Главная / Библиотека / Военно-воздушные силы Великобритании во Второй мировой войне (1939-1945) /
/ Часть III УСПЕШНЫЙ ФИНАЛ / Глава 2 БЕРЕГОВОЕ КОМАНДОВАНИЕ. БОРЬБА С НЕМЕЦКИМИ ПОДВОДНЫМИ ЛОДКАМИ В АТЛАНТИЧЕСКОМ ОКЕАНЕ И БИСКАЙСКОМ ЗАЛИВЕ

Глав: 7 | Статей: 44
Оглавление
В книге рассматриваются вопросы боевого использования ВВС Великобритании в ходе второй мировой войны. Показываются характерные особенности боевых действий различных видов и родов авиации. Подробно освещается роль ВВС в основных военных операциях вооруженных сил Великобритании на театрах военных действий в Европе, Африке и Азии Авторы приводят материалы по действиям авиации против подводных лодок фашистской Германии. Достаточно полно освещаются действия союзной бомбардировочной авиации по объектам на территории Германии и оккупированных ею стран. Одна из глав книги посвящена описанию обстрела территории Англии немецкими самолетами-снарядами и ракетами дальнего действия и мерам борьбы с этими средствами.

Книга содержит большой цифровой и фактический материал об использовании авиации и потерях сторон в период второй мировой войны. В приложениях приводятся данные по организации ВВС Великобритании и тактико-технические характеристики боевых самолетов, состоявших на вооружении ВВС Великобритании, Германии, Италии и Японии.

Книга представляет интерес для офицеров, генералов и адмиралов Советских Вооруженных Сил, а также лиц, изучающих историю второй мировой войны.

Глава 2 БЕРЕГОВОЕ КОМАНДОВАНИЕ. БОРЬБА С НЕМЕЦКИМИ ПОДВОДНЫМИ ЛОДКАМИ В АТЛАНТИЧЕСКОМ ОКЕАНЕ И БИСКАЙСКОМ ЗАЛИВЕ

Глава 2

БЕРЕГОВОЕ КОМАНДОВАНИЕ. БОРЬБА С НЕМЕЦКИМИ ПОДВОДНЫМИ ЛОДКАМИ В АТЛАНТИЧЕСКОМ ОКЕАНЕ И БИСКАЙСКОМ ЗАЛИВЕ

В начале 1943 года союзники считали, что войну нельзя выиграть, не устранив угрозу со стороны подводных лодок противника; поэтому борьбу с ними они рассматривали как одну из наиболее важных задач, возложенных на их военно-морские и военно-воздушные силы. Следует вспомнить, что такая точка зрения господствовала на конференции в Касабланке и была ясно отражена в ее директивах.

В связи с этим главной задачей Берегового командования английских ВВС была борьба с немецкими подводными лодками в Атлантическом океане и Бискайском заливе. В феврале 1943 года командующим Береговым командованием был назначен маршал авиации Слессор.

Со своих баз, расположенных в Европе, немецкие подводные лодки следовали в Атлантический океан по двум маршрутам. Один из них проходил между Исландией и Северной Шотландией, другой — через Бискайский залив. Боевые действия Берегового командования проводились на основе следующих трех принципов: максимальная концентрация сил по месту и времени на главных направлениях, решительность в захвате и удержании превосходства над противником в вопросах развития боевой техники и, наконец, поддержание на высоком уровне боевой подготовки личного состава.

Общее руководство борьбой с подводными лодками противника осуществлялось подкомитетом противолодочной борьбы при Военном кабинете, председателем которого был премьер-министр Великобритании. Этот подкомитет ведал всеми вопросами, касающимися борьбы с подводными лодками. Имея исключительно большие полномочия, он мог немедленно передавать свои решения и указания любому министерству или штабу.

Структура и деятельность этого руководящего органа, на первый взгляд, не нуждалась в улучшении и усовершенствовании. Фактически это было далеко не так. Нельзя сказать, чтобы взаимодействие между Англией и США в вопросах борьбы с подводными лодками противника было всегда совершенным. Со стороны английского командования предпринимались неоднократные усилия наладить такое взаимодействие.

Начиная с декабря 1941 года — со времени нападения японцев на Пирл-Харбор — командующий Береговым командованием английских ВВС, в то время маршал авиации Джуберт неоднократно настаивал на создании объединенного командования, по крайней мере для руководства борьбой с подводными лодками противника в северной части Атлантического океана. Однако предложения Джуберта, одобренные американским морским штабом в Лондоне, не встретили должной поддержки со стороны командующего военно-морскими силами США и не были утверждены. Маршал авиации Слессор, сменивший Джуберта, сразу же выдвинул предложение, чтобы Атлантический океан считался единым районом боевых действий, на котором союзники — Англия на востоке, а США и Канада на западе — вели согласованные боевые действия с чрезвычайно подвижным противником. Положение Германии на правом фланге морского театра военных действий в Атлантике было очень прочным. Большое количество баз, имевшихся в распоряжении Германии на этом. фланге, и характер применяемого оружия давали ей возможность быстро осуществлять концентрированные атаки в любом направлении. Буквально в течение нескольких дней Дениц мог перебросить свой подводный флот от американского побережья к подходам в Средиземное море или к северу, в бурные воды, омывающие Исландию. Столь гибкий способ нападения противника требовал, по мнению Слессора, гибкой системы обороны, и поэтому он настаивал на создании четкой и действенной системы руководства борьбой с подводными лодками противника. Прогресс в этом направлении был, конечно„сделан, но даже на заключительных этапах войны то тесное взаимодействие, которое «обычно имело место в других операциях воздушной войны», над беспокойными волнами Атлантики не было достигнуто.

В войне, которая ведется несколькими союзными государствами, трудно установить эффективную систему руководства боевыми операциями. И все же сначала казалось, что над необъятными просторами Атлантического океана военно-воздушные силы Англии и США будут действовать в соответствии с точно разработанным планом совместных операций. В марте 1943 года в Вашингтоне была созвана конференция, которая рассмотрела вопросы по организации защиты конвоев, следующих через Атлантический океан. На конференции присутствовал представитель штаба Слессора вице-маршал авиации Дарстон. Эта конференция пересмотрела маршруты следования боевого охранения конвоев. На Восточное командование ВВС Канады в Галифаксе было возложено руководство боевой деятельностью всех противолодочных самолетов, базирующихся в Канаде, на Лабрадор и Ньюфаундленд, независимо от того, принадлежали ли эти самолеты военно-воздушным силам Англии, США или Канады. В Сент-Джонсе, на Ньюфаундленде, был создан объединенный штаб этого района. Однако наиболее важным результатом этой конференции явилось согласие США разместить свои противолодочные самолеты дальнего действия на Ньюфаундленде, передать некоторое количество таких самолетов канадским ВВС и создать Объединенный процедурный комитет. Этот комитет собрался в Сент-Джонсе в начале июня с целью установить единую систему «боевой разведки и связи для всех союзных противолодочных эскадрилий, действующих в Атлантическом океане».

