Глав: 14 | Статей: 43
Оглавление
Знаменитый генерал нацистской Германии Гейнц Гудериан рассказывает о возникновении танковых войск, вооружении и особенностях боевого применения этих машин, сложностях и ошибках в их использовании. Гудериан был провозвестником, теоретиком, организатором и практиком танкового дела в своей стране. В книге он описывает ход трех масштабных военных операций — прорыва во Францию, наступления на Советский Союз и долгого отступления из России в 1943—1945 годах. По свидетельству военных теоретиков и политиков, эта книга — лучшее из всего того, что было написано немецкими генералами.

1. Эпоха танковых макетов. Военный суверенитет

1. Эпоха танковых макетов. Военный суверенитет

Моторизованные силы Германии не появились на свет полностью сформировавшимися, подобно Афине Палладе из чела Зевса. Напротив, их развитие сдерживалось запретами, наложенными Версальским договором, и являло собой долгую историю лишений, ибо им приходилось бороться — и они до сих пор борются — с сопротивлением, которое вызывала в нашем собственном лагере их полнейшая новизна и непривычность.

При прежнем военном министерстве Инспекция моторизованных войск была единственным армейским органом, отвечающим за концепцию механизации как таковую и, следовательно, традиционно поддерживающим малочисленные танковые силы Германии времен мировой войны. Помимо работы по механизации армии в целом, деятельность инспекции развивалась в двух направлениях. Во-первых, изучался вопрос о возможностях переброски войск на грузовиках. С этой целью было проведено множество опытов, начиная с практических занятий на Гарце в 1921 году. Ими руководил тогдашний инспектор генерал-майор фон Чишвитц, и предметом исследования стала переброска одного-единственного батальона. В последующие годы уже несколько усиленных батальонов и полков принимали участие во множестве испытаний — в длительных маршах по пересеченной местности, а также более коротких маршах в ходе маневров, и за это время инспекция многое узнала о том, как подготавливать и осуществлять транспортировку войск на грузовиках в больших масштабах.

Во-вторых, изучались вопросы формирования ядра танковых войск, пусть даже в условиях величайших трудностей. Союзники не позволили нам иметь ничего, кроме так называемых «бронированных грузовиков для переброски личного состава», под которыми французы и англичане понимали грузовые автомобили с тентом, обшитым сверху листовым железом. После долгих переговоров они наконец разрешили нам иметь бронированный автомобиль с вертикальными бортами, у которого не было вращающейся бронированной башни или стационарно установленного оружия. Сконструировав шасси с четырехколесным приводом и приводом руля на задние колеса, мы получили возможность построить машину, которая представляла определенную ценность для борьбы с внутренними беспорядками, а еще, как мы увидим, принесла пользу при обучении. Броня оказалась слишком тяжелой для шасси, она не защищала от бронебойных пуль винтовочного калибра, и при этом мы были настолько стеснены в средствах, что не имели возможности построить даже ограниченное количество машин, разрешенных по условиям этого позорного договора. И все же мы нашли применение этой машине на наших первых офицерских курсах, где она служила нам для выполнения многих мелких задач, особенно разведывательных. В результате мы приобрели полезный опыт. В самом деле, именно здесь впервые вспыхнула искра, вдохновившая нас на то, чтобы преобразовать моторизованные силы в настоящие танковые войска, и эта искра уже никогда не погаснет.

Поскольку по Версальскому договору нам было запрещено производить гусеничные машины, у нас возникла мысль сконструировать многоколесные машины, которые в определенной степени обладали бы маневренностью на пересеченной местности. Поэтому мы начали разработку нескольких восьми — и десятиколесных автомашин. Однако в то же время ставилось условие, чтобы эти машины непременно были амфибиями, что повлекло за собой создание очень сложных и громоздких машин, с которыми поначалу пришлось возиться до бесконечности. И все же, несмотря на усилия, предпринимавшиеся в течение нескольких лет, оказалось, что построить подобные машины, которые были бы пригодными для использования во время войны, невозможно.

В этот же период появились первые проекты танков на гусеничном ходу. Однако разработка их шла медленно, поскольку упор в подготовке моторизованных войск необходимо было делать на обеспечении службы тыла.

Следующий инспектор — генерал фон Воллард-Бокельберг — осознал, насколько неэффективно было соединять в единое целое все разнородные части моторизованных сил: танки вместе с мотоциклами, колоннами грузовиков, полевыми госпиталями и т. д. Вместо этого он ввел разделение функций, хотя в любом случае из-за запретов, наложенных Версальским договором, работа должна была вестись в условиях строжайшей секретности.

