Главная / Библиотека / Гвардейский крейсер «Красный Кавказ». /
/ Глава 5. Под флагом Страны Советов / 5.5. Крейсер «Красный Кавказ» – флагман бригады крейсеров морских сил черного моря

Глав: 13 | Статей: 44
Оглавление
Книга посвящена строительству русского флота накануне и в период первой мировой войны. Она повествует о создании и боевых действиях легкого крейсера "Красный Кавказ" (бывший "Адмирал Лазарев") во время Великой Отечественной войны, а также кратко затрагивает историю однотипных кораблей – первых турбинных крейсеров русского флота. Книга является заключительной частью трилогии автора о кораблях, в которую вошли также "Эскадренный миноносец "Новик" и "Линкор "Октябрьская революция"". При подготовке рукописи широко использовались архивные документы и личные воспоминания участников событий – офицеров, старшин и матросов крейсера "Красный Кавказ".

5.5. Крейсер «Красный Кавказ» – флагман бригады крейсеров морских сил черного моря

5.5. Крейсер «Красный Кавказ» – флагман бригады крейсеров морских сил черного моря

После сдачи крейсера «Красный Кавказ» флоту шефство над ним приняли правительство и трудящиеся Закавказской Федерации [353] Новый корабль был зачислен в бригаду крейсеров Морских сил Черного моря, которой командовал тогда Юрий Федорович Ралль [354]. В состав бригады входили крейсера «Червона Украина», «Профинтерн» и «Коминтерн». С вступлением в строй «Красного Кавказа» крейсер «Коминтерн», как наиболее старый корабль бригады, был переведен в разряд учебных. С прибытием «Красного Кавказа» в Севастополь командир бригады Ю. Ф. Ралль сразу же перенес свой флаг на новый крейсер, на котором были предусмотрены специальные каюты для флагмана и его штаба. Место якорной стоянки «Красному Кавказу» было отведено в Южной бухте напротив Павловского мыска, На «Красный Кавказ» вместе с командиром бригады перешли также начальник штаба бригады Э. Р. Кактинг и большинство флагманских специалистов штаба бригады: флаг-штурман А. Н. Петров, флаг-артиллерист Ф. И. Кравченко, флаг-минер С. Д. Солоухин, флаг-связист Л. А. Глаголевский и специалист СПС (спецсвязи) М. А. Эпштейн.

На «Червоной Украине» остались только флаг-механик Н. А. Прохватилов и флаг-врач В. И. Кудинов.

Новый крейсер был с восторгом встречен жителями Севастополя, став вместе с другими кораблями эскадры неотъемлемой частью его морского пейзажа.

Однако, не проплавав и трех месяцев, крейсер возвратился на завод. В один из ночных выходов в море «Красный Кавказ» столкнулся с другим судном и свернул себе форштевень. После ремонта виновные были строго наказаны, произошла почти полная смена командования кораблем. Командиром крейсера был назначен прибывший с Балтики Н. Ф. Заяц, который до этого довольно долго командовал эскадренным миноносцем. Привыкнув к управлению более маневренным кораблем с гораздо меньшими размерениями корпуса, он часто на первых порах попадал в трудные ситуации, особенно при швартовке, постановке на бочку и при проходе узкостей. Впоследствии Н. Г. Кузнецов назовет его «командиром переходного периода». Н. Ф. Заяц был из комендоров царского флота, прошедших войну на Балтике. Таких способных, уже немолодых матросов после обучения на краткосрочных курсах назначали командирами небольших кораблей. К этой же категории относился и командир «Профинтерна» М. З. Москаленко. В начале 30-х годов многие офицеры старого флота были репрессированы или уволены в отставку, а новых командиров – краскомов было еще мало. Вот и появились «командиры переходного периода».

