Глав: 17 | Статей: 53
Оглавление
Изначально этот род авиации, оснащенный в основном неуклюжими с виду трехмоторными самолетами Ju-52, был создан в Третьем рейхе для обслуживания парашютно-десантных войск. Впервые воздушные десанты были использованы во время Польской кампании. Затем, период захватов Дании, Норвегии, Голландии, Бельгии, Греции, транспортная авиация люфтваффе буквально «силами одного парашютно-десантного полка» захватывала аэродромы, крепости и стратегически важные мосты. Парашютисты внезапно опускались с небес прямо на голову противника, подготавливая плацдармы для выгрузки основного десанта. Уже в мае 1940 года транспортным самолетам впервые пришлось снабжать по воздуху отрезанные во вражеском тылу войска. В дальнейшем эта их функция стала основной. Демянск, Холм, Сталинград, Тунис, Кубань, Крым, Корсунь, Каменец-Подольский и многие другие котлы, образовавшиеся вследствие гитлеровской стратегии «стоять до последнего», неизменно снабжались с помощью пресловутых «воздушных мостов». На последнем этапе войны к ним прибавились многочисленные города-«крепости»: Будапешт, Кёнигсберг, Бреслау, Дюнкерк, Лорьян и многие другие.

В этой книге на основе многочисленных, в основном зарубежных источников и архивных документов впервые подробно рассказано практически обо всех невероятных по накалу и драматизму операциях транспортной авиации люфтваффе с 1939 по 1945 г.
Дмитрий Зубовi / Дмитрий Дёгтевi / Олег Власовi / Литагент «Центрполиграф»i

«Морской лев» на Балтике

«Морской лев» на Балтике

После начала операции «Барбаросса» летом 1941 года в составе эскадры специального назначения KGzbV2 были сформированы четыре особые эскадрильи «Гигантов» (Gigant Sonderstaffel – GS) по шесть самолетов каждая (всего 24 Ме-321). Они назывались соответственно l./(GS)/KGzbV2, 2./(GS)/KGzbV2, 3./(GS)/KGzbV2 и 4./(GS)/KGzbV2. 1-я эскадрилья, базировавшаяся на аэродроме Рига-Спливе, в сентябре участвовала в первой и последней воздушно-десантной операции с участием «Гигантов»[44].

К началу осени, после захвата вермахтом Таллина, Моонзундский архипелаг, состоящий из больших островов Эзель и Даго и нескольких мелких, оказался в глубоком тылу у немцев. Общая численность оборонявших его сухопутных войск и наземных сил Краснознаменного Балтийского флота, подчинявшихся коменданту островного района, насчитывала 23,5 тысячи человек. Береговая артиллерия островов состояла из четырех 180-мм и четырех 100-мм батарей, большая часть которых была расположена на островах Эзель и Моон. Авиация к началу сентября насчитывала 12 истребителей И-16, базировавшихся на аэродром Кагул. Надводные силы состояли из 6 торпедных катеров, 17 тральщиков, мотоботов и других судов. Руководил обороной островов комендант береговой обороны Балтийского района генерал-майор А.Б. Елисеев.

В начале сентября германское командование решило захватить острова комбинированным морским и воздушным десантом. 8 сентября немцам удалось высадиться на острове Вормси и захватить его после трехдневных боев.

Для успеха высадки на самый большой остров архипелага – Эзель было необходимо нейтрализовать береговую батарею номер 43 (три 130-мм пушки, командир батареи старший лейтенант В.Г. Букоткин) на полуострове Кюбассаар. Батарея сильно мешала сосредоточению десантных судов и паромов для предстоящей высадки и могла затруднить само проведение переправы через пролив.

Выполнение этой задачи было поручено люфтваффе. Правда, личный состав десанта, названного «группой Бенеша» (по имени командира капитана Бенеша), состоял из роты элитного полка специального назначения «Бранденбург». Треть роты высаживалась на планерах, две трети – на разнотипных судах, собранных в портах эстонского побережья. Высадка первого планерного десанта на пяти DFS-230 производилась силами 6-й эскадрильи LLG1.

