Глав: 7 | Статей: 44
Оглавление
В книге рассматриваются вопросы боевого использования ВВС Великобритании в ходе второй мировой войны. Показываются характерные особенности боевых действий различных видов и родов авиации. Подробно освещается роль ВВС в основных военных операциях вооруженных сил Великобритании на театрах военных действий в Европе, Африке и Азии Авторы приводят материалы по действиям авиации против подводных лодок фашистской Германии. Достаточно полно освещаются действия союзной бомбардировочной авиации по объектам на территории Германии и оккупированных ею стран. Одна из глав книги посвящена описанию обстрела территории Англии немецкими самолетами-снарядами и ракетами дальнего действия и мерам борьбы с этими средствами.

Книга содержит большой цифровой и фактический материал об использовании авиации и потерях сторон в период второй мировой войны. В приложениях приводятся данные по организации ВВС Великобритании и тактико-технические характеристики боевых самолетов, состоявших на вооружении ВВС Великобритании, Германии, Италии и Японии.

Книга представляет интерес для офицеров, генералов и адмиралов Советских Вооруженных Сил, а также лиц, изучающих историю второй мировой войны.

Глава 5 БЕРЕГОВОЕ КОМАНДОВАНИЕ И БОРЬБА НА МОРЕ

Глава 5

БЕРЕГОВОЕ КОМАНДОВАНИЕ И БОРЬБА НА МОРЕ

АЭРОФОТОРАЗВЕДКА И АВАРИЙНО-СПАСАТЕЛЬНАЯ СЛУЖБА

В течение 1942 года Береговое командование английских ВВС, кроме своей основной задачи — борьбы с подводными лодками и судоходством противника, — проводило аэрофоторазведку и выполняло задачи, связанные с поиском и спасением экипажей, сбитых над морем или совершивших вынужденную посадку на воду.

Стратегическая аэрофоторазведка над Европой осуществлялась самолетами 1-й аэрофоторазведывательной части[86], вооруженной высотными истребителями «Спитфайр» и скоростными многоцелевыми самолетами «Москито». Часть базировалась на аэродромы Бенсон и Маунт-Фарм, а некоторые ее звенья — на аэродромы Льючарс, Уик, Сант-Эваль и Гибралтар. В мае 1942 года часть совершала в среднем десять самолето-вылетов в день с целью аэрофотосъемки объектов противника, тогда как год назад, в мае 1941 года, производилось только четыре самолето-вылета в день. Самолеты «Москито» фотографировали такие удаленные объекты, как Нарвик на севере и заводы «Шкода» в Пльзене на юге.

Наряду с увеличением численности самолетов 1-й аэрофоторазведывательной части улучшалась и ее техническая оснащенности. В январе 1942 года на ее вооружение поступил новый аэрофотоаппарат F.53, дававший по сравнению с аэрофотоаппаратом F.24 более крупный снимок. Кассета аппарата была также увеличена и вмещала пленку на 500 снимков.

В это время был создан центральный аэрофотодешифровальный отдел. Численность личного состава отдела к концу 1942 года составляла свыше 1000 человек. Отдел состоял из специализированных секций: морской, военной, секции промышленных объектов, аэродромной, секции оценки результатов бомбардировок объектов противника, секции ночного фотографирования и ряда других секций. Об объеме работы этого отдела можно судить хотя бы по тому факту, что за один только 1942 год им было обработано и выпущено 204 дела целей, 5437 фотодонесений и около 1 455 000 фотоснимков. Обработка столь большого количества документов стала возможной благодаря тому, что фотолаборатории отдела были оборудованы новыми высокопроизводительными машинами, которые проявляли, сушили и наматывали 78 метров пленки в минуту, и фотопечатными машинами с производительностью около тысячи снимков в час.

Аэрофоторазведывательная служба обеспечивала запросы Адмиралтейства, министерства экономической войны и министерства авиации Англии. Среди многочисленных задач, выполняемых английской аэрофотослужбой в период с июня 1941 по декабрь 1942 года, следует упомянуть задачу непрерывного наблюдения за немецкими линейными кораблями «Шарнхорст», «Гнейзенау» и «Тирпиц», а также проведение систематических полетов с целью выявления результатов налетов самолетов Бомбардировочного командования на объекты, расположенные на территории Германии. Непрерывно увеличивавшийся объем работы и связанное с этим увеличение численности самолетов 1-й аэрофоторазведывательной части привели в октябре 1942 года к разделению ее на пять отдельных эскадрилий (№№ 540–544). Проведение стратегической аэрофоторазведки, несомненно, относилось к числу важнейших видов деятельности наших военно-воздушных сил в 1941–1942 годах.

