Глав: 8 | Статей: 39
Оглавление
Аннотация издательства: Книга представляет собой сборник статей, написанных американскими офицерами, которые принимали непосредственное участие в боях во время интервенции США в Корее. В книге рассматриваются боевые действия американской авиации по завоеванию и удержанию господства в воздухе, по изоляции районов боевых действий, а также по уничтожению так называемых систем целей, то есть объектов промышленного и сельскохозяйственного значения. Русское издание рассчитано на офицеров, генералов и адмиралов Вооруженных сил Советского Союза.

1. Воздушная война в Корее. Генерал Отто П. Уэйлэнд

1. Воздушная война в Корее. Генерал Отто П. Уэйлэнд

В воскресенье 25 июня 1950 года в 4 час. 00 мин. северокорейские войска начали военную кампанию, политической целью которой являлось объединение всей Кореи под властью коммунистов. Военной целью кампании был захват и установление господства над Южной Кореей.

Поскольку целью Северной Кореи был захват территории, то это наступление представляло собой прежде всего наземную кампанию. При создании группировки войск для осуществления своего плана принимались в расчет только противостоящие им силы Южной Кореи.

В апреле и мае 1950 года из СССР в Корею было доставлено большое количество вооружения, в том числе: тяжелые артиллерийские орудия, танки, автоматическое стрелковое оружие, а также грузовые автомашины для Народной армии Северной Кореи и некоторое количество устаревших самолетов для северокорейских ВВС.

Сама Северная Корея снабжала свои войска легким вооружением, боеприпасами и продовольствием. Основу регулярных вооруженных сил Народной армии Северной Кореи составляли 9 хорошо обученных и полностью оснащенных пехотных дивизий и 1 бронетанковая дивизия, которые 25 июня были в полной боевой готовности.

В течение первых двух месяцев войны общее количество северокорейских дивизий увеличилось примерно до 13. К началу военных действий ВВС Северной Кореи имели примерно 150 устаревших русских самолетов в основном типа Як-7, Як-11 и Ил-10.

Для сравнения можно указать, что сухопутные войска Южной Кореи имели 6 пехотных дивизий, созданных в основном для обеспечения внутренней безопасности и несения пограничной службы. Самым тяжелым видом вооружения этих дивизий был миномет калибра 81 мм.

Несмотря на то, что в Южной Корее организационно существовали военно-воздушные силы, они не имели никакой практической ценности, так как в их составе имелось всего 10 учебно-тренировочных самолетов Т-6.

Северокорейцы, по-видимому, не ожидали встретить сопротивление со стороны США и других стран. Более того, они, вероятно, предполагали, что сумеют выполнить свои военные задачи еще до того, как может последовать эффективное вмешательство со стороны других стран. Однако они ошиблись в своих расчетах.

ВВС США Дальневосточной зоны, входившие в состав вооруженных сил США на Дальнем Востоке, начали боевые действия в Южной Корее почти через 8 часов после того, как ООН проголосовала за вмешательство в корейский конфликт.

Вскоре после начала военных действий было организовано Командование Объединенных Наций. Задача этого Командования состояла в оказании помощи Южной Корее, вооруженные силы которой были включены в его состав.

В дополнение к американским сухопутным войскам в состав войск ООН вошли подразделения сухопутных войск Англии, Канады, Турции, Греции, Люксембурга, Эфиопии, Франции, Бельгии, Филиппин, Австралии, Колумбии, Таиланда, Новой Зеландии и Голландии.

Американские ВВС Дальневосточной зоны были усилены авиационными частями корпуса морской пехоты и авиации ВМС США, а также авиационными подразделениями Англии, Австралии, Южно-Африканского Союза, Греции, Южной Кореи и Таиланда. Дания, Норвегия, Италия и Индия направили в Корею медицинские подразделения.

Состав военно-воздушных сил

При рассмотрении достижений авиации Объединенных Наций в корейской войне весьма интересно попытаться представить себе возможное развитие событий в том случае, если бы ВВС Северной Кореи находились на уровне современной боевой авиации. Северокорейцы, возможно, не ожидали вмешательства со стороны ООН, но если это не так, то они, конечно, недооценили мобильности и гибкости военно-воздушных сил и эффективности их действий против наступающей сухопутной армии.

Рассмотрим кратко, в каком состоянии находились ВВС Дальневосточной зоны в период с начала наступления северокорейцев и до организации Командования Объединенных Наций.

Являясь составной частью оккупационных войск, американские ВВС Дальневосточной зоны имели своей задачей обеспечение внутренней безопасности и противовоздушной обороны. В программе их учебно-боевой подготовки преобладали полеты на перехват воздушных целей, отработка различных упражнений и т. д.

В составе ВВС Дальневосточной зоны имелось 8 авиационных крыльев, в том числе 5 истребительных, 2 бомбардировочных, 1 крыло военно-транспортных самолетов, а также различные обслуживающие подразделения. Эти части располагали в общей сложности 1172 самолетами. Большинство авиации базировалось на японских аэродромах, и. только несколько крыльев — на островах Окинава, Гуам и на Филиппинах.

Хотя ВВС Дальневосточной зоны и были перенацелены на Корею, с них не была снята обязанность по обеспечению ПВО Дальнего Востока. Для боевых действий в Корее было выделено 1 крыло средних бомбардировщиков, 1 крыло легких бомбардировщиков и 8 эскадрилий истребителей. 10 истребительных эскадрилий было оставлено для обороны Японии, острова Окинава и Филиппин.

Когда начались военные действия, многие из упомянутых подразделений были заняты в летних учениях, проводившихся далеко от аэродромов их постоянного базирования. Вследствие внезапного возникновения чрезвычайной обстановки некоторые части были брошены в бой без возвращения на свои базы, другие же одновременно с боевым заданием получили приказ о перебазировании, которое они осуществили, не прекращая боевых действий.

В то время как на театре военных действий осуществлялось перебазирование авиации, было начато выполнение ускоренной программы усиления ВВС Дальневосточной зоны за счет переброски самолетов с континентальной территории США.

Менее чем через 10 дней после принятия решения о вмешательстве в конфликт на Дальний Восток были переброшены и приступили к полетам по выполнению боевых заданий 2 группы средних бомбардировщиков. Через 30 дней прибыл американский авианосец «Боксер», имевший на борту 145 истребителей F-51, которые предназначались для усиления ВВС Дальневосточной зоны.

Поражение Народной Армии Северной Кореи

25 июня 1950 года корейская Народная армия начала наступление на Южную Корею и 29 июня захватила Сеул.

Южнокорейская армия, неся тяжелые потери, отступала на юг под непрекращавшимся натиском армии Северной Кореи; она была на грани распада, когда США вступили в войну.

В течение первых двух дней конфликта (25–26 июня) основные усилия ВВС Дальневосточной зоны были направлены на обеспечение эвакуации американских подданных. Действия авиации в последующие 2 дня ограничивались нанесением ударов по наземным целям к югу от 38-й параллели. В эти дни было проведено небольшое количество воздушных боев.

Личный состав 24-й дивизии перебрасывался по воздуху и вводился в бой 4 июля не целыми частями или подразделениями, а отдельными группами по мере их прибытия. Эти группы вместе с частями южнокорейской армии начали боевые действия по сдерживанию продвижения противника.

