Глав: 10 | Статей: 92
Оглавление
The Rise and Fall of the German Air Force 1933-1945

Их асы по праву считались лучшими в мире.

Их истребители господствовали над полем боя.

Их бомбардировщики стирали с лица земли целые города.

А легендарные «штуки» наводили ужас на вражеские войска.

Военно-воздушные силы Третьего Рейха — прославленные Люфтваффе — были такой же важной составляющей блицкрига, как и танковые войска. Громкие победы Вермахта были бы в принципе невозможны без авиационной поддержки и воздушного прикрытия.

До сих пор военные эксперты пытаются понять, каким образом стране, которой после Первой мировой войны было запрещено иметь боевую авиацию, удалось не только в кратчайшие сроки построить современные и эффективные ВВС, но и долгие годы удерживать господство в воздухе, несмотря на подавляющее численное превосходство противника.

Эта книга, изданная британским Воздушным министерством в 1948 году, буквально «по горячим следам» только что закончившейся войны, была первой попыткой осмыслить ее боевой опыт. Это — подробный и в высшей степени компетентный анализ истории, организации и боевых операций Люфтваффе на всех фронтах — Восточном, Западном, Средиземноморском и Африканском. Это — увлекательный рассказ о стремительном взлете и катастрофичном падении военно-воздушных сил Третьего Рейха.

Особые меры и технические разработки для обороны Рейха

Особые меры и технические разработки для обороны Рейха

Меры по борьбе с дневными налетами

Серия налетов американских тяжелых бомбардировщиков на Германию, начавшаяся 18 июля 1943 года и достигшая кульминации 17 августа, когда был нанесен удар по Швайнфурту и Регенсбургу, заставила немецкое Верховное командование осознать опасность и спровоцировала энергичную реакцию, которая под руководством генерал-оберста Кортена привела к общему изменению немецкой стратегии войны в воздухе. Теперь основной заботой люфтваффе стало отражение дневных налетов, и в кратчайшие сроки был принят ряд постоянных и временных мер, из которых часть впоследствии оказалась неудачной, что показало всю глубину проблемы и необходимость принести все остальные соображения в жертву ради ее решения. Идеи некоторых мер возникли еще весной 1943 года, во время массированных налетов на Бремен и Вильгельмсхафен, однако лишь с приходом Кортена на должность начальника штаба люфтваффе после смерти Ешоннека эти идеи получили развитие и приобрели согласованный характер. Поэтому желательно рассмотреть их в хронологической последовательности, чтобы показать постепенную эволюцию дневной истребительной авиации ПВО Германии и ее адаптацию к новым обстоятельствам и угрозам, возникшим с началом налетов в глубь Германии. В общих чертах их можно разделить на группы, связанные с производством, дислокацией, тактикой и вооружением, в следующем порядке:

а) необходимым условием для воплощения всех остальных мер являлось значительное увеличение числа одномоторных истребителей. Оно стало возможным благодаря тому, что программа по наращиванию производства истребителей, подготовленная Мильхом в 1942 году, к июню — июлю 1943 года достигла полного размаха, а совокупное производство истребителей всех типов намного превышало запланированный уровень 1000 машин в месяц, причем среди них велика была доля Me-109 и ФВ-190. С ноября 1942 года по июль 1943 года выпуск одномоторных истребителей в Германии вырос с 480 машин до 800, а с учетом ремонта поврежденных истребителей каждый месяц для пополнения и формирования новых частей поступало около 1000 одномоторных истребителей. Как следствие, в период между 1 января и 1 июля 1943 года произошло значительное увеличение числа одномоторных истребителей первой линии, и фактическое количество истребителей (в первой линии) выросло примерно на 500, с 1250 до 1800 машин. Разумеется, резервов не было, поскольку промышленность едва обеспечивала рост и пополнение истребительной авиации. Увеличению же выпуска истребителей после этого периода препятствовали начавшиеся дневные налеты американских бомбардировщиков на самолетостроительные предприятия, что ограничило дальнейшее расширение истребительной авиации в тот самый момент, когда угроза американских налетов стала расти. Более того, значительная часть произведенных за этот период истребителей была направлена на восполнение необычайно высоких потерь, понесенных на Средиземноморье, что также сдерживало рост и ограничивало число истребителей, которые могли быть направлены на оборону Рейха;