Однако предложенная комитетом система разведки и связи так и не была введена в действие. Возможно, эта система была слишком проста, возможно для ее осуществления требовалась более высокая степень взаимодействия, чем та, которую можно было достигнуть в то время, но из-за отсутствия такой единой системы две великие воздушные и морские державы вели в течение более трех с половиной лет отчаянную борьбу с врагом в исключительно трудных условиях, а отсутствие полного взаимопонимания между ними порождало дополнительные затруднения. Одно время казалось, что Объединенный процедурный комитет выработает схему совместных действий. Однако вмешательство военно-морского министра США в дела этого комитета привело к внезапному прекращению его работы.

Аналогичная судьба постигла Союзный комитет по борьбе с подводными лодками, созданный для достижения тесного взаимодействия на всех театрах военных действий.

Такое положение объясняется, вероятно, тем, что несмотря на все заверения высшего командования американских ВМС, данные на конференции в Касабланке, оно по вполне понятным причинам уделяло больше внимания крупным наступательным морским и воздушным Операциям, проводившимся на Тихом океане, чем оборонительным операциям против подводных лодок в Атлантическом океане. Американцы не могли игнорировать и фактически не игнорировали этот театр военных действий, на котором в течение всего 1943 года проводилась операция «Болеро» — переброска во все возрастающем количестве американских войск и предметов снабжения в Англию. В то же время они держали мощные противолодочные силы в районах, прилегающих к побережью США. Изучение американских боевых приказов и оперативных планов позволяет сделать вывод, что адмирал Кинг и его штаб не придавали боевым действиям в Атлантике такого же первостепенного значения, какое генерал Маршалл придавал вторжению союзников в Европу в 1944 году.

Среди американских руководящих лиц, по-видимому, были различные точки зрения по вопросу ведения воздушной войны в Атлантическом океане. В начале 1943 года военный министр США Стимсон и его заместитель Ловетт внесли предложение учредить должность командующего союзными ВВС в районе Атлантического океана, которому должны были подчиняться все союзные противолодочные авиационные части и соединения, базирующиеся в этом районе. На первый взгляд это предложение казалось вполне обоснованным, однако оно не встретило одобрения со стороны английского Военного кабинета, да и сам Слессор не испытывал большого желания занять этот пост, хотя американцы и были готовы выдвинуть его кандидатуру. Слишком свежа еще была в памяти Слессора судьба, постигшая Союзный комитет по борьбе с подводными лодками. Он был убежден, что командующий военно-воздушными силами в районе Атлантического океана был бы номинальным начальником, а не действительным командиром, чьи приказы должны беспрекословно выполняться всеми соединениями, участвующими в борьбе с подводными лодками противника.

Адмиралтейство оказалось значительно сговорчивее американского морского ведомства. Во всех объединенных штабах районов, в штабе Берегового командования и в Адмиралтействе офицеры ВМС и ВВС рука об руку работали над решением поставленных задач. Чувство недоверия, вызванное в 1941 году решением английского правительства передать Береговое командование в оперативное подчинение Адмиралтейству, постепенно исчезло, и отношения между личным составом этих двух органов едва ли могли быть более сердечными.

В мае 1943 года Слессор доложил подкомитету противолодочной борьбы, что Береговое командование больше не в состоянии обеспечивать каждый конвой воздушным прикрытием и что в будущем таким прикрытием будут обеспечиваться лишь те конвои, для которых угроза подвергнуться атаке подводных лодок противника будет особенно велика. Прикрытие конвоев, следующих через сравнительно безопасные районы океана, необходимо осуществлять только надводными эскортными силами. Одновременно Слессор добивался изменения дислокации союзных ВВС в районе Атлантического океана и переброски из США в Англию еще шести эскадрилий (всего 72 самолета дальнего действия) для использования их против немецких подводных лодок, действующих в Бискайском заливе. Подкомитет противолодочной борьбы поддержал проект Слессора, не возражал против него и начальник морских операций штаба ВМС США адмирал Старк. Однако первые американские эскадрильи прибыли в Корнуэлл только в июне, когда Слессор снова прибыл в Вашингтон, чтобы добиться осуществления своего проекта. Количество американских самолетов, переброшенных в Англию, никогда не достигало запланированных шести эскадрилий, и к январю 1944 года в Англии находились только три эскадрильи ВМС США, насчитывавшие 36 бомбардировщиков «Либерейтор». Кроме того, в течение некоторого времени с английских аэродромов действовала одна эскадрилья летающих лодок «Каталина». Однако эти самолеты не могли справиться с теми задачами, которые на них возлагались в период максимальной активности подводных лодок противника в Бискайском заливе.

У нас всегда было хорошее взаимодействие с канадскими ВВС. Командующий Восточным командованием ВВС Канады вице-маршал авиации Джонсон горячо поддержал предложения Слессора и установил тесный контакт со штабом Берегового командования. 422-я и 423-я эскадрильи канадских ВВС действовали с аэродромов Северной Ирландии; 162-я эскадрилья, вооруженная летающими лодками «Каталина», базировалась в Исландии, но в боевых действиях приняла участие только в феврале 1944 года.

Такова была общая обстановка весной 1943 года, когда Береговое командование принялось выполнять задачи по защите наших конвоев от подводных лодок противника.

Основными районами боевых действий являлись Атлантический океан и Бискайский залив. При этом не следует забывать, что боевые действия в любом из этих районов являлись частью битвы за Атлантику. Интенсивность этих боевых действий колебалась в зависимости от изменения диспозиции подводных лодок, имевшихся в распоряжении Деница. В период с января и до середины мая 1943 года основные усилия немецких подводных лодок были направлены в северные районы Атлантического океана.

В этой мрачной части океана противник оказался хозяином положения, по крайней мере временно. Тактика немцев на этом театре заключалась в атаке конвоев большими группами подводных лодок. В период с 16 по 20 марта одна из таких групп, напав на конвои «НХ-229» и «SC-122», добилась исключительного успеха. На рассвете 16 марта в условиях штормовой погоды подводная лодка из состава группы «Раубграф» обнаружила конвой «SС-122». К месту нахождения конвоя были вызваны другие подводные лодки. К вечеру этого дня большая часть немецких подводных лодок была в готовности нанести решительный удар по конвою. В 02.00 17 марта были торпедированы один за другим четыре транспорта, а к исходу этого дня такая же судьба постигла пятый транспорт. Два самолета «Либерейтор», вылетевшие из Северной Ирландии в район боевых действий, обнаружили четыре подводные лодки, но сбросить противолодочные бомбы удалось лишь одному самолету. Вылетевший после них третий самолет «Либерейтор» не мог обнаружить конвой и возвратился на свою базу. Ночью немецкие подводные лодки потопили еще два транспорта. 18 марта три «Либерейтора», вылетевшие из Северной Ирландии, и два «Либерейтора» из Исландии прикрывали конвой с 10.38 до 20.38. Самолеты шесть раз обнаруживали подводные лодки противника и провели четыре атаки. Присутствие своих самолетов избавило уже значительно потрепанный конвой от дальнейших атак противника. Ночь прошла спокойно, но на рассвете 19 марта, когда еще было темно, было потоплено еще одно судно.