Позднее эти войска были усилены 25-й американской дивизией. Однако это не помешало северокорейской армии продолжать стремительное наступление в южном направлении до середины августа, когда она была вынуждена остановиться перед линией фронта, стабилизировавшегося вокруг Пусанского плацдарма.

29 июня, после того как было получено разрешение начать боевые действия авиации в районе реки Ялуцзян, был нанесен массированный удар по аэродромам Северной Кореи. К концу июля в результате уничтожения (большей частью на аэродромах) самолетного парка ВВС Северной Кореи они уже не представляли собой сколько-нибудь серьезной боевой силы, насчитывая в своем составе около 18 исправных самолетов.

Превосходство в воздухе над Кореей было завоевано с минимальными усилиями и минимальными потерями с нашей стороны. С этого момента и до подписания перемирия северокорейские ВВС проводили довольно редкие боевые вылеты ограниченного масштаба. Если бы ВВС Северной Кореи не были подавлены, они могли бы представлять серьезную опасность для южнокорейской армии.

Наряду с борьбой за господство в воздухе авиация ООН вела боевые действия против наступающих сухопутных войск северокорейской армии и оказывала непосредственную поддержку своим войскам. Было бы очень выгодно использовать авиацию для того, чтобы сорвать работу основных линий снабжения в тылу противника, однако не было уверенности в способности сухопутных войск ООН удержаться до тех пор, пока в полной мере скажется эффект этих действий. Военно-воздушные силы приходилось использовать для усиления огневой мощи сухопутных войск, на которые противник оказывал очень сильное давление.

Путем авиационной поддержки приходилось компенсировать недостаток штатных огневых средств у сухопутных войск. В результате использования военно-воздушных сил объединенным сухопутным войскам удалось ценой потери территории выиграть время и не дать корейской Народной армии выполнить ее задачу. В качестве превосходного примера, иллюстрирующего эффективность применения авиации ООН, можно указать на ее удар по колонне противника 10 июля. Колонна была атакована на разрушенном бомбардировкой мосту у Пхёнтхэка Так как машины стояли вплотную одна за другой, то противник потерял 117 грузовиков, 38 танков и 7 полугусеничных машин. В результате ряда таких ударов авиации от единственной бронетанковой дивизии северокорейской армии, когда она достигла Пусанского плацдарма, остались только небольшие группы.

В конце июля, когда было начато проведение планомерных действий по изоляции района боевых действий, ВВС Объединенных Наций начали концентрировать свои удары на основных линиях снабжения в тылу противника. Такие удары необходимо было наносить круглосуточно, поскольку противник начал подвозить предметы снабжения и личный состав под покровом темноты. Противник не только переключился на снабжение в ночное время, но также перешел к ведению боевых действий главным образом ночью. Основное бремя ночных полетов несли бомбардировщики В-26.

В августе и сентябре высшие штабы продолжали направлять основные усилия авиации на оказание непосредственной поддержки войскам, хотя это уже стало менее выгодным, чем использование ее для других целей.


Рис. 1. Во время отступления войск ООН к Пусану военно-воздушные силы уничтожали авиацию противника, дезорганизовали и изматывали сухопутные войска противника.

Боевые действия небольшого количества авиации, выделенной для выполнения задач по изоляции района боевых действий, привели к тому, что суточный объем снабжения передовых войск противника уменьшился с 206 т в начале июля до 21,5 т в период обороны Пусанского плацдарма.

Начиная с середины августа сухопутные войска ООН на Пусанском плацдарме непрерывно усиливались и к началу контрнаступления, 15 сентября, имели в своем составе 4 американские пехотные дивизии, 7 южнокорейских дивизий и 1 английскую бригаду. Инчонская десантная операция началась в тот же день и проводилась силами 1-й дивизии корпуса морской пехоты и 7-й пехотной дивизии США.

В это время стало совершенно ясно, что ВВС с честью выполнили свою задачу. Корейская Народная армия, окружавшая Пусанский плацдарм, к этому времени очень сильно поредела и жестоко страдала от недостатка снабжения, явившегося результатом успешного выполнения задачи по изоляции района боевых действий.

При наступлении на север войска ООН встречали лишь незначительное организованное сопротивление.

Подобно этому, войска, высадившиеся в Инчоне, также не встретили решительного сопротивления. Их успеху способствовали предварительно нанесенные удары авиации по сухопутным войскам противника и последующие удары по путям подвоза его резервов. Удары авиации по линиям коммуникаций противника были настолько эффективны, что их результаты впоследствии значительно затрудняли продвижение и снабжение своих собственных войск во время их наступления на север. Положение усугублялось тем, что в это время ощущался недостаток в подготовленных и оснащенных инженерных войсках, способных быстро восстанавливать железнодорожные мосты. Темпы продвижения стремительно наступающей армии опережали темпы подвоза снабжения. Поэтому военно-воздушные силы должны были доставлять войскам большинство необходимых им боеприпасов и предметов снабжения, сбрасывая их с парашютами или производя посадку в местах нахождения войск. Доставка снабжения от города Тайгу до реки Ялуцзян производилась на самолетах С-119, С-47 и С-54.

В конце октября 1950 года сухопутные войска ООН, преследуя отступающие части северокорейской армии, достигли реки Ялуцзян. Во время этого наступления на север зенитные части северокорейской армии оказывали лишь спорадическое и слабое сопротивление.

Подразделения 10-го американского армейского корпуса, высаженные в Вонсане 20 октября с целью отрезать противнику пути отхода, прибыли слишком поздно. Там уже были части южнокорейской армии.

За 4 месяца, с июля по октябрь 1950 года, в течение которых остатки Народной армии Северной Кореи были отброшены к реке Ялуцзян, налеты авиации ООН дорого обошлись противнику. Как уже отмечалось выше, американские ВВС Дальневосточной зоны вступили в корейскую войну, имея в своем составе лишь одно авиационное крыло средних бомбардировщиков. В первую неделю августа в бой были введены еще 4 авиационных крыла бомбардировщиков типа В-29.

В Северной Корее имелось только несколько крупных промышленных центров. Они в основном были разрушены к 2 октября 1950 года, и 2 авиационных крыла средних бомбардировщиков были отправлены обратно в США [9]. За этот период аэродромы противника были выведены из строя и сделаны непригодными для использования. Порты, железнодорожные сортировочные станции, узлы коммуникаций и районы снабжения войск непрерывно подвергались ударам авиации, с тем чтобы не позволить противнику оправиться и создать запасы вооружения и боевой техники.

Согласно неполным статистическим данным, на других этапах своих действий авиация Объединенных Наций уничтожила 39000 солдат и офицеров противника. Сведений о числе раненых не имелось, так как они убирались еще до того, как сухопутные войска ООН занимали территорию, подвергавшуюся налетам.

Цифра 39 000 человек получена на основании данных воздушного и наземного наблюдения. В нее не включены потери противника от ударов бомбардировщиков во время ночных налетов или в других условиях, когда наблюдение не могло быть осуществлено. Приведенная цифра потерь составляет примерно одну треть первоначальной численности 10 дивизий, которые начали наступление 25 июня 1950 года.

В результате ударов авиации было уничтожено 452 танка, или 76 % от общего количества танков, уничтоженных всеми вооруженными силами. При выполнении задач по изоляции района боевых действий были разрушены 75 мостов и 5 мостов повреждены. Транспорт противника потерял в результате налетов авиации более 6000 автомашин, свыше 1300 грузовых вагонов и около 260 паровозов.