На должность старшего помощника командира крейсера «Красный Кавказ» был назначен только что закончивший Военно-морскую академию Н. Г. Кузнецов [355] , наотрез отказавшийся от службы в штабе. С приходом нового командира и старпома служба на корабле стала налаживаться. Флаг-штурман бригады крейсеров А. Н. Петров, хорошо знавший Н. Г. Кузнецова по училищу, рассказывал: «Старпом заставил всех командиров боевых частей, да и нас, флагманских специалистов, разработать методику боевой подготовки. Раньше никакой методики не существовало – старослужащие обучали молодых, что надо делать, по различным командам, но это было пригодно для одиночных учений. А действия в составе подразделений, а обучение по боевым частям, по кораблю в целом? Все, по сути дела, началось с «Красного Кавказа» [356].

Экипаж «Красного Кавказа» под руководством нового старпома, флагманских специалистов и командиров боевых частей приступил к подготовке и сдаче курсовых задач. В результате упорной каждодневной учебы при подведении итогов боевой и политической подготовки осенью 1933 г. крейсер «Красный Кавказ» вышел на первое место среди кораблей Черноморского флота. Исполнительный Комитет Закавказской федерации наградил его орденом Трудового Красного Знамени [357] Командованием Черноморского флота было принято решение послать новый крейсер и два эскадренных миноносца «Петровский» (бывший «Корфу», затем «Железняков») и «Шаумян» (бывший «Левкас») в заграничное [358] плавание .

17 октября 1933 г. отряд кораблей в составе крейсера «Красный Кавказ», эскадренных миноносцев «Петровский» и «Шаумян» под командованием Ю. Ф. Ралля снялся с якоря и взял курс на Босфор. В 5 ч 00 мин 18 октября корабли подошли к воротам пролива и через час, успешно преодолев узкость без помощи лоцмана, отдали якоря на рейде Стамбула. Правительство молодой Турецкой республики выступало тогда за укрепление национальной независимости и поддержание дружественных отношений с СССР. Моряки крейсера и эсминцев возложили венки на могилы павших в борьбе за независимость Турции (1918-1923) под руководством Мустафы Кемаля (Ататюрка). Крейсер, сверкавший чистотой палуб, свежей окраской надстроек и борта, надраенными поручнями и иллюминаторами, посетили турецкие политические и военные деятели. Заместитель губернатора Стамбула Али-Реза-бей оставил запись в книге почетных посетителей корабля: «Я выражаю свое восхищение. Первый раз в жизни вижу такой боевой корабль, построенный по последнему слову техники» [359].

Утром 22 октября отряд советских кораблей покинул Стамбул и направился в Средиземное море, посетив по пути греческий порт Пирей. Часть моряков побывала и в столице государства – Афинах. Из Греции корабли вышли в Италию. В Неаполе состоялась встреча моряков с М. Горьким. Растроганный писатель сказал тогда морякам; «Читал о вас, товарищи, и горжусь вами, горжусь сердечно».

Появление нового советского крейсера и эскадренных миноносцев, также достроенных после революции, в заграничных водах широко освещалось зарубежной прессой. Больше всего журналистов поражало поведение советских моряков на берегу – они не пьянствовали, не хулиганили, живо интересовались историческими памятниками, достопримечательностями городов, картинными галереями и везде вели себя вежливо и достойно.

В ночь на 7 ноября 1933 г. отряд советских кораблей вернулся на главную базу флота – в Севастополь. По заведенному уже тогда порядку моряки «Красного Кавказа» и эсминцев рапортовали «лично товарищу Сталину»: «Во время похода механизмы кораблей и в первую очередь крейсера „Красный Кавказ” – детища нашей первой пятилетки [360] работали отлично. Личный состав, как во время похода, так и при стоянке в портах, показал высокую пролетарскую сознательность, классовую бдительность, революционную дисциплину, организованность и культурность. Краснофлотцы и командиры были везде и всюду достойными представителями нашей могучей и счастливой Родины» [361].

В конце ноября 1933 г. «Красный Кавказ» вышел в море для встречи турецкого корабля «Измир», на котором возвращались из турции наркомвоенмор К. Е. Ворошилов и его заместитель С. М. Буденный, где они участвовали в праздновании 10-летия Турецкой республики. Их сопровождал командующий турецкой армией. На следующий день по прибытии в Севастополь «Красный Кавказ» был подготовлен к осмотру, и командующий турецкой армией вместе с сопровождавшими его генералами осмотрел крейсер.

