Глав: 9 | Статей: 9
Оглавление
1 сентября 1939 года, сбив пограничные шлагбаумы, немецкие танки вступили на территорию Польши – началась Вторая мировая война. Историки не зря окрестили ее «войной моторов» – механизированные части и авиация играли в ней определяющую роль. И все-таки по сути и влиянию на исход боевых действий, если сравнить вклад в победу различных родов войск, – мировой пожар 1939 – 1945 гг. был в первую очередь ВЕЛИКОЙ ТАНКОВОЙ ВОЙНОЙ.

Подробное описание основных танковых сражений, глубокий анализ стратегии и тактики танковых войск, особенности боевого применения бронетехники на всех фронтах Второй мировой, свежий взгляд на теорию и практику танковой войны – в новой книге ведущего специалиста по истории бронетехники, автора военно-исторических бестселлеров, разошедшихся тиражами более 200 000 экземпляров!
Михаил Барятинскийi

НА ЗАПАДЕ И ВОСТОКЕ

НА ЗАПАДЕ И ВОСТОКЕ

Летом 1944 года США и Великобритания открыли второй фронт в Европе. 6 июня экспедиционные силы союзников приступили к высадке в Северную Францию с Британских островов через пролив Ла-Манш. Эта операция осуществлялась под условным названием «Оверлорд».

К 6 июня 1944 года во Франции, Бельгии и Нидерландах дислоцировалось 58 немецких дивизий, в том числе 42 пехотные, 9 танковых и 4 авиаполевые. При этом 33 (по другим данным – 23) пехотные дивизии были стационарными, то есть имели существенно меньше личного состава, автомашин, моторизованной артиллерии, подразделений связи и снабжения, чем стандартная пехотная дивизия.

Подготовка же союзных сил к высадке в Нормандии началась практически с конца 1943 года, после Тегеранской конференции. Для высадки и ведения дальнейших наступательных действий союзники сосредоточили на Британских островах крупную группировку войск – 39 дивизий и 12 отдельных бригад.

Все сухопутные войска, участвовавшие в десантной операции, были объединены в 21-ю группу армий под командованием генерала Б. Монтгомери. В нее входили 1-я американская армия, состоявшая из четырех армейских корпусов (9 пехотных, 2 танковые и 2 воздушно-десантные дивизии); 2-я английская армия, также включавшая в себя четыре корпуса (9 пехотных, 4 танковые и 1 воздушно-десантная дивизии), а также две дивизии (пехотная и танковая) 1-й канадской армии. Резерв группы армий составляли три дивизии и пять отдельных бригад. Кроме того, на Британских островах находилось управление 3-й американской армии и несколько соединений, подчинявшихся непосредственно главнокомандующему экспедиционными силами.

Американские войска, высадившиеся на крайнем западном участке («Юта»), к концу 6 июня продвинулись в глубь побережья до 10 км и соединились с 82-й воздушно-десантной дивизией, высаженной с воздуха в ночь на 6 июня. На участке «Юта» высаживались 70 и 746-й отдельные танковые батальоны. В составе первого имелись две роты плавающих танков DD и одна рота «шерманов», оборудованных для преодоления бродов. Подобно последней были оснащены все танки 746-го батальона.

Хотя течение в районе участка «Юта» и отнесло десантно-высадочные средства американцев на 1800 м к югу от намеченного места, во всем остальном действия 7-го американского корпуса почти соответствовали плану. 28 из 32 амфибийных танков, спущенных на воду, благополучно достигли берега и начали продвигаться в глубь суши, не встречая почти никакого противодействия. В результате навигационной ошибки, вызванной морским течением, американские подразделения были отнесены к самому слабообороняемому сектору на всем нормандском побережье.


Танк М4 «Шерман» из 70-го танкового батальона, оборудованный для преодоления вброд полосы прибоя, подбитый на участке «Юта» в Нормандии 6 июня 1944 года

Иначе сложилась ситуация на участке «Омаха». Здесь высаживались 741 и 743-й танковые батальоны, в каждом из которых две роты имели плавающие танки DD. Расходившееся море, подгоняемое северо-западным ветром скоростью до 10 узлов, поглотило в ходе десантирования десяток десантных барж с пехотинцами. Под ударами волн брезентовые кожухи на большинстве плавающих танков были тотчас же сорваны. Из-за серьезных недочетов в определении расстояния 32 танка 741-го батальона были спущены на воду по меньшей мере в 5 км от берега, и от их экипажей в то утро потребовались титанические усилия, чтобы добраться до него. Танки соскальзывали с опущенной в воду аппарели десантной баржи и камнем шли на дно, оставляя на поверхности большую воронку и редких счастливчиков-танкистов, которым удалось выбраться из тонущей машины. До берега добрались только пять танков из этой группы.


Танк-тральщик «Шерман Краб» из состава 79-й английской танковой дивизии. Нормандия, июль 1944 года

Восемь танков 743-го батальона погибли, не покидая своей десантной баржи, потопленной огнем немецкой береговой артиллерии. Еще пять машин пошли ко дну, прежде чем офицер, руководивший выгрузкой, понял, что условия для высадки неприемлемые. Остальные танки стали выгружать, когда до берега оставалось 200 м. «Шерманы» проскочили прибойный уступ, укутанный в тот момент густыми клубами дыма, а затем выбрались из воды среди отдельных групп пехотинцев, прижатых к земле плотным ружейно-пулеметным огнем противника. В ходе высадки 743-й батальон потерял 21 танк из 51.

В тяжелом положении оказался весь 5-й армейский корпус 1-й американской армии, который высаживался на участке «Омаха». Здесь немецкая оборона оказалась недостаточно подавленной. Артиллерийские части высадились с опозданием, и войска первого броска оказались без огневой поддержки. С большим трудом к концу дня они овладели небольшим участком берега глубиной 1,5–2 км.

Следует отметить, что американцы отказались использовать такую специальную бронетанковую технику, разработанную англичанами, как огнеметные танки, танки с подрывными зарядами и танки-тральщики с бойковыми тралами. Эта техника сослужила бы добрую службу на участке «Омаха», хотя она и не являлась всесильным средством для достижения успеха.

