Глав: 13 | Статей: 44
Оглавление
Книга посвящена строительству русского флота накануне и в период первой мировой войны. Она повествует о создании и боевых действиях легкого крейсера "Красный Кавказ" (бывший "Адмирал Лазарев") во время Великой Отечественной войны, а также кратко затрагивает историю однотипных кораблей – первых турбинных крейсеров русского флота. Книга является заключительной частью трилогии автора о кораблях, в которую вошли также "Эскадренный миноносец "Новик" и "Линкор "Октябрьская революция"". При подготовке рукописи широко использовались архивные документы и личные воспоминания участников событий – офицеров, старшин и матросов крейсера "Красный Кавказ".

6.2. На помощь защитникам Одессы

6.2. На помощь защитникам Одессы

К началу августа 1941 г. Одесса осталась на левом фланге обороны наших войск. Предполагалось, удерживая Одессу, отвлечь с главного направления как можно больше гитлеровских войск и «привязать» их к городу, чтобы облегчить положение войск Южного фронта. Попытка румынских войск взять город штурмом с ходу не имела успеха. «Противник продолжает оказывать сопротивление нашим частям, наступающим на Одессу,- писал в своем дневнике начальник фашистского генштаба Ф. Гальдер 19 августа 1941 г.,-Одесса все еще продолжает вызывать беспокойство» [395].

20 августа штурм Одессы возобновился. К этому времени сухопутный фронт обороны Одессы уже представлял собой огромную подкову, опиравшуюся на побережье – на востоке в районе пос. Григорьевка и на юге – у Днестровского лимана. Береговые батареи и артиллерия кораблей поддерживали сухопутные войска с моря. Первые корабли артиллерийской поддержки прибыли в Одессу утром 22 августа. Это были крейсер «Красный Крым», эскадренные миноносцы «Фрунзе» и «Дзержинский».

«Красный Крым» на подходе к порту дал обычный семафор: «Благодарю, в буксирах не нуждаюсь». Командир крейсера капитан 2 ранга А. И. Зубков славился на Черноморском флоте тем, что ночью без огней мог войти в любую гавань и с ходу ошвартоваться у причала. Крейсеру сразу же была поставлена задача поддерживать артиллерийским огнем войска Восточного сектора. Командир артиллерийской боевой части капитан-лейтенант П. А. Задорожный приступил к подготовке стрельбы. В полдень крейсер и эскадренные миноносцы открыли огонь по пехоте противника, наступавшей в Восточном секторе. Понеся большие потери, румынские части на следующий день, 23 августа, уже не смогли возобновить атаки. В эти дни под Одессой побывал И. Антонеску и, чтобы не ударить лицом в грязь перед Гитлером, приказал штурмовать Одессу круглосуточно.

В течение 24-28 августа противник снова непрерывно штурмовал линию обороны города. Наши войска были потеснены во всех секторах обороны.

Ранним утром 29 августа на помощь защитникам Одессы из Севастополя под флагом заместителя наркома ВМФ Г. И. Левченко прибыл крейсер «Червона Украина». На борту крейсера также находились член Военного совета флота Н. М. Кулаков и командир бригады крейсеров С. Г. Горшков, Крейсер высадил на берег отряд моряков, вооруженных автоматами. Н. Е. Басистый направился в штаб выяснять обстановку. Крейсеру поставили задачу поддерживать 5-й кавалерийский полк. Корректировочный пост во главе с командиром дивизиона главного калибра старшим лейтенантом П. С. Рабиновичем был направлен на позиции полка. В 9 ч утра «Червона Украина» вышла на огневую позицию, расположенную на внешнем рейде. Сразу же крейсер атаковали три «юнкерса», но плотный заградительный огонь сорвал атаку фашистских самолетов, а Н. Е. Басистый, удачно маневрируя скоростью, избежал прямых попаданий бомб. Придя в точку стрельбы, корабль лег в дрейф и начал пристрелку на «стопе», затем в течение 15 мин восьмиорудийными залпами обстреливал позиции румынских войск в районе деревни Ильинка, между Куяльницким и Хаджибейским лиманами. Стрельба велась на дальности 125 кабельтовых, снаряды ложились точно. Во второй половине дня «Червона Украина» обстреливала район пос. Свердлово, расположенный восточнее Ильичевки. К вечеру «Червона Украина» возвратилась в порт и стала на прежнее место у холодильника.