Большинство самолетов командования не было оборудовано бортовыми прожекторами Ли, и поэтому не было организовано воздушное прикрытие конвоя в темное время суток.

К 20 марта было усилено прикрытие конвоя с воздуха. Три бомбардировщика «Летающая крепость» непрерывно патрулировали почти в течение 13 часов светлого времени. Одновременно 10 летающих лодок «Сандерленд», летая над морем на малой высоте, прикрывали также конвой «НХ-229», в составе которого были быстроходные суда. Одна подводная лодка противника была потоплена, а другая повреждена самолетами из состава 201-й эскадрильи.

Конвой «НХ-229» насчитывал 40 транспортов, следовавших 11 колоннами. Вечером 16 марта подводные лаки нанесли первый удар по конвою и торпедировали одно торговое судно. Вскоре были потоплены еще три судна. На рассвете 17 марта конвой был дважды атакован, при этом было торпедировано еще три судна. Столь большие потери объясняются тем, что конвой в то время находился вне радиуса действия своих самолетов и прикрытие его осуществляли только корабли охранения. В 13.05 были торпедированы еще два судна. К.этому времени конвой вошел в зону досягаемости своих самолетов. Сильный боковой ветер на аэродроме в Исландии мешал в это время взлету самолетов, и только в 16.55 один из самолетов 120-й эскадрильи смог прибыть к месту нахождения конвоя, он прикрывал его в течение четырех часов.

18 марта ветер резко усилился; видимость уменьшилась до пяти километров, и самолеты, вылетевшие для прикрытия конвоя, не смогли его обнаружить. Немецкие подводные лодки возобновили атаки и после полудня потопили два судна. 19 марта прикрытие конвоя осуществлялось тремя самолетами «Либерейтор» и четырьмя самолетами «Летающая крепость» в течение 12 часов. На следующий день три самолета «Летающая крепость» прикрывали конвой, а летающие лодки «Сандерленд» вели поиски подводных лодок в прилегающих районах.

«Результаты этого сражения, — говорилось в журнале боевых действий главного командования ВМС Германии, — являются наилучшим достижением в борьбе с конвоями противника». За четыре дня было потоплено 20 транспортов.

В это время в Вашингтоне была созвана конференция по организации прикрытия и прохождения конвоев через Атлантический океан, на которой, как указывалось выше, присутствовал представитель Берегового командования вице-маршал авиации Дарстон. Конференция пересмотрела систему сопровождения конвоев, и вскоре после этого конвои стали нести гораздо меньшие потери.

В мае в результате объединенных усилий авиации и флота было потоплено не менее 41 немецкой подводной лодки. Средний тоннаж потопленных судов союзников, приходившийся на одну потопленную лодку противника, снизился с 40 000 до 6000 тонн.

Немцы с присущей им скрупулезностью проанализировали причины потерь своего подводного флота. Таблица потерь, приложенная к журналу боевых действий главного командования ВМС Германии, представляет несомненный интерес. В ней указывается, что 35 процентов от общего количества потопленных подводных лодок были уничтожены союзной авиацией на путях подхода подводных лодок к маршрутам следования конвоев. В районе непосредственного нахождения конвоев потери немецких подводных лодок составили 26 процентов, из них 10 процентов лодок было потоплено авиацией и 13 процентов — уничтожено в результате совместных усилий авиации и надводных кораблей. И, наконец, 38 процентов от общего количества потопленных немецких подводных лодок было уничтожено в момент выхода их в атаку, причем 22 процента было потоплено кораблями охранения, 10 процентов — авиацией и 6 процентов — в результате совместных действий надводных кораблей и авиации. Эти цифры красноречиво говорят о том, что чем дальше немецкие подводные лодки находились от конвоев, тем большие потери несли они от авиации. И только тогда, когда подводные лодки подходили к конвою очень близко (иногда они даже прорывали завесу охранения и оказывались внутри боевого порядка кораблей и судов конвоя), они несли больше потерь от кораблей охранения, чем от самолетов. Этого следовало ожидать. В документах главного командования немецких ВМС по этому вопросу отмечено следующее: «Английские ВВС сыграли важную роль в нанесении немецкому подводному флоту столь больших потерь. Это объясняется возросшим использованием сухопутных самолетов и авианосцев, а также осуществлением внезапных ударов благодаря обнаружению подводных лодок при помощи радиолокационных средств в дневное и ночное время».

17 мая Дениц направил командирам всех подводных лодок директиву № 1769, в которой говорилось: «Обстановка, сложившаяся в настоящее время в северной части Атлантического океана, вынуждает нас временно перенести боевые действия подводных лодок в районы, менее подверженные воздействию авиации противника». Таким образом, Дениц признал провал планов в Северной Атлантике, причем основной причиной этого провала явились активные действия самолетов Берегового командования. Дениц проиграл кровопролитную битву в Северной Атлантике и перенес боевые действия своих подводных лодок на юг. То же самое сделал и Слессор.

В начале весны 1943 года развернулась борьба в Бискайском заливе. Следует вспомнить, что на протяжении 1941 и 1942 годов 19-я авиагруппа, штаб которой находился в Плимуте, а боевые эскадрильи базировались на аэродромы юго-западного побережья Англии и Уэльса, вела патрулирование в районе Бискайского залива. К началу 1943 года авиагруппа насчитывала на своем боевом счету только семь потопленных немецких подводных лодок. В январе 1943 года были потоплены еще две подводные лодки. Однако в марте 1943 года произошло событие, послужившее началом решающей фазы давно готовившегося сражения. На самолетах Берегового командования были установлены первые бортовые радиолокаторы обнаружения А.S.V.-III, работавшие в дециметровом диапазоне и предназначенные для поиска и обнаружения подводных лодок противника в надводном положении. А.S.V.-III явился не просто новым эффективным средством обнаружения подводных лодок, поступившим на вооружение вместо бортового радиолокатора А.S.V.-II с длиной волны 1,5 метра[121], Теперь подводные лодки противника не могли чувствовать себя в безопасности и в ночное время. Вновь стали эффективно применяться самолетные прожекторы Ли для поиска и атаки подводных лодок в ночное время. До тех пор пока на самолетах Берегового командования устанавливались бортовые радиолокаторы старого образца А.S.V.-II, немецкие подводные лодки могли обнаружить работу этих радиолокаторов при помощи своих поисковых радиолокационных приемников и успевали погружаться в воду до подхода к ним самолетов; поэтому интенсивность и плотность патрулирования самолетов, проводившегося в дневное время, не имели существенного значения. Чтобы избежать визуального обнаружения, немецкие подводные лодки днем шли в подводном положении, а после захода солнца всплывали на поверхность для зарядки аккумуляторов и, используя большую скорость хода в надводном положении, уходили из опасной зоны. Однако как только английские самолеты были оснащены бортовыми радиолокаторами нового образца, работу которых немцы не могли обнаружить, вновь стали успешно действовать самолеты с прожекторами. Эти самолеты могли успешно обнаруживать и уничтожать подводные лодки противника.

