Главная / Библиотека / Гвардейский крейсер «Красный Кавказ». /
/ Глава 4. Строительство легких крейсеров для Балтийского моря / 4.3. Строительство легких крейсеров «Адмирал Бутаков» и «Адмирал Спиридов»

Глав: 13 | Статей: 44
Оглавление
Книга посвящена строительству русского флота накануне и в период первой мировой войны. Она повествует о создании и боевых действиях легкого крейсера "Красный Кавказ" (бывший "Адмирал Лазарев") во время Великой Отечественной войны, а также кратко затрагивает историю однотипных кораблей – первых турбинных крейсеров русского флота. Книга является заключительной частью трилогии автора о кораблях, в которую вошли также "Эскадренный миноносец "Новик" и "Линкор "Октябрьская революция"". При подготовке рукописи широко использовались архивные документы и личные воспоминания участников событий – офицеров, старшин и матросов крейсера "Красный Кавказ".

4.3. Строительство легких крейсеров «Адмирал Бутаков» и «Адмирал Спиридов»

4.3. Строительство легких крейсеров «Адмирал Бутаков» и «Адмирал Спиридов»

После утверждения в ноябре 1912 г. общих чертежей и спецификаций легкого крейсера Путиловская верфь, как и Ревельский завод, приступила к разработке детальных чертежей. Между тем в Морском министерстве подводили итоги проектирования легких крейсеров.

Восемнадцатого января 1913 г. состоялся совместный доклад МГШ и ГУК морскому министру по поводу окончания эскизного проекта легких крейсеров для Балтийского моря. В докладе говорилось: «Представленные заводами для утверждения проекты крейсеров водоизмещением около 6900 т считаем вполне приемлемыми, за исключением запаса топлива» {276 }Далее авторы доклада поясняли, что по первоначальным тактическим заданиям МГШ крейсера должны были иметь запас топлива, необходимый для 18 ч полного хода и 50 ч 24-уз хода. Однако, несмотря на все усилия, предпринятые в процессе проектирования, Путиловская верфь и Ревельский завод пришли к заключению, что эти требования, как и требование 30-уз скорости, не выполнимы. В связи с этим заводы обратились в Морское министерство с ходатайством снизить установленные нормы до 16ч полного хода и 48 ч 24-уз хода, а также уменьшить скорость полного хода до 29,5 уз. В свое время об этом было доложено морскому министру, который дал устное согласие на снижение требования МГШ. В конце доклада начальник МГШ вице-адмирал А. А. Ливен и начальник ГУК вице-адмирал П. П. Муравьев сделали важный вывод, объяснявший все недостатки спроектированных легких крейсеров: отсутствие башенной артиллерии, малый район плавания, незначительная скорость и др. «Считаясь с необходимостью не выйти из пределов отпущенных ассигнований, что неизбежно при увеличении водоизмещения, ибо поместить требуемые запасы топлива в проектном тоннаже за неимением места невозможно, – продолжали авторы,- заводам в соответствии с Вашим устным согласием было разрешено отступить от требований Технических условий» [277] Контракт с Путиловской верфью на постройку двух крейсеров Морское министерство заключило в феврале 1913 г,

одновременно с контрактом на постройку крейсеров типа «Светлана». Срок готовности первого крейсера планировался на 1 августа 1915 г., а второго – на 15 октябри 1915 г.

Тем же «высочайшим» приказом по Морскому ведомству от 28 сентября 1913 г., что и ревельским крейсерам, им были присвоены названия «Адмирал Бутаков» и «Адмирал Спиридов». Первый крейсер получил название в память о выдающемся адмирале русского флота Г. И. Бутакове (1820-1882) – основателе тактики парового и броненосного флота. В названии второго крейсера было увековечено имя адмирала Г. А. Спиридова (1713-1790), командовавшего эскадрой в Чесменском сражении 26 июня 1770 г.

