Глав: 10 | Статей: 92
Оглавление
The Rise and Fall of the German Air Force 1933-1945

Их асы по праву считались лучшими в мире.

Их истребители господствовали над полем боя.

Их бомбардировщики стирали с лица земли целые города.

А легендарные «штуки» наводили ужас на вражеские войска.

Военно-воздушные силы Третьего Рейха — прославленные Люфтваффе — были такой же важной составляющей блицкрига, как и танковые войска. Громкие победы Вермахта были бы в принципе невозможны без авиационной поддержки и воздушного прикрытия.

До сих пор военные эксперты пытаются понять, каким образом стране, которой после Первой мировой войны было запрещено иметь боевую авиацию, удалось не только в кратчайшие сроки построить современные и эффективные ВВС, но и долгие годы удерживать господство в воздухе, несмотря на подавляющее численное превосходство противника.

Эта книга, изданная британским Воздушным министерством в 1948 году, буквально «по горячим следам» только что закончившейся войны, была первой попыткой осмыслить ее боевой опыт. Это — подробный и в высшей степени компетентный анализ истории, организации и боевых операций Люфтваффе на всех фронтах — Восточном, Западном, Средиземноморском и Африканском. Это — увлекательный рассказ о стремительном взлете и катастрофичном падении военно-воздушных сил Третьего Рейха.

Блицкриг наоборот: советские войска переходят в наступление (август 1943 года — май 1944 года)

Блицкриг наоборот: советские войска переходят в наступление

(август 1943 года — май 1944 года)

Советское наступление на Днепре (август — декабрь 1943 года)

Теперь необходимо вернуться к описанию боев в Советском Союзе и проследить ход операций на этом фронте после августа 1943 года, когда провал последней крупной попытки немецкого наступления на Востоке вызвал изменения, рассмотренные выше. На протяжении последних четырех месяцев 1943 года на Восточном фронте преобладали те же факторы, которые определили исход борьбы на завершающем этапе боев на Курском и Орловском выступах, а именно — численная слабость немцев и стратегическая инициатива советского командования. После неудачи под Курском немецкая авиация продолжала вести упорные оборонительные бои на рубеже вдоль Донца. Однако силы ее были очень растянуты, и с переходом инициативы в руки советской авиации немцы вынуждены были довольствоваться временными решениями, перебрасывая части с одного участка фронта на другой в зависимости от давления со стороны противника. У немцев не было практически никаких резервов.

Основные их силы, насчитывавшие около 900 самолетов, на начальном этапе были все еще сосредоточены в районе Харькова и южнее двумя группировками, из которых одна была обращена на восток, прикрывая линию Сталино — Таганрог, а другая — на северо-восток, препятствуя наступлению советских войск в направлении Днепра через Харьков и Полтаву. После падения Харькова и эвакуации аэродромов под Харьковом 23 августа части, дислоцировавшиеся в этом районе, были направлены на аэродромы в районах Днепропетровска, Кременчуга и Миргорода для защиты оборонительного рубежа по Днепру. Однако сосредоточение усилий на юге, хотя оно и было необходимо, если немцы рассчитывали удержать Крым и сухопутные подходы к нему по побережью Азовского моря, означало опасное ослабление северного фланга огромного выступа на Украине, чем тут же воспользовалось советское командование. Воздушная разведка позволила советскому командованию нащупать слабое место (а также обнаружить слабость танковых частей на этом участке) и соответствующим образом спланировать свои наступления. Наступление достигло пика в сентябре, когда непрерывное давление позволило, наконец, сломить сопротивление немцев в Донбассе.

27 и 28 августа советские войска заняли весь район между Сталино и Таганрогом, вынудив противника усилить IV авиакорпус (которому был поручен самый южный участок фронта) за счет VIII авиакорпуса, прикрывавшего участок Полтава — Харьков. Однако эти подкрепления не успели предотвратить потерю Таганрога, оставленного 30 августа. Между тем после освобождения Харькова советские войска наметили новое наступление в юго-западном направлении из района Орла на Конотоп. Для люфтваффе это означало необходимость перебросить дополнительные силы, оставив практически без воздушного прикрытия прилегающий участок от Киева до Чернигова. Таким образом, постепенная концентрация авиации непосредственной поддержки наземных войск на юге приводила к ослаблению центрального направления, где на участок фронта протяженностью 550–650 км приходилось всего около 500 самолетов, из которых немалую часть составляли разведчики и авиация взаимодействия с наземными частями. Как следствие, советское наступление на этом участке фронта практически не встретило сопротивления в воздухе, и 17 и 25 сентября советские войска вошли соответственно в Брянск и Смоленск.

