Глав: 7 | Статей: 44
Оглавление
В книге рассматриваются вопросы боевого использования ВВС Великобритании в ходе второй мировой войны. Показываются характерные особенности боевых действий различных видов и родов авиации. Подробно освещается роль ВВС в основных военных операциях вооруженных сил Великобритании на театрах военных действий в Европе, Африке и Азии Авторы приводят материалы по действиям авиации против подводных лодок фашистской Германии. Достаточно полно освещаются действия союзной бомбардировочной авиации по объектам на территории Германии и оккупированных ею стран. Одна из глав книги посвящена описанию обстрела территории Англии немецкими самолетами-снарядами и ракетами дальнего действия и мерам борьбы с этими средствами.

Книга содержит большой цифровой и фактический материал об использовании авиации и потерях сторон в период второй мировой войны. В приложениях приводятся данные по организации ВВС Великобритании и тактико-технические характеристики боевых самолетов, состоявших на вооружении ВВС Великобритании, Германии, Италии и Японии.

Книга представляет интерес для офицеров, генералов и адмиралов Советских Вооруженных Сил, а также лиц, изучающих историю второй мировой войны.

Глава 6 САМОЛЕТЫ-СНАРЯДЫ И РАКЕТЫ

Глава 6

САМОЛЕТЫ-СНАРЯДЫ И РАКЕТЫ

В.ночь на 15 июня 1944 года летчик самолета «Москито» капитан Масгрейв патрулировал над Ла-Маншем. Вскоре после полуночи Масгрейв увидел летящий с континента предмет, который он назвал в своем донесении «огненным шаром». Масгрейв атаковал этот предмет, и после трех очередей из пушки тот ярко вспыхнул, взорвался и упал в море. Масгрейв, по всей вероятности, был первым летчиком английских ВВС, сбившим немецкий самолет-снаряд. Это оружие, известное под названием Фау-1, было одним из средств, при помощи которых Гитлер надеялся поддержать пошатнувшийся рейх. Другим таким оружием была баллистическая ракета Фау-2.

В течение долгого времени наша разведка ничего не знала о существовании самолета-снаряда. Данные различных источников, начиная от показаний рабочих, насильственно угнанных в Германию, и кончая фотоснимками воздушной разведки, проводившейся в течение нескольких месяцев, говорили о том, что немцы работают над созданием какого-то нового вида оружия.

В ноябре 1939 года, через два месяца после начала второй мировой воины, английская разведка добыла документ, известный под названием «донесение из Осло», где приводились довольно точные подробности о некоторых видах немецкого ракетного оружия, включая и планирующую бомбу HS-293, взрывом которой был потоплен линейный корабль «Рома». C тех пор прошло три года, и в начале декабря 1942 года, а затем в апреле 1943 года были получены сообщения, в которых говорилось об испытаниях немцами секретного оружия, предположительно ракет дальнего действия, проводившихся, по одним данным, в Свинемюнде, а по другим — Пенемюнде. О наличии в Пенемюнде научно-исследовательского центра было уже хорошо известно. Более того, часть Балтийского моря (как впоследствии выяснилось, оказавшаяся районом падения экспериментальных бомб) была по непонятным причинам закрыта немцами для судоходства.

12 апреля 1943 года вопрос о немецких ракетах был официально поставлен на рассмотрение Комитета начальников штабов. На этом совещании был создан комитет во главе с генеральным парламентским секретарем при министерстве снабжения Дунканом Сандисом с задачей изучить все имеющиеся материалы и подготовить ответы на три основных вопроса. Возможно ли существование ракеты с боевым зарядом, весящим от одной до пяти тонн, и имеющей дальность полета свыше 100 километров? Если такая ракета существует, то на какой стадии своего развития она находится? Какие контрмеры должны быть приняты (если вообще возможно что-либо предпринять) против такого оружия? Прежде всего нужно было установить, имеют ли немцы такую ракету. Для этого было проведено несколько разведывательных полетов с целью аэрофотосъемки и подробно опрошены немецкие военнопленные. Но до июля 1943 года никакой дополнительной информации по этому вопросу не поступило. Позднее было установлено, что немцы имели ракету, и что главный центр по проектированию и строительству ее находился в Пенемюнде.

Фотоснимки Пенемюнде, произведенные 22 апреля, 12 и 23 июня 1943 года, выявили «наличие двух крупных предметов, по своей форме напоминающих ракету длиной 13 метров и диаметром 2,3 метра». Фотоснимки, сделанные в Северной Франции, указывали на большие неоконченные сооружения неизвестного характера в Ваттене, близ Кале, в Визерне и в Брюневале.

Проходили месяцы, и казалось все более вероятным, что немцы что-то затевают. Будущее представлялось мрачным. Если допустить, что немцы строят ракеты, содержащие 10 тонн взрывчатого вещества, что теоретически было возможно, и что такие ракеты будут падать на район Лондона по одной штуке в час в течение месяца, то в результате этого будет убито 108 тысяч человек, а количество раненых будет значительно большим.

Какие же контрмеры было необходимо предпринять против этого оружия? Первым и наиболее очевидным мероприятием являлось уничтожение научно-исследовательского центра в Пенемюнде. Одновременно с этим следовало произвести налеты на химические заводы фирмы «Фарбениндустри» в Лёйне, Людвигогафене и Оппау, которые могли производить новый вид топлива для двигателей ракет, если такой был разработан, а также на заводы в Фридрихсхафена, изготовлявшие электрооборудование для ракет. Поскольку Пенемюнде находился слишком далеко от английских аэродромов, то главный маршал авиации Харрис вынужден был отложить налеты на этот пункт до наступления длинных ночей. Наконец в ночь на 18 августа состоялся первый налет на Пенемюнде, в котором приняло участие 597 самолетов Бомбардировочного командования, сбросивших на цель 1937 тонн бомб. Свои потери в этом налете составили 40 самолетов.

Налет был, несомненно, успешным, и, если верить дневникам Геббельса, «подготовительные работы в создании нового оружия были задержаны на четыре — восемь недель».

