Глав: 7 | Статей: 7
Оглавление
В августе 1942 года Управление вооружений сухопутных войск (Heereswaffenamt) вермахта разработало тактико-техническое задание на тяжелый танк, призванный в перспективе заменить недавно запущенный в производство «Тигр» — Pz.VI Ausf.E. На новой машине предполагалось использовать сконструированную в 1941 году фирмой Krupp 88-мм пушку с длиной ствола в 71 калибр. Осенью 1942 года к проектированию танка приступили фирма Henschel и конструкторское бюро Фердинанда Порше, вновь вступившего в соревнование с Эрвином Адерсом.

Приложение к журналу «МОДЕЛИСТ-КОНСТРУКТОР»
М. Барятинскийi

Боевое применение

Боевое применение

«Королевские тигры» поступали на вооружение тяжелых танковых батальонов (schwere Panzerabteilung — sPzAbt), в которых заменяли танки «Тигр I». Никаких новых частей для оснащения этими танками ни в вермахте, ни в войсках СС не создавалось. Батальоны отзывались с фронта и в учебных центрах на полигонах в Ордурфе и Падерборне получали новую материальную часть и проходили переподготовку. Обучение облегчалось использованием на «Королевском тигре» большого количества стандартных и для других немецких танков узлов и агрегатов. В частности, органы управления практически полностью соответствовали таковым на просто «Тигре».

Организационно к весне 1944 года немецкий тяжелый танковый батальон включал в себя три танковых роты по три взвода в каждой. Взвод состоял из четырех машин, рота — из 14 (из них две — командирских). С учетом трех штабных танков батальон по штату должен был иметь 45 боевых машин.

Одним из первых «королевские тигры» получил 503-й батальон. 22 апреля 1944 года его отозвали с фронта на переформирование. Его 1-ю роту вооружили 12-ю новыми танками с башней «типа Порше». В двух других ротах остались старые «тигры» Ausf.E. Такое смешанное вооружение не было случайным, если принять во внимание, что с января по апрель 1944 года фирма Henschel смогла изготовить всего 20 танков «Тигр» Ausf.B. За это же время цеха покинули 378 «тигров» Ausf.E.

В конце июня батальон отправили из Ордурфа во Францию — сражение в Нормандии было в самом разгаре. Впрочем, до Нормандии эта часть в полном составе не добралась. Несколько «тигров» уничтожила авиация союзников во время марша к линии фронта, несколько же машин пришлось оставить на складе в Понтуазе близ Парижа из-за возникших технических неисправностей.

После прибытия на фронт 503-й батальон вошел в оперативное подчинение 22-му танковому полку 21-й танковой дивизии вермахта, которая вела тяжелые бои с английскими войсками в окрестностях Кана. Первой его боевой операцией стала ликвидация прорыва противника около Коломбеля. В этом бою с участием «королевских тигров» были подбиты 12 «Шерманов» 148-го королевского танкового полка. Ответ не заставил себя долго ждать. 18 июля 1944 года позиции 503-го батальона подверглись атаке 2100 самолетов союзников! Во всяком случае, именно такое число указывается в зарубежных источниках. Впрочем, количество самолетов явно завышено, по-видимому, кто-то в боевом донесении приписал к реальной цифре лишний ноль. Тем не менее, авиация действительно стала для союзников наиболее эффективным средством борьбы с немецкими танками. Благо у них было абсолютное господство в воздухе.

В эти дни, если верить горькой шутке немецких солдат, у них стал вырабатываться так называемый «немецкий взгляд», то есть взгляд, устремленный в небо в ожидании очередной атаки английских или американских Jabo (Jagdbombenflugzeug — истребитель-бомбардировщик) — «темпестов», «тайфунов» и «тандерболтов».

Что же касается сухопутного вооружения, то первой адекватно вооруженной американской боевой машиной стала 90-мм самоходная пушка М36, появившаяся на Западном фронте в сентябре 1944 года. Кое-как бороться с «тиграми» могли вооруженные 17-фунтовыми пушками английские танки «Шерман Файерфлай» и «Челленджер», САУ «Ахиллес» и «Арчер».



«Королевский тигр» из 2-й роты 503-го тяжелого танкового батальона. Франция, лето 1944 года.

Вот что вспоминает по этому поводу Чарльз Гейселл, воевавший в чине лейтенанта в 628-м американском батальоне истребителей танков: «Наша часть была одной из немногих, оснащенных новым истребителем танков М36 с 90-мм пушкой. Большинство других батальонов оснащалось истребителями танков М10, вооруженных трехдюймовыми пушками. Когда мы получали новые машины, нам сказали, что наша 90-мм пушка превосходит 88-мм немецкую. Но в первом же бою роты В нашего батальона с единственным «Королевским тигром» мы обнаружили, что наши бронебойные снаряды не могут пробить башенную броню немецкого танка. Только попав в верхнюю часть башни, удалось вывести его из строя. В этом коротком бою рота В понесла потери. До конца войны нашему батальону с большим трудом удалось подбить еще только один «Королевский тигр».

