Главная / Библиотека / Гвардейский крейсер «Красный Кавказ». /
/ Глава 3. Строительство крейсера «Адмирал Лазарев» / 3.5. Приостановка достройки «по обстоятельствам военного времени»

Глав: 13 | Статей: 44
Оглавление
Книга посвящена строительству русского флота накануне и в период первой мировой войны. Она повествует о создании и боевых действиях легкого крейсера "Красный Кавказ" (бывший "Адмирал Лазарев") во время Великой Отечественной войны, а также кратко затрагивает историю однотипных кораблей – первых турбинных крейсеров русского флота. Книга является заключительной частью трилогии автора о кораблях, в которую вошли также "Эскадренный миноносец "Новик" и "Линкор "Октябрьская революция"". При подготовке рукописи широко использовались архивные документы и личные воспоминания участников событий – офицеров, старшин и матросов крейсера "Красный Кавказ".

3.5. Приостановка достройки «по обстоятельствам военного времени»

3.5. Приостановка достройки «по обстоятельствам военного времени»

Параллельно с достроечными работами на крейсере «Адмирал Лазарев» техническое бюро «Руссуда» продолжало выпускать детальные чертежи легкого крейсера. Иногда установка и монтаж тех или иных устройств и систем на корабле опережали утверждение в ГУК соответствующих чертежей. Например, цистерны Фрама на крейсерах «Адмирал Лазарев» и «Адмирал Нахимов» были закончены и опробованы на водонепроницаемо ть в сентябре 1916 г., а чертежи расположения деталей цистерн и клапанов были представлены на утверждение только 19 декабря 1916 г. [218].

Продолжались настойчивые попытки увеличения района плавании легких крейсеров. 27 ноября 1916 г. в письме в ГУК контрадмирал Данилевский, чтобы увеличить запас нефти до 897 т, необходимый для обеспечения 16-часового хода со скоростью 29,5 уз и 45-часового хода со скоростью 24,0 уз, предложил использовать дли хранения дополнительного количества нефти междудонное пространство под котельными отделениями, где находилась питательная вода для котлов. «В этом случае, -докладывал Данилевский,- объем междудонных хранилищ нефти увеличится на 88 т, а объем одной из цистерн Фрама будет достаточен для хранения питательной воды» [219] Хранение нефти непосредственно в цистернах Фрама он считал недопустимым, так как они не были рассчитаны на нефтенепроницаемость. Это предложение как наиболее целесообразное было утверждено ГУК. Вообще Данилевский считал, что системы Фрама «не оправдывают надежды изобретателя» тем более что в английском флоте от них отказались. Он предлагал не устанавливать их на двух следующих крейсерах – «Адмирале Корнилове» и «Адмирале Истомине».

В августе 1916 г. с Акционерным обществом электромеханического и телефонного завода «Н. К. Гейслер и К°» был заключен договор на поставку приборов управления артиллерийским огнем. Наряду с традиционными дающими и принимающими приборами (указателями направления цели» прицела и целика) договор предусматривал поставку полуавтоматических приборов, определяющих изменение расстояния (ВИР), текущие значения прицела и целика. Но завод «Н. К. Гейслер и К°» не успел выполнить этот заказ. Характерно, что по мере усложнения систем управления артиллерийским огнем их стоимость начинает занимать все большее место в общих затратах на постройку корабля. Так, система приборов управления артиллерийским огнем (ПУАО), заказанная для легких крейсеров, должна была обойтись заводу немногим менее 200 тыс. руб. на каждый корабль [220].