Английский план десантирования предполагал иметь на фронте высадки каждой бригады по четыре танкодесантные баржи, на каждой из которых планировалось разместить по четыре плавающих танка «Шерман» DD. Этим танкам следовало сгрузиться с барж и своим ходом добраться до берега с таким расчетом, чтобы ровно в час «Ч» другие баржи высадили на берег вышеупомянутую специальную технику. В 7. 25 точно по графику, примерно час спустя после начала высадки американцев на участке «Омаха», танкодесантные баржи с танками-тральщиками «Шерман Краб» (Sherman Crab) из 22-го гвардейского танкового полка подошли к берегу на участке «Суорд», расположенном на восточном фланге полосы высадки союзных войск. Выбравшись из танкодесантной баржи, колонна в составе пяти «шерманов» построилась уступом и начала прокладывать проходы в минном поле, разбрасывая прибрежный песок своими огромными хоботами-тралами с цепями на вращающихся барабанах. Достигнув шоссе, танки выключили тральное оборудование и открыли огонь по немецким позициям из 75-мм пушек. Из 40 плавающих танков «Шерман», спущенных на воду на участке высадки «Суорд», 34 машины благополучно выбрались на берег.


Американские летчики в сопровождении военной полиции осматривают подбитый ими танк. 19 июля 1944 года

Всего же к 10. 30 6 июня 2-я английская армия высадила на берег 15 пехотных батальонов, 7 отрядов коммандос, 7 танковых полков, 2 инженерно-саперных полка, 9 полков полевой артиллерии и подразделения многих десятков частей поддержки. Английские солдаты справедливо полагали, что «раз уж войска выбрались на берег, то, по-видимому, все было организовано лучше, чем во время любых учений». Впрочем, все еще было впереди.

К исходу первого дня операции союзные войска создали три плацдарма глубиной от 2 до 9 км. На побережье Нормандии высадились основные силы пяти пехотных и трех воздушно-десантных дивизий с частями усиления численностью свыше 156 тыс. человек. На плацдармы было доставлено 900 танков и бронемашин, 600 орудий, а также большое количество транспортных средств.

Надо сказать, что немецкое командование очень медленно реагировало на высадку союзных сил. Командующий группой армий «Б» Э. Роммель находился на пути из ставки Гитлера и вернулся в свой штаб лишь во второй половине дня 6 июня. Главнокомандующий немецкими войсками на Западе фельдмаршал Г. Рундштедт, получив сведения о начавшейся высадке воздушных десантов, дал указание двум танковым дивизиям выдвинуться из района западнее Парижа к заливу Сены. Но в шестом часу утра он получил телеграмму из штаба верховного главного командования, в которой говорилось: «Пока трудно с уверенностью сказать, где высадятся главные силы, и, кроме того, фюрер еще не принял никакого решения». Поэтому переброска танковых дивизий была приостановлена. Срочные запросы Рундштедта о разрешении выдвинуть их к району высадки оставались без ответа. И только во второй половине дня поступил приказ ставки ввести танковые дивизии в бой, но время было уже упущено.


Танки Pz.IV Ausf.H из состава 12-й танковой дивизии СС «Гитлерюгенд» спешат к линии фронта. Нормандия, июнь 1944 года

В течение 7–8 июня продолжалась интенсивная переброска сил и средств союзников на захваченные плацдармы. За трое суток здесь было сосредоточено восемь пехотных, одна танковая, три воздушно-десантные дивизии и большое количество частей усиления. С утра 9 июня союзные войска перешли в наступление с целью создания единого плацдарма. Боевые корабли обеспечивали их действия артиллерийским огнем до тех пор, пока они не продвинулись за пределы его дальности. В период с 9 по 12 июня экспедиционным силам удалось занять побережье протяженностью 80 км по фронту и 13–18 км в глубину, при этом на плацдарме уже находились 16 дивизий и бронетанковые части, эквивалентные трем танковым дивизиям.

Группировка же немецких войск в Нормандии к этому времени насчитывала 12 дивизий, в основном пехотных, слабо укомплектованных людьми и техникой. Серьезное сопротивление союзникам могли оказать лишь три танковые дивизии: 21-я, Учебная и 12-я танковая дивизия СС «Гитлерюгенд».

Наиболее ожесточенные и драматичные танковые бои в зоне высадки союзных войск в Нормандии развернулись в окрестностях г. Канн. Именно там, по мнению английского командования, имелась реальная возможность прорваться на юго-восток, на открытую для танков местность. Однако, прежде чем рассказать о них, имеет смысл кратко остановиться на процессе строительства и организационной структуре британских танковых войск в годы Второй мировой войны.


Вооруженный мощной 17-фунтовой пушкой «Шерман файэфлай» был наиболее эффективным средством борьбы с немецкими танками

К осени 1941 года в Великобритании были сформированы пять танковых дивизий и пять отдельных танковых бригад. Высшим соединением являлась дивизия, состоявшая из двух бригад по три танковых полка в каждой, а также двух мотоциклетно-стрелковых батальонов, артиллерийского и смешанного зенитно-противотанкового полков. Всего в ней насчитывалось около 300 танков. Опыт боевых действий в Северной Африке показал, что такая структура громоздка и трудноуправляема. Крайне незначительное количество пехоты и артиллерии снижало боевые возможности этих соединений. На первом этапе реорганизации своих дивизий англичане существенно увеличили количество артиллерии в их составе, доведя его до четырех полков. С конца 1942 года начался постепенный переход к новой организации, по которой дивизия состояла из одной танковой бригады (три танковых полка по 72 танка в каждом и 1 мотопехотный батальон), мотопехотной бригады, разведывательного танкового полка, двух артиллерийских полков Королевской конной или Королевской полевой артиллерии (всего 96 орудий), противотанкового и зенитного артиллерийских полков, подразделений обеспечения и обслуживания. Всего в дивизии имелось около 18 тыс. человек и 344 танка.