На следующий день с утра «Червона Украина» получила задание обстрелять пехоту противника в районе между Старой и Новой Дофиновками. На двух боевых галсах, имея малый ход, крейсер выпустил по цели 80 фугасных снарядов. Управлял стрельбой, как всегда, командир артиллерийской боевой части капитан-лейтенант В. А. Федюшко. Получив сигнал с корпоста о поражении цели, «Червона Украина» стала на якорь на внешнем рейде.

После обеда крейсер вновь стрелял по району Старой Дофиновки, расположенному в глубине войск противника. Одновременно с «Червоной Украиной» стрельбу закончил и лидер «Ташкент». До захода солнца «Червона Украина» провела еще две стрельбы по району поселков Чеботаревка – Ильинка в Восточном секторе обороны, а также по колоннам румынских войск, двигавшихся по Приморскому шоссе в сторону фронта. Они были хорошо видны с фор-марсовой площадки крейсера. Командир бригады крейсеров С. Г. Горшков приказал обстрелять вражеские войска шрапнельными снарядами. Один за другим следовали восьмиорудийные залпы. Пехота врага оказалась прижатой к земле и понесла большие потери, еще не вступив в бой.

Утро 31 августа началось для «Червоной Украины» с обстрела резервов противника в пос. Свердлове. Румынская тяжелая батарея у Новой Дофиновки начала обстрел крейсера, мешая ему лежать на боевом курсе. Спустя два часа, когда «Червона Украина» получила новое задание на стрельбу, начался налет самолетов противника. Пять пикирующих бомбардировщиков Ю-88 атаковали крейсер с разных сторон. Налет, продолжавшийся 3-4 мин, окончился безрезультатно, В этот день «Червона Украина» провела еще четыре стрельбы, поддерживая погранполк, закрепившийся у высоты 47,4. И каждый раз, как только крейсер ложился на боевой курс, вражеская батарея из Новой Дофиновки открывала огонь по кораблю. Командир бригады С. Г. Горшков, державший свой флаг на «Червоной Украине», приказал подавить батарею артогнем корабля. Артиллерийская дуэль с батареей была назначена на 1 сентября.

К вечеру 1 сентября противник выдохся, атаки стали стихать. В Восточном секторе тоже наступило затишье. Воспользовавшись этим, «Червона Украина» вышла из порта и взяла курс в направлении Большого фонтана. На траверзе маяка крейсер сделал поворот на 180° и лег на обратный курс, прижимаясь к берегу. Вражеская батарея в Новой Дофиновке теперь оказалась на носовых курсовых углах правого борта. «Червона Украина» полным ходом игла на сближение с ненавистной батареей. Дистанция быстро уменьшалась, дальномерщики периодически докладывали в боевую рубку: «До батареи 110 кабельтовых! До батареи 100 кабельтовых!..». На дистанции 90 кабельтовых крейсер отвернул на 5° влево и лег на боевой курс. Курсовой угол на батарею стал увеличиваться быстрее, что позволяло одновременно вести огонь двумя батареями правого борта.

Наконец подана команда: «Боевой до места!» Красный флаг взвился на мачте, последовала пристрелочная очередь, затем ввод корректуры, и пять орудий носовой батареи правого борта, которой командовал лейтенант С. Спахов, начали стрельбу на поражение. После четвертого залпа крейсера четырехорудийная батарея в Новой Дофиновке осветилась вспышками ответных выстрелов. По мере увеличения курсового угла на цель в стрельбу включались орудия кормовой батареи правого борта, которой командовал лейтенант Г. Денисенко. И вот «Червона Украина» уже громит вражескую батарею восьмиорудийными залпами из 130-мм орудий, На седьмой минуте артиллерийского поединка в районе батареи взметнулось к небу огромное облако огня и дыма, через несколько секунд сигнальщики доложили о втором таком же облаке. Это взорвались склады с боеприпасами. Крейсер сделал для уверенности еще два восьмиорудийных залпа и повернул на курс, ведущий в порт. С вражеской батареей было покончено [396] К вечеру 1 сентября напряжение во всех секторах обороны несколько спало, и командование Одесского оборонительного района (OOP) решило отпустить «Червону Украину» в Севастополь для пополнения запасов. Ночью 2 сентября, приняв на борт тысячу раненых и золотые слитки Одесского отделения Госбанка, крейсер взял курс на Севастополь.

