Глав: 10 | Статей: 92
Оглавление
The Rise and Fall of the German Air Force 1933-1945

Их асы по праву считались лучшими в мире.

Их истребители господствовали над полем боя.

Их бомбардировщики стирали с лица земли целые города.

А легендарные «штуки» наводили ужас на вражеские войска.

Военно-воздушные силы Третьего Рейха — прославленные Люфтваффе — были такой же важной составляющей блицкрига, как и танковые войска. Громкие победы Вермахта были бы в принципе невозможны без авиационной поддержки и воздушного прикрытия.

До сих пор военные эксперты пытаются понять, каким образом стране, которой после Первой мировой войны было запрещено иметь боевую авиацию, удалось не только в кратчайшие сроки построить современные и эффективные ВВС, но и долгие годы удерживать господство в воздухе, несмотря на подавляющее численное превосходство противника.

Эта книга, изданная британским Воздушным министерством в 1948 году, буквально «по горячим следам» только что закончившейся войны, была первой попыткой осмыслить ее боевой опыт. Это — подробный и в высшей степени компетентный анализ истории, организации и боевых операций Люфтваффе на всех фронтах — Восточном, Западном, Средиземноморском и Африканском. Это — увлекательный рассказ о стремительном взлете и катастрофичном падении военно-воздушных сил Третьего Рейха.

Последнее советское наступление

Последнее советское наступление

Выход к Одеру и оккупация Силезского промышленного района

Удар по аэродромам союзников в Голландии, Бельгии и Франции 1 января 1945 года стал последним согласованным усилием немецкой авиации, сосредоточенной на Западе перед наступлением в Арденнах. К этому времени советские войска уже вошли на территорию Восточной Пруссии и в восточные районы Польши и Венгрии. Будапешт был обойден с фланга в начале декабря; советские войска стояли у ворот Варшавы. В этих условиях было бы нелогично распределять силы равномерно между Восточным и Западным фронтами. На Западе на 1 января 1945 года насчитывалось около 1900 самолетов, в том числе 1200 истребителей, и, по мнению немецкого командования, было неразумно сосредоточивать такие силы против врага, наступательные возможности которого были временно ограничены в результате Арденнского наступления. При наличии в составе ПВО Рейха еще 1700 одно- и двухмоторных истребителей для обороны протянувшегося от Балтийского до Адриатического моря Восточного фронта, на котором вскоре можно было ожидать серьезного наступления, оставалось всего около 1875 самолетов.

Эти силы были распределены между тремя основными соединениями: 1-м воздушным флотом, который был теперь отрезан от остальных сил и вел сдерживающие действия в Курляндии и в районе Рижского залива, 6-м воздушным флотом, оборонявшим основные подступы к Германии на востоке от Восточной Пруссии до Карпат, и 4-м воздушным флотом, прикрывавшим южный фланг в Венгрии и Югославии. Состав сил этих соединений на 1 января 1945 года был следующим:

Флот Дальние бомбардировщики Штурмовики Ночные бомбардировщики Одномоторные истребители Двухмоторные истребители Дальние разведчики Тактические разведчики Береговые патрульные самолеты Всего
1-й ВФ 30 100 85 30 245
6-й ВФ 10 390 40 190 100 120 180 30 1060
4-й ВФ 70 200 130 85 25 60 570
Всего 80 620 270 360 100 145 270 30 1875

Переброска немецких частей с Запада на Восток началась только на второй неделе января. Всего предполагалось перебросить 650 одномоторных истребителей и 100 штурмовиков (6 истребительных и 1 штурмовая авиаэскадры). Но даже и такая передислокация осуществлялась медленно. К третьей неделе января на Восток прибыло всего 300 машин, а некоторые части, предназначенные к отправке, в конце месяца по-прежнему оставались на аэродромах в Западной Германии. Между тем потери были высоки. Советское наступление набирало ход: были взяты Варшава, Лодзь, Краков, Алленштейн и Инстербург, советские войска вошли в Померанию и в Бранденбург и заняли Глейвиц в Силезии, а немецкие самолеты все чаще захватывались прямо на аэродромах. В результате переброски подкреплений численность немецкой авиации на Востоке удалось поднять всего до 850–900 одномоторных истребителей и 700 штурмовиков, причем основная часть этих сил (750 истребителей и 450 штурмовиков) была сосредоточена на северном участке между Балтикой и Карпатами, действуя в основном в районе восточнее Берлина.