б) когда угроза для промышленности Германии стала очевидной, перед люфтваффе встала проблема крупномасштабной перегруппировки сил истребительной авиации. Уже в июле 1943 года две истребительных группы из состава эскадры JG.3 были переброшены с Восточного фронта в Германию, а группировка истребительной авиации в Северной Норвегии была ослаблена ради усиления западного направления. Так начался процесс, продолжавшийся с максимальной скоростью в течение августа, сентября и октября. Как мы уже видели, прикрытия истребителей были лишены фронты на Востоке, на Балканах и в Италии. Помимо JG.3 для усиления борьбы с дневными налетами на территорию Рейха были переброшены JG.27, JG.11 и JG.53. В результате количество одномоторных истребителей первой линии в Германии и на оккупированных территориях на Западе выросло с 635 машин 1 января 1943 года примерно до 800 машин к 1 июля и 975 машин к 1 октября 1943 года, и они были способны на весьма интенсивные действия против бомбардировщиков, проникавших в глубь Германии без сопровождения;

в) нередко помощь усиленной группировке одномоторных истребителей оказывали двухмоторные ночные истребители. Практика применения ночных истребителей для отражения дневных налетов возникла в марте 1943 года, до наращивания числа одномоторных истребителей, однако она по-прежнему применялась, например, при отражении налетов на Швайнфурт 17 августа и 14 октября. В обоих случаях ночные истребители совершили по 90–100 самолето-вылетов, и вполне очевидно, что этот шаг был продиктован не только желанием увеличить число истребителей, но и стремлением воспользоваться преимуществом в радиусе действия и надежности, которым обладали ночные истребители. Хотя использование ночных истребителей в дневное время и предполагало более высокие потери, в том числе и среди хорошо обученных ночных экипажей, ценность которых была исключительно высока, эта практика сохранялась, несмотря на возможный ущерб эффективности действий против ночных налетов британских ВВС. К преимуществам двухмоторных истребителей относилась не только способность атаковать бомбардировщики даже тогда, когда одномоторные истребители уже вынуждены были бы приземлиться для дозаправки и пополнения боезапаса. Двухмоторные самолеты, базируясь вдалеке от района боя, могли быть подтянуты к месту схватки и обеспечить эшелонирование ПВО;

г) на создание аналогичных преимуществ для одномоторных истребителей была направлена схема, разработанная в мае — июне 1943 года. Эта схема предполагала создание запасов топлива и боеприпасов на ряде аэродромов от Па-де-Кале на восток до Рейна и далее, а также на юго-восток до границы с Швейцарией (кроме того, вероятно, предполагалось создание аналогичной сети аэродромов для прикрытия подступов к Западной Германии через Голландию). Каждый из включенных в эту систему аэродромов должен был находиться в постоянной готовности к приему для дозаправки, пополнения боезапаса и технического обслуживания до 30 истребителей, приземляющихся в ходе преследования американских бомбардировщиков. Такой подход позволял самолетам ближнего радиуса действия совершать по два, а то и по три вылета при отражении одного налета. При этом обеспечивалось более гибкое использование истребителей ПВО в дневное время и появлялась возможность сосредоточить силы для отражения отдельного налета;

д) описанная схема разрабатывалась одновременно с радикальным изменением тактики истребительной авиации и, несомненно, призвана была облегчить процесс. Методика перехвата, использовавшаяся на Восточном фронте и на начальном этапе воздушных боев на Западе, когда отдельные части поднимались в воздух независимо друг от друга при получении местного сигнала оповещения о приближении бомбардировщиков противника, оказалась дорогостоящей и неэффективной. К лету 1943 года стало очевидно, что добиться успеха можно было лишь сосредоточенным и скоординированным ударом. Этого удалось добиться за счет быстрого расширения наземной инфраструктуры (особенно радиотехнической разведки и радиолокации), строительства сети наземных станций наведения истребителей по всей территории Рейха и централизации оперативного управления по цепочке корпус — дивизия — эскадра. Истребительные дивизии, непосредственно отвечавшие за действия подчиненных им частей, получали из штаба корпуса и с собственных станций слежения сведения о курсе налетов, начиная с момента формирования строя бомбардировщиков над Англией. Система раннего оповещения позволяла им подготовиться, при необходимости перегруппировать силы и собрать их вместе в установленной точке сбора (например, Ганновер или Брауншвейг) на заданной высоте до прибытия бомбардировщиков. Таким образом, вместо перехвата слабыми и рассеянными группами по 15–20 истребителей, как это обычно происходило в 1943 году, теперь в атаку бросались сосредоточенные группы по 50, 80, 100 и даже 150 истребителей, действиями которых руководил штаб дивизии посредством сети наземных станций;

