Глав: 11 | Статей: 34
Оглавление
Продолжая издание официального японского «Описания военных действий на море в 1904?1905 гг.», Морской Генеральный штаб выпускает в свет перевод второго тома, который заключает в себе описание совместных действий флота и армии под Порт-Артуром, начиная с высадки первого эшелона японской армии на материк и заканчивая падением крепости. Сюда вошли все имевшие место совместные операции сухопутных и морских сил Японии, действовавших против крепости, как то: перевозка, высадка и охрана десанта, деятельность транспортного флота и охранных судов, организация пунктов высадки, помощь флота армии и действия морских отрядов на берегу, а также весь последовательный ход событий на сухопутном фронте за время осады крепости.

Ввиду особенного интереса второго тома, как для флота, так и для армии — Морской Генеральный штаб, чтобы не задерживать печатания этой книги, переведенной и издаваемой у нас в России ранее, чем в других странах, выпускает ее без каких-либо сокращений не снабжая примечаниями, так как это значительно задержало бы ее выпуск в свет.

Вместе с тем в интересах правильного освещения событий и исторической точности Морской Генеральный штаб просит лиц, ознакомившихся с содержанием книги, не отказать в сообщении своих замечаний по существу изложенного описания в случае искажения фактов или неправильной их передачи.

К книге приложены все имеющиеся в японском издании планы, карты и схемы и прибавлена для справок таблица «Состава морских сил Японии, действовавших в войну 1904?1905 гг.».

Все даты в книге обозначены по новому стилю.
Морской Генеральный Штаб в Токио / А. Воскресенмкийi

Наступление 3-й армии

Наступление 3-й армии

Командующий 3-й армией генерал Ноги для действия против неприятельских войск, находящихся в крепости Порт-Артур, вместе с подведомственными ему частями высадился в Ентоа 6-го июня 37 г. Мейдзи (1904 г.) и пока штаб-квартира армии устраивалась в лежащем к северу от Дальнего местечке Pe-pao-tzu-ai, вновь вошедшие в состав 3-й армии из 2-й армии 1-я и 2-я дивизии уже выступили на линию с севера от An-tzu-shan'a и с юга от Dai-tzu-shan'a и стояли лицом к лицу с неприятелем, находившимся в Порт-Артуре.

20-го июня была сформирована Маньчжурская армия; ее главнокомандующим был назначен начальник Генерального штаба генерал, член Верховного Совета, маркиз Ояма Ивато, а начальником ее штаба помощник начальника Генерального штаба, генерал барон Кодама Гентаро; 1-я, 2-я и 3-я армии и отдельная 1-я дивизия, т. е. вся действующая армия была в ведении главнокомандующего. В виду этого начальник Морского Генерального штаба адмирал Ито передал адмиралу Того приказание, что в случае совместных действий с армией, ему следует входить о том в соглашение с главнокомандующим Маньчжурскими армиями, и адмирал Того, снесясь с командующим 3-й армии, назначил состоять при штабе этой армии двух офицеров из штаба 3-й эскадры капитана 2 ранга Ивамура и лейтенанта Иджуин, на обязанности которых лежали сношения между этой армией и флотом.

В это время неприятель своими главными силами занимал передовые позиции на линии от Shun-tai-kou через An-tzu-ling до Sao-tso-shan, а на командующей между Порт-Артуром и Дальним гряде высот Wai-tou-shan, Chi-kuan-chan и Lao-tun-shan были расположены его значительные отряды. В виду того, что с вершины Wai-tou-shan можно было, наблюдая за всем заливом Талиенван на восток, видеть все действия на наших позициях, а к западу открывался общий вид на всю крепость Порт-Артур и с Lao-tun-chan'a было видно лежащее у его подножия Ping-tu-tau, то владение этими высотами должно было упрочить наше обладание Талиенваном и вместе с тем облегчить разведку Порт-Артура, а владение Ping-tu-tau делало охрану залива Талиенвана со стороны моря более действительной.