***

В течение нескольких месяцев, последовавших после битвы над Англией, был достигнут значительный прогресс в работе аварийно-спасательной службы, однако ответственность за руководство этой службой по-прежнему возлагалась на несколько организаций. Это было серьезным недостатком, и в августе 1941 года было решено подчинить аварийно-спасательную службу Береговому командованию. С этого времени Береговое командование несло основную ответственность за проведение спасательных работ на море. Одновременно управление аварийно-спасательной службы министерства авиации, которое к этому времени проделало большую работу по координации спасательных работ и разработке различных методов опасения, было слито с управлением безопасности полетов этого же министерства, во главе которого стоял бывший начальник штаба английских ВВС маршал авиации Сэлмонд. Проведение этих мероприятий свидетельствовало о возросшей важности аварийно-спасательной службы. Действительно, из 1200 человек летного состава, сбитых над морем с февраля по август 1941 года, удалось спасти только 444 человека.

В сентябре 1941 года все имевшиеся в наличии самолеты «Лизандер» и «Вальрус» были сведены в четыре эскадрильи, специально предназначенные для проведения спасательных операций на море. Организационно они по-прежнему входили в состав Истребительного командования, базировались на прибрежные аэродромы и имели зону поиска на удалении до 60 километров от побережья. До конца 1942 года были сформированы еще три спасательные эскадрильи. Две из них, предназначавшиеся для поиска и спасения экипажей на большом удалении от побережья, были вооружены самолетами «Хадсон» и «Ансон» и входили в состав Берегового командования; третья эскадрилья, вооруженная истребителями «Дефиант», предназначалась для проведения ближнего поиска и поэтому входила в состав Истребительного командования.

Одновременно с увеличением количества спасательных эскадрилий и морских судов, выделенных для поиска и спасения экипажей на море, создавались и совершенствовались различные приспособления и средства для спасения и поддержания жизни экипажей самолетов при вынужденных посадках в море и обеспечения их средствами сигнализации.

Не менее важным был вопрос обучения экипажей основным правилам и приемам при совершении вынужденной посадки в море и оставлении самолета. Эти приемы были разработаны министерством авиации, и начиная с марта 1942 года офицеры спасательной службы отрабатывали их с летным составом на каждом аэродроме.

Если самолет падал в море, то в распоряжении экипажа имелось большое количество разнообразного спасательного имущества. К 1942 году весь летный состав союзных военно-воздушных сил имел при себе или в спасательных шлюпках неприкосновенный запас продовольствия, питьевую воду или фруктовый сок, шоколад, аптечку, средства сигнализации, включая сигнальные патроны Вери, флуоресцирующий буй, весла, телескопическую мачту с парусом, ковш для вычерпывания воды, материал для заделки пробоин в лодке, накидку на случай непогоды, подшлемник, свисток, нетонущий факел и нетонущий нож. Позднее каждому члену экипажа бомбардировщика стали выдавать одиночные аварийные шлюпки, такие же, какие имели летчики-истребители. Экипаж бомбардировщика, вынужденный выброситься на парашютах, мог удержаться на воде даже в том случае, если многоместная спасательная шлюпка тонула вместе с самолетом.

Среди многочисленных предметов спасательного снаряжения, выдававшегося экипажам в 1942 году, был миниатюрный радиопередатчик, упакованный в водонепроницаемый нетонущий футляр (этот передатчик, как и флуоресцирующий буй и одноместная аварийная шлюпка, был скопирован у немцев). Кроме того, был освоен, но пока еще не поступил в части автоматический передатчик сигналов «Вальтер», сигналы которого улавливались радиолокационной установкой поискового самолета.

Благодаря обеспечению летного состава всем вышеуказанным аварийным и спасательным снаряжением, а также четкому взаимодействию различных организаций в вопросах проведения спасательных работ в море и отваге экипажей поисковых и спасательных самолетов и катеров в 1942 году было спасено 1016 из 3000 человек летного состава, совершивших вынужденные посадки на воду.

БОРЬБА С НЕМЕЦКИМ СУДОХОДСТВОМ И ПОДВОДНЫМИ ЛОДКАМИ В 1942 ГОДУ

В течение 1942 года Береговое командование продолжало выполнять задачи по воздушной разведке и прикрытию конвоев. Одновременно с этим соединения и части командования проводили наступательные операции против торгового судоходства, надводных кораблей и подводных лодок противника, которые в конечном счете сыграли значительную роль в достижении победы над врагом.