В ходе разгрома северокорейской армии сухопутные войска нанесли противнику большие потери в личном составе и захватили более 100 000 военнопленных. Эти потери относились не только к личному составу 13 дивизий, участвовавших в боях, значительная их часть приходилась на долю вспомогательных частей.


Рис. 2. Окружение с воздуха и наступление на суше привели к разгрому сухопутных войск противника — прорыв с Пусанского плацдарма. 1 — направления ударов по изоляции района боевых действий; разрушение основных линий коммуникаций и сортировочных станций; 2 — разрушение железнодорожных узлов, переездов и мостов; удары по шоссейным дорогам, уничтожение живой силы и предметов снабжения; противника; 3 — наступление сухопутных войск ООН с Пусанского плацдарма.

Когда в конце октября сухопутные войска ООН вышли к реке Ялуцзян, части китайских добровольцев готовились начать внезапное контрнаступление. Некоторые из этих частей были введены в бой ранее. Несмотря на это, корейская война была уже закончена, так как вооруженные силы Северной Кореи потерпели поражение и территория страны была оккупирована. Начиналась война с новым противником.

Вступление в войну китайских добровольцев

К концу ноября количество китайских сухопутных войск увеличилось до 9 отдельных армий с собственными органами снабжения, поддерживаемых 2 артиллерийскими дивизиями. Штатная артиллерия каждой из армий была эквивалентна 6 артиллерийским дивизионам. Общая численность сухопутных войск составляла более 250 000 человек при наличии потенциальных возможностей дальнейшего усиления. Им противостояли 11 дивизии ООН. Общая численность войск ООН в Корее составляла 267000 человек, из них 130000 человек приходилось на долю вооруженных сил США, 127000 — на долю южнокорейской армии и остальные 10000 человек представляли вооруженные силы других государств — членов ООН.

26 ноября китайские народные добровольцы начали свое наступление, имевшее целью отбросить войска ООН за 38-ю параллель. С момента вступления в действие первых частей китайских добровольцев в октябре нанесение ударов с воздуха по войскам и резервам противника стало невозможным, так как в ряде мест ограничительный рубеж безопасного бомбометания проходил непосредственно по реке Ялуцзян. Имелись лишь небольшие районы между этим рубежом и рекой Ялуцзян, в которых можно было производить бомбардировку. Испытывая недостаток в авиационной поддержке, сухопутные войска ООН под давлением превосходящих сил противника были вынуждены отступать, неся тяжелые потери. То обстоятельство, что это поражение не превратилось в полную катастрофу, можно объяснить в основном результатами авиационной поддержки со стороны военно-воздушных сил. Наступление противника было замедлено, что позволило 8-й армии совершить организованный отход с минимальными потерями. Налеты авиации вынудили китайское командование осуществлять переброски войск только в ночное время. Мы снова выиграли время за счет потери территории, и как только глубина тыла у противника возросла, наша авиация снова смогла проводить эффективные боевые действия.

Ко времени вмешательства в корейский конфликт китайских добровольцев боевой состав военно-воздушных сил США Дальневосточной зоны, подчиненных Командованию Объединенных Наций, увеличился до 3 авиационных крыльев средних бомбардировщиков, 2 авиационных крыльев легких бомбардировщиков, 13 истребительных эскадрилий, 4 групп военно-транспортной авиации плюс обслуживающие части. Средние бомбардировщики действовали с аэродромов на острове Окинава и метрополии Японии, легкие бомбардировщики — с аэродромов южной части Японии, а истребители — с аэродромов, расположенных в районе Сеула и на Пусанском плацдарме. Все типы самолетов, участвовавших в кампании (В-29, В-26, F-51, F-80), обладали радиусом действия, позволявшим им наносить удары по целям, расположенным на территории всей Кореи.

В течение двух месяцев после вступления в войну китайских войск военно-воздушные силы должны были вернуться к выполнению той задачи, с которой они имели дело в начале корейской войны, то есть не допустить окружения своих отступающих сухопутных войск. Теперь снова действия авиации по изоляции района боевых действий и непосредственная авиационная поддержка обеспечивали сухопутным войскам ООН передышку в дневное время, вынуждая противника вести боевые действия и передвигаться только в ночное время. Удары по коммуникациям противника снова начали наноситься в полную силу. После того как сухопутным войскам ООН удалось стабилизировать фронт в районе 38-й параллели, авиация стала с новой силой наносить удары по коммуникациям противника. К этому времени в результате ее действий на большую глубину наступление китайских народных добровольцев было замедлено.

Достигнув в середине декабря 38-й параллели, армия ООН не смогла там долго удержаться. Хотя из-за налетов авиации противник осуществлял переброски войск только в ночное время, ему все же удалось постепенно накопить достаточные силы и 1 января 1951 года возобновить наступление. Перед лицом этой угрозы сухопутные войска ООН стали отступать. 4 января пал Сеул и войска союзников откатились на линию Пхёнтхэк — Вончжу. Это было самое южное положение главной линии обороны союзников.

По мере продвижения противника на юг начали сказываться результаты ударов авиации ООН. Доставка предметов материально-технического обеспечения, осуществлявшаяся по второстепенным дорогам и тропам, в большинстве случаев ночью, привела к тому, что снабжение противника в конце концов было сорвано. Он не мог осуществить всеобщего наступления, так как в результате усилившихся налетов авиации был лишен возможности снабжения всем необходимым из тыла.


Рис. 3. Авиация наносит противнику потери и дезорганизует его наступление — битва у реки Ялуцзян. 1 — масштабы действий авиации по изоляции района боевых действий и по уничтожению живой силы ограничены узким коридором между рекой Ялуцзян и линией фронта; сухопутные войска разгромлены; 2 — действия авиации по изоляции района боевых действий и уничтожению живой силы становятся решающими после того, как с отступлением сухопутных войск ООН линии снабжения противника удлинились; сухопутные войска стабилизировали фронт.

По показаниям военнопленных, частям резервов требовалось до двух с половиной месяцев, чтобы добраться от реки Ялуцзян до линии фронта. Причем эти резервы прибывали в таком состоянии, что они фактически не могли сразу принимать участие в боях. Непрерывные удары авиации по растянутым линиям снабжения противника лишали его необходимого материально-технического снабжения. Противнику не удалось атаковать войска ООН на западном участке главной линии обороны южнее Сеула. Патрули союзников не встречали противника к югу от Сувона. Используя эту обстановку, сухопутные войска ООН начали контрнаступление, в результате которого к 1 апреля они вышли севернее главной линии обороны, занятой ими в декабре. На этом рубеже противнику удалось закрепиться, стабилизировать фронт и накопить силы, чтобы еще 2 раза попытаться выбросить войска ООН из Кореи. В обоих случаях противник потерпел неудачу, так как его система материально-технического снабжения не могла обеспечивать войска в условиях налетов авиации ООН.

Более того, во время этих наступлений войска противника открывали себя для ударов с воздуха. В результате они несли очень тяжелые потери в живой силе и боевой технике.

В качестве примера этих уничтожающих действий авиации можно упомянуть о блокировании 2 армий китайских добровольцев перед Хвачонским водохранилищем и последующие круглосуточные удары авиации по этим войскам, когда они пытались отступить.