В конце 1933 г. Н. Г. Кузнецов был назначен командиром «Червоной Украины». Старшим помощником на «Красном Кавказе» стал К. Д. Сухиашвили. Крейсер поставили на планово-предупредительный ремонт. При вскрытии первой турбины из-за несоблюдения инструкций по эксплуатации и ремонту произошла авария. Виновник ее – командир электромеханической боевой части (БЧ-V) Таракановский – был отдан под суд, а командира дивизиона движения перевели на другой корабль. «Красный Кавказ» потерял первое место на флоте.

В 1934 г. личный состав крейсера «Красный Кавказ» включился в борьбу за звание «Лучший корабль Морских Сил СССР». Крейсерами бригады в то время командовали опытные военные моряки: «Красным Кавказом» – Н. Ф. Заяц, «Червоной Украиной» – Н. Г. Кузнецов, «Профинтерном» – М. З. Москаленко, «Коминтерном» – Ю. К. Зиновьев. Главным соперником «Красного Кавказа» в этом соревновании был крейсер «Червона Украина». Оба крейсера по результатам боевой и политической подготовки в одинаковой степени могли претендовать на почетное звание. Но исход соревнования решила случайность, резко понизившая шансы соперника. «Червона Украина» при проходе бонового заграждения на заключительном этапе осенних маневров флота намотала на винты стальную сеть. Звание лучшего корабля было присуждено «Красному Кавказу». Одновременно крейсер был объявлен победителем всеармейского смотра-конкурса по физической подготовке.

За большие успехи в боевой и политической учебе осенью 1934 г. крейсеру «Красный Кавказ» было вручено переходящее Знамя ЦК ВЛКСМ.

В марте 1936 г. произошло крупное событие в жизни Красной Армии и флота. В соответствии с постановлением ЦИК и СНК СССР «О введении персональных воинских званий начальствующему составу РККА» на Черноморском флоте был получен приказ наркома обороны о присвоении новых званий командному составу. Командир «Красного Кавказа» Н. Ф. Заяц стал капитаном 1 ранга, а командиру бригады крейсеров И. В. Юмашеву [362], сменившему в 1935 г. Ю. Ф. Ралля, было присвоено звание флагмана 2 ранга. И. С. Юмашев не был новичком на бригаде – перед назначением на должность командира бригады он командовал крейсером «Профинтерн».

Выполняя свой интернациональный долг, в 1936 г. на борьбу с фашистской агрессией уехали в Испанию лучшие командиры из бригады крейсеров Н. Г. Кузнецов, С. Д. Солоухин и др. В этом же году крейсер «Профинтерн» был переименован в «Красный Крым». В сложной обстановке надвигавшейся войны личный состав бригады крейсеров настойчиво продолжал учения и тренировки, подолгу находясь в море. Районы боевой подготовки для отработки учебно-боевых задач назначались различными: стрельбы главным калибром проводились у Тендровской косы по затопленному старому броненосцу «Чесма», зенитные стрельбы – в Каркинитском заливе, по берегу стреляли у мыса Чауда. Большого мастерства достигли артиллеристы крейсера «Красный Кавказ» при стрельбе по воздушным, надводным и береговым целям, личный состав дивизиона движения четко отрабатывал все команды при смене ходов, обеспечивая бездымное горение топлива, сигнальщики наизусть знали силуэты кораблей и самолетов вероятного противника, мгновенно принимали и докладывали на мостик сигналы внутриэскадренной связи. Отстиранные до белизны парусиновая краснофлотская роба, чехлы на мостиках и орудиях, начищенная до солнечного блеска «медяшка», деревянная палуба без единого пятнышка,- всё говорило о том, что на корабле поддерживаются строгий порядок и твердая воинская дисциплина.


Вручение переходящего Знамени ЦК ВЛКСМ крейсеру «Красный Кавказ» за успехи в боевой и политической подготовке, 1934 г.