Закладка крейсеров состоялась на стапелях Путиловской верфи 16 ноября 1913 г. вместе с эскадренными миноносцами и спасательным судном «Волхов» в присутствии товарища морского министра вице-адмирала М. В. Бубнова. Сборка на стапелях началась с 1 декабря 1913 г. После закладки крейсеров «Адмирал Бутаков» стал называться «судном № 98», а «Адмирал Спиридов» – «судном № 99» [278].

Крейсера Путиловской верфи и Ревельского завода были идентичными не только по своим тактикотехническим характеристикам, но и по расположению и планировке помещений. Крейсер в целом четко делился на три части – носовую (0-33-й шп.), среднюю (33-100-й шп.) и кормовую (100-130-й шп.). Носовую часть занимали различные кладовые (шкиперская, малярная, провизионная), ценные ящики, дифферентные цистерны, помещения дизель-генераторов. Далее следовали центральный ноет, артпогреба носовой группы 130-мм орудий, помещение системы аэрорефрижерации, командные помещения, казематы (в баковой надстройке) и др.

В средней части корабля размещались котельные и машинные отделения. Котлы объединялись в три группы в соответствии с количеством труб. Носовая группа (1-е и 2-е котельные отделения) насчитывала три котла и размещалась в районе 33-43-го шп. Далее следовала средняя группа (3-5-е котельные отделения), состоявшая из шести котлов (43-61-й шп.). В состав кормовой группы (6-е и 7-е котельные отделения) входило четыре котла, они занимали район 65- 76-го шп. Помещения между группами котлов занимали артпогреба средней группы орудий, цистерны Фрама и подводные минные аппараты. Турбины располагались в районе 76-100-го шп. Это помещение подразделялось на четыре отделения. В кормовой части крейсера размещались провизионные погреба сухой и мокрой провизии, румпельное отделение артпогреба кормовой группы орудий, кают-компания и другие помещения. Жилые помещения команды, каюты кондукторов и офицеров были расположены на жилой палубе и в баковой надстройке. Лазарет, операционная, камбуз, два кормовых каземата размещались в кормовой надстройке. Для плавсредств было отведено место на рострах в районе шкафута.

Как уже говорилось, на легких крейсерах типа «Адмирал Бутаков» в отличие от ревельских крейсеров в качестве главных двигателей применялись паровые турбины системы Парсонса. Турбинная установка в целом представляла собой классическую четырехвальную схему Парсонса, предложенную им в свое время для военных кораблей большого и среднего водоизмещения. Две турбины высокого давления (ВД) переднего и заднего хода (ПХ и ЗХ), работавшие на два бортовых вала, размещались в носовых турбинных отделениях правого и левого бортов. Две турбины низкого давления (НД) переднего и заднего хода, работавшие на средние валы, размещались в кормовых машинных отделениях правого и левого бортов. Турбины крейсерского хода, обычно присущие схемам Парсонса, на крейсерах типа «Адмирал Бутаков» не устанавливались, Наиболее характерным отличием данной схемы от других схем турбинных установок Парсонса было то, что турбины ВД и НД располагались в разных машинных отделениях и разделялись водонепроницаемыми переборками. Тем не менее каждая турбина могла работать самостоятельно независимо от остальных. При работе всех четырех турбин свежий пар от маневрового клапана поступал в обе турбины ВДНХ, откуда направлялся в соответствующие им турбины НДПХ, а затем отводился в главные холодильники. При выходе из строя кормовых турбин НД отработавший пар из турбин ВД имел возможность непосредственно попадать в главные холодильники, минуя турбины НД. Кормовая группа турбин НД также могла работать самостоятельно, когда носовые турбины были выведены из действия. Для этого предусматривался специальный аварийный трубопровод, при помощи которого свежий пар из главной паровой магистрали через аварийные клапаны поступал непосредственно в турбины НД переднего или заднего хода. Свежий пар дросселировался до того давления, на которое были рассчитаны турбины НД. В состав каждой турбины ВД входили два активных колеса Кэртиса (ПХ и ЗХ), барабаны с реактивными лопатками, думмисы и концевые валы. Турбины ВДПХ и ЗХ имели стальной корпус. Турбины НД были чисто реактивными и состояли из двух барабанов ПХ и ЗХ, концевых валов и других устройств. Отдельный корпус турбины НДЗХ непосредственно примыкал к турбине НДПХ. Оба корпуса имели общую горизонтальную плоскость разъема и выполнялись из чугуна.

