Главная / Библиотека / Танки в Гражданской войне /
/ На службе в Красной Армии

Глав: 15 | Статей: 15
Оглавление
«Мы мирные люди, но наш бронепоезд…» — эти слова из знаменитой песни «Каховка» давно стали «крылатыми». Однако в ожесточенных боях 1920 года за Каховский плацдарм активно участвовали не только бронепоезда и бронемашины, но и танки. А впервые новое «чудо-оружие» появилось в России полутора годами раньше, когда в составе французских экспедиционных войск в Одессе высадились двадцать «Рено» FT-17. Британские Mk.V и Мк.А «Уиппет» поставлялись деникинцам с весны 1919 г. И хотя в условиях маневренной Гражданской войны танки не могли применяться так же массово, как в позиционных сражениях на Западном фронте Первой Мировой, новые боевые машины провели ряд успешных боев в Донбассе и под Царицыным. По воспоминаниям «белых»: «Наше командование не зря придавало этому новому и грозному средству борьбы чрезвычайное значение. Когда первые танки врезались в неприятельское расположение и стали уничтожать красные цепи, разразилась полная паника. Весть о появлении танков быстро разнеслась среди большевистских войск и лишила их всякой сопротивляемости. Ещё издали, завидя танки, большевики немедленно очищали свои позиции и поспешно отходили. Пробивая путь этими чудовищами, наша пехота и конница быстро и без особых потерь очистила Донецкий бассейн…».

Интересна история появления танков у амурских партизан — украденные у американцев во Владивостоке, «Рено» применялись в боях под Читой, а затем и во взятии Волочаевки. Так что другая знаменитая песня Гражданской войны «Разгромили атаманов, разогнали воевод, и на Тихом океане свой закончили поход» имеет отношение и к трофейным «красным» танкам.

В новой книге ведущего историка бронетехники вы найдете исчерпывающую информацию о боевом применении танков всеми участниками Гражданской войны, начиная с января 1919-го и заканчивая операцией против Грузии в 1921 году, а также о послевоенной службе этих машин в Красной Армии и их судьбе вплоть до Великой Победы. Коллекционное издание на мелованной бумаге высшего качества иллюстрировано сотнями эксклюзивных фотографий.
Максим Коломиецi

На службе в Красной Армии

На службе в Красной Армии

Первые красные танковые отряды начали формироваться по инициативе начальника и комиссара бронечастей 9-й армии Кавказского фронта П. Вершинина. В апреле 1920 года в Екатеринодаре, на базе трофейного имущества, он приказал развернуть ускоренные курсы по подготовке танкистов из числа бронеавтомобилистов, рассчитанные на 136 часов. Обучение вели восемь бывших офицеров-танкистов деникинской армии. 1 мая 1920 года Вершинин докладывал в Москву:

«Танковые отряды сформированы наполовину, состав по 100 человек, три танка и два броневика в каждом. Формирование отрядов предполагается закончить 18 мая. Временные штаты танковых отрядов утверждены командармом 9 под № 1 и 2».

Следует отметить, что среди будущих красных танкистов имелись люди, знакомые с танками не понаслышке. Например, в одном из документе сообщалось, что танкист «Евгений Киршфельд в течение двух лет командовал танковым отрядом в германской армии (на Западном фронте)».

На основании приказа по управлению бронечастей 9-й армии инженерами Лауденбахом, Давидовичем и заведующим танковым отделом армии Фотьяновым были разработаны «Временное краткое наставление для действий танков в бою», «Положение о танковых отрядах» и «Инструкция отряду танков». В этих документах, утвержденных командующим Кавказским фронтом В. Гиттисом, определялись боевые задачи танков, обязанности членов экипажа, а также содержалась информация об эксплуатации и ремонте боевых машин.



Трофейный танк МК-V в Екатеринодаре. Июнь 1920 года. На машине — первые танкисты Красной Армии. На борту танка нанесена красная звезда (АСКМ).


Демонстрация трофейных танков MK-V командованию 9-й Кубанской армии и представителям штаба Кавказского фронта. Екатеринодар, июнь 1920 года (АСКМ).


Танкисты Красной Армии у трофейных танков МК-V во время обучения. Екатеринодар, июнь 1920 года (АСКМ).


Трофейный танк MK-V на улице Новороссийска. Весна 1920 года. На борту в передней части нанесена красная звезда. Судя по видимым цифрам 95, машина имела бортовой номер 9195 (РГАКФД).


Первый танковый автоброневой отряд Красной Армии в Смоленске. Май 1920 года. Танки MK-V уже имеют камуфляж, стоящие на машине танкисты одеты в трофейные английские танковые комбинезоны. Обратите внимание на вымпел с надписью, установленный на легковой машине (РГАКФД).

Например, среди прочей информации, в пункте 53 «Инструкции отряду танков», было сказано:

«Ввиду особо сложных условий работы, для поддержания духа и восстановления сил, танкисты получают ежедневно 200 граммов водки (крепостью 30 %) или соответствующее количество спирта или виноградного вина».

В апреле 1920 года несколько трофейных танков было отправлено в Москву. Согласно сведениям Главного военно-инженерного управления на 1 мая 1920 года «два танка прибыли на станцию Москва-Александровская, один танк в ремонте на броневом заводе, 1-й танковый отряд формируется при запасной автоброневой бригаде».

Еще одним центром формирования танковых отрядов Красной Армии был Смоленск, куда в середине мая из Москвы прибыл 1-й танковый отряд. Здесь под руководством начбронечастей Западного фронта Г. Сорокина-Ражева структура танкового отряда была опробована в ходе полигонных испытаний. По их результатам были разработаны «Штат и табель танкового автоброневого отряда», утвержденные приказом Реввоенсовета Республики № 905/160 от 28 мая 1920 года.