12 августа, за пять дней до воздушного налета на Пенемюнде, от одного надежного агента, «имеющего открытый доступ к документам о новом оружии», были получены сведения, не только подтвердившие всю ранее полученную информацию о ракетах, но и добавившие тревожные данные о том, что немцы проводят эксперименты с самолетами-снарядами.

Эта новость скоро была подтверждена получением торопливо набросанного эскиза, составленного одним датчанином, который, гуляя по берегу острова Борнхольм, обнаружил в песке прототип самолета-снаряда. Согласно этому эскизу можно было предположить, что боевой заряд снаряда должен содержать около 500 килограммов взрывчатого вещества и что движение снаряда основано на принципе ракеты Как этот самолет-снаряд устроен и как он управляется в полете, оставалось для нас неизвестным.

Было очевидно, что, кроме бомбардировки нескольких заводов и научно-исследовательского центра, нужно срочно предпринять и другие энергичные меры. Комитет, возглавляемый Сандисом, проделал большую работу, но теперь от расследований необходимо было переходить к конкретным действиям. В связи с этим ответственность за дальнейшее изучение вопроса подготовки немцами ракетного оружия и за разработку эффективных контрмер против такого оружия 18 ноября была возложена на заместителя начальника штаба английских ВВС маршала авиации Боттомли. Вероятно, основной причиной для такого решения явилось увеличение количества поступавших сообщений о новых видах немецкого оружия. В одном из наиболее ранних донесений сообщалось о существовании экспериментальной части, занимавшейся проведением опытных стрельб в Земпине, близ Пенемюнде. Вскоре эта часть, которой командовал полковник Вахтель, была переброшена в Северную Францию, где ей присвоили название «зенитный артиллерийский полк 155W». Штаб полка, по донесению агента, располагался в Амьене и осуществлял управление 108 «катапультными установками», расположенными на участке французского побережья между Дюнкерком и Абвилем,

28 октября было получено донесение, в котором сообщалось, что в лесу Буа Карре, находившемся в 15 километрах северо-восточнее Абвиля, строится «бетонная площадка с центральной осью, направленной на Лондон». Эта информация была подтверждена фотоснимками, на которых было видно, что рядом с площадкой размерами 9?4 метров находились два прямоугольных здания и одно квадратное. Сооружение напоминало по своим очертаниям в плане лыжу, почему площадки такого типа и были названы «лыжными площадками». В течение последующих двух недель воздушная разведка обнаружила еще 29 площадок подобного типа. Согласно же сообщениям агентов, в этой части Франции насчитывалось 70–80 таких площадок, расположенных между Дьеппом и Кале, находившихся на удалении 210–225 километров от Лондона.

3 октября при дешифрировании аэрофотоснимка аэродрома Пенемюнде был обнаружен маленький самолет длиной менее 6 метров с размахом крыла 6 метров, находившийся на краю летного поля. Были снова изучены более ранние аэрофотоснимки аэродрома Пенемюнде и на двух из них обнаружены подобные самолеты. Считалось весьма вероятным, что это реактивные самолеты.

28 ноября была установлена очевидная связь между «лыжными площадками» и маленькими реактивными самолетами. Летчики из состава 540-й эскадрильи сфотографировали в этот день аэродромы в Пенемюнде и Земпине. После изучения снимков было установлено, что на этих аэродромах имеются точно такие же установки, какие обнаружены в Буа Карре и других пунктах Северной Франции. На одном из снимков был обнаружен самолет-снаряд, находившийся на пусковой установке. Более того, здания в Земпине по своим размерам и очертаниям были такими же, как здания, обнаруженные вблизи «лыжных площадок» во Франции. Таким образом, стало очевидным, что на Лондон готовилась атака самолетов-снарядов, запуск которых будет осуществляться с территории Северной Франции. С целью получения новых сведений фоторазведывательным эскадрильям были поставлены дополнительные задачи по выявлению стартовых площадок. До конца 1943 года фоторазведка подтвердила достоверность донесений агентов и выявила 88 стартовых площадок. Кроме того, предполагалось наличие еще 50 таких площадок.

Теперь оставалось только выяснить, каким образом самолет-снаряд приводится в движение. В мае 1944 года, менее чем за месяц до запуска первых самолетов-снарядов, в Швеции разбился прототип этого снаряда. Он представлял собой беспилотный самолет-моноплан с трапециевидным крылом, имеющим размах 4,8 метра. Длина фюзеляжа составляла около 6,7 метра, длина двигателя — 3,3 метра. Корпус был сделан из стали и легкого металлического сплава. В зарядном отделении самолета-снаряда находилось 867 килограммов взрывчатого вещества. Топливный бак вмещал 590 литров жидкого топлива нового типа. Для сохранения направления полета самолета-снаряда применялся автопилот.

Вначале немцы предполагали запускать самолеты-снаряды не с наземных пусковых установок, а с самолетов. Первый прототип самолета-снаряда был запущен в декабре 1942 года с самолета «Фокке-Вульф-Кондор» самим изобретателем Герхардом Физелером. Однако после запуска первого самолета-снаряда было установлено, что применение оружия будет недостаточно эффективным, если оно не будет приспособлено для запуска с наземных установок. В конце декабря 1942 года был произведен первый запуск самолета-снаряда с наземной установки. Дальность полета самолета-снаряда при этом была умышленно ограничена до 3 километров. Полеты самолетов-снарядов на большие расстояния немцы начали проводить в июле 1943 года, после этого дальность полета вскоре была увеличена до 243 километров.

Задержка боевого применения самолетов-снарядов была вызвана рядом серьезных причин. К октябрю 1943 года на строительстве и ремонте стартовых площадок во Франции было занято 40 000 рабочих, однако объем проделанной ими работы был недостаточным для выполнения намеченной программы к назначенному сроку. Массовое производство самолетов-снарядов иа заводе «Фольксвагенверке» в Фалерслебене оказалось далеко не легким делом. К 25 сентября 1943 года завод в среднем выпускал только два самолета-снаряда в день, количество, едва достаточное для удовлетворения потребностей Земпинского полигона, где все еще продолжались испытания самолетов-снарядов. Для проведения модификационных работ после доставки самолетов-снарядов на стартовые площадки требовалось затратить 200 человеко-часов на каждый самолет-снаряд.

