Глав: 14 | Статей: 43
Оглавление
Знаменитый генерал нацистской Германии Гейнц Гудериан рассказывает о возникновении танковых войск, вооружении и особенностях боевого применения этих машин, сложностях и ошибках в их использовании. Гудериан был провозвестником, теоретиком, организатором и практиком танкового дела в своей стране. В книге он описывает ход трех масштабных военных операций — прорыва во Францию, наступления на Советский Союз и долгого отступления из России в 1943—1945 годах. По свидетельству военных теоретиков и политиков, эта книга — лучшее из всего того, что было написано немецкими генералами.

4. Взаимодействие танков с другими родами войск

4. Взаимодействие танков с другими родами войск

Танковые войска не имеют возможности самостоятельно выполнить все боевые задачи, с которыми им приходится сталкиваться; нужны также и другие рода войск, к примеру, чтобы преодолеть труднопроходимую местность, искусственные заграждения или справиться с противотанковым оружием, расположенным в местах, «запретных» для танков. В этом смысле требования танковых сил ни в коей мере не отличаются от требований других войск, и, следовательно, взаимодействие между родами войск является вопросом первостепенной важности. Все согласны, что трудности начинаются тогда, когда дело заходит чуть дальше, то есть когда мы спрашиваем, как нужно взаимодействовать.

Здесь можно разграничить два теоретических направления.

Согласно одному из них пехота так же, как и в прежние времена, считается «царицей полей», единственным родом войск, которому все остальные должны почитать своим долгом служить и, если необходимо, отказываться при этом от собственных существенных преимуществ. Для людей с такими представлениями именно пехота по-прежнему «носительница победы». Они фокусируют свое внимание на огне вражеского крупнокалиберного оружия, который представляет непосредственную угрозу для пехотинцев. Основной функцией танков, таким образом, они считают уничтожение этого оружия и при этом предполагают, что танки будут сопровождать пехоту не только в начале боя, но и на всем его протяжении до самого конца. Эти люди забывают, что зачистка зоны боевых действий пехоты является не настолько масштабным мероприятием, и его выполнение гораздо безопаснее и легче можно поручить нескольким пулеметным танкам — при условии, что у них есть возможность беспрепятственно выполнить свою работу. В 1918 году такая возможность была реальна, теперь же ее, разумеется, не будет. Оборона фактически накопила такую громадную мощь, что вражеское противотанковое оружие и наблюдательные посты артиллерии необходимо уничтожать до того, как начнется наступление, иначе танки, направленные в зону боевых действий пехоты, неминуемо погибнут.

Согласно другому направлению наиболее важной задачей танковых сил является не поддержка пехоты, а разгром противотанковой оборонительной системы противника и подавление или ослепление вражеской артиллерии; когда это будет сделано, танки действительно смогут оказать пехоте ту поддержку, в которой она нуждается, быстро, тщательно, исчерпывающе и экономно.

* * *

То же самое остается истинным и с точки зрения высшего командования, если мы стремимся достичь крупномасштабной окончательной победы, а не просто провести пехотную атаку, которая ограничена своими объектами и скорость которой равна скорости пехоты. Нет смысла посылать танки в зону действий пехоты для поиска замаскированных пулеметных позиций, когда в ближнем тылу обороняющиеся спокойно могут выстроить новую линию обороны или подготовить контратаку. Эту тактику десятки раз испробовали во время мировой войны — и каждый раз она терпела неудачу, и неизбежно будет терпеть неудачу в дальнейшем. Современная школа руководства, располагая любыми видами вооружения, будет, напротив, ставить целью быстрое достижение победы и, следовательно, будет предъявлять к танкам все более высокие требования — требования, которые побуждают использовать их возможности до предела, поскольку иначе командир не сможет воспользоваться преимуществом танка в обстановке боя.

