Глав: 8 | Статей: 42
Оглавление
НОВАЯ книга от автора бестселлера «Линия Сталина» в бою». Подлинная история всех укрепрайонов и оборонительных полос Второй Мировой войны и боевых действий при их прорыве.

Линия Маннергейма и линия Мажино, линия Молотова и Восточный вал, линия Сталина и линия Зигфрида, советские и японские укрепрайоны на Дальнем Востоке и т. д. и т. п. — в этой книге вы найдете исчерпывающую информацию обо всех «китайских стенах XX века» и профессиональный анализ их эффективности.

Почему в 1939–1945 гг. не повторился «позиционный тупик» Первой Мировой? Возможно ли в принципе создать «непреодолимую» линию обороны? Оправданны ли колоссальные затраты на строительство укрепрайонов? И как именно штурмовым группам удавалось прорывать мощнейшие оборонительные системы?

Коростенский укрепленный район

Коростенский укрепленный район

Соединения 5-й армии (командующий — генерал-майор М.И. Потапов) Юго-Западного фронта, в начале войны оказав сопротивление противнику на линии государственной границы, уже в первый день начали отходить в восточном направлении. Задержать врага на линии Владимир-Волынского и Струмиловского укрепленных районов также не удалось.

Утром 7 июля 1941 года в штабе 5-й армии был получен приказ командующего Юго-Западным фронтом начать в ночь на 8 июля отвод ее войск на Коростенский укрепленный район, который и занять к утру 9 июля. Основанием для такого предположения является донесение представителя оперативного отдела штаба фронта полковника Захватаева от 4 июля, в котором говорится: «Если обстановка усложнится, то Фекленко (19-й мк) отойдет в направлении шоссе и расположится в Бронниках (15 км юго-вост. Ново-града-Волынского), где составит ударную группу Коростенского УРа для уничтожения вклинившегося противника[110].

На начало июля 1941 года Коростенский укрепленный район занимал фронт Рудница — Белокоровичи — Белка — станция Фонтанка протяженностью 130 километров, прикрывая Киев с северо-запада. В укрепленном районе имелось 439 долговременных сооружений, построенных в период с 1931 по 1934 год, из них основная масса (427 ДОТов) были пулеметные и лишь 12 артиллерийские. Имелось также 14 КП и НП и одно убежище. Правда, в период 1938–1939 годов было построено еще 14 артиллерийских ДОТов, но они не были вооружены.

Большая часть ДОТов находилась на главной полосе, имевшей глубину от 1,5 до 3 километров, располагаясь в одну-две и лишь местами в три линии. И только в районе Эмильчино, на удалении 25 километров от Коростенского укрепленного района и несколько впереди, в целях прикрытия промежутка между ним и Новоград-Волынским укрепленным районом был дополнительно построен еще один узел обороны.

Полевое оборудование Коростенского укрепленного района состояло из 20 тысяч погонных метров траншей и ходов сообщения, а также 120 километров проволочных препятствий. Но с момента установки как первые, так и вторые пришли в негодность. Подземных линий связи было 88,6 километра, что не хватало даже для обеспечения надежного управления в звене батальон — рота — ДОТ. Положительным было то, что большая часть этих линий была проложена под землей.

Постоянный гарнизон укрепленного района, содержавшийся перед войной по сокращенному штату, состоял из двух пулеметных батальонов и пяти взводов капонирной артиллерии. По плану мобилизации его состав должен был на М2 увеличить свой состав до шести боевых и одного запасного пулеметных батальонов, что и было осуществлено к 1 июля 1941 года. На 22 июня 1941 года на вооружении укрепленного района имелось 16 орудий калибра 76 мм, 919 станковых и 309 ручных пулеметов.

По результатам проверки специальной комиссией, проведенной весной 1941 года, основным недостатком Коростенского укрепленного района являлось его «плохое оснащение артиллерийским вооружением, отсутствие противотанковых препятствий и необеспеченность системы управления». При этом считалось, что он мог «усилить оборону полевых войск в противопехотном отношении, а лесистая местность в полосе УРа затруднит применение противником танков»[111].