12 ноября ставка Гитлера передала Вахтелю, что намеченное производство 5000 самолетов-снарядов в месяц не может быть достигнуто раньше июня 1944 года, до этого же времени будет выпускаться не более 1500 самолетов-снарядов в месяц.

Несомненно, на определенном этапе войны Гитлер и некоторые из его советников рассчитывали, что самолеты-снаряды и ракеты могут заменить бомбардировочную авиацию. В то время многие еще питали большую надежду на силу этого оружия. В действительности почти с самого начала появления самолетов-снарядов среди высшего немецкого командования были серьезные разногласия по вопросу боевого применения этого оружия. Армейское командование считало, что применение самолетов-снарядов должно служить дополнением к бомбардировочным налетам немецких ВВС, в то время как полковник Вахтель, зная о большой неточности попадания самолета-снаряда, высказывался за применение его исключительно в качестве оружия возмездия в ответ на бомбардировку немецких городов союзной авиацией.

К концу осени 1943 года министерство авиации Англии, собрав значительную информацию о самолетах-снарядах и сделав соответствующие выводы, начало подготовку к принятию необходимых контрмер. По распоряжению министерства был создан директорат для разработки и согласования всех вопросов и мероприятий оборонительного и наступательного характера, связанных с самолетами-снарядами. На директорат была возложена ответственность не только за выявление мероприятий противника, связанных с применением этого оружия, но и за разработку соответствующих контрмер. Наиболее очевидной мерой, к проведению которой следовало приступить немедленно, была бомбардировка стартовых площадок. В середине декабря 1943 года истребители-бомбардировщики Истребительного командования и самолеты «Мародэр» 9-й воздушной армии США произвели массированный налет на ряд крупных стартовых площадок, сбросив на них 2060 тонн бомб. В период между 5 и 30 декабря самолеты Вторых тактических ВВС, Бомбардировочного командования и 8-й воздушной армии США сбросили на 52 стартовые площадки 3216 тонн бомб. В первой половине января 1944 года подверглись нападению еще 79 стартовых площадок. Тактика проведения воздушных налетов на стартовые площадки была различной в зависимости от типа самолетов, участвовавших в налете. Американские самолеты проводили прицельное бомбометание с помощью наиболее точного в то время бомбардировочного прицела «Норден»; самолеты Бомбардировочного командования выходили на цель с помощью радиотехнической системы самолетовождения «Гобой», а истребители-бомбардировщики «Мустанг» и «Спитфайр» из состава Вторых тактических ВВС проводили атаки с малой высоты. Для атаки немецких стартовых площадок обычно выделялось от восьми до десяти самолетов, летавших в парах. Головные самолеты имели бомбы с 30-секундным, а замыкающие-с 10-секундным замедлением. В полете соблюдалось радиомолчание. Применяя подобную тактику, летчики Вторых тактических ВВС достигли больших успехов.

К концу мая 1944 года из 140 выявленных немецких стартовых площадок союзная авиация уничтожила 103 площадки. При выполнении этих задач бомбардировщики «Летающая крепость» сбросили в среднем 165,4 тонны бомб на каждую площадку, самолеты «Митчелл» — 219 тонн, «Мародэр» — 182,6 тонны, а самолеты «Москито» из состава 2-й авиагруппы, действовавшие в дневное время, сбросили не более 39,8 тонны. Самолеты 2-й авиагруппы произвели 4710 самолето-вылетов, потеряв при этом 41 самолет, 419 самолетов получили повреждения. В результате успешных налетов союзной авиации на стартовые площадки немцы в мае 1944 года могли использовать для запуска самолетов-снарядов, по-видимому, не более десяти площадок. Таким образом, первая контрмера союзников была исключительно успешной и могла рассматриваться как победа.

6 июня в 01.30 командиру зенитной группы полковнику Вахтелю (весной 1944 года зенитный артиллерийский полк 155W был переименован в зенитную группу) стало известно о вторжении союзных войск в Европу. В этот же день командир 65-го армейского корпуса отдал приказ о немедленном проведении операции «Румпелькаммер» — бомбардировки Англии самолетами-снарядами. Вахтель просил отложить начало операции на более поздний срок, указывая, что многие площадки были не полностью укомплектованы личным составом, запасов горючего для самолетов-снарядов явно не хватало, остро ощущалась нехватка транспорта, на площадках не было освещения, не были проведены испытания новых образцов поспешно смонтированного пускового оборудования, личный состав сильно измотан работами, не прекращавшимися на площадках в течение круглых суток. Однако командование 65-го армейского корпуса оставалось непреклонным к просьбам Вахтеля. Крайний срок проведения операции «Румпелькаммер» был назначен на 12 июня. В этот день на Англию был выпущен первый самолет-снаряд. На запуск его потребовалось минимум полтора часа. Подготовка к запуску последующих самолетов-снарядов проходила значительно быстрее. Хорошо натренированная команда могла выпускать Фау-1 каждые полчаса. Команда на одной из стартовых площадок в течение ночи выпустила 18 самолетов-снарядов.

В первый день проведения операции «Румпелькаммер» стрельба велась только с семи площадок, тогда как для запуска самолетов-снарядов были готовы 55 площадок. За день было выпущено 10 самолетов-снарядов, из которых четыре упали недалеко от стартовых площадок и три взорвались в воздухе. Такое начало было по меньшей мере неудачным. Однако через три дня были задействованы все 55 площадок и выпущены 244 самолета-снаряда. До 21 июня на Лондон было послано 1000 самолетов-снарядов и к 29 июня — 2000.

В адрес Вахтеля полился поток поздравлений, а отношение к нему командования 65-го армейского корпуса резко изменилось в лучшую сторону. Тогда Вахтель внес предложение о немедленном развертывании его зенитной группы в бригаду. Он предлагал значительно увеличить количество стартовых площадок, а производство самолетов-снарядов увеличить с 3000 до 8000 в месяц. 26 июня Вахтеля вызвали к Гитлеру, а спустя три недели был сформирован второй полк самолетов-снарядов под номером 255W.