Правильная оценка пределов этих возможностей — вопрос первостепенной важности. Одна школа, как мы уже видели, желает провести слишком узкие границы, однако другая склонна чрезмерно их расширять. Ее приверженцы мечтают о грандиозных операциях, рейдах во вражеский тыл, внезапных ударах по крепостям с укрепрайонами, которые будут сдаваться на нашу милость с легкостью необыкновенной. Но более чем сомнительно, что будущая война с самого начала предоставит нам ту свободу маневра, которой пользовалась Германия в 1914 году после захвата Льежа. По всей вероятности, возникнет необходимость сразу же принять участие в сражениях против укреплений и обороняемых позиций; атакующая сторона должна будет добиться прорыва, если хочет получить свободу маневра, и даже в этом случае, если боевые действия не прекратятся практически немедленно, нужно будет и далее очень энергично развивать успех, поскольку именно на этом этапе обороняющиеся имеют возможность добиться заметного преимущества, используя собственные мобильные войска.

Эта последовательность аргументов восходит к третьему направлению мышления. Его сторонники утверждают, что в пределах технически осуществимого танки способны сделать гораздо больше, нежели просто быть прислугой пехоты либо возглавлять ее победное шествие. В то же время последователи этого направления должным образом учитывают возможности танков по преодолению препятствий и их реальные перспективы в сражении с противотанковым оружием и бронетехникой противника — они не желают бессмысленно терять в бою свои танки. Сторонники этой точки зрения основывают свои доводы также на следующих принципах:

— пехота сильна в обороне, но ее наступательная способность незначительна; или, по крайней мере, она не имеет нужной скорости, поскольку ей противостоит оборонительная мощь современной моторизованной пехоты;

— самый мощный артиллерийский огонь все же не гарантирует, что мы быстро и глубоко вклинимся в зону боевых действий противника;

— существование моторизованных и бронетанковых резервов противника исключает возможность решительной победы с помощью традиционной тактики прорыва.

При этом необходимо иметь в виду, что тактические решения должны быть созвучны современной эпохе авиации и танков с тем, чтобы затем они были расширены до оперативных масштабов. Как мы это сделаем? Путем повышения роли военно-воздушных и танковых сил до статуса главных родов войск. Только реальный опыт сражений покажет, увенчаются ли успехом наши усилия. Одно можно сказать точно: прежняя наступательная тактика с применением традиционного оружия не дала решающего успеха в течение четырех лет кровопролитной войны. Другими словами, в будущем она непригодна.

По этой причине мы намереваемся достичь стремительной победы иными средствами, за которые выступает наше третье направление, а именно при помощи прорыва, перерастающего в преследование противника, и расширения территории прорыва за счет незатронутых участков вражеского фронта. Следовательно, при обсуждении взаимодействия между другими родами войск нужно исходить в первую очередь из требований, предъявляемых бронетехникой.

Для этой цели мы извлекли из уроков прошедшей войны три необходимых условия успешной танковой атаки: наличие подходящей местности и внезапность; сосредоточение всех имеющихся сил в решающей точке, то есть применение их массированно. Участок фронта наступления должен быть достаточно широким, чтобы предохранить ось наступления от огня с флангов; иначе сама по себе атака танков может быть успешной, но войска, не имеющие брони, особенно пехота, не смогут последовать за ними. В прошедшей войне французы и англичане атаковали на участках, ширина которых уже достигала 20—30 километров; в войне завтрашней атаки будут проводиться, по крайней мере, на такую же ширину и, очень вероятно, на значительно большую глубину из-за мощности обороны, которую мы должны преодолеть, увеличения дистанций до последних рубежей и необходимости сломить сопротивление участков фронта, на которых враг еще держится.