После спуска на воду крейсер «Адмирал Лазарев» был отбуксирован к причальной стенке ОНЗиВ, где началась погрузка котлов. В течение июня котлы были погружены и установлены на фундаменты. 7 июли 1916 г, крейсер снова перевели на «Руссуд», где начались установка разборных частей палуб над котельными отделениями и их клепка, а также монтаж котельных кожухов и сборка вентиляционных шахт в котельных отделениях. К этому времени из Англии прибыли роторные поковки турбин, которые с нетерпением ожидали в турбинной мастерской. Теперь можно было приступить к обработке роторов и их облопатыванию [221] . Продолжались работы по изготовлению частей главных холодильников, шла заготовка материала для трубопроводов. На борту крейсера мастеровые устанавливали фундаменты под носовые шпилевые машины и турбогенераторы. Общая готовность корпуса крейсера «Адмирал Лазарев» к этому времени составляла 63,1%. Готовность крейсера «Адмирал Нахимов» была незначительно выше готовности «Адмирала Лазарева». Все 14 котлов на «Адмирале Нахимове» были уже установлены, рабочие приступили к монтажу дымоходов и труб. 26 июля 1916 г. его перевели к причалу ОНЗиВ для погрузки носовых турбин и холодильников. После опробования паром в мастерских носовые турбины погрузили на корабль. Опробование паром третьей турбины предполагалось начать в августе этого года, сборка четвертой турбины и кормовых холодильников заканчивалась в мастерской. Лучше обстояло дело и с вспомогательными механизмами для первого крейсера: большая часть из них прибыла из Англии. Из предметов электро-оборудования на корабле были уже установлены носовые турбогенераторы. Общая готовность по корпусу крейсера «Адмирал Нахимов» приближалась к 70% [222].

На «Руссуд» и ОНЗиВ продолжало поступать оборудование, заказанное для крейсеров на других предприятиях. Прибывали также специалисты, командированные для его установки. Уже были доставлены холодильные машины «Вестингауз Леблан» системы аэрорефрижерации, изготовленные заводом «Феникс» в Петрограде. Акционерное общество «Андрэ и Розенквист» в Або сообщило о готовности двух 36футовых моторных катеров, английская фирма «Вир» в Ливерпуле уведомила об отгрузке воздушных насосов для холодильников турбогенераторов, арматурный завод и фабрика манометров «Ф. Гакенталь» в Москве известила об изготовлении и отправке в Николаев манометров и вакуумметров, меднопрокатный завод «Розенкранц» в Петрограде телеграфировал о готовности труб из красной меди [223] От господ Любаниных, Смирновых, Сидяконых и др. поступили сообщения о готовности кронштейнов для судовых лампад, штампованной матросской посуды, тестомешалок, хлебопекарных печей и т. п. Однако железнодорожный транспорт работал плохо и доставка оборудования производилась с большими опозданиями.

В течение второго полугодия 1916 г. готовность крейсеров «Адмирал Нахимов» и «Адмирал Лазарев» по массе корпусов возрастала незначительно (примерно на 2-3% в месяц), на кораблях собирались и устанавливались каютные переборки, шахты экстренных выходов из котельных отделений, вентиляционные выгородки, антресоли для котельных вентиляторов, грузились приводы большого и малого рулей, кормовые турбогенераторы, система аэрорефрижерации.

К концу 1916 г. еще не была закончена сборка всех четырех турбин крейсера «Адмирал Лазарев». Из Англии прибыли все турбинные роторы, активные колеса Кэртиса и весь лопаточный материал. Постепенно «Адмирал Лазарев» начинал приобретать вид военного корабля: заканчивался монтаж мостиков, была установлена носовая мачта, в сборке находились дымовые трубы, полностью было завершено бронирование корабля. К концу 1916 г. готовность крейсера «Адмирал Лазарев» по массе корпуса достигла 71,7%. Но вызывало беспокойство медленное изготовление вспомогательных механизмов и трубопроводов. Обеспеченность крейсера вспомогательными механизмами была не более 26% [224].

В лучших условиях находился крейсер «Адмирал Нахимов». Его готовность по корпусу к концу 1916 г. достигла 79,3%. В октябре на него погрузили две последние кормовые турбины. Окончательный монтаж энергетической установки задерживался из-за отсутствия главного паропровода, прибытие груб для которого ожидали из Англии.

17 декабря 1916 г. в Петрограде под председательством начальника ГУК с участием представителей ОНЗиВ и «Руссуда» состоялось еще одно совещание по определению вероятных сроков готовности легких крейсеров для Черного моря. В результате обсуждения докладов представителей заводов были намечены новые сроки сдачи крейсеров: «Адмирал Нахимов» 1 июля 1917 г., «Адмирал Лазарев» 1 декабря 1917 г. Крейсера «Адмирал Корнилов» и «Адмирал Истомин» должны были быть спущены на воду осенью 1917 г. и готовы к сдаче в навигацию 1918 г. [225].

