Глав: 6 | Статей: 43
Оглавление
Книга посвящена величайшей в истории танковой армаде — бронетанковым войскам СССР. Во всех странах мира, вместе взятых, танков было меньше, чем в Советской Армии. Эти полчища стальных чудовищ, предназначенных для победоносного рывка к Ла-Маншу, погибли вместе со страной, их создавшей. Впервые в отечественной и зарубежной литературе представлена реальная, а не парадная история развития и упадка советских танковых войск послевоенной эпохи.

Книга рассчитана на широкий круг читателей.

ЗА ЖЕЛЕЗНЫМ ЗАНАВЕСОМ

ЗА ЖЕЛЕЗНЫМ ЗАНАВЕСОМ

Объективности ради надо отметить, что советским войскам в середине 80-х годов в Европе противостояли отнюдь не игрушечные силы НАТО. Говоря о количестве советских танковых армий и дивизий, не надо забывать о том, что происходило за «железным занавесом». Страны НАТО, обеспокоенные танковыми армадами СССР, в семидесятые годы предприняли большие усилия по наращиванию собственной военной мощи, создав на территории ФРГ солидный танковый кулак. В случае европейского вооруженного конфликта, немцам доставалась самая незавидная роль — оказаться между молотом и наковальней, на линии фронта между двумя военными машинами. Начнись война, и от Германии мало, что осталось бы.

В первые послевоенные десятилетия развитие американских вооруженных сил, тактики и стратегии их применения шло, в общем-то, параллельно с советским. Сухопутные войска предназначались для ведения боевых действий с целью разгрома противника, захвата и удержания его территории.

Вторую мировую войну американцы закончили, имея 89 дивизий: 64 пехотные, 16 бронетанковых, восемь воздушно-десантных и одну кавалерийскую. В 1946–1947 годах была проведена реорганизация частей и соединений сухопутных войск на основе анализа их применения в годы войны. В пехотной дивизии появился танковый батальон, а в пехотных полках — танковая рота.

В бронетанковой дивизии стало четыре танковых батальона вместо прежних трех, а количество танков увеличилось с 272 до 361. Вся артиллерия стала самоходной, разведывательный дивизион заменили танковым батальоном.

Два батальона легких танков появились ив воздушно-десантных дивизиях, численность личного состава которых была сокращена на треть. Как и в Советском, Союзе шел процесс насыщения всех родов войск бронетанковой техникой, призванный усилить их боевую мощь.

В середине 50-х годов особое внимание стало уделяться подготовке сухопутных войск к боевым действиям в условиях применения ядерного оружия. Исходя из этого, было признано необходимым включить в дивизию большое количество боевых частей (но по численности меньше, чем полк), способных вести бой самостоятельно. Это должно было позволить ее командиру создавать различные комбинации боевых порядков, соответствующих быстроменяющейся обстановке.

Повышение огневой мощи дивизии предполагалось обеспечить за счет введения в ее состав средств доставки ядерного оружия, а мобильности — путем оснащения значительным количеством воздушного и наземного транспорта. В это время были разработаны штаты так называемой пентомической дивизии — состоящей из пяти боевых групп.

Однако опыт проведенных учений показал, что такая дивизия не способна вести эффективные боевые действия в обычных условиях, без применения ядерного оружия. Поэтому в 1961 году командованием американской армии было принято решение упразднить пентомическую структуру и вновь ввести для дивизий всех типов троичную организацию, но иметь в них не полки, а бригады, которые должны создаваться на время боя из соответствующего количества боевых батальонов.

По штатам 1962 года в сухопутных войсках было создано четыре типа дивизий: пехотные, механизированные, бронетанковые и воздушно-десантные. Для них была характерна единая дивизионная основа и различное количество боевых батальонов (танковых, мотопехотных, пехотных, парашютно-десантных), что и определяло тип дивизии. Из батальонов создавались бригады, состоящие из двух-пяти батальонов.

Во время войны во Вьетнаме появился новый тип дивизии — аэромобильная, которая, по оценке военного руководства США, наилучшим образом отвечала требованиям данного театра военных действий. В 1965 году на базе 11-й воздушно-десантной дивизии была создана 1-я аэромобильная, а в 1968-м на базе 101-й воздушно-десантной— 101-я аэромобильная.

