Глав: 8 | Статей: 42
Оглавление
НОВАЯ книга от автора бестселлера «Линия Сталина» в бою». Подлинная история всех укрепрайонов и оборонительных полос Второй Мировой войны и боевых действий при их прорыве.

Линия Маннергейма и линия Мажино, линия Молотова и Восточный вал, линия Сталина и линия Зигфрида, советские и японские укрепрайоны на Дальнем Востоке и т. д. и т. п. — в этой книге вы найдете исчерпывающую информацию обо всех «китайских стенах XX века» и профессиональный анализ их эффективности.

Почему в 1939–1945 гг. не повторился «позиционный тупик» Первой Мировой? Возможно ли в принципе создать «непреодолимую» линию обороны? Оправданны ли колоссальные затраты на строительство укрепрайонов? И как именно штурмовым группам удавалось прорывать мощнейшие оборонительные системы?

Кингисеппский укрепленный район

Кингисеппский укрепленный район

Кингисеппский укрепленный район строился в 1928–1932 годах, с целью прикрытия нарвско-кингисеппского направления на советско-эстонской государственной границе. Его первые огневые точки, прикрывавшие дорогу из Ивангорода и мосты в Кингисеппе, были построены еще в 1928–1929 годах, но основная часть долговременных сооружений строилась в 1931–1935 годах. Поскольку перед этим укрепленным районом ставилась задача сдерживания агрессии относительно немногочисленных войск буржуазной Эстонии, а также высадившихся на Кургальском полуострове десантов Польши или Финляндии, то его укрепления были значительно слабее, чем те, которые в то же время строились на Карельском перешейке.

Первоначально Кингисеппский укрепленный район представлял собой две независимые укрепленные позиции — Кингисеппскую и Усть-Лужскую.

Кингисеппская укрепленная позиция имела длину в 47 километров и простиралась от деревни Орлы, расположенной на правом берегу Луги севернее Кингисеппа, до массива болот Пятницкий Мох. Правым флангом она опиралась на Усть-Лужскую укрепленную позицию, левым — на непроходимую полосу болот, находившуюся в низменности между реками Нарва, Плюсса и Чудским озером с одной стороны и рекой Луга — с другой. Водная преграда Чудского и Псковского озер считалась непреодолимой и имела по восточному берегу противодесантную оборону, а к югу от Псковского озера на старой границе СССР находился Псковский укрепленный район.

Кингисеппская укрепленная позиция состояла из трех узлов обороны — Дубровинский (левобережный), Кошкинский (правобережный) и тыловой (Криккоского).

Дубровинский узел перекрывал пространство от левобережья Луги до Пятницкого Мха тремя линиями укреплений. Первая, от прибрежной деревни Сала до деревни Анненская, состояла из левобережной части Сальского и всего Дубровского батальонных районов обороны. Вторая линия укреплений протянулась от деревни Калмотка на берегу Луги до деревни Артемьевка и состояла из Александрогорского и Поселкового батальонных районов обороны. Третья полукольцом охватывала подступы к автомобильному и железнодорожному мостам через реку Лугу непосредственно в Кингисеппе и составляла отдельный район обороны. Общая глубина этого узла достигала 12 километров, не считая 2 километров предполья. Огневые точки первых двух из этих полос выстраивались меридианально примерно в две линии — передовую и тыловую.

Кошкинский узел начинался севернее деревни Орлы, шел по берегу реки до деревни Кошкино, расположенной на правом берегу реки Луга. Он состоял из Итовского взводного района обороны и правобережной части Сальского батальонного района обороны. Общая глубина обороны Кошкинского узла не превышала 2 километров.

Крикковский ротный район обороны находился в тылу по отношению к двум первым, в лесу, в 8 километрах восточнее деревни Орлы, в районе перекрестка дорог у деревни Крикково.

Усть-Лужская укрепленная позиция имела противодесантное предназначение. До 1939 года она входила в состав Ижорского укрепленного сектора береговой обороны Кронштадтской военно-морской базы Краснознаменного Балтийского флота. Основная часть ее долговременных оборонительных сооружений, за исключением Куровицко-го взводного района обороны, расположенного на правом берегу реки Луга, находилась на левобережье от деревни Кирьямо до излучины реки Мертвица. Основные оборонительные сооружения выстраивались в линию вдоль береговой террасы Финского залива, создавая Кирьямовский и Струповский взводные районы обороны и Большой Куземкинский батальонный район обороны. По фронту эта позиция занимала около 25 километров и имела глубину 3,5 километра. Севернее деревни Кирьямо на Кургальском полуострове имелись и другие оборонительные сооружения Береговой обороны К.Ф. В частности, 130-мм четырехорудийная береговая батарея у деревни Курголово, а также позиции, предназначенные для 356, 305 и 180-мм железнодорожных артиллерийских установок. Таким образом, считалось, что Кингисеппский укрепленный район имеет надежно прикрытые фланги.