Отступив до Сеула, 8-я армия отбила атаки противника, и 22 мая сама перешла в наступление на север с целью выхода в район главной линии, установившейся на 2 последующих года. Противник отступая, неся тяжелые потери. Перед лицом угрозы поражения он решил воспользоваться желанием Командования Объединенных Наций начать переговоры о перемирии.

10 июля состоялось первое заседание представителей воюющих сторон. С этого момента в ожидании заключения соглашения о перемирии войска ООН в целях уменьшения потерь в личном составе придерживались оборонительной тактики. Считалось также нецелесообразным чрезмерно растягивать линию фронта и свои коммуникации и в то же время дать возможность противнику сократить протяженность его линий снабжения. Занятая в ходе операций местность позволяла, по нашему мнению, создать отличные оборонительные позиции, с которых, можно было бы высылать дальние патрули, осуществлять налеты и проводить атаки с ограниченными целями. Цель всех этих действий должна была состоять в том, чтобы держать противника в напряжении и захватывать участки местности, имеющие большое значение для повышения прочности обороны.

Вторая фаза корейской войны дорого обошлась противнику. За период с ноября 1950 по июнь 1951 года, когда нашим противником были в основном китайские части, военно-воздушные силы второй раз в течение одного года доказали эффективность своих действий в борьбе с наступающим противником.

В результате непрерывных ударов авиации, наносившихся днем и ночью по прифронтовым районам и по линиям коммуникаций, противник потерял еще 11 700 человек убитыми. Было уничтожено 1315 артиллерийских орудий, 296 танков и свыше 80 000 сооружений, использовавшихся в качестве складов и укрытий для войск. Транспорт противника был подорван в результате уничтожения более 13000 грузовиков, 2600 товарных вагонов и 250 паровозов. Так как господство в воздухе оставалось за авиацией ООН, то последующие ее действия по срыву ночных перебросок войск и перевозок предметов снабжения окончательно лишили противника возможности накопить достаточное количество сил, чтобы изгнать 8-ю армию из Кореи.

Поражение и разгром сухопутных войск

Рассмотрим теперь первую и вторую фазы войны с целью выяснить, можем ли мы получить должное представление о том, что произошло в действительности. Военно-воздушные силы начали боевые действия, располагая крайне ограниченными силами в условиях неудовлетворительно работавшей связи и плохой организации системы управления совместными действиями. Личный состав имел очень небольшую подготовку для выполнения поставленной задачи. Несмотря на это, ВВС успешно выполнили свою задачу. Этот успех в равной степени можно отнести за счет высоких боевых качеств авиации ООН, а также за счет недостаточной подготовки северокорейских ВВС к войне.

Самым значительным достижением всего этого периода войны было полное уничтожение авиации противника. В результате этого наши наземные войска, аэродромы, а также системы связи и снабжения были избавлены от угрозы налетов авиации противника.

В такой обстановке основная масса нашей авиации в любой момент могла наносить удары по наступающим войскам противника. Легко себе представить, что было бы в случае, если бы мы оказались на месте противника, или даже в том случае, когда нашим ВВС пришлось бы направлять свои основные усилия на непрерывную борьбу с северокорейской авиацией.

Военно-воздушные силы и сухопутные войска, введенные в бой с противником на театре военных действий, должны использоваться для выполнения свойственных им задач. Обеспечение безопасности театра военных действий, его географических границ, населения и вооруженных сил является обязанностью как ВВС, так и наземных войск.

Военно-воздушные силы обеспечивают безопасность территории театра военных действий от ударов с воздуха путем разгрома ВВС противника и выполнения основного объема задач по противовоздушной обороне. Если позволяет обстановка или если этого требует стратегический замысел командования, то ВВС могут привлекаться к охранению намеченного района боевых действий. Эта задача может быть выполнена путем решительного уничтожения и дезорганизации наступающей армии противника до ее вступления в данный район или до завязывания боя с собственными сухопутными войсками. Эффективность боевых действий авиации в этом случае находится в прямой зависимости от располагаемого времени, пространства и огневой мощи имеющихся в ее распоряжении средств. Результаты действий авиации при этом сказываются немедленно и являются опустошительными.

Начало боевых действий авиации в Корее было классическим примером такого применения ВВС для срыва и дезорганизации наступления противника. Даже в условиях стремительного и дезорганизованного отступления южнокорейской армии военно-воздушные силы ударами с воздуха сумели ослабить наступательную мощь численно превосходящих наземных войск противника.

Когда южнокорейские войска соединились с частями войск ООН на Пусанском плацдарме, соотношение сил оказалось таким, что южнокорейская армия, усиленная частями американских и английских войск, смогла стабилизировать фронт.


Рис. 4. Результаты воздействия авиации на наземные войска.

Мы рассмотрели действия авиации по изоляции района боевых действий, имевшие целью срыв снабжения войск противника, наступавших на Пусанский плацдарм. Для того чтобы осуществить подрыв или полный срыв работы системы снабжения противника, такие действия должны проводиться в течение достаточно продолжительного времени с применением достаточного количества боевых средств. Когда наряду с. такими действиями непрерывно наносятся мощные удары по войскам противника на фронте и в тылу, то при правильной тактике в этом случае можно добиться большого успеха.

По сути дела такие боевые действия авиации представляют собой «вертикальное окружение» противника, такое же надежное и решающее, как и в том случае, когда он обойден с тыла вражескими войсками. Тактика войск ООН при этом должна была быть изменена таким образом, чтобы полностью использовать эффект «вертикального окружения» противника, сделав его таким же действенным, как и окружение силами наземных войск.

Прорыв обороны противника в современной войне достигается не такой дорогой ценой, как это было до появления авиации. Опасность удара во фланг также не столь велика, поскольку противник под ударами авиации не имеет необходимой подвижности, о чем свидетельствуют сражение при Сент-Ло и наступление Паттона в период второй мировой войны, в сравнении с боевыми действиями сухопутных войск в период первой мировой войны.

Именно так и обстояло дело при нашем прорыве с Пусанского плацдарма и при последующем разгроме корейской Народной армии. Скованная и дезорганизованная, полностью лишенная тяжелого вооружения, эта армия была разгромлена на своих позициях, и наступающая 8-я армия захватила большое количество пленных. Оставшееся вооружение и боевая техника противника были захвачены или уничтожены южнее Сеула.

В то время придавалось слишком малое значение результатам ударов нашей авиации по противнику, и только после осуществления прорыва с Пусанского плацдарма командование 8-й армии поняло и оценило эффективность боевых действий авиации.

Инчонская десантная операция была задумана с единственной целью осуществить окружение противника. Но факты достаточно ясно свидетельствуют о том, что она имела второстепенное значение в разгроме корейской Народной армии по сравнению с боевыми действиями авиации. Эта операция, конечно, показала командованию противника, что его положение совершенно безнадежно и его войскам необходимо отступать перед лицом угрозы окружения. Однако если бы результаты налетов авиации были оценены правильно, то свежие силы под Пусаном можно было бы применить с большей пользой. При планировании наступления сухопутных войск можно было бы предусмотреть стремительное продвижение вперед частей усиленной 8-й армии на флангах отступающего на север противника, чтобы отрезать ему пути отхода. Это было крайне необходимо осуществить, так как в действительности события опередили планирование и оба десанта 10-го армейского корпуса высадились слишком поздно.

