Глав: 31 | Статей: 36
Оглавление
В январе 1900 г. Главный Корабельный инженер Санкт-Петербургского порта Д.В. Скворцов представил в МТК проект броненосца, во многом опрокидывавший прежние представления об этом классе боевых кораблей. По водоизмещению —14 000 т — новый корабль существенно превосходил строившиеся тогда эскадренные броненосцы типа "Бородино", выше (на 1 узел) была и 19-узловая скорость, и совсем иное (16 203-мм пушек в восьми башнях) предлагалось вооружение. Проект был составлен по заданию великого князя Александра Михайловича. В чине капитана 2 ранга он командовал на Черном море броненосцем "Ростислав" и по своему великокняжескому положению мог позволить себе любую, даже экстравагантную инициативу.

22. Сверяясь с курсом дредноутов

22. Сверяясь с курсом дредноутов

К лету 1915 г. флот в своей оперативной самостоятельности достиг того, что никак не удавалось в пору командования Н.О. Эссена. Как записывал 30 июля И.И. Ренгартен, князю (М.Б. Черкасскому — P.M.) каким-то чудом, при большой поддержке Типольта, удалось 28-го уговорить Канина просить главнокомандующего Н.В. Рузского "разрешить располагать двумя дредноутами для выхода с ними в море". Новый главнокомандующий ("искра Божия, в глазах" — И.И. Ренгартен) внял доводом о необходимости для флота оперативной свободы. Отныне на выход в море двух дредноутов испрашивать высочайшее соизволение не требовалось. Разрешилось также для придания должной устойчивости крейсерских и заградительных операций применять и линейные корабли старых типов. Этой перемене предшествовала большая мобилизация сил флота. 24 июля походный штаб был переведен на "Петропавловск", который поднял флаг командующего флотом. В тот же день по флоту было дано радио: к 10 часам утра 1-й и 2-й бригадам линейных кораблей и 1-й бригаде крейсеров приготовиться к походу. Пары для полного хода.

Немцы в этот день, то ли вызывая русских на бой, то ли предостерегая от выхода, прислали в русские воды подводную лодку, которая ничуть не таясь, в надводном положении занималась обстрелом из орудий постов связи и маяков Бенгшер и Оденсхольм. После ответного огня с Оденсхольма из пулемета лодка спешно погрузилась. Возможно, это была разведка — заставить выдать себя русские батареи.

На "Андрее Первозванном", как и на всех других кораблях люди горели "west''-овым настроением, то есть готовностью дать немцам отпор. Это выражение в отличии от презираемого "ost''-ового настроения родилось в результате зимних военно-морских игр, где отступление на ost под давлением превосходящих сил противника называли, используя девиз пруссаков, "drang nach Osten", поясняя, drang — от слова "удирать". Удирать никто не хотел, и казалось, что флот, наконец, преодолеет затянувшееся осторожное выжидание и отважится на прямой отпор разгуливавшему по всему Балтийскому морю противнику. Маневры прошли с большим подъемом, все действовали в строгом соответствии с инструкциями и составленным в штабом приказом о бое. Общее воодушевление вызвали дредноуты, которые лихо, со скоростью 19 уз. заняли свои места на центральной позиции, а затем также впечатляюще, доведя скорость до 22 уз. совершили бросок в квадрат 089 — между банкой Кальбодегрунд и о. Кокшер. Но "west"-овые настроения пришлось отложить. Радиоразведка И.И. Ренгартена и полученный им от англичан бесценный подарок — позывные германских кораблей — с определенностью подтверждали присутствие у русских берегов 1-й (дредноутной) эскадры "Остфрисландов" и 1-й эскадры — "разведочный отряд" — линейных крейсеров во главе с "Мольтке". "И их, — приходилось признать И.И. Ренгартену, — было слишком много для двух "Севастополей". Выход отменили.

