Глав: 5 | Статей: 18
Оглавление
Автор рассказывает о самом могучем виде Советских Вооруженных Сил — Ракетных войсках стратегического назначения. В книге показаны новые черты и возможности, обретенные всеми видами Вооруженных Сил после оснащения их ракетно-ядерным оружием. Подробно рассказывается об оперативно-тактическом ракетном оружии, зенитных ракетах, самолетах и кораблях-ракетоносцах. Приведены яркие примеры отличного владения новым оружием воинов-сухопутчиков, воинов ПВО, моряков, авиаторов, поражающих цели без промаха в любых самых сложных условиях. В книге говорится о любви и уважении советских людей к ракетчикам, о высокой чести служить в советских Ракетных войсках. В тех разделах книги, где говорится о развитии ракетной техники за рубежом, автор использовал данные, опубликованные в иностранных изданиях.

Ракетно-ядерное оружие и современная война

Ракетно-ядерное оружие и современная война

Характерная черта современного этапа развития наших Вооруженных Сил состоит в том, что их огневая мощь определяется ныне не столько численностью войск, сколько наличием новейших видов оружия и техники. А ведь огневая мощь всегда была одним из важнейших показателей, который вместе с морально-боевым духом характеризовал боеспособность войск.

Чем определяется огневая мощь войск. Огневая мощь зависит от уровня развития средств вооруженной борьбы. Именно совершенствование вооружения, создание новых образцов оружия оказывают революционизирующее воздействие на характер вооруженных сил, способы их действий на поле боя.

Создание новых видов оружия, как гласит история военного дела, нередко приводило к коренному изменению способов ведения боя. Можно сослаться, например, на революционизирующее воздействие изобретения пороха и создание огнестрельного оружия. Серьезные изменения вызывало в способах ведения боя появление в те или иные периоды истории нарезного оружия, автоматического оружия, в частности, пулеметов. Особенно интенсивно растет огневая мощь войск в XX в. Выдающиеся достижения науки, техники и производства позволили в массовом масштабе выпускать мощные средства вооруженной борьбы: танки, минометы, самолеты и, наконец, как высшее воплощение научно-технических возможностей — ракеты с ядерным зарядом.

Применение танков и самолетов сказалось на огневой мощи войск уже в период первой мировой войны. В ходе войны в связи с этим изменялось соотношение родов войск. Так, если в предвоенный период 3/4 вооруженных сил составляла пехота, то к концу первой мировой войны ее удельный вес снизился примерно на 2/3. В то же время огневая мощь пехоты возросла почти втрое, легкой артиллерии — более чем вдвое, а тяжелой — в 6 раз. Характерно, что при сокращении численного состава пехотного батальона на 1/3 его огневая мощь повысилась по сравнению с началом войны вдвое.

Еще более бурно росла огневая мощь войск в период, предшествовавший второй мировой войне, и в ходе самой войны.

Наша партия на основе марксистско-ленинского анализа вопросов войны и строительства армии постоянно заботилась о развитии наиболее перспективных видов оружия, оснащении ими советских войск.

Поступление на фронт огромного количества новейшего оружия, боевой техники, боеприпасов позволило непрерывно наращивать огневую мощь наших войск, что вместе с высоким моральным духом способствовало все более успешному ведению боевых действий. Показательно, что за счет внедрения автоматов в стрелковую роту ее огневая мощь, несмотря на сокращение численности, за три года (с 1941 по 1944 г.) возросла в 10 раз. Что касается артиллерии и авиации, то их огневая мощь непрерывно увеличивалась. Этому во многом способствовало все более широкое внедрение в артиллерию и авиацию мобильных и многозарядных реактивных установок, дававших огонь высокой плотности.

Появление реактивной артиллерии служило предтечей массового «вторжения» в военное дело принципиально нового оружия — ракетного, сделавшего огневую мощь наших Вооруженных Сил несоизмеримой ни с чем в прошлом.

