Глав: 8 | Статей: 42
Оглавление
НОВАЯ книга от автора бестселлера «Линия Сталина» в бою». Подлинная история всех укрепрайонов и оборонительных полос Второй Мировой войны и боевых действий при их прорыве.

Линия Маннергейма и линия Мажино, линия Молотова и Восточный вал, линия Сталина и линия Зигфрида, советские и японские укрепрайоны на Дальнем Востоке и т. д. и т. п. — в этой книге вы найдете исчерпывающую информацию обо всех «китайских стенах XX века» и профессиональный анализ их эффективности.

Почему в 1939–1945 гг. не повторился «позиционный тупик» Первой Мировой? Возможно ли в принципе создать «непреодолимую» линию обороны? Оправданны ли колоссальные затраты на строительство укрепрайонов? И как именно штурмовым группам удавалось прорывать мощнейшие оборонительные системы?

Формирование взглядов на прикрытие границ в 20-е и 30-е годы

Формирование взглядов на прикрытие границ в 20-е и 30-е годы

Советское государство после Гражданской войны и военной интервенции в России 1918–1922 годов, оказавшись в кольце враждебных государств, всячески стремилось прикрыть свои границы. Предшествующий опыт обороны растянутых границ России, основанный на системе крепостей, как считал ряд военных теоретиков и практиков, не подходил Советской Республике. Нужно было опираться на последние достижения отечественной и зарубежной военной науки. При этом военные теоретики делали обоснованный вывод о том, что в будущей войне главным образом будут преобладать маневренные, наступательные формы действий, противостоять которым на первом этапе сможет только заранее хорошо подготовленная позиционная оборона. В последующем предполагалось, отразив первый удар противника и произведя отмобилизование и развертывание своих войск, перейти в наступление на противника с положения непосредственного соприкосновения с врагом.

В связи с этим одной из главных задач советского военного искусства стало проведение теоретических исследований и практических работ в области военно-инженерной подготовки территории государства к будущей войне. А так как после Гражданской войны границы бывшей Российской империи, особенно западные, сильно изменились, то организовывать подготовку их обороны в инженерном отношении предстояло заново.

Опыт Первой мировой войны показывал, что при действии массовых армий отдельная, изолированная крепость (Верден, Перемышль, Осовец и др.), как основа системы долговременных укреплений на театре военных действий, уже изжила себя. В обстановке, когда военные действия развертываются на широких фронтах, отдельные крепости уже не могли надолго задержать врага. Требовалось создавать укрепленные полосы большой протяженности, способные системой огня и своей глубиной противостоять натиску больших людских масс и выдержать огонь артиллерии крупных калибров.

Такая форма укреплений появилась уже в ходе Первой мировой войны. С переходом сторон в 1915 году к позиционным формам борьбы начали создаваться сплошные линии позиций, в рамках которых активно использовались различные инженерные сооружения для размещения и передвижения войск в ходе боя. Крепости стали лишь тактически важными участками, опорными пунктами общего оборонительного фронта, основу которого составляли войска полевого заполнения. Однако в то время такие укрепленные районы еще не использовались для прикрытия государственной границы.

В годы Гражданской войны и военной интервенции в России 1918–1922 годов для прикрытия главнейших направлений и защиты важных политических и экономических центров страны начали использоваться заблаговременно возведенные замкнутые круговые и линейные (с открытым тылом) укрепленные районы полевого типа, которые помогали советским войскам успешно противостоять наступавшему врагу, а также служили им плацдармами для перехода в последующее наступление. Одним из примеров такого укрепленного района мог служить Царицынскиий укрепленный район, оборона которого велась Красной Армией в 1919 году.

Таким образом, основы создания укрепленных районов были созданы уже в первые десятилетия XX века. В то время главные требования, выдвигавшиеся советскими учеными-фортификаторами, состояли в том, чтобы, во-первых, укрепления в приграничной полосе эшелонировались на большую глубину и, во-вторых, позволяли своим войскам вести не только оборонительные, но и наступательные действия. По своей сути эти укрепления мало чем отличались от обычных полевых позиций и не были приспособлены для ведения боя в окружении.