В начале марта 1937 г. крейсера «Красный Кавказ» и «Червона Украина» под командованием командира бригады И. С. Юмашева вышли в так называемый круговой поход. Предполагалось обогнуть все побережье Черного моря и возвратиться в Севастополь. «Красным Кавказом» командовал по-прежнему Н. Ф. Заяц. Над Черным морем расположился глубокий циклон, и погода в ближайшие дни не предвещала ничего хорошего. Корабли вышли из Севастопольской бухты и взяли курс на Босфор. Ночью 5 марта корабли, оставив справа по борту ворота Босфора, повернули к Анатолийскому побережью Турции. Пройдя мыс Эммине, в 16 ч 30 мин корабли обнаружили на горизонте дымы неизвестных судов. Не прошло и часа как турецкий линейный крейсер «Явуз – Султан – Селим» (бывший «Гебен») в сопровождении трех миноносцев оказался на траверзе «Красного Кавказа». Пройдя еще некоторое время прежним курсом, турецкий отряд резко повернул на северо-восток и быстро скрылся за горизонтом. Если бы крейсера «Адмирал Лазарев» и «Адмирал Нахимов» были построены в срок, эта встреча могла произойти десять лет назад в условиях боевой обстановки, подобно тому как это случилось с крейсером «Кагул».

В 1938 г. на трубе крейсера «Красный Кавказ» появилась большая красная звезда с золотой окантовкой. Она свидетельствовала о том, что корабль вышел на первое место в соревновании за звание лучшего корабля Военно-Морских Сил СССР.

В июле 1939 г. на борт крейсера «Красный Кавказ» прибыл флагман флота 2 ранга Н. Г. Кузнецов. На мачте корабля взвился должностной флаг наркома ВМФ. Предстоял выход в море на торпедные стрельбы. «Красный Кавказ» снялся с бочки и вышел в море. Крейсером командовал недавно назначенный на должность командира капитан 2 ранга А. М. Гущин. В районе боевой подготовки у мыса Чауда сыграли боевую тревогу и подготовили к стрельбе все четыре аппарата. Крейсер шел вдоль берегов Крыма со скоростью 22 уз. Вскоре на горизонте по курсовому 40° сигнальщики обнаружили корабль-цель. Крейсер дал полный ход и лег на курс сближения с целью. Нарком приказал стрелять из торпедного аппарата № 2. При подходе на дистанцию залпа крейсер лег на боевой курс и произвел залп тремя торпедами. По следу торпед, прошедших под килем атакуемого корабля, было видно, что цель поражена в районе средней трубы. Первым это заметил сам нарком, оценив стрельбу на «отлично» [363].

Незадолго до войны с фашистской Германией все крейсера бригады прошли капитальновосстановительный ремонт. Первым в период 1938-1940 гг. ремонтировался «Красный Кавказ». В процессе ремонта корпуса и механизмов решался вопрос о перевооружении корабля. Его артиллерийские башни, система подачи боеприпасов к орудиям, схема центральной наводки и приборы управления артиллерийским огнем, спроектированные в начале 30-х годов, уже не отвечали современным требованиям.

Переписка по этому поводу между артиллерийским управлением Черноморского флота и Наркомсудпромом заняла немало страниц. Недостатки артиллерии главного калибра «Красного Кавказа» были настолько серьезны, что в 1939-1940 гг. командование Черноморским флотом настаивало на замене одноорудийных 180-мм башен крейсера 130-мм спаренными установками Б-2-ЛМ, испытания опытного образца которых намечалось провести с декабря 1940 по май 1941 г. на лидере «Ташкент» в Севастополе. Броневая защита башни Б-2-ЛМ была выполнена из противопульной брони и предохраняла также боевое отделение от попадания воды. Дальность стрельбы 130-мм орудия Б-13 достигала 25,5 км, скорострельность башенной установки составляла 12 выстрелов в минуту. Но поскольку ЛМЗ еще не приступил к серийному выпуску этих установок, от замены пришлось отказаться, и только категорическое требование наркома ВМФ Н. Г. Кузнецова заставило Наркомсудпром принять срочные меры по приведению 180-мм башен «Красного Кавказа» в исправное состояние. Одновременно схема центральной наводки и приборы управления артиллерийским огнем были заменены на более современные [364] Крейсер «Красный Кавказ», которым командовал тогда капитан 2 ранга А. М. Гущин, вышел из ремонта осенью 1940 г., быстро сдал курсовые задачи для одиночного корабля и включился в совместную боевую подготовку кораблей бригады.