10 сентября на смену «Червоной Украине» в Одессу прибыл крейсер «Красный Кавказ». Командующий флотом Ф. С. Октябрьский запретил вводить его в гавань. К прибытию «Красного Кавказа» командование OOP не успело назначить для его 180-мм артиллерии подходящих целей. Корабль полдня маневрировал в море, рискуя подвергнуться атаке пикировщиков. Для прикрытия крейсера с воздуха пришлось отвлечь с фронта часть истребителей, Командир крейсера капитан 2 ранга А. М. Гущин вынужден был направить в штаб OOP радиограмму: «Почему держите на внешнем рейде и не даете целей?» После этого с крейсера на берег был направлен корпост во главе с командиром дивизиона главного калибра старшим лейтенантом М. И. Мартыновым. С корабля сошел также флагманский артиллерист флота капитан 1 ранга А. А. Рулль. Он прибыл в Одессу, чтобы организовать стрельбу кораблей по берегу.

Во второй половине дня «Красному Кавказу» наконец назначили цели в Восточном секторе обороны. После окончания стрельбы крейсер переключили на Южный сектор, где противник продолжал вклиниваться в нашу оборону. Управлял огнем командир артиллерийской боевой части капитан-лейтенант В. А. Коровкин. Артиллерия крейсера оказала значительную помощь дивизии генерала И. Е. Петрова. Но «Красный Кавказ», который благодаря коренной модернизации, был гораздо более современным кораблем, чем «Червона Украина» и «Красный Крым», приходилось оберегать так же, как новые крейсера «Молотов» и «Ворошилов», вступившие в строй перед самой войной. При нахождении в осажденной Одессе, несмотря на ограниченные возможности OOP, «Красный Кавказ» требовалось непрерывно обеспечивать авиационным прикрытием и катерами-дымзавесчиками. «На второй день крейсер ушел,- вспоминает начальник штаба Одесской ВМБ К. И. Деревянко,- и мы облегченно вздохнули» [397] Тем более что для 180-мм пушек крейсера не было достойных наземных целей, а со стрельбой по пехоте противника отлично справлялись со своей 130-мм артиллерией эскадренные миноносцы и крейсера «Красный Крым» и «Червона Украина».

В середине сентября Л. А. Владимирский и С. Г. Горшков были приглашены начальником штаба Черноморского флота И. Д. Елисеевым, который объявил, что их предложения о высадке десанта под Одессой приняты. «Десант явится составной частью контрудара,- сказал И. Д. Елисеев,- который нанесут по врагу войска OOP» [398] . На следующий день штаб OOP получил директиву Ф. С. Октябрьского, где излагался замысел предстоящей операции. Предполагалось усилить OOP 157-й стрелковой дивизией, высадить десант силами до одного полка во фланг группировки противника в районе села Григорьевка, расположенного на побережье в 16 км от линии фронта, а затем совместным встречный ударом восстановить положение, существовавшее в Восточном секторе на 10 августа 1941 г. При этом в соответствии с указанием начальника Генштаба Б. М. Шапошникова 157-ю стрелковую дивизию разрешалось использовать только «на направлении главного удара, не распыляя ее усилий на решение второстепенных задач» [399].

19-20 сентября из Новороссийска в Одессу прибыл конвой с частями 157-й дивизии, находившейся в резерве Ставки ВГК. В составе конвоя находились три транспорта с войсками под охраной крейсера «Червона Украина» и трех эскадренных миноносцев.