Мы не собираемся никому навязывать жесткие тактические рамки, но предвидим, что атакующие бронетанковые силы будут строиться в четыре боевые линии. Первая линия должна опрокинуть вражеские резервы, в том числе танки, и вывести из строя штабы и центры управления; она должна уничтожать любые средства противотанковой защиты, встретившиеся ей на пути, но в других случаях не ввязываться в сражение. Вторая линия имеет задачу уничтожить артиллерию противника и все средства противотанковой обороны, действующие по соседству. Третья линия должна помочь нашей пехоте прорваться сквозь зону боевых действий пехоты противника и в процессе этого подавлять сопротивление вражеской пехоты так основательно, чтобы войска поддержки смогли последовать за танками. Четвертую линию мы сможем сформировать только в том случае, если у нас имеется весьма значительное количество танков; она служит в качестве резерва, которым располагает высшее командование, а также для того, чтобы расширить участок прорыва за счет незатронутых участков фронта. В целом мощная атака должна прорвать оборону противника одновременно на широком участке фронта и энергично продвигаться к намеченным рубежам последовательностью сплошных цепей. После того как они выполнят свои первоначальные задачи, все боевые линии обязаны продвинуться вперед, чтобы быть наготове для неминуемой танковой битвы. Наша первая линия должна быть очень сильна, поскольку самая трудная работа танкового сражения неизбежно выпадет именно на ее долю; вторая и третья линии могут быть слабее. Мощность четвертой линии зависит от ситуации и от условий местности. Если нам нужно плотно защитить фланги, мы, вероятно, сможем прикрыть их противотанковой артиллерией и другим оружием; открытые фланги и края обычно требуют защиты при помощи эшелонирования танков в глубину.

Атаке предшествуют разведка и наблюдение, подход войск и их сосредоточение.

Разведка — в первую очередь дело авиации, которую дополняют моторизованные разведотряды или другие подразделения, уже вошедшие в соприкосновение с противником. Разведчики должны действовать быстрее, чем войска, которые подходят вслед за ними, и должны без малейшей задержки передавать свои донесения руководящему офицеру. Разведка перед танковой атакой должна установить расположение обороны противника, особенно расстановку резервов, а среди них опять-таки выявить противотанковые орудия и особенно бронетанковые части. Разведка должна вестись далеко за линией фронта, поскольку моторизованные части способны в считаные часы преодолевать большие расстояния. Именно на основе этих разведданных командир рассчитывает не только задачи и дислокацию своих бронетанковых сил перед наступлением, но и вмешательство авиации в наземные боевые действия. Далее разведка может выявить естественные и искусственные преграды, и в этом отношении наиболее полезна фотосъемка. Сведения воздушной разведки могут быть подтверждены наземной рекогносцировкой и наблюдением. Дабы избежать неприятных сюрпризов, следует тщательно изучить карты местности.

Важно, чтобы рекогносцировка и наблюдение не выдали противнику район намеченной атаки и расположение наших собственных войск. Следует соблюдать и меры личной безопасности. К примеру, перед сражением при Камбре генерал Эллес и подполковник Фуллер, чтобы замаскировать себя, сняли знаки различия и надели темные очки.

Маскировка имеет первостепенное значение при подходе и сосредоточении наших сил, если нам необходимо сохранить фактор внезапности. Было время, когда маскировка не считалась особо важным делом, но события 1917-го и 1918 годов настолько явственно показали обратное, что мы должны рассказать об этом более подробно. Сокрытие перемещения войск от разведки с воздуха выполняется путем быстрого их сосредоточения перед самой атакой, причем они передвигаются в темноте, не используя освещение, а также благодаря тщательной маскировке районов сосредоточения. Радиоперехват скрывают путем соблюдения строгого радиомолчания вплоть до начала атаки. Меры противовоздушной обороны нужно скрупулезно продумать, но их исполнение само по себе не должно дать ключ к разгадке наших намерений.

Как только атака начнется, оперативную и тактическую воздушную разведку должна дополнить разведка боем. Ее сведения бесценны для командиров танков, и танкистам необходимо доставлять их так быстро, как только возможно, к примеру, по радио или сбрасывать сообщения с самолетов — минуты могут иметь решающее значение, когда противник выстраивает новую оборонительную линию или даже выводит на поле боя свои танки. Отработанное взаимодействие с военно-воздушными силами является результатом многочисленных совместных тренировок.

С началом атаки большую важность для танковых сил приобретают еще два рода войск, а именно артиллерия и саперные части.

Вопросы, непосредственно касающиеся артиллерии, следующие: каким должен быть артобстрел, предваряющий танковую атаку, продолжительным или кратким, и не можем ли мы вообще обойтись без этой визитной карточки? Мнения по этому пункту разделились. Некоторые офицеры настаивают на том, что этот обстрел необходим и что «обращение к огневой мощи артиллерии есть обязательное условие подготовки танковой атаки». Их оппоненты ссылаются на примеры Камбре, Суассона и Амьена и желают отсрочить поддержку артиллерии до начала собственно атаки.