Летом 1939 г. Севастопольский морской завод им. С. Орджоникидзе приступил к ремонту «Червоной Украины». Крейсер прошел докование, ремонт подводной части, а затем был ошвартован у заводской причальной стенки для ремонта машин и котлов. Экипаж на время ремонта был размещен в казармах на Северной стороне.

К работам широко привлекался личный состав корабля. Моряки трудились и в боевых частях по своим специальностям, и использовались для общекорабельных и различных подсобных работ – очистки корпуса, покраски, такелажных работ, транспортировки грузов. Благодаря активному участию личного состава капитально-восстановительный ремонт «Червоной Украины» продвигался быстро – в общей сложности он не занял и двух лет.

Уже в январе 1941 г. закончились швартовные испытания крейсера, затем начались ходовые. К 1 мая 1941 г. крейсер успешно завершил все испытания. На «Червоной Украине» был поднят военно-морской флаг. В ходе ремонта, кроме выполнения корпусных работ, на «Червоной Украине» были установлены новые более современные средства связи, созданные за годы пятилеток отечественной радиопромышленностью, и технические средства кораблевождения (гирокомпасы, эхолоты и др.). В ноябре 1939 г., когда «Червона Украина» находилась в ремонте, на крейсере сменилось командование. В должность командира корабля вступил капитан 1 ранга Н. Е. Басистый, участник гражданской войны в Испании. Несколькими днями позже на корабль прибыл новый военный комиссар В. А. Мартынов, служивший до этого военкомом эсминца «Дзержинский» [365].


Группа краснофлотцев-турбинистов крейсера «Красный Кавказ», участвовавшая в ремонте турбин корабля на заводе в г. Николаеве, декабрь 1940 г. (в среднем ряду, в центре,-слева направо – командир дивизиона движения инженер-капитан 3 ранга Г. Л. Алхимов, командир электромеханической боевой части инженер-капитан 3 ранга Г. И. Купец, командир отделения турбинистов 1-го турбинного отделения старшина 2-й статьи Н. И. Неделько)

Почти одновременно с «Червоной Украиной» вышел из ремонта ветеран Черноморского флота крейсер «Коминтерн», который находился на заводе с конца 1940 по май 1941 г. В 1931 г. перед вступлением в строй крейсера «Красный Кавказ» крейсер «Коминтерн» был выведен из боевого ядра Черноморского флота и зачислен в ранг учебного корабля. В период второго капитального ремонта, который закончился в середине июля 1931 г., крейсер подвергся значительным переделкам в связи с переоборудованием его в учебный корабль. Количество стволов артиллерии главного калибра сократилось вдвое. В процессе ремонта на крейсере демонтировали носовую группу котлов, оставшиеся 12 котлов позволяли развивать ход 12-13 уз. Но на крейсере сохранили устройства для приемки и постановки мин заграждения, поэтому в документах во время войны он именовался минным заградителем или вспомогательным крейсером, а иногда просто крейсером «Коминтерн» [366].

Первомайский праздник 1941 г. крейсера бригады встречали в строю других кораблей Черноморского флота, выстроившихся для парада в Северной бухте. «Красный Крым» готовился сразу же после первомайского праздника стать на ремонт у причала Севастопольского морского завода им. С. Орджоникидзе. Но война нарушила план ремонта, сроки его проведения были значительно сокращены, в середине августа «Красный Крым» уже вышел из ремонта и начал боевую деятельность в составе бригады.