Чтобы не задерживать готовность крейсеров, ГУК согласилось снизить требование спецификации к району плавания легких крейсеров и принять следующую формулировку этого пункта: «16 часов 29,5- узлового хода и 35 часов 24-узлового хода». Однако вопрос установки цистерн Фрама на третьем и четвертом крейсерах остался не решенным. «Что касается цистерн Фрама, сообщал начальник кораблестроительного отдела ГУК в Николаев, то они остаются до выяснения причин, почему от них отказались англичане на своих последних кораблях» [226].

В конце 1916 г. помощник начальника МГШ капитан 1 ранга А. П. Капнист сообщил ОНЗиВ и «Руссуду», что крейсер «Адмирал Нахимов» решено сделать флагманским кораблем и разместить на нем дополнительно штаб командира бригады крейсеров в составе трех офицеров, двух кондукторов, семи унтер-офицеров и двенадцати нижних чинов [227] Это решение потребовало устройства еще трех офицерских кают: одной для флагмана и двух для офицеров штаба.

Вскоре из Петрограда поступило сообщение, подтверждавшее необходимость размещения на крейсерах для Черного моря двух гидроаэропланов типа «Телье». Французские аппараты «Телье», появившиеся в России в 1912 г., почти полностью повторяли схему и конструкцию аэроплана «Блерио-XI» [228] , но имели по сравнению с ним несколько увеличенные размеры. Масса аппарата «Телье» была более 320 кг. Заводам также сообщили, что «способ подъема и расчет стрелы лежит на ответственности „Руссуда”» [229] Размещение самолетов потребовало устройства кают для двух летчиков.

Обсуждение вопроса о возможности размещения на легких крейсерах гидроаэропланов началось в МГШ еще весной 1916 г. Об этом сообщил полковник Н. И. Михайлов, возвратившись из командировки в Петроград, По предложению командующего Черноморским флотом, МГШ предполагал разместить на первых двух крейсерах по два гидроаэроплана, но конкретный тип самолетов и место их расположения на корабле пока не назывались. В связи с этим председатель комиссии по наблюдению А. А. Данилевский сразу же обратился в ГУК с просьбой сообщить тип аэроплана, а также его весовые и габаритные данные, чтобы приступить к разработке кран-балки и лебедки для спуска и подъема самолетов, но ответ затянулся на многие месяцы [230].

Бесконечные проволочки, исправления и переделки чертежей еще больше задерживали и без того медленно ведущиеся работы по постройке крейсеров. В результате 27 марта 1917 г. Центральный комитет по постройке легких крейсеров представил в Морское министерство новые сроки сдачи крейсеров [231].

«Руссуд» считал возможным предъявить к сдаче крейсер «Адмирал Нахимов» в конце августа 1917 г. при условии приостановки работ по изготовлению 12-дюймовых башен на заводе «Наваль», Крейсер «Адмирал Лазарев» предполагалось подготовить к сдаче в первой половине 1918 г. Для следующих двух крейсеров еще не прибыли из Англии части турбин, трубопроводы и вспомогательные механизмы, и поэтому прогнозировать срок их сдачи было трудно.

В конце письменного сообщения завода «Руссуд» был небольшой абзац, который довольно точно характеризовал положение дел на Николаевских заводах: «Два последних месяца из-за расстройства железнодорожного движения никаких грузов на завод не доставлялось. Вечерние работы не производятся из-за отсутствия угля для электростанции. Мастеровые ввели 8-часовой рабочий день и отказались выходить на сверхурочные работы. Поэтому в этих условиях при резком падении производительности труда и при неопределенном положении все вышеуказанные сроки готовности являются лишь [232] гадательными» .

За первые три месяца 1917 г. работы по постройке крейсеров почти не продвинулись. Все турбины крейсера «Адмирал Лазарев» находились по-прежнему в низкой степени готовности. Фактически был обточен и облопачен ротор только одной турбины. На борту крейсера начались работы по прорезыванию отверстий для трубопроводов и электропроводки. Готовность крейсера «Адмирал Лазарев» за это время увеличилась всего на 1%. Такими же темпами велись работы и на крейсере «Адмирал Нахимов». Его готовность возросла лишь на 1,2% [233] Наблюдающий за постройкой крейсеров полковник Михайлов 26 апреля 1917 г. докладывал по этому поводу в ГУК: «Вследствие отвлечения мастеровых на срочные работы но постройке десантных пароходов типа „Эльпидифор”, подводных лодок типа „Лебедь” и линейного корабля „Воля” (бывший „Император Александр III”.- И. Ц.) работы на крейсерах „Адмирал Нахимов” и „Адмирал Лазарев” проводились очень медленно, в среднем ежедневно на первом работало около 100 чел., на втором – 150 чел.» [234].