Согласно этому штату отряд состоял из трех танков. Учитывая ограниченные маршевые возможности танков и в целях сохранения моторесурсов, танковому отряду придавался свой железнодорожный состав для перевозки матчасти. По этому штату, отряд насчитывал 81 человека (из них 58 в боевых подразделениях и 23 в подразделениях обслуживания), 3 легковых, 4 грузовых автомобиля, автоцистерна и автокухня, 3 мотоцикла, а также паровоз и 29 вагонов и платформ (из них 3 большегрузных для перевозки танков).



Танки MK-V 2-го танкового автобронеотряда на Западном фронте. Июнь 1920 года. Машины в двухцветном камуфляже, передний танк имеет номер Б-4, нанесенный на борту слева от красной звезды (АСКМ).

В мае-июне 1920 года из Екатеринодара в Москву прибыли два танковых отряда, 2-й и 3-й, причем 2-й сразу же был отправлен на Западный фронт. Из акта об осмотре 3-го отряда от 19 июня 1920 года, можно видеть, что он состоял из трех MK-V:

«Танк № 9418 серия Б — двигатель № 16612 марки „Рикардо“, вооружение -1 57-мм орудие и 5 пулеметов.

Танк № 9283 серия Б — двигатель № 18511 марки „Рикардо“, вооружение -1 57-мм орудие и 5 пулеметов.

Танк № 9192 серия Б — двигатель № 22015 марки „Рикардо“, вооружение -1 57-мм орудие и 5 пулеметов».

Первое боевое применение вновь сформированных танковых отрядов Красной Армии было не совсем удачным. Рано утром 4 июня 1920 года колонна польской пехоты с артиллерией, пройдя незамечено лесами с помощью проводников из местных жителей, неожиданно вышла в тыл частей 30-й бригады 10-й стрелковой дивизии 16-й армии у деревни Столпище. Находившиеся в деревне броневики 7-го и 35-го бронеотрядов (всего четыре машины — два «фиата», «Гарфорд» и «Ланчестер») попытались прикрыть отход своих частей и вступили в бой с поляками. Однако из-за неразберихи и плохого состояния дорог атака броневиков была неудачной: две машины поляки подбили артогнем, а один броневик опрокинулся при маневрировании (все три машины достались полякам).

Танк МК-А № 322 «Стенька Разин» (из состава 1-го танкового отряда Красной Армии), находившийся при штабе 30-й бригады, был выдвинут для поддержки броневиков:

«Получив распоряжение выйти в бой и двинувшись по шоссе, а затем большаком, не доезжая до Столпище 1,5 версты принял бой с противником.

Бомбами с аэроплана противника, летевшего низко, был поврежден пулемет танка. Во время обстрела артиллерийским огнем, у танка при повороте заглох левый мотор, и танк встал на месте.

Видя безвыходность положения, прислуга, сняв замки с пулеметов, стала отходить вместе с пехотным прикрытием танка ввиду превосходства противника. Артиллерийскими попаданиями танк был разбит».



Танки MK-V 2-го танкового автобронеотряда Красной Армии на Западном фронте. Июнь 1920 года. Судя по очертанию пятен камуфляжа, ото не танк Б-4, изображенный на предыдущем фото. Буква Б на борту видна, а номер закрыт одним из стоящих рядом людей (РГАКФД).


Танк МК-В, захваченный частями Красной Армии в Архангельске, после ремонта у ворот Броневого завода в Филях. Москва, 1920 год. Машина имеет двухцветный камуфляж, на рубке — красная звезда с плугом и молотом внутри (фото из коллекции С. Ромадина).


Танк MK-V № 9085, захваченный в Архангельске, после ремонта. Москва, броневой завод в Филях, 1920 год. Как и МК-В на предыдущем фото, эта машина в двухцветном камуфляже и с большой красной звездой на борту (фото из коллекции С. Ромадина).


Начальник автобазы Западного фронта и командир танка у MK-V № 9085 из состава 1-го танкового автобронеотряда РККА. Западный фронт, лето 1920 года. Хорошо видна буква Б на борту машины. Обратите внимание на кожаные буденовки стоящих рядом с танком людей — вероятно, их шили специально для танкистов (РГАКФД).


Танк MK-V № 9085 в составе 1-го танкового автобронеотряда РККА на Западном фронте. Лето 1920 года. Этот танк был единственным в РККА, имевшим балки для укладки фашин на танк сверху. Впоследствии эти балки демонтировали (РГАКФД).

Следует сказать, что с польской стороны это был короткий рейд, своего рода «разведка боем». После столкновения с красными польские части отошли на свои прежние позиции. Кстати, поляки в своих донесениях не упоминали о танке, называя его «большим броневиком». Они сумели вывести в тыл три броневика и несколько автомашин, а вот до «Уиппета» не добрались. Впоследствии танк был разобран красными и по частям перевезен в Могилев.

Месяц спустя, 4 июля 1920 года, 2-й авто-танковый отряд под командованием А. Моргуленко (три танка MK-V) придали 33-й Кубанской стрелковой дивизии 15-й армии. Дивизии была поставлена задача — прорвать укрепленную позицию поляков в районе станции Зябки. Кроме танков, в атаке должны были участвовать 14-й автоброневой отряд (три броневика) и бронепоезд № 8. Все бронечасти были сосредоточены на фронте 293-го стрелкового полка, наносившего удар вдоль шоссе Полоцк-Молодечно.

В советской историографии этот бой представляется как первое боевое применение танков войсками Красной Армии, что не соответствует действительности. Причем всегда особо отмечалось, что оборона поляков, состоявшая из двух линий окопов и проволочного заграждения в четыре ряда, была успешно прорвана. На самом деле все обстояло несколько иначе.

Для достижения внезапности применения танки были подвезены к фронту на замаскированных железнодорожных платформах и выгружены на станции Зябки. Исходные позиции для атаки были заняты в ночь с 3 на 4 июля. Танки получили задачу: прорвать проволочные заграждения и, подавив огневые средства противника, поддержать наступление своей пехоты.