Как бы то ни было, эффект Инчонской десантной операции до известной степени затмил результаты боевых действий ВВС. Когда началась операция по захвату Северной Кореи, у командования войск ООН не было времени оценить истинную роль военно-воздушных сил. Не обсуждая вопрос о том, насколько мудрой была постановка такой задачи, мы можем подвергнуть анализу фактический ход выполнения операции. Мы уже коснулись вопроса о продвижении войск ООН к реке Ялуцзян и последующем наступлении численно превосходящих сил китайских добровольцев. В это время стороны поменялись ролями. На этот раз мы просмотрели возможность вмешательства в конфликт китайских войск. Продвижение наземных войск к реке Ялуцзян и политические ограничения лишили военно-воздушные силы ООН возможности наносить удары по противнику. Авиация неизменно сохраняла превосходство в воздухе, но в этот момент не было ни времени, ни достаточного пространства между собственными войсками и рекой Ялуцзян, чтобы ослабить давление превосходящих сил противника на наши войска.

Очень важно уяснить, что сухопутные войска противника, имевшие столь подавляющее превосходство на рубеже реки Ялуцзян, были теми же самыми войсками, которым не удалось завершить окружение 8-й армии после столь благоприятного начала операции. Это были те же самые войска, которым не удалось создать серьезную угрозу для нашей последней линии обороны и которые, наконец, были отброшены к северу от 38-й параллели.

Это был тот же самый и вместе с тем совершенно другой противник. Имея время и пространство, авиация ООН повторила бы свои испытанные действия по уничтожению противника и по изоляции районов боевых действий.

Существует тенденция считать все операции ВВС против наземных сил противника только как поддержку своей армии. Такая точка зрения порождает ложные представления об организации, управлении и использовании ВВС, что неблагоприятно влияет на отношения между армией и ВВС. Более того, такие взгляды мешают видеть возможности боевого применения как ВВС, так и наземных войск в целях достижения наиболее эффективного их взаимодействия. Можно найти более правильную точку зрения по этому вопросу. Следует лишь вспомнить, что сухопутные, морские и военно-воздушные силы предназначаются для выполнения единой задачи, стоящей перед вооруженными силами на театре военных действий.

Каждый из видов вооруженных сил должен выполнять те задачи, для решения которых он лучше оснащен, и использовать те возможности для наступательных действий, которые дадут лучшие результаты. Каждый из них должен извлекать выгоду из профессионального искусства своего руководства. Все виды вооруженных сил должны взаимно поддерживать друг друга. О поддержке сухопутных войск со стороны авиации можно говорить лишь в том случае, когда огонь авиации сочетается с маневром и огнем наземных войск.

Если принять такую точку зрения, то будет проще понять, что общая стратегия должна учитывать воздушную обстановку, возможности своих ВВС в такой же мере, как и принципы применения маневра и огня сухопутных войск. Равным образом не должно быть ничего зазорного в том, если стратегия сухопутных войск будет строиться на использовании результатов авиационной стратегии.

Если поставленные перед вооруженными силами цели и существующая обстановка требуют, чтобы в интересах достижения успеха военно-воздушные силы были использованы в максимальной степени, то сухопутные войска должны оказывать им поддержку.

Стратегическое перемирие — воздушная кампания

Июль 1951 года явился началом новой фазы войны. Когда делегации воюющих сторон встретились в Кэсоне, они старались провести ранее принятые решения в отношении политических и военных целей. Фактически это было столь существенное изменение характера конфликта, что мы можем этот период назвать новой фазой войны. Обе стороны отрешились от сходных по существу политических целей, сводившихся к насильственному объединению Кореи. Они также отказались от достижения ранее поставленных одинаковых военных задач — захватить территорию противника и установить на ней свою власть. Однако и теперь воюющие стороны вновь преследовали одинаковые политические и военные цели, а именно — заключить перемирие на выгодных для себя условиях.

В результате этого изменилась и стратегия вооруженных сил ООН. Военно-воздушные силы ООН получили задачу лишить противника способности подготовить и осуществить решительное наступление силами сухопутных войск; продолжать с максимальной интенсивностью наносить удары с воздуха по территории Северной Кореи и таким образом создать условия, способствующие заключению выгодного перемирия. Сухопутные войска должны были стабилизировать фронт и удерживать сильные оборонительные позиции. ВВС Объединенных Наций должны были служить наступательным компонентом объединенных сил, а их боевые действия представляли собой наступательный элемент стратегии вооруженных сил. Поскольку авиационное наступление в этот период имело своей конечной целью принудить противника к перемирию, то мы можем назвать его стратегическим наступлением, а эту фазу войны — воздушной кампанией.

Эти реальные вещи были многим непонятны. Даже среди людей, действительно понявших происшедшие изменения, нашлось много таких, которые не соглашались с поставленной новой целью. Чтобы с пользой для дела обсудить значение факторов, повлиявших на установление нового политического курса, нам нет нужды оспаривать или подвергать сомнению поставленную перед вооруженными силами цель.

Война дорого обошлась каждой из сторон, но противнику она стоила гораздо дороже. Идя на конференцию по перемирию, противник был готов принять условия, которые, по его мнению, могли быть предложены. Когда же он обнаружил, что поставленные условия менее выгодны, чем он ожидал, начались продолжительные переговоры.

В течение двух последующих лет, несомненно, были моменты, когда вооруженные силы ООН хотели возвратиться к целям и стратегии первой и второй фаз войны. Со стороны военных и гражданских кругов оказывалось большое давление с целью изменить политические ограничения, которые сильно влияли на характер войны. Северокорейцы наверняка также искали иные решения, но их положение было совсем другим, как я попытаюсь показать ниже. Несмотря на эти сомнения и искушения с обеих сторон, главное, что мы должны понять, состояло в том, что ни цель войны, ни стратегия не были изменены.

Во время переговоров основные усилия авиации были направлены главным образом на решение задачи по изоляции районов боевых действий и срыв снабжения противника. Относительно стабильное положение фронта предоставляло меньше возможностей для уничтожения живой силы противника и его боевой техники. Однако, несмотря на это, авиация выполняла задачи по оказанию непосредственной поддержки своим войскам там, где только была необходимость и возможность им помочь. В тактическом отношении сухопутные войска ООН имели полную инициативу в ведении боевых действий. Непосредственная поддержка предназначалась для того, чтобы в ожидании перемирия сохранить как можно больше жизней наших солдат.

Противнику не потребовалось много времени, чтобы понять, что тактика сухопутных войск ООН имела точно такой же оборонительный характер, как и его собственная. Поэтому он начал испытывать прочность нашей обороны силами боевого охранения, нанося довольно чувствительные местные удары с целью обеспечить свои оборонительные позиции на выступающих участках линии фронта. Войска ООН также проводили боевые действия местного значения, в то время когда наши военно-воздушные силы патрулировали над линией фронта и наносили удары по любой цели, которую они обнаруживали. В условиях налетов авиации противник начал усиленно строить укрытия тяжелого типа, подземные базы снабжения, траншеи, туннели и хорошо укрытые артиллерийские и минометные позиции. В результате этого действия авиации по непосредственной поддержке войск стали давать все меньший и меньший эффект. Противник получил возможность накапливать вооружение и предметы снабжения. При тщательном планировании расхода боеприпасов и предметов снабжения это давало ему возможность проведения наступлений ограниченными силами при поддержке сильного артиллерийского огня.


