Глав: 4 | Статей: 39
Оглавление
Книга посвящена главной ударной мощи сухопутных сил – танковым войскам. Автор реконструировал основные танковые сражения Второй мировой войны, подробно рассказал о предыстории создания и послевоенном развитии бронетанковой техники, дал характеристику различных видов и типов танков, уделяя большое внимание броневой защите и параметрам танковых орудий, их маневренности в конкретных ландшафтах. Издание снабжено картами, схемами и фотографиями.
Роберт Айксi / Л. Игоревскийi / Олег Власовi / Литагент «Центрполиграф»i

Эль-Аламейн, Египет

Эль-Аламейн, Египет

23 октября – 4 ноября 1942 года

Ряды немецких и итальянских войск в Северной Африке сильно поредели. Большая часть из немногих предметов снабжения, которые были им отправлены, так до них и не дошли. Однако захваченные в Тобруке гигантские запасы позволили немцам последовать за британцами в Египет. Когда Африканский корпус 23 июня вышел на границу с Египтом, у немцев оставалось 44 пригодных для боя танков, а у итальянцев – 14.

Британцы все еще превосходили немцев, имея 160 танков, а также в личном составе, но были превзойдены в военном искусстве и сбиты с толку. Немцы одержали быструю победу у Мерса-Матрух 26–27 июня и в первой битве у Аламейна в начале июля, но они, наконец, были остановлены в сражении у Алам-Хальфа, которое продолжалось с 31 августа по 17 сентября. (Роммель имел здесь 200 пушечных танков, в т. ч. 74 Pz III с 50-мм длинноствольными пушками, 27 танков Pz IV с новыми длинноствольными 75-мм пушками и 240 устаревших итальянских танков против 700 английских, в т. ч. 160 «Грантов». – Ред.) Моральный дух британцев соответственно повысился.

Некоторое представление о напряжении, которое неделями испытывали экипажи танков, можно получить из донесений британских медицинских частей об исследованиях физического состояния личного состава после отхода. Обнаружилось, что солдаты в среднем за период в шесть недель спали не более трех часов за ночь, начиная свой день до рассвета, находясь в условиях боя или патрулирования весь день, проведя в пути всю ночь, чтобы добраться до места встречи, дозаправки, места пополнения боеприпасов, выполняя ремонтные работы, готовя себе пищу в темноте, питаясь холодной едой и поочередно неся караульную службу. Ночи в пустыне были довольно холодными, и приходилось носить верхнюю одежду, днем в танке было жарко, а шум двигателя и выхлопные газы, пороховые газы и то, что весь день приходилось носить шлемофоны, не говоря уже о напряжении боя, добавляло нагрузки к нараставшей усталости. Хотя была продумана возможность создания запасных экипажей, заключение команд медицинских исследователей состояло в том, что «опытные войска, хотя и вымотанные, лучше, чем войска без боевого опыта»[3]. У немцев, безусловно, были сходные проблемы, но, по крайней мере, они развертывали полевые кухни, обеспечивая своих танкистов горячим питанием.

В течение лета немцы попытались взять Сталинград в низовьях Волги и даже достигли гор Кавказа, но слишком растянули свои силы. Войска США на Тихом океане начали наступать в Новой Гвинее, а японцы, проиграв морскую битву у Мидуэя (4–6 июня 1942 года), заняли 7 июня острова Кыс– ка и Атту на севере – в Алеутской гряде островов. Самолеты США доставляли предметы снабжения в Китай, приземляясь, в частности, в провинции Чжэцзян, пока Япония не захватила американские базы в Восточном Китае.

После сражения у Алам-Хальфа близ Эль-Аламейна две армии встречались друг с другом только своими разведотрядами. А немцы, и англичане были защищены с флангов Средиземным морем на севере и непроходимой Каттарской впадиной на юге, что делало наступление с фронта единственно возможным действием, за исключением высадки вражеских сил в тылу с моря. Немцы пытались обеспечить необходимое снабжение для возобновления наступления, но не получили значительной помощи (все уходило на Восточный фронт. – Ред.), даже несмотря на то, что их командующий лично летал в Германию с такой просьбой.