Какие черты свойственны ракетно-ядерному оружию как огневому средству? В нем воплощены качества всесокрушающего ядерного заряда, высокая неуязвимость, практически неограниченный радиус действия и высокая точность в любых условиях ракеты-носителя, возможность широкого маневрирования траекториями полета и корректирования огня за счет радиоэлектронной системы управления. Эти очевидные свойства ракетно-ядерного оружия предопределили его почти одновременное распространение во всех сферах вооруженной борьбы — на суше, на море, в воздухе. В настоящее время ракеты имеются в Сухопутных войсках, в Войсках ПВО, в бомбардировочной и истребительной авиации, на надводных и подводных кораблях. Таким образом, в военном деле произошла революция.

Выше мы говорили о революционизирующем влиянии внедрения огнестрельного оружия. Его трудно, конечно, сравнить с революцией, произошедшей в военном деле в настоящее время. Внедрение огнестрельного оружия, как известно, заняло несколько столетий. Его влияние сказалось главным образом в области тактики, позднее — оперативного искусства и лишь через них повлияло на стратегию. Внедрение ракетно-ядерного оружия шло исключительно быстро и сразу же влияло не только на тактику, оперативное искусство, но и на стратегию.

Чтобы судить об огневых возможностях ядерных боеголовок ракет, сошлемся на данные, приведенные в зарубежной печати о термоядерных зарядах (об атомных зарядах данные мы приводили выше). Сообщается, что термоядерная головка в 10 мегатонн создает зону сплошного разрушения радиусом 12–15 км, то есть на площади в 400–700 кв. км; двадцатимегатонная боеголовка— соответственно 15–20 км и 700—1200 кв. км.

Однако этим воздействие ядерных взрывов не исчерпывается. Пожары и ожоги людям несет с собой световое излучение, распространяющееся на огромные расстояния. Так, повреждения сетчатки глаз человека, смотрящего в сторону высотного термоядерного взрыва, возможны на расстояниях до 1200 км. Радиоактивные осадки в смертельных дозах могут распространяться в зависимости от вида взрыва, направления и силы ветра на многие сотни и тысячи километров.

Чтобы отчетливее представить себе огневую мощь ракетно-ядерных средств по сравнению с прежними средствами борьбы, приведем такой пример. Известно, что за все боевые вылеты англо-американской авиации в период с 1940 по 1945 г. было сброшено на объекты фашистской Германии и оккупированных ею стран 2 млн. т бомб. Теперь же одна стратегическая ракета легко доставляет заряд, далеко превосходящий по силе взрыва 2 млн. т тротила. Стало возможным, как говорят, одним махом перекрыть результат ежедневного кропотливого труда авиации в течение долгих пяти лет войны. Не только исход отдельных боев, но и целых сражений могут предрешать ракетно-ядерные удары по боевым порядкам, резервам и тыловым объектам противника.

Заправилы империалистических блоков, усиленно бряцающие оружием, любят бахвалиться хорошей связью между городами стран, входящих в эти агрессивные блоки. Но при современных средствах поражения в виде ядерных межконтинентальных ракет, подводных лодок, вооруженных ракетами, какое значение имеет то, что вооруженные силы НАТО могут, например, обеспечить связь между этими городами за несколько секунд? Сейчас достаточно нажать кнопки, и в воздух взлетят не только аэродромы и средства связи различных штабов, но и целые города, могут быть стерты с лица земли целые страны. Такова огромная разрушительная сила современного оружия, созданного человеком.

Структура Вооруженных Сил изменилась. В современных условиях изменились роль и значение различных видов Вооруженных Сил. На успех операций и достижение главных целей войны решающее влияние оказывает применение наиболее мощного ракетно-ядерного оружия, а войска, оснащенные этим оружием, стали главным видом Вооруженных Сил. В их развитии заключается важнейшее условие дальнейшего повышения огневой мощи Советской Армии и Военно-Морского Флота.

Уничтожение и поражение ракетами огромного количества объектов на колоссальной площади и на любую глубину способно создать благоприятные возможности для действий всех видов Вооруженных Сил и в конечном счете предопределило бы достижение целей войны. Вот почему Ракетным войскам стратегического назначения отводится ведущая роль.