В эти годы шел поиск и других соединений нового типа. Так, в 1971–1973 годах испытывалась экспериментальная дивизия «Три-Кап» (дивизия тройных возможностей), созданная на базе 1-й аэромобильной дивизии (с 1971 года стала называться кавалерийской). Ее эмблема — голова лошади на щите с полосой, стала известна всему миру благодаря фильму Фрэнсиса Копполы «Апокалипсис сегодня», где солдаты дивизии были одними из главных действующих лиц.

Новая универсальная дивизия, по замыслу американского командования, должна была воплотить в себе последние достижения военно-технического развития и в будущем прийти на смену существующим типам дивизий. Однако, как показали испытания, эта дивизия не отвечала предъявляемым требованиям и была переформирована.

В 1977 году на базе 1-й кавалерийской дивизии (в 1975 году она была переформирована в бронетанковую, сохранив по традиции наименование кавалерийской) началось испытание так называемой тяжелой дивизии, в составе которой планировалось иметь 15 боевых батальонов (девять танковых и шесть мотопехотных). Войсковые испытания частей и подразделений дивизии, проведенные в период с 1977 по 1980 год, не оправдали расчетов американского командования, предполагающих повышение боевых возможностей соединения, и дальнейшие испытания были прекращены.

В начале 80-х годов, после провозглашения президентом Рейганом стратегии «прямого противоборства» с Советским Союзом, была принята программа реорганизации сухопутных войск, получившая наименование «Армия-90». Ей предполагалось пересмотреть организационноштатную структуру всех соединений и частей с одновременным оснащением их современным оружием и боевой техникой.

Важное внимание при этом уделялось разработке систем оружия, обладающих большой дальностью стрельбы, высокой точностью и значительной разрушительной силой, а также средств разведки, целеуказания, управления и наведения и их органическому слиянию в единые разведывательно-ударные комплексы.

В основу совершенствования организационной структуры сухопутных войск были положены взгляды американских военных специалистов на возможный характер будущих войн и на необходимость иметь в связи с этим в их составе «тяжелые» и «легкие» соединения. Вероятные военные конфликты были разделены на категории: «всеобщая война», «ограниченная война», конфликты высокой, средней и низкой интенсивности.

Считалось, что «тяжелые» дивизии (механизированные и бронетанковые) будут использоваться в основном в условиях ведения боевых действий высокой и средней интенсивности в составе «тяжелых» армейских корпусов на Европейском театре войны, где имеется развитая инфраструктура, а условия местности позволяют создавать глубоко эшелонированные механизированные (бронетанковые) группировки.

«Легкие» дивизии (легкие пехотные, моторизованная, воздушно-десантная и воздушно-штурмовая), учитывая их высокую стратегическую мобильность, предполагалось использовать для быстрой переброски и ведения боевых действий преимущественно низкой интенсивности, главным образом на слабо оборудованных театрах военных действий вне зоны ответственности НАТО или для действий в особых условиях — лес, горы, крупные населенные пункты.

Эти планы вызвали переполох в Министерстве обороны Советского Союза. Военное руководство увидело в них большую потенциальную угрозу и немедленно предприняло меры по поиску средств противодействия новым формированиям. Американцы еще не успели создать ни одной подобной дивизии, а советские войска на учениях «Запад-81» уже отрабатывали способы прорыва оборонительных позиций «дивизий-90», которые были воспроизведены с максимальной достоверностью.

Можно только поражаться оперативности реагирования советских генералов на американские планы. Как видим, строительство американских сухопутных войск в этот период, было, по сути дела, зеркальным отражением советской армейской действительности — тот же поиск оптимальных структур, стремление повысить боевую эффективность войск за счет внедрения новой техники и оружия и лучшей организации частей и подразделений.

В конце 70-х годов страны Западной Европы бросились наращивать быстрыми темпами свой танковый потенциал — формировались новые части, на вооружение принимались новые типы бронированных машин. В 1977 году три механизированные дивизии 2-го армейского корпуса французской армии, размещенные на немецкой земле, были переформированы в бронетанковые. В 1979 году 6-я и 20-я бронетанковые бригады Британской Рейнской армии развертываются в 3-ю и 4-ю бронетанковые дивизии. Через два года, в 1981 году, в дополнение к имеющимся бронетанковым соединениям, 1-я и 7-я мотопехотные дивизии армии ФРГ переформировываются в танковые.