Бронеотряд должен был наступать по шоссе и совместно с конницей развивать успех в глубину. На бронепоезд возлагалась задача поддержать огнем наступление танков и броневиков.

На деле все получилось не совсем так, как планировалось. Артиллерийская подготовка, проведенная утром 4 июля артиллерией 33-й дивизии, не смогла подавить польские батареи, что затруднило развертывание танков. Кроме того, болотистая местность позволяла танкам двигаться только по дороге. Один, съехав с нее, застрял в болоте, второй сломался. В результате только третий танк с трудом достиг проволочных заграждений и, прорвав их, вышел к первой линии окопов. К этому времени польская пехота, узнав о прорыве фронта конницей красных севернее станции Зябки и боясь окружения, покинула окопы и стала отходить на восток.



Танк МК-А «Уиппет» № А-323 в ремонте на Броневом заводе в Филях. Москва, 1920 год. Крыша моторного отделения снята, видны двигатели «Тейлор». Обратите внимание, что машина покрашена в белый цвет (фото из коллекции С. Ромадина).



Тот же танк МК-А «Уиппет» № А-323, что и на предыдущем фото, вид сзади и слева. Москва, Броневой завод в Филях, 1920 год. Хорошо видны деревянные ящики для имущества (фото из коллекции С. Ромадина).


Группа красных командиров-танкистов у отремонтированного танка MK-V. Харьков, 1920 год. Машина в двухцветном камуфляже, стоящий справа человек держит в руках коленвал двигателя (фото из коллекции С. Ромадина).


Танки MK-V, захваченные частями Красной Армии в Тифлисе в 1921 году. На переднем плане машина с бортовым номером 9146. На оригинале фотографии надпись: «Танки Грузинской Красной Армии 21.V.1921 г.» (ЦМВС).



Использование танка MK-V 2-го танкового отряда Кавказкой Краснознаменной Армии в качестве трактора для транспортировки парового котла через перевал. 26 июня 1922 года (ЦМВС).


Тот же танк MK-V, что и на предыдущих фото. 26 июня 1922 года. Хорошо виден двухцветный камуфляж машины и обозначение Б-7 (ЦМВС).


Трофейный танк «Рено» FT проходит во время парада по площади Урицкого (ныне Дворцовая площадь) в Петрограде. 7 ноября 1922 года. Машина вооружена 37-мм французской пушкой SA-18 (АСКМ).


Танк MK-V «Рикардо» на маневрах войск Московского военного округа. 1928 год. Машина окрашена в однотонный защитный цвет (АСКМ).


Группа командиров 4-го танкового отряда в легковом автомобиле. Харьков, 1921 год. На заднем плане — три MK-V, причем машины камуфлированные (фото из архива С. Ромадина).

Автобронеотряд вместе с подразделениями конной разведки 98-й стрелковой бригады был введен в бой с большим опозданием, и вместо прорыва в глубину ограничился поддержкой огнем единственного танка и пехоты.

В полном объеме со своей задачей справился только бронепоезд, в течение всего боя исправно поддерживавший огнем атакующие части и оттянувший на себя часть огня польских батарей. Справедливости ради следует отметить, что задача, поставленная 33-й стрелковой дивизии, в этом бою была выполнена.

На основании опыта этого боя в штат и табель отряда пришлось внести изменения.

Было признано целесообразным — увеличить число танков с трех до четырех, причем одного типа.

Это вызывалось двумя причинами — необходимостью повысить огневые возможности отряда и возможностью действовать взводами по два танка. Однотипностью танков в отряде предполагалось достичь сохранения силы удара при повреждении одного из них, возможности эвакуации поврежденного танка другим и упрощения обслуживания.

В июле 1920 года в состав танкового отряда дополнительно ввели специальную команду, предназначенную для прикрытия боевых машин в бою, из 30 пехотинцев с двумя пулеметами «Льюис».

Приказом РВСР № 1458/259 от 6 августа 1920 года в штат танкового автобронеотряда, утвержденного приказом № 905/160, вносились изменения. Теперь количество танков в отряде увеличивалось до четырех, причем особо оговаривалось, что может быть «по два однотипных — то есть, к примеру два MK-V и два МК-А. В то же время могло быть и четыре одинаковых машины. Соответственно, увеличивалось и количество вспомогательной техники — теперь в отряде числилось 4 легковых и 4 грузовых автомобиля, 2 автоцистерны, 4 мотоцикла (из них 2 с коляской), 6 самокатов и автокухня. Увеличивалось и количество личного состава: 113 при укомплектовании MK-V и 109 — МК-А. При этом численность людей во вспомогательных подразделениях была одинаковой — 34 человека. Позже появилось и дополнение для отрядов, вооруженных „Рено“ — они должны были иметь 89 человек, из них 55 в боевых подразделениях.



Танкисты у танков MK-V. Москва, август 1924 года. Предположительно машины стоят около здания бывшего 1-го кадетского корпуса, в котором впоследствии разместилась Бронетанковая академия (АСКМ).



Погрузка танка MK-V на железнодорожную платформу. Москва, начало 1920-х годов. Хорошо видна конструкция специальной деревянной аппарели, по которой танк заезжал на платформу — такие аппарели достались РККА от белых в качестве трофеев вместе с танками (АСКМ).


Погрузка „Рено“ FT на железнодорожную платформу для отправки на маневры. Предположительно 1927 год. В качестве аппарели использованы шпалы. На правом борту танка закреплен металлический ящик, назначение которого неясно. Возможно это дополнительный бензобак (ЦМВС).


Танки MK-V „Рикардо“ и „Рено“ FT на маневрах войск Московского военного округа. 1928 год (РГАКФД).


Маневры войск Московского военного округа — танк МК- V „Рикардо“ преодолевает склон. 1922 год. На фото машина, захваченная у белых в Архангельске с номером 9085. Схема камуфляжа, по сравнению с предыдущими фото этого танка, изменена, балки для фашин демонтированы, номер нанесен не на задней, а на передней части борта (РГАКФД).