Однако каким бы могучим ни был этот вид Вооруженных Сил, одним им решить все задачи войны нельзя. Поэтому советское военное искусство исходит из того, что успешное ведение военных действий и в современной войне возможно лишь на основе согласованного применения всех средств вооруженной борьбы и объединения усилий всех видов Вооруженных Сил. Вот почему у нас развиваются и такие виды Вооруженных Сил, как Сухопутные войска, Войска ПВО страны, Военно-воздушные силы, Военно-Морской Флот. Они также перевооружены на ракетную технику и по организации и по способам действий, как отмечалось выше, будут мало похожи на виды и рода войск в минувшей войне.

Все более высокая концентрация огневой мощи в отдельных образцах техники, широкое внедрение автоматики в военное дело резко повышают роль человека. Коммунистическая партия и Советское правительство всегда уделяли и уделяют огромное внимание подготовке и воспитанию военных кадров.

В связи с оснащением армии и флота ракетно-ядерным оружием ЦК КПСС и Совет Министров СССР реально определили потребности Вооруженных Сил в командных и инженерных кадрах. Благодаря этому ряд высших военно-учебных заведений был предусмотрительно переведен на ракетный профиль, и количество подготавливаемых специалистов по новым видам оружия возросло за счет соответствующего сокращения по другим профилям. Руководствуясь диалектическим законом развития, согласно которому новое растет, старое отмирает, партия правильно планирует подготовку военных кадров, обращая особое внимание на подготовку кадров для ракетных войск.

Как будет вестись современная война. В печати уже не раз подчеркивалось, что в современных условиях война мало чем была бы похожа на прежние войны.

Теперь война и начинаться будет по-другому, если она будет начата, и развиваться будет по-другому. В условиях, когда государства располагают средствами доставки ядерного оружия на тысячи километров, война начнется прежде всего в глубине воюющих стран. При этом не будет ни одной столицы, ни одного крупного промышленного или административного центра, ни одного стратегического района, которые не подверглись бы удару не только в первые дни, но и в первые минуты войны.

Таким образом, будущая война, если империалистам удастся ее развязать, неизбежно станет термоядерной, такой войной, где главным средством поражения выступит ядерное оружие, а основным средством его доставки к целям — ракеты.

Чтобы яснее подчеркнуть особенности ракетно-ядерной войны, напомним сначала характерные черты войны с применением обычных средств борьбы, например второй мировой войны. Тогда артиллерия и авиация были основными средствами огневого воздействия. Мощь и глубина их ударов были сравнительно ограниченны. Военные действия велись главным образом с целью разгрома вооруженных сил на фронтах с одновременным захватом или удержанием территории. Наступление и оборона сухопутных армий осуществлялись при поддержке артиллерии и авиации. Сражения войск, находившихся в непосредственном соприкосновении, имели решающее значение. Небольшие по глубине территории театры военных действий — таков был, в сущности, ограниченный пространственный размах вооруженной борьбы.

При наличии ракетно-ядерного оружия изменились содержание и порядок непосредственной подготовки вооруженных сил к войне. Огромная дальность действия стратегических ракет исключает необходимость выдвижения их к границам, позволяет наносить удары с мест их постоянного базирования. Это повышает в современных условиях опасность внезапного развязывания войны агрессором и диктует необходимость поддержания постоянной готовности сорвать и отразить внезапное нападение врага.

Начало войны, буквально первые дни, а то и часы, будет характеризоваться тем, что обе стороны могут ставить перед собой самые решительные цели. Возможность одновременного воздействия на вооруженные силы и всю территорию врага может привести к пересмотру вопроса о продолжительности войны.

Наличие ракет влияет на взаимодействие различных видов вооруженных сил. Известно, что огневые средства сухопутных войск имели в прошлом досягаемость порядка 20 км в глубь расположения противника. Отсюда ясно, какую огневую поддержку, например, действиям флота они могли оказать. Теперь другое дело — сухопутные войска и флот могут взаимно поддерживать друг друга «ракетным огоньком» на весьма значительных, несоизмеримых с тем, что было в прошлом, расстояниях.