В результате, в начале 80-х годов в составе Бундесвера имелось уже шесть танковых дивизий: 1-я тд в Ганновере, З-я тд в Букстехуде, 5-я тд в Дице, 7-я тд в Унне, 10-я тд в Зигмарингене, 12-я тд в Фейтсхехгейме. Рядом дислоцировались 1-я «Old Ironsides» (Ансбах) и 3-я «Spearheads» (Франкфурт-на Майне) бронетанковые дивизии армии США, 1-я (Ферден), 2-я (Любек), 3-я (Зоэст-Корбек) и 4-я (Херфорд) бронетанковые дивизии Британской Рейнской армии, французские танковые дивизии — 1-я (Трир), 3-я (Фрейбург) и 5-я (Ландау).

Во втором эшелоне НАТО находилось еще пять французских танковых дивизий, итальянская бронетанковая дивизия «Ариете», испанская бронетанковая дивизия «Брунете» плюс большое количество механизированных дивизий и танковых бригад.



Группировка войск НАТО в ФРГ

На Дальнем Востоке в 1981 году собственной танковой дивизией обзавелась Япония: на самом северном острове Хоккайдо, поближе к СССР, на базе 1-й танковой бригады и 7-й механизированной дивизии была сформирована 7-я танковая дивизия, вошедшая в Северную армию.

Американцы на своей территории держали в резерве 2-ю бронетанковую дивизию «Hell on Wheels» (Форт-Худ) регулярной армии, 3-я бригада которой дислоцировалась на территории ФРГ, в городе Гарльштедт, и две дивизии в национальной гвардии. Еще одним танковым соединением американской армии была 1-я кавалерийская дивизия. Несмотря на столь экстравагантное для конца XX века наименование, она была, по сути дела, бронетанковой дивизией.

Американские бронетанковые дивизии представляли из себя мощные соединения, обладавшие большой огневой и ударной мощью, тактической мобильностью, способные вести длительные боевые действия с применением обычного и ядерного оружия. В их составе в середине 80-х годов имелось 348 танков Ml «Абрамс», 216 боевых машин пехоты М2 «Брэдли», 118 бронированных разведывательных машин М3, 72 155-мм самоходные гаубицы, 336 гусеничных бронетранспортеров М113А1, 48 самоходных противотанковых комплексов «Toy» М901, 252 противотанковых комплекса «Дракон», 18 зенитно-ракетных комплексов, 146 вертолетов (больше, чем в советской танковой армии), из них 50 вертолетов огневой поддержки АН-64А «Апач» и почти 20 тысяч человек личного состава.

По оценке командования сухопутных войск США (на тот период), бронетанковая дивизия — это общевойсковое тактическое соединение, наиболее приспособленное для ведения боевых действий в условиях применения оружия массового поражения. Имея на вооружении современные боевые машины и огневые средства, дивизия способна быстро сосредоточивать боевую мощь на нужном направлении, вести наступление в высоком темпе, постоянно воздействуя на противника, уничтожать его живую силу, оружие и военную технику, нарушать управление и материально-техническое снабжение, овладевать важными объектами, находящимися в глубине его обороны.

С наибольшей эффективностью дивизия могла действовать на слабопересеченной открытой местности, где наилучшим образом могут использоваться высокая маневренность ее боевых частей, а также огонь прямой наводкой танков и боевых машин пехоты.

Формы и способы ведения боевых действий на Европейском театре войны определялись концепцией «воздушно-наземная операция». В соответствии с ней, наступление, как и в советской стратегии, считалось основным видом боевых действий, так как только в ходе его могут быть достигнуты решительные цели по разгрому войск противника, уничтожению важных объектов, захвату и удержанию ключевых районов местности.

Считалось, что наступление создает благоприятные условия для навязывания своей воли противнику, его деморализации и подавления стремления к сопротивлению, захвата инициативы и использования слабых сторон противостоящей группировки.

К главным принципам наступательных действий относятся: сосредоточение боевой мощи на важнейших направлениях для достижения успеха еще в начале наступления; внезапность, способствующая быстрому изменению соотношения сил и средств в свою пользу; гибкость, позволяющая применять различные способы действий в зависимости от складывающейся обстановки; решительность, предусматривающая постоянную борьбу за захват и удержание инициативы.