Теперь главная задача Вахтеля состояла в получении точной информации о результатах бомбардировки Лондона самолетами-снарядами. Большое внимание при этом уделялось изучению сообщений английской прессы относительно разрушительной силы самолетов-снарядов, а также докладов агентов, один из которых имел доступ в министерство информации. Поскольку доклады этого агента проходили через руки нашей контрразведки, их ценность для противника была, вероятно, не очень большой. Значительно большую ценность представляли публиковавшиеся в английских газетах некрологи и описки лиц, убитых взрывами самолетов-снарядов. Изучение этих материалов позволяло довольно точно определять место падения самолетов-снарядов. Однако позднее публикация таких материалов была запрещена.

Первый самолет-снаряд англичане его сразу же окрестили «Дудл баг» — упал 13 июня в 04.18 в 7 километрах западнее Грейвсенда. Через шесть минут в Какфилде, в графстве Сассекс, упал второй снаряд. Третий снаряд разрушил железнодорожный мост в Гроув Роуд, при этом было убито шесть и тяжело ранено девять человек.

Радиолокационные посты, расположенные на южном побережье Англии, не засекли полет этих снарядов. Лишь один снаряд был обнаружен личным составом торпедного катера, патрулировавшего в Ла-Манще.

В это же утро состоялось заседание Комитета начальников штабов. Нужно ли бомбардировать стартовые площадки, с которых немцы запускали самолеты-снаряды? На берегах Па-де-Кале и в районе устья реки Сомма были выявлены 42 стартовые площадки, для уничтожения которых требовалось 3000 самолето-вылетов бомбардировщиков «Летающая крепость». А это означало отвлечение большого количества бомбардировщиков от выполнения задач, связанных с битвой за Францию, уже продолжавшейся семь дней. Комитет пришел к заключению, что пока не следует предпринимать каких-либо мер, которые могут помешать успешному проведению операции «Оверлорд». Военный кабинет занял такую же позицию и решил выждать до тех пор, пока атаки самолетов-снарядов не будут проводиться в значительно большем масштабе. Ждать этого пришлось недолго.

16 июня служба ВНОС отметила полет 151 самолета-снаряда, из них 144 пересекли побережье Англии, а 73 достигли Лондона. 14 снарядов были сбиты огнем зенитной артиллерии, семь — истребителями и один — совместными усилиями зенитной артиллерии и истребителей. Попадания снарядов были очень неточными. Очевидно, настало время ввести в действие план обороны против самолетов-снарядов, составленный несколько месяцев назад командующим ПВО Великобритании маршалом авиации Хиллом и командующим зенитной артиллерией генералом Пайлом. Этот план был известен под названием «Оверлорд Дайвер». В соответствии с этим планом в дополнение к налетам бомбардировочной авиации на стартовые площадки для борьбы с самолетами-снарядами в полете привлекались зенитная артиллерия и истребительная авиация. Первую линию обороны составляли истребители. 11-я истребительная авиагруппа получила приказ организовать патрулирование истребителей на высоте 4000 метров на трех рубежах: первый рубеж патрулирования проходил над Ла-Маншем на удалении 30 километров от побережья на траверзе мыса Бичи-Хед и Дувр, второй — над побережьем между Ньюхейвеном и Дувром и третий — между Хейуордс-Хитом и Ашфордом. Патрулирование истребителей осуществлялось днем и ночью. Таковы были меры, принятые для обороны Лондона. В случае запуска самолетов-снарядов на Бристоль и район Портсмута оборона этих городов осуществлялась истребителями, находившимися в полной готовности к вылету. Хилл и Пайл обсудили все возможные варианты плана обороны, и к 21 июня для защиты Лондона было выделено 192 тяжелых и такое же количество легких зенитных орудий, а также 480 аэростатов заграждения. Для патрулирования в воздухе на вышеупомянутых рубежах выделялись 11 истребительных эскадрилий, две из которых были вооружены самолетами «Москито». Таким образом, через восемь дней после нападения самолетов-снарядов на Англию был полностью приведен в действие первый вариант плана обороны.

Вскоре стало очевидно, что этот план является недостаточным, и было созвано заседание специального подкомитета Военного кабинета для рассмотрения дальнейших мероприятий по борьбе с самолетами-снарядами.

На заседании подкомитета присутствовали фельдмаршал Смэтс, Теддер и начальники штабов сухопутных войск, ВВС и ВМС Англии. Подкомитет создал более узкий комитет под председательством Сандиса, которому было поручено рассмотреть ход разработки всех оборонительных мероприятий против самолетов-снарядов. Как Хилл, так и Пайл были не удовлетворены объемом намечаемых мероприятий по борьбе с самолетами-снарядами. Пайл добивался увеличения количества зенитной артиллерии до тех пор, пока не было выделено 376 тяжелых и 540 легких орудий. Количество аэростатов заграждения было увеличено с 480 до 1000. Увеличения истребителей, выделенных для защиты Лондона, не намечалось, однако предпринимались все усилия для повышения эффективности работы радиолокационных станций и корпуса воздушных наблюдателей, которые были обеспечены новейшим оборудованием.

В это же время Теддер изучал вопрос, каким образом подчиненные ему военно-воздушные силы лучше всего могут оказать помощь в уничтожении объектов, имеющих отношение к запуску и производству самолетов-снарядов. Эйзенхауэр считал эту задачу военно-воздушных сил самой главной, за исключением самых неотложных мер для обеспечения операции «Оверлорд». А целей, связанных с самолетами-снарядами, было очень много: 47 выявленных модифицированных стартовых площадок, станция выгрузки и склад самолетов-снарядов в Нюкуре (24 километра северо-западнее Парижа) и система электроснабжения района стартовых площадок. Из-за плохой погоды результаты атак по этим целям в течение первой недели были неудовлетворительными. Ни Харрис, ни Дулиттл не возлагали больших надежд на свои самолеты, действовавшие против немецких стартовых площадок. Тем не менее по указанию Теддера Дулиттл выделил 200 тяжелых бомбардировщиков исключительно для действий по этим целям.