1942 год начался для Берегового командования неудачно. За последние три месяца 1941 года самолеты командования потопили 15 кораблей и торговых судов противника, потеряв при этом 46 самолетов. За первые четыре месяца 1942 года самолеты командования потопили только пять немецких кораблей, свои потери за этот же период возросли до 55 самолетов. Уменьшение количества потопленных кораблей противника объясняется в первую очередь плохой погодой. В мае с улучшением погоды и увеличением численности самолетного парка самолеты Берегового командования потопили 12 немецких кораблей и значительному количеству кораблей нанесли повреждения. К несчастью, налеты наших самолетов, проводившиеся с малой высоты, сопровождались большими потерями, которые только за май составили 43 самолета, причем потери неуклонно возрастали независимо от того, производились ли налеты в лунную ночь, в сумерки или днем. К концу июня было подсчитано, что потери Берегового командования в течение трех предыдущих месяцев составили 25 процентов от числа самолетов, производивших атаки кораблей противника Немцы применяли все средства борьбы с нашими самолетами Они установили дополнительное вооружение на своих торговых судах и стали выделять для сопровождения их более крупные силы боевого охранения. Иногда для сопровождения одного торгового судна противник выделял от четырех до пяти боевых кораблей. В июле маршал авиации Джуберт запретил атаковать немецкие корабли с малых высот и приказал перейти к бомбардировке со средних высот. Потери своих самолетов сразу же снизились, в свою очередь уменьшилось количество потопленных немецких кораблей.

Неэффективность бомбардировки кораблей со средних высот можно объяснить отсутствием хорошего бомбардировочного прицела для данного вида атак, а также тем, что уменьшилось количество опытных экипажей. Две из четырех эскадрилий, вооруженных самолетами «Бофорт», были отправлены на Средний Восток. Несмотря на то что ни одно из этих затруднений не представлялось возможным устранить в ближайшее время, Джуберт предложил модифицировать несколько самолетов «Бофайтер», имевших хорошие тактико-технические данные, приспособив их в качестве торпедоносцев. В июне предложение Джуберта было одобрено, и он внес новое предложение о формировании специальных ударных авиакрыльев, вооруженных самолетами «Бофайтер». Джуберт указывал, что эти авиачасти должны иметь на вооружении как обычные истребители или истребители-бомбардировщики «Бофайтер» с пушечным вооружением, так и новые модифицированные самолеты, вооруженные торпедами. Это предложение было также принято, и в сентябре 1942 года было решено сформировать к апрелю 1943 года в составе Берегового командования пять эскадрилий, вооруженных такими самолетами.

Первое ударное авиакрыло было создано в ноябре 1942 года и состояло из трех эскадрилий, вооруженных самолетами «Бофайтер» (143-я истребительная, 236-я истребительно-бомбардировочная и 254-я истребительно-торпедоносная эскадрильи). Авиакрыло входило в состав 16-й авиагруппы и базировалось на аэродром Норт-Коут. 20 ноября две эскадрильи этого крыла атаковали немецкий конвой в составе 12–16 судов, шедших в Роттердам под прикрытием кораблей охранения и истребителей «Фокке-Вульф». Были повреждены самое крупное торговое судно и два корабля охранения. Свои потери составили три самолета; четыре самолета получили серьезные повреждения. Решив, что авиакрыло еще недостаточно подготовлено для ведения боевых действий, Джуберт временно вывел его из состава боевых частей.

За весь 1942 год самолеты военно-воздушных сил метрополии потопили только 42 корабля и торговых судна противника с общим тоннажем 61 028 тонн. Свои потери за этот период составили 251 самолет. Хотя результаты были далеко не утешительными, не следует делать вывод, что операции по борьбе с немецким судоходством проводились тактически неправильно и что их эффект был незначительным. В результате действий нашей авиации немцы были вынуждены прикрывать свои конвои истребителями и боевыми кораблями, которые они, несомненно, могли бы с большей пользой использовать в другом месте. Атаки нашей береговой авиации кораблей противника были необходимым дополнением к налетам наших бомбардировщиков на порты и железнодорожные сортировочные станции и к действиям наших истребителей по железнодорожным эшелонам.

К весне 1943 года авиакрыло самолетов «Бофайтер», базировавшееся на аэродром Норт-Коут, было готово к проведению боевых действий. 18 апреля авиакрыло вылетело для атаки немецкого конвоя, шедшего вдоль побережья Голландии в сопровождении крупных сил охранения. Ударная группа состояла из девяти истребителей-торпедоносцев, шести истребителей и шести истребителей-бомбардировщиков «Бофайтер», прикрываемых на большой высоте истребителями «Спитфайр» и «Мустанг» из состава Истребительного командования. В результате прямых попаданий бомб и пулеметно-пушечного огня были повреждены два немецких тральщика типа «М» и вооруженный траулер. Самое крупное судно конвоя было повреждено двумя торпедами, загорелось, сильно накренилось на борт и, как полагают, позднее затонуло. В целом этот налет был проведен исключительно успешно, все самолеты «Бофайтер», участвовавшие в атаке, благополучно возвратились на свою базу.