Поскольку Кингисеппский укрепленный район предназначался для отражения наступления эстонских войск, на вооружении которых не было значительного количества тяжелой артиллерии, то его костяк состоял из долговременных огневых точек «малого» типа — категорий Ml, М2 и М3 в классификации 1931 года. «Больших» точек категории «Б одноэтажный» было всего две. Одна из них находилась в Большом Куземкинском батальонном районе обороны, а вторая — в Александрогорском.



Двухамбразурный пулеметный ДОТ

Всего в пределах Кинигсеппского укрепленного района было сооружено 49 долговременных оборонительных точек (ДОТов), из которых 18 находились на Усть-Лужской укрепленной позиции. Все ДОТы были одноэтажными, двух- или трехамбразурными, не имели казарм и убежищ для личного состава. Они предназначались для отражения атаки противника с фронта и не предусматривали ведение не только круговой обороны, но и фланкирующего огня.

Главным вооружением ДОТов были пулеметы системы Максима образца 1910 г. в казематных пулеметных установках ПС-31, то есть на деревянных казематных станках системы Горносталева образца 1931 г. На каждый пулемет по штату имелось 6000 патронов, которые снаряжались в ленты и содержались в коробках непосредственно в боевом каземате. Кроме того, имелось еще 30 000 патронов, которые хранились в цинках в техническом помещении. Пулеметные амбразуры ДОТов прикрывались 40-мм бронезаслонками, которые во время боя откидывались вверх и вовнутрь. Амбразуры обеспечивали сектор обстрела 60–70 градусов. В качестве оружия самообороны гарнизон имел ручные пулеметы Дегтярева (ПД) образца 1927 г. и винтовки.

Для наблюдения за полем боя в отдельных ДОТах имелись перископы. Связь между ДОТами обеспечивалась преимущественно воздушно-проводными телефонными линиями. Однако в июле — августе 1941 года телефонный кабель на глубину штыка лопаты (вместо положенных по нормативам 3–4 метров) был зарыт в землю. Кроме того, в командирских ДОТах имелись радиостанции РБ и РБМ (всего 25 шт. на УР), а для центральной связи — радиостанция 5АК, смонтированная на двуколке. Однако в 1941 году, из-за радиобоязни, по приказу коменданта укрепленного района все радиостанции были опечатаны.

Вентиляция боевых казематов осуществлялась фильтрами-поглотителями ФП-150 (ФПУ-100) с вентиляторами КП-4А. Электропитание в ДОТах обеспечивалось бензоэлектрическими агрегатами AЛ-6, работавшими на автомобильном бензине. Вода для баков системы охлаждения пулеметов, а по нормативам ее требовалось около 240 литров на день боя, бралась из вырытых рядом с ДОТами колодцев. Непосредственно в ДОТах имелись запасы питьевой воды и провизии. Санузлы отсутствовали — в боевой обстановке их заменяли выносные ведра с крышками, а в мирное время гарнизон жил в построенном возле ДОТа блиндаже и по нужде ходил в специально имевшееся в стороне строение.

Для гидроизоляции ДОТы покрывались битумом, поверх которого могла наноситься маскирующая окраска. Маскировались огневые точки в большинстве своем под рельеф местности земляной обсыпкой. Те же из них, которые стояли возле деревень, маскировались под дома или сараи. Возле боевых ДОТов строились ложные фортификационные сооружения (ЛОТы) — макеты ДОТов. Это были средних размеров сооружения, состоящие из одного каземата с совершенно открытым входом и двумя или тремя большими проемами, имитирующими амбразуры. Строились ЛОТы из неармированного бетона толщиной 15–20 мм, обеспечивая противоосколочную защиту. Предполагалось, что при приближении противника бойцы откроют огонь из ручного пулемета из такой точки, а потом быстро покинут это сооружение, подставляя его под расстрел вражеской артиллерией для отвлечения ее огня от боевых ДОТов.