е) для максимально эффективного использования новой тактики в первую очередь необходимо было усовершенствовать вооружение, поскольку независимо от величины группы каждый истребитель должен был в одиночку атаковать свою цель, сблизившись с ней на дистанцию открытия огня, и противостоять объединенной огневой мощи плотного строя американских тяжелых бомбардировщиков. Поэтому было принято решение усилить вооружение Me-109 и ФВ-190. На первом вместо одного 13-мм и двух 7,9-мм пулеметов были установлены два 13-мм пулемета и 20-мм пушка. На ФВ-190, имевшем изначально два 13-мм пулемета и две 20-мм пушки, число пушек было удвоено, причем были сохранены оба 13-мм пулемета. Эти усовершенствования позволили сократить разрыв в вооружении между немецкими истребителями и американскими бомбардировщиками. Однако соединенная огневая мощь летящих в сомкнутом строю американских самолетов, стрелки которых были обучены прикрывать друг друга, по-прежнему оставалась серьезным препятствием и требовала поиска особых средств, которые позволили бы разорвать строй бомбардировщиков, что снизило бы плотность перекрестного огня и позволило бы немецким истребителям добивать самолеты, отставшие от строя;

ж) первым из таких средств стало использование немцами противосамолетных бомб, которые впервые были применены на северо-западе Германии в мае 1943 года. Однако это средство имело ряд неустранимых недостатков, и от него пришлось отказаться после четырех или пяти недель экспериментов, так и не добившись желаемого результата. Вместо этого немцы перешли на использование 210-мм реактивных минометов — распространенного оружия пехоты, которое легко было смонтировать на самолете, и эта система быстро показала свою эффективность в расчленении строя бомбардировщиков. Это оружие стало широко применяться немецкими истребителями с конца июля 1943 года и становилось все более распространенным. Сначала его стали устанавливать на одномоторные истребители, и число переоборудованных таким образом машин в Германии и Западной Европе к концу октября 1943 года достигло 110–130. Однако большее значение имело решение вооружить реактивными минометами двухмоторные дневные истребители (Ме-110 и Ме-410), на которые можно было устанавливать по четыре направляющих трубы вместо двух на одномоторных машинах. В течение августа, сентября и октября части, летавшие на Ме-110, отзывались с Восточного фронта, с побережья Бискайского залива и со Средиземного моря и переводились на северо-запад Германии. Дополнительно они были усилены вновь сформированной эскадрой из примерно 50 Ме-110 и эскадрой дальних бомбардировщиков (KG.51), выведенной с Востока и пересаженной на Ме-410 с 210-мм реактивными минометами для борьбы с американскими бомбардировщиками. Таким образом, к концу октября 1943 года в наличии имелось не менее 150–175 двухмоторных истребителей, вооруженных реактивными минометами. Эти самолеты базировались на западе Германии за завесой одномоторных истребителей, проходившей через Францию, Бельгию и Голландию, и держались позади до тех пор, пока американские бомбардировщики не оказывались за пределами радиуса действия истребителей сопровождения. Обычно они не вступали в бой с бомбардировщиками, шедшими в сопровождении истребителей, и предназначались лишь для ударов по колоннам бомбардировщиков, совершавшим налеты в глубь территории Рейха, и были призваны предоставить одномоторным истребителям возможность довести до конца свою атаку.