Местность, на которой две армии стояли лицом к лицу, была пустыней. Три небольшие гряды тянулись с востока на запад параллельно береговой линии, на расстоянии от 8 до 20 км южнее дороги вдоль побережья. Еще южнее местность становилась более пересеченной, переходя в холмы около 250 м высотой и, наконец, круто обрываясь во впадину Каттара. Рек не было. Воды было мало.

Новый командующий (Монтгомери. – Ред.) взял на себя с августа командование 8-й армией и готовился к наступлению. Прежде всего британцы стали получать подкрепления как в живой силе, так и в технике (вместо просто замены выбывших из строя). Внезапность наступления могла заключаться лишь в его времени, направлении и силе, потому что рассматривалась только лобовая атака. Была намечена определенная концентрация сил, и по мере того, как накапливались войска, вооружения и предметы снабжения, это было достигнуто.

Проводились полномасштабные учения. Ночами были вырыты и замаскированы длинные узкие траншеи. На танках были установлены дуги с брезентовыми покрытиями, чтобы замаскировать их под грузовики. Затем ночью танки заменили грузовики в автопарках, а земля была разрыхлена, чтобы уничтожить следы танковых гусениц. Макеты автомобилей использовались, чтобы замаскировать артиллерию. Другие такие же меры и передвижения войск осуществлялись ночью – так, чтобы немецкая воздушная разведка не выявила никаких заметных изменений, за исключением намеренных обманных действий, намекающих на то, где и когда будет наноситься главный удар. Были установлены ложные склады снабжения и ложные трубопроводы, чтобы ввести немцев в заблуждение, что главный удар будет нанесен на юге, в то время как по северному участку фронта были проложены и замаскированы шесть проходов, ведущих в район у места планировавшегося главного удара.

Эти и подобные сооружения, которые быстро совершенствовались, были предназначены для того, чтобы заставить немцев поверить, что наступление произойдет, но позднее. Были даже устроены ложные радиопереговоры дивизии на юге – за день до фактического наступления, в дополнение к обманным действиям. У немцев была чрезвычайно эффективная система радиоразведки, и большую часть сведений они получали, перехватывая приказы и разговоры по британским полевым радиостанциям всех типов. Исходные позиции, о которых не было известно немцам, английская артиллерия заняла только перед самым наступлением. Были подготовлены специальные команды, которые должны были принять на себя управление портовыми операциями на побережье, и предметы снабжения, которые планировалось перевозить по морю в эти порты, были соответствующим образом маркированы, чтобы обмануть местных шпионов.


ЭЛЬ-АЛАМЕЙН

23 октября – 4 ноября 1942 г.

Были пересмотрены британские методы восстановления и ремонта – для того чтобы обеспечить непрерывность наступления танков. Глубина смешанных минных полей составляла от 4500 до 8000 м. Было сконструировано новое приспособление для обезвреживания минных полей, и планом наступления предусматривалось участие оборудованных им танков. Это приспособление состояло из стрелы с валиком, к которому была прикреплена длинная тяжелая цепь. Этот валик приводился в движение вспомогательным двигателем, все это устанавливалось на боевом танке. В ходе разминирования цепь на вращающемся валике била по земле перед танком, подрывая мины. Известные как «крабы», или «скорпионы», такие устройства использовались в командах, делавших проходы шириной примерно 7 м, которые потом расширялись до 22 м.