Проблемы люфтваффе едва ли можно было решить переброской истребителей (особенно тех, которые прежде использовались в основном для воздушных боев против колонн бомбардировщиков). Насущной необходимостью были ударные самолеты для борьбы с советскими танковыми клиньями и транспортными колоннами, а также топливо, и имевшихся на северном участке 450 таких самолетов оказалось недостаточно для выполнения этой задачи. Поэтому решено было заткнуть брешь ночными истребителями. Следует вспомнить, что во время наступления в Арденнах в каждой группе ночных истребителей одна эскадрилья Ю-88 или Ме-110 была оборудована бомбодержателями и действовала (за исключением лучших экипажей-перехватчиков) против коммуникаций союзников. Общая их численность составляла около 140 машин. В начале февраля они вновь были отозваны из своих групп и переброшены на Восток для действий в районе Штеттин — Бреслау.

В феврале советские войска продолжали наступление. Одер был форсирован выше и ниже города Бреслау, который к 15 февраля был окружен. Продолжалось и наступление в Силезском промышленном районе, и переброска из Венгрии примерно 60 штурмовиков и 20 дальних бомбардировщиков 4-го воздушного флота, в результате которой численность авиации 6-го воздушного флота между Балтикой и Карпатами выросла до 1700 машин, практически не увеличила ослабшую ударную мощь люфтваффе.

Между тем с развитием наступления советских войск в Западной Польше и Силезии из этих районов были вытеснены многочисленные школы истребительной авиации, базировавшиеся здесь, и решить проблему их размещения на других аэродромах оказалось непросто. Проблема огромного числа самолетов, которые необходимо было разместить на аэродромах в Германии, достигла невероятных масштабов, а сложности перебазирования усугублялись нехваткой топлива как для наземного транспорта, так и для самолетов. В конце концов учебные части, потерявшие базы, были расквартированы в Дании и в районе Лейпцига, однако процесс подготовки личного состава неминуемо был сорван, что лишь усилило нагрузку на и без того шаткую конструкцию, которую являли собой люфтваффе.

Важнейшим непосредственным следствием советского наступления стала потеря ряда важных авиастроительных и авиаремонтных заводов и заводов по производству комплектующих, складов авиатехники и баз снабжения, оставшихся на утраченных территориях. В результате не только снизилось производство, но и были потеряны огромные запасы материалов, попавших в руки советских солдат. Среди важнейших предприятий, потерянных за этот период, были заводы, выпускавшие ФВ-190, в Мариенбурге и Зорау, ремонтные мастерские и заводы в Рамеле (недалеко от Гдыни), Варшаве и Риге, а также важные заводы по производству комплектующих в Бреслау, Позене и Крейзинге. К другим серьезным потерям, повлиявшим на доставку новых самолетов и снабжение Восточного фронта, можно отнести базы авиатехники в Инстербурге, Бромберге, Кюппере (ныне Стара Коперня, Польша. — Прим. пер.) и Лигнице.

Потеряны были производственные мощности, выпускавшие 25 % всех ФВ-190, а также важные заводы комплектующих для ФВ-190 и основной парк этих самолетов (в Лигнице). Хотя потеря всех этих объектов нанесла серьезный удар по программе производства и ремонта самолетов данного типа, немедленного влияния на численность частей, вооруженных ФВ-190, она не оказала, поскольку были накоплены значительные резервы, и куда более масштабным и пагубным для немецкой военной промышленности в целом стало постепенное удушение транспортной системы Рейха в результате бомбардировок авиации союзников.