Основные базы немецких подводных лодок находились в Лориане, Сен-Назере, Ла-Паллисе, Бресте и Бордо. Согласно решениям, принятым в Касабланке по вопросу борьбы с подводными лодками противника, все эти базы подверглись налетам самолетов Бомбардировочного командования, а по некоторым из них наносили удары самолеты 8-й воздушной армии США. На Лориан было сброшено 4500 тонн бомб, а на Сен-Назер — 2000 тонн. Однако результаты бомбардировок были неудовлетворительными, так как бомбы не могли пробить мощные железобетонные укрытия для подводных лодок. Стало ясно, что бомбардировка баз подводных лодок с воздуха не может дать положительных результатов[122].

В меморандуме, представленном Слессором в апреле 1943 года в Комитет противолодочной борьбы и переданном на рассмотрение Англо-американского комитета начальников штабов, отмечалась огромная важность Бискайского залива «Через Бискайский залив, — писал Слессор, — проходят пять из каждых шести подводных лодок противника, действующих в Атлантическом океане». Воды Бискайского залива находились в радиусе действия самолетов, базирующихся на аэродромы Юго-Западной Англии и Гибралтара. Береговому командованию необходимо было организовать патрулирование самолетов над Бискайским заливом таким образом, чтобы иметь твердую уверенность в том, что каждая немецкая подводная лодка, проходящая через Бискайский залив, будет обнаружена и уничтожена.

Организуя патрулирование, Слессор применил и усовершенствовал так называемую тактику «паутины», впервые успешно примененную английской военно-морской авиацией еще в 1917 году над Северным морем.

Такая тактика вскоре дала положительный результат. «Противник охраняет район Бискайского залива исключительно тщательно, — доносил немецкий офицер связи флота, прикомандированный к штабу ВВС, — над заливом ежедневно патрулирует от 30 до 50 самолетов противника».

Успехи применения нового бортового радиолокатора А.S.V.-III не замедлили сказаться. В марте в Бискайском заливе были обнаружены 42 подводные лодки противника, из них 24 подверглись атаке. Вновь успешно стали применяться самолетные прожекторы Ли. Все это было немалым достижением, но штабу Берегового командования было хорошо известно, что на каждую обнаруженную подводную лодку противника приходились две необнаруженные.

Следующий ход предприняли немцы, изменив свою тактику боевых действий. Их подводные лодки теперь при налете авиации не погружались, а оставались на поверхности для отражения атак авиации противника при помощи зенитных пушек и пулеметов, количество и калибр которых были значительно увеличены. Немцы сняли с подводных лодок артиллерийские установки калибра 88 и 105 миллиметров и вместо них установили на боевой рубке, а на некоторых лодках в носовой и кормовой части зенитные пушки калибра 37 и 20 миллиметров и крупнокалиберные пулеметы. Имея такое вооружение, немецкие подводные лодки вступали в бой с самолетами противника, представлявшими собой весьма соблазнительную цель. «Чтобы сбросить противолодочные бомбы с необходимой точностью, «Либерейтор» или «Сандерленд» должен был лететь не только на малой высоте, но и выдерживать при этом прямолинейный курс горизонтального полета. Ясно, что сбить самолет в момент его захода на цель, пусть даже непродолжительного по времени, было вполне возможно. Поэтому Дениц потребовал от командиров своих подводных лодок применять тактику обстрела самолетов.

Необходимыми средствами борьбы против новой тактики противника, по мнению специалистов, должны были быть новый тип бомбардировочного прицела и новый тип противолодочной бомбы, обеспечивающие бомбометание со средних высот. К созданию такого прицела и бомбы необходимо было как можно скорее привлечь ученых. Такая точка зрения существовала и в Комитете противолодочной борьбы, но она не получила одобрения Слессора, который питал исключительное доверие к экипажам своих самолетов и утверждал (дальнейшие события подтвердили его правоту), что они не испугаются потерь и будут по-прежнему атаковать немецкие подводные лодки с малых высот. В то же время Слессор предпринимал все зависящие от него меры для усиления зашиты противолодочных самолетов от зенитного огня подводных лодок противника. В носовой части самолетов были установлены дополнительные пулеметы, и воздушным стрелкам было приказано вести интенсивный огонь при выходе самолета на боевой курс. 10-я эскадрилья австралийских ВВС первой установила в носовой части летающих лодок «Сандерленд» по 4 пулемета калибра 7,69 миллиметра. Этому примеру последовали вскоре и другие эскадрильи. При наличии такого оружия воздушные стрелки могли вести эффективный огонь с большого расстояния.

В апреле 1943 года самолеты Берегового командования из 52 обнаруженных в Бискайском заливе немецких подводных лодок атаковали 28 и потопили только одну подводную лодку. Однако в следующем месяце в Бискайском заливе было обнаружено 98 подводных лодок, из них 64 были атакованы и семь потоплены. Тактика пребывания подводных лодок в надводном положении с целью отражения атак самолетов противника обходилась немецкому командованию слишком дорого, и оно в третий раз изменило тактику своих действий.

В течение первых десяти дней июня в Бискайском заливе было обнаружено только семь немецких подводных лодок, несмотря на то что патрулирование самолетов над заливом продолжалось во все возрастающем масштабе. Неужели битва выиграна? Вначале казалось, что дело обстоит именно так, но 12 июня впервые был обнаружен «групповой переход» немецких подводных лодок, шедших в надводном положении из Бискайского залива в Атлантический океан. Такое использование подводных лодок давало им вполне очевидное тактическое преимущество. Одна небольшая группа подводных лодок, идущих в сомкнутом строю, имеет больше шансов остаться не обнаруженной самолетами противника, чем три или четыре подводные лодки, идущие поодиночке в районе патрулирования авиации противника. Прикрытие группы подводных лодок истребителями, главным образом «Юнкерс-88», при такой тактике могло быть организовано по месту и времени лучше, чем прежде, в то же время подводные лодки могли оказать друг другу взаимную огневую поддержку. Если группа подводных лодок была обнаружена нашими самолетами, она сразу же переходила на зигзагообразный курс и открывала огонь, который обычно был более интенсивным и точным, чем огонь с отдельных подводных лодок. Новая тактика обеспечила противнику временную передышку. Количество обнаруженных в Бискайском заливе немецких подводных лодок в июне снизилось до 57, а количество атакованных подводных лодок — до 26; были потоплены только две подводные лодки.

Как раз в это время Адмиралтейство наконец получило в свое распоряжение отряд сторожевых кораблей. Он состоял из пяти шлюпов: «Старлинг», «Рен», «Вудпеккер», «Кайт» и «Уайлд Гус», Отрядом командовал капитан 1 ранга Уокер.