Поэтому, генерал Ноги 25-го июня отдал по армии приказ о наступлении. Левый фланг 1-й дивизии на рассвете следующего дня отогнав незначительные неприятельские пикеты, перешел на линию высот к северу от Nau-shia-tun'a и до юго-запада от него. Правая колонна 2-й дивизии, действуя в связи с левым крылом 1-й дивизии, овладела целым поясом высот, лежащих к востоку от Luan-mu-chiao-tzu. Центральная колонна, заняв гору Wai-tou-shan, в 8 часов утра снова двинулась вперед к высоте в 368 метров (в нашей армии ее называли Кен-сан — Крутая гора) и после жестокого боя завладела ей. Левая колонна, очистив, наконец, от неприятеля Lao-tun-shan и, продвинувшись до линии от Shung-ting-shan до Ta-chin-hsin-shan'a, овладела также якорными стоянками в Ping-tu-tau. Неприятель, по-видимому, сознавая важное значение горы Кен-сан, в начале июля в течение нескольких дней предпринимал вылазки (контратаки) против нашего центра и левого фланга, то бросаясь на штурм под музыку, то производя внезапные атаки, пользуясь ночью или туманом. Несмотря на большую смелость его действий, наша армия каждый раз отражала атаки и, наконец, заставила неприятеля отступить вглубь.

К этому времени, ввиду того, что по операциям наших армий и флота требовалось как можно скорее взять крепость Порт-Артур, и кроме того приостановка атак крепости давала возможность неприятелю все более и более укрепляться, генерал Ноги, сознавая всю невыгодность оставаться долгое время под огнем крепостных батарей в бездействии, тем не менее вынужден был ожидать окончания разных приготовлений, как-то — подхода резервов, бывших еще в отдалении от крепости, и, в особенности, прибытия осадной артиллерии, разных обозов и укладки в тылу железной дороги, почему пришлось оставаться на занятой линии почти целый месяц.

В конце июля, когда на театр войны прибыли из Японии вновь зачисленные в 3-ю армию 3-я дивизия (начальник дивизии генерал-лейтенант барон Осима Хисанао) и отряд полевой артиллерии, а остальные части должны были прибыть в скором времени, генерал Ноги приказал начать наступление по всей линии. Имея на правом фланге 1-ю дивизию, на левом 11-ю, а в центре 9-ю дивизию он начал наступление 25-го июля. Однако, в виду того, что неприятель занимал сильные позиции и оборонялся с ожесточением, только после нескольких отчаянных боев удалось 28-го июля сбить неприятеля с высот на NW от Chang-ling-tzu и перейти на линию от Ying-ko-tan до Pao-yu-tu. После этого для приведения в порядок частей и пополнения боевых запасов армия временно прекратила бой и повела вторичную атаку уже с 30-го июля. Сломив сопротивление неприятеля, 1-я дивизия перешла на линию высот от NO-го берега бухты Луизы до Nuo-tan-lin'a, 9-я дивизия на линии от Teng-huan-shan до Yin-lan-tzu, а 11-я дивизия заняла линию от левого фланга 9-й дивизии и до Kuo-chia-kou. Тогда же штаб-квартира армии перешла в Shung-tai-kou и вместе с тем была учреждена 1-я линия обложения крепости.

Хотя с последним наступлением позиции впереди армии и были очищены от неприятеля, но находившаяся на левом фланге армии гора Da-ku-shan все еще находилась в его руках, и установленные на ее вершине 6" дальнобойные полевые пушки наносили нашему левому флангу и расположенным в центре частям значительные потери, в то время как мы не имели возможности отвечать на огонь; особенно эти орудия мешали нашим осадным работам.

6-го августа генерал Ноги приказал 11-й дивизии атаковать эту возвышенность. Дивизия эта, сломив упорное сопротивление неприятеля 9-го числа овладела Большим и Малым Ku-shan (гора Сиротка?) (Da-ku-shan и Hsiao-ku-shan) и, таким образом, наши войска стали лицом к лицу с неприятелем у главной линии укреплений крепости. Затем, 13-го августа, командующий армией для того, чтобы неприятель не мог угадать пункта нашего главного удара предпринял усиленную рекогносцировку 1-й дивизией на правом фланге армии. Эта дивизия направилась на высоты расположенные к югу от линии Li-chia-tun, Kan-tai-shan и Hsiao-tung-kou.

Несмотря на серьезные оборонительные приготовления неприятеля, упорную оборону и по временам неблагоприятную погоду, мешавшую нашему движению, дивизия завладела сперва линией высот от Kan-tai-shan'a через Nien-pan-kou и Hsiao-tung-kou до Hsia-chia-tun'a, а после упорных боев удалось к 15-му августа овладеть высотами к востоку от Hsiao-tung-kou и к западу от Ta-kou-chia-tun'a. 14-го также была закончена установка осадной артиллерии и вообще все приготовления для тесной осады.