На первом этапе применения немцами самолетов-снарядов мы не располагали достаточными сведениями об этом оружии. Имевшаяся в наших руках информация о самолетах-снарядах никоим образом не была исчерпывающей, и на один из наиболее важных вопросов — каково вероятное количество самолетов-снарядов, которое может быть выпущено противником, — ответа не было. В течение первых двух недель немцы в среднем за каждые сутки выпускали 97 самолетов-снарядов. Было это максимальным или минимальным количеством и как долго оно может поддерживаться на таком уровне?

Перед нами стояла еще одна проблема. На какой высоте и с какой скоростью осуществляется полет самолетов-снарядов? Их наблюдали на различных высотах — от 300 до 1300 метров, скорость полета колебалась от 400 до 650 км/час.

55 процентов выпущенных самолетов-снарядов достигали района Лондона, остальные уничтожались зенитной артиллерией и истребителями. На высоте 1000 метров самолет-снаряд представлял трудную цель для зенитчиков, так как летел слишком низко для ведения огня из тяжелых орудий и слишком высоко — из легких орудий. Для истребителей летящий снаряд также считался трудной целью. Превосходство истребителя в скорости было небольшим, а перехват снаряда нужно было осуществить очень быстро, прежде чем он достигнет находящегося перед Лондоном района огневых позиций зенитной артиллерии и полосы аэростатов заграждения.

Чрезвычайно важным вопросом была организация взаимодействия истребительной авиации с зенитной артиллерией. 19 июня командование приняло решение: истребители будут применяться в условиях лишь очень хорошей видимости, а зенитная артиллерия — в условиях плохой видимости. В те дни, когда видимость была ни хорошей, ни плохой, действовали как истребители, так и зенитная артиллерия. Возможно, это было наилучшим решением вопроса при данных обстоятельствах, но оно было далеко не эффективным. Летчики все чаще и чаще стали доносить о случаях обстрела их самолетов своей артиллерией, а артиллеристы жаловались, что истребители ограничивают их действия. Прежде чем рассмотреть, как были преодолены эти затруднения и как была достигнута замечательная победа над новым немецким оружием, необходимо коротко остановиться на типе самолетов, участвовавших в обороне Лондона, и тактике их действий.

Вначале вместе с истребителями «Тайфун» применялись истребители «Темпест» и «Спитфайр-XI, XII и XIV». Ночью действовали самолеты «Москито», имевшие радиолокационные прицелы А.I. Удовлетворительно показал себя истребитель «Мустанг-III». Перехват летящего самолета-снаряда зависел от получения точной и своевременной информации о курсе и скорости его полета. К концу июня в Англии применялись два способа управления истребителями в воздухе. Первый способ — наведение самолетов с радиолокационных станций, расположенных на побережье. Как только на экране радиолокатора появлялся импульс от летящего самолета-сна-ряда, оператор, определив его курс и скорость, передавал эти данные патрулировавшим в воздухе истребителям. Недостаток такого способа состоял в том, что на юго-восточном побережье Англии имелись только четыре радиолокационные станции, которые могли обнаружить летящий снаряд на расстоянии не далее 80 километров. Поэтому летчик имел в своем распоряжении очень мало времени — максимум шесть минут. За это время он должен был обнаружить и сбить самолет-снаряд. С другой стороны, этот способ имел большое преимущество, заключавшееся в том, что подбитый самолет-снаряд падал в море. При наведении самолетов над сушей применялась непрерывная информация. При этом способе координаты и курс цели с наземных радиолокационных станций передавались по радио всем самолетам-истребителям, приемники которых были настроены на одну и ту же частоту. Получив эти данные, летчики сами определяли курс перехвата и шли на цель. Очевидным недостатком этого способа было то, что нередко для атаки одного снаряда приходили сразу несколько истребителей.

Одновременно разрабатывалась тактика подхода истребителей к самолету-снаряду и атаки его. Преследование и атака снаряда в хвост обычно не приносили успеха, если истребитель не обладал преимуществом в высоте для увеличения скорости при снижении. Вскоре было установлено, что лучшим методом атаки является полет истребителя на параллельном со снарядом курсе и несколько впереди него с последующим поворотом на цель и обстрелом несколькими упреждающими очередями. Подходить к снаряду ближе l00 метров было рискованно, поскольку взрыв его на таком расстоянии уничтожил бы и самолет.

Из пассивных видов обороны наиболее успешным было применение аэростатов заграждения. Однако снаряд, летя со скоростью около 640 км/час, нередко обрывал привязной трос аэростата без ущерба для себя. В связи с этим к тросам стали прикреплять парашюты[145]. При ударе снаряда о трос часть троса с прикрепленными к нему парашютами уносилась снарядом, и открывшиеся в момент удара парашюты вызывали замедление скорости полета и падение самолета-снаряда. Хотя этот метод был далеко не совершенным, тем не менее благодаря ему было уничтожено большинство тех самолетов-снарядов, которые в полете сталкивались с тросами аэростатов заграждения.

К 15 июня немцы полностью освоили запуск самолетов-снарядов, и до 15 июля атаки ими проводились более или менее непрерывно. Самый тяжелый день за этот период выпал на 2 июля, когда побережье Англии пересек 161 самолет-снаряд. Наиболее спокойным днем было 13 июля, когда побережье пересекли только 42 снаряда.

Такое интенсивное применение самолетов-снарядов в этот период в значительной степени объясняется плохой погодой, так как в периоды, когда небо было закрыто облачностью, немцы выпускали значительно большее количество самолетов-снарядов. Но удары союзной авиации по стартовым площадкам и складам и ограниченные запасы самолетов-снарядов нарушали регулярное проведение атак. Налеты самолетов Бомбардировочного командования на склады самолетов-снарядов в Сен лё Десеран в ночи на 4 и 7 июля, когда было сброшено почти 3000 тонн бомб, были исключительно успешными.