Утром 11 августа два дредноута и два крейсера грузили уголь в Ревеле. Сюда же вызвали два других дредноута, которые 10 августа, также, видимо, для маскировки операции отделились от бригады и ушли в одну из южных бухт. Теперь они все соединились в Ревеле. Утром 13 августа отряд Л.Б. Кербера вышел в Лапвик. Здесь приняли условное радио "Байкал", означавшее начало операции по перехвату немецких додредноутов предстоящей ночью, в 14 часов корабли пошли в Эрэ. В 2 часа ночи от отряда по направлению к Ирбену отделились крейсера. Дредноуты продолжали спускаться курсом на юг до ширины ниже Виндавы. Осмотрели море к западу от Ирбена, но противника нигде не встретили. И.И. Ренгартен по возвращении записывал: "Все время царило чудесное настроение, и многие высказывали сильнейшее желание встретить неприятеля и завязать бой". Но немцы успели благоразумно скрыться.



Фор-трал "Андрея Первозванного” опущен в воду

Не лишним было бы участие в экспедиции "Андрея Первозванного" и "Императора Павла 1", чья артиллерия могла бы решить судьбу "Дойчландов" и "Брауншвейгов" из дивизии контр-адмирала Гопмана. Крайне требовалось спасительная разрядка для экипажей кораблей, вынужденных всю войну лишь готовиться к бою, но лишенных возможности хотя бы один раз в бою участвовать. Период ухода германского флота из Балтийского моря представлял кораблям реальную возможность проявить себя в море. Даже на зыби они при поддержке дредноутов могли бы многое сделать, но "west''-овое настроение, которым горели экипажи кораблей, в штабе было не всеобщем. И так рисковать, как это мог Н.О. Эссен, новый командующий не решался.

Между тем недовольство по этому поводу начало проявляться в организованных подпольными группами стихийных актов неповиновения и "пищевых" беспорядков. Так произошло 23 октября на "Гангуте", а вскоре и на "Императоре Павле I". "Команды устали от бездействия и бесконечного сидения на кораблях и под влиянием пропаганды с берега начались волнения. Во время войны, когда для успеха дела требуется полное напряжение всех сил страны, это явление, разлагающее военную организацию, является началом гибели всего" (Г. Граф). И эту опасность командующий флотом и его штаб обязаны были предвидеть.

Но реальным уделом кораблей продолжали оставаться лишь учения и маневры. 4 октября 1915 г. в море были выведены особо крупные силы (Ренгартен, л. 234). Синюю сторону представляли дредноуты "Петропавловск", "Гангут" и "Полтава" ("Севастополь", выбыл из строя на ремонт на 2 месяца), "Рюрик", миноносцы. На красной стороне были "Андрей Первозванный", "Император Павел I", крейсер "Аврора", заградитель "Амур". Как записывал И.И. Ренгартен, отрабатывался "бой на кормовом курсовом угле с прорывающимся через центральное заграждение противником". В этом маневре новый (с сентября 1915 г.) флагманский артиллерист Н.И. Игнатьев и главный оператор штаба князь М.Б. Черкасский проверяли свои расчеты оптимальной схемы ведения боя.

Главной заботой оставался Финский залив и совместная отработка линейными кораблями обороны у центрального заграждения. Тактику этой обороны совместными усилиями Н.И. Игнатьева и М.Б. Черкасского удалось весьма оживить и более оживленными стали последующие маневры.

7 октября их повторили в прежнем составе, а 13 октября к "синим" отошли "Рюрик","Полтава", "Гангут", "Петропавловск", "Андрей Первозванный", "Император Павел I". Красными были "Аврора", "Диана", "Амур". После маневров для практики перешли в Ревель. Задачи маневрирования повторили 15 октября. Флот, физически ощутив мощь дредноутов и живую струю мысли и творчества, исходившую из штаба, ощущал подъем, схожий с тем, какой в Порт-Артуре был вызван вступлением в командование С.О. Макарова.

Так или иначе, но и в эти, и в последующие дни, месяцы и годы войны офицерам и, наверное, также и части матросов "Андрея Первозванного", приходилось, наблюдая за таинственными приготовлениями и перемещениями дредноутов, только мечтать о том, чтобы на счетчиках лагов их корабля невыразительные двузначные цифры коротких миль местных переходов сменились бы трехзначными, а курсы и путь их корабля совпали бы с курсом и путем дредноутов. Мечты эти оказались несбыточными. Дредноутам доставалась слава смелых походов в море, на них было обращено внимание штаба и командующего флотом.

Свое назначение имели "Слава" и "Цесаревич" встретившиеся 1916 г. в Моонзунде. Но назначение "Андрея Первозванного" оставалось неопределенным.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.054. Запросов К БД/Cache: 0 / 0