Глав: 17 | Статей: 59
Оглавление
В этой книге охвачен период с момента появления антияпонских вооруженных формирований корейских коммунистов в 1930-х гг. и до наших дней, включая последние столкновения с вооруженными силами Южной Кореи в Желтом море. Охарактеризованы эволюция военной машины Пхеньяна, военная доктрина, ракетно-ядерная и связанная с ней космическая программы, организационно-штатная структура соединений и частей, боевой состав и развертывание (эшелонирование) вооруженных сил КНДР, оперативно-тактические и тактические нормативы ведения общевойскового боя и марша общевойсковых частей, система подготовки личного состава и ополчения, военное образование, идеологическая обработка личного состава и пр.

Тот самый Scud

Тот самый Scud

Ракетные войска КНА, командование которых (подчиненное непосредственно Верховному главнокомандующему, он же Полководец, Ким Чен Иру) для конспирации называется «бюро управления артиллерией» («побьен чидо кук»), созданы по образу и подобию ракетных войск (Второй артиллерии – «диерпаобинь») Народно-освободительной армии Китая. Как и китайские, северокорейские ракетные войска включают части, вооруженные тактическими, оперативно-тактическими и стратегическими ракетными комплексами. Впрочем, с учетом доктринальной задачи нанести при удобном случае военное поражение Южной Корее все северокорейские ракетные части в регионально-геополитическом плане могут считаться де-факто стратегическими вне зависимости от дальности пуска имеющихся у них баллистических ракет (поэтому в западной литературе «побьен чидо кук» часто называют «стратегическими ракетными силами»). А если северокорейцы сумеют довести до логического конца осуществляемую ими программу создания межконтинентальных баллистических ракет, то страна войдет в мировой клуб обладателей ракетно-ядерного оружия неограниченной дальности действия, где сейчас состоят США, Россия, Китай, Великобритания и Франция (возможно, еще и Израиль) и куда стремятся проникнуть с «черного хода», помимо КНДР, еще и Индия, Иран и Пакистан, причем два последних – с помощью как раз северокорейцев.

Фактически ракетные войска являются даже не отдельным родом войск, а самостоятельным видом вооруженных сил КНДР, который в обозримом будущем, по мере наращивания ядерного потенциала, должен стать основой военной мощи страны. Развитие северокорейских ракетных войск представляет угрозу не только региональной безопасности, но и, в перспективе, – непосредственно США, объекты на континентальной части которых могут попасть в пределы досягаемости их ракет.

Само «бюро управления артиллерией» было образовано в 1999 г. с передачей под его начало всех ранее входивших в состав сухопутных войск армейских частей, вооруженных баллистическими ракетами класса «земля – земля». До этого они не имели единого отдельного командования и находились в ведении командования артиллерии КНА. Ныне в их арсенале имеется не менее тысячи развернутых и заскладированных неуправляемых и управляемых баллистических ракет тактического, оперативно-тактического и стратегического назначения.

Создание ракетных войск в КНДР началось в 1960-х гг. с поставки Пхеньяну Советским Союзом тактических ракетных комплексов 2К6 «Луна» с неуправляемыми баллистическими ракетами ближнего радиуса действия – а именно 3Р8 (FROG-3 по условной классификации, принятой в НАТО) и 3Р10 (FROG-5) в осколочно-фугасном снаряжении. Затем, в 1969 г., последовали поставки более дальнобойного тактического ракетного комплекса 9К52 «Луна-М» с неуправляемой баллистической ракетой 9М21 (Р-65, Р-70, по классификации НАТО – FROG-7) с фугасной боевой частью. В КНДР для ракет «Луна» и «Луна-М» были созданы химические боевые части.

Однако уже в 1970-х гг. дальность (соответственно до 45 и 65 – 70 км) и низкая точность стрельбы этих комплексов перестали устраивать командование КНА. Для удовлетворения возросшего «ракетного аппетита» было принято решение приобрести советский оперативно-тактический ракетный комплекс 9К72 с управляемой баллистической ракетой 8К14 (Р-17, по классификации НАТО – SS-1C или Scud-B), имеющей дальность пуска 300 км. Однако по каким-то причинам получить его у СССР, уже поставившего немало таких комплексов не только своим союзникам по Варшавскому договору, но и многим странам третьего мира, у Пхеньяна не получилось. Поэтому комплексы 9К72 с боекомплектом (ракетами в фугасном снаряжении) в обход ограничений, устанавливаемых в подобных случаях изготовителями вооружений, северокорейцы закупили у располагавшего ими Египта, президент которого Анвар Садат разругался к тому времени с обитателями Кремля и начал потихоньку приторговывать советским оружием.