Союзная авиация действовала также по заводам, производящим самолеты-снаряды. 20 и 29 июня самолеты 8-й воздушной армии США произвели успешные налеты на завод фирмы «Фольксвагенверке» в Фалерслебене. 18 июля 415 бомбардировщиков «Летающая крепость» произвели налет на Пенемюнде и сбросили 953 тонны бомб на завод, вырабатывавший перекись водорода. В этом же месяце самолеты Бомбардировочного командования произвели еще один налет на Нюкур и склады самолетов-снарядов в Рилли ля Монтань.

С 3 по 6 августа погода улучшилась, и бомбардировщики произвели еще 12 налетов на пункты, в которых, по данным разведки, находились склады самолетов-снарядов; 2650 тонн бомб было сброшено на лес у Ньепа, 3400 тонн на Буа-де-Кассан, 3100 тонн на Труаси-Сен-Максимен и 2300 тонн на Сен лё Десеран. Всего за одну неделю на стартовые площадки и склады самолетов-снарядов было сброшено 15 000 тонн бомб. Свыше 700 тонн бомб было сброшено 18 августа на склады северо-западнее Парижа — в Форе-де-Лиль Адаме, в долине реки Уаза. В ночь на 25 августа 410 английских бомбардировщиков произвели налет на завод Оппеля в Рюссельсгейме и сбросили на него 1500 тонн бомб. 31 августа на склады самолетов-снарядов, расположенные на побережье Па-де-Кале, было сброшено 2400 тонн бомб. 1 сентября самолеты Бомбардировочного командования совершили последний налет на стартовые площадки, расположенные в Северной Франции. К этому времени союзные армии перерезали все коммуникации, ведущие из Франции в Германию.

Однако усилия союзной авиации не привели к прекращению запуска самолетов-снарядов вплоть до сентября 1944 года. За месяц, с 15 июня по 15 июля, английское побережье пересекли 2579 самолетов-снарядов, из которых 1280 упали в районе Лондона и 1241 снаряд был уничтожен средствами противовоздушной обороны.

Количество сбитых снарядов непрерывно увеличивалось. За неделю, с 9 по 15 июля, было уничтожено 50 процентов самолетов-снарядов, обнаруженных над Англией. Эти успехи в большей части следует отнести за счет истребителей, которые в среднем за пять недель удвоили количество сбитых ими самолетов-снарядов. К 12 июля число истребительных эскадрилий, предназначенных для борьбы с самолетами-снарядами, было увеличено до 13 эскадрилий одномоторных истребителей и 3 эскадрилий истребителей «Москито». Кроме того, еще 6 истребительных эскадрилий, прикрывавших район высадки в Нормандии, одновременно охотились за самолетами-снарядами.

Иногда оказывались удачными самые необычные методы борьбы. Например, 23 июня летчик истребителя «Спитфайр», приподняв самолет-снаряд крылом своего самолета, перевернул его, и снаряд, потеряв управление, упал; 27 июня летчик истребителя «Темпест», направив на самолет-снаряд воздушный поток от винта своего самолета, загнал его в штопор.

На долю аэростатов заграждения приходилось восемь процентов общего количества сбитых самолетов-снарядов. Число аэростатов заграждения непрерывно возрастало, но дальнейшее их производство стало ограничиваться в связи с недостаточным количеством водорода в стране[146]. Кроме того, постановка аэростатов заграждения в сильный ветер могла привести к трудновозместимым потерям. Поэтому в течение многих дней аэростаты находились полностью или частично на приколе. На долю зенитной артиллерии в течение этого периода пришлось 13 процентов общего количества сбитых самолетов-снарядов.

Несмотря на все эти усилия, после пятинедельного периода применения немцами самолетов-снарядов половина из них все еще достигала Лондона, представлявшего собою крупнейшую цель в мире.

Так как количество самолетов-снарядов, достигавших Лондона, было еще слишком большим, был составлен новый план обороны. В соответствии с этим планом пояс зенитной артиллерии перемещался из внутренних районов страны на участок побережья между бухтой Сент-Маргарет и Какмир Хейвеном, а зона действия истребительной авиации переносилась с побережья в глубь страны[147]. Такой план осложнял действия истребителей, но борьба с самолетами-снарядами стала значительно эффективнее.

Перемещение зенитной артиллерии началось 14 июля и к утру 19 июля было закончено. На побережье было переброшено 412 тяжелых и 572 легких орудия, кроме того, сюда же прибыли 168 зенитных орудий системы «Бофорс», 416 орудий калибра 20 миллиметров, снятых с обороны аэродромов, 28 легких орудий и несколько батарей ракетных установок.

В результате взаимного перемещения артиллерии и истребителей была разрешена проблема обороны Лондона. Теперь на долю зенитной артиллерии приходилась львиная доля сбитых самолетов-снарядов. Так, за первую неделю августа количество самолетов-снарядов, сбитых зенитной артиллерией, поднялось с 16 до 24 процентов, а за неделю с 7 по 14 августа зенитная артиллерия уничтожила 120 из 305 самолетов-снарядов, впервые превысив количество самолетов-снарядов, сбиваемых истребителями. Новый принцип использования активных средств обороны оказался эффективным. Было восстановлено доверие летчиков и артиллеристов друг к другу.

