Главная / Библиотека / Тяжёлый танк Т-35 /
/ История создания

Глав: 7 | Статей: 7
Оглавление
Во втором номере «Бронеколлекции» — приложении к журналу «Моделист-конструктор» — рассказывается об истории создания, устройстве и опыте боевого применения тяжёлого танка Т-35.
Максим Коломиецi

История создания

История создания

О предвоенном советском тяжёлом танке Т-35 кто-то знает понаслышке, кто-то не знает вовсе. Но вот о существовании в СССР, а теперь и в России, медали «За отвагу» известно почти всем. Между тем на этой прославленной и почётной солдатской медали изображен именно Т-35!

И не случайно. Пятибашенные гиганты, ощетинившиеся стволами пушек и пулемётов, с грохотом проходившие по Красной площади во время ноябрьских и первомайских парадов, стали символом боевой мощи Красной Армии в 30-е годы. Они навсегда вошли в нашу историю.


Красная площадь. 7 ноября 1936 года.

Работы по созданию тяжёлых танков начались в СССР в декабре 1930 года, когда Управление моторизации и механизации (УММ) РККА заключило с Главным конструкторским бюро Орудийно-оружейно-пулемётного объединения договор на разработку проекта тяжёлого танка прорыва, получившего обозначение Т-30. Предполагалось, что это будет 50-тонная машина, вооружённая двумя 76-мм орудиями и пятью пулемётами. Но отсутствие отечественного опыта танкостроения не позволило создать проект полноценной боевой машины. В начале 1932 года, после выполнения эскизных чертежей и постройки деревянной модели танка, все работы по Т-30 были прекращены.

Не увенчалась успехом и попытка Автотанкодизельного отдела Экономического управления ОГПУ (АТДО ЭКУ ОГПУ) — тюремного КБ, в котором трудились арестованные конструкторы, — разработать в 1930–1931 годах проект танка прорыва массой 75 т. Как и Т-30, этот проект имел множество недостатков, исключавших возможность постройки такой машины.

Лишь «вмешательство» иностранных специалистов сдвинуло дело с мёртвой точки. В марте 1930 года в Советский Союз прибыла из Германии группа инженеров во главе с Эдвардом Гротте. На ленинградском заводе «Большевик» из них сформировали конструкторское бюро — АВО-5, в состав которого и вошла эта группа. Следует отметить, что, помимо немецких, сюда вошли и молодые советские инженеры. После постройки в августе 1931 года танка ТГ-1 и его испытаний от дальнейших услуг Гротте и немецких инженеров по ряду причин отказались (подробнее о танке ТГ-1 и работе в СССР группы Э. Гротте можно прочитать в журнале «Моделист-конструктор» № 1 за 1995 г.). АВО-5 было реорганизовано, и его возглавил молодой энергичный инженер Н.В. Барыков, работавший ранее заместителем Гротте. В состав КБ вошли также конструкторы М.П. Зигель, Б.А. Андрыхевич, А.Б. Гаккель, Я.В. Обухов и другие.

Новое КБ получило от УММ РККА задание: «К 1 августа 1932 года разработать и построить новый 35-тонный танк прорыва типа ТГ». Этой машине присвоили индекс Т-35. 28 февраля 1932 года заместитель начальника УММ РККА Г.Г. Бокис докладывал М.Н. Тухачевскому: «Работы по Т-35 (бывший ТГ) идут ударными темпами, и срыва сроков окончания работ не намечается…» При проектировании Т-35 учитывался полуторалетний опыт работы над ТГ-1, а также результаты испытаний немецких танков «Гросстрактор» на полигоне под Казанью и материалы комиссии по закупке бронетанковой техники в Великобритании.


Сборку первого прототипа, получившего обозначение Т-35-1, закончили 20 августа 1932 года, а 1 сентября он был показан представителям УММ РККА во главе с Бокисом. На присутствующих машина произвела сильное впечатление. Внешне Т-35 оказался похожим на английский опытный пятибашенный танк A.I.E.I «Индепендент» фирмы «Виккерс», построенный в 1929 году. Традиционно считается, что Т-35 создан по типу «Индепендента», однако в архивных документах нет данных о том, что упомянутая выше комиссия, находившаяся в Англии в 1930 году, интересовалась этой машиной. Не исключено, что советские конструкторы пришли к пятибашенной схеме самостоятельно, независимо от их английских коллег.