В конце апреля авиакрыло потопило два транспорта и один траулер противника. Свои потери составили только один самолет «Бофайтер». К этому времени, по-видимому, произошел перелом в борьбе с судоходством противника, доказательством чему служат следующие факты. Например, по нашим подсчетам, грузооборот Роттердама — самого удобного порта для вывоза промышленной продукции из района Рейн-Вестфалия за май 1943 года составил всего 37 000 тонн по сравнению с грузооборотом в 106 000 тонн в мае 1942 года. Боевые действия ударного авиакрыла, налеты бомбардировочной авиации на порт и непрерывная постановка мин с воздуха вынудили немцев почти полностью прекратить использование порта Эмден.

Таким образом, можно сделать вывод, что к весне 1943 года борьба нашей авиации с судоходством противника стала приносить ощутимые результаты.

Более того, мины, сбрасываемые каждую ночь в воды противника с самолетов Бомбардировочного и частично Берегового командований, оказались более грозным оружием, чем мы предполагали. С апреля 1940 по март 1943 года самолеты этих командований поставили около 16 000 мин, потеряв при этом 329 самолетов. Теперь известно, что на этих минах подорвались и затонули 369 кораблей и торговых судов противника с общим тоннажем 361 821 тонна. За это же самое время самолеты военно-воздушных сил метрополии произвели 3700 атак по кораблям и судам противника и потопили 107 кораблей и судов с общим тоннажем 155 076 тонн. Свои потери составили 648 самолетов. Таким образом, потери нашей авиации при проведении воздушных атак по кораблям противника в среднем составляли шесть самолетов на каждый потопленный корабль, а при постановке мин с воздуха менее одного самолета на каждый подорвавшийся на минах и затонувший корабль противника. Сочетание этих двух форм борьбы уже в то время причинило большой ущерб судоходству противника, и ущерб этот, как мы увидим дальше, продолжал возрастать.

***

После вступления Соединенных Штатов в войну с Германией шесть самых крупных немецких подводных лодок получили приказ отправиться в североамериканские воды. Прибыв на место назначения во второй неделе января 1942 года, эти подводные лодки в течение трех недель потопили не менее 40 судов союзных и нейтральных стран с общим тоннажем 230 000 тонн.

Вскоре после этого Дениц отдал приказ всем подводным лодкам, находившимся западнее Британских островов, и нескольким подводным лодкам, находившимся в районе Азорских островов, занять боевые позиции у североамериканского побережья. Пять подводных лодок были направлены к берегам Центральной Америки. В это время немцы начали пополнять запасы топлива на подводных лодках в море.

В течение последующих четырех месяцев немецкие подводные лодки произвели настоящее опустошение в судоходстве союзников. За исключением апреля, когда плавание кораблей в наиболее опасных зонах было прекращено, потери судов у американского побережья непрерывно возрастали. Например, только в мае было потоплено 109 кораблей и судов, включая 30 танкеров, с общим тоннажем 531 000 тонн. Потери немцев в среднем составляли менее двух подводных лодок в месяц.

Положение наше было нелегким, но мы не теряли присутствия духа. Мы знали, что как только американцы смогут наладить эскортирование своих конвоев, легким успехам противника наступит конец. Кроме того, мы понимали, что поскольку противник перебросил большинство своих подводных лодок в западную часть Атлантического океана, то, естественно, уменьшался ущерб, который немцы могли причинить в другом месте. В течение почти всей весны переход союзных конвоев из Северной Америки в Англию осуществлялся сравнительно благополучно. В водах, находящихся в радиусе действия самолетов Берегового командования, немецкие подводные лодки за пять месяцев этого года потопили только девять торговых судов. Это позволило Береговому командованию, несмотря на то что самолеты периодически перебрасывались на другие театры военных действий и часто привлекались против немецких линейных кораблей, уделять больше внимания «транзитным районам» немецких подводных лодок.