Положение в воздухе на Востоке в течение октября, когда советские войска, захватившие в начале месяца плацдармы за Днепром, начали крупное наступление с целью освобождения бассейна Днепра, практически не менялось. Примерно в течение недели, начиная с 20 октября, люфтваффе активно действовали против советских войск, наступавших от Кременчуга (на Днепре) в направлении Кривого Рога. Для выполнения этой задачи были выделены все дальние бомбардировщики с южного направления. Многие части совершали в день по два вылета в этот район и еще один на Киевский участок в 280 км севернее, и едва ли можно усомниться в том, что именно столь активная воздушная поддержка (около 1200 вылетов в сутки в течение 4–5 дней) сыграла важную роль в прекращении советского наступления на подступах к Кривому Рогу. Однако вновь массированную и эффективную воздушную поддержку удалось обеспечить только за счет переброски подкреплений с центрального направления. Возникшее вследствие этого ослабление группировки немецкой авиации на участке между Киевом и Припятскими болотами с одновременной переброской на юг наземных войск облегчило советским войскам прорыв немецкой обороны под Киевом и освобождение города 6 ноября. За этим последовало наступление широким клином в направлении Житомира. Кризис, возникший в результате удара советских войск на Житомир, потребовал немедленной перегруппировки немецкой авиации и наземных сил. Самолеты из излучины Днепра, где ухудшение погоды препятствовало их действиям, были брошены на поддержку контрудара по южному флангу советского выступа, который начался 15 ноября и позволил немцам пройти почти половину пути от Житомира до Киева.

Этот небольшой успех немцев в обороне после прекращения советского наступления на Кривой Рог практически завершил период боев, начавшийся в августе с взятия советскими войсками Орла, поскольку теперь плохая погода препятствовала действиям авиации на южном участке фронта. Однако положение, в котором оказались немцы, было очень непростым. Киев был занят советскими войсками, располагавшими южнее еще несколькими крупными плацдармами на западном берегу Днепра. Кроме того, положение в Крыму, отрезанном в результате выхода советских войск к Перекопскому перешейку в конце октября, было весьма шатким и приводило к аномально высоким и непродуктивным затратам ресурсов люфтваффе, поскольку, несмотря на невысокую численность отрезанных на полуострове авиационных частей, составлявшую всего около 185 самолетов непосредственной поддержки, включая румынские, их действия, активность которых не уступала активности всех сил люфтваффе в Италии за тот же период, сопровождались высокими потерями. Более того, люфтваффе пришлось организовать защиту конвоев, следовавших в Крым из румынских портов, и прикрытие самолетов транспортной авиации, действовавших из Одессы и Николаева.

Таким образом, несмотря на отступление немцев по всему фронту, люфтваффе, в распоряжении которых имелись лишь ограниченные силы, в декабре были вынуждены распылять их не меньше, чем в августе. Несмотря на давление противника и крупные успехи на центральном направлении, основная часть сил люфтваффе (1150 из 1750 самолетов первой линии или около 64 %) по-прежнему находилась южнее Киева. Такая концентрация сил, не позволявшая эффективно использовать авиацию на других направлениях, была обусловлена необходимостью не подпустить советские войска к нефтепромыслам в Румынии. Немцам удалось добиться ряда тактических успехов, действуя против выдвинутых вперед и уязвимых клиньев советских войск, однако действия люфтваффе ни по масштабам, ни по характеру не могли больше влиять на общую стратегическую картину. В лучшем случае им удавалось задержать советское наступление. В худшем они несли тяжелые потери, посылая дальние и пикирующие бомбардировщики без прикрытия истребителей в массированные дневные налеты, не приносившие соответствующих результатов. Однако в основном их силы растрачивались на операции по непосредственной поддержке войск, не следовавшие какому-либо определенному плану и осуществлявшиеся скорее из соображений высшей политики, нежели по просьбе командующих на местах.