Танк „Рено“ FT во дворе гаража Броневого ремонтного завода в Москве. Начало 1920-х годов. Машина в однотонной окраске, на корме тактическое обозначение в виде треугольника с цифрой 2 над ним. Вооружение отсутствует (АСКМ).

В Красной Армии трофейные танки назывались или по марке установленного на них двигателя (по аналогии с бронеавтомобилями): MK-V — „Рикардо“, МК-А — „Тейлор“, „Рено“ — „Рено“. Кроме того, существовало деление танков по размерам: Б — „Большой“ (MK-V), М — „Малый“ (МК-А и „Рено“). Термина „средний“ в те годы не существовало, он появился позже. Подтверждением этому может служить, к примеру, донесение о наличии танков в запасном танковом дивизионе на 1 января 1921 года:

„Имеются следующие танки (на ходу):

№ 356 М „Тейлор“.

№ 1708 М „Рено“.

9024 Б „Рикардо“.

1661 М „Рено“.

9301 Б „Рикардо“.

326 М „Тейлор“.

6, 7, 9 10-й танковые отряды танков не имеют“.

Любопытный момент — согласно утвержденного приказом № 1458/259 штата, в состав танкового автобронеотряда вводился один „маскировщик (живописец)“. Он должен был заниматься нанесением камуфляжной окраски на танки. В связи с этим хочется сделать небольшое отступление на тему камуфляжа и опознавательных знаков танков РККА.

К сожалению, информация об окраске танков Красной Армии в 1920–1922 годах крайне скупа. Есть предположение, что камуфляж для танков разработал известный советский художник-авангардист А. Родченко. Причем камуфляж состоял из светло-зеленых и темно-зеленых пятен, нанесенных на борта машины. Однако подтвердить или опровергнуть авторство Родченко автор не может, так как нет достоверных сведений на этот счет.

Если провести аналогию с бронемашинами, то в документах тех лет встречаются упоминания о двух типах камуфляжа. Например, в донесении о работе Броневого завода в Филях (он занимался ремонтом автомобилей, бронемашин и танков. — Прим. автора) зимой 1921 года есть упоминание о том, что два вышедших из ремонта броневика „окрашены один в весенний, второй в осенний камуфляж“. Можно предположить, что весенний — это светло-зеленый и темно-зеленый цвета, а осенний — темно-зеленый и желтый. Но достоверных данных по этому вопросу пока не обнаружено.

Кстати, камуфлировались далеко не все танки. Например, в документе от 13 марта 1922 года по поводу танков на ХПЗ сказано:

„Настоящим предписывается вышедший из ремонта танк „Рено“ двигатель № 2085, не камуфлированный, сдать Отдельной учебной автотанковой бригаде“.



Танк MK-V „Рикардо“ преодолевает препятствие на маневрах 1930 года. Машина в однотонной защитной окраске, на борту батальонное тактическое обозначение в виде треугольника (РГАКФД).


Тот же танк „Рено“ FT. На балке ходовой части виден заводской номер машины — предположительно, 66230. На заднем плане видны бронеавтомобили „Гарфорд“, „Маннесман-Мулаг“ и „Джеффери“ (АСКМ).


Танки MK-V „Рикардо“ на маневрах. Московский военный округ, 1922 год. На переднем плане машина с бортовым номером 9118 или 9418, за ним — 9085. Оба танка в камуфляжной окраске (РГАКФД).

В качестве опознавательных знаков на танки как правило наносились красные звезды — иногда небольшого размера, иногда довольно крупные. В центре последних изображался плуг и молот белого цвета. Также на бортах танков MK-V часто писалась буква „Б“ („Большой“), как правило, с цифрой: Б-3, Б-5, Б-7 и т. д. — в соответствии с принятой тогда в РККА классификацией танков. Фото МК-А или „Рено“ с буквой „М“ автор не встречал.

Некоторые танки MK-V получали названия, в документах встречаются следующие: „В чем дело“, „За социализм“, „Помни Зябки“, „Подарок Ллойд Джоржу“ (Ллойд Джорж — премьер-министр Великобритании в 1916–1922 гг. — Прим. автора).

В августе 1920 года танковые отряды Красной Армии стали перебрасываться для действий против Русской армии Врангеля. По состоянию на 22 октября 1920 года на Южном фронте находились: 1-й танковый отряд (три MK-V) станция Белая Криница, 2-й танковый отряд (четыре MK-V) — Славгород, 3-й танковый отряд (три MK-V, один МК-А) — станция Камышеваха, 4-й танковый отряд (четыре MK-V) — Харьков. Планировалось использовать 1-й танковый отряд в боях на Каховском плацдарме и при штурме перекопских укреплений. Однако, пройдя своим ходом от Криницы до Береславля (около 70 километров), все танки отряда поломались, и их пришлось поставить в ремонт. В довершение всего 1 ноября при ночных заморозках у танков „лопнули радиаторы из-за холодов и отсутствия спирта“ (видимо, спирт выпили во исполнение пункта 53 „Инструкции отряду танков“).



Танки MK-V „Рикардо“ на параде. 7 ноября 1928 года. Машины проходят мимо бывшего здания 1-го кадетского корпуса в Москве. На лобовом листе виден батальонный тактический знак в виде треугольника (РГАКФД).


Обучение расчетов противотанковых орудий стрельбе по движущемуся MK-V „Рикардо“. Маневры Московского военного округа, 1931 год. В качестве ПТО используется 37-мм траншейное орудие образца 1915 года (РГАКФД).

6 ноября 1920 года для обследования Турецкого вала были направлены несколько танкистов 1-го танкового отряда. После их доклада от использования танков в штурме перекопских укреплений пришлось отказаться:

„Глубина рва (три сажени) и высота вала (пять сажень) не позволяют пустить танки, так как откос слишком крут и танк при движении перевернется. В районе Сиваша почва мягкая, танк застрянет. Со стороны Перекопского залива вал выходит в воду и берег минирован. Через ворота не пройти ввиду артобстрела стоящих у ворот орудий“.