Укрепленный район Ф.И. Голенкина

В 1920 году военный инженер Ф.И. Голенкин предложил в приграничной зоне строить укрепленные районы круговой формы диаметром до 80 километров, которые должны были служить базой для армии прикрытия. Основным элементом этих районов считались отдельные опорные пункты, «дуговые позиции», расположенные на расстоянии 25–35 километров друг от друга. В промежутках между ними должны были возводиться линейные позиции, предназначенные для занятия их полевыми войсками. В глубине на расстоянии 100–200 километров от государственной границы предполагалось создавать второй оборонительный рубеж, предназначенный для прикрытия районов отмобилизования, развертывания основных армий, который также должен был служить исходным рубежом для перехода ее в решительное наступление.

В 1922 году выходит в свет работа Г. Г. Невского «Опыт исследования форм заблаговременного фортификационного укрепления». В ней Невский предлагал форму укрепрайона, состоящего из возводимых на важнейших направлениях опорных участков — «застав» и «крепостей». Фортификационно-тактическим элементом каждого опорного участка, по его мнению, должен был стать так называемый «малый узел» площадью до 4 кв. км, имеющий до 12 броневых и железобетонных огневых сооружений, из которых треть — артиллерийские. Таким образом, опорный участок типа «застава» должен был включать до 16, а типа «крепость» — до 30 «малых узлов». Общая площадь укрепленного района могла достигать 3 тыс. кв. км.

Достаточно стройную систему инженерного укрепления пограничных районов (театров военных действий) предложил Н.И. Коханов. Он считал, что фортификационная подготовка приграничной территории должна включать несколько элементов:

Стратегическое предполье, заблаговременно оборудуемое опорными постами частей пограничной охраны и фортами-заставами полевых войск. Задача — обеспечение оборонительных действий по прикрытию развертывания основных сил армий и фронтов.

Первый рубеж укрепленных районов, прикрывающий сосредоточение и развертывание вооруженных сил и состоящий из заблаговременно созданных позиций на важнейших операционных направлениях.

Тыловой рубеж укрепленных районов, создающийся на случай прорыва основного рубежа.

Отсечные рубежи, пролегающие между основным и тыловым рубежами, которые должны были служить промежуточными позициями при отходе войск и рубежами контратак и контрударов.

Подготовленные базы фронта в глубине, представлявшие собой совокупность хранилищ материальных средств, предназначенных для обеспечения войск.

По теории Коханова, укрепленный район, рассчитанный на развертывание армии, мог иметь фронт до 70 и глубину до 160 км. При этом глубина его боевых позиций могла колебаться от 20 до 30 км, в пределах которых предполагалось иметь до 30 батальонных районов обороны.

Широкие исследования в области инженерной подготовки театров военных действий в 20-е годы проводились С.А. Хмельковым, ставшим одним из создателей теоретических основ новых форм долговременных укреплений. В своем труде «Узлы сопротивления современных долговременно-укрепленных позиций», вышедшим в свет в 1926 году, он предложил форму укрепленного района линейного начертания. В отличие от устоявшейся формы укреплений в виде крепости или круговой позиции он предлагал создавать глубокую фронтальную позицию с защищенными флангами и открытым тылом. Предусматривалось, что такой укрепленный район будет состоять из передовой позиции, полосы главного сопротивления и тыловой полосы. Основу его инженерного оборудования составят долговременные узлы сопротивления площадью до 4 кв. км, представляющие собой групповые расположения огневых точек, защищенных от огня артиллерии и прикрытых искусственными противопехотными и противотанковыми препятствиями. В промежутках между узлами сопротивления должны создаваться позиции полевого типа.

