным порохом ВТ.

В связи с указанным обстоятельством при выборочных контрольных испытаниях валовой продукции заводов на полигоне в целях проверки живучести других деталей дострел пулеметов до установленной нормы производился уже на изношенных стволах, что не соответствовало реальным условиям его боевой службы. Почти 1/3 выстрелов от общей наработки на пулемет производилась на пониженных скоростях автоматики и темпе стрельбы, что искажало представление о фактической живучести деталей.

После исчерпания живучести по первоначальным двум критериям — падению скорости пули на 5 % и ухудшению кучности стрельбы в 2,5 раза, вскоре, не более чем через одну-две тысячи выстрелов, наступает полная потеря боевых качеств ствола. На фанерном щите, установленном на стометровой дальности, более 50 % овальных и боковых пробоин, свидетельствующих о потере пулями гироскопической устойчивости на полете. Не все пули по этой причине долетают до щита. Среди недолетевших и демонтажи, полученные еще в стволе в результате разрушения оболочки пуль острыми образованиями металла, созданными его глубоким эрозионным износом в начале нарезной части канала.

Продолжение испытаний с такими стволами сопровождается звуковыми хлопками и вспышками пламени у дульной части ствола. Это последствия неполного сгорания пороха в стволе и догорания его на воздухе. Пороховые газы вместе с несгоревшими частицами пороха вырываются наружу между поверхностью пули и стенками ствола, главным образом по месту его большого эрозионного износа. Но не весь выброшенный из ствола порох полностью сгорает. Весной после стаивания снега впереди огневой позиции, где проводились испытания в зимнее время, его зеленоватый цвет заметен на расстоянии до 10 метров и более от огневого рубежа. Здесь и полностью развернутые оболочки демонтированных пуль, выброшенных также из ствола. Порох этот выжигают, горит он тихим и спокойным пламенем.

В решении проблемы живучести пулеметных стволов наряду с другими научными организациями и предприятиями промышленности принимал участие и полигон. Большой объем экспериментально-технических исследований по данному вопросу, проведенных полигоном в 1944–1947 гг., завершился разработкой П.С. Ципко теории износа стволов и методов повышения их живучести, нашедшей практическое применение в промышленности (инв. № 1101 ПР). Исследования проводились с участием кандидата технических наук Усова, научного работника Института стали им. Сталина, в годы войны призывавшегося на службу в армию.

В результате последующих работ живучесть ствола пулемета СГМ была доведена почти до нормы живучести всей системы. Достигнуто это было за счет применения высоколегированной стали и повышения толщины хромового покрытия канала ствола до 0,4 мм на диаметр.

Решение проблемы живучести ствола пулемета СГМ было одновременно и весьма важным вкладом в решение вопроса по созданию Единого пулемета пехоты под 7,62-мм винтовочный патрон, объединяющего в себе функции станкового и ручного.

При формировании в послевоенное время идеи создания для армии Единого пулемета и разработке на него тактико-технических требований предусматривалось существенное дальнейшее снижение веса такой системы, и вопрос живучести ствола и придаваемом их количестве при комплектации изделия запасными частями имел весьма важное значение.

Сенсационным событием в годы войны было поступление на полигон из разных частей действующей армии четырех модернизированных танковых пулеметов Дегтярева (ДТМ) с разорванными ствольными коробками для проведения исследований и установления причин их повреждения. Все пулеметы поступили почти одновременно, все имели одинаковый дефект — сквозной продольный разрыв коробки под стволом по наиболее слабому сечению. Согласно полученной дополнительной информации все разрывы произошли на первом выстреле сразу после получения оружия с завода. Гильзы патронов, на которых получены разрывы коробок, для исследований не представлены.

Исследования были начаты с попыток получить аналогичные разрушения коробки на другом, новом пулемете искусственным путем. Проверка предположения А.Я. Башмарина в отношении выстрела на большом отскоке затворной рамы, при котором происходит сведение боевых упоров затвора и ствол оказывается не запертым, положительных результатов не дала. При этой проверке происходили разрыв корпуса гильзы, неполное сгорание пороха и загрязнение им внутренней полости ствольной коробки. Ствольная коробка без повреждений. Такую стрельбу удавалось получать на обычных нормальных патронах после того, как их выдерживали 1–2 суток в воде, керосине, жидкой смазке или любой другой жидкости, за исключением легковоспламеняющихся. Такие патроны в результате увлажнения порохового заряда со стороны капсюля давали различные по величине затяжки выстрелов, в том числе и такие, которые регистрировались даже на слух.

Получение разрыва коробки при проводившихся экспериментальных исследованиях стало возможным только при прочно запертом стволе в случае образования в нем чрезмерно повышенного давления, а это при нормальных патронах и соблюдении всех правил эксплуатации оружия практически исключалось.

Разрывы коробок, подобные присланным, экспериментально удавалось получить при выстреле с наличием второй пули в начале нарезов ствола (если в средней части, то получалось только раздутие ствола), при полностью заполненном стволе густой смазкой (пушсалом), при полном снаряжении гильзы винтовочного патрона высококалорийным порохом пистолетных патронов. В указанных случаях пороховые газы прорывались через ослабленные места по дну корпуса гильзы в замкнутое пространство внутренней полости ствольной коробки, ограниченное ее стенками и затворной рамой, и, расширяясь, производили разрушительное действие. Разрыва коробки в этих случаях удавалось избежать путем введения выреза (окна) в затворной раме для стравливания газов в месте их прорыва. Давление в стволе в указанных случаях по сравнению с нормальными выстрелами, как показали изучение характера деформации гильз в оголенных местах и стрельба тарированными по высокому давлению патронами, повышалось примерно вдвое.