Одно бесспорно — чем короче артиллерийская подготовка, тем лучше. Продолжительный артобстрел выдает участок, и до некоторой степени также и время атаки, и дает обороняющимся возможность привести в боевую готовность резервы, занять тыловые позиции, а также подготовить отвод войск и контратаки, которые могут произойти в неожиданных и неприятных местах, как, например, это было под Реймсом 15 июля, после чего последовал ответный удар 18 июля под Суассоном. Длительные артобстрелы испещряют землю воронками и делают ее труднопроходимой для всех родов войск, но особенно неудобной для танков, от которых требуется, чтобы они быстро продвигались вперед. Однако короткая артподготовка может быть необходима, чтобы обеспечить прикрытие саперам, если они должны расчистить для танков проходы в заграждениях или построить переправы через водные потоки или болота.

Сосредоточение большого количества артиллерии и боеприпасов требует много времени и слишком заметно со стороны, что может поставить под удар внезапность. Вероятно, лучше всего вообще отказаться от артиллерийской подготовки и ринуться на врага, пользуясь преимуществом полной внезапности. Однако, как только атака начнется, артиллерия должна ее поддержать.

Задача артиллерии — поражать цели и географические объекты, с которыми танки не могут справиться самостоятельно (к примеру, деревни, или лесистую местность, или крутые склоны холмов, заболоченную или топкую местность), подавлять или ослеплять вероятные наблюдательные посты и точки, где возможно размещение противотанкового оружия, или уничтожать установленные цели, которые могут противодействовать танкам. Дальнобойная артиллерия может успешно блокировать территорию атаки и беспокоить установленные или предполагаемые командные центры и районы сосредоточения или оставаться в состоянии готовности, чтобы прикрывать танковую атаку по мере ее продвижения.

Как только танки пойдут в атаку, артиллерия должна перенести огонь с территории их наступления. Когда артиллерия находится на стационарных позициях, она может поддержать бронетанковую атаку только в пределах видимости наблюдателей. Если наблюдателям удается продвигаться вперед вместе с атакующими, прикрытие распространяется на полную дальность эффективного огня орудий, но когда и этот лимит исчерпан, артиллерии приходится менять позиции, что снижает ее эффективность.

Не может быть и речи о том, чтобы артиллерия на конной тяге могла следовать за успешной танковой атакой, и даже для орудий, буксируемых автотранспортными средствами, это чрезвычайно трудно. Чего хотят и в чем нуждаются наши танковые войска? Им нужна такая артиллерия, которая достаточно быстро передвигается и достаточно хорошо защищена, чтобы следовать непосредственно за танками. Артиллерия поддержки требует как особой маневренности, так и особого мастерства, и все это достигается при помощи совместных тренировок с танками. Стоит здесь упомянуть еще, что непосредственно самоходная бронированная артиллерия нужна больше, чем традиционная артиллерия, приданная пехотным дивизиям. Подвижная артиллерия должна выполнять свою работу за меньшее время и наносить удары по более разнообразным целям. Танковая атака не нуждается в том, чтобы перед ней шел сосредоточенный, заранее спланированный огневой вал; незачем наносить удары по оборонительным позициям, чтобы они успели подготовиться к штурму. Танкам требуется артиллерия быстро реагирующая, быстро передвигающаяся и меткая, способная следовать за атакующими, развивая всю возможную скорость, когда поступит соответствующая команда.

Среди прочих вопросов, имеющих отношение к использованию артиллерии в танковых войсках, отметим использование дымовой завесы и применение химического оружия.