Поскольку таких устройств было изготовлено немного и они не были безупречны, обычный метод обезвреживания мин также использовался. Команда разминирования была составлена из головных дозорных, за которыми следовала группа подрывников с фланговыми дозорными. Удлиненные подрывные заряды, имевшиеся у таких команд, представляли собой длинные трубки, заполненные взрывчаткой. Когда такую трубку поджигали, она подрывала мины, образовывая проход. За группой подрывников следовал начальник команды с двумя солдатами, которые протягивали белые ленты, чтобы отметить границы обезвреженной территории. Затем приходили солдаты с миноискателями, чтобы отыскать мины, которые были пропущены, маркировщики, чтобы их отметить, командир отделения и, наконец, машины со знаками, чтобы установить постоянные знаки. Иногда составлялись дневные команды из солдат, умевших находить мины, которые отрывали их штыками. Примечательно, что в результате всех этих операций было совсем немного жертв – это указывало на то, насколько квалифицированными стали инженерные войска.

Расположение британских войск с севера на юг выглядело следующим образом:

ХХХ корпус

9-я австралийская дивизия с 40-м королевским танковым полком на «Валентайнах», с двумя «Матильдами» в каждом эскадроне.

51-я дивизия с 50-м королевским танковым полком на «Валентайнах», по две «Матильды» в каждом эскадроне.

2-я новозеландская дивизия с 9-й танковой бригадой.

1-я южноафриканская дивизия с 8-м королевским танковым полком на «Валентайнах», и в каждом эскадроне по два танка «Матильда».

Х корпус

1-я бронетанковая дивизия (2-я танковая бригада, состоящая из 5-го и 6-го королевских танковых полков, укомплектованных «Грантами» и «Стюартами») и моторизованной пехотной бригады.

10-я бронетанковая дивизия (8-я танковая бригада, состоящая из 3 королевских танковых полков, и 24-я танковая бригада, включающая 41, 45 и 47-й королевские танковые полки, имевшие на вооружении «Шерманы») и моторизованная пехотная бригада. XIII корпус 4-я индийская бригада греческая бригада 50-я дивизия 44-я дивизия

1-я бригада «Свободной Франции»

Британские бронетанковые дивизии того времени в своем составе имели полк бронеавтомобилей, танковую бригаду, моторизованную пехотную бригаду и три или четыре артиллерийских полка. Всего в дивизии было 190 танков.

7-я бронетанковая дивизия (22-я танковая бригада состояла из 1, 4 и 5-го королевских танковых полков, имевших на вооружении «Гранты» и «Стюарты») оказывала поддержку XIII корпусу. 23-я танковая бригада на «Грантах» и «Крузейдерах», остававшийся 46-й королевский танковый полк с «Валентайнами» и каждый эскадрон, имевший по две «Матильды» в качестве машин непосредственной поддержки, образовывали резерв для пехотных атакующих частей. 6-й королевский танковый полк на «Грантах» и «Крузейдерах» и 42-й и 44-й королевские танковые полки на «Валентайнах» составляли отряд минных тральщиков. У 11-го королевского танкового полка в резерве были танки CDL. Танки CDL были «Грантами», на которых устанавливалась специальная башня с мощной дуговой лампой с откидывающейся заслонкой, предназначенная для освещения местности и одновременно ослепления противника.

Были также британские, австралийские и южноафриканские дивизионные кавалерийские (танковые) или моторизованные части, вооруженные «Крузейдерами», «Стюартами» или бронеавтомобилями.

У британцев имелись следующие танки:

267 «Шерманов»,

128 «Грантов»,

128 «Стюартов»,

105 «Крузейдеров» с 57-мм пушкой,

255 «Крузейдеров» с 40-мм пушкой,

196 «Валентайнов» и «Матильд»,

4 «Черчилля»,

58 CDL.

В этот список не включены «Присты», «Бишопы» и САУ «Крузейдер», а также бронеавтомобили кавалерийских полков и моторизованных частей. «Прист» была 105-мм гаубицей, установленной на шасси «Гранта», «Бишоп» – 87,6-мм орудием на шасси «Валентайна», а на «Крузейдерах» были установлены по два спаренных 20-мм противотанковых орудия. Теперь в боекомплекте танков имелись осколочно-фугасные снаряды для уничтожения противотанковых орудий противника.