В главной башне Т-35-1 должна была размещаться 76-мм танковая пушка, повышенной мощности ПС-3, и пулемет ДТ в шаровой установке. Но из-за отсутствия орудия в танке смонтировали его макет. В четырёх малых башнях одинаковой конструкции располагались (по диагонали) две 37-мм пушки ПС-2 и два ДТ. Ещё один пулемет ДТ установили в лобовом листе корпуса.


Танк Т-35-1 на испытаниях. Август 1932 года.

Хорошо видны откидные колпаки люков механика-водителя и стрелка курсового пулемета, а также смотровые щели в бортах главной башни.

Ходовая часть машины применительно к одному борту состояла из шести опорных катков среднего диаметра, сгруппированных попарно в три тележки, шести поддерживающих роликов, направляющего и ведущего колёс. Тележки опорных катков были сконструированы по типу подвески танка «Гросстрактор» фирмы «Крупп». Следует отметить, что советские конструкторы значительно улучшили принцип работы подвески.



Т-35-1 на Красной площади 1 мая 1933 года.

Моторно-трансмиссионную группу Т-35-1 изготовили с учётом опыта работы над танком ТГ-1. Она состояла из двигателя М-6, главного фрикциона, коробки передач с шестернями шевронного зацепления и бортовых фрикционов. Для управления ими использовалась пневматическая система, что делало процесс вождения машины массой 38 т чрезвычайно лёгким. Правда, в ходе испытаний осенью 1932 года выявился ряд недостатков в силовой установке танка. Кроме того, стало ясно, что для серийного производства конструкция трансмиссии и пневмоуправления является слишком сложной и дорогой. Поэтому работы по Т-35-1 прекратили, и в конце 1932 года опытный образец передали Ленинградским бронетанковым курсам усовершенствования командного состава (ЛБТКУКС) для подготовки командиров.


Т-35-2 на параде 7 ноября 1933 года в Москве.

В феврале 1933 года танковое производство завода «Большевик» было выделено в самостоятельный завод № 174 имени К.Е. Ворошилова. На нём КБ Н.В. Барыкова преобразовали в Опытно-конструкторский машиностроительный отдел — ОКМО, который и занялся, с учётом недостатков первого, разработкой второго опытного образца — Т-35-2.


Т-35-1 и Т-35-2 на параде в Москве 7 ноября 1933 года.

По указанию И.В. Сталина была произведена унификация главных башен Т-35 и Т-28. Т-35-2 получил также новый двигатель — М-17, другую трансмиссию и коробку передач. В остальном же он практически не отличался от своего предшественника, если не считать изменённой конструкции фальшборта и настоящей 76-мм пушки ПС-3.


Деревянный макет танка Т-39 в 1/10 натуральной величины.

Сборку машины завершили в апреле 1933 года, 1 мая она прошла во главе парада по площади Урицкого (так в те годы называлась Дворцовая площадь) в Ленинграде, а Т-35 -1 в это время высекал искры из брусчатки Красной площади в Москве.

Параллельно со сборкой Т-35-2 в ОКМО велась разработка чертежей серийного танка Т-35А. Причём первый рассматривался лишь как переходный, идентичный в части трансмиссии серийному образцу.

В соответствии с Постановлением Правительства СССР в мае 1933 года серийное производство Т-35 передавалось на Харьковский паровозостроительный завод имени Коминтерна (ХПЗ). Туда в начале июня 1933 года в срочном порядке отправили ещё не прошедшую испытаний машину Т-35-2 и всю рабочую документацию по Т-35А.

Проект последнего значительно отличался от обоих прототипов. Танк имел удлиненную на одну тележку ходовую часть, малые пулемётные башни новой конструкции, средние башни увеличенного размера с 45-мм орудиями, изменённую форму корпуса и т. д. По существу, это была новая машина, что вызвало ряд трудностей при её изготовлении.