Если природа не оказала нам услугу, ослепив при помощи тумана оборонительные сооружения противника и его наблюдателей, артиллерия должна обеспечить замену в виде дымовой завесы. В соответствии с графиком танковой атаки мы устроим дымовую завесу, чтобы ослепить наблюдательные посты противника и предполагаемые места расположения противотанкового оружия, а также по краям селений и лесов; ее действие продержится определенное время, и ее цель — дать возможность нашим танкам приблизиться незамеченными или остаться невредимыми, выполняя охватывающее движение. По мере продолжения атаки артиллерия может устраивать дымовую завесу как но собственной инициативе, так и по просьбе танковых частей. Здесь целью является ослепление опознанных целей, таких, как противотанковые орудия или при необходимости также танки противника. Если атака пройдет неудачно, дымовая завеса может также способствовать отрыву наших войск от противника.

Помимо дымовых снарядов и генераторов, танки обладают способностью самостоятельно создавать дымовую завесу. Это связано с определенными неудобствами. Поскольку источник дыма обычно поддается распознаванию, это может выдать местонахождение танка или направление, в котором он движется. Танки часто останавливаются посреди клубов дыма, ими же поднятых, и теряют обзор или слишком четко выделяются на фоне этих клубов. Следовательно, мы выступаем за использование танками дымовой завесы только при благоприятном ветре; однако она может оказаться полезной при отрыве от противника, как уже упоминалось.

Применение химического оружия мало отражается на танковых экипажах. Внутри танка для защиты против отравляющих газов имеются маски и избыточное давление; структура танка сама по себе обеспечивает защиту против отравляющих веществ кожно-нарывного действия, таких, как горчичный газ («желтый крест»). Одним из первейших преимуществ танка является его непроницаемость для химического оружия.

И довольно об артиллерии. Саперы также должны помогать танкам во время подготовки к наступлению или, самое позднее, в начале атаки. Перед тем как начнется атака, важно сделать удобными пути подхода, и не только там, где они проходят по открытой местности. Для управления движением в ночное время необходимо установить дорожные знаки. Саперы также должны обеспечить переправы через водные преграды, болота или мягкий грунт и укрепить мосты, если те слишком слабы, чтобы выдержать танки.

После начала атаки к действиям саперов предъявляются гораздо более серьезные требования. Обороняющиеся сделают все возможное, чтобы разместить свои опорные пункты на участках, которые труднопроходимы или недоступны для танков, а где это невозможно, они будут прикрывать свои позиции заграждениями, в особенности минными полями. Их обнаружение и разминирование — задача крайне трудная, но и крайне необходимая, и выполняется она по большей части непосредственно перед линией фронта противника, то есть в пределах дальности его эффективного огня. Более того, эта работа, как правило, выполняется в чрезвычайной спешке, поскольку для обороняющихся начало расчистки препятствий является признаком надвигающегося штурма, и они используют каждую минуту, чтобы укрепить свои силы. Даже когда работа саперов продвигается под прикрытием артиллерии и дымовой завесы, а также тяжелого пехотного оружия, нет гарантий, что оборона будет подавлена; следовательно, когда саперные части придаются танкам, нет другого выхода, как только посадить, по крайней мере, часть их личного состава на бронетранспортеры, снабженные оборудованием для обнаружения и обезвреживания мин. Для преодоления водных преград хорошо подходят танки-амфибии и танки-мостоукладчики, и мы видели прототипы подобных транспортных средств в Англии, Италии и Советской России. Быстрота исполнения должна быть первоочередным требованием для саперов, как и для других войск, подключенных к работе с танками. Этим саперам танковых частей, следовательно, нужны специальные приспособления и требуется подготовка. Кроме того, армейским саперам придется заниматься не только противотанковой обороной, но и взаимодействовать с нашими танками в течение атаки.

Теперь предположим, что артиллерийская поддержка и умелые действия саперов помогли танкам вклиниться в полосу обороны противника и что атака успешно продолжается. Вклинение повлечет за собой прекращение сопротивления противника в наружной зоне боевых действий, но также вызовет лихорадочную активность во вражеском тылу, поскольку все наличные резервы устремятся к месту сражения — по земле и по воздуху, как бронетанковые, так и другие войска. Непосредственную ответственность за остановку потока вражеских резервов несет тактическая авиация, которая должна оставить все прочие задачи, чтобы вмешаться в этот решающий момент в наземную битву. Однако ослабление сопротивления в зоне внешних боевых действий должно быть использовано всесторонне; каждый род войск, а не только пехота, должен устремиться вперед со всей возможной скоростью.