Для высадки десанта в Григорьевку готовили 3-й Черноморский полк морской пехоты – около двух тысяч человек. Полк был сформирован всего лишь месяц назад в Севастополе из краснофлотцев с кораблей Черноморского флота. Они тренировались в Казачьей бухте, овладевая искусством высадки на побережье, ведения боя на суше, рытья окопов и маскировки. В полк отбирались моряки, умевшие хорошо плавать. Для переброски полка к месту высадки командующий флотом принял решение сформировать десантный отряд из крейсеров «Красный Кавказ», «Красный Крым» и трех эскадренных миноносцев. Вначале предполагалось участие в десантной операции и «Червоной Украины», но затем было решено оставить ее в Севастополе в связи с проведением работ по установке на корабле размагничивающего устройства. На крейсерах «Красный Крым» и «Красный Кавказ» такие устройства уже были смонтированы [400].

Общее руководство операцией возлагалось на командующего эскадрой контр-адмирала Л. А. Владимирского. Командиром высадки был назначен командир бригады крейсеров капитан 1 ранга С. Г. Горшков, а военкомом – бригадный комиссар В. И. Семин. Глубоко сидящие в воде корабли отряда высадки не могли подойти близко к берегу в районе Григорьевки из-за большой песчаной отмели с перекатами, поэтому для перевозки десанта с кораблей на берег был сформирован специальный отряд высадочных плавсредств со сравнительно малой осадкой из состава Одесской ВМБ. Оба отряда должны были встретиться в назначенном месте на траверзе Григорьевки. В качестве резерва для перевозки десанта предполагалось использовать плавсредства кораблей отряда высадки.

Вечером 20 сентября 3-й Черноморский морской полк сосредоточился в районе Казачьей бухты для посадки на корабли, В 7 ч 21 сентября туда вошли и стали на якорь крейсера «Красный Кавказ», «Красный Крым» и эскадренные миноносцы. Началась посадка десантников на корабли. С берега морские пехотинцы доставлялись на баркасах, что одновременно являлось практической отработкой посадки и высадки с использованием корабельных плавсредств, В течение 40 мин «Красный Кавказ» принял на борт батальон в составе около семисот человек, «Красный Крым» за 1 ч 7 мин погрузил более тысячи человек с оружием и боеприпасами. Остальных десантников приняли на борт эскадренные миноносцы «Бойкий», «Безупречный» и «Беспокойный».

В 13 ч 40 мин 21 сентября корабли отряда высадки под флагом капитана 1 ранга С. Г. Горшкова, который держал его на «Красном Кавказе», вышли из Севастополя и взяли курс на Одессу. Военком отряда бригадный комиссар В, И. Семин находился на крейсере «Красный Крым». Корабли вытянулись в кильватерную колонну – впереди следовал эсминец «Бойкий», за ним крейсера «Красный Кавказ» и «Красный Крым», строй замыкали эскадренные миноносцы «Безупречный» и «Беспокойный». Только теперь, когда связь с берегом была полностью прервана, личному составу морского полка и экипажам кораблей объявили о предстоящей десантной операции.

В тот же день в 6 ч утра из Севастополя в Одессу вышел эскадренный миноносец «Фрунзе». Обязанности командира корабля исполнял В. Н. Ерошенко. Лидер «Ташкент», которым он командовал, ремонтировался после повреждения, а командир «Фрунзе» П. А. Бобровников был серьезно ранен под Одессой. На борту эсминца находились контр-адмирал Л. А. Владимирский и заместитель начальника штаба OOP капитан 1 ранга С. Н. Иванов с объемистым портфелем, где были сложены карты, схемы, плановая таблица боя и другие оперативные документы, разработанные в штабе флота и OOP для проведения десантной операции.

В 1 ч 14 мин отряд десантных кораблей, скрытно преодолев путь от Севастополя до Одессы, подошел к точке рандеву с отрядом высадочных средств, но не обнаружил его на месте. Корабли отряда легли в дрейф и, подрабатывая машинами, чтобы удержаться в назначенной точке, стали ожидать отряд из Одессы. В это время из Севастополя поступила радиограмма, что эсминец «Фрунзе», атакованный авиацией противника, затонул у Тендровской косы, С. Н. Иванов погиб вместе со всей оперативной документацией, судьба Л. А. Владимирского неизвестна [401]. В связи с этим командующий флотом С. Ф. Октябрьский приказал возглавить операцию С. Г. Горшкову. Считая, что длительное пребывание в дрейфе у побережья, занятого врагом, может в конце концов привести к обнаружению кораблей отряда противником, С. Г. Горшков принял единственно верное в этой ситуации решение – не дожидаясь отряда высадочных средств, идти к месту высадки и начать десантирование первого броска с помощью корабельных плавсредств. «Тем более, что такой вариант был учтен,- вспоминает С Г. Горшков,- и на палубы кораблей были взяты дополнительные моторные баркасы и шлюпки с других кораблей эскадры».