Эскизный проект тяжелого танка Т-39.

К производству Т-35 подключили несколько заводов, в том числе: Ижорский (бронекорпуса), «Красный Октябрь» (коробки передач), Рыбинский (двигатели). По плану Харьковского предприятия смежники должны были уже в июне 1933 года начать отгрузку своей продукции на ХПЗ, но реально они смогли это сделать лишь в августе. Т-35 изготовлялся по узловому принципу — их было девять, окончательная же сборка первой машины велась на специальных козлах: она началась 18 октября 1933 года и закончилась к 1 ноября. После предварительной обкатки танк 7 ноября принял участие в праздничном параде в Харькове (в то время столица Украины). В этот же день оба прототипа — Т-35-1 и Т-35-2 были показаны и на параде в Москве.



Серийный образец танка Т-35А. Прослеживаются все отличия от прототипов.

В соответствии с Постановлением Правительства СССР от 25 октября 1933 года ХПЗ должен был к 1 января 1934 года изготовить пять танков Т-35А и один Т-35Б (с двигателем М-34). К указанному сроку полностью готовым оказался только один танк, а ещё три, хотя и были на ходу, но не имели вооружения и внутреннего оборудования. Что касается Т-35Б, то его так и не построили, хотя вопрос о производстве этой машины поднимался в течение полутора лет.

Одновременно с передачей Т-35 в серийное производство встал вопрос и о его модернизации. Согласно утвержденной Правительством СССР 13 августа 1933 года новой системе танкового вооружения «Т-35 должен быть заменен более мощным танком специального назначения». Причём этим же Постановлением предусматривалось в течение всей пятилетки производство Т-35, если к этому времени не будет окончательно решен вопрос о конструкции нового тяжёлого танка.

Еще до выхода в свет этого документа Опытный завод Спецмаштреста (бывший ОКМО завода имени К.Е. Ворошилова) в мае — июне 1933 года разработал шесть вариантов нового тяжелого танка Т-39. На их основе предполагалось построить машину массой 85–90 т, вооруженную 45-, 76- и 107-мм пушками (в зависимости от варианта) и с броней толщиной 50–90 мм.



Первая серийная машина во дворе Харьковского паровозостроительного завода имени Коминтерна.

10 июня 1933 года на специальном заседании Научно-технического комитета УММ РККА эти варианты были рассмотрены вместе с проектами 100-тонного танка ТГ-6 (конструкции Гротте) и 70-тонного танка итальянской фирмы «Ансальдо». По результатам обсуждения КБ Опытного завода под руководством Н.В. Барыкова и С.А. Гинзбурга разработало седьмой и восьмой варианты Т-39, которые, в свою очередь, рассматривались на заседании 7 августа. Первый из них представлял собой 90-тонный танк с 50–75-мм броней, вооруженный двумя 107-мм, двумя 45-мм орудиями и пятью пулеметами. Второй отличался только вооружением — одно 152-мм, три 45-мм орудия и четыре пулемета. Оба варианта признали удачными и решили построить их деревянные макеты в 1/10 натуральной величины, фотографии макетов и эскизные чертежи были посланы наркому обороны К.Е. Ворошилову, который в декабре 1933 года докладывал по этому вопросу Председателю Комиссии Обороны СССР В.М. Молотову: «Представляя особо удачные варианты большого танка, прошу рассмотреть их на Комиссии Обороны и окончательно решить — нужна ли нам вообще такая боевая машина взамен достаточно мощного, на мой взгляд, танка особого назначения Т-35, который в состоянии выполнить большинство боевых задач. Производство опытного образца Т-39 потребует около 3 млн. рублей и не менее одного года». Аргументы Ворошилова были убедительными, и в начале 1934 года Комиссия Обороны постановила: работы по Т-39 прекратить, продолжать производство Т-35. Для сравнения следует заметить, что последний обходился «казне» в 525 тыс. рублей (за эти же деньги можно было построить девять лёгких танков БТ-5).