На шасси «Ханомаг» были смонтированы макеты танков, и из этих «танков» образовали несколько рот, показавших на учениях свои возможности под изумленными взглядами солдат других войск. Сколь бы неуклюжими они ни были, но они дали понять, как необходимо эффективное противотанковое оружие, и возродили дискуссию о тактике проведения танковых операций и способах противотанковой обороны.

Мотоциклисты были сосредоточены в мотострелковой роте, и на маневрах в 1928 году их поначалу использовали, объединив с тогдашними «танками» и моторизованной пехотой.

Для офицеров моторизованных войск были организованы курсы, на которых отрабатывалась не только техническая сторона дела, но и современная тактика, а также взаимодействие моторизованных частей с другими родами войск. В скором времени на курсы стали в ограниченном числе допускать также и офицеров этих войск.

В этот и последующие годы офицеры Kraftfahrlehrstab (штаба инструкторов автомобильного транспорта) не только вырабатывали единую тактику и технические принципы собственной службы, но и вели подробные дискуссии, в ходе которых зародились основные направления реконструкции танковых сил Германии — по крайней мере, в той степени, в какой это возможно при теоретическом изучении вопроса и практических занятиях с моделями. В дальнейшем штаб стал основой Kraftfahrlehrschule (школы инструкторов автомобильного транспорта) новой армии.

Генерал фон Штюльпнагель продолжил работу, начатую его предшественниками. Моторизованные отряды были усилены несколькими моторизованными дивизионами, в каждый из которых входила одна мотоциклетная рота, разведывательные бронемашины, «танки» и противотанковые отряды. Разумеется, у них на вооружении были «танки»-макеты и деревянные ружья.

1 апреля 1931 года генерал Лутц, бывший начальником штаба, был назначен инспектором моторизованных войск. Прежняя его карьера была связана с технической службой, а во время войны он командовал автомобильным транспортом одной из наших армий.

По распоряжению армейского командования генерал Лутц провел две серии занятий, по три занятия в каждой, соответственно на полигонах в Графенвере и Ютербоге. Их целью было отработать взаимодействие группы «танков»-макетов с пехотным полком поддержки, а также приобрести некоторый опыт противотанковой защиты. Эти шесть занятий оказали полезное влияние на дальнейшее формирование наших танковых сил в целом, а равно и помогли определить характеристики наших будущих танков. Кроме того, они дали непосредственный толчок многим разработкам. Тщательному исследованию подвергались зарубежная литература и техника, поскольку это давало возможность перенять опыт других стран, которые занимались производством танков последние шестнадцать лет. И все же наши прошлые образцы не избежали проблем роста, ведь длительный опыт реального строительства танков невозможно заменить имитациями или настольным моделированием.

Осенью 1932 года четыре моторизованных разведывательных отряда и сводный мотоциклетный батальон впервые приняли участие в крупномасштабных учениях. Организация была прекрасной, и действия наших новых сил и их офицеров вызвали заслуженное восхищение. Это немало нас ободрило, и мы принялись за дальнейшую разработку.

Однако существовало еще одно препятствие — тот факт, что нашему военному и политическому руководству недоставало мужества, чтобы освободиться от ограничений Версаля. В том, что касалось нашего рода войск, решительный шаг был сделан практически в один момент, после того как 30 января 1933 года исполнительная власть перешла в руки Адольфа Гитлера. Бронированная обшивка наших «тренажеров» стала заметно прочнее и теперь уже не поддавалась пристальному вниманию уличных сорванцов, которые имели привычку развлекаться, проковыривая в ней дырочки. Деревянные винтовки вышвырнули на свалку. Численность каждого разведотряда возросла до 4 рот, из противотанковых отрядов были сформированы 3 роты, и мы начали эксперименты с моторизованной пехотой и танками.

К 1 июля 1934 года экспериментальная работа приобрела такой размах, что стало необходимо учредить специальное управление танковых войск, которое возглавил его первый командующий, бывший инспектор, генерал-лейтенант Лутц. Задача нового управления состояла в том, чтобы продолжать эксперименты с моторизованными войсками, а также изучать и проверять тактику, с помощью которой можно было бы наиболее эффективно использовать эти новые формирования. Осенью 1935 года все размышления и практические занятия нашли свое завершение в крупномасштабных экспериментальных маневрах под Мюнстером, наиболее важным результатом которых стало решение создать 3 танковые (бронетехнические) дивизии. Они были сформированы 16 октября 1935 года под общим командованием бронетехнических сил, а руководить ими было поручено coответственно генерал-лейтенанту барону фон Вайхсу, генерал-лейтенанту Фессману и мне. Танки и противотанковые силы, моторизованная пехота и разведывательные отряды вместе образовали новый род войск — моторизованные линейные войска. Теперь мы расскажем о них по отдельности.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.078. Запросов К БД/Cache: 0 / 0