Перед началом танковой атаки наша пехота должна будет подготовиться, чтобы поддерживать продвижение бронетехники и развивать ее успехи. Часть солдат, вооруженных тяжелым пехотным оружием, должна будет держать под. наблюдением поле боя, чтобы расстреливать противотанковое оружие, если оно появится, а другие будут вести огонь, подавляя сопротивление на тех территориях, которые танки миновали. Упряжки лошадей, предназначенные для перевозки оружия поддержки, должны выехать настолько далеко вперед, насколько позволят соображения безопасности, и точно так же резервы должны подтягиваться как можно ближе в ожидании ввода в атаку.

Как только танки произведут сколько-нибудь заметное воздействие на противника, следует без малейшей задержки воспользоваться благоприятным моментом; на некоторых участках результаты могут быть скоропреходящими, и какое-то количество вражеских пулеметов вновь откроет огонь. Следовательно, лучший способ достичь уверенного и оптимального успеха — это развить первоначальный эффект внезапности посредством немедленного продвижения вперед. Пехоте не следует поддаваться иллюзиям: танки могут парализовать противника и пробить брешь в его оборонительной системе, но они не могут избавить от необходимости пехотного сражения. Для нашей пехоты этот факт отнюдь не плох, поскольку он показывает, какую существенную роль играет пехота в общей битве.

Далее пехотное сражение развернется вокруг всех опорных пунктов, которые были обойдены или не замечены во время танковой битвы. Задачу пехоты будет облегчать то, что опорные пункты можно обойти и окружить, используя проходы, уже расчищенные танками. Более того, обычно нескольким танкам отдается приказ взаимодействовать с пехотой, по крайней мере на то время, пока сражение ведется в зоне боевых действий пехоты.

Мы полностью уверены, что сможем оказать пехоте реальную помощь, если сама танковая атака пройдет успешно. Но мы должны еще раз подчеркнуть, что непременным предварительным условием достижения успеха является танковый удар, когда танки вторгаются глубоко в оборонительные сооружения противника, атакуя своих главных врагов — неприятельские танки, противотанковое оружие и артиллерию.

Танки пойдут впереди пехоты в том случае, если перед началом прорыва необходимо пересечь обширный участок открытого пространства. Если же воюющие стороны находятся в тесном контакте, танки будут атаковать одновременно с пехотой; и пехота под прикрытием артиллерии должна идти в атаку впереди танков, когда нам нужно преодолеть исходные препятствия — к примеру, участок реки или заградительные минные поля — до того, как танки смогут принять участие.

Нет необходимости в том, чтобы атака танков и атака пехоты развивались по одним и тем же осям, ибо движение бронетехники в большей степени, чем пехоты, зависит от топографии местности. Однако если оси совпадают и танки не имеют другой альтернативы, кроме как пройти там, где уже развернулась пехота, то пехотинцы должны выстроиться в такой боевой порядок, который позволил бы им продолжать продвигаться вперед, не снижая скорости, и в то же время дать возможность танкам различить пехотные подразделения в слабом свете или в тумане. Иначе возникнет опасность несчастных случаев, и наши собственные войска могут открыть огонь друг против друга.

Сопровождать успешную атаку танков пешим ходом для пехотинцев физически утомительно; для этой цели они должны быть специально натренированы и обеспечены легким снаряжением и удобным обмундированием. Быстрее всего и наиболее эффективно можно развить успех танковой атаки с помощью моторизованной пехоты, особенно если ее транспортные средства бронированы и обладают повышенной проходимостью, как французские Dragons portes. Если такие стрелковые части объединены с танками в одно постоянное формирование, это должно служить образованию армейского товарищества в мирное время — товарищества, которое окажется бесценным, когда мы захотим добиться победы на поле битвы. Его моральные преимущества должны быть, по крайней мере, так же значительны, как и тактические.