Провал плана стратегических бомбардировок (март 1944 года)

Давление армейского руководства через Гитлера и события на Восточном фронте в период с августа по конец декабря 1943 года, описанные выше, не позволили отвести бомбардировочную авиацию в тыл для подготовки к стратегическому воздушному наступлению, намеченному на февраль 1944 года. Программа подготовки личного состава IV авиакорпуса была фактически завершена лишь к марту — апрелю 1944 года. Однако к этому времени наступление советских войск вынудило люфтваффе эвакуировать свою аэродромную инфраструктуру на запад, и многие важные цели (например, Горький) оказались за пределами радиуса действия Хе-111. В частях планировалась замена Хе-111 на Хе-117, но осуществление этого плана задерживали технические проблемы, и первые части, оснащенные Хе-117, появились на Восточном фронте (если не считать непродолжительного пребывания под Сталинградом в 1942 году авиаэскадры KG.50, закончившегося фиаско) лишь летом 1944 года, когда положение с топливом ухудшилось до такой степени, что ведение продолжительных бомбардировочных операций стало невозможным.

Последствия провала

Провал плана Кортена серьезно сказался на боеспособности люфтваффе в СССР в зимнюю кампанию 1943/44 года и весной 1944 года. Во-первых, так и не удалось компенсировать отвод истребителей осенью 1943 года для защиты Рейха, и советская авиация могла практически безнаказанно действовать над позициями немцев. Во-вторых, IV авиакорпус, который по указанию Гитлера в критический момент был брошен на поддержку наземных войск, в действительности не был готов к боевым действиям, что сказывалось на его ударной мощи. Как следствие, люфтваффе, оказавшиеся неспособными сдержать мощь летнего наступления советских войск, были еще менее способны эффективно противодействовать последовавшему за ним зимнему наступлению. Это стало очевидным уже в конце декабря, когда советские войска, подтянув резервы, возобновили наступление западнее Киева, вынудив немцев без промедления перебросить с низовий Днепра 100 самолетов непосредственной поддержки войск (включая все противотанковые части, летавшие на Хш-129) и передать все дальние бомбардировщики на южном участке фронта в оперативное подчинение VIII авиакорпуса без смены мест дислокации. Однако интенсивность действий авиации была низкой (в среднем около 300–350 самолето-вылетов в день) отчасти ввиду плохой погоды, а отчасти вследствие плохого состояния аэродромов и техники, а также дезорганизации, вызванной частыми перебросками. Более того, перенос авиационных парков и баз снабжения в Центральную Польшу отрицательно сказался на техническом обслуживании и боеготовности, которые было сложно обеспечить на должном уровне на расстоянии порядка 650 км в условиях перегруженных коммуникаций.

Когда в январе 1944 года нажим советских войск усилился по всему фронту с одновременными наступлениями в районах Ленинграда, Ровно, Смелы и Никополя и расширением советского плацдарма в Восточном Крыму, немецкая авиация по всему Восточному фронту оказалась ослаблена отводом частей на долгожданный отдых и переформирование, экономией сил IV авиакорпуса для запланированного стратегического воздушного наступления и использованием части оставшейся бомбардировочной авиации для транспортных нужд. Хотя масштаб последних ни в какое сравнение не идет с масштабами авиаперевозок под Сталинградом годом ранее, к началу февраля, когда костяк транспортной авиации — Ю-52 — был в основном занят снабжением войск в Крыму, бомбардировщики Хе-111 были брошены на снабжение трех армейских корпусов, к которым 5 февраля добавилась еще и 6-я армия, блокированная на Никопольском плацдарме. Таким образом, люфтваффе вынуждены были в основном полагаться на части непосредственной поддержки войск именно в тот момент, когда ввиду качественного и количественного роста советской истребительной авиации планировалось снять с фронта части Ю-87 для перевооружения на ФВ-190 и части ФВ-189 для перевооружения на Me-109.

Напряжение сил люфтваффе, растянутых вдоль всего фронта, в полной мере проявилось с началом советского наступления на Южную Польшу и Галицию, входе которого они к 15 апреля вышли кТарнополю. К началу наступления большая часть сил люфтваффе на юге СССР была сосредоточена на Украине, восточнее низовий Буга в ожидании возобновления советского наступления от Кривого Рога в направлении устья Днепра с одновременным ударом с севера и востока в Крыму. В результате реакция немцев на советское наступление поначалу, пока советские войска наступали в направлении важнейшей железнодорожной линии Львов — Одесса, оказалась слабой, особенно учитывая тот факт, что бомбардировочная авиация, которая только и могла быть использована для отражения нового наступления без смены баз, к концу марта была ослаблена (в результате отвода IV авиакорпуса) всего до 165 боеготовых и исправных самолетов первой линии на весь Восточный фронт, и все они требовались на Украине. Более того, давление советских войск по всему фронту не позволяло сосредоточить силы, которые дробились на мелкие боевые группы, позволявшие создать видимость воздушного прикрытия в условиях численного превосходства противника. В результате невозможно было снять части ни с одного участка фронта севернее Припятских болот. Только 17 марта все силы 4-го воздушного флота на юге (т. е. I и VIII авиакорпуса) были сосредоточены для отражения советских ударов, но было уже слишком поздно.