Временный успех в борьбе с дневными налетами

Эффект от применения тактических и технических новшеств, описанных выше, и быстрого усиления ПВО Рейха в дневное время проявился в период с августа по октябрь 1943 года. Особенно эффективными против шедших без сопровождения бомбардировщиков стали 210-мм реактивные минометы, огонь из которых можно было открывать, находясь за пределами дальности действительного огня американских 12,7-мм пулеметов, представлявших серьезную опасность при обычной атаке. Появление двухмоторных истребителей, несших по четыре направляющих трубы, позволило восстановить равновесие между обороной и нападением, особенно в условиях возросшей интенсивности действий одномоторных истребителей, и именно в этой ситуации немцам удалось добиться первого крупного успеха. Успех пришел во время двойного налета на Швайнфурт и Регенсбург 17 августа, когда одномоторные истребители, базировавшиеся во Франции, в Бельгии, в Голландии и на северо-западе Германии, совершили более 500 самолето-вылетов, не считая действий двухмоторных истребителей. В результате из 376 бомбардировщиков, принимавших участие в налете, было сбито 60 (т. е. около 16 %). Эта неудача заставила американцев использовать новую стратегию, действовавшую с 18 августа по 7 октября, когда из 15 налетов тяжелых бомбардировщиков лишь 3 были направлены против целей на территории Германии. В то же время американцы осознали необходимость постоянного сопровождения бомбардировщиков и начали работу по организации прикрытия с помощью истребителей дальнего радиуса действия. Так, 27 сентября «летающие крепости», участвовавшие в налете на Эмден, на всем протяжении пути находились под прикрытием истребителей «Тандерболт». Также во время этого налета впервые были применены самолеты-целеуказатели для нанесения ударов в дневное время через слой облачности. Однако небольшой радиус действия истребителей позволял атаковать только цели вблизи границы Германии, а ограничение боевых действий этими районами означало отказ от планов систематического разрушения немецкой военной промышленности в глубине территории Рейха. Поэтому после серии ударов средними бомбардировщиками по базам немецких одномоторных истребителей на оккупированных территориях, направленных на ослабление истребительной авиации противника, полеты бомбардировщиков в глубь территории противника без сопровождения истребителей возобновились.

Возобновившиеся дальние налеты, осуществлявшиеся с необычайным упорством с 8 по 11 и 14 октября, встретили яростное сопротивление реорганизованной немецкой истребительной авиации, и потери вновь были велики. В решающем столкновении, решившем судьбу полетов без сопровождения истребителей, люфтваффе показали свою пригодность для выполнения поставленной задачи и в полной мере использовали возможности своей тактики. Одномоторные истребители успешно перехватывали цели на больших расстояниях; в районы, лишившиеся прикрытия истребителей, своевременно перебрасывались истребители из соседних секторов, которым опасность непосредственно не угрожала; в больших количествах привлекались дневные и ночные двухмоторные истребители и широко применялись реактивные минометы. Более того, немецкая авиация показала, что, несмотря на большие потери, она способна поддерживать активность на высоком уровне и при последующих боевых действиях. Наибольших успехов люфтваффе добились 14 октября, когда против американских бомбардировщиков, совершавших налет на Швайнфурт, было выполнено более 500 самолето-вылетов, а потери американцев составили 60 бомбардировщиков (или более 20 %) из 294 машин, участвовавших в налете. Общая доля потерь ВВС США за четыре дня (8, 9, 10 и 14 октября) составила 11 %.