Приобретение в 1976 – 1981 гг. северокорейцами комплексов 9К72 имело для них огромное значение при развертывании производства собственных баллистических ракет, за основу которых была взята 8К14. Как и китайцы – большие любители воспроизводить зарубежные образцы военной техники, игнорируя права стран их происхождения и международное право, специалисты КНДР воспользовались методом reverse-engineering, то есть разобрали ракету 8К14 и сконструировали после ее досконального изучения свою, несколько увеличив дальность пуска (до 330 км) за счет снижения массы боевой части. Первая северокорейская управляемая баллистическая ракета оперативно-тактического назначения на основе советской 8К14, получившая название «Хвасон-5» (Хвасон – по-корейски Марс), была успешно испытана в 1984 г., запущена сначала в опытное, а в 1987 г. – в серийное производство и принята на вооружение КНА. Для ракеты «Хвасон-5», помимо фугасной, разработаны химическая и бактериологическая боевые части.

По некоторым сведениям, КНДР поставляла ракеты «Хвасон-5» Ирану (там они получили наименование «Шахаб-1») и, кроме того, оказала технологическую помощь Египту в развертывании производства своего варианта Scud-B.

Вдохновленные успехом «Хвасон-5», северокорейцы приступили к созданию новой, в полтора раза более дальнобойной (с радиусом действия 500 км за счет снижения массы боевой части и увеличения запаса горючего и окислителя путем удлинения изделия) оперативно-тактической ракеты «Хвасон-6» (на Западе ее назвали Scud-С или Scud-PIP, то есть product improvement program – «программа усовершенствованного производства»). Создание «Хвасон-6» связывается с заявлением Ким Чен Ира (тогда еще не главы государства, но уже божества), датированным примерно 1987 г.: «Если мы в состоянии сделать это, нам бояться нечего. Даже американские мерзавцы не смогут нам помешать. Незамедлительная разработка «Хвасон-6» – вопрос жизни и смерти».

Испытания «Хвасон-6» были проведены в 1990 г., и ракета, помимо поступления на вооружение КНА, тут же заинтересовала уже оценивший северокорейскую ракетную технику Иран, а также Сирию. Туда были поставлены партии «Хвасон-6», а Тегеран приобрел еще и технологию их производства под национальным наименованием «Шахаб-2». Как считают некоторые эксперты, к середине 1990-х гг. ракеты «Хвасон-6» якобы полностью заменили в войсках «Хвасон-5» и поставленные Египтом 8К14, отправленные на хранение.

Дальнейшим развитием оперативно-тактических ракет семейства «Хвасон» стала ракета, которой на Западе присвоили условное наименование Scud-ER (ER – extended range, «увеличенного радиуса действия»). Scud-ER имеет дальность пуска 750 – 800 км – в 1,5 – 1,6 раза больше, чем у «Хвасон-6», и в 2,5 – 2,7 раза больше, чем у исходной советской 8К14. Это было достигнуто не только за счет уменьшения массы боевой части по сравнению с «Хвасон-6», но и путем использования несколько меньшей максимальной стартовой тяги ракетного двигателя, чем у 8К14, c последующим постепенным дросселированием тяги до маршевого уровня, что обеспечило более экономное расходование топлива. Разработка Scud-ER, видимо, была завершена в 2003 г. с принятием ее на вооружение и запуском в серию. Иностранные разведслужбы обнаружили Scud-ER в 2005 г., изучая спутниковые фотографии, а публичный показ новых ракет состоялся на параде в честь 75-летия КНА 25 апреля 2007 г.

Вместе с одноступенчатыми оперативно-тактическими ракетами типа Scud КНДР освоила производство самоходных пусковых установок для них, копируя штатную пусковую установку 9П117М советского оперативно-тактического ракетного комплекса 9К72 (на шасси четырехосного тяжелого автомобиля высокой проходимости МАЗ-543).

Помимо оперативно-тактических, КНДР приступила к разработке собственных тактических баллистических ракет класса «земля – земля». За основу была взята советская управляемая баллистическая ракета 9М79 тактического ракетного комплекса 9К79 «Точка» (SS-21 «Scarab» по условной классификации НАТО). С поставкой комплекса северокорейцам в 1996 г. помогла Сирия, которая получила такие ракеты от СССР в 1983 г., – как видим, Дамаск тоже наплевательски отнесся к интересам Российской Федерации, которая, как правопреемник Советского Союза, обладает исключительными правами на экспорт данной техники. Сирия также направила в КНДР военный персонал, помогавший северокорейцам изучать «Точку».