По плану на 1934 год ХПЗ планировал выпустить 10 машин Т-35А. Причём, учитывая сложность танка, УММ РККА заключило с ХПЗ договор на эти машины, как на первую опытную партию. В процессе освоения производства завод по своей инициативе внёс ряд изменений, как для улучшения конструкции танка, так и для облегчения его изготовления. Но, несмотря на это, освоение Т-35 вызывало большие трудности: например, очень часто ломались траки, которые отливались из стали Гатфильда. До этого ни один завод в СССР в массовых количествах эту сталь не производил, ХПЗ был первым. Кроме того, никак не удавалось устранить перегрев двигателя М-17, а картер коробки передач оказался недостаточно прочным.


Первые серийные Т-35А на Красной площади. 1 мая 1934 года.

Но, помимо технических и технологических, существовали и трудности другого рода. Так, начальник 2-го отдела Научно-технического управления УММ РККА Свиридов, посетивший Харьков в апреле 1934 года, докладывал: «Директор ХПЗ т. Бондаренко не только не мобилизует вокруг Т-35 работников завода, но и при всех возможных случаях дискредитирует машину. На ХПЗ никто серьёзно не хочет ею заниматься, за исключением КБ завода, которое действительно работает над тем, чтобы выпустить хорошую боевую машину».

Репрессии инженерно-технических работников тоже не способствовали быстрому освоению производства Т-35. Например, в марте 1934 года на ХПЗ пришло указание «о необходимости тщательной проверки конструкторских расчётов, особенно по коробке скоростей, поскольку в её проектировании принимал участие конструктор Андрыхевич, ныне арестованный».


1 мая 1935 года. На снимке, сделанном с собора Василия Блаженного, различим общий прямоугольный люк в крыше главной башни — деталь, характерная для Т-35А первых серий.

Первую машину Т-35 с полностью устранёнными недостатками предполагалось сдать к 20 августа 1934 года, однако этот срок был заводом сорван. По этому поводу в конце августа начальник УММ РККА И.А. Халепский писал директору ХПЗ И. Бондаренко: «Сейчас приходится уже говорить не об одной машине. Перед Вами и мной стоит ответственная задача: дать к 7 ноября на парад не менее 6 машин, причём они должны быть вполне закончены для работы в армии. Теперь не может быть никаких оправданий. Мы с Вами отвечаем за это дело как члены партии. Нужно очень крепко взяться сейчас за выполнение этой задачи…» И действительно, «взялись крепко» — в московском параде участвовало шесть новеньких Т-35, а к концу 1934 года были сданы армии и остальные четыре машины.

В 1935 году ХПЗ продолжал работу по совершенствованию танка, главным образом его силовой установки. Улучшили системы охлаждения двигателя, а на одном танке в опытном порядке установили дизель БД-1. На испытаниях эта машина показала себя очень неплохо, и КБ ХПЗ приступило к разработке дизельного двигателя мощностью 800 л.с. для Т-28 и Т-35. Правда, изготовленный в следующем году двигатель так и не был доведён до нормального рабочего состояния.


Т-35А первых выпусков на полигоне под Харьковом в 1936 году. Хорошо виден глушитель, расположенный поперек корпуса, и общий прямоугольный люк в главной башне.

Но, пожалуй, самый существенный недостаток Т-35, снижавший его боевые качества, — сложность командования танком в бою. Управлять огнём пяти башен, расположенных в два яруса, одному командиру оказалось практически невозможно. Недостаточная обзорность не позволяла ему охватить всё поле боя, поэтому командиры башен были вынуждены самостоятельно отыскивать и уничтожать цели. Для устранения этого недостатка был предпринят весьма интересный эксперимент. Осенью 1935 года Главное артиллерийское управление (ГАУ) по заказу АБТУ приступило к установке на танке Т-35 системы централизованной наводки башен, по типу применяемой на флоте. Был разработан танковый прибор управления артиллерийским огнем (ТПУАО), который в комплексе с 9-футовым морским дальномером «Барр и Струд» (из числа закупленных ещё до революции) установили на танке. При этом на главной башне появилась специальная командно-наблюдательная башенка и бронированный кожух для дальномера.