Острая нехватка металла, топлива и продовольствия, расстройство работы транспорта, неудачи на фронтах привели к полной дезорганизации экономики страны во второй половине 1917 г. В этих условиях Морское министерство, стремясь достроить хотя бы часть кораблей, было вынуждено отказаться от реализации программы 1912-1916 гг. в полном объеме. В конце сентября 1917 г. на рассмотрение Временного правительства Морское министерство представило урезанную до предела программу достройки кораблей с учетом степени их готовности и обеспеченности механизмами, но и она не полностью отражала состояние дел на судостроительных заводах.

Временное правительство на заседании 11 октября постановило утвердить представленную Морским министерством программу судостроения в следующем виде (для судостроительных заводов в Николаеве):

– достроить все восемь эскадренных миноносцев первой и первые четыре корабля второй Ушаковских серий и легкий крейсер «Адмирал Нахимов»;

– приостановить постройку линейного корабля «Демократия» (бывший «Император Николай I», легких крейсеров «Адмирал Лазарев», «Адмирал Истомин» и «Адмирал Корнилов», пятого – восьмого эсминцев второй Ушаковской серии;

– ликвидировать на стапелях и в цехах четыре последних эсминца второй Ушаковской серии, десять десантных судов типа «Эльпидифор» (№ 21-30) и пароход для доставки 1000 т солярового масла [235].

17 ноября 1917 г. ГУК уведомило об этом правления заводов ОНЗиВ и «Руссуда» [236]. Во исполнение постановления надлежало сразу же прекратить выдачу нарядов на постройку этих судов, приостановить производство всех работ как у себя на заводе, так и у контрагентов и подготовить для ГУК сведения об изделиях, изготовление которых желательно закончить, чтобы избежать больших убытков.

Достроечные работы на крейсере «Адмирал Нахимов» по-прежнему продвигались черепашьими темпами, и готовность корабля за октябрь и ноябрь 1917 г. увеличилась незначительно-всего на 1,0-1,5%. Достройка крейсера «Адмирал Лазарев» фактически прекратилась, доделывались лишь некоторые ранее начатые работы.

Донесения полковника Михайлова о ходе работ на крейсерах за 1917 г. пестрят примечаниями о причинах задержек постройки. Например, «с 3 по 17 июля работы на крейсере „Адмирал Нахимов” не проводились вследствие решения мастеровых отправиться на полевые работы» или «вследствие праздников Пасхи и прекращения работ на время перевода крейсера „Адмирал Лазарев” с „Руссуда” на „Наваль” работы задержались на полтора месяца» [237].

После Февральской революции администрация заводов, не сумев в условиях резкого повышения цен на продукты питания и предметы первой необходимости заинтересовать рабочих в высокой производительности труда экономическими мерами, постепенно теряла контроль над производством, а наводить порядок с помощью полицейских было уже невозможно. Иначе трудно объяснить столь медленные темпы работ при наличии на заводах почти всех материалов и механизмов для двух первых крейсеров.

Директивное письмо ГУК от 17 ноября 1917 г., в котором указывались корабли, подлежащие достройке, предписывало также срочно спустить на воду все суда, приостановленные постройкой, и сообщить в Морское министерство «стоимость означенных работ». Но подготовка к досрочному спуску крейсеров «Адмирал Корнилов» и «Адмирал Истомин» началась задолго до этого указания. Еще в июне 1917 г. начальник кораблестроительного отдела ГУК генерал-майор С. О. Барановский решил выяснить, что осталось изготовить для спуска, какие меры требуется для этого предпринять и сколько времени необходимо для полной подготовки крейсеров к спуску. Предкомнаб [238] А. А. Данилевский 20 июля 1917 г. сообщил в Петроград подробные сведения о готовности крейсеров к спуску. Крейсера «Адмирал Корнилов» и «Адмирал Истомин» находились на стапелях, расположенных на территории «Руссуда». Для их спуска в нормальной спусковой готовности было необходимо изготовить кронштейны гребных валов, сами валы и винты, большой и малый рули, носовые якорные клюзы, кипы и кнехты, а также всю подводную арматуру. Кроме того, предстояло испытать отсеки на нефте- и водонепроницаемость.