Налеты американской авиации из Италии

Такие потери не позволяли продолжать операцию, и налет на Швайнфурт 14 октября 1943 года стал последним налетом на объект в глубине территории Германии, в котором бомбардировщики шли без сопровождения истребителей. Успех немцев был очевиден, и командование американской 8-й воздушной армии вынуждено было приостановить действия и пересмотреть тактику. Однако в период с 15 октября и до конца 1943 года возникла новая угроза в виде американской 15-й воздушной армии, совершавшей налеты из Италии, которая не дала немецкой авиации передышки и вынудила противника усилить истребительную авиацию на юге Германии и в Австрии. Более того, 8-я воздушная армия быстро оправилась от удара, нанесенного ей 14 октября, и хотя до конца 1943 года она не совершила ни одного налета, приближавшегося по размаху к налету на Швайнфурт, немалые усилия были потрачены на разработку тактических новшеств, способных преодолеть последствия временного успеха немцев. Первым из таких нововведений стало посменное сопровождение бомбардировщиков истребителями на всем пути к цели и обратно. Вторым средством стало широкое применение бомбардировок по приборам через облака. Последняя мера оказалась особенно действенной в зимние месяцы в конце 1943 года, поскольку она ограничивала эффективность консервативных немецких одномоторных истребителей, не имевших ни подготовки, ни приборов для полетов вслепую. Поэтому немцы решили использовать одномоторные ночные истребители, успехи которых против ночных налетов британской авиации пошли на убыль, для перехвата бомбардировщиков в плохих погодных условиях. Однако против характерных для этого этапа боевых действий налетов бомбардировщиков, которые шли в сопровождении истребителей на всем протяжении пути, на северо-западные районы Германии их успехи были невелики и обычно ограничивались случаями, когда из-за неблагоприятных погодных условий или по иным причинам истребителям сопровождения не удавалось найти строй бомбардировщиков.



Карта 22. Зоны ответственности истребительных соединений люфтваффе (март 1944 года)

Немцы поражены появлением бомбардировщиков с истребителями сопровождения: появление американских истребителей дальнего радиуса действия

Решающим фактором, позволившим американской авиации возобновить удары по немецкой промышленности в глубине территории Рейха, стало появление в 1944 году «тандерболтов» и «мустангов», радиус действия которых значительно превосходил прежние показатели. Ускоренная доработка в последние месяцы 1943 года новых американских дальних истребителей застала немцев врасплох. Их появление Геринг назвал «трагедией». Когда поступил первый доклад о появлении новых истребителей над Ганновером, Геринг ему не поверил и наказал тех, кто отвечал за его подготовку. Однако когда вскоре после этого командующий истребительной авиацией генерал-лейтенант Галланд совершал в сопровождении инспектора истребительной авиации полковника Траутлофта вылет для наблюдения за действиями немецких истребителей, четыре «мустанга» гнались за ним до самого Берлина. С этого момента исход войны в воздухе был решен. Впервые люфтваффе ничем не могли ответить на дневные бомбардировки. Двухмоторные истребители с 210-мм реактивными минометами, оказавшиеся крайне уязвимыми для американских истребителей еще осенью 1943 года, стали бесполезны. В отчаянной попытке были созданы «штурмовые эскадрильи», укомплектованные летчиками, проникнутыми духом решимости и безрассудства и готовыми скорее таранить бомбардировщик союзников, нежели вернуться на базу без победы. Впервые идея возникла зимой 1943/44 года, но первая «штурмовая группа» (IV/JG.3) вступила в бой лишь в июле 1944 года. Однако сама идея «штурмовых эскадрилий», основой которой было непременное уничтожение бомбардировщиков, стала показателем неспособности люфтваффе приспособиться к новым условиям. В соответствии с приказами Геринга основной удар по-прежнему наносился по строю американских бомбардировщиков, и, отчасти ради экономии сил, немецкие истребители получили указание избегать боев с истребителями сопровождения. Полученный результат язвительно охарактеризовал командир JG.6: «Нет полета безопаснее, чем полет на американском истребителе над Германией». Немаловажным оказался и психологический результат: у немецких пилотов появилось ощущение собственной неполноценности, у американских — превосходства. Вскоре последние, действовавшие до поры до времени достаточно осторожно, начали искать и атаковать немецкие истребители, не подпуская их к бомбардировщикам.