Союзники использовали и другие способы борьбы с тяжелыми немецкими танками. Об одном из них рассказал участник Второй мировой войны генерал-лейтенант армии США Джеймс Холлингсворт: «16— 19 ноября 1944 года шли бои на реках Ворм и Рер. 2-й батальон 67-го танкового полка оказался лицом к лицу с 22 «королевскими тиграми». Мы использовали прием, заключавшийся в одновременном залпе всех имеющихся огневых средств по одной цели. Ведя огонь из 105-, 155-, 203- и 240-мм орудий, мы заставили противника повернуть назад. На поле боя остались гореть три «королевских тигра». Наши танковые 75- и 76-мм пушки не могли пробить броню немецких танков. 90-мм пушки истребителей танков из 201-го батальона также оказались бессильны. Слава Богу, нас выручила артиллерия.»

А что же 503-й батальон? 12 августа «королевские тигры» получила его 3-я рота, и в таком виде батальон вел бои у реки Орн. При прорыве из Фалезского котла немцам пришлось бросить почти все свои танки. Одни из них вышли из строя из-за многочисленных поломок, главным образом в ходовой части, другие, в особенности «королевские тигры», не смогли переправиться через реку. Мосты были взорваны, а паромов достаточной грузоподъемности не было. Вскоре личный состав отозвали с фронта в Падерборн, где 22 сентября 1944 года sPzAbt 503 получил 45 новеньких «тигров II», и 12 октября батальон убыл в Будапешт.

Но, как говорится, свято место пусто не бывает. В 20-х числах сентября в Голландию под Арнем отправился другой батальон, перевооруженный к тому времени танками «Тигр» Ausf.B — sPzAbt 506.

Боевой дебют новых танков на Восточном фронте состоялся в августе 1944 года, и об этом следует рассказать поподробнее. Дело в том, что за послевоенные годы в отечественной печати этот эпизод описывался неоднократно и постепенно обрастал многочисленными и далеко не всегда достоверными подробностями. Бесспорен, пожалуй, только сам факт произошедшего боя, а в остальном расхождения встречаются даже в основных датах, не говоря уже о количестве участвовавших и подбитых «королевских тигров».

Наиболее расхожая версия выглядела так: на Сандомирском плацдарме немцы бросили в бой танковый батальон «королевских тигров», всего до 40 машин, и были разбиты, потеряв половину танков; несколько машин были захвачены нашими войсками в исправном состоянии. При этом утверждалось, что в головном танке погиб его конструктор — Фердинанд Порше (в некоторых публикациях — сын конструктора), самонадеянно уверовавший в несокрушимость своей машины.

Проще всего разобраться с «гибелью Порше». Немецкий конструктор умер в 1951 году, его сын — в 1998-м. К тому же на Сандомирском плацдарме действовали танки с башней «типа Хеншель», к которым Порше не имел никакого отношения.

Что касается остального, то попробуем изложить хронику и ход событий, опираясь на факты, изложенные в разных источниках. Итак, все началось 14 июля 1944 года, когда в Ордурф прибыл для переформирования 501-й тяжелый танковый батальон. Получив новые танки, батальон был отправлен на фронт и 9 августа 1944 года выгрузился на железнодорожной станции недалеко от польского города Кельце. В ходе марша к линии фронта много танков вышло из строя по техническим причинам, так что утром 11 августа в батальоне оставалось только 8 боеготовых «королевских тигров». Весь день велись ремонтные работы и часть неисправных машин удалось ввести в строй.

Обстановка же на этом участке советско-германского фронта на тот момент складывалась следующая: войска 1-го Украинского фронта к 4 августа 1944 года захватили плацдарм до 45 км по фронту и 25 км в глубину на левом берегу Вислы. Противник предпринимал отчаянные попытки отбросить наши войска, вышедшие в район Сандомира. В первую очередь немцы нанесли ряд контрударов по флангам советских войск, находившихся на правом берегу Вислы. Встречными ударами с севера и юга в общем направлении на Баранув немецкие войска стремились выйти в район переправ, отсечь наши соединения, находившиеся за Вислой, от остальных сил и восстановить оборону по левому берегу. После провала контрудара противник предпринял попытки ликвидировать непосредственно наш плацдарм на левом берегу. Первый контрудар силами двух танковых и моторизованной дивизий враг нанес 11 августа в направлении Сташува и продвинулся за два дня на 8 км.