Насколько усиливает боевую деятельность войск наличие ракет, можно видеть на примере воздушных десантов. В годы второй мировой войны они, как правило, располагали ограниченными огневыми средствами для отражения противника. Сейчас средства поддержки десанта таковы, что он может перейти к активным высокоманевренным наступательным действиям.

Боевые действия в будущей войне будут вестись чаще всего по отдельным направлениям. При действиях войск по направлениям и в более широких, чем сплошных фронтах, полосах ракеты позволяют наносить удары по противнику на самых удаленных (к флангам) направлениях, то есть активно влиять на развитие событий во всей полосе действий объединения или соединения.

Массовое применение ракетно-ядерного оружия приведет к образованию многочисленных зон сплошного разрушения и радиоактивного заражения, что в сочетании с отсутствием сплошного фронта и высокой подвижностью войск придаст военным действиям высокоманевренный характер. На смену позиционной борьбе прошлого придут скоротечные сражения и бои.

Большое значение в будущей войне приобретут наряду с противовоздушной обороной противоракетная оборона, противоатомная защита и мероприятия по ликвидации последствий применения противником средств массового поражения.

Агрессор не избежит возмездия, где бы он ни был… Тем на Западе, кто хотел бы использовать войну как средство легкой наживы, следовало бы хорошо помнить, что она приобретает ныне огромный пространственный размах и им не удастся отсидеться в тылу, остаться безнаказанными. В этой войне грани между фронтом и тылом сотрутся. Где бы ни располагалась территория страны, втянутой в войну, она может подвергнуться ракетно-ядерным ударам. Невероятно возрастает уязвимость государств с небольшой территорией и высокой плотностью населения. И напротив, гораздо менее уязвимыми окажутся государства с обширной территорией. Взять, к примеру, Советский Союз. Наша территория огромна, и население менее сосредоточено в крупных промышленных центрах, чем во многих других странах. Поэтому несравненно больше пострадает Запад.

В свое время в «Правде» приводилась горькая шутка, получившая распространение в Англии. Говорят, что в этой стране люди разделились на пессимистов и оптимистов. Пессимисты считают, что взрыва трех водородных бомб достаточно, чтобы вывести из строя Британские острова. Оптимисты же утверждают, что потребуются не три, а шесть бомб. Эти настроения выражают тревогу людей. Ведь если даже такой несовершенный снаряд, как гитлеровский Фау, и налеты немецких самолетов во время второй мировой войны привели к разрушению 4 млн. домов, то что произойдет, если над Англией действительно начнут рваться бомбы и ракеты с ядерными и термоядерными зарядами?

Не менее уязвимы для ракетно-ядерного оружия Западная Германия (ФРГ) и другие страны, связавшие себя с НАТО и участвующие в агрессивных военных приготовлениях. Ученые ФРГ, например, подсчитали, что одна водородная бомба может сделать временно непригодным к жизни район величиной с Рурскую область.

Очень большую ставку американские военные круги делают на свои базы, в особенности в странах, связанных с США агрессивными союзами. «Тот факт, — сообщала американская печать, — что Америка намерена в большой мере положиться на ракеты, не нуждающиеся в заморских базах, не означает, что Соединенные Штаты отзовут свои вооруженные силы со всех заморских постов. Предусматривается постепенная ликвидация баз, оснащенных устаревшими ракетами по мере того как будут накапливаться в достаточно большом количестве ракеты „Поларис“ и „Минитмэн“.

По мере сокращения количества стратегических бомбардировщиков, возможно, будут ликвидироваться некоторые заморские базы стратегического командования. Однако изъятие бомбардировщиков большого радиуса действия не будет означать кончину почти двух тысяч бомбардировщиков меньшего радиуса действия… Они могут быть использованы для налетов на объекты в России с кольца баз, расположенных близко от советских границ. Эти авиабазы будут нужны еще долгое время. Они заставят Россию содержать дорогостоящую систему противовоздушной обороны. Они поставят также Россию перед необходимостью наносить удары по многим объектам, тогда как США могут сосредоточить свое внимание… на территории самой России».