Во время ремонта крейсеров артотделом Черноморского флота неоднократно ставился вопрос об усилении зенитно-артиллерийского вооружения крейсеров новыми автоматическими пушками, но их пока не хватало даже на строящиеся корабли. Близилась война, спешно заканчивался ремонт, а этот вопрос так и остался нерешенным [367].

К началу Великой Отечественной войны зенитное вооружение советских кораблей было недостаточно сильным, чтобы противодействовать современной авиации. Оно ограничивалось 45-мм полуавтоматическими пушками 21-К и крупнокалиберными 12,7-мм пулеметами ДШК. Вся «полуавтоматика» этих пушек заключалась лишь в самоэкстрагировании гильзы после выстрела. Бурное развитие авиации в 30-х годах и опыт гражданской войны в Испании, в которой в качестве добровольцев- интернационалистов участвовали многие советские военные моряки, показали, насколько важное значение имеет зенитное вооружение кораблей, особенно при отражении атак пикирующих бомбардировщиков, которые появились в фашистской Германии.

Стало ясно, что борьба с современными пикирующими бомбардировщиками возможна только при наличии на кораблях достаточного количества скорострельных автоматических пушек Это позволяло создать заградительный огонь с целью не допустить воздушного противника к выходу в атаку, заставить его отказаться от прицельного бомбометания и сбросить бомбы с большой высоты. В Советском Союзе началась разработка палубного 37-мм автомата 70-К [368]. Однако эта пушка была запущена в производство слишком поздно, только в самом конце 30-х годов, и на корабли попасть не успела. Во время войны на вооружение кораблей поступил единственный палубный счетверенный 37-мм автомат 46-К (опытный образец). Он был установлен на линкоре «Октябрьская революция». Специально для крейсеров типа «Киров» была разработана одноорудийная 100-мм универсальная установка Б-34, которая могла использоваться для стрельбы как по надводным, так и по воздушным целям. Скорострельность этой пушки достигала 15 выстрелов в минуту. Она была установлена на всех новых крейсерах, в том числе и на «Кирове». Итальянскими же 100-мм пушками, закупленными для крейсера «Киров», усилили артиллерийское вооружение старых крейсеров. При этом на «Красном Кавказе» установили четыре спаренных установки системы Минизини, а на «Красном Крыме» и «Червоной Украине» – по три.

Таким образом, зенитное вооружение крейсеров «Красный Крым» и «Червона Украина» к началу войны состояло из шести 100-мм и шести 45-мм орудий, объединенных в две зенитные батареи, а также из семи крупнокалиберных 12,7-мм пулеметов. Зенитное вооружение крейсера «Красный Кавказ» незначительно отличалось от них. Как уже говорилось, оно включало восемь 100-мм пушек Минизини, два 76,2-мм орудия 34-К, четыре 45-мм орудия 21-К и шесть зенитных пулеметов ДШК.

Весной 1939 г. после приемки лидера «Ташкент» в Италии Л. А. Владимирскому [369] было приказано срочно прибыть в штаб флота. Командующий Черноморским флотом Ф. С. Октябрьский ознакомил Л. А. Владимирского с приказом о назначении его командиром бригады крейсеров.

Новый комбриг капитан 1 ранга Л. А. Владимирский много внимания уделял боевой подготовке кораблей бригады. Принимая лидер «Ташкент» в Ливорно, Л. А. Владимирский видел, каким мощным военно-морским флотом обладает Италия – союзница фашистской Германии – и сделал для себя вывод, что в случае войны не исключена возможность прорыва итальянских кораблей через Дарданеллы и Босфор в Черное море [370]. Это заставляло Л. А. Владимирского предъявлять к командирам жесткие требования при сдаче кораблями курсовых задач, выполнении зачетных артиллерийских и торпедных стрельб, постановке мин. В конце 1939 г. он был повышен в должности и назначен командующим эскадрой Черноморского флота. В должность командира бригады крейсеров вступил капитан 1 ранга С. Г, Горшков. Он поднял свой флаг младшего флагмана на крейсере «Красный Крым», так как «Красный Кавказ» находился в ремонте. «Красным Крымом» командовал капитан 3 ранга А. И. Зубков, один из наиболее опытных командиров кораблей Черноморского флота. Лихость в управлении маневрами корабля, особенно при швартовке, сочеталась у него с точным расчетом, прочными навыками и большим опытом. «Красный Крым» сиял чистотой палубы и надстроек,- делился первыми впечатлениями С. Г. Горшков,- медь горела на солнце, вахтенные в тщательно отутюженной форме четко исполняли все команды» [371].