В отдельную танковую бригаду, предназначавшуюся для совместных действий с пехотными дивизиями, входили три танковых полка четырехэскадронного состава с 260 танками.

Таким образом, основу бронетанковых войск Великобритании во Второй мировой войне составляли танковые бригады и дивизии. Причем бригады существовали двух типов: танковые (Armoured Brigade) и армейские танковые (Army Tank Brigade). Последние оснащались пехотными танками.

Всего за годы Второй мировой войны в Великобритании сформировали 11 танковых дивизий и 30 бригад. Более крупные танковые соединения отсутствовали, хотя в отдельных случаях армейские корпуса и состояли полностью из танковых дивизий. В большинстве же случаев при прорыве подготовленной обороны танковые дивизии находились во втором эшелоне корпуса и вводились в бой для завершения прорыва главной полосы обороны противника.


Оснащение танков «Шерман» так называемыми «носорогами» – устройствами для преодоления живых изгородей – повысило подвижность танковых частей армии США

Английское командование стремилось к централизованному использованию своих танковых соединений. Дивизия, как правило, действовала по двум направлениям в полосе 4–8 км. При наличии слабого сопротивления противника она могла наступать по 3–4 направлениям в полосе до 12 и более километров. Оперативная плотность в ряде случаев доходила до 100 и более боевых машин на 1 км фронта. Следует подчеркнуть, что авиация, взаимодействие с которой было прекрасно налажено, активно поддерживала действия танковых частей.

В морских десантных операциях танковые части использовались для усиления пехотных дивизий первого и второго эшелонов. Так, например, во время высадки в Нормандии каждая пехотная дивизия первого эшелона усиливалась двумя танковыми полками.

В целом действия английских танковых соединений и частей характеризовались методичностью, стремлением к фронтальному наступлению, отсутствием маневра. В обороне они наносили контратаки и контрудары, а в отдельных случаях использовались для самостоятельного удержания важных рубежей и районов. По мере приобретения боевого опыта взаимодействие танковых частей с другими родами войск, в первую очередь с пехотой и авиацией, становилось все более четким и отлаженным.

Все вышесказанное можно хорошо проиллюстрировать на примере боев у Канна. С 6 июня и до конца месяца Монтгомери предпринял три попытки овладения Канном. 7–8 июня он думал овладеть городом прямым штурмом, в последующем, намереваясь окружить город, он провел 13 июня операцию по захвату Виллер-Бокажа, а 25 июня – операцию «Эпсом». Первая попытка была обречена на неудачу, так как вероятность прорыва рубежа, созданного 12-й танковой дивизией СС и 21-й танковой дивизией перед Канном, была очень мала. Вечером 9 июня левее 12-й дивизии СС заняла позиции Учебная танковая дивизия. Этот щит из трех отборных танковых дивизий оказался для англичан непреодолимым, поэтому они прибегли к маневру, пытаясь обойти левый фланг немецкой обороны, где образовалась брешь между Комоном и Виллер-Бокажем. В эту брешь направили «Пустынных крыс» – 7-ю английскую танковую дивизию.

Следует отметить, что с самого начала боев в Нормандии задачей 7-й танковой дивизии был обход правого фланга немецкой обороны на участке высадки английских войск, прорыв фронта и выход в тыл противника. Быстроходные «кромвели», которыми она была укомплектована, лучше всего подходили для выполнения такого рода задачи. После высадки подразделения дивизии были сосредоточены на пляжах (это было неопасно – сопротивление люфтваффе было уже чисто символическим). 8 июня 1944 года в бой первым пошел 5-й Королевский танковый полк. Его задачей стала поддержка пехоты, очищавшей от противника район стыка английских и американских частей на фланге участка «Омаха». Эскадрон «А» под командованием майора Макдональда двигался на Сюлли, а эскадрон «В» уничтожал укрепления противника на дороге в Порт-эн-Бессин.

Первые же столкновения показали, что бои среди живых изгородей, окружающих поля, резко отличаются от всего того, что было написано в уставах танковых войск. Дистанции боя не превышали 50 м, не раз командиры были вынуждены лично защищать свои машины от затаившихся за изгородями немецких солдат. Эскадрон «А» потерял два танка «Кромвель», уничтожив шесть противотанковых орудий (из них два 88-мм).

Задержка высадки основных танковых сил союзников позволила командиру немецкой Учебной танковой дивизии генерал-майору Ф. Байерлейну усилить фланги своей дивизии и подтянуть подкрепления. 9 июня в Эллоне (между Тилли и Байе) заняли позиции немецкий танковый батальон и батальон мотопехоты. Утром 10-го в наступление перешли танки английской 22-й бригады. Танки двигались по западному берегу реки Сель. После прорыва обороны немцев под Тилли подразделения бригады развернулись широким фронтом. 5. RTR находился на правом фланге, 4-й полк йоменов графства Лондон – на левом, а 1. RTR – в резерве. У Бернье-Бокаж два танка «Кромвель» – эскадрона «В» из 5. RTR были уничтожены «пантерами» Байерлейна. На следующий день англичане сменили тактику. Теперь атаковали смешанные группы, состоявшие из танков и мотопехоты. 12 июня в бой пошли «кромвели» из 1. RTR. На следующий день вновь атаковал 4-й полк йоменов.

Утром 13 июня эскадрон «А» этого полка занял городок Виллер-Бокаж. Здесь английские танкисты впервые столкнулись с «тиграми» из 101-го тяжелого танкового батальона СС. В непродолжительном бою на улицах небольшого нормандского городка неполная рота «тигров» под командованием оберштурмфюрера М. Витмана практически полностью разгромила эскадрон «А». Всего было уничтожено более 20 танков («Стюарт», «Кромвель», «Шерман-фаэфлай») и 25 бронетранспортеров «Универсал» и американских М3А1.