Советское наступление на Румынию и падение Крыма (март — май 1944 года)

Широким обходным маневром советские войска к середине марта поставили под угрозу нефтепромыслы в Румынии. Неожиданным результатом советского наступления стали политические осложнения в Венгрии, для ликвидации которых немцам пришлось сосредоточить бомбардировщики в районе Вены, а одномоторные истребители с Балкан — в Белграде и Нише, чтобы оказать давление на Будапешт и поддержать высадку воздушных десантов в Венгрии и Болгарии. Однако еще более важные последствия оно имело для Украины, где сосредоточение сил I и VIII авиакорпусов в районе Ямполя привело к тому, что для обороны рубежа по нижнему течению Буга, который советские войска начали форсировать на участке между Троицким и Вознесенском, остались лишь потрепанные и малоэффективные румынские ВВС. Это облегчило советским войска наступление на Николаев, взятый 28 марта, и Одессу, освобожденную 10 апреля. На северном фланге, между Карпатами и Припятскими болотами, немецкая авиация также была слишком ослаблена, чтобы оказать серьезное сопротивление советскому наступлению в районе Броды — Тарнополь в направлении Львова. Очистив черноморское побережье вплоть до устья Днестра, советские войска получили прекрасную возможность для мощного удара в Крыму, снабжение которого могло осуществляться лишь по воздуху или по морю из румынских портов.

Это потребовало от I авиакорпуса серьезных дополнительных усилий, хотя не предпринималось даже попыток усилить малочисленные силы авиации в Крыму, которые, имея всего 85 исправных самолетов из 160 машин всех типов, включая силы Румынии и других сателлитов, совершили за первую неделю советского наступления 2400 самолето-вылетов. Тем не менее советская сторона обладала полным превосходством в воздухе, и с падением Симферополя, столицы Крыма, 13 апреля силы немецкой авиации оказались зажаты на нескольких аэродромах под Севастополем, подвергавшихся массированным бомбовым и штурмовым ударам советской авиации, а с 17 апреля — и артиллерийским обстрелам. Уже к 20 апреля был приведен в негодность основной аэродром. В этих обстоятельствах потери были особенно высоки, составив 200–250 самолетов (в основном одномоторных истребителей) за месяц боев с 8 апреля по 9 мая, не считая машин, которые не удалось эвакуировать после потери последнего аэродрома 8 мая. Эвакуация Крыма также потребовала значительных усилий от частей люфтваффе, базировавшихся в Румынии. Для защиты от ударов советского флота и авиации конвоев, эвакуировавших войска из Крыма, в Румынию были спешно переброшены торпедоносцы из Западного Средиземноморья, двухмоторные истребители из состава ПВО Австрии и несколько ФВ-190 с Балкан (всего 70–80 самолетов). После ночного налета советской авиации на Констанцу — единственный крупный порт для приема конвоев из Крыма — сюда была переброшена еще и эскадрилья ночных истребителей. Благодаря этим подкреплениям эвакуацию Крыма удалось выполнить более удачно, чем ожидалось.

С освобождением Крыма советское зимне-весеннее наступление практически завершилось (линия фронта на этот момент показана на карте 21). В Северной Румынии немцам удалось организовать рубеж обороны западнее Ясс. Советское наступление в Галиции выдохлось, и хотя угроза для Львова сохранялась, немцы продолжали удерживать город. Тем не менее, как и в конце весенней и осенней кампаний 1943 года, советские войска после завершения кампаний удерживали плацдармы для последующих наступлений. На востоке Польши естественных рубежей обороны не было, и линия обороны по Днестру, служившему естественным оборонительным рубежом для Румынии, оказалась обойденной с севера. Освобождение советскими войсками Крыма создало угрозу высадки морского десанта на побережье Румынии (эта угроза доставила немало беспокойства люфтваффе), а сама Румыния оказалась открытой для советских бомбардировок с востока и англо-американских ударов с баз в Италии. Позиции советских войск по всему Восточному фронту вызывали у немецкого Верховного командования неослабевающую тревогу, и в течение мая 1944 года беспокойство по поводу подготовки нового советского наступления вынуждало немцев регулярно наносить удары по основным советским железнодорожным узлам, включая Великие Луки на севере и Киев на юге, и предпринять отдельную воздушную операцию против железных дорог, соединявших Крым с материком, чтобы максимально задержать переброску на материк войск, освободившихся в Крыму.