Рис. 5. Действия авиации против китайских добровольцев — нажим для заключения перемирия. 1 — неослабевающие удары авиации по коммуникациям лишили противника предметов снабжения, необходимых для проведения крупных наступательных действии сухопутных войск. Противник нес тяжелые потери в живой силе и вооружении; авиация дезорганизовала работу транспортной системы противника; 2 — на долю непосредственной авиационной поддержки приходилось 30 % всех боевых самолето-вылетов, но ее эффективность при позиционной войне снизилась, так как войска противника зарылись в землю.

Атаки северокорейских войск начинались под покровом темноты и заканчивались перед рассветом. К великому прискорбию, они дорого обходились нашим войскам, несшим большие потери в живой силе. Велики были потери также в вооружении; расход артиллерийских боеприпасов был чрезмерно высок. Противник понял, что атаки силами сухопутных войск являются для него единственным ответным средством в войне на истощение. Проводя их, он пытался сквитать потери, понесенные им от ударов вражеской авиации. Эти атаки являлись также его аргументами при ведении переговоров за столом конференции о перемирии.

В этих условиях вполне естественными были требования наших сухопутных войск об усилении непосредственной авиационной поддержки. Однако эти действия авиации начали давать все меньший эффект. Увеличение масштабов непосредственной авиационной поддержки потребовало бы сокращения высокоэффективных ударов по тыловым районам, в связи с чем общий выигрыш на фронте не был бы пропорционален усилению интенсивности деятельности авиации.

Командованию сухопутных войск понять это было, конечно, трудно. Сейчас ни ночью, ни днем не было попыток продвижения вперед, чтобы выбить противника с его позиций, оборудованных окопами и траншеями. Противник также не предпринимал больших наступательных действий. В действительности благодаря ранее достигнутым успехам в обстановке маневренной войны мы привыкли ожидать слишком многого от авиации при оказании ею непосредственной поддержки сухопутным войскам. Тем не менее американские ВВС Дальневосточной зоны и 5-я воздушная армия прилагали все усилия, чтобы обеспечить максимальную непосредственную поддержку в то время, когда наземные войска вели активные боевые действия, в остальное же время они проводили достаточно интенсивные полеты в целях сохранения налаженного контакта с наземными войсками и тренировки летного состава.

Было бы весьма желательно, чтобы мы все помнили как о сильных, так и слабых сторонах военно-воздушных сил. Обеспечение непрерывной непосредственной поддержки войск при стабильном положении линии фронта требует распыления средств для нанесения многократных повторных ударов по точечным целям. Используя только обычное вооружение, невозможно реализовать свойственную военно-воздушным силам подвижность и огневую мощь при ударах по заслуживающим внимания скоплениям сил противника.

При стабильном положении линии фронта непосредственная авиационная поддержка является слишком дорогой заменой артиллерийского огня. Она может дать наибольший эффект, когда способность противника к сопротивлению парализована, его система снабжения в максимальной степени подорвана, а его войска скованы в результате действий авиации по разведке и подавлению целей, а также по изоляции района боевых действий. В этом случае решающих результатов можно добиться, применяя авиацию массированно, во взаимодействии с сухопутными войсками, ведущими активные боевые действия с решительными целями.

Таким образом, осенью 1951 года было бы крайне неразумно не сконцентрировать основные усилия военно-воздушных сил на задаче по изоляции районов боевых действий, то есть на действиях по целям в тылу противника. В противном случае имевшаяся в распоряжении огневая мощь использовалась бы неэффективно в борьбе с относительно малоуязвимыми целями на поле боя, в то время как противник имел бы возможность накапливать средства для подготовки и проведения наступления по всему фронту. Такое наступление, будучи обеспеченным необходимыми средствами снабжения и боеприпасами, могло бы иметь решающий характер. Неправильная оценка этих фактов вызвала ряд неблагоприятных комментариев по вопросу о масштабах авиационной поддержки, оказывавшейся сухопутным войскам, особенно в конце 1951 и начале 1952 года.

Воздушное наступление и его результаты

Обратимся назад и посмотрим, как обстояло дело в тыловых районах противника, когда начались переговоры о перемирии. В соответствии с поставленной задачей лишить противника способности начать и осуществить всеобщее наступление была увеличена интенсивность налетов авиации с целью изоляции районов боевых действий. В результате таких действий авиации противнику был нанесен сокрушительный удар в первый год войны в условиях быстро меняющейся наземной обстановки. Это очень близко напоминало успех применения авиации в Европе в ходе второй мировой войны.

Памятуя об этих успехах, полные энтузиазма оперативные работники штабов надеялись обеспечить такую изоляцию войск противника, при которой они не были бы в состоянии удерживать линию фронта. Трудно установить, где и когда и то ли офицеры ВВС, то ли газетные корреспонденты «окрестили» первую фазу плана по изоляции районов боевых действий «операцией удушения». Не известно, какую точно степень «удушения» имели в виду люди, пустившие в ход этот термин. Однако, когда оглядываешься назад, становится ясным, что это был неудачный термин, поскольку он давал возможность некоторым людям, не понимавшим существа задачи обеспечения изоляции районов боевых действий, кричать о ее провале.

Если допустить, что целью боевых действий авиации по изоляции противника от источников снабжения являлось лишить его на длительное время способности проводить атаки, с ограниченными целями или, более того, лишить его способности прочно удерживать свои позиции, то такую задачу авиация не выполнила. Но она, безусловно, добилась успеха в выполнении стоявшей перед ней задачи, то есть лишила противника возможности начать и осуществить всеобщее наступление.

Кроме того, осуществление плана по изоляции района боевых действий оказывало непосредственное влияние на достижение параллельной цели, заключавшейся в максимальном уничтожении материальных средств противника. Он нес значительные потери в автотранспорте, рельсах, материалах для восстановления и наводки мостов и в подвижном составе.

Если к этим потерям добавить потери от разрушения аэродромов, складов снабжения, небольших промышленных предприятий и других сооружений, а также огромное количество труда, затраченное на восстановительные работы, то мы сможем достаточно точно оценить, во что обошлось противнику наше воздушное наступление. Воздействие авиации на противника на земле стало считаться основной целью воздушного наступления. Действия авиации планировались таким образом, чтобы нанести противнику максимальные потери в вооружении и в личном составе. Нанесение этих потерь эффективно способствовало достижению цели — лишить противника возможности начать и осуществить наступление.

Как же реагировал противник на воздушную кампанию и каковы были его потери?

Вы, вероятно, уже заметили, что ничего не было сказано об авиации противника, за исключением упоминания о ней в начале первой фазы войны. Северокорейские истребители МиГ-15 вступили в бой в ноябре 1950 года, и после вступления в войну китайских добровольцев их количество сильно возросло. Итоги воздушной войны в Корее хорошо известны. Военно-воздушные силы ООН сбили 840 самолетов, и соотношение потерь противника в самолетах к нашим потерям составляло больше чем 10:1[10]. Из того, что недостаточно широко известно, следует упомянуть о тех решительных усилиях, которые предпринимал противник, стремясь создать военно-воздушные силы на передовых аэродромах в Корее. Противник понимал, что если для нанесения ударов по войскам и аэродромам Объединенных Наций он будет использовать свою авиацию с баз, расположенных на территории Китая и Маньчжурии, то ВВС Объединенных Наций начнут наносить удары по целям, находящимся за рекой Ялуцзян. Он был вынужден принять ряд мер по отражению беспрестанных налетов авиации ООН.