Можно с уверенностью сказать, что с этого времени борьба с самолетами-снарядами была выиграна, хотя еще требовалось немало усилий для закрепления победы. Немцы же были вынуждены придерживаться прежней тактики действий, поскольку площадки для запуска снарядов были стационарными. К середине августа мы добились наилучших результатов в борьбе с самолетами-снарядами. К этому времени 15 эскадрилий ночных и 6 эскадрилий дневных истребителей из состава Командования ПВО Великобритании были заняты только борьбой с самолетами-снарядами. Количество аэростатов заграждения достигло 2015, из которых более 1600 имели легкое вооружение в виде зарядов взрывчатых веществ на концах дополнительных свисающих тросов. Вдоль побережья было размещено 592 тяжелых и 922 легких зенитных орудия. Кроме того, насчитывалось свыше 600 стволов реактивных установок. Снаряды зенитной артиллерии были снабжены специальными радиолокационными взрывателями[148], сыгравшими большую роль в достижении победы. Результаты этих мероприятий не замедлили сказаться. Из 1124 самолетов-снарядов, выпущенных немцами в период между 16 августа и 5 сентября, только 17 процентов снарядов упало в районе Лондона, а в последние четыре дня из 192 выпущенных самолетов-снарядов на Лондон упали только 28 самолетов-снарядов. Наибольший успех был достигнут в ночь на 28 августа, когда из 97 самолетов-снарядов, выпущенных в сторону Англии, было уничтожено 87, из них 62 сбиты зенитной артиллерией, 19 — истребителями, 2 подорвались на аэростатах заграждения и 4 были уничтожены совместными усилиями средств противовоздушной обороны. К 5 сентября большая часть немецких стартовых площадок была захвачена союзными войсками, и запуск самолетов-снарядов на Англию временно прекратился.

Однако затишье, наступившее после 5 сентября, длилось недолго. 16 сентября полеты самолетов-снарядов возобновились, но тактика проведения и направление атак теперь стали другими. В период между 05.30 и 06.30 16 сентября побережье Англии пересекли семь самолетов-снарядов, из них два упали в Лондоне и пять — в графстве Эссекс.

Эти снаряды были выпущены с устаревших самолетов «Хейнкель» и «Юнкерс», действовавших ночью с аэродромов, расположенных в Голландии. До конца сентября эти самолеты выпустили 80 самолетов-снарядов, из которых 23 были уничтожены. За первые две недели октября немецкие самолеты выпустили 69 самолетов-снарядов, из них 38 были уничтожены.

Самолеты шли над Северным морем на высоте 100 метров и, не долетев 95 — 100 километров до берегов Англии, набирали высоту до нескольких тысяч метров. Самолеты-снаряды выпускались на удалении 50–65 километров от английского побережья, после чего самолеты снижались и на максимальной скорости следовали на свои аэродромы.

К этому времени английские ночные истребители приобрели большой опыт уничтожения самолетов-снарядов в полете. Всего за четыре месяца этой фазы сражения, начавшейся 16 сентября, из 608 самолетов-снарядов, отмеченных на пути к столице, через оборону прорвались только 205.

К 4 декабря три авиагруппы немецких ВВС, насчитывавшие около сотни самолетов, использовались для запуска самолетов-снарядов. 24 декабря 50 немецких самолетов направили самолеты-снаряды на Манчестер, сбросив их над морем между Скегнессом и Бридлингтоном. Только один снаряд упал в черте города, шесть упали в 15 километрах и одиннадцать в 25 километрах от города. Обойдя оборонительные средства, сосредоточенные для защиты Лондона, немцы не потеряли при налете на Манчестер ни одного самолета. Но командование немецких ВВС не проявило должной настойчивости, и, кроме Лондона, Манчестер был единственным из английских городов, который подвергся нападению самолетов-снарядов, не считая нескольких нерешительных налетов на Саутгемптон, проведенных в июне.

14 января 1945 года снова наступило затишье, длившееся до 3 марта, когда атаки самолетов-снарядов вновь возобновились. Но теперь их запускали со стартовых площадок, расположенных в Голландии. В период с 5 по 29 марта над Англией было отмечено 104 самолета-снаряда, из которых 81 был сбит, причем 76 были уничтожены огнем зенитной артиллерии. Всего за период с июня 1944 года по март 1945 года было уничтожено 3957 самолетов-снарядов, из них 1847 были сбиты самолетами, 1886 — зенитной артиллерией, 232 снаряда подорвались на тросах аэростатов заграждения и 12 снарядов были сбиты корабельной артиллерией.

Таковы результаты применения немецкого оружия Фау-1. Другим «оружием возмездия» была баллистическая ракета Фау-2. Действие ракеты было основано на другом принципе. 8 сентября 1944 года в 18.40 в юго-западном районе Лондона Чизвик раздался оглушительный взрыв, а спустя несколько секунд послышался звук летящего в воздухе тяжелого предмета[149]. На город упала первая немецкая ракета Фау-2, разрушившая несколько домов. Только за день до этого Сандис заявил, что «бои за оборону Лондона от самолетов-снарядов окончены». В течение последующих шести месяцев немцы выпустили на Англию свыше 1000 ракет и около 500 самолетов-снарядов.

В августе 1943 года, после налета английских бомбардировщиков на Пенемюнде, некоторые цеха экспериментального завода и часть оборудования, необходимые для разработки новых видов оружия, были переброшены в Близну, находящуюся в 270 километрах западнее Варшавы. Здесь работы велись под непосредственным контролем службы безопасности, и союзникам об этих работах ничего не было известно до марта 1944 года, когда удалось обнаружить стартовую площадку для самолетов-снарядов. Однако ракета была обнаружена только в июле. Вскоре после этого стало известно местонахождение трех складов ракет: два подземных склада находились в Северной Франции и один склад — в Клейнбендунгене.

28 июля из Польши на транспортном самолете С-47 был переброшен в Италию, а оттуда в Англию агент английской разведки, захвативший с собой некоторые части ракеты Фау-2. Он смог ответить на ряд вопросов относительно конструкции ракеты. Несколько позднее из Северной Франции были доставлены документы, касающиеся этого нового оружия. К 24 августа стали известны основные данные ракеты; ориентировочно был определен объем разрушений, который она может причинить. Длина ракеты составляла 14 метров, диаметр — 1,5 метра. Зарядное отделение содержало около тонны взрывчатого вещества, по-видимому триалена. Дальность полета составляла около 320 километров. Основным видом топлива являлся жидкий кислород. Запуск ракеты производился очень просто. Ракету устанавливали в вертикальном положении с опорой на четыре хвостовых стабилизатора на бетонной Плите, после чего производился запуск ее. Управление полетом ракеты на начальном этапе полета осуществлялось по радио.