Таким образом, все участие красных танков в боях с Врангелем свелось к эвакуации танков белых, подбитых на Каховском плацдарме.

6 сентября 1920 года была утверждена „Инструкция по боевому применению танков“, ставшая первым танковым уставом Красной Армии. В ней были определены основные положения по боевому применению танков в соответствии с боевыми свойствами и возможностями войск того времени, а также способы и приемы их действий.

По „Инструкции“ танки относились к вспомогательным средствам борьбы. Они предназначались в основном для оказания помощи наступающей пехоте, особенно при прорыве обороны противника.



„Рено“ FT на Красной площади. Москва, 1 мая 1925 года. Танк перевооружен 37-мм пушкой Гочкиса отечественного производства (АСКМ).


Маневры частей Красной Армии по случаю приезда короля Афганистана Амманулы-хана. Московский военный округ, 1928 год. Обратите внимание, что „Рено“ FT без „хвоста“ (РГАКФД).


Танк MK-V „Рикардо“ преодолевает окоп во время учений войск Московского военного округа. 1921 год. На заднем плане виден кинооператор с камерой на треноге (РГАКФД).

В „Инструкции“ определялись возможные боевые порядки танков, особое внимание уделялось взаимной огневой поддержке между танками и прикрытию выхода их в атаку огнем артиллерии.

Для управления в ходе боя рекомендовалось использовать специально разработанную систему условных знаков и команд, передаваемых с помощью семафоров, сигнальных флажков и ламп. Предусматривалось широкое использование в качестве средств связи мотоциклов и велосипедов.

Требования „Инструкции“ были положены в основу подготовки и ведения совместных военных действий танков, броневиков и бронепоездов при установлении советской власти в Грузии и, в частности, в боях за Тифлис в феврале 1921 года.

Для наступления на Тифлис приказом по 11-й армии была создана группа тифлисского направления под командованием М. Великанова в составе 20-й стрелковой, 12-й кавалерийской дивизий, четырех стрелковых бригад и кавалерийского полка. В распоряжении группы находился 2-й автотанковый отряд (четыре танка MK-V) под командованием С. Тапилова, 55-й автоброневой отряд (четыре бронеавтомобиля) и пять бронепоездов (№ 7, 94, 5, 77 и 61). Первое наступление, предпринятое 11-й армией 16 февраля 1921 года, была предпринята первая попытка, но атаки были отбиты грузинской армией.

Учтя недочеты и перегруппировав силы, группа Великанова 24 февраля вновь перешла в наступление. Главный удар наносился вдоль бакинской железной дороги и шоссе. Наступавшие здесь войска поддерживались группой бронепоездов, броневиками и танками.



Обслуживание танка MK-V „Рикардо“ после маневров. Московский военный округ, 1931 год. На борту видно батальонное тактическое обозначение в виде треугольника (РГАКФД).


Кадр кинохроники с маневров Красной Армии начала 1920-х годов — на переднем плане фрагмент MK-V, за ним — МК-А „Тейлор“. За последним две бронемашины „Остин“.


Красноармейцы знакомятся с устройством танка „Рено“ FT. 1927 год. Машина имеет литую башню и вооружена 37-мм пушкой Гочкиса отечественного производства (ЦМВС).

Особо тяжелые бои развернулись за Коджорские высоты, которые были хорошо укреплены грузинскими войсками. Наступление проходило в трудных климатических условиях. В 14 часов начался снежный буран, видимость резко ухудшилась.

Танковый отряд сгрузился на станции Аг-Тягля и поступил в распоряжение 78-го стрелкового полка. Начальник броневых сил 11-й армии А. Зун впоследствии писал об этом:

„Ворвались на разъезд. Противник сосредоточенным артиллерийским огнем четырех батарей встречает наши бронепоезда, последние отходят. Три раза повторялась атака. В это время пехота, воспользовавшись ослаблением огня противником, пошла вперед. В 11 часов батареи противника стихли, бронепоезда прошли разъезд Караджалар и двинулись вперед. Артиллерийский бой вывел из строя 2 орудия бронепоездов, ранив прислугу. Танковый отряд на разъезде Караджалар перешел железнодорожный путь, и двинулся на помощь 78-му стрелковому полку, который не мог продвинуться вперед и залег у речки Сасхенсис, перед кольцевыми окопами противника, занятыми юнкерами.

В 17 часов 24 февраля 3 танка второго танкового отряда — Б-5, Б-9 и танк „В чем дело“ — совместно с 78-м стрелковым полком, пройдя речку Сасхенсис, атаковали юнкеров на подступах к Тифлису. Танк Б-5 выдвинулся впереди пехоты, вошел на кольцевые окопы противника и открыл огонь с обоих бортов; уцелевшие юнкера залезли в норы. Подошедшая пехота взяла 150 живых пленных и 3 пулемета. Меньшевистский бронеавтомобиль пытался атаковать, но, увидев танки и встреченный их огнем, ушел на Сигнах. Противник бросил окопы, вооружение и беспорядочно отступил к Тифлису, преследуемый нашими танками и пехотой. Недалеко от Навтлуга танк „В чем дело“ во время ночного движения скатился с двадцатиметрового обрыва в 50° и уперся носом в речку; при падении были ранены командир отряда т. Андрушкевич и большинство команды. Два танка — Б-5 и Б-9 — утром 25 февраля достигли Навтлуга следом за отступающими меньшевиками, и были встречены восставшими железнодорожными рабочими. Почти сутки, проведенные в танках без отдыха и смены, в температуре до 50°, под действием газов от выстрелов и двигателя, не дешево дались доблестным танкистам: почти половина команды была в полуобморочном состоянии, у многих носом и горлом шла кровь. Несмотря на раннее утро, тысячи народу высыпали на улицы; танкистов и танки буквально забросали цветами“.

