Главная / Библиотека / Танки в Гражданской войне /
/ Танки на Севере России

Глав: 15 | Статей: 15
Оглавление
«Мы мирные люди, но наш бронепоезд…» — эти слова из знаменитой песни «Каховка» давно стали «крылатыми». Однако в ожесточенных боях 1920 года за Каховский плацдарм активно участвовали не только бронепоезда и бронемашины, но и танки. А впервые новое «чудо-оружие» появилось в России полутора годами раньше, когда в составе французских экспедиционных войск в Одессе высадились двадцать «Рено» FT-17. Британские Mk.V и Мк.А «Уиппет» поставлялись деникинцам с весны 1919 г. И хотя в условиях маневренной Гражданской войны танки не могли применяться так же массово, как в позиционных сражениях на Западном фронте Первой Мировой, новые боевые машины провели ряд успешных боев в Донбассе и под Царицыным. По воспоминаниям «белых»: «Наше командование не зря придавало этому новому и грозному средству борьбы чрезвычайное значение. Когда первые танки врезались в неприятельское расположение и стали уничтожать красные цепи, разразилась полная паника. Весть о появлении танков быстро разнеслась среди большевистских войск и лишила их всякой сопротивляемости. Ещё издали, завидя танки, большевики немедленно очищали свои позиции и поспешно отходили. Пробивая путь этими чудовищами, наша пехота и конница быстро и без особых потерь очистила Донецкий бассейн…».

Интересна история появления танков у амурских партизан — украденные у американцев во Владивостоке, «Рено» применялись в боях под Читой, а затем и во взятии Волочаевки. Так что другая знаменитая песня Гражданской войны «Разгромили атаманов, разогнали воевод, и на Тихом океане свой закончили поход» имеет отношение и к трофейным «красным» танкам.

В новой книге ведущего историка бронетехники вы найдете исчерпывающую информацию о боевом применении танков всеми участниками Гражданской войны, начиная с января 1919-го и заканчивая операцией против Грузии в 1921 году, а также о послевоенной службе этих машин в Красной Армии и их судьбе вплоть до Великой Победы. Коллекционное издание на мелованной бумаге высшего качества иллюстрировано сотнями эксклюзивных фотографий.
Максим Коломиецi

Танки на Севере России

Танки на Севере России

29 августа 1919 года в Архангельск из Великобритании на пароходе «Kildonan Castle» доставили шесть танков. Машины разгрузили, и в первых числах сентября отряд, под командованием майора Льюиса Брайна, разместили в Архангельске и ближайших окрестностях.

Следует сказать, что к моменту прибытия танков в Архангельск уже было принято решение об эвакуации английских и союзных войск с Русского Севера. Поэтому не совсем понятно, для чего английскому командованию потребовались танки. Вероятнее всего, что генерал лорд Роулинсон, руководивший эвакуацией и имевший неограниченные полномочия, затребовал боевые машины для прикрытия отправки войск из Архангельска. Это подтверждается и пунктами дислокации танков, утвержденными на совещании союзного командования вскоре после разгрузки боевых машин.



Танк MK-V № 9085 в Архангельске. Сентябрь 1919 года. Обратите внимание, что левый орудийный спонсон убран внутрь корпуса (ИГ).

Так, один танк должен был находиться в центре Архангельска, «чтобы прикрыть финальную посадку войск на суда, а также, чтобы участвовать в парадах для поддержания морального духа защитников и местного населения». Две машины разместили для прикрытия складов и причалов в Соломбале, Бакарице и Экономии. Еще два танка (MK-V и МК-В) передали для обучения русских экипажей.

Курсы для подготовки русских танкистов организовали на базе Архангельской пулеметной школы. Личный состав (10 офицеров и 24 нижних чина) поступил из различных частей Северной армии, преподавателями были английские офицеры и сержанты. На все обучение отводилось менее месяца.

25 сентября 1919 года командующий Северной армией генерал Е.К. Миллер приказал «принятые от Союзного командования танки включить в состав 1-го Автомобильного дивизиона». Из этих двух танков MK-V и МК-В сформировали танковое отделение дивизиона. Правда, временный штат отделения утвердили только 30 октября 1919 года. По этому штату оно включало два танка (в документах именовались как «большой» и «малый»), 12 офицеров и 24 солдата и унтер-офицера. Командиром отделения назначили подполковника В.И. Короткевича. Следует сказать, что этот офицер являлся знатоком автоброневой техники — в годы Первой мировой войны он возглавлял автомобильную часть военного отдела русской правительственной комиссии в Англии (комиссия занималась закупкой для русской армии автомобилей и бронемашин. — Прим. автора). Короткевич прекрасно знал английский язык, что в значительной степени упрощало процесс подготовки русских танковых экипажей.

26 сентября 1919 года английское командование во главе с генералом Роулинсоном провело смотр русских танковых экипажей — машины продемонстрировали в движении, а также провели стрельбы из танкового вооружения.



Английские танки в Архангельске — справа на переднем плане МК-В, слева вдали — MK-V № 9085. Сентябрь 1919 года (ИГ).