В 1927 году на совещании начальников инженерных служб военных округов и представителей центральных управлений были приняты рекомендации относительно фортификационных форм заблаговременной инженерной подготовки государственных границ к обороне. На этом совещании впервые было твердо решено основной формой обороны границы считать укрепленный район (не крепость), а основным фортификационно-тактическим элементом укрепленного района — батальонный район обороны. При этом также было решено, что укрепленный район должен находиться в полосе армии прикрытия государственной границы и входить в ее подчинение в случае возникновения военной угрозы. Однако на этом совещании многие вопросы остались нерешенными.

В начале 30-х годов появились новые мнения в отношении прикрытия государственной границы с помощью укрепленных районов. Тогда было высказано мнение, что в зависимости от условий местности протяженность укрепленного района должна колебаться от 40 до 60 км, а его глубина находиться в пределах 20 километров. Тогда же было решено, что укрепленный район должен состоять из полосы передовых позиций, одной-двух оборонительных полос и тыловой полосы обороны.

Полоса передовых позиций должна была располагаться в 2–4 километрах впереди первой оборонительной полосы и оборудоваться долговременными точками, образующими сплошной фронт автоматического (пулеметного) огня. При этом считалось, что на главных направлениях на передовой позиции целесообразно создавать опорные пункты, способные к самостоятельной обороне.

Первая оборонительная полоса должна была состоять из долговременных узлов сопротивления, расположенных на расстоянии около 3 километров друг от друга. Между узлами еще в мирное время требовалось оборудовать промежуточные опорные пункты, а также фланкирующие огневые сооружения и убежища для полевых войск.

Вторая оборонительная полоса должна была находиться на глубине 8—10 километров от первой и оборудовалась так же, как и предшествующая, но с меньшим количеством долговременных сооружений.

Между первой и второй полосами должна была намечаться линия отсечных позиций. В тылу первой и второй полос и на межпозиционном пространстве располагались артиллерийские батареи и хранилища боеприпасов.

Тыловая полоса обороны оборудовалась преимущественно сооружениями полевого типа. Она должна была прикрывать важнейшие узлы железной дороги и расположенные вблизи нее разгрузочные станции, а также артиллерийские, инженерные, продовольственные и другие склады, мастерские, госпитали, аэродромы или посадочные площадки, силовые станции и прочие тыловые учреждения и сооружения. Предполагалось, что с тылом укрепленный район будет связан железными и шоссейными дорогами для подвоза всех необходимых средств. В самом укрепленном районе предусматривалось создание сети радиальных и рокадных шоссе, узкоколейных железных дорог и прокладка линий связи.

Предполагалось, что в мирное время укрепленный район должен был иметь постоянный отдельный гарнизон, состоявший из нескольких пулеметных батальонов, артиллерийских, саперных, электротехнических, химических и прочих специальных подразделений. В военное время он должен был переходить в подчинение командующего той армией, которая будет действовать на данном операционном направлении.

В то время различные положительные мнения в отношении укрепленных районов было решено оформить документально. В результате этого в 1932 году появляется труд инспектора инженерного строительства Управления, начальника инженеров РККА Блюмберга «Укрепленные районы». Однако при обсуждении проекта этого наставления были выявлены характерные недостатки в распределении обязанностей в строительстве и обороне укрепленных районов. Так выяснилось, что специалисты инженерных войск стремились самостоятельно решать вопросы не только проектирования укрепленных районов, но и определения тактики действия войск при их обороне. В результате получалось, что общевойсковые командиры были полностью отстранены от этого вопроса, не знали устройства укрепленных районов и порядка ведения боя с опорой на оборонительные сооружения. Такое положение дел М.Д. Карбышев отметил как негативное.