В течение последующих шести недель этот отряд и самолеты Берегового командования нанесли большие потери немецкому подводному флоту.

Совместные действия сторожевых кораблей и авиации против немецких подводных лодок продолжались до августа 1943 года, когда противник еще раз изменил свою тактику. Потеря четырех подводных лодок в Бискайском заливе в первые два дня этого месяца вынудила немецкое командование отказаться от попыток пересекать воды залива в надводном положении, и подводные лодки избрали более безопасный маршрут вдоль северных берегов Испании. Сторожевые корабли Уокера и самолеты 19-й авиагруппы Бромета сразу же последовали за подводными лодками в новый район, Однако теперь английские корабли и самолеты были далеко от своих баз и приблизились к базам противника. Фактически они оказались в радиусе действия немецкой авиации, на вооружение которой поступили новые бомбы. 25 августа корабли, охранявшие выход из Бискайского залива у берегов Испании, были атакованы немецкими самолетами, которые повредили один шлюп. Через два дня немцы потопили английский шлюп «Игрет» и серьезно повредили эскадренный миноносец «Этабаскан». В целях безопасности отряд шлюпов был отведен на 300 километров к западу, вследствие чего ухудшилось взаимодействие кораблей с самолетами Берегового командования.

К концу августа 1943 года противник снова изменил тактику действий своих подводных лодок в Бискайском заливе. Теперь они двигались в светлое время суток в подводном положении, всплывая на поверхность лишь ночью на минимальное время, необходимое для зарядки аккумуляторов.

Береговое командование прилагало все усилия для оказания противодействия новой тактике противника. Было увеличено количество ночных патрульных самолетов «Веллингтон», оборудованных прожекторами Ли для поиска подводных лодок, перевооружена 304-я польская эскадрилья.

Сторожевые корабли продолжали патрулировать в Бискайском заливе до середины сентября, когда было получено сообщение, что немецкие подводные лодки снова появились в северной части Атлантического океана. Это был тревожный сигнал, и корабли из Бискайского залива были переброшены на север. Они возвратились в Бискайский залив почти через год, как раз в то время, когда быстрое продвижение союзных войск из Нормандии к юго-западу вынудило немецкое командование вывести свои подводные лодки из портов Бискайского залива.

В ходе сражения с немецкими подводными лодками в Бискайском заливе Слессор и Бромет непрерывно меняли тактические приемы. В марте 1943 года был применен метод «ленточного патрулирования». Существо этого метода состояло в том, что самолеты днем и ночью патрулировали над полосой воды определенной ширины, расположенной перпендикулярно к вероятному маршруту следования подводных лодок противника. Патрулируя над такой полосой, летчики имели большие шансы обнаружить днем или ночью подводную лодку, пересекающую данную полосу. Было подсчитано, что немецкая подводная лодка в течение суток должна находиться в надводном положении для зарядки своих аккумуляторов около пяти часов. Применялись и другие методы патрулирования, известные под названием «Гондола», «Инклоуз», «Маскетри» и «Перкашен», которые являлись улучшенными вариантами старого метода поиска по веерообразно расходящимся маршрутам. Максимальный успех был достигнут в июле, когда английская авиация потопила 11 немецких подводных лодок.

Самолеты, привлекавшиеся для борьбы с подводными лодками, неоднократно вступали в бой с немецкими истребителями дальнего действия, прикрывавшими переход своих подводных лодок. Немецкие истребители, действовавшие в районе Бискайского залива, входили в состав группы дальних истребителей 6-й бомбардировочной эскадры, которая начала боевые действия в сентябре 1942 года, Плохая погода зимой 1942/43 года затрудняла боевые действия авиации, и до марта 1943 года истребители 19-й авиагруппы обнаружили в воздухе только 27 немецких истребителей. В последующие три месяца потери противника в целом превзошли наши потери, и немецкое командование срочно перебросило из Италии в Брест истребители «Мессершмитт-110», которые начали совершать боевые вылеты совместно с самолетами «Юнкерс-88».

Для борьбы с патрульными самолетами в ночное время немцы выделили девять ночных истребителей «Юнкерс-88», базировавшихся в Нанте. В феврале 1944 года был сформирован отряд в количестве 9 самолетов «Фокке-Вульф-190». Однако эти истребители, хотя и имели хорошие тактико-технические данные, не достигли значительных результатов, так как у них был слишком малый радиус действия. С началом вторжения союзных войск в Европу немцы полностью прекратили прикрытие своих подводных лодок истребителями.

В период с 1 июня по 1 сентября 1943 года немцы потеряли в Бискайском заливе и северной части Атлантического океана 56 подводных лодок. Таким образом, после переноса боевой деятельности подводных лодок из северной части Атлантического океана в Бискайский залив потери немцев не сократились, а, наоборот, возросли, количество же потопленных судов союзников за это же время значительно снизилось.

Однако Дениц не отчаивался, так как на вооружение немецких ВМС вскоре должны были поступить новое приспособление — шноркель и новый вид оружия — акустическая торпеда. Шноркель состоял из двух соединенных между собой труб, прикрепляемых к палубе подводной лодки, обычно на левом борту наверху боевой рубки. В рабочем положении один конец воздухозаборной трубы находился на одном уровне с верхней частью полностью поднятого перископа. Внутренний диаметр этой трубы составлял 355 миллиметров, сверху труба закрывалась кожухом с автоматическим клапаном, не пропускавшим в нее воду. Выхлопная труба, располагавшаяся непосредственно за воздухозаборной трубой, была на 1,5 метра короче, и поэтому ее верхний конец находился как раз под поверхностью воды. Для зарядки аккумуляторов подводная лодка шла на малой скорости на перископной глубине. Воздухозаборная труба поднималась кверху, и наружный воздух поступал через нее в дизели подводной лодки. Таким образом, с помощью этого устройства лодка могла двигаться в подводном положении при помощи дизелей и одновременно заряжать свои аккумуляторы Вскоре было установлено, что скорость подводных лодок при таком способе передвижения составляла от пяти до семи узлов.

Вторым изобретением являлась акустическая торпеда. После выстрела такая торпеда двигалась в направлении шума, создаваемого винтами корабля. Внутри торпеды находилось специальное устройство, улавливающее шум винтов. Благодаря этому торпеда изменяла свой курс и двигалась прямо на цель.

Однако акустической торпеды и шноркеля было еще недостаточно для завоевания господства на море. Немецкое верховное командование сознавало, что для достижения этой цели необходимо иметь подводные лодки нового типа. В связи с этим производство подводных лодок старого типа было прекращено, и немцы приступили к проектированию моделей новых подводных лодок. Эти лодки, обладавшие более высокой скоростью хода, предполагалось собирать из готовых стандартных узлов.