Сражение на улицах Виллер-Бокажа сорвало окружение Учебной танковой дивизии и прорыв фронта. Витман дал своим время подтянуть подкрепления и занять оборону. В этом бою танкам «Кромвель» пришлось сражаться в тесноте городских улиц, где не было места для маневра. В этих условиях во всей полноте проявились их недостаточное бронирование и неэффективное вооружение. Впрочем, главная причина неудачи англичан заключалась в другом – на пятом году войны английские танковые части вели боевые действия без поддержки пехоты! Столкнувшись с огнем снайперов и узлами сопротивления мелких групп немецкой пехоты, танки прекращали дальнейшее продвижение. Фугасные снаряды танковых орудий, неоценимые для подавления огня противника при поддержке наступления пехоты, обладали очень небольшими возможностями для выбивания с позиций хорошо окопавшихся бойцов. И тем не менее танки англичан в Нормандии вновь и вновь отрывались от своей пехоты и тем самым подставляли себя под огонь немецких противотанковых средств, а пехоту оставляли без прикрытия.


Американский бронеавтомобиль М8 у Триумфальной арки в Париже. 25 августа 1944 года

Характерным примером использования англичанами относительно крупной танковой группировки является операция «Гудвуд», решающую роль в которой был призван сыграть 8-й армейский корпус. Три его танковые дивизии – Гвардейская, 11 и 7-я – обрушились на немецкие позиции утром 18 июля.

Головные части 11-й танковой дивизии в 7. 30 двинулись с исходного рубежа и в течение первых двух часов быстро продвигались вперед, прежде чем встретили упорное и все усиливавшееся сопротивление противника. Вокруг деревни Каньи всего четыре 88-мм зенитных орудия из 16-й авиаполевой дивизии избежали бомбового удара союзной авиации. Полковник Ганс фон Люк, командир 21-й танковой дивизии, угрожая расстрелом, заставил командира зенитных орудий забыть про их назначение как средство борьбы с самолетами и открыть огонь по приближавшимся английским танкам. Из 16 появившихся в зоне обстрела «шерманов» одиннадцать были уничтожены только этими четырьмя 88-мм орудиями. Было уже 4 часа дня, когда Гвардейская танковая дивизия вступила в деревню Каньи. Когда другие английские части пересекли железнодорожную насыпь дороги Канн – Вимон и попытались идти дальше на Бургибю, они натолкнулись на сильный огонь «четверок» 22-го танкового полка, «королевских тигров» и «тигров» 503-го тяжелого танкового батальона. Автомашина, на которой находился единственный в 11-й бронетанковой дивизии передвижной пункт связи с авиацией, была уничтожена в первые же часы боя, так что наземные войска оказались без авиационной поддержки. Между тем Гвардейская и 7-я танковые дивизии сильно задержались в тылу, так как образовались огромные пробки у проходов через английские минные поля. Не имея поддержки, головная 29-я бронетанковая бригада попала в тяжелое положение, едва углубившись в немецкую оборону. Единственный полк 7-й танковой дивизии, который должен был присоединиться к атаке 29-й бронетанковой бригады, избежав хаоса у реки Орн, добрался до бригады только к 17. 00, когда та уже потеряла до 50% своих танков, а общие потери 11-й танковой дивизии составили 126 танков. Гвардейская танковая дивизия в этом первом своем сражении лишилась 60 танков. В этот день только танкисты 503-го тяжелого танкового батальона записали на свой боевой счет 40 английских танков. Собственные же его безвозвратные потери составили три «королевских тигра» и четыре танка «Тигр I».


Немецкое наступление в Арденнах. Декабрь 1944 года

Ну а что же американцы? Соединения 1-й американской армии начали наступление в западном направлении 12 июня. Спустя пять дней они вышли на западное побережье полуострова Котантен, отрезав его от остальной территории Нормандии. 27 июня американские войска овладели Шербуром, а к 1 июля полностью очистили полуостров от немецких войск. В течение июля войска 1-й американской армии, продолжая расширять плацдарм, продвинулись в южном направлении на 10–15 км и заняли город и узел дорог Сен-Ло. 21 июля англичане, в свою очередь, наконец-то овладели Канном. Таким образом, к 25 июля союзники вышли на рубеж южнее Сен-Ло, Комон, Канн. На этом Нормандская десантная операция завершилась.

В свою очередь, в этот же день началась другая операция – «Кобра». Прорыв немецкой обороны на главном направлении, на участке шириной 8 км, осуществлял 7-й армейский корпус 1-й американской армии, имевший в своем составе 6 дивизий, из них 2 – танковые. Последние были введены в бой на второй день операции. К исходу третьего дня американцы прорвали немецкую оборону на всю тактическую глубину – 15–20 км. Такое применение танковых соединений в целом соответствовало взглядам командования армии США на применение танковых войск.

В начале Второй мировой войны в армии США преобладали французские взгляды на применение танков. Довольно быстро их вытеснили германские. Однако последние не были в должной мере изучены. Опыт боевых действий в Северной Африке, Италии и Западной Европе свидетельствует о том, что танковые дивизии в большинстве случаев использовались рассредоточенно и распределялись по армейским корпусам, что снижало их боевые возможности.


Подбитый «Королевский тигр» из 501-го тяжелого танкового батальона СС, оставленный немцами на обочине дороги в Арденнах. 1944 год

В большинстве случаев танковые дивизии использовались во втором эшелоне. Они вводились в бой с целью завершения прорыва тактической зоны обороны противника. Дивизия наступала, как правило, имея в первом эшелоне две боевые группы, а во втором – одну. Если сопротивление противника было слабым, то все три группы могли действовать в первом эшелоне. Каждая боевая группа состояла из 1–2 танковых и 1–2 мотопехотных батальонов, усиленных артиллерией и саперами. Плотность танков достигала 100 машин на 1 км фронта.

Основную задачу по подавлению противника выполняла авиация, взаимодействие с которой часто нарушалось, что заметно снижало темпы наступления.

Отдельные танковые и самоходные противотанковые батальоны использовались для усиления пехотных дивизий. Батальон наступал на фронте 700–1400 м и более, а плотность танков поддержки пехоты составляла 12–24 машины на 1 км фронта и более.