В конце 1951 года северокорейцы приступили к строительству обширной сети аэродромов. Когда авиация ООН приступила к уничтожению этих почти уже готовых аэродромов, то она встретила жесточайшее сопротивление. Основные усилия своей истребительной авиации противник натравлял на борьбу с бомбардировщиками и истребителями, вылетавшими для разрушения этих аэродромов. Вокруг этих аэродромов были сконцентрированы крупные силы зенитной артиллерии Противник неоднократно пытался ремонтировать и восстанавливать разрушенные аэродромы, однако они вновь и вновь подвергались разрушению.

В начале 1952 года противник убедился, что военно-воздушные силы нельзя создать в районе, где господствует авиация противника. Свои последние усилия он направил теперь на поддержание в состоянии готовности своих самых северных аэродромов. Он надеялся быстро восстановить и приспособить их для базирования значительного количества самолетов к моменту подписания соглашения о перемирии, с тем чтобы в случае возобновления боевых действий иметь возможность немедленно и эффективно использовать их.

Ко времени подписания перемирия эти аэродромы не были пригодны для базирования авиации. Однако рядом с взлетно-посадочными полосами на этих аэродромах были площадки с травяным покровом, на которые в дневное время могли садиться самолеты.

Противник прилагал все усилия, чтобы ликвидировать ущерб, нанесенный авиацией. Он проявил замечательную изобретательность и упорство при восстановлении железных дорог и мостов, а также в рассредоточении и укрытии вооружения и предметов снабжения. Широко прибегая к ремонту и экономно расходуя материалы, он заранее изготовлял секции железнодорожного полотна и пролеты мостов, разработал целую систему маскировки, как, например, установка пролетов мостов на ночь и убирание их на день для создания видимости, что мост неисправен, создание подводных бродов и т. п. Более 500000 человек были непрерывно заняты на восстановительных работах, невзирая на сброшенные противником бомбы замедленного действия.

Северокорейцы широко применяли ручной способ погрузки и выгрузки грузов по цепочке; они доставляли предметы снабжения с помощью людской силы, используя специальные наспинные приспособления; они укрывали поезда в туннелях и перевозили основную массу предметов снабжения в ночное время.

Несмотря на большую изобретательность, проявленную противником, согласно данным ВВС ООН, за период с июля 1951 по июнь 1953 года было уничтожено или повреждено:


За это же время противник потерял 28 000 солдат и офицеров. Причем фактические потери были несколько выше указанных цифр.

Необходимо также подчеркнуть, что приведенная выше цифра потерь противника в живой силе включает только фактически установленные потери. Большую часть потерь противник понес на фронте. До сих пор еще не могли быть сколько-нибудь достоверно оценены потери в живой силе в результате проведенных сотен тысяч самолето-вылетов для нанесения ударов по различным целям, но мы, конечно, знаем, что при этом десятки тысяч военнослужащих и рабочих были убиты или ранены.


Рис. 6. Цель и средства ее достижения.

В результате непрерывных ударов авиации противник вынужден был еще в большей степени рассредоточить базы снабжения и ремонта. Он использовал в качестве ремонтных предприятий небольшие частные мастерские и укрывал свои войска, предметы снабжения и небольшие промышленные предприятия в пещерах, а также в жилых домах в городах и деревнях. Преследуя противника, авиация ООН уничтожила десятки тысяч зданий, использовавшихся им в районах крупных городов и в мелких городах, расположенных вдоль основных линий коммуникаций.

Жизнь гражданского населения противника была дезорганизована и концентрировалась в отдельных очагах. То же самое, но в несколько меньшей степени относится и к его вооруженным силам. Артерии военного снабжения были перерезаны, и армию приходилось снабжать с помощью импровизированных средств.

Посредством тщательного регулирования потребления, а порой путем отвода целых дивизий в тыловые районы с лучшими возможностями снабжения противнику удавалось поддерживать 30–60-дневный запас самых необходимых предметов снабжения. Это была не механизированная подвижная армия, а зарывшаяся в землю вместе с сотнями артиллерийских орудий масса пехоты. Поскольку до изменения политической обстановки противнику не угрожало серьезное наступление сухопутных войск ООН, такое положение не являлось для него критическим. Ему удавалось не только отводить войска с фронта в районы с лучшими возможностями снабжения, но и использовать их также для уборки урожая.

Существует несколько аспектов воздушного наступления, которые нужно рассмотреть, чтобы получить ясное представление обо всем происходившем. Два из этих аспектов относятся к таким взаимосвязанным факторам, как характер целей, подлежавших уничтожению, и имевшиеся для этого в наличии силы и средства. Поддерживавшие Северную Корею союзники рисковали дорогим вооружением и обученными контингентами войск, но масштаб этого риска мог быть ограничен количеством доставляемого имущества и людей. В то же время все население Кореи и ее промышленность вплоть до самых мелких предприятий находились под постоянной угрозой уничтожения.

Небольшая численность ВВС Объединенных Наций требовала очень тщательного выбора целей. Использовавшиеся в Корее силы авиации не были рассчитаны на проведение воздушной кампании; поэтому их не хватало для подавления большого количества второстепенных целей.

Это положение наряду с рядом сомнительных соображений о целях Северной Кореи в войне было причиной того, что удары авиации наносились по объектам, имевшим непосредственно военное значение. В Северной Корее существовало огромное количество мелких промышленных предприятий и шахт, которые никогда не подвергались налетам авиации. Мы точно знали, что во. многих небольших деревнях находились войска и склады снабжения, но авиация не наносила по ним ударов. Это объяснялось тем, что имелось достаточное количество более важных целей, на подавление которых требовались все имевшиеся в распоряжении ВВС силы и средства. Мы знаем, что в целом металлообрабатывающая и горнодобывающая промышленность играла значительную роль в экономике Маньчжурии, а также в деле поддержки войск противника на фронте. Однако каждое из этих предприятий в отдельности при имевшемся количестве авиации не могло заслуживать внимания.

Следует сразу же оговориться, что для других условий линия на использование авиации только по целям, непосредственно связанным с вооруженными силами и их обеспечением, может быть совершенно непригодна.

Если бы объектом воздействия авиации была страна — инициатор и покровитель агрессии, или если бы сухопутные войска не привлекались к участию в воздушном наступлении, или если бы силы авиации были рассчитаны на полное «окружение» противника с воздуха, то тогда система нанесения ударов могла бы быть и, пожалуй, была бы совершенно иной.

Например, 2 крупные ирригационные плотины в Северной Корее, которые были разрушены в основном с целью затопления железных дорог и военных объектов, могли бы быть подвергнуты ударам авиации с другой целью. Не только 2, а 30 или более таких плотин могли бы быть разрушены с целью превратить Северную Корею из крупного эскпортера риса в страну, вынужденную импортировать рис для спасения своего населения от голода.

Другой аспект проблемы воздушного наступления связан с соотношением сил между сухопутными войсками и военно-воздушными силами ООН.