Примечание 1. В записках генерал-майора Костенко в общих чертах говорится следующее:

"Все были в тревожном ожидании, на какой именно пункт поведет противник свою атаку; все с трепетом ожидали этого момента и готовились к нему, надрывая последние силы свои по укреплению позиции и фортов. Работы безусловно были тяжелые, так как производились в каменных породах; работали стрелки, артиллеристы, моряки, саперы и работали с полным сознанием необходимости этой работы, работали что называется "во всю", чтобы окончить эту работу в возможно короткий срок; строились блиндажи, окопы для стрелков, закрытия для прислуги и резервов, выкапывались рвы, закладывались фугасы, устраивались сетевые преграды. Эту гигантскую работу днем и ночью уже к 5 июня отметил в своем приказе за № 347 генерал Стессель, а объехав 12 июня позиции, в приказе за № 367 констатировал, что он "твердо уверен, что сила вражья разобьется о твердыни, вашими (войсковых частей) невероятными трудами созданные". Действительно, только эти "невероятные труды", гигантские труды, хоть сколько-нибудь обеспечивали продолжительность защиты крепости; только сила и энергия солдата в два?три месяца укрепила хотя несколько позиции, которые в девственным виде стояли до войны, но на бумаге значились — "Артурскими твердынями".

Теперь, оборудовав крепость со стороны защиты, не так уже встревожила нас и телеграмма командующего армией генерала Куропаткина, в которой он говорит:…"Теперь требуется самая упорная и продолжительная оборона Арутра, на что мы вполне надеемся" (приказ № 368). Несомненно, исправить все прорехи не хватало ни времени, ни сил, но эти прорехи должны были пополниться мужеством и беззаветной храбростью гарнизона.

Наконец, наступило злополучное 13 июня, когда противник, устроив свои силы и выбрав направление, перешел в наступление. Место удара было очень удачно, — гора Куинсан (Хуинсан). Вообще, к чести японцев нужно отнести чрезвычайно умелую оценку значения того или иного пункта на позиции, куда они обыкновенно и направляли свой удар.

Излюбленный и верный прием их, как и при Кинчжоу, выразился в массировании артиллерийского огня, который был сосредоточен на этой горе. Начата была атака в 9?10 часов утра, а к 4 часам вечера они уже владели этой горой, и наш отряд отступил на каменный (скалистый) кряж сзади, бросив целый ряд позиций и не оценив значения их в тактическом отношении.

Так как гора Куинсан по своим тактическим свойствам являлась чрезвычайно важной, командовала над окружающими высотами и с вершины ее был виден почти весь Артур, то приказано было возвратить ее обратно, к выполнению каковой задачи и было приступлено 21 июня, но бой продолжался и 22-го числа. Отмечу здесь одно интересное явление: части войск, узнав о переходе в наступление, проявили такой громадный подъем духа и энергию, что своей беззаветной храбростью просто таки поражали; стрелки шли в атаку, действительно, как на маневрах, несмотря на страшные потери в их рядах; даже казаки дрались в пешем строю, не уступая стрелкам, а артиллерия занимала постепенно ряд таких позиций, который были мало доступны даже для пеших частей; но несмотря на этот необычайный героизм, на большое количество жертв, гора не была возвращена обратно, и войска отступили к передовым Артурским позициям.

Бой начался в 6 часов утра 13-го числа обстреливанием их самым сильным артиллерийским огнем, но особенно он группировался на правом фланге, где обстрелу подвергались Зеленые горы, а в центре позиции — перевал Шининзы и гора Юпилаза. Вскоре орудийный огонь был развит до невероятной степени, который и продолжался до 3?4 часов дня, когда колонны пошли в атаку. Тут сразу картина изменилась: артиллерийский огонь перешел в отдельные редкие выстрелы, но за то стрельба из ружей залпами и пулеметов наполнили воздух ужасной трескотней; судя по звукам, каждую минуту таких пуль выпускалось десятки тысяч. Но не дрогнули защитники и с небывалой энергией и мужеством открыли не менее убийственный огонь из пулеметов и ружейный, поддержанный залповым огнем наших полевых батарей и некоторых укреплений; уже темнело, но бой продолжался и гул ружейной трескотни стоял непрерывно; наконец, он начал мало помалу стихать и совершенно замолк к 9 часам вечера. Атака с успехом была отбита на всех пунктах, и противник отступил на свои позиции после 15-и часового боя.

С рассветом, около 5 часов японцы открыли еще более сильный артиллерийский огонь по горам Юпилазе, Зеленым, высоте 139 м. у деревни Талангоу и всему нашему левому флангу, выдвинув против последнего ночью у Инчензы от 70?80 новых орудий и поставив уступом у деревни Анзысана до 20 орудий большого калибра — 6"; такие же орудия были поставлены и в центре против горы Юпилазы и высоты 139 м., из которых они буквально засыпали снарядами; поражение последних было прямо таки ужасное, благодаря фугасному действию меленита; несколько наших орудий были сразу же подбиты и пришли в негодность, а часть пулеметов совершенно разбита. После продолжительной подготовки огнем, противник вновь повел на приступ свои колонны, вновь заработали ружья и пулеметы, и еще с большей энергией и силой ринулся он на наши позиции, сходясь грудь на грудь.