Все изделия, необходимые для приготовления кораблей к спуску, производились на заводе ОНЗиВ, и в сложившихся условиях ожидать одновременное их изготовление для двух крейсеров было нереально. Поэтому спуск крейсера «Адмирал Корнилов» завод наметил на вторую половину декабря 1917 г., а «Адмирала Истомина» – на начало апреля 1918 г. Срок спуска первого корабля являлся окончательным и никакими мерами ускорен быть не мог. Срок же подготовки к спуску второго крейсера можно было сократить месяца на два, разгрузив механическую и бронзолитейную мастерские за счет отказа от изготовления гребных валов для миноносцев, строившихся на северных заводах, а также запасных винтов для 1-го дивизиона эсминцев Черноморского флота. Исполнявший тогда обязанности Предкомнаба полковник А. Л. Коссов предусмотрел также возможность немедленного спуска крейсера без установки указанного оборудования. В этом случае для подготовки к спуску требовалось два месяца, в основном дли оборудования спусковых устройств, но при условии привлечения к работе опытного мастера И. И. Ильина, «временно отстраненного заводоуправлением от дела под давлением требований рабочих» [239] Мастер И. И. Ильин был высококвалифицированным специалистом и руководил бригадой плотников, которая занималась оборудованием спусковых устройств.

Руководство Морского министерства в Петрограде, находясь далеко от фронта, настаивало на спуске крейсеров в нормальной готовности, т. е. с кронштейнами, гребными валами и винтами, а штаб командующего Черноморским флотом, лучше зная положение Южного фронта, настаивал на немедленном спуске и эвакуации корпусов в Севастополь. Разноречивые указания, поступавшие заводам, еще больше дезорганизовывали работу. Между Петроградом, комиссией по наблюдению за постройкой кораблей и штабом флота шел интенсивный обмен телеграммами по этому вопросу. 7 сентября пришла телеграмма из Петрограда: «Прошу ускорить работы, дабы оба крейсера спускать в полной готовности, с валами и прочим», Предкомнаб А. А. Данилевский ответил, что «полагает целесообразным произвести спуск легких [240] крейсеров до ледостава без кронштейнов, валов и винтов» .

22 ноября 1917 г. Глакор пошел на компромисс и сообщил в Николаев: «На крейсерах необходимо продолжать только те работы, которые необходимы для спуска их на воду. Спуск крейсеров должен быть в обычной спусковой готовности» если со стороны командующего Черноморским флотом не последует распоряжения об ускорении спуска» [241].

Между тем кронштейны для крейсера «Адмирал Корнилов» были приготовлены и могли быть поставлены на корабль месяца за полтора без расточки. Но рабочие к этому времени уже заклепали листы наружной обшивки в местах установки кронштейнов [242].

Как известно, технология спуска судов в то время предусматривала насалку спусковых полозьев говяжьим салом. Для спуска двух крейсеров требовалось достаточно большое количество доброкачественного говяжьего сала, достать которое в условиях голода, охватившего страну, было непросто. В связи с этим Предкомнаб 11 октября 1917 г. был вынужден телеграфировать в ГУК: «Для спуска легких крейсеров необходимо 500 пудов говяжьего сала, „Руссуд” просит отпустить его из складов Морского ведомства и срочно доставить в Николаев, так как достать на рынке невозможно». На складах Морского министерства сала тоже не оказалось, и пришлось обратиться к услугам торгового дома «Дакен и К°», который предложил говяжье сало по цене 225 руб. за пуд {243 }Работы по приготовлению к спуску третьего и четвертого крейсеров продолжались.

В начале января 1918 г. полковник Михайлов представил в Петроград последнюю записку о ходе работ по постройке легких крейсеров.

Крейсер «Адмирал Лазарев» находился у причала «Руссуда». Работы по клепке, очистке от ржавчины и окраске корпуса были приостановлены. Начатая установка каютных дверей, командных рундуков, стеллажей, изоляции котельных кожухов, сборка фундаментов под судовые вентиляторы прекратились. В турбинной мастерской только одна турбина была испытана паром, остальные находились в разной степени готовности. Большая часть трубопроводов и некоторые вспомогательные механизмы по-прежнему отсутствовали. К 1 январи 1918 г. на крейсер «Адмирал Лазарев» было установлено в общей сложности 4160 т стали, брони, дельных вещей, устройств и механизмов, что составляло около 55% нормального водоизмещения. Если учесть, что спусковое водоизмещение, замеренное по маркам на штевнях, составило 3600 т (47,25%), то за 1,5 года достройки готовность крейсера повысилась всего лишь на 7,75%. Естественно, что при таких темпах работ не могло быть и речи об окончании достройки в обозримом будущем.