Для усиления огневой мощи укрепленных районов в 1934–1937 годах Ленинградский военный округ передал им 160 списанных танков Т-18 (МС-1), вооруженных либо двумя пулеметами, либо 37-мм пушкой системы Гочкиса.

В частности, под Кингисеппом до 1939 года было установлено не менее 33 бронированных огневых точек (ТОТ), которые подразделялись на танковые и танкобашенные. Сектор обстрела этих точек был круговым.

Танковая огневая точка представляла собой танк Т-18 со снятыми двигателем, ходовой частью и кормовыми листами брони, вмурованный в мощное бетонное основание таким образом, что над поверхностью земли возвышалась только его башня. Вход в точку осуществлялся через корму танка, для чего в задней части бетонного основания устраивалась шахта. Боевой расчет состоял их двух человек, живших в блиндаже неподалеку.

Танкобашенные огневые точки отличались от танковых тем, что на бетонное основание устанавливался только подбашенный погон, на который ставилась башня танка. Помещение для гарнизона в этом случае было целиком бетонным и полностью подземным с шахтным входом.

С момента присоединения Эстонии к СССР летом 1940 года совершенствование укрепленного района было прекращено, а сам он законсервирован. При этом часть вооружения была снята. Однако в 1941 году строительство оборонительных рубежей было не только возобновлено, но и увеличено.

В 1941 году протяженность Кингисеппского укрепленного района возросла до 71 километра. Он начинался от Финского залива и простирался на юг, вдоль левого берега Луги. Глубина оборонительных сооружений не превышала 2 километров. Полоса района была оборудована противотанковыми рвами, каменными и железобетонными надолбами, проволочными заграждениями, эскарпами по берегам рек. Всего в районе находилось 89 боеготовых долговременных оборонительных сооружений.

Дислокация частей 21-го (Кингисеппского) укрепленного района (комендант — майор В.А. Котик, военком, старший батальонный комиссар В.А. Карпов, начальник штаба — майор А. Г. Биншток) на 14 августа 1941 года была следующей.

Штаб и управление укрепленного района помещались в бывшем барском доме усадьбы Сала.

152-й отдельный пулеметно-артиллерийский батальон (командир — старший лейтенант А.М. Королев) занимал огневые точки передовой полосы обороны. Его 1-я рота оборонялась на рубеже Манновке — Сережино — Кошкино, 2-я рота — от деревни Сала до деревни Анненская, 3-я рота — Грабиловка — Костино, 4-я рота — от Грибаловки до Большое Куземкино, 5-я рота занимала огневые точки предполья по линии шоссе у Кобыляки — Мутный ручей — озеро Каскосари. Учебная рота этого батальона к началу боевых действий была преобразована в 6-ю резервную роту и сосредоточена в районе северо-восточнее Больших Куземок. Командный пункт батальона находился в военном городке в 1,5 километра к востоку от колхоза «Первое Мая».

263-й отдельный пулеметно-артиллерийский батальон (командир — капитан А.Т. Голышев), обороняя шоссе Нарва — Кингисепп, занимал вторую и третью позиции. Его 1-я рота оборонялась от Артемьевки до ж.д. станции Сала фронтом на юг. 2-я рота располагалась в лесу, один километр севернее Артемьевки. 3-я рота занимала оборону по рубежу река Падожица высота 21,8 фронтом на болото Пятницкий Мох. 4-я рота занимала рубеж Новопятницкое — кирпичный завод фронтом на Кингисепп. Штаб батальона размещался в деревне Артемьевка.

Три роты 266-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона (командир — старший лейтенант И.Я. Хламов) занимали оборону по реке Нарова.

Таким образом к середине августа 1941 года Кингисеппский укрепленный район был занят войсками всего двух отдельных пулеметно-артиллерийских батальонов (152-м и 263-м) вместо положенных шести, причем один батальон состоял из ополченцев. Общее число личного состава его гарнизона не превышало 2200 чел. Согласно записке коменданта, укрепленный район имел ряд недостатков. Он писал:

• УР совершенно немобилен, и если он будет обойден с фланга либо прорван большой концентрацией ударных сил в узком коридоре, то это поставит в отчаянное положение все обороняющиеся на УРе войска, принуждая их к оставлению УРа в целом.

• УР не гибок, то есть если несколько его точек будут выявлены противником в ходе огневого вскрытия и затем уничтожены его артиллерией или штурмовыми группами, то заменить их будет нечем, и это разрушит оборону всего района.