Следует сказать, что к этому времени эвакуация английских войск из Архангельска была практически завершена — в ночь на 27 сентября 1919 года последние союзные корабли покинули город. Англичане забрали с собой четыре танка, оставив Северной армии две машины, на которых учились русские экипажи: MK-V № 9085 и МК-В № 1613.

28 сентября 1919 года танки убыли в район станции Плесецкая (в документах того времени это направление часто именовалось как Железнодорожный фронт. — Прим. автора). Первые бои они провели 4–6 октября: в документах белых сообщается, что «значительную поддержку в этих боях оказал танк, наводящий страх на большевиков». Причем здесь действовал МК-В — в условиях малого количества дорог и болотистой местности он оказался более предпочтительным, чем тяжелый MK-V.

В документах 18-й стрелковой дивизии Северного фронта красных о первом применении танков сказано следующее:

«Противник имеет 3 танка, из которых один участвовал в боях на железнодорожном направлении, при чем получил повреждение от нашего артогня, а также был убит и командир этого танка. Два других танка находятся на ст. Емца. Первое появление танка 4-го октября».

Здесь следует дать пояснение — в качестве третьего танка ошибочно засчитан гусеничный трактор «Ruston», который имелся в составе танкового отделения белых. Что касается командира, то тут все верно — в бою 4 октября 1919 года действительно погиб командир МК-В подпоручик В. Томара.

Несколько дней спустя сведения о танках появились в разведсводках 6-й армии красных:

«Зарегистрированный на железнодорожном фронте танк вооружен, по одним сведениям, 3 ор. 3 дм и 6 пулеметами, по другим 2 ор. 3 дм. и 8 пулеметами».

Учитывая, что до этого никто танков не видел, да и определить на глаз количество пулеметов и орудий, а также их калибр вряд ли представлялось возможным, сведения можно считать близкими к реальности. Тем более, что через несколько дней в разведсводке указаны уже более правдоподобные сведения — «танк с 8 пулеметами и 2 пушками».



Английские офицеры у танка MK-V № 9085 после его выгрузки в Архангельске. Сентябрь 1919 года. Спонсон убран внутрь для удобства транспортировки, на крыше корпуса видно запасное ведущее колесо (ИГ).

11 октября 1919 года белые взяли стратегически важную станцию Плесецкая, и продолжили наступление. В боях их пехоту поддерживали танки, но не всегда удачно — красные уже не боялись «стальных чудовищ», встречая их огнем артиллерии. В результате, 17 октября одна машина была подбита и едва не попала в руки противника. В оперсводке 18-й стрелковой дивизии, датированной 21.00 17 октября говорилось следующее:

«В 14 час. пр-к открыл сильный артогонь по участку 8 версты дороги Дениславская — Плесецкая, и в 15 час. 45 мин. цепи пр-ка с одним танком, который двигался впереди цепей, перешли в наступление. Огнем нашей артиллерии танк был подбит, и остановился, пехота пр-ка приостановила наступление. Высланная разведка установила, что танк брошен прислугой, а цепи противника отошли».

Однако вскоре экипаж танка исправил повреждение, которое, скорее всего, было не очень серьезным, и вывел машину в тыл. В переговорах по прямому проводу штаба 18-й стрелковой дивизии и штаба 6-й армии сказано, что в «течение ночи пр-к видимо танк исправил и увез». Сложно сказать, какая машина участвовала в том бою — МК-В или MK-V, сведений об этом найти не удалось. Но вероятнее всего, это был МК-В.

К 29 октября 1919 года танковое отделение в полном составе вернулось с фронта в Архангельск для ремонта машин и отдыха. И лишь 25 ноября обе машины вновь отправились на фронт. Через три дня один из танков участвовал в бою, поддерживая наступление белых вдоль дороги Дениславское-Наволок. Видимо, машины действовали поодиночке — во всяком случае, в документах не попадаются данные о том, что в бою участвовало сразу две машины. Например, в оперсводке белых от 30 ноября 1919 года сказано:

«Наше наступление в Наволоцком направлении продолжается. Обошедший наши наступающие части отряд противника был рассеян блестящей работой танка. Во время атаки на Наволок под танком взорвался фугас, но танк не получил никаких повреждений, и продолжал дальнейшую работу».



Танкисты в Архангельске около своих боевых машин. Сентябрь 1919 года. На переднем плане MK-V № 9085, за ним МК-В. Танки в стандартной британской окраске с белокрасными полосами на передней части бортов (ЦМВС).

Интересно, что упоминаемый в документе фугас является, видимо, первой во время Гражданской войны попыткой борьбы с танками при помощи мин. Части 18-й стрелковой дивизии красных, имея сведения о танках от разведки, провели минирование дороги перед своими позициями. Всего было установлено 8 фугасов, каждый из которых представлял собой мешок с 8 кг пироксилина, в котором устанавливался детонатор с проводами, соединенными с подрывной машинкой «Сименс».