Американские войска получили и некоторый опыт использования танковых частей в обороне, когда они находились во втором эшелоне и предназначались для нанесения контрударов. В отдельных случаях танки вели сдерживающие бои, прикрывая пехотные части при занятии ими обороны. В ходе отражения немецкого наступления в Арденнах в декабре 1944 года танковые дивизии переходили к обороне на поспешно занимаемых рубежах и участвовали в контратаках и контрударах, однако, действуя в ряде случаев в разобщенной группировке, несли большие потери и не выполняли поставленных перед ними задач.

Германский же план наступления в Арденнах был рассчитан на то, чтобы молниеносным ударом прорвать слабозащищенный участок фронта противника, устремиться к Намюру, захватить Льеж – главный центр коммуникаций 12-й группы армий союзников – и затем наступать на Антверпен и занять его. Если бы немцам это удалось, фронт союзных армий был бы разрезан пополам. Немцы рассчитывали уничтожить четыре армии: 1-ю канадскую, 2-ю английскую, 1 и 9-ю американские.

Для осуществления этого смелого, оригинального, но авантюристического плана фельдмаршалу фон Рундштедту передали 5 и 6-ю танковые армии СС и 7-ю полевую армию. Всего около 250 тыс. человек и 1 тыс. танков. Подготовка к операции велась в обстановке полной секретности и она явилась полной неожиданностью для союзников.


Американский истребитель танков М36 «Слаггер», вооруженный 90-мм пушкой

16 декабря 1944 года немцы нанесли удар крупными силами между Моншауи Эхтернахом. Первая же атака смела все перед собой и германские танки устремились к Маасу. Впрочем, несмотря на густой туман, не позволявший союзникам использовать авиацию уже 17 декабря сражение вступило в критическую фазу, так как чрезвычайно важный узел дорог – город Бастонь – прочно удерживала американская 101-я воздушно-десантная дивизия. Командовал ею генерал Маколиф. Попав в окружение и получив предложение сдаться, он ответил только одним словом: «Чудаки!». Немецкие моторизованные колонны были вынуждены обходить Бастонь по узким обледенелым горным дорогам. Темп наступления сбивался. Тем не менее к 20 декабря 5-я танковая армия СС уже выходила к переправам через Маас у Динана. Монтгомери был настолько напуган, что решил отходить к Дюнкерку. Но 24 декабря погода прояснилась, и это решило судьбу немецкого наступления. Около 5 тыс. самолетов англо-американских ВВС обрушились на боевые порядки, транспортные колонны и базы снабжения немецких войск. К 1 января отступление армий Рундштедта шло уже полным ходом. Арденнское наступление провалилось.

В целом же для бронетанковых войск армии США в годы Второй мировой войны были характерными боевые действия в условиях подавляющего превосходства над противником в живой силе и боевой технике. Добиться этого американцы смогли, с одной стороны, в результате практически полного неучастия своих сухопутных войск вплоть до 1943 года в крупных боевых операциях, а с другой – в результате неподверженности своей территории воздействию противника.

Начав фактически с нуля в 1940 году, когда единственным изготовителем танков в США был арсенал Рок Айленд, американцы сумели всего за два года создать мощную танковую индустрию. При этом к выпуску бронетанковой техники привлекались несколько десятков предприятий и фирм автомобильной, паровозостроительной и металлургической промышленности. За время Второй мировой войны в Соединенных Штатах Америки изготовили 103 674 танка и самоходно-артиллерийские установки, 37 076 бронеавтомобилей и броневых разведывательных машин, 67 706 бронетранспортеров и различных боевых машин на их базе, 18 621 плавающий танк и транспортер. Таким образом, в 1939–1945 годах в США произвели более 227 тыс. бронированных объектов – в 2,5 раза больше, чем в Германии. При этом следует учитывать, что около 80 тыс. боевых машин было передано союзникам США по антигитлеровской коалиции в рамках программы ленд-лиза.


В конце войны на фронт прибыли несколько новейших американских тяжелых танков М26 «Першинг»

Столь значительный объем производства бронетанковой техники позволил в короткие сроки не только сформировать 16 полноценных танковых дивизий, но и насытить бронированными машинами пехотные соединения, обеспечив значительное количественное превосходство над противником. На достаточно высоком уровне находилось и качество американской бронетанковой техники. Оно обеспечивалось, главным образом, совершенной технологией и высокой культурой производства. В ходе всей войны квалифицированные рабочие оборонных предприятий в армию не призывались.

Неплохим был и уровень боевой подготовки личного состава бронетанковых войск. До 1943 года (а для большинства соединений до лета 1944-го) хватило времени для обучения. Однако в начальной фазе боевых действий в Европе у американских танкистов, как у рядовых, так и у офицеров, сказывалось отсутствие боевого опыта, приводившее подчас к неоправданно высоким потерям.


Японский малый танк 2594. Его боевая служба продолжалась до 1943 года

Однако, наступило время переместиться с запада на восток, ведь Вторая мировая война затронула не только Европейский континент. Активные боевые действия происходили и на Тихоокеанском театре. В 1930–1940 годы в Азии только Япония имела собственное танкостроение. Работы по созданию танковых сил японское военное руководство начало на рубеже1920-х годов с изучения опыта стран, широко применявших танки в Первую мировую войну. От использования исключительно зарубежных образцов к развитию собственного танкостроения Япония перешла в конце 1920-х годов. В1920–1930-е годы было разработано 16 образцов танков, серийно же производились только семь из них.