На баркасы и шлюпки были назначены опытные командиры и краснофлотцы. Пока корабли шли к месту высадки – на траверз деревни Григорьевка, командиры десантных подразделений были оповещены об изменениях в порядке посадки на плавсредства. Из-за недостаточного количества плавсредств приходилось осуществлять высадку в две-три очереди. Строгое соблюдение светомаскировки и тишины позволили скрытно подойти к месту высадки. В 01 ч 14 мин десантный отряд стал на якорь в 15 кабельтовых от берега, примерно на траверзе деревни Григорьевка. По сигналу с флагмана в 01 ч 21 мин корабли начали артиллерийскую подготовку. В 01 ч 30 мин на кораблях прозвучала команда: «Плавсредства на воду, начать посадку!» И вот уже через 5 мин баркасы и шлюпки с первым броском десанта отвалили от борта. Запасной вариант высадки стал основным, что сыграло важную роль в проведении операции, так как задержка с высадкой могла коренным образом изменить обстановку в пользу немецко-румынских войск, засевших в Григорьевке. Десантники первого броска, ступив на берег, сразу же зажгли сигнальные огни для ориентировки плавсредств, следовавших за ними. Это позволило десанту быстро сосредоточиться в одном месте. К 2 ч десантники первого броска были полностью высажены на берег, и артиллерия кораблей перенесла свой огонь в глубину плацдарма высадки. В стрельбе участвовало одновременно около тридцати корабельных орудий. Яркие вспышки залпов на мгновение высвечивали цепочки шлюпок с десантниками, которые буксировали за собой моторные баркасы. Гром канонады и множество разрывов 180- и 130-мм снарядов на берегу вселяли в души десантников уверенность в успехе. Не было сомнений, что противник застигнут врасплох и не успеет привести в действие систему противодесантной обороны. Именно это и составляло сущность замысла – неожиданное появление в боевых порядках врага, дерзкий и стремительный удар с целью ошеломить румынских солдат и дезорганизовать управление, захват дальнобойных батарей и соединение с войсками OOP.

В вспышках разрывов и в свете пламени горевших на берегу строений было видно, что там завязался рукопашный бой. Капитан К. М. Корень, высадившийся с первым броском, связался по радио с кораблями и сразу же стал просить командира высадки ускорить переброску десанта. Но количество корабельных плавсредств было ограничено. Хотя они непрерывно сновали между кораблями и берегом, чтобы ускорить высадку, не оставалось ничего другого, как ожидать прибытия из Одессы отряда высадочных средств. В этой обстановке положение могла спасти только артиллерия кораблей. Создав огневую завесу на флангах плацдарма высадки, корабельные артиллеристы одновременно вели огонь в глубину фронта высадки, не подпуская врага к береговой черте.

Условия высадки осложнялись тем, что на пути следования переполненных людьми баркасов и шлюпок имелось много песчаных перекатов – загребов. Плавсредства с ходу садились на мель, и десантникам приходилось спрыгивать за борт и проталкивать тяжелые баркасы вперед, чтобы снова выйти на чистую воду. Некоторые баркасы уже сделали по три-четыре рейса от кораблей к берегу, но до прибытия отряда высадочных средств удалось доставить на берег всего лишь несколько сот десантников. Оправившись от испуга и растерянности, румынские солдаты стали занимать оборону, оживились огневые точки, в бой включилась артиллерия врага. Десантники начали отступать вдоль берега в сторону линии фронта. Наступал критический момент боя за высадку. В это время сигнальщики «Красного Кавказа» в вспышке очередного залпа вдруг обнаружили группу кораблей, приближавшуюся к якорной стоянке отряда со стороны Одессы. Это был долгожданный отряд высадочных средств, В 2 ч 40 мин канонерская лодка «Красная Грузия» подошла к борту крейсера «Красный Крым», чтобы принять оставшихся 450 десантников. Вслед за ней подошли другие корабли – десять малых охотников, двенадцать небольших катеров КМ, десять моторных баркасов и буксир. Они сразу приняли на борт всех остальных десантников и направились к берегу.