Наибольшую важность представляли северный район и район Бискайского залива. Первый район находился между Шетландскими островами и Норвегией, с одной стороны, и Шетландскими и Фарерскими островами — с другой. Через этот район немецкие подводные лодки, базировавшиеся на базы Германии, совершали свой первый переход. Бискайский залив постоянно пересекали подводные лодки противника, действовавшие с основных баз, расположенных на западном побережье Франции. Несмотря на тщательные поиски немецких подводных лодок, осуществляемые самолетами 15-й авиагруппы в северном районе и 19-й авиагруппы в районе Бискайского залива, вначале было уничтожено лишь незначительное количество подводных лодок противника. В июне 1942 года наши самолеты, действовавшие в Бискайском заливе, добились значительных успехов. Этому способствовал ряд причин. Во-первых, боевой состав Берегового командования был усилен несколькими эскадрильями Бомбардировочного командования, использовавшимися для борьбы с немецкими подводными лодками; во-вторых, на многих самолетах были установлены неподвижные зеркальные аэрофотоаппараты для фиксации результатов атак; и в-третьих, на вооружение поступили новые противолодочные бомбы, снаряженные торпексом — взрывчатым веществом на 30 процентов сильнее прежнего аматола — и снаряженные взрывателем нового типа[87]. Однако самым большим достижением была установка на самолетах бортовых прожекторов Ли. Пять бомбардировщиков «Веллингтон», оборудованных бортовыми прожекторами, при общем налете в 230 часов обнаружили ночью семь немецких подводных лодок. В это же время бомбардировщики «Уитли», использовавшие светящие авиационные бомбы, за 260 часов не обнаружили ни одной подводной лодки. Применение, хотя и в ограниченных масштабах, бортовых прожекторов оказало немедленное воздействие на экипажи подводных лодок противника. Немецкие подводные лодки не решались больше двигаться ночью в надводном положении. Боязнь экипажей всплывать ночью на поверхность скоро привела к тому, что наши патрульные самолеты получили большую возможность нападать на подводные лодки противника в дневное время. 24 июня Дениц приказал всем командирам подводных лодок пересекать Бискайский залив днем и ночью в погруженном состоянии. Всплывать на поверхность разрешалось только для зарядки аккумуляторов.

В июле 1942 года бомбардировщики «Веллингтон», оборудованные бортовыми прожекторами, впервые обнаружили и потопили немецкую подводную лодку. В августе министерство авиации отдало приказ о формировании еще одной эскадрильи самолетов «Веллингтон», оборудованных бортовыми прожекторами Ли. Одновременно с этим прожекторы Ли устанавливались на летающих лодках «Каталина» и испытывались на бомбардировщиках «Либерейтор» и «Летающая крепость». Подводные лодки противника, вынужденные теперь большую часть маршрута следовать в погруженном состоянии, не могли успешно перехватывать наши конвои.

К лету 1942 года Бискайский залив стал небезопасным районом для немецких подводных лодок. К этому времени увеличилась численность самолетов союзников и улучшилась организация противолодочной обороны. В июле приступила к боевым действиям базировавшаяся на аэродром Род-Айленд 53-я эскадрилья, вооруженная самолетами «Хадсон». В результате всех мероприятий, проведенных союзниками, немецкие подводные лодки были вынуждены покинуть восточное побережье Северной Америки и перебраться в Карибское море и Мексиканский залив. Однако и здесь самолеты 53-й эскадрильи, которая в августе 1942 года перебазировалась на остров Тринидад, наносили удары по противнику. Таким образом, период безнаказанных действий в американских водах для немецких подводных лодок окончился.

Хотя Дениц еще мог найти выгодные для своих подводных лодок районы боевых действий в Карибском море и у побережья Бразилии, он решил передислоцировать свой подводный флот. Трудно было догадаться, куда Дениц направит свой следующий удар. Как ни привлекательны воды, омывающие Кейптаун, Западную Африку и Северную Россию, где было много надводных целей и очень мало союзной авиации, основные силы немецких подводных лодок по-прежнему были сосредоточены в Северной Атлантике, в районах, более чем на 800 километров удаленных от англо-американских аэродромов, то есть вне радиуса действий союзной авиации.

Дениц знал, что радиус действия союзных патрульных самолетов, действовавших с Ныофаундленда, не достигает района действий патрульных самолетов, базировавшихся в Исландии и Северной Ирландии. Не соприкасались между собой и районы действий союзных самолетов, базировавшихся в Гибралтаре и в графстве Корнуэлл. Таким образом, «Гренландская брешь» на севере и «Азорская брешь» на юге являлись районами, где немецкие подводные лодки могли действовать безнаказанно.

В начале августа 1942 года и в течение трех последующих месяцев немцы начали применять групповые атаки наших конвоев, проходивших через «Гренландскую брешь». Следует отметить, что противник нападал на наши конвои лишь в том случае, если они следовали без воздушного прикрытия.

Нет никакого сомнения, что проблему безопасного прохода наших конвоев через эти «бреши» можно было разрешить. Во-первых, флот должен был выделить достаточные силы для эскортирования конвоев; во-вторых, нужно было создать специальные отряды морских сил, предназначенных для поиска и уничтожения подводных лодок противника. Действия союзных военно-воздушных сил против подводных лодок, дислоцированных в базах или находящихся на маршруте перехода, тоже, несомненно, повлияли бы на ход борьбы с подводными лодками противника как в районах «Гренландской бреши» и «Азорской бреши», так и в других районах. Но лучше всего было бы ликвидировать эти опасные «бреши». Эту задачу могли выполнить самолеты с авианосцев или самолеты берегового базирования, имеющие больший радиус действия. В августе 1942 года у нас было недостаточно авианосцев, чтобы выделять их для эскортирования трансатлантических конвоев, не было у нас и вспомогательных авианосцев. Что касается самолетов дальнего действия, то в распоряжении Берегового командования в то время имелось только пять самолетов «Либерейтор», имеющих дальность полета 3800 километров Не имея достаточного количества авианосцев и самолетов дальнего действия, мы несли серьезные потери на море: тоннаж наших кораблей и судов, потопленных только в северной части Атлантического океана в период с августа по октябрь 1942 года, составил почти полмиллиона тонн в месяц. Количество же вступавших в строй новых немецких подводных лодок превышало количество уничтоженных нами подводных лодок.