Согласно американским уставам, основные формы маневра в наступлении — фронтальное наступление, прорыв, охват и просачивание. В том случае, если нельзя добиться успеха на одном участке, главный удар следует перенести на другой, где имеются более благоприятные условия для проведения наступления.

Переходу дивизии в наступление предшествует огневая подготовка с применением высокоточных боеприпасов средствами соединения, тактической и армейской авиации. В этот период осуществляется не только подавление и уничтожение первого эшелона противника, но и изоляция района боевых действий путем поражения и задержки второго эшелона огневыми средствами и рейдовыми действиями подразделений в тылу противника, войсками специального назначения старшего начальника, а также подавление пунктов управления войсками и оружием средствами радиоэлектронной борьбы.

При ведении боевых действий с применением оружия массового поражения удары планировалось наносить прежде всего по средствам ядерного нападения Советской Армии, командным пунктам и узлам связи, ключевым опорным пунктам, районам расположения резервов и другим важным объектам.

Особое внимание уделялось отражению контратак танковых формирований обороняющихся советских войск, для чего рекомендовалось широко использовать все средства борьбы с танками, но главным образом тяжелые и легкие противотанковые ракетные комплексы, боевые вертолеты, противотанковые инженерные средства. Считалось, что отражение контратак не должно резко снижать темпы наступления.

Уничтожение бронетехники противника должно было осуществляться по мере приближения ее к основному району обороны, а главным образом — непосредственно перед передним краем и при вклинении в оборону. При этом наличие в частях дивизии большого количества средств борьбы с танками позволяет командирам создавать высокие плотности противотанковых средств (до 35 единиц на 1 км фронта обороны).

Немногим бронетанковым дивизиям уступали механизированные, две из которых — 3-я (штаб — Вюрцбург) и 8-я (штаб — Бад-Крейцнах) дислоцировались на территории ФРГ Каждая из них имела 290 танков M1 «Абрамс», 270 боевых машин пехоты М2, 118 БРМ М3, 348 бронетранспортеров M113А1, 348 противотанковых ракетных комплексов, 146 вертолетов и более 19 тысяч человек.

Полевой устав армии США ФМ 100-5, изданный в 1976 году, гласил: «Военные действия в центре Европы против сил Варшавского Договора являются важнейшей задачей, которая может быть поставлена перед армией США. Поскольку армия США создана, в первую очередь, именно на этот случай и ее крупные силы размещены в этом районе, настоящий устав разработан, главным образом, исходя из реальности таких операций».

Поэтому американские войска должны находиться в постоянной готовности к военным действиям, а наилучшими путями к успеху являются создание материально-технического превосходства и применение новых средств вооруженной борьбы, противодействовать которым противник не готов. Важнее всего добиться победы в первых сражениях, поэтому для ее достижения необходимо вводить в действие максимум сил и средств.

В 1982 году Пентагон принял концепцию «воздушно-наземной операции (сражения)», которая предусматривала максимально эффективное применение многих систем высокоточного оружия (различного по Назначению и дальности действия) для нанесения тяжелого поражения передовым группировкам вооруженных сил государств Варшавского Договора с самого начала войны. Одним из ее ключевых элементов стала концепция «борьбы со вторыми эшелонами (резервами)».

В соответствии с ней, армии стран НАТО должны были обладать такими ударными возможностями, которые позволили бы с самого начала войны вести широкомасштабные наступательные действия боевые действия против группировок вооруженных сил Варшавского Договора с применением только обычных средств поражения. При этом стратеги НАТО исходили из того, что чем больше глубина поражения войск и объектов противника, тем меньше останется у него сил и средств для изменения хода боевых действий.

Как считали американцы, в составе каждой советской танковой дивизии, совершающей выдвижение к фронту, может быть примерно 55 маршевых групп, в каждой их которых около 60 машин. При совершении марша дивизии к фронту полки, входящие в ее состав, выдвигаются в исходные районы для наступления. При этом на заключительном этапе выдвижения в голове колонн следуют боевые подразделения полков, а основная часть вспомогательной техники и личного состава тыловых органов будет следовать за ними. Наиболее предпочтительным для удара по колонне войск противника считалось время их движения по дорогам на последнем этапе перед развертыванием в боевые порядки, когда полки еще будут следовать в колоннах побатальонно (в каждом 40–60 машин).