Факты достаточно ясно показывают, что эффективное использование ВВС может позволить значительно сократить численность и состав своих сухопутных войск. Сколь значительным может быть такое сокращение, определяется степенью подавления авиации противника и тем, насколько полно сумели бы наши ВВС использовать возможности для ударов по сухопутным войскам, коммуникациям и сооружениям противника.

В воздушном наступлении не может быть ничего хуже, чем нехватка сил для успешного выполнения задачи.

Объем железнодорожных перевозок в Северной Корее был уменьшен до 4–5 % объема перевозок мирного времени. Но и этого оказалось достаточно для того, чтобы обеспечивать непрерывное снабжение войск, использовав дополнительно автомобильный транспорт и доставку грузов на плечах людей. Потребовалось дополнительное количество вылетов авиации для того, чтобы воспретить автомобильные перевозки. При выполнении всех трех задач авиации увеличение ее сил в арифметической прогрессии увеличивало эффект ее ударов в геометрической прогрессии. 10 % вылетов, использовавшихся для подавления системы снабжения противника, и вылетов с целью обнаружения и уничтожения наземных целей полностью оправдывали затрату сил и средств.

Требования, предъявляемые к непосредственной поддержке, значительно выше указанных, и ее результаты не отвечают приведенной ранее цифре. В период войны в Корее непосредственная авиационная поддержка во многих случаях заменяла собой артиллерийский огонь, а в других — сводилась к ударам по второстепенным целям. В течение двух последних лет войны на выполнение задач по непосредственной авиационной поддержке приходилось около 30 % общего количества самолето-вылетов против примерно 10 % в период боевых действий в Европе в годы второй мировой войны. Это в значительной степени сокращало количество авиации, использовавшейся для нанесения ударов по целям, расположенным в тыловых районах противника, где ее применение давало несравненно больший эффект. Лучше уничтожать средства огневой мощи противника еще до того, как они поступят на фронт, чем бороться с ними непосредственно на поле боя.

Являясь убежденным сторонником оказания максимальной непосредственной авиационной поддержки сухопутным войскам, тогда когда они проводят крупные операции с решительными целями, я не считаю это правильным для условий стабильного фронта.

С заключением соглашения о перемирии закончилась третья фаза корейской войны. Мы знаем, что противник надеялся сломить сопротивление стран — участниц корейского конфликта, войска которых под флагом ООН воевали в Корее, путем нанесения последним больших потерь в живой силе и ресурсах.

Поражение, которое терпел противник в последние два года войны, объясняется главным образом успешным проведением воздушной кампании. Вся его военная машина оказалась дезорганизованной, и он был вынужден перейти к оборнительной тактике; участие северокорейских ВВС в войне было эффективно блокировано. Потери, понесенные противником с начала войны, лежали на нем невыносимо тяжелым бременем. Попытки воссоздать военно-воздушные силы на передовых авиабазах провалились, и он был лишен перспективы провести успешное наступление силами сухопутных войск.

Вспоминаются лестные высказывания общественности о том, что военно-воздушные силы выиграли свою войну в Корее. Под этим понимается полный разгром северокорейских ВВС и сохранение превосходства в воздухе перед лицом крупных сил китайских войск, находившихся за рекой Ялуцзян. Однако комментаторам не удалось, к несчастью, полностью понять, что воздушная кампания против военной машины противника в Корее была самостоятельной войной в воздухе. Она до самого последнего момента велась непрерывно в течение суток. Значительная часть усилий авиации была направлена на обеспечение поддержки сухопутных войск, однако основные наступательные действия в воздухе проводились в интересах решения главной задачи, содержанием которой являлось заключение перемирия на выгодных условиях.

Истоки стратегии

Когда мы рассматриваем корейскую войну в мировом масштабе, мы видим, что для правильной оценки полученного опыта необходимо сделать соответствующую предпосылку.

В воздушной войне крайне необходимо четкое определение поставленных перед ВВС целей, поскольку подвижность и ударная огневая мощь современных военно-воздушных сил открывают перед ними широкие возможности для ведения наступательных боевых действий. В то же время характер противника и непосредственная угроза, которую он создает для союзных стран и их вооруженных сил, требуют таких действий, которые могут отвлечь ВВС от выполнения задач, поставленных их командованием. Принципы стратегического использования ВВС должны всегда определяться на основе учета наших сильных и слабых сторон, наших возможностей и военных целей, стоящих перед страной.

Определение относительной уязвимости различных составных элементов военной мощи противника сводится к сопоставлению возможностей нанесения ударов и вероятных результатов, которые могут быть достигнуты.

Если представить себе имеющиеся у противника военно-воздушные, сухопутные и военно-морские силы, то можно увидеть, что наши ВВС могут быть использованы для борьбы с их живой силой, вооружением и боевой техникой.

Борьба со всеми видами вооруженных сил противника может вестись как одновременно, так и в необходимой последовательности, которая определяется характером создаваемых ими угроз, а также нашими возможностями. Имеются объекты, относящиеся к двум или даже трем видам вооруженных сил, например: центры снабжения районов боя, линии коммуникаций и органы управления, которые могут быть уничтожены или изолированы. Объектами для действий авиации могут служить также важнейшие промышленные, административные и политические центры. Для усиления психологического эффекта эти действия могут дополняться мерами пропаганды.

На последних этапах корейской войны каждый из этих факторов в отдельности приходилось тщательно взвешивать и обсуждать. Каждый из них приходилось анализировать во всем комплексе необычной политической и военной обстановки, а также в свете менявшихся целей войны.

Вразрез с общим мнением следует сказать, что корейская война была очень сложной. Она явилась лабораторным исследованием вопросов ведения ограниченных военных действий в условиях очень трудной политической обстановки. Кроме того, она предоставила возможность проверить взгляды на боевое применение военно-воздушных сил, сложившиеся после второй мировой войны.

Многие из первых операций военно-воздушных сил в начале войны в Корее сопровождались дискуссиями по поводу использования так называемых стратегических бомбардировщиков для выполнения тактических задач, а также о том, существовали ли в Корее так называемые стратегические цели.

Я сделал попытку показать, как нам удалось справиться с проблемами ведения ограниченной войны и как война научила нас тому, что нам следовало бы знать в самом ее начале. Для нас важнее всего понять, что в течение двух последних лет войны мы воевали только за то, чтобы обеспечить выгодные условия для прекращения военных действий. При такой цели войны требовались совершенно новые принципы использования авиации. ВВС в этой войне были использованы как сила для достижения ограниченной цели.

Сейчас всем должно быть ясно, что военно-воздушные силы неделимы. Они в состоянии поставить под угрозу все важнейшие элементы военного потенциала страны. Попытки подразделить авиацию по типам самолетов, по видам операций, по характеру целей приводили к неразберихе и неправильному пониманию.

Поэтому здесь сделана попытка анализа боевых действий военно-воздушных сил в зависимости от целей войны, опасности противника и благоприятных возможностей. Желаемые результаты в сопоставлении с опасностью противника и благоприятными возможностями определяли интенсивность, продолжительность и характер боевых действий авиации на различных фазах войны.

Успешное использование этих соображений для разработки принципов боевого применения ВВС является сложным делом. Решение этой задачи представляет собой главную цель и обязанность всего личного состава военно-воздушных сил.

Оглавление книги


Генерация: 0.633. Запросов К БД/Cache: 3 / 1