Дульный тормоз 88-мм пушки KwK 43


Захваченный союзниками «Королевский тигр» раннего выпуска, покрытый циммеритом. Сзади слева — опытное шасси VK 3001(H).

Плацдарм к этому времени представлял собой неровное полукольцо, упиравшееся концами в Вислу. Примерно в середине этого полукольца, прикрывая направление на Сташув, оборонялась 53 гв.тбр из состава 6 гв.тк. К исходу дня 12 августа 53 гв.тбр оставила сначала железнодорожную станцию Шидлув, а затем — село Оглендув. Здесь имеет смысл обратиться к воспоминаниям командира 53 гв.тбр полковника В.С.Архипова, который не без неточностей и противоречий (воспоминания-то писались спустя 30 лет после описываемых событий) воспроизводит события тех дней:

«В ночь на 13 августа в бригаде никто не спал. Во тьме, особенно летом, далеко и хорошо слышно. А звуки, которые до нас доносились, говорили, что утром будет тяжелый бой. За передним краем противника, в стороне Оглендува, непрерывно и слитно, все приближаясь и нарастая, гудели танковые моторы.

Местность была здесь не просто песчаная, но с песком слабым и зыбучим. Достаточно сказать, что попытки танкистов отрыть укрытие для машин были тщетными — стены окопа оседали тут же. В предыдущих атаках мы не раз наблюдали, как буксуют в этих песках немецкие «пантеры», как их механики-водители вынуждены подставлять нам борта машин. В боях за Шидлув и Оглендув эти поистине черепашьи маневры «пантер», значительно уступавшие тридцатьчетверке в подвижности, помогли нам нанести противнику очень чувствительные потери (только за 11 августа 53 гв.тбр уничтожила 8 танков противника — Прим.авт.). Надо полагать, что атаке в лоб по песчаным открытым полям он предпочтет обходное движение. Перед нашим левым флангом (батальон Коробова) вся местность на виду. Зато на правом фланге (батальон Мазурина) есть глубокая и широкая лощина, по которой из Оглендува к Сташуву, пересекая передний край, тянется полевая дорога. За лощиной, где занимала оборону стрелковая часть, танки не пройдут — там болото. Значит, надо плотно прикрыть огнем выход из лощины.

Решили поставить несколько танков в засаду. Есть неофициальный термин: «заигрывающий танк». Его задача — заставить вражеские танки развернуться так, чтобы они подставили борта под огневой удар главных сил обороны. Эту роль мы поручили группе танков из батальона Мазурина. Возглавил группу заместитель комбата старший лейтенант П.Т.Ивушкин».

Далее из воспоминаний В.С.Архипова следует, что в засаду поставили три танка (два средних и один легкий), обложив их копнами сжатой ржи и замаскировав таким образом под стога. Ближе к лощине стоял танк Т-34-85 младшего лейтенанта А.П.Оськина. Остальные танки бригады расположились справа и слева от дороги за грядой невысоких песчаных дюн. Впрочем, после нескольких недель непрерывных боев танков в 53 гв.тбр оставалось совсем немного — по-видимому, не более 15 машин. Но поскольку бригада находилась на направлении главного удара противника, в ночь на 13 августа командир 6-го гвардейского танкового корпуса генерал-майор В.В.Новиков передал в ее распоряжение много артиллерии. Прибыли корпусные 185-й гаубичный и 1645-й легкий артполки и 1893-й самоходный артполк СУ-85. Потом подошел 385-й армейский полк ИСУ-152. Хотя все эти части и не имели штатной численности, тем не менее представляли собой грозную силу. Кроме того, в тылу 53 гв.тбр был развернут 71 гв.ттп (11 танков ИС-2 и 1 ИС-85). Таким образом, выход из лощины находился под прицелом нескольких десятков орудийных стволов калибра 76 — 152 мм.

На руку нашим танкистам было и то, что немецкая авиаразведка приняла вторую линию обороны 53 гв.тбр (батальон автоматчиков и часть артиллерии) за первую. В результате предшествовавший атаке удар вражеской артиллерии и авиации пришелся не по танковым батальонам.

В 7.00 13 августа противник под прикрытием тумана перешел в наступление силами 16-й танковой дивизии при участии 11 (по другим данным 14) танков «Тигр» Ausf.B 501-го тяжелого танкового батальона.