Ракетные «Стрелы». Теоретически — непреодолимая преграда

Считалось, что в каждом полку может быть до восьми целей (объектов) для ударов, каждая численностью до батальона.

Предположительно, армейский корпус НАТО, находящийся на направлении главного удара противника, за сутки может ожидать прибытия в зону боевых действий до семи полков второго эшелона войск противника. Такой расчет основывался на том, что корпус первоначально ведет боевые действия против трех дивизий первого эшелона и еще одна вступит в бой через 24 часа. Для выдвижения дивизии из района сосредоточения в исходный район для наступления потребуется 6–8 часов.

Первоочередными объектами поражения противника считались танки. Другими важными целями являются бронированные боевые машины (БМП, БТР, САУ), а также транспортные средства, предназначенные для доставки боеприпасов и горючего. К наиболее важным малоразмерным объектам, по которым немедленно следует наносить удары, относятся пункты управления войсками, пусковые установки ракет класса «земля-земля» и зенитно-ракетные комплексы.

Дотошные американцы подсчитали, что для того, чтобы сорвать выдвижение войск Варшавского Договора на Центрально-Европейском театре военных действий на глубине до 30 км, потребуется применить около 4 тысяч управляемых высокоточных ракет различного назначения, а для решения такой же задачи на большей глубине (до 300 км) — около 10 тысяч УР, состоящих на вооружении сухопутных войск и ВВС. Для того чтобы снизить потери боевой авиации НАТО за один массированный вылете с 13 до З% (при действиях ее на глубине до 100 км), потребуется применить по зенитно-ракетным комплексам противника в течение 30 суток около 1800 управляемых ракет.

В «третью мировую войну» страны НАТО регулярно играли научениях. Каким же виделся западным стратегам вероятный вооруженный конфликт в Европе?

Сценарий его, по их мнению, был следующим — страны Варшавского Договора резко обостряют международную обстановку в Европе, активизируют подготовку к войне, под видом объявленных учений выдвигают крупные группировки в приграничные районы.

Затем, вслед за ударами своей авиации, нарушают государственную границу ФРГ и проведением наступательной операции на Центрально-Европейском театре военных действий стремятся прорвать передовой рубеж, разгромить главные силы Северной группы армий НАТО, овладеть территорией ФРГ и создать условия для выхода на оперативные просторы (вот тут-то и нужны развертываемые в СССР отдельные армейские корпуса — работа как раз для них). Для повышения темпов наступления широко используются воздушно-десантные войска и войска специального назначения.

Страны НАТО, убедившись, что война неизбежна, и сделав вывод о возможном ее начале, в спешном порядке начинают переброску войск усиления, доукомплектовывают соединения до штатов военного времени, переводят части и соединения с мирного на военное положение, выдвигают части прикрытия в приграничную зону, а главные силы первого эшелона развертываются на передовом рубеже.

После чего активными сдерживающими действиями частей прикрытия, упорной обороной главных сил первого эшелона и нанесением ударов авиации останавливают продвижение советских войск, а сами переходят в контрнаступление и проведением контрударов резервами группы армий завершают разгром вклинившейся группировки войск Варшавского Договора.

Подобный сценарий использовался на многих учениях войск НАТО, в частности — «Спир пойнт-80», проведенных в сентябре 1980 года на территории ФРГ, близ границы ГДР В них участвовали 1, 2, 3, 4-я бронетанковые, 1-я артиллерийская дивизии 1-го армейского корпуса армии Великобритании, 2-я американская бронетанковая дивизия, 1-я мотопехотная дивизия Бундесвера — всего 100 тысяч военнослужащих, 850 танков, 2800 гусеничных бронированных машин и 350 вертолетов. К учениям привлекался батальон 82-й воздушно-десантной дивизии армии США. Руководил учениями командующий Британской Рейнской армией генерал У. Скоттер. Союзные войска «героическим» сопротивлением остановили, а затем разгромили вторгшиеся «русские войска».

В 80-е годы в НАТО господствующей стала концепция «передовой обороны» — перед войсками с самого начала войны ставилась задача решительными действиями передовой группировки войск, сочетая ядерные удары с массированным применением обычных средств огневого поражения, разгромить противостоящую группировку войск Варшавского Договора. В случае неудачного для НАТО исхода приграничного сражения поражение наступающему противнику планировалось нанести на передовом рубеже. При этом важнейшим требование стало исключение даже минимальной потери собственной территории. Одним словом, не отдадим захватчикам ни пяди родной земли.