Для успешного разрешения проблемы борьбы с подводными лодками противника командование английских ВВС провело следующие мероприятия. Во-первых, штаб ВВС направил вице-маршала авиации Слессора в Вашингтон ускорить поставки в Англию самолетов «Либерейтор». С этой задачей Слессор успешно справился. Во-вторых, Джуберту было поручено создать англо-американский объединенный орган, который руководил бы борьбой с подводными лодками противника. Эта задача была выполнена с меньшим успехом. В сентябре 1942 года Джуберт предложил создать единый орган для руководства всей противолодочной борьбой. Предусматривалось, что этот орган будет иметь центральный планирующий аппарат для координации принимаемых решений английского, канадского и американского морского и авиационного командований. На бумаге этот проект выглядел заманчивым, но его практическое осуществление было связано с многочисленными затруднениями. В конце концов проект Джуберта, несмотря на то что он имел немало сторонников, был отвергнут. В ноябре был создан подкомитет противолодочной борьбы под председательством премьер-министра, входивший в состав Военного кабинета.

Пока обсуждались эти вопросы, противник снова захватил инициативу на море. Боевые действия нашей авиации в Бискайском заливе заметно ослабли. Причин тому было немало.

Если в июне немецким самолетам удалось перехватить над Бискайским заливом только три наших самолета, то с прибытием в Западную Францию 24 самолетов «Юнкерс-88», которые Дениц буквально вырвал у Геринга, сопротивление немецкой авиации активизировалось. В июле наши патрульные самолеты провели 25 воздушных боев, в августе — 33 и в сентябре — 44.

Значительно большим затруднением было начало рыболовного сезона в Бискайском заливе. Французские рыболовные суда создавали на экранах наших самолетных радиолокаторов изображения, аналогичные тем, которые возникали при обнаружении подводных лодок противника. К середине августа количество рыболовных судов в заливе настолько возросло, что ночные полеты наших противолодочных самолетов стали бесполезными.

Но основная причина снижения активности действий нашей противолодочной авиации в Бискайском заливе заключалась не в самолетах «Юнкерс-88» и не в рыболовных судах. Давно считали, что если немцам удастся создать какие-либо средства для обнаружения импульсов бортовых радиолокаторов, установленных на наших патрульных самолетах, то их подводные лодки смогут погружаться задолго до того, как они будут обнаружены этими самолетами. К несчастью, самолет «Хадсон», оборудованный самолетной радиолокационной станцией обнаружения А.S.V.-II, в апреле 1942 года разбился в Тунисе. В руки немцев попал в более или менее исправном состоянии радиолокатор вместе с его важнейшим агрегатом — магнетроном. К августу этого же года немцы изготовили аппарат, принимавший и записывавший импульсы наших самолетных радиолокаторов на удалении около 50 километров. К середине сентября противник снабдил большинство своих подводных лодок такими аппаратами.

Как только стало известно, что немцы обладают такой установкой, Береговое командование начало проводить работу в поисках соответствующих контрмер. В частности, была предпринята попытка «наполнить» эфир над Бискайским заливом многочисленными импульсами наших радиолокаторов, чтобы заставить немецкие подводные лодки непрерывно находиться под водой. Однако все наши усилия ни к чему не привели, и к январю 1943 года наши самолеты очень редко обнаруживали немецкие подводные лодки в ночное время. Осталось единственное средство — создать бортовой радиолокатор с длиной волны, находящейся вне диапазона радиоволн немецких приемников. Настало время для введения на вооружение нового самолетного бортового радиолокатора А.S.V.-III с длиной волны 10 сантиметров вместо радиолокатора A.S.V.-II с длиной волны 1,5 метра. Однако новые радиолокаторы удалось установить на дневных патрульных самолетах «Либерейтор», действовавших с аэродромов Англии, лишь в январе, а на ночных патрульных самолетах «Веллингтон», оборудованных бортовыми прожекторами, только в марте 1943 года.

