Глав: 7 | Статей: 124
Оглавление
В 1991 году распался Советский Союз, громадная страна, занимавшая 1/6 суши. Произошла переоценка ценностей бывших «подчиненных», ставших независимыми субъектами международных отношений. Вспомнились старые обиды, появились претензии к соседям. Это вылилось в 6 крупных войн, 20 военных столкновений и сотню конфликтов на межэтнической и межконфессиональной почве. В книге представлен ясно изложенный и очищенный от идеологических наслоений обзор сведений, необходимых для понимания сути постсоветских конфликтов.

Штурм Грозного и ситуация вокруг него

Штурм Грозного и ситуация вокруг него

Штурм Грозного начался в последний день 1994 года — 31 декабря. Есть версия, что взятие города планировалось генералами как подарок на день рождения министру обороны П. Грачеву, который он отмечает 1 января.

Создается впечатление, что российское военное руководство не вынесло никаких уроков из поражения 26 ноября. Сценарий штурма был повторен один к одному, только в укрупненных масштабах — теперь в Грозный ввели около 250 единиц бронетехники. Видимо, генералы полагали, что один вид танковых колонн должен отбить у противника волю к сопротивлению. Но чеченцы уже были готовы к такому сценарию. Отсутствие координации действий между российскими подразделениями и родами войск, нормальной связи, карт города, а главное — отсутствие боевого опыта у солдат (в Чечню отправляли даже солдат первого года службы) сделали свое дело. Бронетехника, опять оставшаяся без прикрытия, попала под кинжальный огонь чеченских гранатометчиков. Западная группировка российских войск была остановлена, восточная — отступила и до 2 января не предпринимала никаких действий.

Наиболее трагично развивались события на северном направлении: 131-я (Майкопская) бригада и 81-й мотострелковый (Самарский) полк, входившие в группировку генерала Пуликовского, беспрепятственно дошли до железнодорожного вокзала и президентского дворца, где были окружены и разгромлены. Потери были ужасающие — только Майкопская бригада потеряла 85 человек убитыми и 72 пропавшими без вести, из 26 танков уцелело 6, из 120 БМП — 18. В плен попали более 100 российских военнослужащих. [102]

Общие же потери федеральной группировки в ходе новогоднего штурма составили более 1,5 тысячи погибших и пропавших без вести.

Не лучшим образом сложилась ситуация и в войсках под командованием Рохлина. Его северо-восточная группировка была окружена чеченскими подразделениями, блокирована и, из-за отсутствия нормальной связи, оказалась под перекрестным огнем своей и чужой артиллерии. Тем не менее генерал приказ отступить не отдал.

Кремлевским пропагандистам была необходима хотя бы видимость успеха, и с этого момента Рохлину начинают создавать имидж «талантливого полководца» и даже назначают его командующим группировки «Север», образованной путем слияния группировок «Северо-Восток» и «Север» (до новогоднего поражения последней командовал генерал Пуликовский). Командующим группировкой «Запад» был назначен комдив 76-й воздушно-десантной дивизии генерал Бабичев. Обе группировки с двух направлений двинулись к президентскому дворцу.

Чуда не произошло. Смена тактики — переход от массового использования бронетехники к применению маневренных десантно-штурмовых групп при поддержке авиации и артиллерии, привела всего лишь к затяжным уличным боям по «сталинградской» схеме. Только теперь роль наступающей стороны играла не немецкая, а российская армия. Конечно, перейти в массированное контрнаступление чеченцы не могли, но удерживать город были вполне в состоянии. Причем Грозный был по-прежнему открыт с южного направления, так что проблем с подкреплением у них не возникало.

Только к концу третьей недели боев за Грозный (19 января 1995 г.) российские группировки встретились в центре города и заняли президентский дворец. Успех был весьма условный — сил на то, чтобы блокировать и уничтожить чеченские отряды в этом районе уже не хватило, — противник отступил за реку Сунжа и занял вторую линию обороны на площади «Минутка». В то же время федеральные силы, по состоянию на 26 января, контролировали только четверть города, в лучшем случае — треть.

К началу февраля ОГВ были увеличены до 70,5 тысячи человек (в начале войны — около 24 тысяч), но новый командующий не торопился кидать подкрепления в «грозненскую мясорубку». Генерал Куликов изменил тактику, решив для начала все-таки полностью блокировать город.

Удивительно одно: через месяц ожесточенных боев за Грозный чеченские отряды сумели сохранить возможности для локальных контрударов, российские же подразделения, обладая явным количественным преимуществом в живой силе и технике, вынуждены местами переходить к обороне и даже отступать.

