Глав: 14 | Статей: 43
Оглавление
Знаменитый генерал нацистской Германии Гейнц Гудериан рассказывает о возникновении танковых войск, вооружении и особенностях боевого применения этих машин, сложностях и ошибках в их использовании. Гудериан был провозвестником, теоретиком, организатором и практиком танкового дела в своей стране. В книге он описывает ход трех масштабных военных операций — прорыва во Францию, наступления на Советский Союз и долгого отступления из России в 1943—1945 годах. По свидетельству военных теоретиков и политиков, эта книга — лучшее из всего того, что было написано немецкими генералами.

2. Газовая война

2. Газовая война

Вернемся во Фландрию. Именно там в феврале 1915 года впервые вошло в обиход новое оружие — отравляющий газ, а именно хлорный газ, — когда французы применили против немцев газовые винтовочные гранаты.

«При благоприятной погоде газ будет истекать из баллонов, находящихся в передовых окопах, таким образом, чтобы принудить противника оставить свои позиции» (Рейхсархив, VII, 53). Так гласила инструкция. На самом же деле офицеры всех командных уровней, не говоря уже о рядовых солдатах, относились к газу «с подозрением, если не с открытым неприятием» (Рейхсархив, VII, 30). По этой причине немцы сперва попробовали провести лишь маленький практический эксперимент на участке своей 4-й армии. В качестве непосредственного объекта атаки армия выбрала высоту Пилкем и территорию к востоку от нее, в надежде, что, если все пройдет гладко, противник будет вынужден оставить Ипрский выступ и немцы достигнут канала Изер.


В этот период химическое оружие поставляюсь в двух вариантах — газовые снаряды и газовые баллоны. Однако конструкция газовых снарядов была весьма несовершенной, и метательного заряда не хватало, чтобы создать на месте попадания достаточную концентрацию газа. За отсутствием лучшего немцам пришлось выпускать газ из баллонов. Баллоны устанавливали рядами в передовых траншеях и открывали, когда ветер и другие погодные условия были подходящими. Жесткая зависимость от ветра и погоды оказалась серьезным изъяном, поскольку немцам было сложно определить точный момент для начала атаки, и это было основной причиной недоверия, проявляемого к новому изобретению. Если же погода внезапно изменится или баллоны будут повреждены вражеским огнем, могла произойти катастрофа, жертвой которой опять-таки стали бы немцы. Вот почему в предстоящей грандиозной битве за прорыв в Галиции они решили не использовать газ в больших масштабах, а вместо этого устроили ограниченное испытание во Фландрии.

6 тысяч баллонов, содержащих 180 тысяч килограммов хлористого газа, были распределены на шестикилометровом участке передовой в секторах XVIII и XXVI резервных корпусов. Первоначально баллоны были размещены дальше к западу, но после метеорологических исследований направления ветра их перевезли на новое место. 22 апреля 1915 года после многочисленных отсрочек установился наконец долгожданный северный ветер, но, к несчастью, не раньше чем во второй половине дня. Все приготовления были сделаны для того, чтобы начать атаку с первыми лучами солнца, а теперь все нужно было менять. К тому же теперь пехоте пришлось идти вслед за облаком газа при ярком свете дня, что могло привести к большим потерям в живой силе и не давало времени для развития возможного успеха. В 18.00 германские саперы открыли вентили баллонов, и ветер понес плотное желтовато-белое облако размером 600 на 900 метров и высотой в рост человека к окопам 87-й и 45-й пехотных дивизий французов со скоростью от двух до четырех метров в секунду. Солдатами противника овладела паника, и, сделав всего лишь несколько выстрелов, они покинули свои окопы, понеся тяжелые потери во время бегства. Французы потеряли 15 тысяч человек, из них 5 тысяч были убиты и 2470 взяты в плен (включая 1800 человек целыми и невредимыми). Среди потерь боевой техники числилось 51 орудие (из них 4 крупнокалиберных) и 70 пулеметов. Из 200 пленных, которые пострадали от воздействия газа, позже скончались только 12 человек, или 6 процентов.