Отход на Коростенский укрепленный район командующий 5-й армией решил организовать по всем правилам маневренной (подвижной) обороны, которая была возложена на 45-ю и 62-ю стрелковые дивизии 15-го стрелкового корпуса. Им было приказано последовательно с боями на промежуточных рубежах отойти на рубеж Рудница — Белокоровичи, оборудовав полосу обеспечения с передним краем по линии Копище — хутор Майдан — Перга — Олевск. В процессе ведения маневренной обороны противник должен был встречаться боем и уничтожаться на каждом рубеже отхода «до того, как сможет атаковать оборону всеми частями». Управление маневренными силами должен был осуществлять командир дивизии с конечного рубежа отхода, «своевременно поддерживая их артиллерией и не допуская глубокого обхода с флангов». Глубина полосы обеспечения определялась в 10–15 километров.

Под прикрытием соединений 15-го стрелкового корпуса 193, 195 и 2-я стрелковые дивизии 31-го стрелкового корпуса должны были отойти на рубеж (иск. Белокоровичи — Эмильчино — колхоз Дмитровка, выведя 193-ю стрелковую дивизию во второй эшелон и сосредоточив ее в районе Симаковка, станция Яблонец, Карасивка в готовности контратаковать противника в направлениях Эмильчино и Могильно.

После занятия полосы обеспечения и выхода на главную полосу обороны всем командирам соединений и частей было приказано организовать инженерные работы, в ходе которых вырыть окопы полного профиля, установить строгий порядок и охрану в войсковом тылу и на путях отхода. Также требовалось во всех полках и батальонах создать команды истребителей танков, снабдив их связками гранат и бутылками с воспламеняющейся жидкостью.



Заглубленная огневая точка

Но прежде чем войска 5-й армии начали отход, в 23 часа 7 июля, командующий 5-й армией несколько уточнил свой приказ, отданный ранее, с учетом сосредоточения основных усилий объединения на обороне Новоград-Волынского укрепленного района. В связи с этим войска, предназначенные для полевого заполнения Коростенского укрепленного района, были переброшены несколько южнее и западнее, заняв оборону на рубеже Новоград-Волынского укрепленного района, который был прорван противником 8 июля.

После этого войскам 5-й армии было приказано, «прикрываясь с запада Коростенским УРом, силами 31-го стрелкового, 9-го и 22-го механизированных корпусов из района Сербы, Гута нанести удар в направлении Бронники, Черница».

Генерал М.И. Потапов, принимая решение на проведение этого контрудара и хорошо зная о низкой боеспособности соединений армии, определил, что «полоса долговременных огневых точек юго-западного и южного секторов Коростенского УРа в случае вынужденного отхода (его войск. — Авт.) в северном направлении явится тыловым оборонительным рубежом»[112].

Контрудар начался 10 июля. В нем, кроме соединений 5-й армии, участвовали четыре пулеметных батальона западного сектора Коростенского укрепленного района. Как и следовало ожидать, этот контрудар армии не достиг поставленных целей. Продвижение советских войск колебалось от 20 до 3 километров и было остановлено 14 июля.

15 июня противник после перегруппировки снова перешел в наступление и начал теснить соединения 5-й армии к северу и северо-востоку. Чтобы не допустить этого, к 13 часам 18 июля 45-я стрелковая дивизия 15-го стрелкового корпуса была выведена в резерв объединения в район Иогановки (в 8 километрах южнее Коростеня)[113].

В это время противник принимает решение о нанесении концентрического удара на Коростень с двух направлений: с юго-запада, с района Сербы, Новоград-Волынского силами четырех пехотных дивизий, с юга и юго-востока, с района Фасовая, Радомышль — силами пяти пехотных дивизий.

Для парирования этих ударов командующий 5-й армией решает, «что наличие долговременных сооружений юго-западного сектора Коростенского УРа позволит здесь ограничиться силами одного 31 — го стрелкового корпуса, который следует отвести на эту полосу, усилив его четырьмя пулеметными батальонами УРов, расположенных в его разграничительных линиях», а остальные силы перебросить на левый фланг армии.

Отход войск 31-го стрелкового корпуса начался вечером 20 июля. В связи с этим Эмильчинский узел обороны Коростенского укрепленного района, выдвинутый вперед к западу от его главной полосы на 20 километров, вместе с оборонявшимся там 38-м пулеметным батальоном оказался отрезанным от своих войск и блокированным частями 62-й пехотной дивизии противника. Гарнизоны его укреплений продолжали сопротивление до тех пор, пока немцы по ДОТам не начали вести огонь из артиллерийских орудий прямой наводкой. В результате этого многие воины 38-го пулеметного батальона погибли, а часть сдалась в плен.