Модель XXI имела водоизмещение 1600 тонн и запас хода в надводном положении свыше 30 000 километров при скорости шесть узлов. В случае необходимости лодка могла развивать под водой скорость 16 узлов, но с такой скоростью она могла пройти расстояние не более 40 километров. Эта подводная лодка несла 20 торпед и имела экипаж 57 человек. Модель XXIII имела значительно меньшие размеры, ее водоизмещение составляло всего 230 тонн, под водой лодка могла развить скорость хода 10 узлов и проходить при этом расстояние около 70 километров. Экипаж ее насчитывал 14 человек, и она несла только две торпеды. В период между проектированием этих лодок и их вступлением в строй должны были применяться обычные подводные лодки, на которых были поспешно установлены шноркели. Немцы считали, что это устройство явится надежной зашитой и позволит продолжать подводную войну до тех пор, пока не будут выпущены новые подводные лодки.

Одновременно с этим Дениц предпринял еще одно усилие для улучшения положения немецкого подводного флота в северной части Атлантического океана. Сюда снова было переброшено несколько групп подводных лодок для ведения группового патрулирования в меридиональном направлении. В каждой группе насчитывалось от 15 до 20 подводных лодок. Боевой порядок подразделения группы лодок образовывал прямую линию протяжением свыше 450 километров; расстояние между двумя соседними лодками в линии составляло около 24 километров. Завеса подводных лодок перемещалась в северном, южном, восточном или западном направлении таким образом, чтобы перекрыть полосу водного пространства перпендикулярно к направлению движения конвоя противника. Залог успеха заключался в точной и своевременной передаче сообщения с подводной лодки, которая первой обнаружит конвой, с тем чтобы вся группа смогла быстро подойти к конвою. Если данные о местонахождении конвоя поступали слишком поздно, он успевал проскочить между двумя лодками и уходил за пределы досягаемости группы прежде, чем подводные лодки успевали собраться для атаки конвоя.

В середине сентября одной из немецких групп в составе 15 подводных лодок, вооруженных акустическими торпедами, удалось незамеченной проскочить в северную часть Атлантического океана, где она стала поджидать добычу. Такой добычей оказались два союзных конвоя «ON-202» и «ONS-18», состоявшие из 68 кораблей и торговых судов. Конвои следовали из Англии сходящимися курсами и находились друг от друга на удалении около 150 километров.

На рассвете 20 сентября был торпедирован один из кораблей охранения. Торпеда попала в корму, повредив винт и руль. Корабль потерял ход и был отбуксирован в Англию. Следующими жертвами оказались два торговых судна. Атаки конвоя не прекращались до 24 сентября. За пять дней было потоплено шесть торговых судов и три корабля охранения, причем четыре из них были потоплены акустическими торпедами Немцы потеряли в этом бою три подводные лодки.

Следующая попытка немцев овладеть инициативой имела место в первой половине октября, когда, по всей вероятности, та же самая группа подводных лодок избрала для атаки конвоев район, находившийся в пределах радиуса действия союзных самолетов, базировавшихся в Исландии. На этот раз результаты боя были не в пользу немцев. В октябре только в Северной Атлантике противник потерял 20 подводных лодок. Кроме того, две подводные лодки были потоплены в районе Азорских островов, ставших к этому времени союзной базой, на которую базировались самолеты 19-й авиагруппы.

1943 год закончился полной победой союзников на всех семи морях. Потери торгового флота значительно снизились и во второй половине 1943 года составили около 130 000 тонн в месяц по сравнению с 520 000 тонн в 1942 году.

20 января 1944 года командующим Береговым командованием вместо Слессора был назначен главный-маршал авиации Шолто Дуглас; Слессор стал заместителем командующего союзными военно-воздушными силами на Средиземноморском театре военных действий и одновременно командующим английскими ВВС па Средиземном море и Среднем Востоке. Вскоре стало ясно, что немецкие подводные лодки, а их действовало в открытом море все еще более 60, отказались от тактики групповых действий и перешли к одиночному патрулированию. С одной стороны, это значительно затрудняло их поиск и уничтожение, но, с другой, они могли теперь причинить нашим конвоям лишь незначительный ущерб.

Однако не все подводные лодки действовали одиночно. Часть лодок была объединена в небольшие группы, которые патрулировали преимущественно у западных берегов Шотландии и Ирландии. В светлое время суток эти подводные лодки находились под водой, всплывая только ночью для поиска кораблей и судов противника, При появлении союзных самолетов лодки немедленно погружались. Для противодействия такой тактике Дуглас сократил количество самолетов, патрулировавших в районе Бискайского залива, увеличив и сконцентрировав свои силы у западного побережья Британских островов.

Новая тактика действий немецких подводных лодок, заключавшаяся в проведении атак конвоев в ночное время, повысила значение ночных противолодочных операций. Использование бортовых радиолокаторов обнаружения и прожекторов требовало большой четкости в работе операторов этих установок. Была усилена тренировка в обращении с осветительными прожекторами Ли, чтобы до начала вторжения союзников в Европу подготовить к эффективным боевым действиям как можно больше эскадрилий, вооруженных этими установками. Предполагалось, что с началом вторжения противник, несомненно, возобновит атаки подводными лодками.

Главная проблема с начала 1944 года состояла в том, чтобы определить, каким образом лучше всего использовать свыше 430 самолетов Берегового командования для прикрытия союзных войск в день вторжения в Европу. Считалось весьма вероятным, что с началом вторжения подводный флот противника с помощью легких сил в составе эскадренных миноносцев, торпедных катеров и сторожевых кораблей сделает решительную попытку перехватить все морские коммуникации между Францией и Англией. Такое предположение в конце концов переросло в уверенность, так как в марте было отмечено значительно меньшее число немецких подводных лодок в море. И на самом деле, в этот период в море находилось всего лишь несколько подводных лодок. В апреле 1944 года немцы вновь перебросили свои подводные лодки из Северной Атлантики в порты Бискайского залива для возможного использования их против вторжения союзников в Европу, которое, как они рассчитывали, должно было произойти в ближайшее время. Немецкое верховное командование решило держать в резерве как можно больше подводных лодок, чтобы использовать их с максимальным успехом в наиболее подходящий момент. Основной контрмерой Берегового командования в это время являлось уничтожение подводных лодок противника на юго-западных подходах к Ла-Маншу в сочетании с налетами авиации на корабли противника.

Тактика борьбы с немецкими подводными лодками при вторжении союзных войск в Европу обсуждалась на ряде конференций с участием ответственных военных руководителей. Предполагалось, что противник может использовать около 130 подводных лодок, если ему удастся перебросить свои лодки из портов Норвегии и из Балтийского моря. Кроме того, в течение первых двух недель после начала вторжения союзных войск в Европу немцы могли усилить свой подводный флот еще 70 подводными лодками. Фактически же Дениц сосредоточил в портах Бискайского залива только 36 лодок. Чтобы воспрепятствовать их действиям, самолеты Берегового командования должны были осуществлять круглосуточное патрулирование над западной частью Ла-Манша. Чтобы пройти незамеченными через район, охватываемый воздушным патрулированием, лодка должна была все время следовать в подводном положении. Однако расстояние, которое ей нужно было пройти в подводном положении, было настолько большим, что в каком-то месте она обязательно всплывала на поверхность, где ее могли атаковать самолеты.