«Туман мало-помалу рассеивался, — вспоминает В.С.Архипов, — тянулся уже клочьями. Ивушкин доложил: «Танки пошли. Не вижу, но слышу. Идут лощиной». Да я и сам слышал этот низкий, приглушенный откосами лощины гул. Приближался он очень медленно, нервы напряглись, чувствую, как капли пота катятся по лицу. Каково же им там, впереди?! Но копны были недвижимы.

Глаза были прикованы к выходу из лощины. Чудовищных размеров танк выбирался из нее. Он полз на подъем рывками, буксуя в песке.

Башни танка «Королевский тигр»



«тип Порше»


«тип Хеншель»


У обоих вариантов «Королевского тигра» проушины для крепления буксирных серег выполнялись из бортового броневого листа

Радировал с левого фланга и майор Коробов: «Идут. Те самые, неопознанные». (В ночь на 13 августа разведка бригады доложила о появлении в Шидлуве танков неизвестного типа. — Прим.авт.) Отвечаю: «Не спешить. Как уговорились: бить с четырехсот метров». Между тем, из лощины выползла вторая такая же громадина, потом показалась и третья. Появлялись они со значительными промежутками. То ли это дистанция у них уставная, то ли слабый грунт их задерживал, но пока вышел из лощины третий, первый уже миновал засаду Ивушкина. «Бить?» — спросил он. «Бей!» Вижу, как слегка шевельнулся бок копны, где стоит танк младшего лейтенанта Оськина. Скатился вниз сноп, стал виден пушечный ствол. Он дернулся, потом еще и еще. Оськин вел огонь. В правых бортах вражеских танков, ясно различимые в бинокль, появлялись черные пробоины. Вот и дымок показался, и пламя вспыхнуло. Третий танк развернулся было фронтом к Оськину, но, прокатившись на раздробленной гусенице, встал и был добит».

«Заигрывающие танки» сыграли свою роль. Немецкие боевые машины, выходя из лощины, поворачивали в сторону засады, подставляя свои левые борта под пушки танкистов и самоходчиков. Прямой наводкой ударило три десятка стволов, гаубичные дивизионы накрыли лощину навесным огнем, и она на всем протяжении до Оглендува скрылась в тучах дыма и песчаной пыли. В довершение немецкие боевые порядки «проутюжили» наши штурмовики. Атака противника захлебнулась.

Во второй половине дня 16-я немецкая танковая дивизия возобновила атаки, но, судя по всему, «королевские тигры» в них уже не участвовали. Во всяком случае, среди 24 подбитых в этот день немецких танков, оставшихся перед позициями бригады, их было только три. Причем все три сгорели, и, по утверждению В.С.Архипова, сжег их экипаж младшего лейтенанта А.П.Оськина, в который, помимо него самого, входили механик-водитель А.Стеценко, командир орудия А.Мерхайдаров (стрелял-то, строго говоря, именно он), радист А.Грушин и заряжающий А.Халычев.

Впрочем, сам же В.С.Архипов так комментирует этот эпизод: «Кто подбил и сколько — вопрос трудный, потому что вели огонь и танкисты двух батальонов — Мазурина и Коробова, и приданные нам два артиллерийских и два самоходно-артиллерийских полка. Отлично работала и штурмовая авиация, и не только в поле нашего зрения, но и за его пределами».

Маловероятно, чтобы «тридцатьчетверка» Оськина, пусть даже и с предельно короткой дистанции, когда каждый выстрел — в цель, за считаные минуты, если не секунды, успела подбить три немецких тяжелых танка. В засаде были ведь еще два танка, которые тоже стреляли. Наконец, на головные немецкие машины обрушился шквал огня основных сил 53 гв.тбр и частей усиления. Судя по фотографиям буквально изрешеченных снарядами «тигров», подбитых в этом бою, огонь велся с разных направлений и отнюдь не одним танком. По-видимому, абсолютно точно можно утверждать, что экипаж А.П.Оськина подбил головной «Королевский тигр», что тоже немало[* Кстати, в последние годы в ряде изданий появились утверждения, что якобы сам Оськин впоследствии вообще отрицал этот факт, заявляя, что подбил только два Pz.IV!].



P2.Kptw.VI Ausf. В Tiger II (Sd.Klz.128)


Командирская башенки была заимствована у танка «Пантера» Ausf. G. К бронированным козырькам приборов наблюдения приварен рельс для крепления зенитного пулемета. Слева от башенки — бронировка вентилятора


При открывании крышка командирского люка приподнималась и отодвигалась в сторону

За этот бой командир танка Александр Петрович Оськин был удостоен звания Героя Советского Союза, а командир орудия Абубакир Мерхайдаров — ордена Ленина.