Тактика дудаевских формирований в ходе боев в Грозном характеризовалась следующими формами:

• действия мелких групп профессионально подготовленных снайперов, гранатометчиков, хорошо знающих местность, действующих из засад методом «удар — отход», перемещаясь на автомобилях или в пешем порядке;

• заблаговременное минирование дорог, перевалов и объектов инфраструктуры;

• размещение тяжелого вооружения в жилых кварталах, рядом с детскими домами и больницами, непосредственно в домах и на территории нефтеперегонных заводов;

• действия специально созданных ударно-штурмовых отрядов для блокирования российских подразделений;

• использование огневых средств на автомобилях (минометы, РСЗО, артиллерия), привязанных к координатам и пристрелянных на определенных сменных позициях;

• периодическая смена воюющих групп и вывод их на отдых под видом мирных жителей в населенные пункты или базы на юго-востоке Чечни;

• циничное использование мирного населения, в том числе стариков, женщин и детей, для прикрытия ведущих боевые действия групп боевиков.

3 февраля Куликов начал осуществление своего плана по полной блокаде чеченской столицы. Новообразованная группировка «Юг» блокировала город с юга и с юго-востока. Этот шаг имел определенный успех — 5 февраля контратаки противника в районе «Минутки» прекратились, чеченцы начали отступление. Уже через четыре дня российские подразделения вышли на рубеж федеральной трассы Ростов — Баку южнее Грозного, где, впрочем, были остановлены дудаевскими отрядами. Но город еще не полностью контролировался федеральными силами, так, в южных районах чеченской столицы продолжали оставаться отряды противника. В этих условиях российское военное командование впервые в ходе войны согласилось на недельное перемирие с 13 февраля 1995 года.

Причиной этого послужило, в том числе, и истощение российских подразделений, воевавших практически непрерывно уже 2 месяца. При этом потери были очень большие — например, из района боев был выведен даже понесший минимальные относительные потери 8-й корпус генерала Рохлина.

К этому же периоду относят миф об уничтожении Рохлиным «абхазского» батальона Ш. Басаева. Сам Басаев об этом, видимо, не знал и продолжал удерживать южный район Грозного — Черноречье — до 6 марта 1995 года.

В 20-х числах февраля боевые действия в Грозном возобновились, но были уже не такими напряженными: потеряв возможность подпитки извне, чеченские отряды начали оставлять город. Российская армия не могла им воспрепятствовать, тем более, зима заканчивалась, а с появлением «зеленки» резко возрастала активность бандформирований. 6 марта 1995 года чеченскую столицу покинул Басаев со своими людьми. Боевые действия постепенно перетекали в равнинную часть Западной и Восточной Чечни.

После взятия Грозного в марте 1995 года задачей федеральной группировки войск стало установление контроля над остальной территорией республики. На этом этапе войны (март — середина июня 1995 г.) российская армия столкнулась с серьезным сопротивлением лишь в западных предгорьях и непосредственно горных районах Чечни (прежде всего, на юге). Тем не менее на выполнение данной задачи у федеральных силовых структур ушло 3 месяца. В то же время чеченская сторона окончательно подготовилась к ведению партизанской войны, что и продемонстрировала уже в июне 1995 года.

После полномасштабных зимних боев российская сторона использовала метод «кнута и пряника». Велась активная работа с населением, его призывали убедить боевиков покинуть населенные пункты. Попутно вокруг чеченских городов занимались господствующие высоты, что делало любое сопротивление бесперспективным. Таким образом, например, всего за неделю без боя были взяты крупнейшие населенные пункты Восточной Чечни — Аргун, Гудермес и Шали. В то же время чеченские отряды, базировавшиеся в данном районе, беспрепятственно покинули его, окружить и разгромить их не удалось.

Несколько иная ситуация сложилась в западной Чечне. Там, пытаясь избежать обстрелов и бомбежек населенных пунктов, местные жители в некоторых селах убедили отряды уйти, но в ряде мест продолжались локальные бои, и тогда федеральными силовыми структурами был преподнесен показательный урок.

По официальной версии, сводный отряд МВД (Софринская бригада ВВ при поддержке отрядов ОМОНа и СОБРа — всего 350 бойцов) вошел в село Самашки 7 апреля 1995 года и, разгромив чеченский гарнизон численностью 300 человек (утверждалось, что в селе находился «абхазский» батальон Ш. Басаева), провел «зачистку». Было заявлено, что дудаевцы потеряли 130 человек убитыми и 124 — пленными, в то время как потери российской стороны составили 13–16 человек погибшими и 50–52 — ранеными, причем Самашки были взяты под контроль всего за 2 дня.

По данным же правозащитного центра «Мемориал», [103]реально в этом населенном пункте оказал сопротивление федералам отряд из местных ополченцев от 20 до 40 бойцов, действовавший разрозненными группами по 10–20 человек. Из них погибли от 4 до 14 человек, еще 12 бойцов ушли из села в самом начале боя.

Чеченские потери действительно составили больше 100 человек, но, как минимум, 90 из них являлись мирными жителями и были в большинстве случаев хладнокровно убиты в ходе последовавшей «зачистки». Такая неадекватность применения силы должна была, видимо, продемонстрировать соседним селам последствия любого сопротивления. Определенный эффект такая тактика принесла уже 10 апреля: федеральные силы с минимальными потерями заняли Ачхой-Мартан, но в то же время акция в Самашках добавила сторонников Дудаеву и в целом усилила антироссийские настроения в республике.