К 22 июля части 31-го стрелкового корпуса достаточно организованно отошли на линию УРов Коростенского укрепленного района. Вечером этого же дня командующий армией принял решение, в котором, в частности, указывалось: «31-му стрелковому корпусу с частями Коростенского УРа, 3-м дивизионом 458-го артполка, опираясь на узлы обороны Коростенского УРа, оборонять рубеж Рудница, Зарубинка»[114].

В период с 23 июля по 5 августа развернулись ожесточенные встречные бои на главной полосе обороны юго-западного сектора Коростенского укрепленного района — на участке Осовка, Гулянка, Белка, Зарубинка, Ягодинка и восточнее его на рубеже реки Ирша. Положение советских войск облегчалось тем, что в 30-е годы в пределах этого сектора на участке Осовка, Зарубинка, на фронте до 40 километров было построено до 130 ДОТов, в числе которых было 10 артиллерийских, а все остальные — пулеметные. Эти ДОТы были расположены в две, а местами и в три линии со средней плотностью два сооружения на один километр фронта. Правда, были вооружены и занимались гарнизонами только ДОТы первой линии, то есть около 90 дотов, а остальные предусматривалось занять уже в ходе боя. В качестве гарнизонов ДОТов использовались силы четырех отдельных пулеметных батальонов, из которых 48-й отдельный пулеметный батальон размещался в районе Мяколовичи, 34-й — в районе Кривотин, 49-й — в районе Гулянка и Белка, 46-й — в районе Рыжавка, Зарубинка.

В 14 часов 23 июля противник силами 79-й и 298-й пехотных дивизий перешел в наступление в полосе 31-го стрелкового корпуса, нанося главный удар в стыке 200-й и 193-й стрелковых дивизий на участке Гулянка, Белка. К 18 часам ему удалось вклиниться в оборону советских войск на глубину до двух километров и блокировать несколько ДОТов. Но вечером контратакой частей обеих дивизий вклинившийся противник был отброшен в исходное положение. При этом в разведдонесении штаба 17-го немецкого армейского корпуса указывалось, что «при атаке дотов противник открывает заранее подготовленный заградогонь, который ведется по атакуемым нами дотам даже в тех случаях, когда в них еще оставались красные гарнизоны»[115].

24 июля противник силами трех пехотных дивизий в 14 часов возобновил наступление на участке Гулянка, Белка и, оттеснив советские войска на смежных флангах 200-й и 193-й стрелковых дивизий, к 20 часам этого же дня, вклинившись в их оборону на глубину 7–8 километров, овладел населенными пунктами Гулянка, Ушица, Бондаревка. Контрудар, предпринятый 25 июля в полосе 31-го стрелкового корпуса силами 19-го механизированного корпуса, успехом не увенчался. Враг медленно продолжал теснить советские войска и за девять дней наступления продвинулся на 1820 километров, понеся при этом большие потери. Так, по показаниям пленных, 79-я пехотная дивизия потеряла до 50 %, а 298-я пехотная дивизия — до 45 % своего личного состава[116]2.

При этом 38-й пулеметный батальон Коростенского укрепленного района, который был окружен противником в районе Эмильчино, в ночь на 24 июля, оставив свои ДОТы, прорвался в район Чмеля, где снова был блокирован частями 62-й пехотной дивизии противника. Однако благодаря контратаке, проведенной стрелковым батальоном 200-й стрелковой дивизии и 34-го пулеметного батальона из района Кривотина в направлении Чмеля, этому батальону удалось вырваться из окружения.

С 25 по 31 июля противник, несмотря на упорное сопротивление советских войск, при поддержке артиллерии и авиации продолжал медленно продвигаться в полосе 31-го корпуса, тесня его дивизии к северу и востоку. К 31 июня противнику удалось прорвать линию ДОТов Коростенского УРа на участке шириной 15 километров и вклиниться на глубину до 20 километров[117].



Колпак ДОТ с широким сектором обстрела

В этих условиях командующий 5-й армией вечером 31 июля приказал 31-му стрелковому корпусу, прочно удерживая занимаемый рубеж, во взаимодействии с 19-м механизированным корпусом ударом в направлениях Охотовка, Бондаревка и колхоз Калиновка окружить и уничтожить бондаревскую группировку противника и восстановить положение в полосе Коростенского укрепленного района[118].

Цель этого контрудара достигнута не была, однако противник был вынужден в первых числах августа в районе Бондаревки перейти к обороне.