Натолкнувшись на мощную противотанковую оборону (а к полудню 13 августа в распоряжение 53 гв.тбр в дополнение к уже приданым частям усиления были переданы несколько батарей 1666-го иптап и дивизион 272-го гвардейского минометного полка БМ-13), немцы отошли на исходные позиции. К вечеру 53 гв.тбр заняла оборону по южному склону высоты 247,9 в 300 м от деревни Оглендув. Пополнив 1-й и 2-й батальоны танками за счет 3-го и 10 машинами, прибывшими из ремонта, около полуночи наша бригада без артподготовки атаковала Оглендув. К рассвету деревня была очищена от противника.

Среди взятых трофеев оказались и немецкие танки неизвестного типа. Тут-то и выяснилось, что бой накануне пришлось вести с тяжелыми танками «Тигр-Б» (под таким названием немецкая машина фигурирует в наших документах тех лет). Об этом узнали из инструкций по эксплуатации, обнаруженных в брошенных танках. Утром, в горячке боя, разбираться было некогда. Поэтому в первом донесении, сосчитав горящие танки, сообщили «наверх» об уничтожении трех «пантер». Учитывая их внешнее сходство с «королевскими тиграми», это было неудивительно.



Красноармейцы осматривают « Тигр-Б», подбитый на Сандомирском плацдарме. Судя по отсутствующей задней части крыши, у этого танка сдетонировал боекомплект в нише башни


Варианты расположения лючков и люков на крыше башни: «тип Порше» (вверху) — за люком заряжающего находились вентилятор, бронеколпак которого мог закрываться крышкой, предохранявшей от попадания воды, и амбразура «устройства ближнего боя»; «тип «Хеншель» — вентилятор и амбразура располагались перед люком заряжающего, за ним находился лючок для выброса стреляных гильз

Захваченные боевые машины имели башенные номера 102, 234 и 502. Танки N»102 и №502 оказались командирскими — на них имелись дополнительные радиостанции. Обнаруженный во дворе дома на окраине деревни танк N»502 был технически исправен и брошен экипажем по весьма прозаической причине: чтобы бежать не мешал. В танке находился полный боекомплект и достаточный запас топлива. Судя по всему, в утреннем бою 13 августа эта машина участия не принимала. При попытке запустить двигатель он завелся с пол-оборота.

В 9.00 2-й танковый батальон 53 гв.тбр во взаимодействии со 2-й ротой 71-го гвардейского тяжелого танкового и 289-го стрелкового полков возобновили наступление. Находившиеся западнее Оглендува «королевские тигры» встретили их огнем. Тогда взвод танков ИС-2 гвардии старшего лейтенанта Клименкова выдвинулся вперед и открыл огонь по противнику. В результате короткого боя один «Королевский тигр» был подбит, а другой сожжен.

По мере продвижения вперед бригады 6 гв.тк организованного сопротивления противника уже не встречали. Бой распался на отдельные стычки и спорадические контратаки. На подступах к Шидлову в одной из таких контратак приняли участие 7 танков «Тигр-Б». Находившийся в засаде танк ИС-2 гвардии старшего лейтенанта В.А.Удалова подпустил «тигры» на 700 — 800 м и открыл огонь по головной машине. После нескольких выстрелов один танк был подожжен, а второй подбит. Затем Удалов лесной дорогой вывел свою машину на другую позицию и снова открыл огонь. Оставив на поле боя еще один горящий танк, противник повернул назад. Вскоре атака «королевских тигров» повторилась. На этот раз они шли на стоявший в засаде ИС-2 гвардии лейтенанта Белякова. С дистанции 1000 м ему удалось третьим снарядом поджечь вражескую машину. За одни сутки 14 августа танкисты 71 гв.ттп подбили и сожгли шесть «королевских тигров».

Всего же между Сташувом и Шидлувом осталось 12 подбитых, сожженных и исправных, но покинутых экипажами «королевских тигров». Столь плачевный для немцев результат, вне всякого сомнения, стал следствием грамотной организации боя с нашей стороны. За этот бой командир 53-й гвардейской танковой бригады полковник В.С.Архипов был награжден второй Золотой Звездой Героя Советского Союза.



«Королевский тигр» № 502, захваченный на Сандомирском плацдарме 53-й гвардейской танковой бригадой


Советские офицеры осматривают трофейный «Королевский тигр». Польша, август 1944 года

Захваченные танки доставили в Кубинку на НИБТПолигон. По результатам испытаний было сделано заключение, что «танк «Тигр-Б» представляет собой дальнейшую модернизацию основного тяжелого немецкого танка T-V «Пантера» с более мощным бронированием и вооружением».