• В-третьих (и это самое главное), даже теоретически плохо понятно, как можно было бы организовать упомянутое взаимодействие ОПАБов и «полевого заполнения», как привить бойцам и командирам стрелковых дивизий навыки и умение сражаться в составе укрепленных районов?

Тем не менее за июль и первые две недели августа 1941 года эти батальоны вместе с приданным гражданским населением проделали огромную работу по приведению рубежей обороны в боевую готовность. Были отрыты десятки километров противотанковых рвов, окопов, ходов сообщений, установлены различные противотанковые заграждения, колючая проволока, сооружено множество деревоземляных и железобетонных огневых точек, блиндажей, землянок, расчищены от зарослей сектора обстрела.

22 июня 1941 года войска немецкой группы армий «Север» перешли границу СССР в Прибалтике. Нанеся поражение армиям прикрытия границы, к 26–29 июня они вышли на рубеж реки Западная Двина, захватив плацдармы на ее правом берегу у Даугавпилса и Крустпилса. Командующий фронтом отдал приказ об отводе войск на рубежи «старых УРов». Но организованно осуществить этот отвод не удалось. Поэтому направление на Псков и Остров оказалось открытым.

3 июля немцы вышли к Островскому укрепленному району, в пределах которого не было сил, необходимых для того, чтобы остановить противника. 4 июля немцы заняли Остров, и попытки советского командования ликвидировать этот прорыв силами опоздавшего к Острову 41-го стрелкового и 1-го механизированного корпусов успехом не увенчались. После этого 1 — я и 6-я танковые дивизии немцев, повернув на север, вышли в тыл защитникам Псковского укрепленного района, который был оставлен советскими войсками 8 июля, а на следующий день противником был занят Псков.

После занятия Пскова немцы начали наступление на Ленинград. Советское командование, стремясь задержать наступление противника, приняло решение о создании Лужского оборонительного рубежа, который полукольцом в 280 километров должен был прикрыть город с запада и юго-запада по реке Луге и от ее верховий через болота и по рекам Мшага и Шелонь — к озеру Ильмень. Для решения этой задачи 5 июля 1941 года из частей, занимавших там оборону, была сформирована Лужская оперативная группа войск (командующий — генерал-майор А.Н. Астанин), которая была разделена на Кингисеппский (правофланговый), Лужский (центральный) и Восточный (левофланговый) участки обороны.

Кингисеппский участок обороны (КУО) под руководством генерал-майора В.В. Семашко занимал оборону в 150-километровой полосе от Нарвского залива до железнодорожной станции Толмачево. В 10-х числах августа в его подчинении находились 90, 118 и 191-я стрелковые дивизии, 2-я и 4-я дивизии народного ополчения, сильно потрепанная финнами 1 — я танковая дивизия и танковый батальон Автобронетанковых курсов усовершенствования комсостава, а также курсанты Ленинградского пехотного Краснознаменного училища им. С.М. Кирова. Усилиями этих войск к 19 июля фронт южнее Кингисеппа на некоторое время стабилизировался на удалении 15–20 километров от Кингисеппского укрепленного района и города Кингисепп.

Стабилизация фронта на Лужском оборонительном рубеже на три недели, с 19 июля по 10 августа 1941 года, стала первым оперативным успехом на северо-западе в осуществлении организованной сплошной обороны. В то же время немецкое командование, воспользовавшись этой оперативной паузой, перегруппировало силы для дальнейшего наступления на Ленинград. На Кингисеппский участок обороны был нацелен 41-й моторизованный корпус (1, 6 и 8-я танковые, 36-я моторизованная и 1-я пехотная дивизии), а также 58-я пехотная дивизия 38-го армейского корпуса.

Наступление соединений 41-го моторизованного корпуса началось 8 августа с плацдармов у Поречья (1-я пехотная и 6-я танковая дивизии) и Большого Сабека (1 — я танковая и 36-я моторизованная дивизии). Советские войска не смогли отразить этот удар, и 9 августа их оборона у Большого Сабека была прорвана. Переброшенные 10 августа на это направление части 1 — й и 4-й дивизий народного ополчения остановить продвижение противника не смогли.



Амбразура пулеметной огневой точки

Бои за Кингисепп начались 14–15 августа на его южных подступах. Срочно переброшенные туда 2-я и 3-я рота 266-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона успели вечером 15 августа занять оборону по западному берегу реки Касколовки на Таллинском шоссе. При этом нужно отметить, что в указанный район они прибыли без артиллерии, оставленной на прежних позициях.