Следует сказать, что в приведенном фрагменте есть небольшая ошибка — Андрушкевич в то время был командиром танка, а не командиром отряда.

За мужество и отвагу, проявленные в боях за Тифлис, в 1922 году орденами Красного Знамени были награждены: командир 2-го автотанкового отряда С. Тапилов. командир танка А. Липовый, водители танков М. Шаповалов, М. Янковский, артиллеристы А. Фомин и Г. Тюженцев. В 1923 году Красное Знамя получил и бывший командир танка „В чем дело“ Н. Андрушкевич. Это были первые в Красной Армии танкисты-орденоносцы.



Маневры с участием танка МК- V „Рикардо“. Предположительно 1925 год. На машине виден двухцветный камуфляж (АСКМ).

Следует отметить, что грузинская армия тоже имела танки — два английских MK-V, привезенные англичанами (автор не располагают сведениями о том, когда танки были доставлены в Грузию). Но ввиду их плохого технического состояния, они не участвовали в боях, и в качестве трофеев достались Красной Армии. Так, 20 марта 1921 года начальник бронесил 11-й армии А. Зун телеграфировал наркомвоенмору Грузии:

„В мастерских станции Тифлис мной найден частью разобранный, со многими недостающими частями танк, английский большой типа V, № 9330. Танк был поднят и погружен на железнодорожную платформу. Танк может быть исправлен только средствами больших заводов в центре. Прошу выдать разрешение отправить танк в Москву, как дар Грузинского правительства Федеративной Республике России“.

Летом 1920 года для формирования танковых отрядов Красной Армии при Запасной автоброневой бригаде, дислоцировавшейся в Москве, создается учебный танковый дивизион. К 1 января 1921 года в РККА имелось десять танковых отрядов, правда из-за отсутствии исправной матчасти 6-й, 7-й, 9-й и 10-й отряды не имели танков. Максимальное число танковых отрядов — тринадцать — имелось в РККА на октябрь 1921 года, затем их число стало уменьшаться.

Ремонт трофейных танков был организован на Харьковском паровозостроительном заводе (ХПЗ) еще весной 1920 года, но из-за отсутствия квалифицированных кадров и запасных частей дело шло медленно. Например, на январь 1921 года в ремонте на ХПЗ находилось 20 танков, а на 3 февраля 1922 года — 29 танков и три бронированных трактора. Об этом директор завода сообщал в главное управление металлической промышленности ВСНХ:

„На Ваше предложение сообщаю, что на ХПЗ работы по ремонту танков находятся в следующем виде.

1. Закончены ремонтом, но не окрашены: № 356, 1613, 9075, 9085, 9153, 9417 — 7 шт.;

Бронированный трактор „Висконсин“ — 2 шт.

2. В ремонте: № 9003, 9050, 9141, 9275, 9300, 9340, 9418 — 7 шт;

Бронированный трактор „Клейтон“ — 1 шт.

3. Ожидают очереди: 315, 326, 328, 9034, 9040, 9074, 9098, 9159, 9303, 9324, 9353, 9373, 9416 и 3 шт. без номеров — 16 шт.“.

Для более удобного контроля за ремонтом боевых машин в начале 1921 года в Харькове сформировали отдельный запасной танковый дивизион с подчинением его Запасной автоброневой бригаде в Москве.



Танк MK-V „Рикардо“ на учениях войск Московского военного округа. Предположительно 1928 год (АСКМ).


Танк MK-V „Рикардо“ 2-го танкового отряда РККА, застрявший во время учений. 1921 год. Машина имеет двухцветный камуфляж, на борту видна красная звезда и номер — Б-5 (ЦМВС).


Танки MK-V „Рикардо“ отдельной эскадры танков на учениях. 1923 год. На фото видно четыре машины (ЦМВС).

В начале 1922 года для помощи при вспашки полей в Поволжье, где свирепствовал голод, было решено отправить два танковых отряда — 6-й и 7-й. Их специально укомплектовали личным составом, знакомым с сельскохозяйственным трудом. Для выбора типов танков, пригодных для вспашки полей, было созвано специальное совещание представителей Главного управления транспорта и бронесил. В протоколе совещания по этому вопросу говорилось:

„…Приходится признать применение таких мощных силовых единиц, как „Рикардо“ и „Тейлор“ нежелательным, ибо, принимая во внимание большой вес танков и, вследствие этого, малый процент производимой работы, расход горючего будет не пропорционален произведенной работе.

Что же касается танков меньшей мощности — „Рено“ (40 HP) — то ввиду их относительного приближения к тракторам, производство ими полевых работ может быть признано более или менее целесообразным“.

В начале марта 1922 года отряды, получившие по пять танков „Рено“ (6-й отряд „Рено-русские“, 7-й отряд — французские „Рено“), убыли в Поволжье.

Летом 1923 года самостоятельное Управление броневыми силами Красной Армии было упразднено, и его функции передали Главному артиллерийскому управлению. В связи с этим в сентябре 1923 года РВСР утвердил новые штаты автоброневых частей.

Все танковые отряды организационно сводились в Отдельную эскадру танков (введение понятия „эскадра“ обусловливалось существовавшими в то время соображениями, что танки представляют собой своеобразные „сухопутные броненосцы“ и действуют в бою подобно боевым судам), состоящую из легких и тяжелых танковых флотилий.

В состав тяжелой флотилии входило четыре тяжелых дивизиона по четыре больших танка (MK-V). Всего флотилия насчитывала 16 больших танков. Легкая флотилия состояла из трех дивизионов: легкого танкового дивизиона, имевшего шесть средних танков (МК-А), истребительного танкового дивизиона из шести малых танков („Рено“) с 37-мм пушками, дивизиона малых танков („Рено“) — шесть штук, вооруженных пулеметами. Всего в легкой флотилии имелось 18 танков — 6 МК-А и 12 „Рено“. Кроме того, каждая флотилия имела по вспомогательному дивизиону, состоящему из грузового и тракторного взводов и мастерской.