Именно в таких условиях в феврале 1944 года ВВС США смогли возобновить в невиданных прежде масштабах удары по немецким предприятиям авиационной промышленности, которые были практически приостановлены с октября 1943 года. Уже в начале месяца удары по целям в Западной Германии (например, налеты на Брауншвейг и Франкфурт 10 и 12 февраля) привели к большим потерям с немецкой стороны, составлявшим в среднем около 10 % от общего числа истребителей, участвовавших в отражении налетов. В период с 20 по 25 февраля за этими ударами последовало широкомасштабное воздушное наступление на предприятия немецкой авиапромышленности. В числе атакованных целей были производившие Ю-88 заводы в Бернберге, Ашерслебене и Хальберштадте, заводы по сборке Me-109 в Регенсбурге и «Эрла» в Лейпциге, производства ФВ-190 в Тютове и Ошерслебене, производившие Ме-110 заводы в Гота, Брауншвейге и Фюрте, заводы Мессершмитта в Аугсбурге и цеха сборки Хе-111 в Ростоке. По расчетам, эти налеты привели к недопроизводству за период с 20 февраля по 1 апреля примерно 1000 самолетов. Кроме того, они показали абсолютное превосходство американской авиации в воздухе. Потери немцев были непомерно высоки (10–15 %), но даже такой ценой им не удалось помешать самолетам 8-й и 15-й воздушных армий достичь цели. Галланд, самый энергичный и деятельный немецкий специалист в этой области, осознавал неудачу немецкой тактики (особенно в части сосредоточения сил для борьбы с бомбардировщиками противника) и выдвинул идею создания особых «высотных» истребительных частей, которые должны были связывать боем американские истребители сопровождения. Однако ему помешала консервативность вышестоящих чинов, в особенности Геринга, и предложенное Галландом изменение стратегии истребительной авиации одобрения не получило. В результате американские истребители продолжали действовать безнаказанно, и после середины марта в дополнение к налетам тяжелых бомбардировщиков на предприятия немецкой авиационной промышленности дальние истребители начали наносить удары по аэродромам и складам снабжения с целью уничтожения самолетов противника на земле, не позволяя ему оправиться от потерь, понесенных 20–25 февраля.

Таким образом, появление американских дальних истребителей сопровождения и ставшие возможными удары по немецкой авиапромышленности ознаменовали новую и решающую стадию воздушной войны. Успешное преодоление американцами всех факторов, затруднявших прицельное дневное бомбометание и препятствовавших осуществлению выработанной стратегии с октября 1943 года по январь 1944 года, оказало влияние на все аспекты немецкой военной экономики. Это проявилось после того, как в мае 1944 года американская авиация перенесла удар с авиационной промышленности на топливную, и над люфтваффе, только что столкнувшимися с угрозой уничтожения промышленной базы, нависла опасность нехватки горючего для полномасштабных боевых действий. Тяжелые потери, понесенные при отражении дневных налетов американской авиации, также привели к серьезной нехватке опытных пилотов, что немедленно сказалось на эффективности немецкой ПВО, и начиная с апреля 1944 года потребовались экстренные меры и начался отбор из транспортной, разведывательной и даже бомбардировочной авиации экипажей, способных быстро пройти переобучение на пилотов истребителей. Однако главным дефицитом были истребители — техника, способная оспорить американское господство в воздухе, защитить авиационные и топливные заводы и, наконец, восстановить мощь истребительной авиации на всех фронтах, упавшую значительно ниже минимального уровня, обеспечивавшего потребности дневной ПВО Рейха.