В конце 1942 года перед Береговым командованием были поставлены серьезные задачи в связи с подготовкой союзных войск к крупной десантной операции «Торч», о которой подробнее будет сказано ниже. Нужны были фотоснимки Дакара, Тулона, итальянских военно-морских баз и трех африканских портов, намеченных для высадки наших войск, — Касабланки, Орана и Алжира. Нужно было проводить полеты с целью разведки погоды далеко в глубь Атлантического океана. Необходимо было непрерывно следить за немецкими линейными кораблями, находившимися в норвежских фиордах, усилить борьбу с немецкими подводными лодками в Бискайском заливе и в водах, прилегающих к Гибралтару. На Береговое командование по-прежнему возлагалась задача по обеспечению наших конвоев воздушным прикрытием.

Для подготовки к операции «Торч» в первую очередь нужно было расширить аэродром в Гибралтаре. Взлетно-посадочная полоса была расширена и удлинена на 410 метров, конец ее пришлось протянуть в море. Реконструкция аэродрома позволила разместить на нем, в дополнение к базировавшимся там двум эскадрильям (202-й и 233-й), еще три эскадрильи Берегового командования (210, 500 и 608-ю). Была налажена воздушная разведка, организовано патрулирование противолодочных самолетов и эскортирование наших конвоев. Самолеты Бомбардировочного командования поставили мины в водах близ портов противника в Бискайском заливе.

К счастью, немецкое командование приняло решение сконцентрировать свои подводные лодки против наших кораблей у берегов Западной Африки. С этой целью было выслано несколько подводных лодок противника далеко к юго-западу от намеченных маршрутов конвоев, обеспечивающих операцию «Торч». Хотя большинство из 14 конвоев с войсками вторжения шли со скоростью, не превышавшей 6–7 узлов, на подходах к маршруту следования наших кораблей были обнаружены только две немецкие подводные лодки, которые были потоплены самолетами «Либерейтор» из состава 224-й эскадрильи. Беспрепятственному проходу наших кораблей способствовал и тот факт, что немецким подводным лодкам удалось перехватить наш конвой, шедший из Сьерра-Леоне в сопровождении небольшого эскорта. Вскоре сюда были переброшены подводные лодки из других районов, и этот конвой явился жертвой ради успешного осуществления операции «Торч».

2 ноября первые союзные конвои вошли в зону воздушного прикрытия наших самолетов, базировавшихся в Гибралтаре. В ночь на 7 ноября к району высадки приблизились немецкие подводные лодки. Наши патрульные самолеты обнаружили 22 подводные лодки, из которых 13 были успешно атакованы и повреждены. Союзные корабли потерь не имели.

К середине декабря Дениц окончательно признал свое поражение и отозвал подводные лодки из этого района. Самолеты Берегового командования, базировавшиеся в Гибралтаре, налетали 8655 часов, выполняя задачи, связанные с операцией «Торч». При этом они обнаружили в море 142 немецкие подводные лодки, 83 подводные лодки были атакованы, из них 23 повреждены и три потоплены, не считая одной, потопленной совместно с самолетами военно-морских сил. Свои потери за это время составили 17 самолетов.

В течение последних месяцев 1942 года немецкие подводные лодки не погружались в момент нападения на них наших самолетов, а оставались на поверхности и вели обстрел по ним из пушек и пулеметов. Однако такая тактика не снизила потери немецких подводных лодок, которые продолжали непрерывно расти.

В январе 1943 года, когда Марокко и Алжир были в наших руках, а впереди еще предстояла тяжелая борьба в Тунисе, в Касабланке состоялась конференция глав правительств Великобритании и США. О значении и результатах этой важной конференции будет сказано ниже. Здесь лишь следует отметить, что на ней было решено все материальные ресурсы обоих государств направить в 1943 году прежде всего на разгром немецкого подводного флота. В соответствии с этим решением базы немецких подводных лодок в Бискайском заливе стали основными объектами действий союзной бомбардировочной авиации[88].

Необходимо напомнить, что и до этого наши бомбардировщики принимали участие в борьбе с подводными лодками противника. В течение 1941–1942 годов большая часть усилий Бомбардировочного командования была направлена на проведение боевых действий на море. Не считая выделенных в распоряжение Берегового командования восьми бомбардировочных эскадрилий (или девяти, если считать эскадрилью учебных самолетов «Уитли»), самолеты этого командования принимали участие в выполнении различных задач в борьбе на море. Самолеты «Бостон» из состава 2-й авиагруппы совместно с самолетами Берегового командования вели борьбу с судоходством противника. Тяжелые бомбардировщики, выполняя основную задачу, направленную на уничтожение линейных кораблей «Шарнхорст», «Гнейзенау» и тяжелого крейсера «Принц Ойген», производили налеты на линейный корабль «Тирпиц» у берегов Норвегии и авианосец «Граф Цеппелин» в Гдыне. В тех случаях когда погода препятствовала использованию ночных бомбардировщиков против объектов на суше, они привлекались для постановки мин в море[89]. Однако все эти действия бомбардировочной авиации носили вспомогательный характер. Основной вклад Бомбардировочного командования в войну на море заключался в проведении воздушных налетов на порты противника.