Что и говорить, замысел у империалистов коварный. Да только он давно разгадан Советским Союзом. Руководящие деятели СССР не раз предупреждали, что с появлением ракетно-ядерного оружия оказывается несостоятельным расчет военных кругов США на особое значение их баз в странах НАТО.

Что касается стран, предоставляющих базы для агрессивных сил США, то Советский Союз будет держать наготове свое безотказное ракетное оружие, с тем чтобы всегда быть готовым нанести удар как по главным агрессивным силам, так и по странам, на территории которых расположены эти базы. Пусть знают все агрессоры, что никто не уйдет от ответа, — и хозяин и лакей получат свое. И это будет только для блага всех людей, ненавидящих войну.

Советское правительство предупредило правительства всех стран, на территории которых созданы военные базы США, что если с этих баз будут производиться налеты, вторжения или нападения на СССР, то он ответит всеми имеющимися у него средствами и нанесет сокрушительные удары по этим базам. Народы этих стран понимают, что они должны принять все меры, чтобы не допустить развязывания войны, в которую стремятся их вовлечь некоторые горячие головы в США. Эти горячие головы, видимо, надеются, что они в случае войны могут откупиться кровью народов стран Европы, Азии и Африки, где расположены их базы, и что сами они пострадают меньше.

Однако нет ничего иллюзорнее такого представления. В случае агрессии советские ракетчики действительно нанесут удар по американским базам в тех странах, где они расположены. Для этого могут быть использованы ракеты с дальностью действий всего в несколько тысяч километров. Но у нас имеются и межконтинентальные и даже глобальные ракеты, предназначенные для того, чтобы поразить агрессора и за океаном.

Совсем недавно большие расстояния, скажем океаны, были естественной преградой для распространения войн с одного континента на другой. Первая и вторая мировые войны опустошили главным образом Европу. Некоторые государства еще имели возможность отсидеться за океанскими просторами или в отдаленных районах. Им удалось не только избежать разрушений, но даже нажить громадные капиталы на войне.

Такой страной были в первую очередь США. В первую и вторую мировые войны весь разрушительный огонь, все ужасы, бедствия и несчастья испытали только их союзники. Соединенные Штаты несли малые потери, на их территории боев не было, а монополии загребали огромные барыши, заработанные на крови погибших на войне и на поте американских рабочих. Чистый доход монополий США в годы первой мировой войны составил 46 млрд. долларов, а в годы второй мировой войны — 123 млрд. долларов.

Но напрасно алчные монополии тщатся повторить этот опыт в современных условиях. Теперь положение империалистов США резко изменилось. Буквально за десятки минут самое разрушительное средство — ядерное оружие — может быть перенесено в любую точку земного шара, в том числе и на территорию США. Причем перенесено ракетами верно и надежно, практически без противодействия, так как специалисты США еще не создали средств противодействия ракетам. Ракетные удары по США могут осуществляться не только с земли, но и с таких подвижных стартовых позиций, как подводные лодки.

Выше отмечалось, что наибольшие потери от ракетно-ядерного оружия будут нести страны с большой плотностью населения и концентрацией промышленности. Следует признать, что США именно такая страна.

В иностранной печати приводятся довольно убедительные подсчеты американских военных специалистов, которые утверждают, что в случае нанесения ударов ядерным оружием только по 50 крупным городам США было бы поставлено под угрозу гибели около половины всего населения и более половины промышленных предприятий.

Империалисты США принимают усиленные меры к созданию противоракетной и противоатомной защиты, проводят «атомные тревоги», во время которых правительственные чиновники скрываются в пустынных районах, в пещерах. В ходе одного из учений была сообщена цифра потерь, превышающая 50 млн. человек. Она отражает не только реальную вероятность ответных ядерных ударов, но и попытку шантажировать население, получить у него больше денег на гонку вооружения.