Ремонт танка „Рено“ FT. Начало 1920-х годов. Справа видна ходовая часть машины, а слева — корпус (АСКМ).


Танки MK-V „Рикардо“ проходят по Красной площади во время парада. Москва, 1 мая 1928 года. На передней машине видно батальонное тактическое обозначение в виде треугольника (РГАКФД).


Колонна танков MK-V на Красной площади. 7 ноября 1928 года. Обратите внимание, какая грязь на брусчатке площади (РГАКФД).

Танковая эскадра являлась средством усиления пехоты. Ее легкие флотилии предназначались для поддержки пехоты в наступательном бою, а тяжелая — как средство усиления при прорыве сильно укрепленной полосы.

Летом 1924 года эскадра танков была обследована специальной комиссией Московского военного округа. Результаты этого обследования командующий войсками округа К. Ворошиловым доложил заместителю председателя РВС СССР М. Фрунзе. В этом докладе отмечалось, что „отдельная эскадра танков по состоянию материальной части, по структуре и силам не отвечает нуждам Красной Армии, по постановке учебного дела не может быть признана удовлетворительной“.

В июне 1924 года на всеармейском совещании командного состава артиллерии обсуждались вопросы по реорганизации броневых сил. Одни считали необходимым сохранить эскадру, возложив на нее задачи по подготовке личного состава, формированию танковых частей, а также сделать ее „центром изучения танкового дела и производства различных испытаний“. При центре предполагалось иметь танковое техническое бюро для конструирования, создания новых образцов техники и производства опытов.

Начальник штаба танковой эскадры П. Гейнрихс предлагал на ее базе сформировать отдельную дивизию танков, куда свести все наличные танковые силы.

Обсудив возможные варианты, РВС СССР в сентябре 1924 года принял решение о переводе танковых частей на полковую организацию. В связи с этим, эскадра была расформирована и на ее базе сформировали отдельный танковый полк, состоящий из двух батальонов — кадрового и учебного. Всего в полку было 356 человек и 18 танков (больших, средних и малых). Оставшиеся танки находились на консервации и служили базой для развертывания танковых частей в военное время. В 1925 году в штат полка был включен третий танковый батальон, а в каждый батальон еще по одной (третьей) роте.



Танки MK-V разворачиваются для „атаки“ во время маневров. Белорусский военный округ, 1922 год (АСКМ).


Подготовка к очередному этапу учений, 1928 год. Справа видны два танка MK-V, за ними — „Рено“ (АСКМ).

Примерно в это же время принимается единая система тактических обозначений для танков. Она представляла собой равносторонний треугольник, в которой был вписан круг, в который, в свою очередь, вписывался квадрат. Цвет треугольника соответствовал номеру батальона, круга — номеру роты и квадрата — номеру взвода (первый — красный, второй — белый, третий — черный). Танк командира батальона имел сплошной треугольник соответствующего цвета, а командира роты — треугольник с вписанным кругом. Номер машины во взводе наносился римскими цифрами (I, 11 или III) в квадрате.

В 1927 году, с началом серийного производства танков МС-1 и формированием новых танковых частей, „рикардо“, „тейлоры“ и „Рено“ еще какое-то время эксплуатировались в войсках параллельно с новыми машинами. Так, по состоянию на 1 октября 1930 года в 3-м танковом полку под командованием Коханского числилось 19 танков „Рикардо“ и 47 МС-1. Это были последние из находившихся в войсках машин времен гражданской войны.

В 1929 году систему тактических обозначений упростили: теперь она состояла из окружности, цвет которой соответствовал номеру батальона (1-й — красный, 2-й — белый, 3-й — желтый), внутри которой наносился номер роты и взвода (в виде дроби числитель/знаменатель соответственно), а рядом с кругом — большая цифра номера танка во взводе.



Танк MK-V „Рикардо“, вид спереди. Маневры Белорусского военного округа, 1925 год. Хорошо видна батальонная тактическая эмблема в виде треугольника, нанесенная на лобовом листе машины (АСКМ).

Согласно „Справке о наличии танков старых систем“, на 30 января 1931 года в РККА имелось следующее количество машин периода Гражданской войны:

„Рикардо“:

1. Отдельный учебный танковый полк — 12 шт.

2. Склад № 37–28 (из них 6 на ходу).

3. Бронекомандные курсы — 1 шт.

4. Военно-техническая академия — 1 шт.

5. Орловская танковая школа — 1 шт.

6. Научно-испытательный полигон — 1 шт.

Всего 44 шт. (из них 9 шт. по Постановлению РВС с вооружения сняты).

Примечание. Из числа „Рикардо“, находящихся на складе, необходимо выдать 5 шт. полигонам и частям.

„Тейлор“:

1. Склад № 37 — 8 шт.

2. Военно-техническая академия — 1 шт.

3. Орловская танковая школа — 1 шт.

4. Бронекомандные курсы — 1 шт.

5. 11-я авиабригада — 1 шт.

Всего 12 шт. (с вооружения сняты).

Примечание. Из числа „Тейлор“, находящихся на складе № 37 необходимо выдать 8 шт. полигонам и частям.

„Рено“-русский:

1. Бронекомандные курсы — 1 шт.

2. Гражданские ВУЗы — 9 шт.

3. 2-й танковый полк — 1 шт.

4. Военно-техническая академия — 2 шт.

5. Орловская танковая школа — 1 шт.

6. ВЭО ЦЛПС. - 1 шт.

Всего 15 шт. (с вооружения сняты).

„Рено“ — французский:

1. Гражданские ВУЗы — 1 шт.

2. Орловская танковая школа — 1 шт.

3. Осоавиахим — 5 шт.

4. 11-я авиабригада — 1 шт.