В течение 16 августа эти роты вместе с ленинградскими ополченцами и эстонским Нарвским рабочим полком мужественно отражали натиск частей 1-й пехотной дивизии противника, пытавшейся прорваться по шоссе. Однако обстановка складывалась не в пользу советского командования. Наступавшая вдоль обоих берегов Луги 58-я пехотная дивизия противника ударом со стороны Ново-Порхово, преодолев сопротивление 546-го стрелкового полка 191-й стрелковой дивизии и 4-й роты 263-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона, сумела овладеть Кингисеппом. После этого части 191-й стрелковой дивизии и подразделения 266-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона были вынуждены отойти на северную окраину города, в район Малого и Большого Луцка, а 4-я рота 263-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона — на рубеж реки Падожица.

В период с 16 по 19 августа начались бои за шоссе Нарва — Кингисепп. При этом войска 191-й стрелковой дивизии, которые постепенно отходили на север и переправлялись на правый берег Луги, открывали тыл и фланги Кинигсеппского укрепленного района. Его гарнизон был вынужден принять бой с перевернутым на восток фронтом, не имея с этой стороны, по словам коменданта, ни одного боевого сооружения.

В ходе жестокого боя в ночь на 18 августа немцы овладели Артемьевкой, уничтожив почти всю 3-ю роту 263-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона. Рано утром 19 августа противнику удалось занять деревню Дубровку, являвшуюся последним узлом сопротивления на шоссе Нарва — Кингисепп. В результате этого к 19 августа левобережная часть Кингисеппского укрепленного района осталась без пехотной поддержки, если не считать поддержки артиллерии 191-й стрелковой дивизии из-за Луги, бившей в район Новопятницкого, а также нескольких бегущих подразделений той же дивизии, которых удавалось остановить командирам частей УРа.

Сопротивление этой части можно выделить в третью фазу обороны Кингисеппского укрепленного района. В тот же день 93-я пехотная дивизия немцев прорвалась на шоссе со стороны Ивангорода. Атакованные с запада и востока танками, пехотой и артиллерией, гарнизоны пяти ДОТов первой полосы обороны не могли долго удерживать противника. В некоторых ДОТах часть амбразур была заклинена вражеской артиллерией. Некоторое время удавалось держать противника на расстоянии с помощью гранат. Когда они кончались, противник подходил к ДОТам вплотную и сжигал либо разрушал их, используя огнеметы и подрывные заряды. Некоторые гарнизоны прорывались в направлении деревни Сала. Так, в течение дня 19 августа были оставлены ДОТы № 12, 13, 14, 15 и 16.

Для того чтобы помешать противнику разорвать оборону батальонного района на две части — в районе ДОТов № 12 и № 13, комендант УРа лично возглавил атаку нескольких подразделений 559-го стрелкового полка. Эта контратака помогла бойцам 152-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона к 22 часам организованно отступить в деревню Сала.

Одиннадцать ДОТов, находившихся на второй позиции, сражались до вечера 21 августа при поддержке роты 546-го стрелкового полка. Противник последовательно уничтожал эти огневые точки, действуя в направлении с юга на север. Днем 21 августа командир 263-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона приказал оставить последние ДОТы, удерживая только самый северный из них — ДОТ № 17. Но со сдачей противнику деревни Калмотка вечером 21 августа связь с защитниками блокированных ДОТов прекратилась.

Оборона переправ у деревни Сала, продолжавшаяся с 20 по 24 августа 1941 года, — отдельная яркая страница боев Кингисеппского укрепленного района. Здесь через реку Лугу были устроены две переправы — бревенчатый мост между западной окраиной деревень Сала и Кошкино и переправа в Свейске. Именно здесь переправлялись на восточный берег Луги защитники левобережной части укрепленного района, а также отступавшие из-под Луги и Нарвы части 191, 268 и 125-й стрелковых дивизий. Здесь же находились и артиллерийский полукапонир у деревни Сережино, ДОТы № 10 и № 11 возле деревни Сала и несколько ДЗОТов и БОТов.

Для обороны переправ коменданту Кингисеппского укрепленного района за счет отступавших войск удалось собрать отряд численностью до 200 человек, в командование которым вступил комендант штаба УРа лейтенант М. Грачев. В оборонительных сооружениях разместились остатки 2-й роты 152-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона (командир роты — старший лейтенант Василенко) и комендантский взвод УРа.