К вечеру немцы продвинулись на участке шириной одиннадцать километров на максимальную глубину два километра и больше. Между каналом Изер и Сен-Жюльеном открылась брешь шириной примерно три с половиной километра. К сожалению, единственной силой, имеющейся в распоряжении 42-й армии для закрепления этого блестящего успеха, была половина 43-й резервной дивизии, которая стояла под Хаутхалстом, но была слишком рассредоточена и слишком слаба для того, чтобы ухватиться за эту благоприятную возможность, пока таковая еще существовала. В последующие дни немцы еще увеличили первоначальный результат при помощи повторных газовых атак, и англичане в конце концов были вынуждены оставить значительную часть Ипрского выступа. 9 мая, к тому времени как сражение закончилось, территориальный выигрыш немцев составлял участок земли примерно шестнадцать километров в ширину при максимальной глубине более пяти километров. Противники справились со своей первоначальной паникой и очень скоро сообразили, как до некоторой степени защитить себя с помощью импровизированных масок. Теперь сами немцы стали нести тяжелые потери.

В общей сложности за тринадцать дней наступления германские части потеряли 35 тысяч человек, а противник потерял 78 тысяч.

Когда мы рассматриваем вторую битву при Ипре и зимнее сражение в Шампани и сравниваем соответственно количество жертв, захваченной боевой техники и величину отвоеванной территории, становится очевидным, что, если при применении ранее не существовавшего вида оружия используется преимущество внезапности, можно одержать победу даже над опытными в бою и храбрыми солдатами, обеспеченными современным вооружением. Что касается немцев, тут стоит пожалеть лишь о том, что недостаток доверия, который, однако, вполне можно понять, проявленный к этому новому боевому средству, а затем оплошность, когда под рукой не оказалось достаточных резервов в состоянии боевой готовности, помешали нам закрепить и развить победу с необходимой быстротой. Больше никогда не получится достичь эффекта внезапности за счет применения газового оружия как такового, разве лишь в случае выбора особого места и времени, а также изменения концентрации газа. Это не исключает пока еще не исследованных возможностей, особенно если газ будет применяться во взаимодействии с более привычными и признанными методами ведения наступления. И при этом мы должны иметь в виду, что против нас тоже будут приниматься защитные меры. Нашим войскам они тоже потребуются, поскольку противник, несомненно, также прибегнет к газу в качестве оружия, и еще нам необходимо считаться с опасностью того, что ветер может повернуть в нашу же сторону наш собственный газ.

Во время прошедшей войны выяснилось, что газ, вытекающий из баллонов, ведет себя непредсказуемо, и это стало причиной постоянного совершенствования снарядов, которыми можно было бы стрелять из артиллерийских орудий или специальных газометов. В результате появилось оружие, способное накрывать избранный участок земли и поражать каждое живое существо в его пределах, причем прямое попадание в конкретную цель снарядами или осколками не требуется. Кроме всего прочего, это оружие предоставляет возможность бороться с вражеской артиллерией таким способом, какой вообще не применялся в сражении в Шампани.

С другой стороны, эксперименты с противогазами помогли выработать действенные способы защиты против газа. Противогазы было обременительно постоянно носить с собой, но, если их надевали вовремя, они обеспечивали солдату немедленную защиту. За этим опять последовал поиск веществ, которые могли бы проникать через респираторы и поражать глаза и органы дыхания таким образом, чтобы маску немедленно срывали с лица.

Первые виды газа разрабатывались для использования при наступлении и были относительно неустойчивыми. Однако очень скоро воюющие стороны стали применять стойкие вещества, которые заражали землю на чрезвычайно долгий срок и тем способствовали обороне. Из тех веществ, о которых здесь идет речь, основным был так называемый «желтый крест», другими словами, горчичный газ. Прошло совсем немного времени, и применение химического оружия стало неотъемлемым элементом любого сражения.

Соревнование между химическим оружием с одной стороны и противогазами и прочими контрмерами с другой напоминало борьбу между пушками и броней. Оба состязания велись с большой решительностью и с переменным успехом. Наконец, газовые бомбы стали сбрасывать с аэропланов, что дало развитию химических вооружений дальнейший толчок.

Оглавление книги


Генерация: 0.115. Запросов К БД/Cache: 3 / 1