Модернизированный образец Т-35А с бортовыми экранами изменённой конфигурации по пути на Красную площадь. 1 мая 1937 года.

Испытания машины проводили в течение 1936 года. По их результатам отмечалось, что управление огнём стало более удобным, однако для обслуживания ТПУАО требовался человек, имевший специальное образование, да и надёжность прибора оставляла желать лучшего. Кроме того, громоздкий и малоудобный дальномер сильно портил впечатление от машины. Видимо, эти причины и сыграли свою роль в приостановлении работ по системе централизованной наводки для Т-35. Но в 1938 году к этой идее опять на время вернулись, чтобы вскоре окончательно поставить на ней крест. В отчёте 1938 года говорится, что «переделка танков Т-35 не представляется целесообразной из-за их малого количества, высокой стоимости самого прибора и его сомнительной боевой ценности в условиях современной манёвренной войны».


Т-35 с коническими башнями и наклонной подбашенной коробкой. Москва, 7 ноября 1939 года.


На фото внизу хорошо видно отсутствие пулемёта в кормовой нише башни, бронировка вывода выхлопных труб и укороченный фальшборт. Сквозь открытые жалюзи просматривается вентилятор.

К началу 1936 года из войск пришло множество рекламаций, свидетельствовавших о недоведённости отдельных агрегатов танка. Чтобы устранить эти недостатки, одну серийную машину (№ 0183-5) подвергли широкомасштабным испытаниям. Их начали 25 апреля 1936 года в окрестностях Харькова на основании задания Автобронетанкового управления (АБТУ) РККА (бывшее УММ) с целью проверки «боевых и технических свойств танка при работе в различных условиях». Испытания продолжались до 1 августа 1937 года. На этот период пришёлся и один большой перерыв (с 12 января по 2 июля 1937 года), вызванный тем, что при переходе 12 января реки Донец танк не смог выйти на обледеневший берег и завяз в реке. С помощью тракторов и специальных приспособлений тяжёлую боевую машину смогли вытащить только к 29 января, и лишь 21 февраля танк прибыл на завод. Здесь произвели переборку всех его механизмов, некоторые из них заменили модернизированными, сконструированными на основании результатов испытаний. Всего же Т-35 прошел 2000 км, из них 1650 км по грунтовым просёлочным дорогам и пересечённой местности. За это время на нём сменили три двигателя, причём первый проработал только 46 часов.


В результате испытаний Т-35 была выявлена ненадёжная работа системы охлаждения двигателя, главного и бортовых фрикционов, коробки скоростей и другие недостатки. Поэтому в течение 1936–1937 годов ХПЗ ввёл в конструкцию танка ряд изменений. Были модернизированы коробка передач, бортовые фрикционы, масляный бак, электрооборудование, изменена конструкция фальшборта (для улучшения проходимости), спроектированы и изготовлены специальные уплотнения корпуса для предохранения от попадания воды внутрь машины. Кроме того, глушитель, расположенный поперёк кормовой части корпуса и прикрытый с боков броневыми щитками, убрали внутрь корпуса, а наружу вывели лишь выхлопные трубы, защищённые броневым кожухом.

Благодаря этой модернизации на машинах выпуска 1937 года значительно повысилась надёжность работы как отдельных агрегатов, так и всего танка в целом. Например, пробег до капремонта модернизированных образцов Т-35 составлял 2000 км, а у машин ранних выпусков — менее 1500 км. Однако все эти изменения, а также то, что Мариупольский металлургический завод поставлял некондиционные бронелисты (из-за нарушения техпроцесса прокатки), толщиной 23 мм вместо 20, привело к увеличению массы машины до 52 т.


Танк Т-35А. Редкий снимок с откинутыми броневыми кожухами фар и фарами в «боевом положении».