Немецкое контрнаступление в Венгрии

Когда крупные силы наземных войск и авиации, участвовавшие в операции в Арденнах, были, наконец, переброшены на Восток, их пути разошлись. Авиация была направлена в Восточную Германию для отражения угрозы советского наступления через Северогерманскую равнину, а 6-я танковая армия СС, составлявшая основную часть бронетанковых войск в Арденнах, была отправлена через Южную Германию на северо-запад Венгрии в район гор Баконь и города Веспрем. Стратегический замысел, скрывавшийся за труднообъяснимым разделением сил, заключался в следующем: на первом этапе 6-я танковая армия СС должна была начать широкомасштабное наступление для соединения с окруженным гарнизоном Будапешта. Затем она должна была захватить плацдармы за Дунаем южнее Будапешта и, повернув на северо-восток, уничтожить остатки советских войск в Северной Венгрии. В результате создавалось выгодное положение для совместного удара: а) с северо-востока Венгрии и б) из Восточной Пруссии по направлениям, сходящимся в районе Варшавы, что позволяло уничтожить советские войска в Восточной Германии и Западной Польше.

На начальном этапе контрнаступлению сопутствовал успех, и танковый клин из района озера Балатон сумел выйти к Дунаю южнее Будапешта. Однако на этом успехи и закончились. Пробиться к окруженному гарнизону Будапешта не удалось, и 13 февраля он капитулировал. Между тем ограниченные силы 6-й танковой армии ОС были напряжены до предела. Последовавший контрудар советских войск отбросил немецкие силы прямо к австрийской границе, а позднее завершился взятием Вены и Винер-Нейштадта.

Роль немецкой авиации в этих операциях была незначительной. Общая численность люфтваффе между Карпатами и Адриатическим морем составляла всего 500–600 самолетов, в том числе около 100 одномоторных истребителей, 180 штурмовиков, 60 дальних бомбардировщиков и 80 разведчиков. Этих сил было совершенно недостаточно даже для того, чтобы поддержать первый удар 6-й танковой армии ОС в направлении Дуная, не говоря уж о том, чтобы обеспечить выполнение всего грандиозного стратегического плана. В середине февраля эти силы были еще больше ослаблены переводом 20 дальних бомбардировщиков и 60 штурмовиков на северный участок фронта, а из-за нехватки топлива значительная часть авиации во время окончательного разгрома была захвачена в целости и сохранности на своих аэродромах.

Битва за Берлин

К концу февраля 1945 года советские войска вышли на рубеж Одера напротив Берлина и приостановили наступление, сосредоточившись на ликвидации немецких группировок, сопротивлявшихся в тылу. В течение марта и до середины апреля, когда началось последнее советское наступление, значительных операций в воздухе не проводилось. В это время немцы планировали использовать составные самолеты для ударов по советским электростанциям (в частности, в районе Горького), однако их планам так и не суждено было исполниться. Вместо этого были нанесены удары летающими бомбами, запускаемыми с самолетов, и составными самолетами по мостам через Вислу и переправам, связывавшим плацдармы за Одером с основными позициями советских войск. Впрочем, если не считать некоторого беспокойства и новизны, результат этих действий не имел большого значения.

Ко второй неделе апреля наступление англо-американских войск на Западе загнало люфтваффе на относительно небольшую территорию в Центральной Германии, и уже невозможно было различить части, действовавшие на Восточном и на Западном фронтах. Особый интерес тем не менее вызывает тот факт, что, хотя советские войска в это время не проявляли особой активности (во всяком случае, на важнейшем направлении восточнее Берлина), немцы не использовали опытные части штурмовой авиации с Восточного фронта против британских и американских танковых клиньев, практически беспрепятственно продвигавшихся по территории Западной Германии. Тем самым немцы повторили свою стратегию во время высадки в Нормандии, но теперь, вероятно, немецкое Верховное командование уже решило пожертвовать территориями на западе Германии, лишь бы не допустить дальнейшего продвижения советских войск в Пруссии.