Каждая турбина была рассчитана на максимальную мощность около 14000 л.с. Мощность турбин заднего хода достигала 45% мощности турбин переднего хода.

Все части турбин, их сборка и регулировка выполнялись в мастерских Путиловской верфи. К 1 октября 1914 г. общая готовность всех турбин для крейсера «Адмирал Бутаков» составляла 33,2%. Темпы строительства турбин на этом заводе опережали степень готовности корпуса. Например, для носовых турбин были отлиты колеса Кэртиса ПХ и ЗХ, изготовлены барабаны и концевые валы, обработана часть лопаток. В это же время для кормовых турбин закончилась отливка корпусов ПХ, изготовление барабанов ПХ, концевых валов и почти всех лопаток. Главные холодильники для турбин также выпускались Путиловской верфью. Степень их готовности к 1 октября 1914 г. составляла 26,5%.

На крейсерах Путиловской верфи, как и на крейсерах Ревельского завода, устанавливались котлы типа «Ярроу». Они размещались в семи котельных отделениях по два котла в каждом» за исключением первого машинного отделения, где был установлен только один котел. Котлы полностью изготовлялись в мастерских Путиловской верфи. Общая готовность их для крейсера «Адмирал Бутаков» к 1 октября 1914 г. достигала 30,6%. Вспомогательные механизмы для паровых котлов в большинстве своем поставлялись русскими предприятиями: питательные насосы – заводом «Борман, Шведе и К°» в Варшаве, нефтяные насосы и погрузочные насосы для нефти – фирмой «Крейтон и К°» в Або (ныне Турку), подогреватели питательной воды – предприятием «Ф. Круп» в Ревеле, испарители для пополнения питательной воды в котлах и опреснители питьевой воды, нефтяные форсунки для отопления котлов – заводами «Роберт Круг» и «Лангензиппен» в Петрограде. Заводы-поставщики оборудования, перегруженные другими заказами, работали неритмично и, как правило, срывали сроки изготовления заказов. Из иностранных фирм заказы для Путиловской верфи на изготовление главных воздушных насосов для холодильников выполнял завод «Вир» в Глазго.

Таким образом, если степень готовности по механизмам в целом для крейсера «Адмирал Бутаков» в начале войны приближалась к 30%, то по корпусу она не превышала 9,7%.

Наблюдающий за постройкой крейсеров на Путиловской верфи полковник И. Е. Храповицкий [279] доносил по этому поводу в ГУК: «При настоящей степени готовности легких крейсеров „Адмирал Бутаков” и „Адмирал Спиридов” – около 10% по корпусу – представляется весьма затруднительным высказать сколько-нибудь обоснованное предположение о времени окончательной сдачи кораблей. По предположению завода, если не будет больше никаких задержек и забастовок, спуск 1-го крейсера состоится в апреле 1915 г., а 2-го – в мае 1915 г. Готовность к плаванию для 1-го крейсера предположена поздней осенью 1915 г., а 2-й корабль значительно запоздает» [280] Наблюдающий также доложил в ГУК свое мнение о наиболее вероятных задержках, которые могут быть в дальнейшем. «Не говоря о забастовках, которые все время тормозят дело и по поводу которых ничего вперед знать нельзя,- писал полковник И. Е. Храповицкий,- часть котельного материала и отливки кронштейнов гребных валов для обоих крейсеров, заказанные германским заводам, в связи с начавшейся войной не доставлены и их перезаказ другим фирмам безусловно вызовет задержку в постройке крейсеров» [281].