В 1991 году сессия совета НАТО приняла «новую стратегическую концепцию». Если раньше основной задачей вооруженных сил в мирное время было предотвращение войны, то сейчас ею стал контроль за кризисной ситуацией. В случае же перерастания ее в конфликт «вооруженные силы должны быть способны надежно защитить территории союзников», для чего потребуется соответствующая совокупность гибких, современных, высокомобильных сил, находящихся в различной степени готовности и укомплектованности.

В конфликтах средней и высокой интенсивности командиры оперативных формирований должны быть готовы к боевым действиям без четко выраженной линии соприкосновения противостоящих войск. Однако на тактическом уровне боевые действия могут вестись также и при ее наличии. В конфликтах низкой интенсивности отсутствие четко выраженного переднего края будет обычным явлением.

В подобных условиях резко возросла роль разведки. Достижения передовой технологии дали реальную возможность осуществлять ее круглосуточно и практически в реальном масштабе времени.

По мнению натовских военных специалистов, действия войск в будущих вооруженных конфликтах можно будет разделить на четыре этапа.

Первый — подготовка войск к боевым действиям и выявление местонахождения противника. Ведется детальная разведка поля боя, устанавливаются датчики-сигнализаторы, разведывательные подразделения выявляют противника и осуществляют контроль за его действиями. Определяется возможный замысел.

Второй — создание условий для решительных действий как основы будущего успеха, захват инициативы. В конфликтах высокой и средней интенсивности данная цель достигается сосредоточением и маневром огня на большие дальности с использованием реактивных систем залпового огня, тактической авиации и боевых вертолетов, что позволит нанести максимальные потери войскам противника, расчленить его группировку, создать благоприятные условия для маневра.

Третий — ведение решительных боевых действий. Их начинают маневренные силы, поддерживаемые огнем по месту и времени в соответствии с разработанным замыслом. В основе боевых действий — решение оперативной задачи, поэтому войска действуют строго в соответствии с замыслом и избегают лишних тактических боев с противником. В конфликтах низкой интенсивности, например, это может быть защита населения и законного правительства от мятежников.

Четвертый — восстановление боеспособности войск. После выхода из боя войска рассредоточиваются и проводят мероприятия по восстановлению боеспособности в передовых или тыловых районах для подготовки к последующим боевым действиям.

По мнению военных теоретиков НАТО, боевые действия будут иметь следующий цикл: рассредоточение войск до начала боевых действий — сосредоточение войск перед началом боевых действий — ведение скоординированных решительных боевых действий — выход из боя, рассредоточение и восстановление боеспособности.

Снижение опоры на тактическое ядерное оружие обусловило усиление роли обычных, особенно высокоточных, средств поражения, не уступающих по эффективности ядерным боеприпасам малой мощности и способных поражать как одиночные, так и групповые цели, в том числе бронированные.

Наличие на поле боя значительного количества средств поражения, как показал опыт войны в зоне Персидского залива, дает возможность проведения так называемых «ударно-огневых сражений». Длительное и интенсивное воздействие позволяет, во-первых, основательно разрушить хорошо укрепленные позиции и уничтожить много огневых средств противника, расположенных в боевых порядках первого эшелона, нанести поражение войскам второго эшелона; во-вторых, оказать сильное морально-психологическое воздействие на личный состав и деморализовать его, что обеспечит более быстрый прорыв обороны противника и с меньшими потерями.

Поступление в войска большого количества средств радиоэлектронной борьбы позволило трансформировать их из средств боевого обеспечения в средства поражения. В ходе операции «Буря в пустыне» РЭБ органически вошла в систему огневого поражения и уже играла активную наступательную роль. Появилась новая разновидность удара — «электронно-огневого», сочетающего массированное радиоэлектронное подавление с мощным огневым поражением противника.

Насыщение войск достаточно большим количеством высокоэффективных огневых средств большой дальности позволяет широко использовать в ходе операции «огневые мешки», которые представляют собой заранее спланированные, находящиеся в зоне досягаемости группировки огневых средств районы. В обусловленное время свои войска быстро покидают эти районы, а по находящимся там силам противника наносятся мощные огневые удары.

Оглавление книги


Генерация: 0.161. Запросов К БД/Cache: 3 / 1