Но не дрогнули защитники и также мужественно и стойко встретили неприятеля сначала ружейным огнем, а потом и штыками; в особенности силен был напор противника на Зеленые горы, Юпилазу и высоту 163 м., где стрелки прибегали даже к камням и поражали японцев последними, скатывая их по крутым откосам вниз и уничтожая целые группы; это был уже не бой, а какая-то свалка, где каждый выбирал наиболее подходящее и действительное для него оружие; занимавшиеся японцами окопы в одну минуту наполнялись камнями и трупами и сравнивались с землей. Наконец, неприятель, видимо, начал слабеть, выбился из сил и начал отступать; бой закончился к 8 часам.

Нервность противника, видимо, дошла до крайнего предела; ночью орудия были продвинуты им вперед, вновь загремели около 11 часов, и японцы ураганом повели атаку на Зеленые горы. Дрогнули мужественные стрелки и защитники; не выдержали натиска свежих сил, и неприятель овладел горами; но, собравшись с силами, стрелки вновь пошли отбивать захваченное и выбили японцев штыками. Но это было последнее усилие, так как приток свежих сил одолел храбрых защитников-страдальцев, изнемогавших в трехдневном почти без перерыва бою, и они отступили в 4 часа утра на Волчьи горы, под музыку, по приказанию Стесселя, и при пении "Боже Царя Храни", что не мало удивило японцев, которые, однако, не зевали в это время, стреляя по отступающим, причинив нам при таком порядке нашего отступления еще больший урон".

Примечание 2. Порт-Артур со стороны суши окружен двумя горными кряжами разделенными рекой Lung (Драконова река). Один из них, называемый русскими Драконовым хребтом, начинается у Lao-lui-tsui и тянется на SO возвышенности Pai-yuing-shan, Lao-tou-shan, Восточным Chi-kuan-chan, Wang-tai и Sung-shu-shan. Из них самой высокой, достигающей 198 метров, является гора Lao-tou-shan, за ней следует Wang-tai (190 метров); расстояние от обеих до Старого города около 2.000?3.000 метров и с них виден весь город и Западный и Восточный бассейны. Другая гряда, поднимаясь с правого берега Lung-ho, тянется своими холмами и вершинами, как-то — I-tzu-shan, An-tzu-shan, Ya-hu-tsui, Pan-chia-kou и прочие, далеко до возвышающейся на самой южной оконечности полуострова горы Lao-te-shan (458 метров) и защищает Новый город и Западный бассейн. Западная часть этой гряды низменна, состоит из небольших холмов, образующих Голубиную бухту, северная от I-tzu-shan'a до бухты Луиза образуется из перемежающихся долин и возвышенностей, самой высокой из которых является Erh-lung-shan (Высокая гора), с которой видно всю долину Нового города и Западного бассейна и часть Восточного бассейна.

Говорят, что когда Россия впервые вырабатывала планы обороны Порт-Артура, то было решено иметь для сухопутной обороны гарнизон в 70.000 человек и 500 орудий с протяжением сухопутного фронта в 70 километров, но затем проект был значительно сокращен, и была оставлена с соответствующими исправлениями часть старых китайских укреплений; гарнизон был в 11.000 человек, орудий 200 и протяжение сухопутного фронта 18 километров. Однако, для защиты военной гавани проект снова был изменен, и линия обороны увеличена до 25 километров. Выполнение этого плана было разделено на 2 срока. По проекту первого срока должны быть сооружены укрепления, начиная от Wang-tai через I-tzu-shan, An-tzu-shan до высот близ Tau-yang-kou, а по второму сроку было решено приступить к укреплению Taku-shan, южных высот Shui-shih-ying, Ta-ting-tzu-shan, Hai-lieh-shan и Erh-lung-shan. В январе 1900 г., получив утверждение Российского Императора, было приступлено к работам. Так как при начале этой войны шел только 5-й год работ 1-го срока, то было едва лишь закончено 7?8 %, и потому неприятель после открытия военных действий построил несколько временных укреплений для пополнения недостатков оборонительной линии. Во время первого штурма крепости существовали следующие укрепления и батареи. (См. на обороте).

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.235. Запросов К БД/Cache: 0 / 0