5. Научно-испытательный полигон — 1 шт.

6. Склад № 37-3 шт. (из них один для обучения начсостава).

Всего 13 шт. (с вооружения сняты).

Примечание. Из 3 шт. „Рено“ — французский, находящихся на складе, необходимо выдать полигонам и частям — 2 шт.».



Колонна танков MK-V «Рикардо» проходят по Красной площади. 1 мая 1928 года. До стройных колонн боевых машин парадов 1930-х годов первым советским танкистам еще далеко… (АСКМ).

Последней точкой в карьере танков времен гражданской войны стал 1938 год. В марте этого года народный комиссар обороны СССР К. Ворошилов утвердил представленный ему на рассмотрение начальником Авто-бронетанкового управления РККА Д. Павловым документ следующего содержания:

«В РККА имеются устаревшие танки разных типов — опытные образцы отечественного производства, образцы, купленные за границей и трофейные. Из них:

„Рикардо“ — 15 шт.

Т-18 — 862 шт.

„Виккерс 12-тонный“ — 16 шт.

Т-24 — 24 шт.

„Рено“ — 2 шт.

Т-33 — 1 шт.

„Карден-Ллойд“ — 4 шт.

Т-41 — 8 шт.

Т-34 — 1 шт.

Все эти танки не на ходу, без вооружения, хранятся на окружных и центральных складах и войсками не используются.

Эти танки считаю необходимым использовать следующим образом:

1. „Рикардо“ в количестве 14 штук передать по два городам: Смоленску, Ростову-на-Дону, Харькову, Ленинграду, Киеву, Ворошиловграду и Архангельску для использования их как исторических памятников гражданской войны.

2. Сосредоточить на НИИБТ полигоне и хранить как музейные экспонаты: „Рикардо“ — 1 шт.

Т-18 — 2 шт.

„Виккерс 12-тонный“ — 1 шт.

Т-24 — 2 шт.

„Рено“ — 2 шт.

Т-33 — 1 шт.

„Карден-Ллойд“ — 2 шт.

Т-41 — 2 шт.

Т-34 — 1 шт.»

Однако реально было установлено только 11 танков. В Смоленске два МК-V (один из них № 9146 захваченный в Грузии в 1921 году) разместили перед Успенским собором, в котором в 1930-х годах разместился антирелигиозный музей. В 1942 году немцы вывезли оба смоленских танка в Берлин, где их установили перед музеем Цехгауз в качестве памятника побед Германии в Первой мировой войне. Есть фото этих машин, сделанные после взятия Берлина Красной Армией в мае 1945 года.

В Киеве один MK-V установили в сквере напротив Художественного музея, на пересечении Музейного переулка и улицы Кирова (сейчас Грушевского). Вторая машина (№ 9436) стояла на Контрактовой площади. Данные об их судьбе розняться. По одним сведениям, обе машины вывезли немцы, по другим — сдали в металлолом после войны.



«Рено» FT проходят по Красной площади во время парада. Москва, 7 ноября 1930 года. Обратите внимание, что все машины вооружены 37-мм пушками Гочкиса. Слева виден итальянский танк «Фиат 3000», купленный на средства польских коммунистов. В Красной Армии эта машина получила собственное имя «Феликс Дзержинский» (РГАКФД).

В Ростове-на-Дону два танка установили у здания Ротонды около северного входа в городской парк. Обе машины сдали в металлолом в 1948 году.

Два MK-V (№ 9344 и 9186, бывший «Дерзкий» 1-го танкового отряда Русской армии), размещенные в Ворошиловграде (ныне Луганск) сохранились до наших дней. В 2007 году обе машины были отреставрированы, и сейчас установлены на ул. Тараса Шевченко в сквере имени М. Матусовского.

В Архангельске установили лишь один MK-V № 9303. Машина «дожила» до наших дней, и в 2006–2010 годах была проведена ее реставрация на Машиностроительном предприятии «Звездочка» в Северодвинске (автору книги посчастливилось принять участие в подготовительном этапе реставрации). В 2011 году машину установили в центре Архангельска, на Троицком проспекте. Для защиты от осадков танк поместили в специальный стеклянный футляр. Кстати, архангельский «Рикардо» — единственный в мире сохранившийся экземпляр этой машины в варианте «самка» (только пулеметное вооружение).

В Харькове также установили два MK-V, один из которых находился на Пролетарской площади. Эта машина до наших дней не сохранилась. Место, на котором перед войной размещался второй танк, автору не известно. Сейчас он установлен на площади Конституции. В 2012–2013 годах машина прошла реставрацию.

Еще один экземпляр танка MK-V, захваченного Красной Армией в годы гражданской войны, в настоящий момент находится в экспозиции Военно-исторического музея бронетанкового вооружения и техники в подмосковной Кубинке. Там же стоит и один «Рено» FT. Таким образом, на территории бывшего СССР сохранилось шесть трофейных танков времен Гражданской войны.

Кроме того, имеются три копии танка «Русский Рено», выполненные в натуральную величину, установленные на территории Ижорского завода (в С.-Петербурге), завода «Красное Сормово» (в Нижнем Новгороде) и музея в Кубинке.

Несколько лет назад нашлись еще четыре «Рено» FT, которые были трофеями Красной Армии. История их довольно интересна.

В свое время в столице Афганистана, Кабуле, был военный музей, около которого, среди прочего, стояли четыре танка «Рено». Эти машины в 1923 году были подарены советским правительством королю Афганистана Аманулле-хану. Причем все они были трофеями, захваченными Красной Армией у поляков в 1920 году. После того, как в стране началась гражданская война, музей пришел в упадок, и до экспонатов никому не было дела. Но после введения Международных сил содействия безопасности, машинами заинтересовались американцы и французы — первые вывезли две, а вторые — один танк. В 2012 году, после длительных переговоров с афганским правительством, еще один «Рено» отправился в Польшу.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.193. Запросов К БД/Cache: 0 / 0