Противником взглядов Блюмберга выступили и такие профессора Военной академии имени М.В. Фрунзе, как А. А. Вацетис и К.Н. Лацис. При этом А.А. Вацетис прямо обвинил Блюмберга в космополитизме и вредительстве, а К.Н. Лацис предложил из его труда «исключить элементы общевойсковых уставов», а вместо них «включить указания политического порядка». На этом фоне более конструктивным выглядело выступление Г.Г. Невского, подтвердившее выдвинутое им в 1922 году предложение о сочетании долговременных укреплений с укреплениями полевыми, «нацеливая к более широкому привлечению общевойсковых командиров к планированию долговременной обороны».

В 1936 году во Временном полевом уставе впервые были четко сформулированы положения о предназначении укрепленных районов и их месте в боевых действиях Красной Армии. В разработке этого устава участвовало много видных советских военных специалистов, в числе которых были М. Д. Карбышев, Г. С. Иссерсон, М.Н. Тухачевский, Б. М. Шапошников и другие.

Во Временном полевом уставе отмечалось, что укрепленные районы, рассчитанные на длительное сопротивление в них специальных гарнизонов и общевойсковых соединений, обеспечивают командованию свободу маневра и позволяют создавать мощные группировки для нанесения врагу сокрушительного удара. Они должны были создаваться заблаговременно с целью «удержать в своих руках важные экономические, политические и стратегические пункты или районы, обеспечить пространство для развертывания и маневра, прикрыть фланги соединений, наносящих удар на главном направлении, обеспечив им свободу маневрирования». При этом главная задача укрепленного района заключалась в том, чтобы «вынудить противника к фронтальной атаке, сосредоточить для этого большие силы и мощные средства подавления, что связано с потерей противником времени, ослабить врага огнем долговременных укреплений и тем самым создать благоприятные условия для его разгрома ударом полевых войск во фланг».

Начавшиеся работы по возведению системы укреплений на сухопутных и морских рубежах, а также развернувшееся в 1930-е годы строительство защитных сооружений различного назначения в глубине территории страны (крупных подземных пунктов управления, узлов связи, подземных убежищ для населения, складов и др.) проставили перед военными инженерами проблему расширения теоретических и экспериментальных исследований в области расчета фортификационных сооружений и конструкций, изыскания соответствующих материалов, способов производства наземных и подземных работ. Ведущую роль в решении этих задач сыграли профессорско-преподавательский состав Военно-инженерной академии и ученые Научно-испытательного инженерно-технического полигона (с 1935 г. — Научно-исследовательский институт инженерной техники).

В те годы отечественные специалисты в области фортификации, такие, как Е.В. Сахновский, Б.Г. Скрамтаев, А.И. Памгксен, Б.А. Кувыкин, П.М. Миклашевский, В.М. Келдыш, С.С. Давыдов, К.А. Вахуркин, Д.И. Шор, В.В. Яковлева, добились больших успехов в создании специальных сортов бетона, превзошедших иностранные образцы по своей сопротивляемости удару и взрыву. Все это позволило увеличить прочность фортификационных сооружений и значительно ускорить процесс их возведения.

Изыскания в области строительства долговременных оборонительных сооружений, предназначенных для укрепленных районов, велись под руководством К.И. Иванова, В.Н. Ускова и С.Я. Назарова. Тогда же для них были разработаны специальные установки для станкового пулемета, 45-мм противотанковой пушки, спаренной с пулеметом, и 76-мм пушки (шаровой и шаро-масочной конструкции), которые обеспечивали защиту расчетов и оружия от прямых попаданий пуль и малокалиберных снарядов, а также от проникновения отравляющих веществ. Благодаря таким установкам амбразуры ДОТов были наглухо закрыты не только в обычной обстановке, но и во время ведения огня.

Таким образом, в период после окончания Гражданской и до начала Второй мировой войн в Советском Союзе были заложены достаточно основательные теоретические основы и осуществлены исследовательские работы по вопросам строительства и боевого применения укрепленных районов. Они основывались как на собственном, так и на зарубежном опыте. Однако собственный опыт нередко преобладал в этом деле, что приводило к тому, что многие исследования начинались практически с нуля и носили дискуссионный характер.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.112. Запросов К БД/Cache: 0 / 0