Целью создания нового ракетного комплекса было стремление заменить им устаревшие комплексы «Луна» и «Луна-М» с неуправляемыми ракетами, поскольку, несмотря на наличие оперативно-тактических ракетных комплексов типа Scud, потребность в тактических ракетах осталась. Считается, что северокорейцам удалось создать на основе 9М79 свой собственный ее вариант KN-02, причем с дальностью стрельбы 110 – 120 км (некоторые эксперты приводят показатель 140), что соответствует советской тактической ракете 9М79М1 усовершенствованного комплекса «Точка-У». Это также означало, что КНДР удалось, копируя данный советский комплекс, продвинуться в разработке систем управления ракет и освоить твердотопливные ракетные технологии (все ракеты типа Scud имеют жидкостные ракетные двигатели). Испытания KN-02 прошли в 2004 – 2007 гг., причем в 2007 г. появились сообщения о принятии нового ракетного комплекса на воор ужение КНА, что вскоре подтвердил и показ пусковых установок на очередном военном параде в Пхеньяне. Самоходная пусковая установка KN-02 на шасси трехосного автомобиля высокой проходимости cеверокорейцами создана самостоятельно, на основе шасси по типу румынского грузовика (6Х6) DAC, однако, в отличие от пусковых установок тактических ракетных комплексов «Точка» и «Точка-У», она не плавающая.

Общее количество нестратегических ракетных комплексов КНА к 2010 г. оценивалось так: 24 пусковые установки тактических ракетных комплексов «Луна» и «Луна-М», 30 – KN-02 и более 30 – оперативно-тактических типа Scud (9К72, «Хвасон-5», «Хвасон-6» и Scud-ER с общим боекомплектом свыше 200 ракет; некоторые источники приводят показатель 400 ракет, есть и сведения о примерно 180 «Хвасон-5» и более 700 «Хвасон-6»).

Следует иметь в виду, что в СССР для ракет комплексов «Луна», «Луна-М», 9К72 и «Точка» в качестве основных были предусмотрены ядерные боевые части, и, возможно, КНДР также разрабатывает таковые – скорее всего, для ракет типа «Хвасон». В обычном же снаряжении боевая эффективность всех этих ракет, особенно тактических неуправляемых, низка из-за значительного кругового вероятного отклонения при стрельбе.

Основной тактической частью, вооруженной ракетными комплексами «Луна» и «Луна-М» и типа Scud, в КНА является отдельный ракетный дивизион. Однако возможно, что тактические ракетные дивизионы могут быть сведены в отдельный ракетный полк, а оперативно-тактические – в ракетную бригаду.

Ракетный дивизион тактических ракетных комплексов «Луна» и «Луна-М» состоит из батареи управления и обеспечения и трех ракетных стартовых батарей. Всего в дивизионе имеется:

– личного состава – 173 человека (в том числе 23 офицера);

– самоходных пусковых установок тактических ракет – 3 (по одной в ракетной батарее);

– метеорологических радиолокационных станций (РВЗ-1, по условной классификации НАТО Bread Bin – в дивизионе с комплексом «Луна»; РМС-1, по классификации НАТО End Tray – в дивизионе с комплексом «Луна-М») – 1;

– транспортно-заряжающих машин – 3;

– автомобилей-топопривязчиков ГАЗ-69Т – 1;

– 2,5-тонных грузовых автомобилей – 54;

– автокранов К-51 – 3 (только в дивизионе с комплексом «Луна»).

Ракетный дивизион оперативно-тактических ракетных комплексов «Хвасон-5» и «Хвасон-6» также состоит из батареи управления и обеспечения и ракетных стартовых батарей. Всего в дивизионе имеется:

– личного состава – 173 человека (в том числе 23 офицера; почему-то американская разведка в одном из своих руководств для военнослужащих США указала одинаковую численность личного состава и для тактического, и для оперативно-тактического ракетного дивизиона КНА);

– самоходных пусковых установок оперативно-тактических ракет – 6 (по две в ракетной батарее);

– метеорологических радиолокационных станций РМС-1 – 1;

– транспортно-заряжающих машин – 3;

– автомобилей-топопривязчиков ГАЗ-69Т – 1;

– 2,5-тонных грузовых автомобилей – 54;

– автокранов К-51 – 4.

Оглавление книги


Генерация: 0.227. Запросов К БД/Cache: 3 / 1