Для оценки бронестойкости было решено подвергнуть обстрелу корпус и башню танка №102. Узлы и агрегаты с трофейной машины демонтировали для дальнейших исследований, а вооружение передали на ГАНИОП. Испытания обстрелом проводились в Кубинке осенью 1944 года. По их итогам были сделаны следующие выводы: «1. Качество брони танка «Тигр-Б», по сравнению с качеством брони танков «Тигр-Н», «Пантера» и СУ «Фердинанд», резко ухудшилось. В броне танка «Тигр-Б» от первых одиночных попаданий образуются трещины и отколы. От группы снарядных попаданий (3 — 4 снаряда) в броне образуются отколы и проломы большой величины.

2. Для всех узлов корпуса и башни танка характерным является слабость сварных швов. Несмотря на тщательное выполнение, швы при обстреле ведут себя значительно хуже, чем это имело место в аналогичных конструкциях танков «Тигр-Н», «Пантера» и СУ «Фердинанд».

3. В броне лобовых листов танка толщиной от 100 до 190 мм при попадании в них 3—4 бронебойных или осколочно- фугасных снарядов калибра 152, 122 и 100 мм с дистанции 500— 1000 м образуются трещины, отколы и разрушения сварных швов, влекущие за собой нарушение работы трансмиссии и выход танка из строя.

4. Бронебойные снаряды пушек БС-3 (100 мм) и А-19 (122 мм) производят сквозное пробитие при попадании в кромки или стыки лобовых листов корпуса танка «Тигр-Б» с дистанции 500 — 600 м.

5. Бронебойные снаряды пушек БС-3 (100 мм) и А-19 (122 мм) производят сквозное пробитие в лобовом листе башни танка «Тигр-Б» с дистанции 1000— 1500 мм.

6. Бронебойные 85-мм снаряды пушек Д-5 и С-53 лобовые листы корпуса танка не пробивают и не производят каких-либо разрушений конструкции с дистанции 300 м.

7. Бортовые броневые листы танка отличаются резкой неравнопрочностью по сравнению с лобовыми листами и являются наиболее уязвимой частью броневого корпуса и башни танка.

8. Бортовые листы корпуса и башни танка пробиваются бронебойными снарядами 85-мм отечественной и 76-мм американской пушек с дистанции 800 — 2000 м.

9. Бортовые листы корпуса и башни танка не пробиваются бронебойными снарядами 76-мм отечественной пушки (ЗИС-З и Ф-34).

10. Американские 76-мм бронебойные снаряды пробивают бортовые листы танка «Тигр-Б» с дистанции в 1,5 — 2 раза большей, чем отечественные 85-мм бронебойные снаряды».



На стволе танка № 502 надпись «Слава к-ну Коробову». Эту машину сегодня можно увидеть в Военно-историческом музее бронетанкового вооружения и техники в Кубинке


«Королевский тигр» № 502 в Кубинке. На крыше моторного отделения хорошо виден броневой стакан антенного ввода второй радиостанции — свидетельство того, что это командирская машина

При исследовании брони танка в лабораториях ЦНИИ-48 было отмечено, что «заметно постепенное снижение количества молибдена (М) на немецких танках T-VI и T-V и полное отсутствие его в T-VIБ. Причину замены одного элемента (М) другим (V-ванадием) надо, очевидно, искать в истощении имевшихся запасов и потерь баз, снабжавших Германию молибденом».

В ходе испытания вооружения 88-мм пушка KwK 43 показала хорошие результаты по бронепробиваемости и кучности, практически такие же, как у нашей 122-мм Д-25. Башню танка «Тигр-Б» 88-мм снаряд пробил навылет с дистанции 400 м.

Ухудшение качества брони на немецких танках и снижение качества сварных швов отмечали и союзники после обследования ими трофейных «королевских тигров». Тем не менее, этот тяжелый немецкий танк оставался «крепким орешком». Вот что, в частности, сообщал в своем донесении о его бронировании сержант Клайд Брансон, командир танка из 2-й американской танковой дивизии: «Королевский тигр» с дистанции 150 м вывел из строя мой танк. Остальные пять танков открыли огонь по немецкой машине с дистанции 180 — 550 м. Хотя нашим танкистам удалось добиться пяти или шести попаданий, все снаряды рикошетировали от брони танка, и «Королевский тигр» ушел назад. Если бы у нас был танк наподобие «Королевского тигра», то мы давно были бы уже дома».