Однако никакая гонка вооружения уже не сможет изменить того факта, что в современных условиях агрессору нигде не скрыться от возмездия…

Крах стратегии устрашения. Длительное время военные круги США руководствовались политикой «с позиции силы», стратегией устрашения, «массированного возмездия», которые основывались на мнимом превосходстве американских вооруженных сил. Выдающиеся успехи Советского Союза в области ракетостроения не оставили камня на камне от этих агрессивных расчетов американских империалистов и их военных специалистов.

В самый разгар работ в США по созданию сил устрашения по планам Пентагона был нанесен жестокий удар, когда Советский Союз сообщил об успешном испытании первой в мире межконтинентальной баллистической ракеты. «Это событие, за которым последовал запуск удивительно тяжелых советских искусственных спутников Земли, — признает печать США, — ознаменовало начало ракетно-ядерной эры, и тот факт, что Советы первыми создали оружие, имеющее такое значение, вызвал глубокое беспокойство. Поскольку ни одно государство не располагало подобным типом оружия, нельзя было не признать того факта, что… Советы… превзошли наше техническое мастерство».

За океаном начался лихорадочный пересмотр взглядов и концепций. Появление межконтинентальных ракет, запуск которых «невозможно предупредить и против которых определенно не было никакой защиты», делало ставку на стратегическую авиацию несостоятельной. Ракеты одинаково эффективно могли разрушать и крупные военные объекты страны, и базы стратегической авиации.

Военные специалисты США отчетливо понимали, что межконтинентальные ракеты, даже в первой стадии своего развития, дают возможность резко сократить время на доставку ядерного оружия на практически неограниченные расстояния. Соединенными Штатами Америки и их союзниками стали приниматься меры к рассредоточению объектов, в том числе баз стратегической авиации, тактических военно-воздушных баз НАТО, позиций для ракет, авианосцев.

До недавнего времени за океаном частенько говорили и писали, что флот США способен нанести удар и высадить десант в любой точке советского побережья. Но как говорится, «легко хвалиться, но и легко свалиться». Теперь с появлением ракетно-ядерного оружия кое-кому за океаном пришлось задуматься о судьбе собственных берегов и весьма протяженных коммуникаций, о том, что традиционная неуязвимость США навсегда ликвидирована.

Чувствуя все ослабевающее значение стратегической авиации, военные круги США с усердием, достойным лучшего применения, упорно размахивали этой прогнившей дубинкой. Предпринимались усилия к тому, чтобы увеличить «проходимость» стратегических бомбардировщиков сквозь систему современной ПВО. При этом старались побольше насытить их средствами радиовойны. В конце концов было решено непрерывно держать в воздухе как можно больше самолетов с запасом ядерных бомб. Но и тут оказалось, что непрерывно держать в воздухе треть стратегических самолетов ВВС США не в силах «из-за недостатка подготовленных летчиков». Тем не менее, как сообщал армейский ежемесячник «Арми информейшн Дайджест», Соединенные Штаты наряду с другими мероприятиями ввели воздушную вахту бомбардировщиков с ядерными бомбами. «Это, — писал журнал, — имеет своей целью продемонстрировать русским американскую военную мощь».

Однако средства устрашения СССР, на которые делали ставку военные круги США, оказались несостоятельными. Чтобы поправить свои дела, американские империалисты решили всячески форсировать гонку ракетного вооружения. Развертывая широкую программу строительства ракет, американские военные круги, по признанию печати США, встретились с большими трудностями при отработке нового оружия, что вызывало отсрочку во введении в действие ракет. Требовалось время, измеряемое годами, для подготовки расчетов, баз для запуска и т. д. Кроме того, специалисты США до сих пор сомневаются в достаточной эффективности своих ракет ввиду их низкой технической надежности. Для жидкостных ракет она исчисляется американскими специалистами в 80, а то и в 50 процентов.