«Шерманы» были новыми американскими танками с такими же шасси, как у «Гранта», но 75-мм орудие было теперь установлено в башне. Первое судно, нагруженное ими, было торпедировано и заменено уже целой американской бронетанковой дивизией. Это было устроено по предложению американца, бригадного генерала Джона К. Кристмаса, что побудило британцев назвать эту акцию «рождественским подарком». «Черчилль» был 40-тонным тяжелым пехотным танком с толстой броней (лоб 101 мм, борт 76 мм, башня 89 мм. – Ред.), но вооружен только 57-мм пушкой.

Всего у британцев было 1300 танков в 8-й армии плюс еще 1371 в Египте. В 8-й армии было 230 тыс. солдат, 2180 орудий и 1500 самолетов.

Силы держав оси с севера на юг были представлены следующими соединениями:

итальянской дивизией «Берсаглиери»,

164-й германской дивизией,

итальянской дивизией «Тренто»,

итальянской дивизией «Болонья»,

группой Рамке (парашютисты),

итальянской дивизией «Брешиа»,

итальянской дивизией «Фольгоре» (парашютисты),

итальянской дивизией «Павия».

На севере перед линией фронта были развернуты: 90-я легкая дивизия, моторизованная дивизия «Триесте», которая включала батальон бронеавтомобилей и батальон средних танков, 15-я германская танковая дивизия, итальянская танковая дивизия «Литторио». На юге располагались 21-я танковая дивизия и итальянская танковая дивизия «Ариете». Имевшаяся в наличии бронетехника:

31 танк Pz II,

85 танков Pz III,

88 специальных танков Pz III с длинной, 50-мм пушкой,

8 танков Pz IV,

30 танков Pz III с длинной, 75-мм пушкой,

22 танка Pz III и IV в ремонте,

318 средних танков M13/40,

30 легких танков L 6/40.

Всего было 612 танков (в т. ч. 348 весьма слабых, устаревших итальянских и 31 легкий Pz II, т. е. у немцев реально в строю было всего 211 пушечных танков, и только 118, с длинной пушкой, соответствовали всем требованиям). Силы оси имели 80 тыс. солдат (в т. ч. 23 тыс. немцев), 1219 орудий и 350 самолетов.

Начало британского наступления было запланировано на 23 октября. В то послеполуденное время десант вместе с танками и войсками и с морским конвоем был погружен и отправлен морем как бы для осуществления охвата с моря. После наступления темноты все, за исключением нескольких кораблей, вернулись. Эти несколько били из орудий по берегу три часа после того, как началась высадка десанта с кораблей, для того чтобы привести в замешательство немцев и сковать их резервы. Высадка десанта с боем должа была состоять из трех этапов – вторжение, ближний бой и отход. Главная атака была намечена вблизи побережья между грядами Телль– эль-Эйсат и Митейрия, отстоящими друг от друга примерно на 6–7 км, где пехота и танки-тральщики должны были проложить два прохода в минных полях. XXX корпус на севере с 1-й и 2-й танковыми дивизиями в центре должны были проследовать через них и быть наготове в ожидании контратаки противника, в то время как два прохода сливались в один. Ложная атака должна была быть проведена на крайнем юге XIII корпусом с 7-й танковой дивизией – для того чтобы удерживать в том районе 21-ю танковую дивизию.

В 21.40 в лунном свете была проведена 15-минутная бомбардировка немецкой линии фронта и всех известных артиллерийских позиций немцев дымовыми снарядами. Королевские ВВС бомбили артиллерийские позиции, а затем и районы сосредоточения танков. Сеть немецких коммуникаций была серьезно повреждена почти сразу. В 22.00 артиллерийский огонь семь минут был сосредоточен на линии фронта немцев, и в то же время 4-я индийская бригада совершила массированную вылазку в районе, где должны были совершить прорыв британские танки при поддержке артиллерии, открывшей беглый заградительный огонь с интервалами в 100 м. В 22.07 началась главная атака.