Накануне операции 13 сентября отряд прибыл в Пярну, где начал подготовку. Десант планировалось провести в духе захвата бельгийского форта Эбен-Емаэль. «Планеристы» должны были ошеломить советских артиллеристов, в буквальном смысле свалившись им на голову. Успех должны были закрепить основные силы десанта, высаживающиеся с судов на побережье. Однако в действительности все пошло не совсем по утвержденному плану.

Группы десантных судов сбились с курса и в заданном районе не высадились. Пилоты планеров тоже допустили ошибку, вместо огневых позиций батареи приземлившись в километре к северу от них. Естественно, ни о какой внезапности не могло быть и речи. Это дало возможность бойцам Букоткина не только организовать оборону, но и контратаковать противника. Для ликвидации десанта была выделена часть артиллеристов под руководством старшего политрука Г.А. Карпенко.

Брандербуржцев оттеснили к побережью, а атака со стороны моря была отбита огнем батареи. Положение десантников казалось безнадежным, однако в решающий момент появились немецкие бомбардировщики, которые нанесли авиаудар как по самой батарее, так и по наступавшим бойцам. Кроме того, с самолетов были сброшены надувные лодки. На них десантники смогли на следующие сутки эвакуироваться на корабли. Потери «группы Бенеша» составили двенадцать человек убитыми, шесть ранеными и четыре пропавшими без вести. Таким образом, повторить на Эзеле Эбен-Емаэль и даже Крит, пусть и в меньших масштабах, не удалось.

Между тем высадка десанта в других местах шла по плану. Используя самоходные паромы «Зибель» и при поддержке бомбардировщиков к вечеру 15 сентября немцам удалось создать плацдарм, с которого началось наступление в глубь острова по трем направлениям. По северному побережью наступал 176-й пехотный полк, по южному, на Аренсбург, – 162-й, а на центральном направлении действовал 151-й полк. Со взятием 18 сентября 43-й батареи на полуострове Кюбассаар немцы организовали прямую перевозку артиллерии и тыловых частей на двадцати паромах.

Утром 20 сентября бойцы 2-го батальона 46-го стрелкового полка, оборонявшиеся в районе деревни Мустьяла, расположенной на северо-западном побережье острова, услышали в небе необычный свит и шелест, как будто над ними пролетала какая-то доисторическая птица вроде птеродактиля. Подняв головы в еще только светлеющее небо, они внезапно увидели приближавшиеся со стороны моря огромные самолеты, имевшие толстенный фюзеляж и огромные крылья. Присмотревшись к необычным «птицам» повнимательнее, увидели, что у них нет винтов…

В действительности это были заходившие на посадку четыре планера Ме-321 из l./(GS)/KGzbV2. Именно такое зрелище, по замыслу авторов проекта «Варшава», должны были в один непрекрасный день увидеть жители Великобритании. Однако вместо них сие впечатляющее зрелище посадки огромных «Гигантов» досталось эстонцам.

К сожалению, подробности этой операции до сих пор неизвестны, по советской версии, бойцам 46-го СП удалось перебить 150 десантников и отразить атаку.

Вместе с тем стоит отметить, что только в один планер помещалось до 200 солдат. Так или иначе, советские войска отходили под ударами противника. С 24 сентября начались ожесточенные бои на полуострове Сворбе.

3 октября немцы заняли весь остров Эзель. Примерно в таком духе должна была проходить несостоявшаяся высадка в Англии. Получилась своего рода операция «Морской лев» в миниатюре.

Десант на Эзеле, по всей вероятности, стал единственным случаем, когда «Гиганты» использовались по прямому назначению. Дальнейшая их карьера проходила исключительно в роли грузовых перевозчиков.

С августа по октябрь планеры осуществляли снабжение группы армий «Митте», перевозя военные грузы с аэродромов Орша и Рудаково в Шаталовку, затем в Вязьму и Брянск и др. Любопытно, что для «наведения» буксировщиков Bf-110 с Ме-321 на «цель» в полетах использовался «целеуказатель» – самолет Bf-108 «Тайфун». Иногда «Гиганты» доставляли предметы снабжения прямо на передовую.