Мы слышали заявления некоторых людей, что пехота, мол, без танков бессильна и что каждой пехотной дивизии, следовательно, нужно дать в распоряжение танковый отряд. Другие приходят к тому же самому заключению с совершенно противоположной стороны, сохраняя убеждение, что пехота по-прежнему остается главным родом войск. Недооценивают ли они пехоту или переоценивают, но в одном они всегда согласны — танковые силы надо разделить! О наступательной мощности современной пехоты можно судить по-разному, но одно несомненно: трудно сослужить худшую службу пехоте, чем разделив бронетехнику, хотя бы только частично. Многим пехотным дивизиям придется по необходимости более или менее продолжительное время сражаться в обороне; они могут обойтись противотанковым оружием. Другие пехотные дивизии, так или иначе, будут вынуждены идти в атаку, причем многим из них придется атаковать на территории, труднопроходимой или вообще недоступной для танков. Если мы дадим в подчинение всем этим дивизиям танки, включив их в штатный состав, дело кончится тем, что на направлении главного удара у нас будет гораздо меньше танков, чем это необходимо, а именно там их вмешательство принесло бы наибольшую пользу. Вот когда пехоте действительно необходимы танки, и, если в результате грубого организационного промаха она их лишена, ей придется платить за это, как всегда, своей кровью. Те из офицеров пехоты, которые разбираются в деле, полностью согласны с этим утверждением и настоятельно требуют, чтобы бронетехника была сконцентрирована в крупные формирования.

Мы уже затрагивали вопрос о сотрудничестве между военно-воздушными силами и танковыми войсками. Как уже упоминалось, авиация может остановить продвижение вражеских резервов, особенно моторизованных частей и бронетехники, к месту решающей битвы. Может возникнуть также необходимость нанести удары с воздуха по автомобильным и железным дорогам, по центрам управления и коммуникационной системе в целом, а также по местам расквартирования войск и установленным районам сосредоточения, по батареям и противотанковым частям. Мы не собираемся недооценивать то, насколько трудно попасть по малым, хорошо закамуфлированным целям или уничтожить движущиеся объекты, если у нас нет точных сведений о том, где они будут находиться, когда начнется наступление. Однако авиация продемонстрировала ощутимую эффективность уже в 1918 году, и в настоящее время наступающая сторона уже едва ли обойдется без взаимодействия с воздушными силами.

Задачи, которые были здесь намечены в общих чертах, могут выполняться еще более тщательно и стабильно парашютно-десантными и воздушно-десантными войсками. Сравнительно небольшие воздушно-десантные силы могут довольно неприятным образом помешать ввести в действие небронированные резервы. С воздуха можно захватить важные точки, находящиеся в тылу противника, и превратить их в опорные пункты и материально-технические базы для атакующих танков, которые должны приблизиться. Во взаимодействии с танками воздушно-десантные силы могут причинить значительный урон и внести беспорядок в тыловые коммуникации и расположения войск и даже атаковать аэродромы. И наконец, воздушно-десантные войска дают возможность наиболее быстрого использования воздушных ударов и превращения их временного успеха — который обычно недолговечен — в нечто более постоянное.

Удары с воздуха будут серьезно вредить бронетанковым силам противника, а это означает, что адекватное воздушное прикрытие приобретет большое значение для наших собственных танковых войск. Танки как таковые достаточно устойчивы против атаки с воздуха. Чтобы уничтожить или повредить танк, необходимо либо прямое попадание, либо разрыв у цели, и танковые части могут сами обеспечить себе защиту при помощи маскировки и противовоздушного оружия. Однако атака с воздуха может причинить танкам значительный урон, если случится застать их на отдыхе или тогда, когда экипажи покинули свои машины. Кроме того, трудно обеспечить защитой вспомогательные части танковых войск, а также хозяйственные части, транспорт которых в большинстве своем легко уязвим. Им необходимо самим иметь специальное противовоздушное вооружение.

Эти части поддержки также необходимо укомплектовать противотанковым оружием, и оно же требуется для обеспечения безопасности исходных районов, остановок на марше, районов сосредоточения и отдыха. Это оружие также может сыграть заметную роль в танковом сражении, прикрывая исходные пункты отправления и передовые районы сосредоточения танковых сил, а также их фланги и тыл.