Производство развивалось медленно: в 1931–1935 годах японская армия получила 574 танка. Боевые действия против Китая в 1937 году Япония начала, имея в Маньчжурии всего 400 боевых машин. К середине 1939 года было изготовлено 2020 танков, в войсках же имелось всего 720. Рост производства танков в Японии можно проследить по годам: 1939 г. – 562, 1940 г. – 1023, 1941 г. – 1190; самый высокий уровень годового производства был достигнут в 1942-м – 1290. Всего же за 1941 –1945 годы в Японии выпустили около 3600 танков. Для сравнения: в Германии за один только 1942 год – 6200, а в СССР – 24 446 танков. Так что танковый парк японской армии всегда был немногочисленным – к концу 1943 года он составлял немногим более 2000 единиц. Даже самое крупное объединение – Квантунская армия, насчитывавшая в это время 1 млн. человек, имела лишь 550–600 танков и бронемашин. К августу 1945 года эта группировка располагала 1150 танками. Танкостроение явно не относилось к числу приоритетных отраслей экономики: гораздо больше средств и усилий вкладывалось в военное судо-, авиастроение, а также в производство стрелкового оружия и средств ПВО. Такая ориентация военной промышленности объяснялась планами ведения войны прежде всего в районах Тихого океана и в специфических условиях Дальнего Востока. Недостаточно было развито в Японии авто– и моторостроение. При постоянном дефиците ресурсов это сильно ограничивало возможности танковой промышленности Японии, что проявилось не только в количестве построенных машин, но и в их качественных характеристиках. К концу войны интерес японского руководства к танкостроению еще более снизился.


Малый танк 2597 «Те-ке» был вооружен 37-мм пушкой

В этом свете неудивительно, что японские уставы и наставления рассматривали танки в основном как средство ближней разведки и сопровождения пехоты. В наставлении по подготовке танковых частей, изданном в конце 1935 года, указывалось, что «основное назначение танков – бой в тесном взаимодействии с пехотой». Поэтому самостоятельных крупных соединений в японской армии не создавалось. К 1937 году были сформированы только два отдельных танковых полка, две механизированные бригады и 21 бронеотряд в составе пехотных и охранных дивизий. К моменту развертывания в конце 1941 года широко масштабных действий на Тихоокеанском ТВД японская армия располагала 18 отдельными танковыми полками. Тогда же японцы приступили к развертыванию танковых дивизий. В 1941 году смешанную механизированную бригаду в составе Квантунской группировки в Маньчжурии реорганизовали в 1 и 2-ю танковые группы (дивизии). По штату дивизия включала: две танковые бригады по два полка (по пять рот в полку), мотопехотный полк, разведывательные, артиллерийские, противотанковые, транспортные подразделения и имела до 400 легких и средних танков. Тогда же в десяти пехотных дивизиях сформировали танковые роты по9 машин в каждой. Подобные подразделения ввели также в 1-й и 4-й специальные морские десантные отряды. Танковые отряды появились и в усиленных пехотных дивизиях, входивших в состав Квантунской армии. Отдельные танковые роты (как правило, по 4 танка) находились в резерве главного командования. Танковые части придавались армиям при подготовке наступления. Так, 14-я японская армия (впоследствии – 14-й фронт), выделенная для захвата Филиппин, включала два танковых полка (4-й и 7-й), 15-я армия, нацеленная на Таиланд и Бирму – три полка (1, 2 и 14-й), 25-я армия в Малайе получила 1-й, 6-й и 14-й полки. В конце 1942 года в Маньчжурии была сформирована 3-я танковая дивизия, а осенью 1944 года в самой Японии – 4-я. Впрочем, дивизии (группы) были скорее административной, нежели тактической единицей и в полном составе применялись крайне редко: 2-я на Филиппинах в конце 1944 – начале1945 года, 3-я – во время наступления в Китае весной 1944 года. В большинстве случаев сами природные условия мало способствовали массированному применению танков и бронемашин. К августу 1945 года в армии имелось 4 танковые дивизии и 6 танковых бригад. Интересно отметить, что в июле 1942 года при подготовке к боевым действиям против СССР в составе Квантунской армии была сформирована 1-я танковая армия (1-я и 2-я танковые дивизии), никак, впрочем, себя не проявившая. Состав конкретных частей и соединений не был однородным и зависел от наличия материальной части, времени формирования и дислокации. Отдельная танковая бригада в Маньчжурии, например, включала два танковых полка, пехотный батальон, артиллерийский дивизион, инженерный и ремонтный батальоны. Танковая дивизия в Маньчжурии с 1944 года включала одну бригаду и имела по штату 127 легких (из них 40 – «резервных») и 249 средних танков. В частях, действовавших на островах, доля легких танков была больше.


Легкие танки 2592 на параде в Токио


Средний танк «Чи-ха» подбитый огнем американских 37-мм противотанковых пушек на о. Гуадалканал в октябре 1942 года

Основными задачами танков в бою считалась борьба с огневыми точками противника и его полевой артиллерией, не подавленными в ходе артподготовки, а также проделывание проходов в заграждениях. Предполагалась организация взаимодействия на поле боя с полевой артиллерией и авиацией. Танковые подразделения могли посылаться в так называемые «ближние рейды» за передний край обороны противника на глубину не более 600 м. Нарушив его систему обороны, танки должны были возвращаться к своей пехоте и поддерживать ее атаку. Первый эшелон боевого порядка, как правило, составляли малые танки, ведущие своего рода боевую разведку и вскрывающие систему огня противника. За ними следовали легкие и средние танки с пехотой. Такая схема более соответствовала условиям поля боя 1920-х годов. Наиболее маневренным видом действий были «глубокие рейды» танковых подразделений вместе с кавалерией, моторизованной пехотой и саперами на автомашинах, полевой артиллерией. Например, при высылке разведотрядов в них (согласно полевому уставу 1938 года) включали 1–2 взвода танков или бронеавтомобилей вместе с 1–2 эскадронами конницы и мотопехотой. Разведотряды действовали на глубину до 25–30 км и дробились на дозоры в составе отделения пехоты или конницы и 1–2 танков или бронемашин. На марше танки могли придаваться авангарду с задачей уничтожения противника, препятствующего продвижению, или захвата важных рубежей. При этом они должны были передвигаться «скачками» впереди авангарда или по параллельной дороге. В сторожевом охранении 1–2 танка могли выделять в состав поста.