Аналогичное патрулирование, хотя и меньшей плотности, необходимо было организовать на восточных подходах к Ла-Маншу. Считалось, что патрулирование над Ла-Маншем вместе с проведением атак по подводным лодкам на северных маршрутах между Норвегией и Исландией будут достаточными мерами для предотвращения угрозы со стороны немецких подводных лодок.

В апреле 1944 года Дуглас издал директиву, в которой была четко определена роль Берегового командования в борьбе с подводными лодками противника в период вторжения союзных войск в Европу. В соответствии с этой директивой 19-я авиагруппа должна была обеспечить патрулирование на юго-западных подходах к Ла-Маншу и воздушное прикрытие конвоев. 10-я авиагруппа, базировавшаяся на аэродром Чатам, осуществляла патрулирование и воздушное прикрытие конвоев на северных подходах к Ла-Маншу. 15-я авиагруппа, базировавшаяся в Ливерпуле, должна была продолжать прикрывать конвои в Атлантическом океане и вести борьбу с подводными лодками противника на северных маршрутах. 18-я авиагруппа, базировавшаяся на аэродром Розит, должна была обеспечивать боевые действия 19, 16 и 15-й авиагрупп.

Таковы были планы. Как они были выполнены, будет показано ниже. В следующем разделе главы описаны другие виды боевой деятельности Берегового командования в 1943 году.

***

С самого начала войны Береговое командование стремилось создать как можно больше затруднений для немецкого судоходства в водах, лежащих в пределах радиуса действия своих самолетов. Инициативу в этом важном деле проявили 206-я и 220-я эскадрильи английских ВВС, 320-я эскадрилья голландских ВВС и 407-я эскадрилья канадских ВВС, вооруженные самолетами «Хадсон». Успешные налеты на немецкие суда, проводившиеся этими самолетами с малых высот летом 1942 года, вынудили противника установить на судах более мощное зенитное вооружение и усилить охранение конвоев. В результате этого эскадрильи Берегового командования были вынуждены постепенно отказаться от проведения атак с малых высот, поскольку свои потери стали слишком большими, и перейти к бомбометанию со средних высот за пределами эффективности зенитно-артиллерийского огня кораблей и судов противника.

Свои потери сразу же сократились, но и противник стал нести меньшие потери, поскольку английские самолеты не имели соответствующего прицела для бомбометания со средних и больших высот. Возникла необходимость разработки и применения новых тактических приемов, и, как уже указывалось выше (часть II, глава 5), осенью 1942 года в Норт-Коуте было сформировано первое ударное авиакрыло, предназначенное для ведения боевых действий против любых целей подходящих размеров, обнаруженных в море, например против конвоев, следовавших вдоль берегов Европы. Из-за плохой погоды и отсутствия надлежащей выучки и боевого опыта первый боевой вылет этого авиакрыла был проведен неудачно. Однако штаб Берегового командования считал, что новая тактика в конечном счете должна принести хорошие результаты, если обучить надлежащим образом экипажи самолетов и отработать взаимодействие в воздухе. В соответствии с этой точкой зрения эскадрильи ударного авиакрыла были выведены и» состава боевых частей английских ВВС и в течение зимы 1942/43 года и начала весны 1943 года занимались учебно-боевой подготовкой. В апреле 1943 года авиакрыло было возвращено в состав действующих частей английских ВВС. Слессор планировал сформировать еще два таких авиакрыла к концу этого месяца. Однако Береговому командованию не хватало самолетов «Бофайтер». Кроме того, необходимо было обеспечить истребительным прикрытием противолодочные эскадрильи, действующие в Бискайском заливе, и выделить часть самолетов «Бофайтер» в распоряжение командования ВВС на Средиземном море. Все это задержало выполнение плана до конца 1943 года.

В течение 1943 года патрулирование в воздухе с целью поиска и уничтожения торговых судов противника по-прежнему осуществлялось устаревшими самолетами «Хэмпден» из состава 114-й и 455-й эскадрилий австралийских ВВС, базировавшихся на аэродром Льючарс, 489-й эскадрильи новозеландских ВВС, базировавшейся на аэродром Уик. Эти эскадрильи нанесли большой ущерб судоходству противника у берегов Норвегии. Ударное авиакрыло оказывало помощь этим эскадрильям, действия которых становились все эффективнее по мере того, как вместо устаревших самолетов «Хэмпден» на их вооружение поступали самолеты «Бофайтер».

В то время как самолеты 18-й авиагруппы осуществляли одиночное или групповое патрулирование в составе не более пяти самолетов над морскими просторами к северу и западу от берегов Норвегии, самолеты ударного авиакрыла действовали южнее и наносили удары по немецким конвоям, которые эскортировались специальными кораблями ПВО, имевшими мощное зенитно-артиллерийское вооружение. В мае ударное крыло получило несколько самолетов «Бофайтер». Эти самолеты были вооружены реактивными снарядами нового типа, которые явились исключительно эффективным оружием в борьбе с судоходством противника. Впервые испытав это оружие в боевых условиях 22 июня 1943 года, крыло стало применять следующую тактику действий: ударная группа из 12 самолетов, вооруженных торпедами, наносила удар по транспортам противника, а прикрывающая группа в составе до 16 самолетов «Бофайтер», вооруженных реактивными снарядами, и 8 самолетов с пушечным вооружением атаковала эскортные суда конвоя[123].

Если корабли противника входили в воды, находившиеся в радиусе действия истребителей «Спитфайр» и «Мустанг» из состава Истребительного командования, то эти самолеты также вступали в бой.

Из трех немецких кораблей, потопленных самолетами Берегового командования в июне 1943 года, два приходилось на долю ударного авиакрыла. Это было хорошим началом, и вскоре крыло полностью включилось в боевые действия и добилось значительных успехов. Ударное авиакрыло вынудило противника привлечь для защиты своего торгового флота истребители и эскортные корабли, столь нужные для выполнения других задач. Кроме того, объединенные усилия ударного авиакрыла, самолетов Бомбардировочного командования, привлекавшихся для постановки мин в море, и легких надводных кораблей английского военно-морского флота заставили немцев в конце концов отказаться от использования порта Роттердам, являвшегося воротами в Рур и служившего до лета 1943 года погрузочно-разгрузочным пунктом в Северном море. Невозможность использования этого порта было для немцев, по всей вероятности, значительно большим затруднением, чем потери 13 судов общим тоннажем 34 623 тонны, потопленных ударным крылом в 1943 году. Кроме того, самолеты других частей Берегового командования, занимавшихся борьбой с судоходством противника, потопили в этом году еще 19 судов общим тоннажем 50 683 тонны.