Вечером 4 августа генерал М.И. Потапов определяет войскам новые задачи. При этом войска, находящиеся на бондаревском направлении, начав атаку в 12 часов дня 5 августа, к исходу дня должны были, наступая в общем направлении Пирушки, Малин, отрезать противника от переправ на реке Ирша, окружить и уничтожить его в районе Чеповичи, Червонопартизанск, Щербатовка и к исходу 5 августа выйти на левый берег реки Ирша[119].

Этот контрудар также не достиг поставленных целей, так как до его начала с утра 5 августа противник сам перешел в наступление в северном направлении вдоль железной дороги на Коростень и к исходу дня потеснил войска 31-го стрелкового корпуса на 5–6 километров.

Вечером 5 августа командующий 5-й армией решил отвести войска 31-го корпуса и занять ими оборону на новом рубеже на подступах к Коростеню по линии леса севернее Кривотина — хутор Залесье — Могильно. 19-й механизированный корпус, усиленный 5-й артиллерийской противотанковой бригадой, сосредоточить в районе Коростеня, создав круговую оборону этого города[120].

Перегруппировка войск в районе Коростеня была произведена в ночь на 6 августа. При этом соединения и части 31-го стрелкового корпуса закрепиться на указанном рубеже не смогли и были оттеснены противником на линию железной дороги Белокоровичи — Коростень — Малин. В результате этого Коростень был обойден противником с северо-запада и востока, а 7 августа немецкие войска овладели городом[121].

Бои продолжались. К исходу 14 августа войска 5-й армии все еще удерживали западный сектор Коростенского укрепленного района на участке Дубице, Зазерье и далее к востоку по левому берегу реки Жерев. Один из пулеметных батальонов оборонялся в селе Рудня Мяколовецкая. На этих позициях советские войска продержались до 20 августа, изматывая противника и сами неся при этом значительные потери.

Упорная оборона войск 5-й армии в районе Коростеня в условиях глубокого продвижения немецких войск на киевском направлении позволила Генеральному штабу сухопутных войск Германии начать подготовку операции с задачей — «отрезать коростенскую группировку противника от Днепра и уничтожить ее»[122]. Для того чтобы не допустить этого, Ставка ВГК разрешила отвод войск 5-й армии за Днепр.

Таким образом, оборона войск 5-й армии Юго-Западного фронта с опорой на Коростенский укрепленный район продолжалась с 10 по 20 августа 1941 года. Анализируя ход этих боев, А.В. Владимирский пишет: «В ходе Коростенского сражения войска 5-й армии перемололи значительное количество живой силы и боевой техники противника. По немецким источникам, дивизии 17-го и 51-го армейских корпусов, потеряв до 50 процентов своего состава, были обескровлены и утратили свои наступательные возможности». В то же время он отмечает, что командарм, «учтя опыт малоуспешного использования нашими войсками ряда долговременных укрепленных районов в прошедших боях, не был склонен переоценивать и возможности Коростенского УРа, он не считал, что полоса долговременных сооружений Коростенского УРа с их гарнизонами явится надежным щитом, за которым войска 5-й армии смогут длительное время успешно отражать атаки противника». Поэтому «в отличие от господствовавших перед войной взглядов на роль и предназначение УРов командарм решил использовать Коростенский УР не для жесткой обороны, а как трамплин для наступательных действий и как зону для ведения маневренной обороны».

Немецкое командование также своеобразно характеризовало оборонительные действия наших войск в укрепленном районе. В частности, в одном из докладов было указано: «При сравнении с русской тактикой обороны долговременных укреплений с французской 1940 г., в глаза бросается разница: советский солдат проводит оборону наступательную до последнего, большей частью с непоколебимым упорством, в то время как француз лишь в редких случаях доходит до ближнего боя». Это означало, что каждая позиция, на которой закреплялись войска 5-й армии, одновременно служила и для упорной обороны, и в качестве исходного рубежа для нанесения контрударов.

Хотя командарм и не стремился привязывать полевые войска к Коростенскому укрепленному району, он тем не менее полностью использовал все его сильные стороны, когда это было возможно… Под прикрытием полосы ДОТов, занятых пулеметными батальонами УРов, командарм смог осуществлять широкий маневр силами и средствами с одних направлений на другие. С отходом войск армии на главную полосу обороны УРов ДОТы с их гарнизонами были использованы не только в качестве усиления огневой системы полевых войск, но и для поддержки их активных действий по принципу «полевые войска контратакуют, пульбаты обороняют»[123].

Таким образом, достаточно упорные бои в районе Коростенского укрепленного района имели место и укрепления самого района в определенной степени сыграли свою роль.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.141. Запросов К БД/Cache: 3 / 1