Японский легкий танк «Ха-го», подбитый огнем танков «Шерман» на острове Сайпан. 1944 год

Против противника, не обладающего достаточным количеством противотанковых средств, японская тактика вполне себя оправдывала, как это было в Китае, Бирме, Малайе, Голландской Индии, где танки добивались успеха одни или в сопровождении пехоты. Но уже в боях на р. Халхин-Гол большой урон японским танкам нанесли 45-мм танковые и противотанковые советские пушки. Не менее серьезные потери несли японские танки и в боях на островах в Тихом океане с американскими войсками в 1943–1945 годах. И это при том, что вплоть до конца 1943 года танковые батальоны корпуса морской пехоты США были укомплектованы легкими танками «Стюарт». Формирование рот, вооруженных средними М4А2, началось в середине 1943 года и велось по мере поступления новой материальной части. Дизельные «шерманы» были выбраны морской пехотой не случайно. Большинство десантно-высадочных средств флота (танкодесантные баржи и плакшоуты) имело дизельные силовые установки. Это обстоятельство облегчало снабжение танковых подразделений горючим.

Боевое крещение на Тихом океане танки М4А2 получили в декабре 1943 года, когда в составе 1-го танкового батальона морской пехоты они высадились на Соломоновы острова. Кстати, помимо морской пехоты в боях на островах принимали участие и армейские соединения, танковые батальоны которых были оснащены танками М4 и М4А1. Танковые бои носили здесь эпизодический характер, и в них участвовало небольшое количество танков. Так, например, при захвате американцами островов Рой-Намюр в феврале 1944 года было высажено всего десять М4А2 и три легких М5А1 из 4-го танкового батальона морской пехоты. Соответственно выглядели и противостоящие им японские силы: 5 танкеток и 2 плавающих танка «Ка-ми».


Танки М4А2 3-го танкового батальона корпуса морской пехоты США. Иводзима, февраль 1945 года

Все без исключения японские танки были бессильны против «Шермана». Даже 47-мм пушки средних танков «Шинхото Чи-ха» и аналогичные им по баллистике 47-мм противотанковые пушки «Тип 1» не пробивали лобовую броню американских танков и могли поражать их только в борт и корму. Тем не менее, несмотря на явное превосходство американской техники, бои на островах носили крайне ожесточенный характер. Основными противниками американских танков стали мины, замаскированные противотанковые пушки, стрелявшие в упор, и пехотинцы-смертники. В свою очередь, большинство японских танков подбивалось огнем американской артиллерии и пехотинцами из своих «базук».


Легкий плавающий танк «Ка-ми», захваченный американскими войсками. 1945 год

К моменту высадки на Сайпане 15 июня 1944 года танковые батальоны морской пехоты были реорганизованы. Теперь они включали в себя 46 М4А2, легкие же танки из них изъяли.

Острова Сайпан и Гуам стали местом наиболее интенсивного применения японских танков на Тихоокеанском ТВД. Бои здесь продемонстрировали полное несоответствие японских танков требованиям времени – они легко подбивались огнем американских «базук», танковых и противотанковых пушек, крупнокалиберных пулеметов и винтовочными гранатами.

С более или менее значительным количеством японских танков американцы столкнулись на Филиппинах. Во 2-й японской танковой дивизии и ряде других более мелких подразделений насчитывалось около 200 танков. Адекватными были и силы вторжения: в 7 отдельных танковых батальонах, 3 батальонах истребителей танков и отдельной танковой роте, задействованных американским командованием в этой операции, имелось около 500 танков и САУ. Наиболее крупный танковый бой произошел 24 января 1945 года у Сан-Мануэля на о. Лусон, когда 161-я американская пехотная дивизия при поддержке 105-мм самоходных гаубиц М7 и роты танков М4 из 716-го танкового батальона атаковала позиции 7-го японского танкового полка, на которых находилось 45 танков. Ранним утром 28 января 30 оставшихся в строю японских боевых машин пошли в контратаку, но в большинстве своем были подбиты огнем американских танков и САУ, американцы же потеряли лишь три «шермана» и одну САУ М7.

В 1945 году к началу Маньчжурской наступательной операции советских войск Квантунская армия, насчитывавшая более 1 млн человек, включала 1 и 9-ю отдельные танковые бригады, дислоцировавшиеся соответственно в районах городов Шахэ (к югу от Мукдена) и Телин (к северо-западу от Мукдена), и 35-й танковый полк, который вместе с 39-й пехотной дивизией размещался у г. Сыпингай. 9-я бригада служила танковым резервом Квантунской армии. Японские танковые силы были значительно ослаблены потерями в осеннем наступлении 1944 года в Китае и перебросками части подразделений и техники на Японские острова. Всего же Квантунская армия вместе с 17-м Корейским фронтом к августу 1945 года имела 1215 танков. Советские войска насчитывали 1, 7 млн человек и 5200 танков и САУ.


Митинг в одной из частей, укомплектованных танками Т-26, перед началом войны с Японией. Август 1945 года


Танки 7-го механизированного корпуса вступают в Дайрен. 24 августа 1945 года

Наиболее крупная группировка танковых войск была создана в составе Забайкальского фронта, в котором к началу операции насчитывалось 2314 танков и САУ. Основную ударную силу фронта составляла 6-я гвардейская танковая армия, прибывшая на Дальний Восток в июне – июле 1945 года из Чехословакии. В целях повышения боевых возможностей танковой армии в ее состав дополнительно были включены 7-й механизированный корпус, 36-я и 57-я мотострелковые дивизии и четыре отдельных танковых батальона. Всего армия имела 1019 танков и САУ, 188 бронемашин, 945 полевых орудий и минометов, 43 установки реактивных минометов, 165 зенитных орудий, 4689 автомашин и 948 мотоциклов.