Американский бронебойный 75-мм снаряд не пробивал лобовую и далеко не всегда пробивал бортовую броню «Королевского тигра». Достаточно эффективный против бортовой брони 76-мм снаряд пробивал лобовую броню только с дистанции 50 м. Впрочем, как упоминалось выше, советские 85-мм бронебойные снаряды справлялись с этим еще хуже. Пожалуй, единственным достойным противником «Королевского тигра» был советский тяжелый танк ИС-2. Неплохих результатов при стрельбе по немецким тяжелым танкам добивались и советские САУ с крупнокалиберными пушками: СУ-100, ИСУ-122 и ИСУ-152.

К концу 1944 года, по немецким данным, вермахт потерял 74 «королевских тигра», при этом лишь 17 удалось отремонтировать и вернуть в строй.

Последними крупными сражениями, в которых участвовали «королевские тигры», стали наступления немецких войск в Арденнах и в районе озера Балатон.

Германский план наступления в Арденнах был рассчитан на то, чтобы молниеносным ударом прорвать слабо защищенный участок фронта противника, устремиться к Намюру, захватить Льеж — главный центр коммуникаций 12-й группы армий союзников — и затем продолжить наступление на Антверпен и занять его. Если бы немцам это удалось, фронт союзных армий оказался бы разрезан на две части. Немцы рассчитывали уничтожить четыре армии: 1-ю канадскую, 2-ю английскую, 1-ю и 9-ю американские.

Для осуществления этого смелого, оригинального, но авантюрного плана фельдмаршалу фон Рундштедту передали 5-ю и 6-ю танковые армии СС и 7-ю полевую армию — всего около 250 тыс.человек и 1 тыс. танков. Подготовка к операции велась в обстановке абсолютной секретности, и она явилась полной неожиданностью для союзников.



Варианты крыши моторного отделения у танков ранних (слева) и поздних (справа) выпусков


«Тигр-II», захваченный американскими войсками в Остенроде. Обращает на себя внимание сквозная пробоина в борту башни, сделанная уже после захвата танка

16 декабря 1944 года немцы нанесли удар крупными силами между Моншау и Эхтернахом. Первая же атака обрушила союзный фронт, и германские танки устремились к Маасу. Впрочем, несмотря на густой туман, не позволявший союзникам использовать авиацию, уже 17 декабря сражение вступило в критическую фазу, так как чрезвычайно важный узел дорог — город Бастонь — прочно удерживала американская 101-я воздушно-десантная дивизия. Командовал ею генерал Маколиф. Попав в окружение и получив предложение сдаться, он ответил только одним словом: «Чудаки!». Немецкие моторизованные колонны были вынуждены обходить Бастонь по узким обледенелым горным дорогам. Темп наступления сбивался. Тем не менее, к 20 декабря 5-я танковая армия СС уже выходила к переправам через Маас. Командующий английскими войсками в Европе фельдмаршал Монтгомери был настолько напуган, что решил отводить свои дивизии к Дюнкерку. Но 24 декабря погода прояснилась — и это решило судьбу немецкого наступления. Около 5 тысяч самолетов англо-американских ВВС обрушили на боевые порядки, транспортные колонны и базы снабжения немецких войск лавину бомб и снарядов. К 1 января отступление армий Рундштедта носило уже массовый характер. Арденнское наступление провалилось.

В числе многих немецких танковых частей в этих боях принимал участие 506-й тяжелый танковый батальон. «Королевские тигры» вели огневые дуэли с «Шерманами» в окрестностях Бастони. Там же воевали «тигры» 101-го тяжелого танкового батальона СС. 68-тонным танкам было тяжело маневрировать на узких горных дорогах, где их к тому же не выдерживал ни один мост. С помощью «базук» американские парашютисты, оборонявшие Бастонь, подбили немало немецких тяжелых танков.

Значительно лучше подходила для действий крупных танковых соединений местность в окрестностях озера Балатон в Венгрии, где немцы и предприняли последнюю в ходе Второй мировой войны попытку наступления. Его целью было деблокирование окруженной в Будапеште группировки.

Первый удар немецкие войска нанесли в ночь на 2 января 1945 года. В наступление перешел IV-й танковый корпус СС при поддержке частей 6-й полевой армии — 7 танковых и 2 моторизованных дивизии. Эта группировка быстро прорвала фронт 4-й гвардейской армии и продвинулась в глубь нашей обороны на 30 км. Создалась реальная угроза прорыва немецких войск к Будапешту. На этот участок советское командование перебросило 1305 орудий и минометов и 210 танков. Все дороги были перекрыты батареями тяжелой и зенитной артиллерии, способной пробить лобовую броню немецких танков, а на флангах позиций с выносом в сторону противника были закопаны 57- и 76-мм пушки, предназначенные для ведения внезапного огня по бортам танков с коротких дистанций. Благодаря хорошо организованной обороне немецкое наступление к вечеру 5 января было остановлено. В протоколах, составленных после боев трофейной командой 4-й гвардейской армии, значатся сгоревшими и подбитыми 5 танков «Тигр-Б» (все из 503.sPzAbt), 2 танка «Тигр», 7 танков «Пантера», 19 танков Pz.IV, 6 танков Pz.III, 5 самоходных орудий и 19 бронетранспортеров и бронеавтомобилей. Кроме того, некоторые машины были в такой степени искорежены, что представляли собой груды металлолома и по ним нельзя было определить тип танка или САУ.