Зенитные пушки «Бофорс», стреляя трассирующими снарядами, отмечали границы действий бригад и направление атаки, в то время как лучи прожекторов освещали небо, высвечивая объекты в виде точек, под которыми лучи рассеивались. Немецкие минные поля были более плотными, чем ожидалось, и немцы вели огонь в проходах этих полей. Южный проход не был открыт до рассвета, и танковые полки, которые шли за наступавшей пехотой, не могли пройти, пока в новой атаке ночью 24 октября к рассвету 25 октября проход был все-таки проделан. 10-я танковая дивизия к 5.00 выдвинулась западнее минного поля и заняла позиции, выполняя роль артиллерии. Немцы оказывали сопротивление у северного прохода, где 8, 40, 46 и 50-й королевские танковые полки оказывали поддержку пехоте. Больше всего потерь в танках понес 50-й королевский танковый полк, который потерял двадцать пять из сорока четырех танков. Применялась тактика ввода в бой сначала более легких танков, отвлекавших на себя огонь, в то время как танки с более тяжелым вооружением оставались позади, чтобы вести огонь по немецким противотанковым орудиям, когда те себя обнаруживали. Боеприпасы подвозились к танкам на пулеметных бронетранспортерах, и танкам не нужно было отходить назад за их пополнением.

На крайнем южном участке немцы установили новое минное поле, которое остановило 22-ю танковую бригаду, когда та уже в первую ночь прошла через известное минное поле западнее Дейр-эль-Мунафид. Бригада попыталась во вторую ночь совершить еще один прорыв, а затем была отведена.

Немцы использовали бронетехнику в контратаке на севере, и к концу первого дня у них осталось 154 немецких, 270 итальянских средних и тридцать итальянских легких танков. Таким образом, они потеряли 48 итальянских и 88 немецких танков. Все эти танки были в составе 15-й танковой дивизии и итальянской дивизии «Литторио». В начале следующего дня державы оси контратаковали вновь у высоты Кидни; немцы на этот раз потеряли еще шестьдесят один танк, а дивизия «Литторио» недосчиталась еще пятидесяти шести танков.

Британцы также 26 октября несли тяжелые потери в танках, и многие участники боев ожидали, что вся эта операция будет отменена, но британский командующий решился только сделать перерыв и произвести перегруппировку. В это время 24-я танковая бригада была использована для сдерживания противника в течение двух дней, была сильно потрепана и расформирована, а ее оставшиеся машины и личный состав были переданы другим частям.

Тем временем 2-я новозеландская дивизия с 9-й танковой бригадой и 1-я бронетанковая дивизия были отведены. Они были заменены 9-й индийской бригадой и 1-й южноафриканской дивизией, переброшенными с других участков фронта. Эти войска вместе с 7-й танковой дивизией, выдвинувшейся с дальнего южного фланга фронта, должны были быть использованы в качестве новой силы прорыва еще в одной попытке.

У замещавшего Роммеля немецкого командующего случился сердечный приступ (речь идет о Штумме, который, проезжая в автомобиле, попал под артиллерийский обстрел, выпал из машины и умер от сердечного приступа. – Ред.), и прежний командующий вернулся из Германии (где он лечился от подхваченных в Африке дизентерии и желтухи). Горючего было очень мало, но, несмотря на это, Роммель чувствовал, что британская атака на севере была главным ударом, поэтому дивизии 21-я танковая и «Ариете» были переброшены на север. Боевой состав немцев к 28 октября был представлен 137 танками; у итальянцев было 210 средних и тридцать легких танков, большинство из которых было в «Ариете».