14 июня 1941 г. начались большие общефлотские учения в северо-западном районе Черного моря совместно с войсками Одесского военного округа. Время их проведения было не совсем обычным. Такие большие учения проводились, как правило, осенью. Они завершали собой летний период боевой подготовки кораблей Черноморского флота. Это говорило о том, что командование ВМФ, отчетливо сознавая приближение войны, стремилось предотвратить внезапное нападение гитлеровской Германии и еще раз проверить готовность Черноморского флота к немедленному ведению боевых действий. «Но через два дня мы услышали по радио и прочитали в газете «Красный Черноморец» сообщение ТАСС, опровергавшее слухи о близости войны между СССР и Германией,- вспоминает А. М. Гущин,- Это сообщение буквально ошарашило всех нас» [372].

Для участия в учениях на Черноморский флот из Москвы прибыл адмирал И. С. Исаков, который разделял мнение Н. Г. Кузнецова, что война может начаться с минуты на минуту. И. С. Исаков проинформировал Военный совет Черноморского флота о международной обстановке и об осложнении обстановки на границах с фашистской Германией. В связи с этим на время учений был установлен специальный сигнал, при получении которого надлежало прервать учения и сразу же перейти на повышенную оперативную готовность. К началу войны на флотах и флотилиях была отработана система так называемых оперативных готовностей (ОГ), которая позволяла по мере обострения обстановки и нарастания угрозы военного нападения повышать оперативную готовность от готовности мирного времени ОГ-3 до полной готовности к ведению боевых действий ОГ-1. На время учений на Черноморском флоте была объявлена готовность ОГ-2. Наряду с проведением артиллерийских и торпедных стрельб, постановкой минных заграждений план учения предусматривал высадку десанта на западное побережье Крыма и поддержку его артиллерийским огнем. Флот «синих» (им командовал Л. А. Владимирский) перед высадкой должен был форсировать оборонительное минное заграждение у побережья «красных». В артиллерийской поддержке участвовали крейсера «Красный Кавказ» и «Червона Украина», которые, кроме того, перевозили десантные части. На второй день учения в одесском порту началась погрузка на транспорты и боевые корабли 150-й стрелковой дивизии. Десант был успешно высажен, учения продолжались по плану и закончились 18 июня – за три дня до начала войны. Корабли возвратились в Севастополь, Начальник Главного морского штаба адмирал И. С- Исаков объявил руководству учением, что задерживаться дольше не может и сразу же убыл в Москву, возложив разбор учения на Ф, С. Октябрьского. 19 июня в штаб Черноморского флота из Москвы поступила телеграмма Военного совета ВМФ: «Вне всякой очереди. По флоту. Оперативная готовность номер два. Подана в 17 ч 15 мин». Обычная пометка «Учебная» отсутствовала.

На следующий день выходов кораблей в море на боевую подготовку не намечалось, но объявленная по флоту 14 июня оперативная готовность ОГ-2, подтвержденная телеграммой наркома от 19 июня, продолжала действовать. После учений командование флота решило предоставить личному составу отдых, в рамках установленной оперативной готовности. К вечеру 21 июня улицы Севастополя заполнились уволенными на берег краснофлотцами, командирами в белых форменках и кителях, празднично одетыми жителями Севастополя, Все в этом городе так или иначе были связаны с кораблями и морем, и окончание учений, возвращение домой родных и близких становилось настоящим праздником.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.243. Запросов К БД/Cache: 0 / 0