Прорыв газов из ствола через дно гильзы в пулемете ДТМ стал возможным в связи с постановкой на него при модернизации выбрасывателя типа пулемета СГ-43, работающего на самозатягивание при экстрактировании гильз, конструктивно обусловленного наличием эксцентриситета в положении оси выбрасывателя относительно его зуба.

Отверстие в чашечке затвора под такой выбрасыватель создает большое оголение дна гильзы (примерно 30 % от общей опорной поверхности), что в сочетании с оголением корпуса гильзы по вырезу ствола под выбрасыватель не выдерживало чрезмерно увеличенной мощности выстрела. Происходило разрушение дна гильзы с проштамповкой оголенного участка в отверстие затвора под выбрасыватель. Наиболее вероятной причиной разрыва ствольной коробки ДТМ в войсковых условиях признано наличие в канале ствола густой консервационной смазки (пушсала), не удаленной при подготовке оружия к стрельбе. Все другие версии отпадали, так как дефект получен при первом выстреле, а попадание патрона с пистолетным порохом во всех четырех случаях было маловероятно.

Последующие исследования данного вопроса на пулемете Горюнова при тех же экстремальных условиях проверки прочности узла запирания приводили к тем же разрушительным последствиям. Тем не менее выбрасыватель Горюнова в чистом виде и с некоторыми изменениями в дальнейшем при создании новых конструкций оружия находил все же применение. В тех же случаях, когда условия эксплуатации оружия требовали более высокой прочности узла запирания, от этой конструкции отказывались и заменяли новой, обеспечивающей более надежное перекрытие дна гильзы затвором.

Но в образцах Дегтярева конструкция выбрасывателя не менялась. В результате исследований полигона в затворной раме для стравливания газов, в случае их прорыва из ствола, введено 3 отверстия диаметром 5 мм, расположенных треугольником впереди окна для выбрасывания гильз, что, как показали полигонные испытания, оправдало свое назначение. Это изменение было внедрено в валовое производство.

Положительный эффект подобное изменение дало и на пулемете Горюнова, но оно не получило внедрения в массовом производстве, так как исследования производились уже в преддверии прекращения производства этой системы.

С целью предотвращения разрыва патронов в случае затяжных выстрелов на отскоке рамы по системе Дегтярева стали разрабатываться различные схемы противоотскоков в виде инерционного тела в пустотелом штоке, подпружиненного ролика на раме, заскакивающего в выем ствольной коробки при приходе частей в переднее положение и т. п.

По результатам полигонных испытаний они не обеспечивали во всех случаях стабильного и надежного гашения отскока рамы и практической реализации не получили. Патронной промышленностью проведена работа по улучшению герметизации патронов по местам посадки капсюля и запрессовки пули. В патронах 60-х годов при необходимости проведения исследований, связанных с затяжными выстрелами, получать их путем даже чрезмерно большой по времени выдержки в различных жидкостных средах уже не удавалось.

Работа полигона была характерна и многими другими исследованиями по штатным образцам и новым конструкциям оружия, проводимым по заданиям ГАУ и заявкам промышленности.

Определяя основные направления конструкторских работ, ГАУ и Наркомат вооружения, преобразованный в годы войны в Министерство вооружения, постоянно контролировали и ход этих работ, не только по срокам исполнения, но и по качеству выполнения предъявленных требований к оружию.

Ведущие офицеры УСВ ГАУ по каждому из видов оружия принимали постоянное участие и в полигонных испытаниях опытных изделий, оказывая техническую и методическую помощь полигону и его испытателям.

Наиболее часто присутствовали на испытаниях А.Я. Башмарин, М.М. Трофимов, И.Я. Литичевский, Е.И. Смирнов, А.Д. Ермоленко, Ф.К. Быстров, В.И. Алгалов. Ни одна опытная работа не проводилась на полигоне без участия представителей ГАУ. Этому способствовала и территориальная близость полигона.

Для решения особо важных вопросов, связанных с испытаниями по ключевым проблемам вооружения, на полигон приезжали и руководители Управления стрелкового вооружения Н.Н. Дубовицкий, А.Н. Сергеев, П.П. Мандич, А.А. Григорьев.

Решение спорных вопросов с участием представителей различных ведомств было не простым. С одним из таких весьма важных вопросов встретился Н.Н. Дубовицкий еще в роли начальника полигона и председателя комиссии по принятию решения о станковом пулемете.

По результатам полигонных испытаний почти по всем качествам пулемет Горюнова превосходил образец Дегтярева ДС-43. Все члены комиссии с этим соглашались, но когда речь заходила о том, какой пулемет рекомендовать на вооружение, много было не согласных с принятием решения в пользу лучшего образца.

Председатель комиссии предложил составить раздельные акты по каждому из видов испытаний (надежности работы, живучести деталей, кучности стрельбы и т. д.) с соответствующими выводами. Все с этим согласились. И когда Николай Николаевич Дубовицкий все эти подписанные всеми членами комиссии акты выложил на стол, расположив их в порядке значимости характеристик испытанных пулеметов, то все споры о том, какой пулемет рекомендовать на вооружение, сразу прекратились.

Оглавление книги


Генерация: 0.214. Запросов К БД/Cache: 3 / 1