Британцы решили прорваться через немецкие позиции вблизи побережья, развивая наступление к северу. Это обещало расширение прорыва и возможность отрезать немцев, а может быть, и пробиться к дороге вдоль побережья. Атака в направлении на северо-запад была начата ночью 28 октября 9-й австралийской дивизией и 46-м королевским танковым полком. Опять усиленно охраняемое немецкое минное поле воспрепятствовало успеху, и 46-й королевский танковый полк потерял восемнадцать из тридцати танков. В ночь с 30 на 31 октября австралийцы все же перерезали дорогу вдоль побережья. К этому добавилась атака при свете дня 31-го с 40-м королевским танковым полком, что привело к потере последних 21 из 30 танков. У немцев оставался всего восемьдесят один танк. У итальянцев все еще было 197 средних и тридцать легких танков.

Обнаружив, что немцы переместили 90-ю легкую дивизию к северу от того места, где она находилась, британцы решили вернуться в первоначальный район атаки, приготовившись к атаке в 1.50 на 2 ноября. Атака проводилась 51-й дивизией, за которой следовали 8-й и 50-й королевские танковые полки. Когда они продвинулись вперед примерно на 5 км, 9-я танковая бригада должна была прорваться, чтобы уничтожить позиции немецкой артиллерии. Затем 1-я и 10-я танковые дивизии Х корпуса должны были идти вслед на прорыв в надежде выйти на оперативный простор к рассвету. За ними, в свою очередь, по пятам должны были идти два полка бронеавтомобилей, которые должны были громить тылы немцев.

Оборона немцев усилиями их танковых сил замедлила продвижение британцев, которые контратаковали с двух флангов вскоре после рассвета. 9-я танковая бригада потеряла восемьдесят семь из 116 танков, но пробила проход для 1-й танковой дивизии и одного полка бронеавтомобилей. После этого боя у немцев осталось двадцать четыре из девяноста танков, но до утра немецкие ремонтные команды довели число боеспособных танков до восьмидесяти одного. Атака британцев застопорилась, что давало немцам двадцать четыре часа для перегруппировки. Танковые сражения сократили боевую мощь немцев до 32 танков. У итальянцев все еще было 140 средних и 15 легких танков.

Но дело было проиграно. 3 ноября немцы начали отход, надеясь достичь Фуки, но телеграммой из Германии был получен приказ не отступать, и части, уже находившиеся в пути, были отозваны обратно. «Литторио» стала частью 15-й германской танковой дивизии из-за понесенных потерь. К полудню 3 ноября 8-я британская танковая бригада получила приказ обогнуть Телль-эль-Аккакир, но передовой 3-й королевский танковый полк был остановлен находящимися на огневых позициях немецкими танками. В 17.30 51-я дивизия с 23-й танковой бригадой и 5-й индийской бригадой атаковали в юго-западном направлении, ведомые 8-м королевским танковым полком. Запланированная артиллерийская подготовка была по ошибке отменена, и 8-й полк потерял 22 из своих 34 танков. Отступив, 8-й полк из-за понесенных потерь объединился с 40-м и 46-м королевскими танковыми полками.

В ночь, когда немцы начали отходить, 5-я индийская бригада предприняла ночную атаку. За ней на рассвете последовали 50-й королевский танковый полк и часть 46-го королевского танкового полка после интенсивного артиллерийского обстрела, за которым последовал заградительный огонь. 1, 7 и 10-я британские танковые дивизии хлынули через пробитую брешь, двигаясь на север к дороге вдоль побережья, но были остановлены немецким арьергардом.

К 16.00 немцы начали выходить из боя, а дивизия «Ариете» была окружена. Итальянские пехотинцы были брошены, потому что не хватало транспорта и горючего. Немцы остались с 12 танками. Британцы попытались отрезать им путь к отступлению, но стемнело, и все шансы зайти немцам в тыл были упущены. Это была возможность, которую ожидали и королевские ВВС, но результаты были разочаровывающими.