Крейсер «Адмирал Нахимов» после погрузки турбин так и остался у причала ОНЗиВ. На нем были смонтированы все три трубы и установлены обе мачты, на кормовой надстройке производилась клепка. В сборке и установке находились трубопроводы судовой вентиляции, судовые и машинные вентиляторы, носовое шпилевое устройство, бортовые иллюминаторы и др. Производились работы по настилу верхней палубы деревом и по окраске собранных частей корпуса. На крейсер были погружены и смонтированы на фундаментах все котлы и турбины, продолжался монтаж главных и вспомогательных паропроводов. Все вспомогательные механизмы котельных и турбинных отделений и холодильные машины системы аэрорефрижерации также находились на корабле. К 1 января 1918 г. на крейсер «Адмирал Нахимов» было установлено 5290 т стали, брони, дельных вещей, устройств и механизмов, что составляло 70% нормального водоизмещения.

Такова была готовность двух крейсеров, достройку которых предстояло продолжить через несколько лет.

На стапелях, где находились корпуса крейсеров «Адмирал Корнилов» и «Адмирал Истомин», продолжались работы по оборудованию спусковых устройств. Их готовность к спуску была довольно низкой и составляла всего 35-36% нормального водоизмещения. На нефте- и водонепроницаемость на крейсере «Адмирал Корнилов» остались не испытанными 20 отсеков, а на крейсере «Адмирал Истомин» [244] удалось испытать только два междудонных отсека . Но решение вопроса о сроках их спуска и спусковой готовности было отложено штабом Черноморского флота до окончания мирных переговоров в Бресте.

Как известно, эти переговоры начались 9 декабря 1917 г. и были сорваны Л. Д. Троцким 28 января 1918 г.

18 февраля началась германо-австрийская интервенция на Украине и юге России, Сепаратное соглашение Германии с Центральной Радой, заключенное еще 9 декабря 1917 г. в Бресте, давало германским войскам право на оккупацию всей Украины.

В связи с быстрым продвижением германских войск началась подготовка к эвакуации заводов ОНЗиВ и «Руссуд», но из-за плохой работы железнодорожного транспорта и царившей на заводах неразберихи выполнить это не удалось. Не было также предпринято никаких мер, чтобы спустить корпуса крейсеров «Адмирал Корнилов» и «Адмирал Истомин» и увести в Севастополь корабли «Адмирал Нахимов» и «Адмирал Лазарев».

17 марта части 52-го германского корпуса захватили Николаев, Германские оккупационные власти передали оба завода немецкой фирме «Блом УНА Фосс», тесно сотрудничавшей до войны с Россией в строительстве Балтийского флота. Заводы закрыли, всех рабочих и служащих рассчитали. Началась подготовка к вывозу оборудования в Германию. Но население Николаева всячески саботировало приказы оккупационных властей, препятствовало грабежу заводов. По призыву Союза бывших фронтовиков и объединенного заседания заводских комитетов ОНЗиВ и «Руссуда» 22 марта 1917 г. в городе вспыхнуло восстание против оккупантов. Однако неорганизованность и нехватка оружия не позволили повстанцам удержать город в своих руках. Интервенты, перебросив к Николаеву несколько тысяч солдат на автомобилях и по железной дороге, 25 марта снова овладели городом. Население Николаева подверглось жесточайшему террору, сотни жителей были расстреляны, почти третья часть города была сожжена.

Центральный комитет по строительству легких крейсеров в Петрограде, оставшись без заводов, был вынужден разослать своим контрагентам письма такого содержания: «Настоящим уведомляем, что вследствие занятия украиио-германцами (имеется в виду Центральная Рада.- И. Ц.) города Николаева мы теперь лишены возможности принять изготовленное Вами оборудование для легких крейсеров типа «Адмирал Нахимов» и просим не отказать хранить их на ваших складах вплоть до нашего распоряжения» [245].

Оглавление книги

Реклама
Похожие страницы

Генерация: 0.208. Запросов К БД/Cache: 3 / 1