Поэтому нет ничего удивительного в том, что, когда советские войска в середине апреля начали свое последнее наступление через Одер, они встретили самое энергичное противодействие люфтваффе. Последние теперь базировались в основном на аэродромах под Берлином и, пока эти аэродромы не были потеряны, совершали по 1000 самолето-вылетов в день против наступавших советских войск, не считая 100–150 вылетов ночных бомбардировщиков и регулярных ударов по мостам на Одере с помощью составных самолетов. Однако, безнадежно уступая в численности и испытывая нехватку топлива, аэродромов и средств обслуживания, немецкая авиация уже не могла изменить ход событий. После того как советскими войсками были захвачены берлинские аэродромы с большими количествами исправной техники, активность действий немецкой авиации упала примерно вдвое, и впервые обычным явлением стало массовое расформирование частей. Оставшиеся силы люфтваффе продолжали действовать агрессивно, но уничтожение немецкой авиации по частям продолжалось полным ходом, и к началу мая управления соединений Восточного фронта, оставшихся без самолетов, были отведены на запад до самого Киля. Берлин капитулировал перед советскими войсками 2 мая.

Окончательный прорыв англо-американских войск на Западе

К середине марта в результате оттока частей на Восточный фронт и высоких потерь, вызванных полным превосходством союзников в воздухе, силы люфтваффе на Западном фронте сократились до 1000–1100 самолетов, из которых 80 — реактивные бомбардировщики. Еще 1000 самолетов (примерно поровну одномоторных дневных и двухмоторных ночных истребителей и 50 Ме-262, использовавшихся в качестве перехватчиков) относились к частям ПВО на северо-западе Германии.

Наступление союзников в направлении Рейна, завершившееся захватом Ремагенского плацдарма, и постепенное уничтожение аэродромов в Рурской области вынудили люфтваффе произвести местную перегруппировку сил. Части ночной бомбардировочной авиации (100 Ю-87 второй линии) были вытеснены в район западнее Касселя и севернее Франкфурта. Однако захват американцами Ремагенского плацдарма на Рейне привел к резкой активизации люфтваффе, интенсивность действий которых достигала в среднем 400 вылетов в день. Усилия реактивных бомбардировщиков были сосредоточены против Ремагенского плацдарма: Ар-234 нанесли удар по мосту 1000-кг бомбами, а Ме-262 действовали более легким вооружением против войск непосредственно на плацдарме. Поддержку им оказывали истребители-бомбардировщики ФВ-190 и ночные бомбардировщики, действовавшие как по ночам, так и в дневное время, если позволяла облачность.

Дальше к северу Ме-109, базировавшиеся севернее Рура, пытались защищать базы реактивной авиации от завесы истребителей союзников, которая эффективно препятствовала действиям реактивных самолетов, не позволяя им взлетать. Между тем немцы продолжали опасаться крупномасштабной операции по форсированию Рейна, и деятельность авиаразведки была в основном связана с выявлением подготовки союзниками воздушного десанта на другой берег реки. Принимались активные меры против подобной операции (такие как разрушение неиспользуемых аэродромов).

До 23 марта положение в воздухе определялось все более интенсивной подготовкой союзниками прорыва за Рейн, и с определенностью можно утверждать, что к 23 марта немцы уже могли предполагать, что крупномасштабную операцию союзников по форсированию Рейна при поддержке воздушного десанта следует ожидать в районе Везеля. Поэтому вдвойне примечателен тот факт, что немцы не попытались усилить Западный фронт за счет 2200 самолетов, находившихся на Восточном фронте. Единственной их реакцией стала подготовка к действиям ночных истребителей по наземным целям. Однако приоритет Восточного фронта по-прежнему не вызывал сомнений (Кюстрин был взят 12 марта, а Данцигу суждено было пасть через неделю), и численность авиации на Западном фронте оставалась на уровне 1050 машин.