Перспектива появления нового вида оружия была не ясной, и Герберт Моррисон, занимавший в то время посты министра внутренних дел и министра внутренней безопасности, обратил внимание Военного кабинета на последствия, которые могут возникнуть, если на страну будет сброшена тысяча ракет, каждая с боевым зарядом, весящим 7 тонн. Вес заряда взрывчатого вещества ракеты фактически оказался сильно преувеличенным. Однако новое оружие было достаточно грозным, поэтому немедленно были приняты контрмеры, выдвинутые Моррисоном. Первой контрмерой явилась установка на пяти радиолокационных станциях катодных пеленгаторов с электронным лучом и фотоаппаратурой для наблюдения и фиксации полета ракеты. Было установлено непрерывное наблюдение с целью предупреждения о полете ракеты, если это окажется практически возможным, а также приняты меры для выявления места запуска ракет.

Сбить ракету в полете было невозможно, так как она обладала сверхзвуковой скоростью. Единственно возможной контрмерой активного воздействия, не считая попыток создать помехи в работе радиооборудования ракеты, была бомбардировка с воздуха складов и стартовых площадок. В середине июля 1944 года мы полагали, что наиболее вероятными местами, откуда немцы вели стрельбу ракетами, были населенные пункты в Голландии: Ваттен, Сиракорт и Визерн. На них были произведены массированные налеты бомбардировочной авиации и сброшено 7469 тонн бомб. Кроме того, семь раз туда направлялись радиоуправляемые бомбардировщики устаревшего типа, загруженные взрывчаткой, с таким расчетом, чтобы они упали на них и взорвались. Однако эти попытки, успеха не имели. Последующие налеты самолетов бомбардировочной авиации были удачнее. 24 августа бомбардировщики «Летающая крепость» из состава 8-й воздушной армии США произвели налет на завод, расположенный вблизи концентрационного лагеря в Бухенвальде. На той же неделе были произведены налеты на пять заводов, изготовлявших жидкий кислород, расположенных во Франции и Бельгии. 31 августа и 1 сентября самолеты Бомбардировочного командования сбросили 2897 тонн бомб на девять предполагаемых складов ракетного оружия.

Так обстояло дело, когда на территорию Англии упала первая ракета. Немедленно после этого специальные самолеты произвели аэрофотосъемку всех предполагаемых мест запуска ракет. 100-й авиагруппе было приказано поднимать в воздух самолеты для подавления всех радиосигналов, которые могли иметь хоть некоторую связь с запуском и полетом ракет. В период между 8 и 16 августа на территорию Англии упало 20 ракет, из них десять на Лондон. Количество жертв и ущерб, причиненный ракетами, были небольшими. Самолеты Командования ПВО Великобритании продолжали нести патрулирование между Гаагой и Лейденом и произвели около 900 самолето-вылетов с целью обнаружения складов и мест запуска ракет.

В период между 25 сентября и 3 октября в Норвиче упало 16 ракет, а в последующие 11 дней на этот город и на Лондон было сброшено 39 ракет. К этому времени стало известно местонахождение главного завода по сборке ракет. Он располагался в Нидерзаксверфене, близ Нордхаузена (в горах Гарца), и был трудноуязвим с воздуха, так как размещался в двух параллельных подземных туннелях, построенных в старых гипсовых карьерах. Единственными бомбами, которые, возможно, могли причинить некоторые разрушения этим туннелям, были бронебойные бомбы «Толлбой», но таких бомб было очень мало, и их берегли для атаки линейного корабля «Тирпиц». В конце концов командованию Вторых тактических ВВС было приказано вести боевые действия в районе, расположенном между Гаагой и Лейденом, и в окрестностях Хук-ван-Холланда, откуда производился запуск ракет, хотя точное место запуска было неизвестно. За период с 15 октября по 25 ноября самолеты Вторых тактических ВВС произвели 10 000 и самолеты Истребительного командования 600 самолето-вылетов. В ходе этих налетов было уничтожено много транспортных средств противника, но повлияло ли это на деятельность подразделений, запускавших ракеты, установить не удалось.

Тем временем ракеты продолжали падать на Англию. За период с 20 октября по 18 ноября было отмечено падение 125 ракет. Соответственно продолжало увеличиваться и количество жертв, причиненных взрывами этих ракет.

Естественное нежелание английского правительства бомбардировать такой густонаселенный город, как Гаага, с расчетом, что будет уничтожен личный состав, запускавший ракеты, или сами ракеты, постепенно ослабевало. Вскоре самолеты 12-й авиагруппы начали производить налеты на объекты, расположенные в Гааге и ее окрестностях. Несомненно, этими налетами мы достигли определенного успеха, так как количество ракет, падавших на Англию и Антверпен, уменьшилось, однако результаты действий по объектам в Гааге установить не удалось.

Повторное изучение и анализ атак немецких ракет Фау-2 привели официальных ответственных лиц в Англии к неутешительному заключению, что количество ракет, упавших на Лондон, заметно уменьшилось только в период между 4 и 15 декабря, то есть как раз в то самое время, когда на Гаагу проводились налеты истребителей-бомбардировщиков в сравнительно крупном масштабе. Было очевидно, что только непрерывное воздействие авиации днем и ночью на Гаагу и прилежащие к ней районы может ослабить атаки немецких ракет, которые в то время уже представляли собой нечто большее, чем неприятность. В конце января эскадрильи истребителей «Спитфайр» возобновили налеты на Голландию.

Налеты союзной авиации на Голландию продолжались до 27 марта 1945 года, до того дня, когда на Англию упала последняя — 1115-я ракета Фау-2. Общее количество жертв в Англии от ракет составило 2855 человек убитыми и 6268 человек тяжелоранеными, от самолетов-снарядов — 6139 человек убитыми и 17 239 человек тяжелоранеными. Вопреки хвастливым заявлениям Геббельса фактические результаты, достигнутые немцами от применения самолетов-снарядов и ракет, были незначительными и не оказали никакого влияния на ход войны.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.489. Запросов К БД/Cache: 3 / 0