В мировой войне недостатки систем коммуникаций и связи сильно осложнили командование танковыми силами и их взаимодействие с другими родами войск. Командиры танковых рот иногда доходили до того, что сопровождали свои части верхом на лошади, чтобы хоть как-то их контролировать, и часто должны были использовать посыльных. Вот откуда пошло обвинение, что танки «глухие». В наши дни этот недостаток преодолен с помощью этого великолепного изобретения — беспроводного телеграфа и его родственника — радиосвязи. Каждый современный танк оборудован радиоприемником, а в каждом командирском танке есть как приемник, так и передатчик. Командование и управление танковыми соединениями сейчас осуществляется гарантированно. Внутри больших танков есть разнообразные приспособления, позволяющие членам экипажа переговариваться друг с другом.

Точно так же радиосвязь является главным средством управления танковыми частями и другими силами, а радиостанции — основное оборудование подразделений связи, обеспечивающих коммуникацию между танковыми частями и их войсками поддержки. Телеграфическая и оптическая коммуникации стали в основном бесполезными, потому что моторизованные войска передвигаются с большой скоростью, растягиваются в глубину и в ширину на марше и в бою, а также поднимают клубы пыли и дыма на поле сражения. Однако визуальная сигнализация применяется в масштабе роты в качестве замены радио в случае его поломки. Телефоны используются в спокойные промежутки, когда войска долгое время содержатся в состоянии готовности, а также (не исключая и почтовую и телефонную связь) во время марш-подходов за нашей линией фронта.

В основном подразделения связи устанавливают сообщение между командирами и их подчиненными, между командирами и их начальством, а также с любыми соседними частями, авиацией и прочими войсками, привлеченными для выполнения общей задачи. Связисты должны поддерживать теснейший контакт с командирами, к которым они прикомандированы. В бою эти командиры будут находиться вместе со своими танками прямо на передовой, а это означает, что связистам танковых войск нужны бронированные транспортные средства, оборудованные радио и обладающие полной проходимостью.

В бою приказы, адресованные быстроходным бронетанковым частям, в отличие от пехотных дивизий, передаются в иной, гораздо более краткой форме. Рапорты и распоряжения проходят гораздо быстрее, когда мы принимаем сокращенные радиотелефонные процедуры и заранее обусловленные сигналы для обозначения непредвиденных обстоятельств. Единственный способ обеспечить хорошее сообщение с танковыми силами и их взаимодействие с другими родами войск — постоянно практиковаться и проводить специализированные тактические и технические учения. Танковые силы в самом деле «глухи», когда у них нет подобных подразделений связи, и то же самое касается старших офицеров, соседних частей и родственных войск — они глухи к событиям, которые разыгрываются вокруг них.

И наконец, мы должны посвятить несколько слов вопросу снабжения танковых сил и их войск поддержки. Вплоть до недавнего времени против массовой программы моторизации в целом и формирования крупных танковых сил в частности наиболее часто возникали возражения, связанные с трудностями снабжения горючим и резиной. Эти возражения в свое время действительно имели вес, но мы, к счастью, можем сообщить, что уже в ближайшем будущем они его потеряют. Этому мы обязаны мерами по обеспечению производства синтетического горючего и резины, принятыми рейхом в рамках четырехлетнего плана.

Нам еще предстоит своевременно обеспечить моторизованные войска шинами и горючим, а также решить проблемы питания, медицинского обслуживания, ремонта техники, доставки боеприпасов и замены личного состава. В этом отношении мы должны стремиться ограничить тыловые службы необходимым минимумом, чтобы не усложнять управление танковыми силами. Решением является тотальная моторизация системы снабжения.

Аргументируя точку зрения на многие вопросы, разрабатываемые в последних разделах, мы оставили в стороне некоторые актуальные темы, которые касаются организации и подготовки не только танковых сил, но и других родов войск, предназначенных сотрудничать с ними. Это фактически подводит нас к пониманию сущности вечных задач — обороны и наступления — и различных способов, которыми они могут быть разрешены.

Оглавление книги


Генерация: 0.320. Запросов К БД/Cache: 3 / 0