Танк БТ-7 на улице маньчжурского городка. Август 1945 года

Командующий Забайкальским фронтом Р.Я. Малиновский, учитывая, что противник не имел заранее подготовленной обороны, решил использовать 6-ю гвардейскую танковую армию в первом эшелоне главной группировки. 9 августа 1945 года советские войска перешли в наступление. Внезапность удара советских танковых частей и слабое сопротивление противника позволили развить наступление в очень высоких темпах. Механизированные корпуса, составлявшие первый эшелон армии, перестроились и действовали не по двум маршрутам, как это предусматривал план операции, а по шести, на отдельных участках по восьми параллельным маршрутам в полосе 15–20 км. Такому развертыванию армии во многом способствовал равнинный характер местности и песчано-гравийный грунт, допускавший движение машин вне дорог со скоростью около 50 км/ч. Впереди войск первого эшелона на удалении 70–80 км действовали сильные разведывательные отряды, а на удалении 30–40 км – передовые отряды. За колоннами боевых машин следовали только машины ремонтно-эвакуационной службы. Тылы частей и соединений корпусов объединенной колонной двигались по основному маршруту.

За первые сутки наступления 6-я гвардейская танковая армия продвинулась на 120–150 км. К середине следующего дня, преодолев еще 100–120 км, ее соединения достигли хребта Большой Хинган. При подходе к хребту в первый эшелон армии был выдвинут 5-й гвардейский танковый корпус. Преодоление хребта частями этого корпуса началось вечером 10 августа. Горные дороги имели крутые повороты, подъемы и спуски крутизной до 30 градусов. Зачастую дороги переходили в тропы, которые приходилось расширять с применением взрывчатки.

Подъем танковых соединений на Хинган продолжался около 7 часов со средней маршевой скоростью 5–6 км/ч. При этом в колонне 5-го гвардейского танкового корпуса было очень мало колесных машин. 7-й мехкорпус затратил на преодоление Большого Хингана больше времени, так как в его колоннах преобладали колесные машины.

Спуск танкового корпуса на равнину начался утром 11 августа, механизированного – утром 12 августа. Из-за сильного дождя отдельные участки на спуске колесная техника могла преодолевать только на буксире. Остро ощущался недостаток средств эвакуации. Резко повысился расход горючего, а подвоз его прекратился, так как почти весь автотранспорт остался за Хинганом – перевалы после дождей стали непроходимыми для колесных машин.


Танки 6-й гвардейской танковой армии на берегу Тихого океана. Район Даляня, август 1945 года

К исходу 11 августа передовой отряд 5-го гвардейского танкового корпуса занял Лубэй, а 13 августа здесь сосредоточились и его главные силы. Сутками позже 7-й механизированный корпус занял Туцюань. Таким образом, на четвертый день операции 6-я гвардейская танковая армия преодолела Большой Хинган и вышла в пределы Центрально-Маньчжурской равнины, что оказало решающее влияние на ход всей операции. Армии удалось упредить японцев в захвате перевалов через Большой Хинган, лишить возможности навязать нашим войскам затяжные бои в горах и тем самым обеспечить выход главных сил Забайкальского фронта в тыл основной группировки Квантунской армии.

Оперативная обстановка требовала дальнейшего стремительного продвижения 6-й гвардейской танковой армии, однако условия для ведения боевых действий серьезно осложнились. Сильные дожди, начавшиеся в горах еще 11–12 августа, распространились на всю Центральную Маньчжурию. Грунтовые дороги в отдельных местах стали совершенно непроходимыми. Тыловые части отстали. После выхода в район Лубэя 9-й гвардейский механизированный корпус остался совершенно без горючего, а 5-й гвардейский танковый и 7-й механизированный корпуса имели всего 0, 4–0, 5 заправки. В этих условиях потребовалось изменить способы ведения боевых действий. Начиная с 14 августа задачи армии должны были выполнять сильные передовые отряды корпусов, которым было передано все горючее, имевшееся в частях и соединениях, а главные силы – продвигаться за ними по мере подхода тылов.


Красноармейцы осматривают трофейные японские легкие танки «Ха-го». Маньчжурия, август 1945 года

Хорошая организация передовых отрядов и четкое управление ими обусловили наступление в высоких темпах. 15–16 августа передовые отряды продвинулись на 100–150 км и заняли города Тунляо, Кайтун и перерезали железную дорогу Таонань – Мукден. Из-за нехватки горючего главные силы армии медленно продвигались вслед за передовыми отрядами. Не могла оказать большой помощи и авиация – аэродромов было очень мало. Так, 17 августа для 5-го гвардейского танкового корпуса было доставлено лишь 40, 6 т топлива, которого хватило лишь для обеспечения действий передового отряда.


Танк Т-34-85 в Порт-Артуре. Август 1945 года

Исключительно трудные дорожные условия и острый недостаток топлива существенно снизили темпы наступления танковых войск на последнем этапе операции. Средние темпы наступления передовых отрядов с 16 по 21 августа составили 40–50 км в сутки, в то время как на первом этапе операции они нередко превышали 100 км в сутки. Главные силы армии в эти дни не наступали, а лишь передвигались от одного района сосредоточения к другому вслед за передовыми отрядами.

Выполняя поставленные перед ними задачи передовые отряды 9-го гвардейского и 7-го механизированных корпусов 20 августа заняли Мукден, а 21 августа Чаньчунь и совместно с высаженными там воздушными десантами приступили к разоружению капитулировавших японских войск. Две танковые бригады были погружены в Мукдене в железнодорожные эшелоны и 24 августа прибыли в Порт-Артур.

Не менее успешно действовали в Маньчжурской наступательной операции и танковые войска двух других фронтов – 1 и 2-го Дальневосточных. В целом же для этой операции характерны огромный пространственный размах, умелый выбор направления главных ударов и четкость управления. Четыре года войны с Германией не пропали даром.

Здесь хотелось бы привести диалог из романа Константина Симонова «Солдатами не рождаются», состоявшийся в конце января 1943 года в Сталинграде между командиром советской стрелковой дивизии Серпилиным и пленным немецким генералом, тоже командиром дивизии: «Немец пожал плечами и, чуть подавшись вперед, как бы подчеркнуто отстраняя от разговора переводчика и обращаясь к одному Серпилину, добавил:

– К сожалению, мы, кажется, научим вас воевать!

– А мы вас отучим! – ответил Серпилин».

На этой положительной ноте и хотелось бы закончить.

Оглавление книги


Генерация: 0.545. Запросов К БД/Cache: 3 / 0