455-я эскадрилья австралийских ВВС и 489-я эскадрилья новозеландских ВВС, базировавшиеся на аэродром Льючарс и занимавшиеся в течение лета и осени 1943 года патрулированием у норвежских берегов, получили в начале 1944 года торпедоносные самолеты «Бофайтер». На базе этих эскадрилий вскоре было сформировано второе ударное авиакрыло.

В 1944 году ответственность за проведение боевых действий двух ударных авиакрыльев в водах, омывающих берега Норвегии, была возложена на 18-ю авиагруппу. Выполнение аналогичной задачи в районах, прилегающих к берегам Германии и Голландии, было возложено на 16-ю авиагруппу.

19-я авиагруппа, базировавшаяся на аэродром Плимут, осуществляла совместно с надводными кораблями и подводными лодками английского военно-морского флота перехват немецких кораблей, пытавшихся прорвать блокаду союзного флота с моря. Объектами действий этой авиагруппы в большинстве случаев были немецкие быстроходные суда, перевозившие с Дальнего Востока в порты Бискайского залива такие дефицитные материалы, как каучук, олово, растительное масло и вольфрам. К лету 1943 года движение этих судов было прекращено.

Следует упомянуть и другие виды деятельности самолетов Берегового командования в этот период — воздушную разведку и проведение аварийно-спасательных работ.

Фоторазведывательные эскадрильи 106-го авиакрыла, перевооруженные в декабре 1942 года на новые самолеты «Спитфайр-XI» и «Москито-IX», в течение 1943 года производили полеты с целью фотографирования таких удаленных от английских аэродромов городов, как Нарвик, Гдыня, Берлин, Вена, Белград и Будапешт. Иногда после выполнения боевого задания самолеты-фоторазведчики должны были садиться для заправки топливом на аэродромы, расположенные в Южной Италии, Сицилии, Северной Африке или в Гибралтаре. Аэрофотоаппарат нового типа, установленный на самолете «Спитфайр-XI», позволял производить значительно более точную оценку разрушений и ущерба, причиненного противнику воздушной бомбардировкой, а щелевой аэрофотоаппараты сократил наполовину количество маршрутов, необходимых для производства площадного воздушного фотографирования.

В интересах военно-морского флота для наблюдения за движением кораблей регулярно через короткие промежутки времени производилась аэрофотосъемка всех портов противника от Бордо в Южной Франции до Гдыни в Балтийском море, а также всех норвежских портов, включая Нарвик.

Регулярно проводилось также воздушное фотографирование аэродромов противника. Во второй половине 1943 года были сфотографированы с воздуха все крупные немецкие заводы (особенно самолетостроительные) и судостроительные верфи. Кроме того, самолеты 106-го авиакрыла производили фотосъемку радиолокационных установок, огневых позиций зенитной артиллерии, баржестроительных верфей, военных лагерей, танкодромов, каналов, железных дорог и сортировочных станций. В течение 1943 года самолеты 106-го авиакрыла, базировавшегося на аэродром Бенсон, близ Оксфорда, произвели 2989 самолето-вылетов и сфотографировали 2252 объекта. При этом было сделано свыше 467 042 негативов и отпечатано 1 329 756 фотоснимков.

Успешно выполняли свои задачи самолеты аварийно-спасательной службы, входившей в состав Берегового командования. В 1943 году они спасли в море 1684 человека. Всего подразделениями аварийно-спасательной службы за период с февраля 1941 года до конца 1943 года было спасено 3306 человек летно-подъемного состава союзников.

В начале 1944 года аварийно-спасательная служба имела в своем распоряжении 32 морских спасательных отряда, На их вооружении были быстроходные катера, многие из которых могли развивать скорость хода свыше 35 узлов. Эти отряды располагались по всему побережье Англии и в оперативном отношении подчинялись штабу ВМС. В состав аварийно-спасательной службы входило также несколько поисковых эскадрилий, базировавшихся на аэродромы, расположенные на восточном побережье Англии, и находившихся в готовности к немедленному вылету по получении сигнала, и несколько самолетов-амфибий, которые в 1943 году спасли в прибрежных водах экипажи 59 самолетов.

Другим видом деятельности Берегового командования, имевшим огромную важность для военно-воздушных сил и всей страны в целом, было проведение ежедневных полетов специально оборудованных самолетов с целью сбора метеорологических данных. С началом войны Англия лишилась многих источников получения сведений о погоде. Корабли, пересекавшие океан, больше не могли передавать по радио регулярные метеосводки, так как должны были соблюдать радиомолчание. Поэтому карта погоды района Атлантического океана представляла сплошное «белое пятно» с множеством вопросительных знаков.

Точный прогноз погоды представлял особую важность для Бомбардировочного командования, эскадрильи которого при полете к своим целям, находившимся на территории Германии, пересекали Северное море.

До появления специальных самолетных радиолокационных и радионавигационных средств — H2S, «Джи» и других — точный прогноз погоды являлся существенным фактором при принятии решения о проведении той или иной воздушной операции. Метеоинформация, которую собирали самолеты разведки погоды, представляла также огромную важность для военно-морского флота.

С самого начала войны проводились высотные полеты с задачей получения данных об условиях погоды в верхних слоях атмосферы. Вначале для этой цели использовались устаревшие бипланы «Гаунтлет» и «Гладиатор», позднее самолеты «Харрикейн» и «Спитфайр», имеющие значительно большие дальность полета и потолок. В 1943 году регулярно проводились полеты на высоту до 13 300 метров, в ходе которых собирались важные метеорологические данные, наносились на карту районы слоев атмосферы, где было возможно образование конденсационных следов, что было очень важно для высотных истребителей и самолетов-фоторазведчиков.

Полеты с целью разведки погоды над Атлантическим океаном и Северным морем начали проводиться с 1940 года и первоначально осуществлялись тремя авиационными отрядами (403, 404 и 405-м), вооруженными самолетами «Бленхейм», которые позднее были заменены самолетами «Хадсон», «Вентура» и «Хэмпден». С середины 1943 года разведка погоды на большом удалении от Англии осуществлялась самолетами «Галифакс», а позднее — бомбардировщиками «Летающая крепость».

Для подготовки достаточного количества специалистов требовалось значительное время, а пока этих специалистов не было, метеонаблюдения в воздухе проводили штурманы.

В сентябре 1939 года разведка погоды проводилась толь. ко четыре раза в день, а в мае 1945 года только на одном Европейском театре военных действий производилось 30 метеоразведывательных полетов в сутки, причем из них не менее 15 на большую дальность, со средней продолжительностью пребывания в воздухе 10 часов. Метеоразведывательные полеты осуществлялись независимо от состояния погоды. Ведя разведку погоды от Арктики до Азорских островов, экипажи самолетов подвергались большому риску. Задача экипажей была облегчена с прибытием в Англию частей военно-воздушных сил США, которые выделили специально обученные экипажи для проведения метеоразведывательных полетов над Европейским и Средиземноморским театрами военных действий.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.440. Запросов К БД/Cache: 3 / 1