«Получили задание доставить топливо для бронетехники в районе Вязьма – Брянск, – писал в своем рапорте фельдфебель Ром. – Старт планера Ме-321 состоялся в 15.10 из Орши, доставка должна быть скрытой. В мой экипаж входили: второй пилот Лукас и механик, отвечающий за погрузочные работы Бауман. Должны были доставить 18 тонн бензина в бочках. Транспортированы самолетами Bf-110. Летели на высоте 2000—3000метров. При подлете к району боевых действий увидели с воздуха стрельбу в котле[45]. Выполнили разворот на 180 градусов и пролетели несколько километров, чтобы выбрать место для посадки. В конце концов нашли подходящее поле и приземлились. Оказалось, приземлились в Дугино, в 270 километрах от Орши.

При осмотре обнаружили от 80 до 100 пробоин в планере от обстрела с земли. Но, к счастью, ни одна из бочек с бензином не взорвалась. Сразу же открыли грузовые двери и стали вытаскивать бочки с топливом. Тем временем появились пехотинцы, которые из укрытий наблюдали нашу посадку. Они помогли разгрузиться и перенесли бочки с горючим в укрытие. Русские проводили обстрел места нашей посадки тяжелой артиллерией, и снаряды взрывались иногда очень близко. Минут через пятнадцать встретил офицера, который на машине довез меня к месту расположения 6-й танковой дивизии. Сначала не хотели верить, что я привез бензин и 5 бочек масла. В Оршу вернулся с транспортным Ju-52. Ме-321 остался и был разрушен».

По мере ухудшения погоды интенсивность полетов «Гигантов» снизилась, а зимой осуществлялись лишь эпизодические вылеты.

К весне 1942 года из-за аварий и естественного износа при посадках часть Ме-321 была списана, часть пошла на переделку в самолет, о котором речь пойдет ниже. В результате в строю остались только две эскадрильи: 3./(GS)/KGzbV2 и 4./(GS)/KGzbV2. Позднее они были объединены в отдельное подразделение GS-KDO. Тем временем «Гиганты» наконец-то получили в свое распоряжение нормальный тягач…

Еще в начале 1941 года фирма «Хейнкель» начала работу над двумя опытными Hе-111Z. Суть идеи состояла в том, чтобы попросту объединить два двухмоторных самолета в одно целое, превратив их в мощный буксировщик для планеров.

Два фюзеляжа Не-111Н-6 получили дополнительную центропланную секцию, соединившую их. Помимо двух стандартных пар закрылков на центропланных секциях обоих самолетов, на прямой вставке между фюзеляжами была установлена еще одна секция и пятый двигатель Jumo-211F-2. Пилот огромного самолета, не уступавшего размерами тому, для кого создавался, располагался в левом фюзеляже, имея в своем распоряжении управление всеми пятью двигателями, полное приборное оборудование, управление выпуском левой пары стоек шасси и створками радиаторов левой пары двигателей. Второй пилот в правом фюзеляже имел сдвоенное управление, но без секторов газа двигателей. Он также выпускал правую пару стоек шасси и управлял радиаторами правых двигателей. Бортмеханик, радист и стрелок размещались в левом фюзеляже, в правом был еще один механик и стрелок, а второй пилот выполнял обязанности штурмана. Экипаж монстра, вскоре получившего обозначение «Цвиллинг» («Близнецы»), таким образом, насчитывал семь человек.

В конце осени 1941 года Hе-111ZV-l и Hе-111ZV-2 впервые поднялись в воздух. Летные характеристики машины оказались даже лучше требуемых, и уже через три месяца после первого полета оба опытных экземпляра отправились в испытательный центр в Рехлине. А фирма «Хейнкель» получила заказ еще на десять «Цвиллингов». Три опытные машины были собраны из Не-111Н-6, а оставшиеся уже из модификации Н-16.

Вооружение тягача состояло из одной пушки MG FF в носу правой кабины и пулемета MG-15 в носу левой, а также пулеметов MG-131 наверху каждого фюзеляжа и MG-15 в задней части нижней гондолы и нескольких MG-15 в боковых люках.

Скорость буксировки для планера Ме-321 была 220 км/ч, а для Go-242 – 250 км/ч. Запас топлива на самолете составлял от 4,4 до 8,2 тонны, что обеспечивало при необходимости десятичасовой полет.

Оглавление книги


Генерация: 0.304. Запросов К БД/Cache: 3 / 1