Когда последний катер МО отвалил от трапа крейсера, к борту «Красного Кавказа» ошвартовался торпедный катер, на борту которого находился легко раненный Л. А. Владимирский [402] Он перешел на крейсер, на фок-мачте корабля взвился должностной флаг командующего эскадрой. В это время из Севастополя была получена радиограмма, подписанная командующим флотом Ф. С. Октябрьским; «Крейсерам возвратиться в базу». Для артподдержки десанта оставались эскадренные миноносцы «Бойкий», «Безупречный» и «Беспощадный», последний подошел немного позднее, так как конвоировал транспорт, следовавший в Одессу. В 4 ч 04 мин «Красный Крым» и «Красный Кавказ», снявшись с якоря, взяли курс на Севастополь. На переходе из Одессы в базу Л. А. Владимирский в кают-компании крейсера рассказал о гибели эсминца «Фрунзе».

Высадившись, 3-й морской полк, преодолевая упорное сопротивление противника, начал продвигаться на запад вдоль побережья, стремясь соединиться с 421-й стрелковой дивизией, оборонявшей Одессу.

Когда 3-й морской полк овладел Новой Дофиновкой, противник, испугавшись окружения, начал спешно отводить войска на север. К 18 ч 22 сентября части OOP вышли на намеченный рубеж, отбросив противника на 9 км, и начали закрепляться на высотах севернее линии Новая Дофиновка – Александрова – Гильдендорф – Ильинка. К вечеру 22 сентября 3-й морской полк вышел на рубеж Чабанка Старая Дофиновка – Новая Дофиновка, а утром следующего дня десантники соединились с 1-м морским полком и влились в 421-ю дивизию. Однако окружить и полностью уничтожить немецко-румынские дивизии в Восточном секторе не удалось. Но была решена основная задача – противник лишился возможности прицельно обстреливать город и порт. Хотя положение войск OOP в результате комбинированного удара 22 сентября значительно улучшилось, общая обстановка на фронтах Юго-Западного оперативного направления еще более осложнилась. В связи с реальной угрозой прорыва противника в Крым Ставка ВГК по предложению Военного совета Черноморского флота 30 сентября приняла решение оставить Одессу и усилить оборону Крымского полуострова за счет переброски туда войск OOP [403].

Кроме военных транспортов для эвакуации войск OOP выделялись крейсера «Красный Кавказ» и «Червона Украина», эскадренные миноносцы «Бодрый», «Смышленый», «Незаможник» и «Шаумян», быстроходные тральщики «Искатель» и «Якорь», сторожевые катера. Одновременно на эти корабли возлагались задачи артиллерийской поддержки, конвоирования транспортов и перевозка последних частей арьергарда Приморской армии. В ночь с 13 на 14 октября крейсер «Червона Украина» под флагом командующего эскадрой Л. А. Владимирского вышел из Севастополя в Одессу. В кильватере шел крейсер «Красный Кавказ» в охранении находились эскадренные миноносцы «Бодрый» и «Смышленый». В море штормило, качка достигала 20°. Ранним утром 14 октября, когда прибывшие корабли, рассредоточившись, стали на якорь в Одесском заливе, в гавани уже была часть военных транспортов, предназначенных для [404] эвакуации .

К погрузке тылов и боевой техники дивизий приступили в ночь с 14 на 15 октября. В полдень 15 октября флагманский командный пункт OOP с берега был перенесен на крейсер «Червона Украина». На борт корабля прибыли командующий OOP Г. В. Жуков, члены Военного совета И. И. Азаров, Ф. К Воронин и штаб OOP. С борта корабля они продолжали руководить эвакуацией войск. Обстановка в порту и на передовой была тревожной – противник в любой момент мог обнаружить отвод войск и одним ударом сбросить их в море.