Кстати, упомянутый эпизод с попыткой подрыва произошел 29 ноября, и об этом есть сообщение в оперсводке 18-й стрелкой дивизии красных, составленной в тот же день в 21.00:

«Около 13 час. 30 мин. начал продвигаться по дороге над. Наволок танк, позади которого были видны густые цепи пр-ка. Когда танк подошел к нашим минным заграждениям, был взорван первый фугас, после чего танк, отойдя немного назад, открыл сильный пулеметный огонь по нашему расположению. После 10-минутной стрельбы танк вновь начал продвигаться вперед. Около второго фугаса из танка выскочило несколько человек с ножницами, в это время фугас был взорван, но и второй разрыв не причинил вреда танку, и он продолжал движение. Наша артиллерия открыла огонь по танку и цепям пр-ка, и заградительный перед нашей позицией. Не доходя шагов 800 до окопов у д. Наволок, танк остановился и открыл пулеметный огонь, пехота же пр-ка стала распространяться на север».

После 29 ноября 1919 года танки в оперсводках 18-й стрелковой дивизии красных не упоминаются. Однако они продолжали участвовать в боях. Например, в наградном листе на подпоручика В. Саханского, содержится следующая информация:

«В бою 7 декабря на железнодорожном фронте, будучи командиром большого танка, он довел его через лес без дороги до укреплений противника, и когда танк сел на пень вышел из танка и, руководя работами под пулеметным огнем противника, снял танк с пня и благополучно довел до наших окопов».

В середине декабря 1919 года наступили сильные морозы, и активные боевые действия на фронте прекратились. Видимо вскоре после этого танки были оттянуты на станцию Плесецкая, и участия в боях больше не принимали. Во всяком случае, по данным разведки 18-й стрелковой дивизии красных, на 21 января 1920 года обе машины находились на станции, где стояли погруженные на железнодорожные платформы. В начале февраля танки вывезли в Архангельск, а 11 февраля 1920 года станция Плесецкая была взята частями Красной Армии.



Танк MK-V № 9085 готовят к погрузке для отправки на фронт. Сентябрь 1919 года. Правый спонсон у этой машины был пулеметным (РГАКФД).

Как видно из приведенных документов, командование Северной армии белых применяло танки довольно активно. Однако их использование на Севере сильно ограничивалось — они могли применяться лишь вдоль дорог, а лесисто-болотистая местность сильно ограничивала их маневр и проходимость. Да и наличие единственной в том районе железной дороги не позволяло танкам действовать в сильном удалении от нее. Кроме того, части 18-й стрелковой дивизии красных, быстро привыкнув к «стальным диковинкам», стало довольно умело противопоставлять танкам огонь артиллерии, а также фугасы. В результате, действия боевых машин если и были успешными, то успех этот носил довольно локальный, тактический характер.

Дальнейшая судьба танков Северной армии была достаточно короткой. С 17 февраля 1920 года танки находились в центре города. 19 февраля один из них (MK-V) двинулся к Соборной пристани для погрузки на пароход. Однако сделать это не удалось, и машина была оставлена экипажем, который эвакуировался на яхте «Ярославна».

Танк МК-В сопровождал командующего Северной армией генерала Е. Миллера до ледокола «Козьма Минин», на котором тот эвакуировался. В книге Б. Соколова об этом говориться следующее:

«Полное утро. Скоро 9 часов. Медленно раскачивается „Минин“, расталкивая двинский лед.

— Стойте, стойте!

На пристани появились танки. Из них выскочила группа офицеров. Это забытые танкисты, узнавшие об эвакуации только сейчас.

На „Минине“ начинается обсуждение, возвращаться к пристани или уезжать:

— Надо спешить! Каждая минута дорога.

Кто-то говорит: „Как бы танкисты не открыли пальбу по нам“.

Наконец решено причалить. Снова подплываем к пристани, и забираем группу танкистов».

21 февраля 1920 года оба танка — МК-В и MK-V, стоявшие на Соборной пристани Архангельска, в полной исправности достались вошедшим в город частям Красной Армии. На этом закончилась история танков на Севере России в Гражданскую войну.



Танк МК-В после боев. Станция Плесецкая, октябрь 1919 года. Обратите внимание на грязь, залепившую борта машины (РГАКФД).

Хочется обратить внимание на один интересный момент — судя по фотографиям, обе машины были перекрашены в зимний белый камуфляж. Скорее всего, это было сделано еще белыми в конце 1919-го или начале 1920 года. Во всяком случае, на фотографиях трофейных машин в Архангельске, сделанных в марте 1920 года, это хорошо видно.

По распоряжению инспектора броневых частей 6-й армии Прибыткова оба танка отправили в Москву в распоряжение Запасной автоброневой бригады. Любопытная деталь: в документах Красной Армии МК-В проходит как «танк с мотором „Кросслей“», хотя по английским данным на МК-В ставились двигатели «Рикардо».

Два слова хочется сказать о судьбе остальных танков — два МК-В и один MK-V, которые были эвакуированы англичанами из Архангельска в 1919 году. Их доставили в Латвию, в армии которой они использовались до середины 1930-х годов.

Оглавление книги


Генерация: 0.135. Запросов К БД/Cache: 0 / 0