Работы по постройке крейсеров на Путиловской верфи продвигались менее успешно, чем на Ревельском судостроительном заводе. И. К. Григорович в своих мемуарах винит в этом администрацию верфи, которая не смогла должным образом организовать работу на стапелях и зачастую сама провоцировала рабочих на забастовки. Особые нарекания и раздражение министра вызывал член правления Путиловской верфи некий Бишлягер, который, по выражению И. К. Григоровича, «много говорил, но мало делал» [282] Положение дел не изменилось к лучшему, когда вместо Орбановского директором Путиловской верфи стал уволенный в запас корабельный инженер полковник Н. Н. Кутейников.

По мере постройки крейсер «Адмирал Спиридов» все больше отставал по степени готовности от «Адмирала Бутакова», а изготовление механизмов из-за нехватки материалов замедлялось. Как видно из справки о степени готовности всех восьми легких крейсеров на 1 октября 1915 г., подписанной начальником ГУК вице-адмиралом В. К. Гирсом и начальником кораблестроительного отдела П. Ф. Вешкурцевым, вперед вырвалась «Светлана», степень готовности по корпусу которой составляла 64%. Крейсера «Адмирал Грейг» и «Адмирал Бутаков» со степенью готовности по корпусу 46% занимали второе место. Позади всех был «Адмирал Спиридов», его готовность по массе корпуса не превышала 38,9% [283] К концу 1915 г. готовность крейсеров подвинулась вперед весьма незначительно – всего на 2-3%. По сообщению наблюдающего за Постройкой механизмов крейсеров на Путиловской верфи инженера- механика капитана 2 ранга В. И. Войшвилло готовность механизмов крейсера «Адмирал Бутаков» осталась практически на прежнем уровне. Несмотря на утверждение чертежей по корпусу и начавшиеся работы, ГУК продолжало вносить изменения в проект крейсеров. В октябре 1915 г. минный отдел решил установить так называемую боевую радиостанцию на крейсерах типа «Адмирал Бутаков». Для ее размещения отводился нижний ярус боевой рубки. Установка радиостанции обусловливала оборудование помещения рубки электроосвещением и отоплением, устройство входа с полубака с броневой дверью, подведение кабеля питания напряжением 220 В постоянного тока и установку преобразователя [284].

В декабре 1915 г. ГУК, по представлению артиллерийского отдела, потребовало увеличить предельные углы возвышения 130-мм орудий до 30°. Это влекло за собой устройство специальных банкетов под орудия и введение дополнительных подкреплений, что, в свою очередь, увеличивало массу корпуса и водоизмещение, а также вело к изменению метацентрической высоты [285].

Спуск путиловских крейсеров состоялся почти одновременно – 23 июля сошел со стапеля «Адмирал Бутаков», а 27 августа 1916 г.- «Адмирал Спиридов».

Изменения в проект продолжали вноситься и в период достройки на плаву. В апреле 1917 г. последовало решение о прорезке дополнительных иллюминаторов в антресольном помещении баковой надстройки [286] Еще большие переделки должно было вызвать требование ГУК о размещении на крейсерах двух гидроаэропланов типа «Депердюссем» французского производства, последовавшее 10 января 1917 г. Одновременно Путиловской верфи с целью оборудования площадки и устройства кран-балки для спуска и подъема аппаратов сообщили, что гидроаэроплан имеет размах крыльев 16,0 м, длину 10,0 м и массу 1,5 т [287] 11 октября 1917 г. постановлением Временного правительства постройка путиловских крейсеров была прекращена. Степень готовности по корпусу к моменту прекращения постройки составляла не более 45- 50%. Часть главных механизмов и котлов была готова, но не погружена на корабли. Вспомогательные механизмы и трубопроводы отсутствовали.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.285. Запросов К БД/Cache: 3 / 1