Преследование немцев так и не было начато до 5 ноября, а затем выбранные для окружения участки постоянно оказывались недостаточно протяженными в глубину, и у британских танков не было достаточного пространства для маневра, поэтому каждый раз немцы ускользали. Однако была захвачена кое-какая итальянская бронетехника. Немцы установили ложное минное поле у Фуки, и оно, а также остановка британцев накануне вечером и то, что грузовики с горючим не поспевали, не оставили им шансов отрезать немцам путь к отступлению. Затем, когда британские войска 6 ноября во второй половине дня почти достигли Мерса-Матрух, пошел дождь. Колесные машины застряли, а поскольку грузовики с бензином для танков были колесными машинами, танки встали. Колесные машины обоза снабжения бронетанковых частей в основном доставляли боеприпасы, а не топливо. Через два дня, когда передовые части почти добрались до Эс– Саллума, опять пошел дождь.

Излишняя осторожность британского командующего, считавшего, что немцы способны нанести ответный удар, мешала неотступному преследованию. И это несмотря на взятие в плен 10 тыс. немцев и 20 тыс. итальянцев, многочисленные потери у стран оси и уничтожение или захват 450 танков и более тысячи орудий. От 9 тыс. личного состава 15-й и 21-й танковых дивизий вначале оставалось менее 2 тыс., так что едва ли немцы могли организовать достаточно мощную контратаку с горсткой остававшихся у них танков. А 8 ноября в Северной Африке высадились американские и британские войска. Но британское преследование, хотя и запоздало, все-таки последовало. В Тобрук британцы вошли 12 ноября, и большинство британских частей остановились здесь на отдых.

Немцы собрали кое-какие силы и были усилены итальянскими войсками. Остатки трех итальянских танковых дивизий влились в дивизию «Центауро». Мины и мины-ловушки замедляли британцам преследование, и, решив, что пытаться догнать противника бесполезно, англичане сделали остановку для перегруппировки и отдыха после преодоления более тысячи километров от Эль-Аламейна.

Наступление было возобновлено в декабре, и в Триполи британцы вошли 23 января 1943 года. Победа у Эль-Аламей– на была чрезвычайным психологическим стимулом подъема морального духа союзников, особенно британцев.

Хотя взгляд в прошлое всегда лучше, чем взгляд в будущее, может показаться, что многие из обманных действий британцев перед сражением были не обязательны. Недостатки немцев были известны, а немцы знали, что наступление готовится и будет фронтальным. При планировании и проведении сражения были внесены изменения в тактику. Концепция прорыва на узком фронте и на большую глубину была отброшена. До этого тактика состояла в том, чтобы сначала уничтожить бронетехнику противника, а потом уже другие войска. У Эль-Аламейна план состоял в том, чтобы уничтожить противника без бронетехники, а затем его бронетехнику. Вряд ли продуктивно гадать о том, какие были бы результаты, если бы этого изменения в тактике не произошло, но германский командующий и некоторые штабные офицеры позднее говорили, что британцы добились бы победы скорее и с меньшими потерями, если бы придерживались прежней концепции.

У немцев возникли трудности, когда постоянный командующий был в Германии, а временный командующий скончался от сердечного приступа в начале сражения, но их дисциплина, проявленная в боевых действиях до возвращения из Германии Роммеля, была на высоте. Из-за нехватки горючего потребовалось распределить немецкую бронетехнику в шести местах и исключалось ее постоянное перемещение, которое до этого немцы были в состоянии производить (перед самым британским наступлением были потоплены танкеры с горючим, направленным для армии Роммеля. В результате у немцев и итальянцев оставалось всего по три заправки топливом на каждую единицу техники при обычных 30 заправках. – Ред.). Исход, вероятно, не был бы иным, но оборону немцы, возможно, держали бы дольше.

Наконец, британцы медлили с преследованием и были нерешительны в таком преследовании. Страх, который всегда вызывал у них Роммель, не ослабевал, даже когда его войска только отступали.

Оглавление книги

Оглавление статьи/книги
Реклама

Генерация: 0.207. Запросов К БД/Cache: 0 / 0