На одной из площадей Будапешта. Эта машина принадлежала тяжелому танковому батальону дивизии «Фельдхернхалле» (sPzAbl «Feldherrnha?e»). Весна 1945 года


«Королевский тигр» дивизии «Фельдхернхалле» у Королевского дворца в Буде. Будапешт, весна 1945 года

Утром 18 января немецкая группировка возобновила наступление, теперь в направлении на Секешфехервар. 22 января город был оставлен нашими войсками. Чтобы заставить советское командование снять часть своих сил с направления главного удара, немцы 25 января предприняли танковую атаку из района г.Замоль на Миклош. В 9.20 две группы из 12 танков «Пантера» и 10 «Тигр-Б» из 507-го тяжелого танкового батальона начали атаку позиций 1172-го истребительно-противотанкового полка. Командир полка решил заманить немецкие танки в огневой мешок, и это удалось. Потеряв за 6 часов непрерывного боя 16 орудий, полк уничтожил 10 «пантер» и «королевских тигров», а также 3 средних танка и 6 самоходных орудий.

Наиболее эффективными в борьбе с немецкими тяжелыми танками стали орудия, в том числе самоходные, крупных калибров. Так, 10 марта в ходе отражения второго этапа немецкого наступления отличились самоходки 209 сабр. Например, батарея СУ-100 под командованием капитана Васильева уничтожила в течение одного боя три танка «Тигр-Б».

Всего же в боях у озера Балатон в январе — марте 1945 года было уничтожено 19 танков этого типа. На 1 марта в строю вермахта и войск СС оставалось 226 танков «Королевский тигр».

Значительная часть боевых машин этого типа была сосредоточена в Восточной Пруссии. В обороне Кенигсберга принимали участие тяжелый танковый батальон «Gro?deutschland» из состава одноименной дивизии, 511-й (бывший 502-й) и 505-й тяжелые танковые батальоны. Танки использовались небольшими группами и, главным образом, для стрельбы с места. В качестве неподвижной огневой точки «Королевский тигр» оказался наиболее эффективным. Так, например, 21 апреля 1945 года при отражении атаки огнем одного «Тигра II» и двух САУ «Хетцер» было подбито 12 советских танков. По немецким данным, за неделю боев с 13 апреля 511 .sPzAbt записал на свой боевой счет 102 советских боевых машины! Правда, традиционно не сообщается, сколько из них сгорело, то есть было потеряно безвозвратно.

Остатки 505.sPzAbt, приданые остаткам 5-й танковой дивизии, закончили свой боевой путь в Пиллау (ныне г.Балтийск Калининградской области РФ).

502-й (бывший 102-й) и 503-й (бывший 103-й) тяжелые танковые батальоны СС участвовали в обороне Берлина. Последний «Королевский тигр» был подбит в Берлине 2 мая 1945 года в районе моста Шпандау.



Сожженный «Королевский тигр» на Кюстринском плацдарме недалеко от Зееловских высот на подступах к Берлину. Апрель 1945 года


Этот танк из танковой дивизии СС «Мюнхеберг» был подбит в Берлине на площади у Потсдамского вокзала. Май 1945 года

К сожалению, в немецкой статистике последнего месяца войны даются объединенные данные по обоим типам «тигров», поэтому указать точное количество «королевских тигров» на том или ином театре военных действий не представляется возможным. По состоянию на 28 апреля 1945 года на Восточном фронте находилось 149 «тигров» обоих типов (из них боеготовых — 118), в Италии — 33 (22), на Западе — 18 (10).

В настоящее время «королевские тигры» имеются в экспозициях Saumur Musee des Blindes во Франции, RAC Tank Museum Bovington (единственный сохранившийся экземпляр с башней Порше) и Royal Military Colledge of Science Shrivenham в Великобритании, Munster Lager Kampftruppen Schule в Германии (передан американцами в 1961 году), Ordnance Museum Aberdeen Proving Ground в США, Switzerlands Panzer Museum Thun в Швейцарии и Военно-историческом музее бронетанкового вооружения и техники в Кубинке под Москвой.

Оглавление книги


Генерация: 0.362. Запросов К БД/Cache: 0 / 0