В течение 1942 года самолеты командования произвели свыше 2000 самолето-вылетов на порты, расположенные на побережье Северного моря и Ла-Манша, использовавшиеся противником, сбросив на них свыше 2500 тонн бомб. Эти налеты бомбардировочной авиации составляли часть широкой наступательной кампании, проводившейся союзной авиацией с целью подрыва морального духа немецкого народа и сокращения выпуска военной продукции Германии. В большинстве случаев самолеты производили бомбардировку по площади, причем в качестве прицельных точек обычно избирались судостроительные верфи и другие портовые сооружения. Портовые города Бремен, Гамбург и Киль, где производилось около 60 процентов немецких подводных лодок, входили в число городов, подвергавшихся наиболее мощным воздушным налетам. Массированным ударам подвергались также Эмден, Вильгельмсхафен, Любек и Росток. Кроме того, с июля 1942 года самолеты «Москито» стали совершать регулярные беспокоящие налеты на все порты Германии, а также наносить удары малыми силами с прицельным бомбометанием по верфям и стапелям подводных лодок в Данциге, Фленсбурге и Фегезаке. Всего в 1942 году самолеты Бомбардировочного командования произвели по морским объектам противника свыше 7000 самолето-вылетов, сбросив более 11 000 тонн бомб, что составляло 20 процентов от общего количества самолето-вылетов и сброшенного тоннажа бомб. Если к этому добавить 8500 самолето-вылетов, или 23,7 % от общего количества самолето-вылетов, произведенных самолетами командования в этом же году с целью выполнения других задач, связанных с ведением войны на море, например, таких, как постановка мин и налеты на порты, принадлежащие оккупированным Германией странам, то будет ясно, что усилия Бомбардировочного командования, вложенные в войну на море, были далеко не малыми.

При проведении этих налетов, особенно на порты Любек, Росток, Аугсбург и Фленсбург, был причинен значительный ущерб верфям, на которых строились подводные лодки. Точных данных о результатах бомбардировок нет. Однако имеются все основания считать, что они повлияли на выпуск подводных лодок. Так, например, если за последние пять месяцев 1941 года выпускалось в среднем по 22 подводные лодки в месяц, то в 1942 году выпускалось по 20 подводных лодок. Однако Дениц все еще мог наращивать численное превосходство своего подводного флота, так как в среднем немцы теряли около семи подводных лодок в месяц. Иначе говоря, несмотря на значительные успехи наших бомбардировщиков при проведении боевых действий на море, преимущество пока оставалось на стороне противника.

В ноябре 1942 года потери торгового флота союзников достигли потрясающей, самой высокой цифры за всю войну — 814 700 тонн. Правда, в следующем месяце потери составили 374 000 тонн, однако снижение потерь носило временный, «сезонный» характер. Впереди предстояла тяжелая борьба. И все же Береговое командование за пройденный период достигло значительных успехов, выражавшихся прежде всего в том, что районы воздушного патрулирования над морем непрерывно расширялись. Теперь самолет стал надежным оружием в борьбе с подводными лодками противника. В июне 1941 года, когда Джуберт возглавил Береговое командование, воздушное патрулирование простиралось на глубину всего лишь 550 километров от Британских островов. К февралю 1943 года, когда Джуберт передал командование маршалу авиации Слессору, радиус действия английских, американских и канадских самолетов позволил им перекрывать почти весь Атлантический океан. До июня 1941 года самолеты Берегового командования уничтожили только две немецкие подводные лодки. В период с июня 1941 по февраль 1943 года самолеты командования потопили 27 немецких подводных лодок, из них 19 были потоплены за последние пять месяцев. Несмотря на то что мы остро нуждались в самолетах на заокеанских театрах военных действий, количество самолетов дальнего действия Берегового командования возросло с шести с половиной эскадрилий, имевшихся в июне 1941 года, до 18 эскадрилий, какими оно располагало в феврале 1943 года.

Фактически самое тяжелое осталось позади. Как мы увидим дальше, патрульные самолеты дальнего действия вместе с эскортными кораблями и вспомогательными авианосцами через три месяца выиграли битву за Центральную Атлантику. А еще через некоторое время самолеты, оборудованные прожекторами и радиолокаторами нового типа, превратили Бискайский залив в настоящее кладбище для немецких подводных лодок. Конечно, Джуберт не мог еще это предполагать в феврале 1943 года, так как триумф, как и несчастье, приходит раньше, чем о нем подумают.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.461. Запросов К БД/Cache: 3 / 1