В 19 ч 15 октября начался отход главных сил Приморской армии с оборонительных рубежей Восточного, Западного и Южного секторов, а уже в 5 ч 10 мин 16 октября последний транспорт с войсками вышел из порта. В 2 ч в порт начали прибывать первые арьергардные батальоны и отряды заграждения. Их принимали на борт крейсера «Красный Кавказ» и «Червона Украина». Но ввести крейсера в гавань, как предлагал Г. В. Жуков, Л. А. Владимирский отказался, так как при налете авиации корабли лишались возможности маневрировать. Кроме того, противник мог сбросить мины и закупорить крейсера в порту.

Перевозка войск арьергарда с причалов порта на крейсера была возложена на 5-й дивизион тральщиков, которым командовал капитан-лейтенант Л. Г. Леут. На «Червону Украину» грузились 2-я кавалерийская и 25-я стрелковая Чапаевская дивизии с оружием и боеприпасами.

В 3 ч 15 мин генерал И. Е. Петров и командование Приморской армии покинули КП Одесской ВМБ, где они временно помещались, и спустились на Платоновский мол к причалу № 14. Там их ожидали два малых охотника под командованием старших лейтенантов С. Гладышева и Г. Акимова, В 3 ч 45 мин катера снялись со швартовов и взяли курс на Севастополь.

На рассвете к борту «Червоной Украины» под брейд-вымпелом командира дивизиона подошел тральщик «Искатель». Находившийся на нем капитан-лейтенант Л. Г. Леут доложил Г. В. Жукову, что войск в порту нет, все транспорты покинули гавань. Было 5 ч 57 мин, когда контр-адмирал Л, А, Владимирский приказал крейсерам и кораблям охранения – эсминцам «Бодрый:» и «Смышленый» – сниматься с якоря.

Противник еще в течение шести часов продолжал из орудий и минометов обстреливать передовой рубеж обороны, не подозревая, что окопы и траншеи пусты. Самолеты противника бомбили город и порт. Только во второй половине дня враг обнаружил, что Одесса оставлена нашими войсками.

Быстро догнав транспорты с войсками, «Червона Украина» и «Красный Кавказ» вместе с эскадренными миноносцами заняли места в ордере конвоя. В соответствии с планом эвакуации крейсера с наступлением светлого времени суток должны были полным ходом следовать в Севастополь. Но Л. А. Владимирский на свой страх и риск оставил крейсера в охранении конвоя, сообщив об этом по радио в штаб фронта [405] Единственными защитниками конвоя до вхождения его в зону действия нашей авиации могли быть только крейсера и эскадренные миноносцы. Это хорошо понимал Л. А. Владимирский. Он приказал крейсерам «Красный Кавказ» и «Красный Крым» занять места в охранении мористее колонны транспортов.

Конвой был обнаружен воздушной разведкой противника около 9 ч, когда его голова приблизилась к Тендре. В 10 ч начались налеты авиации. Первым атакам фашистских самолетов подверглись транспорты, шедшие во главе колонны,- «Ж. Жорес», «Украина», «Курск», а затем концевые – «Калинин» и «Большевик». Пикирующих бомбардировщиков «Ю-88» прикрывали истребители «Ме-109». Но конвой уже вошел в зону действия нашей истребительной авиации, базировавшейся на Тендре и аэродромах Крыма. В воздушных боях 16 октября участвовало свыше 50 наших истребителей. Потеряв в результате огня зенитной артиллерии крейсеров «Красный Крым» и «Красный Кавказ», эскадренных миноносцев и атак истребителей 17 самолетов, враг не сумел достичь ни одного попадания в транспорты. Только к концу дня, когда наши истребители возвращались на аэродромы, фашистские торпедоносцы, сбросив торпеды, потопили шедший в балласте транспорт «Большевик», который отстал от ядра конвоя.

С 1 по 16 октября из Одессы было вывезено 86 тыс, военнослужащих с вооружением и боевой техникой, [406] а также эвакуировано 38 тыс. гражданского населения .

В течение 17-23 октября части Приморской армии перебрасывались на Ишуньские позиции, которые обороняла 51-я армия. Передвижение войск шло медленно из-за нехватки автотранспорта. Но как ни торопилась Приморская армия, ее основные соединения начали прибывать к Ишуньским позициям, когда восстановить положение и стабилизировать обстановку было уже невозможно [407].

Оглавление книги


Генерация: 0.480. Запросов К БД/Cache: 3 / 1