Помимо численной слабости немецкой авиации, важную роль в подавлении возможного противодействия люфтваффе сыграл «блиц» союзников против немецких аэродромов, начавшийся 21 марта, в результате которого практически сразу же были выведены из строя все основные аэродромы реактивной авиации и многие аэродромы одно- и двухмоторных истребителей. Еще одним важным фактором стало форсирование американской 3-й армией Рейна в верхнем течении у Оппенгейма 23 марта. Новый плацдарм привел к переброске бомбардировщиков Ме-262 с северного участка в район восточнее Дармштадта и Франкфурта и 23–24 марта отвлекал на себя значительную часть немецких сил. В ночь с 23 на 24 число в районе Оппенгейма действовало пятьдесят Ю-87, но на следующую ночь их активность снизилась вдвое из-за нехватки топлива и места на аэродромах. Активность дневных истребителей в том же районе 23 марта составила в сумме около 150 самолето-вылетов, но на следующий день из-за высоких потерь упала до 60 самолето-вылетов. Организованное сопротивление этому наступлению рухнуло 25 марта, когда передовые части 3-й армии захватили аэродромы в районе Дармштадта и Франкфурта.

В результате описанных выше событий сопротивление удару британской 21-й армейской группы было не слишком сильным. Дневные истребители совершили около 200 вылетов против переправ у Везеля, но все реактивные истребители оставались на земле из-за разрушений на аэродромах, а на следующий день активность авиации упала еще сильнее вследствие нехватки топлива и недоукомплектованности частей. В ночное время Ю-87 по-прежнему были заняты в районе Оппенгейма, и для действий в районе Везеля оставались только ночные истребители. На протяжении первых трех ночей наступления эти самолеты совершали за ночь примерно по 30 вылетов для ударов по наземным целям, а дальние бомбардировщики (которых насчитывалось около 60 машин) оставались на земле из-за дефицита топлива.

За 10 дней, прошедших после начала наступления британской 21-й армейской группы, численность группировки люфтваффе на Западном фронте упала с 1050 до 850 самолетов. Но еще более впечатляющим оказался провал попыток сопротивления в воздухе, вызванный сначала ударами по аэродромам, начавшимися 21 марта, а затем — постоянными отступлениями с баз, которым угрожало наступление наземных войск союзников. Стремительный прорыв 12-й армейской группы к Касселю вынудил летные части отступить за Везер, и все усилия немцев были направлены на вывод частей и использование их в районе Бремена, Брауншвейга и Эрфурта.

Форсирование Рейна показало также полную утрату люфтваффе способности к восстановлению. Подкрепления не перебрасывались ни с Восточного фронта, ни из числа примерно 800 истребителей, которые участвовали в обороне Германии от налетов тяжелых бомбардировщиков. Немногие из этих истребителей были готовы к бою, и даже если бы они были исправны, все равно оставалось мало топлива. Общая численность, как уже упоминалось выше, упала на 200 самолетов, численность реактивной авиации — на треть от первоначальной, одномоторных истребителей — примерно на 100 машин, а дальние бомбардировщики и вовсе можно было сбрасывать со счетов. Несмотря на крайне низкую активность вследствие дезорганизации и истощения, слабость люфтваффе усугублялась все усиливавшейся нехваткой топлива, разрушением коммуникаций и системы снабжения и скученностью самолетов на аэродромах Центральной Германии. Все боеспособные Ме-262 находились на юге Германии, равно как и все уцелевшие боеспособные ночные бомбардировщики, численность которых в результате несвоевременной переброски в район Оппенгейма упала со 100 до 25 машин. Реактивные бомбардировщики Ар-234 оставались на северо-западе Германии, но были отведены в район Маркса и не могли принимать участия в боевых действиях. Общая интенсивность действий тактической авиации не превышала 150 самолето-вылетов в день и, как правило, была значительно ниже. Полеты ночных истребителей практически полностью прекратились в период с 27 марта по 1 апреля, когда в районе Нюрнберга действовали 25 ночных истребителей. Активность ночных бомбардировщиков была незначительной, а реактивные истребители-бомбардировщики были практически небоеспособны. Если какие-то боевые вылеты и совершались, то направлены они были в основном против передовых частей американских войск, приближавшихся к Вюрцбургу.