Как уже отмечалось, с ожесточенным сопротивлением федеральная группировка столкнулась в западных предгорьях. Здесь крепким «орешком» оказалось село Бамут. Бои за этот населенный пункт начались еще 10 марта. Через месяц (15–16 апреля) начался штурм, в ходе которого российским частям удалось занять его часть. Но уже 17 апреля они были вынуждены оставить Бамут, так как теперь уже чеченцы заняли господствующие высоты вокруг села, что было чревато серьезными потерями. Чеченская сторона очень грамотно использовала находящиеся в этом районе ракетные шахты, сохранившиеся с советских времен, в качестве укрытий. Федеральная авиация не могла причинить этим сооружениям серьезного вреда, так как шахты были рассчитаны на ведение ядерной войны и, как следствие, практически неуязвимы. Кроме того, Бамут занимал выгодное географическое положение: южнее находились горы, западнее — дружественная Ингушетия, было куда отступить и откуда получить помощь. Бои за Бамут продолжались до июня 1995 года, в результате «Буденновского» перемирия были приостановлены и возобновились уже в феврале 1996-го.

К концу апреля 1995 года российская армия заняла почти всю равнинную территорию Чечни. Оставались только горные районы, и никто не рассчитывал, что они будут сданы без боя.

Чтобы не «смазывать» эффект от празднования 50-летия Победы, российским руководством было объявлено о приостановке боевых действий в одностороннем порядке с 28 апреля по 11 мая 1995 года. Впрочем, российские генералы А. Куликов и Г. Трошев в своих мемуарах [104]признают, что временная приостановка наступления была жизненно необходима федеральной группировке для подготовки к «горной войне». Хотя мораторий регулярно нарушался с обеих сторон, однако эту передышку обе стороны использовали с максимальным эффектом.

12 мая 1995 года российская армия возобновила наступление по всем направлениям. Первые удары пришлись по селам Чири-Юрт и Сержень-Юрт, прикрывавшим вход в Аргунское и Веденское ущелья соответственно. Только на то, чтобы овладеть чеченскими позициями на Чири-юртовском цементном заводе, генералу Шаманову понадобилась неделя бомбардировок и обстрелов. Но и войдя в Аргунское ущелье, к концу мая российские подразделения увязли в обороне противника — в горах превосходство в тяжелом вооружении уже не давало такого эффекта, как на равнине. Тем более, федеральные войска теперь были ограничены в выборе маршрутов дальнейшего продвижения.

В этих условиях было принято решение перенацелить направление удара, сместить его с Шатоя несколько восточнее — на Ведено. Это оказалось неожиданно для чеченцев, силы которых были скованы в Аргунском ущелье, и, обладая количественным преимуществом в живой силе и технике, российское командование смогло не допустить их переброски в район древней столицы Ичкерии.

В итоге 3 июня Ведено было занято силами федеральной группировки. Тогда же были заняты господствующие высоты вокруг Ножай-Юрта (райцентр в восточной части горной Чечни). Чеченские силы в горах оказались рассечены. Тем не менее, чтобы овладеть райцентрами, остававшимися под контролем Дудаева, российской армии понадобилось еще около полторы недели: Шатой и Ножай-Юрт были заняты ею только 12 июня. При этом с завидным постоянством повторялась та же картина, что и на равнине — сначала федеральное командование заявляло о полном блокировании населенного пункта, позже выяснялось, в том числе и по официальным сводкам, что чеченские отряды его покинули, выйдя из окружения и избежав разгрома.

Таким образом, для того чтобы занять территорию мятежной республики, российской армии понадобилось полгода: с 11 декабря 1994-го по 12 июня 1995 года.

За время «юбилейного» моратория чеченское командование смогло перебросить часть сил на равнину, в том числе и в район Грозного.

Уже 14 мая столица республики обстреливалась чеченцами более 18 раз, а комендатура Грозного была переведена на осадное положение. Даже по данным генерала А. Куликова, в июне 1995 года в равнинной части Чечни против федеральной группировки действовало более 45 % всех сил противника (2100 человек из 4500). Не важно, насколько точны данные цифры, в любом случае они опровергают общепринятый миф о «запертых в горах дудаевцах» и спасении их исключительно «продажными политиками», «укравшими у армии победу».

Реальный итог полгода войны стал очевиден уже 14–17 июня 1995 года. 14 июня отряд Шамиля Басаева численностью 195 боевиков атаковал небольшой городок Ставропольского края, ставший после этого известным всему миру, — Буденновск (150 км от границы с Чечней).

Почти одновременно, в ночь на 17 июня, чеченские отряды (численностью до 800 человек) с западного и юго-западного направлений атаковали Грозный. На окраинах города разгорелся бой, нападение удалось отбить, но отступивший противник рассеялся по окрестным селениям, избежав разгрома. Тогда на это не обратили внимания, и совершенно напрасно, атаки на Грозный в марте и августе 1996 года уже будут более эффективными.

В любом случае диверсионно-террористический рейд на Ставрополье и удар по чеченской столице опровергают миф о «победе над дудаевцами» в июне 1995 года.

Оглавление книги


Генерация: 0.161. Запросов К БД/Cache: 0 / 0