Вместе с тем стало ясно, что бронирование Т-35 слишком слабо и не удовлетворяет возросшим требованиям, предъявляемым к тяжёлому танку прорыва. Поэтому Постановлением Правительства от 25 июля 1937 года ХПЗ поручалось спроектировать танк Т-35 с утолщённой броней корпуса и башен. 7 октября 1937 года И. Бондаренко докладывал начальнику АБТУ, что «тактико-технические требования на указанную машину не получены, разработка проекта ведётся исходя из применения гомогенной брони следующих толщин: лобовые листы — 75 мм, верхний и нижний наклонные листы носа — 30 мм, борт — 30 мм, листы шестиграна (то есть подбашенной коробки. — Прим. авт.) — 30 мм, дно и крыша — 15–20 мм, фальшборт — 15 мм, борта башен — 30 мм». Одновременно завод получил задание спроектировать танк Т-35 с башнями конической формы. Но работы велись чрезвычайно медленно — без того слабое, КБ ХПЗ было сильно обескровлено репрессиями, коснувшимися главным образом инженеров и конструкторов. На специальном совещании по танкам Комиссии Обороны при СНК СССР, состоявшемся 27 марта 1938 года, констатировалось, что «к проектированию Т-35 (с коническими башнями) завод приступил с большим опозданием, только в конце февраля, несмотря на то, что задание от НКОП (Наркомата оборонной промышленности. — Прим. авт.) было получено ещё в конце сентября 1937 года. В ноябре 1937 года завод получил от АБТУ и техусловия на увеличение толщины брони: борт — 40–45 вместо 30 мм, башни — 40–55 вместо 30 мм, вес машины вместо 5560 т. Это внесло дополнительный тормоз в работу.

Постановлением Правительства требовалось в текущем году выпускать серийные Т-35 с коническими башнями, договор же с АБТУ на 1938 год, вопреки Постановлению Правительства, предусматривает танки с цилиндрическими башнями».

Уже в ходе проектирования стало очевидным, что при указанной толщине броневых листов уложиться в заданный вес — 60 т — невозможно. Поэтому КБ начало искать решение другой компоновочной схемы. Было предложено семь вариантов, которые при сохранении базы Т-35 различались количеством башен и их размещением.

Для ускорения проектирования нового тяжёлого танка в апреле 1938 года к этой работе подключили Ленинградский Кировский завод с его мощной производственной базой и опытом серийного производства танка Т-28 и завод № 185 имени С.М. Кирова (бывший Опытный завод Спецмаштреста), кадры которого имели богатый опыт по созданию новых образцов боевых машин. Первый разрабатывал танк СМК-1 («Сергей Миронович Киров»), второй — изделие «100» (или Т-100). Первоначальным заданием предполагалось и в СМК-1, и в Т-100 использовать отработанную ходовую часть Т-35, однако в дальнейшем из-за её громоздкости от этой идеи отказались.

В это же время КБ ХПЗ рассматривало вопрос о перевооружении Т-35 новой 76-мм пушкой Л-10 вместо КТ, но военные от этого отказались, считая, что «для решения задач сопровождения пехоты хватит мощности КТ, а для борьбы с бронеобъектами вполне достаточно двух 45-мм орудий».

С конца 1938 года ХПЗ перешёл на выпуск Т-35 с башнями конической формы, несколько утолщённой броней, усиленной подвеской и увеличенной ёмкостью топливных баков. Первые три машины этой серии сдали в феврале — апреле 1939 года, а следующие три, отличавшиеся формой подбашенной коробки, — в мае — июне. У части машин в нише главной башни устанавливался пулемёт. Эти танки имели увеличенную до 70 мм толщину брони переднего наклонного и лобового листов и до 25 мм — броню башен и подбашенной коробки. Масса машин возросла до 54 т. К этому времени уже вышли на испытания новые тяжёлые СМК и Т-100, показавшие значительные преимущества перед Т-35. Поэтому Постановлением Главного военного совета СССР от 8 июня 1939 года танк Т-35 сняли с производства. Всего же за 1932–1939 годы было изготовлено два прототипа (Т-35-1 и Т-35-2) и 61 серийная машина.


Оглавление книги


Генерация: 0.093. Запросов К БД/Cache: 0 / 0