В наступление на этот участок была брошена 93-я пехотная дивизия немцев, усиленная танками. Силы были слишком неравными. Фланговые огневые точки перестали существовать к 21 августа. В частности, полукапонир в Пулково был подорван подошедшими вплотную немцами вместе с его гарнизоном. Гарнизон ДОТа № 10, находившегося у моста, защищал плацдарм до тех пор, пока части 93-й пехотной дивизии противника, ворвавшиеся в Сала 24 августа, не блокировали ДОТ. После этого вечером того же дня гарнизон подорвал сам себя вместе со своей огневой точкой.

Последняя, пятая, фаза боев за Кингисеппский укрепленный район продолжалась с 23 по 26 августа на правом берегу Луги. Она связана с неудачной попыткой освободить город, которую предприняло советское командование еще 18 августа. Контратака не достигла поставленных целей, в частности, потому, что немцам удалось организовать свою оборону с опорой на имевшиеся там неуничтоженные ДОТы укрепленного района.

Безуспешные попытки овладеть Кингисеппом продолжались до конца дня 21 августа, но успехом не увенчались.

22 августа немцы силами 93-й и 58-й пехотных дивизий сами перешли в наступление, прорвали оборону 191-й стрелковой дивизии у деревни Жабино и начали наступать на Кошкино и Крикково с юга. В связи с этим часть гарнизонов правобережных ДОТов была выведена в окопы на рубеже реки Солка, где они почти все погибли в боях 23 августа.

24 августа бои шли уже на подступах к деревне Кошкино, оборонявшейся 152-м отдельным пулеметно-артиллерийским батальоном и 2-м Латышским рабочим полком. Все командование 152-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона находилось в ДОТе № 8, расположенном севернее деревни, который прикрывал отступление частей из-под Кошкино. В тот же день этот ДОТ был блокирован немцами и до 27 августа продолжал сражаться в окружении. Немцы сумели им овладеть, только подойдя вплотную, подорвав амбразуры и уничтожив защитников с помощью огнемета.

Оставшиеся части Кингисеппского укрепленного района отступали на север по дороге вдоль правого берега Луги, где находились остатки 125-й стрелковой дивизии. Прикрывавший их отход гарнизон ДОТа, расположенного в деревне Сережино, после отчаянного сопротивления 26 августа также подорвал свою огневую точку.

26 августа ДОТ № 121, расположенный в деревне Куровицы, с отходом частей 219-го стрелкового полка 11-й стрелковой дивизии был обойден противником с тыла, блокирован и уничтожен им.

25 августа одна из рот 266-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона, отступавшая от Кингисеппа по Крикковскому шоссе, заняла ДОТы Крикковского ротного района обороны при поддержке отошедшего сюда в тот же день 2-го Латышского рабочего полка. Но 27 августа все находившиеся в этом районе бойцы были отведены по приказу коменданта по направлению к Котлам, а сама деревня была занята 291-й пехотной дивизией.

Таким образом, мужественное сопротивление бойцов Кингисеппского УРа не было напрасным. Вместе с дивизиями 8-й армии и частями Кингисеппского участка обороны они в течение двух недель, с 14 по 28 августа, отвлекали на себя силы четырех вражеских пехотных дивизий. Появление этих дивизий под Красногвардейском в середине августа 1941 года могло бы кончиться катастрофой для защитников южных подступов Ленинграда. Последующее сопротивление подразделений укрепленного района, 191-й стрелковой дивизии, 2-й дивизии народного ополчения и 2-й бригады морской пехоты позволило избежать окружения и вывести в тыл изрядно потрепанные в предыдущих боях дивизии 8-й армии.

Все это далось дорогой ценой. Потери подразделений укрепленного района были значительными. Так, известно, что за время боев только 266-й отдельный пулеметно-артиллерийский батальон потерял 58 человек убитыми, 108 ранеными и 128 пропавшими без вести, всю артиллерию, 4 станковых и 15 ручных пулеметов.

Причины неудачной обороны Кингисеппского укрепленного района были сформулированы его комендантом майором В.А. Котиком. В качестве главных он указал три: во-первых, то, что «УР вел бои, не имея надлежащего пехотного заполнения, ни даже плана выделения войск для заполнения УРа»; во-вторых, что «из-за сдачи Кингисеппа укрепрайон вступил в бой с опрокинутым на восток фронтом, не имея прикрытым тыл и южный фланг»; в-третьих, было указано на «безответственность отделов снабжения, которые своевременно не организовали в интересах укрепленного района ни связи, ни вооружения, ни транспорта, ни снаряжения».

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.113. Запросов К БД/Cache: 0 / 0