Реорганизация системы командования ПВО Рейха

Таким образом, накануне высадки союзников в Нормандии в люфтваффе царило ощущение кризиса, усиливавшееся от осознания того, что высадка союзников неминуемо приведет к увеличению нагрузки на одномоторные истребители, число которых на оккупированных территориях к тому времени сократилось до 170 машин, из которых лишь около 50 находились на северо-западе Франции. Поэтому следствием глубоких налетов американской авиации стала далеко идущая реорганизация (см. карту 22). Во-первых, назрела глубокая реорганизация структуры командования, которая обеспечила бы более эффективное управление действиями истребительной авиации. Реорганизация началась еще 30 января 1944 года, когда был образован воздушный флот «Рейх» под командованием генерал-оберста Штумпффа, а семь истребительных авиадивизий (Jagddivisionen) были сведены в два истребительных авиакорпуса (Jagdkorps). Позднее планировалось (но так и не удалось) сформировать третий истребительный авиакорпус на юге Германии[56]. Во-вторых, была подготовлена новая схема («Виндхунд») быстрого переобучения летчиков с бомбардировщиков на истребители. Однако важнее всего были шаги, направленные на качественное и количественное улучшение выпуска истребителей. Эта реорганизация имела два аспекта. В первую очередь, она означала стремление как можно раньше принять на вооружение реактивные самолеты (Me-163 и Ме-262), чтобы оспорить качественное превосходство американской авиации. Однако эти шаги замедлялись ущербом, нанесенным, как уже описывалось выше, авиационной промышленности, а затем (как будет сказано ниже) разногласиями между сторонниками бомбардировочной и истребительной авиации по поводу дальнейшего применения новых реактивных самолетов. Куда больший непосредственный эффект имели шаги, направленные на увеличение производства истребителей традиционных типов. Они привели к смещению Мильха, бывшего генерал-инспектором авиации с декабря 1941 года, и передаче производства самолетов в руки Шпеера, который поставил во главе сформированного в марте 1944 года «Ягерштаба» (Jaegerstab) (Штаб истребительной авиации. — Прим. пер.) Заура. Энергичное руководство Заура позволило преодолеть последствия ударов американской авиации по авиазаводам, в том числе за счет рассредоточения предприятий, и с июня 1944 года производство Me-109 и ФВ-190 стало стремительно расти. Планировалось довести производство истребителей всех типов до 5000 машин в месяц, и хотя Геринг и Гитлер на протяжении нескольких месяцев сопротивлялись сокращению выпуска бомбардировщиков и других типов самолетов, которое было необходимо для увеличения производства истребителей, к июлю 1944 года сдались даже они, и выпуск бомбардировщиков был сокращен, и абсолютный приоритет, если не считать новых реактивных самолетов, был отдан истребительной авиации.

Так, в основном вследствие американских налетов в середине лета 1944 года люфтваффе полностью преобразились. Прежде чем мы перейдем к новому этапу боевых действий, начавшемуся с высадки союзников в Нормандии 6 июня 1944 года, необходимо остановиться и рассмотреть (в сравнении с началом 1943 года) характер, состав, дислокацию и возможности немецкой авиации накануне долгожданного открытия Второго фронта. Этот анализ ее сильных и слабых сторон позволит нам оценить ее боевую ценность на завершающем этапе войны, с 6 июня 1944 года по 5 мая 1945 года.

Оборона от стратегических бомбардировок и ее последствия для военной экономики Германии

Силы истребительной авиации и зенитной артиллерии, использованные для обороны немецкой промышленности от налетов стратегической авиации союзников, сами по себе составляли немалую долю общих ударных сил Германии. Данные об использовании в системе ПВО новых истребителей уже приводились выше. Что касается зенитной артиллерии, то в 1944 году зенитные орудия составляли около 30 % совокупного производства артиллерийских орудий, а 20 % производства снарядов крупного калибра приходилось на боеприпасы для зенитной артиллерии. Треть немецкой оптической промышленности была занята производством прицелов для зенитных орудий и прочей техники, задействованной в системе ПВО.

В производстве радиолокационного оборудования и систем связи для отражения налетов бомбардировщиков противника было задействовано от 50 до 60 % мощностей по производству вооружений и предприятий электротехнической промышленности. Как следствие, наземные войска испытывали нехватку средств связи, а потребности флота в радиолокационном оборудовании удовлетворялись лишь частично. Что касается люфтваффе, то на нужды обороны Рейха направлялось 50 % электроламп, выпускавшихся по их заказам.

Таким образом, боевая мощь вооруженных сил Германии была значительно ослаблена в результате того, что приоритет был отдан обороне и Гитлер был убежден, что зенитная артиллерия служит лучшей защитой, чем истребительная авиация (эту точку зрения не разделяли не только офицеры Верховного командования люфтваффе, но и Шпеер). Более того, последствия оборонительных действий необходимо рассматривать с точки зрения военной стратегии. Воздушное наступление союзников летом 1944 года достигло своей цели, лишив противника запасов горючего, и этого результата удалось добиться с меньшими потерями, чем были бы понесены в случае отказа от бомбовых ударов по производственному потенциалу. Кроме того, решающая победа была одержана за счет того, что удалось справиться с массированным применением наземных и воздушных средств ПВО, что помешало их использованию для более разрушительных целей.

Оглавление книги

Реклама
Похожие страницы

Генерация: 0.104. Запросов К БД/Cache: 0 / 0