В начале апреля появились первые четкие признаки развала люфтваффе. Прежняя система командования рассыпалась, численный состав практически перестал играть роль, и полным ходом шло массовое расформирование частей. Для истребителей традиционных типов (в отличие от реактивных) все было кончено, и последняя значительная операция с их участием состоялась 7 апреля, когда 120 истребителей под звуки военных маршей, транслировавшихся по радио, предприняли самоубийственную попытку массового тарана строя американских тяжелых бомбардировщиков и понесли огромные потери. После этого их эффективные действия ограничивались Восточным фронтом, и на Западе люфтваффе оставались боеспособной силой лишь благодаря 200 реактивным истребителям, остававшимся в их распоряжении. Потенциальные летчики реактивных истребителей и ранее привлекались отовсюду, откуда только можно, но теперь этот процесс был ускорен, а вся реактивная авиация была подчинена генералу СС Каммлеру. Реактивная бомбардировочная авиация была практически списана со счетов, но немцы надеялись на чудо. Они с запозданием поняли, что неверно применяли реактивные самолеты, и теперь сосредоточили усилия на создании реактивной истребительной авиации, которая могла бы в какой-то степени побороться с союзниками за превосходство в воздухе. В этот период (до 10 апреля) единственными эффективными действиями противника были перехваты истребителями Ме-262 (примерно по 50 самолето-вылетов в день) колонн тяжелых бомбардировщиков.

К середине апреля планы наращивания сил реактивной авиации были перечеркнуты развитием событий — части реактивной авиации пришлось в беспорядке перебросить в Прагу из-за угрозы берлинским аэродромам как с Востока, так и с Запада и из-за разрушений в результате налетов на аэродромы реактивной авиации под Мюнхеном и Берлином. Численность одномоторных истребителей традиционных типов в течение двух недель упала на 1000 машин отчасти в результате бомбардировок, но в основном — из-за расформирования частей и потери аэродромов. Действия авиации оставались совершенно неэффективными, и хотя теоретически в день выполнялось до 150 самолето-вылетов, эти вылеты представляли собой взлет с последующей гибелью самолета или быстрым возвращением на базу. После 10 апреля прекратились попытки перехвата дневных бомбардировщиков, и даже невооруженные транспортные самолеты союзников могли залетать в глубь немецкой территории, не подвергаясь нападению. Активность ночных истребителей не превышала 25 самолето-вылетов за ночь, а общая численность немецкой авиации на Западе теперь составляла всего лишь 400 самолетов.

Всю третью неделю апреля продолжалось неуклонное сокращение численности, хотя активность выросла до 200 самолето-вылетов в день против плацдармов союзников на Эльбе и американских войск, наступавших на Нюрнберг. Эффективное сопротивление к тому времени уже прекратилось. Американские и советские войска соединились у Торгау 26 апреля, и в частях люфтваффе, оставшихся севернее этой линии, воцарился хаос. К концу апреля действия люфтваффе против союзников на Западе полностью прекратились. Остатки люфтваффе — разнородное сборище частей, избежавших до сих пор уничтожения, общей численностью около 1500 самолетов — базировались в Северной Австрии и в Богемии и действовали время от времени против советских войск до окончательной капитуляции 8 мая 1945 года.

Оглавление книги


Генерация: 0.231. Запросов К БД/Cache: 3 / 1