Перегруппировка сил немецкой авиации на Восточном фронте (май 1944 года)

В течение мая 1944 года немцы провели широкомасштабную перегруппировку перед началом активных боевых действий летней кампании. Перегруппировка показывает, что немцы по-прежнему уделяли огромное внимание обороне нефтепромыслов в Румынии и что ради этого им неминуемо придется пожертвовать обороной Польши и тем самым немецкого «жизненного пространства» на Востоке. В конце месяца около 750 самолетов первой линии, т. е. примерно 40 % всех сил люфтваффе на Восточном фронте, были сосредоточены в Бессарабии и Румынии, а румынская авиация была выведена с Украины и направлена в Румынию для восстановления численности и боеспособности. Однако лучше всего положение характеризует смыкание Восточного и Балканского фронтов и строительство новых оборонительных сооружений в восточной части Рейха. В результате быстрого продвижения советских войск на запад в люфтваффе было создано два новых командования ПВО, получивших название Оперативное истребительное командование «Восточная Пруссия» и Оперативное истребительное командование «Верхняя Силезия». Граница между зонами ответственности этих командований проходила приблизительно по линии Позен (Познань) — Варшава — Брест-Литовск, а на востоке достигала Львова на южном участке и рубежа Вильно (Вильнюс) — Либава (Лиепая) на северном. Южнее Львова безраздельно властвовал 4-й воздушный флот со штабом в Ржешуве (140 км западнее Львова). Однако теперь его зона ответственности включала в себя не только фронтовые районы, где действовали I и VIII авиакорпуса, но и зоны ПВО в Румынии и Венгрии, которые теперь находились под постоянной угрозой ударов англо-американской авиации, поддерживавшей наступление советских войск.

Это командование не отличалось мобильностью, поскольку горные хребты и сложные коммуникации затрудняли быструю переброску сил (как это делалось во время боев на Украине) между VIII авиакорпусом, действовавшим севернее Карпатских гор, и I авиакорпусом, оборонявшим рубеж по Днестру южнее Ясс. Наземная инфраструктура и системы снабжения обоих авиакорпусов теперь были четко разделены, и именно тот факт, что маршрут снабжения частей в Румынии теперь проходил через Венгрию, стал одной из причин передачи района восточнее реки Тиса в ведение 4-го воздушного флота. Необходимость же расширения зоны ответственности 4-го воздушного флота на Балканы была обусловлена в основном налетами англо-американской авиации на дунайские порты и минирование Дуная с воздуха, начавшееся в мае для поддержки советских операций в Крыму. Эти удары показали необходимость единого командования истребительной авиацией в данном районе, чтобы обеспечить максимальное использование всех имевшихся в наличии истребителей (в том числе и тех, которые прежде сражались исключительно на Восточном фронте) против дальних бомбардировщиков, действовавших из Италии. Они также стали свидетельством сокращения линии фронта, которое позволило объединять командования и потребовало создания на Балканах системы ПВО, предназначенной для одновременной обороны от ударов с востока и с запада. Причиной этому послужило грандиозное наступление советских войск на Украине в 1943–1944 годах, а также успехи англо-американских сил на Средиземном море. Однако самым наглядным свидетельством стягивания линии фронта стало начало 2 июня американцами «челночных» бомбардировок Европы в СССР и обратно силами 15-й воздушной армии, действовавшей с баз в Италии. Челночные бомбардировки позволяли одновременно использовать стремительный рост численности ВВС США, оккупацию англо-американскими войсками Южной Италии и быстрое продвижение советских войск, несмотря на упорное сопротивление немцев на земле и в воздухе, ставшие отличительной особенностью операций 1943 года.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.135. Запросов К БД/Cache: 0 / 0