А вот один из отзывов о ракете «Минитмэн», работающей на твердом топливе. Газета «Чикаго сан энд таймс», ссылаясь на секретную комиссию из видных ученых, расследовавшую положение с ракетой «Минитмэн», утверждала, что это оружие «гораздо менее эффективно, чем можно судить по официальным сообщениям… Эти сообщения преувеличили действительную точность, радиус действия, боевую готовность и неуязвимость этой ракеты».

Однако нельзя закрывать глаза и на то, что американские империалисты прилагают большие усилия к созданию и совершенствованию ракет.

Но советские люди могут чувствовать себя спокойно и уверенно: современное вооружение Советской Армии вполне обеспечивает неприступность нашей страны. Конечно, неприступность — понятие довольно условное. Ведь нельзя забывать о том, что империалистические государства не будут стоять на месте. Они, конечно, приложат все усилия, чтобы вывести ракетную технику из того состояния, в котором она находится у них, и занять лучшее положение. Но наивно было бы думать, что мы в это время будем сидеть сложа руки.

Да, конечно, Советский Союз делает все для того, чтобы использовать выигранное им время в развитии ракетно-ядерного оружия и занимать ведущее положение в этой области до тех пор, пока не будет достигнуто международное соглашение по вопросу о разоружении.

В связи с появлением у капиталистических государств, в частности у США, ракетно-ядерного оружия встает вопрос об опасности внезапного его применения. Нельзя сомневаться, что горячие головы, готовые толкнуть мир в ракетно-ядерную катастрофу, есть не только в США, но и в других странах — их союзниках по агрессивным блокам. Так, один из зарубежных генералов в книге «Стратегия в ядерный век» советует США проявить «оправданную реакцию», то есть нанести упреждающий, или превентивный, ракетно-ядерный удар. Таков, мол, «закон сохранения жизни в ядерный век».

Исчерпывающий ответ сторонникам внезапных ядерных ударов на Западе в свое время дала наша печать. Если капиталистические государства вопреки разуму проявят коварство и нападут на нас первыми, чтобы использовать фактор внезапности нападения таким грозным оружием, каким является ракетно-ядерное, то обеспечат ли они тем самым себе преимущества для победы? Нет. Современные средства ведения войны не дают ни одной стороне таких преимуществ.

Первым можно напасть. Для этого не требуется большого ума, скорее нужна безрассудность, и мы, конечно, отдаем себе отчет в том, что у некоторых наших вероятных противников имеется склонность к этому. Нередко можно наблюдать, как то в одной, то в другой стране сторонники политики «с позиции силы» проявляют горячность и ретивость, хотя «лавры» Гитлера, казалось бы, должны охлаждающе действовать на них.

Допустим, однако, что какому-либо государству или группе государств удалось бы подготовить и осуществить внезапное нападение на державу, владеющую ядерным и ракетным оружием. Но разве нападающая сторона, если даже предположить на минуту, что ей удалось бы нанести удар врасплох, смогла бы сразу вывести из строя все запасы ядерного оружия, все установки ракетной техники на территории державы, подвергшейся нападению? Конечно нет. Государство, подвергшееся нападению, если это достаточно большое государство, всегда будет иметь возможность дать должный отпор агрессору.

Коммунистическая партия и Советское правительство учитывают возможность внезапного нападения, и в частности с военных баз США, расположенных вокруг территории нашей страны. В нашей печати отмечалось, что мы так размещаем свою ракетную технику, чтобы было обеспечено двойное и тройное дублирование. Территория нашей страны огромна, у нас есть возможность рассредоточить ракетную технику, хорошо замаскировать ее. Мы создаем такую систему, что, если будут выведены из строя одни средства, предназначенные для нанесения ответного удара, всегда можно ввести в действие дублирующие средства и поразить цели с запасных позиций.

Исключительно разрушительный, подлинно глобальный характер термоядерной войны делает ее смертельно опасной для агрессора. Это также существенный фактор в борьбе за предупреждение развязывания мировой термоядерной войны. Перевес сил социалистического лагеря, всей зоны мира дает возможность народам активной борьбой не допустить войны, принудить империалистов к разоружению.

Политика, ориентирующая на мировую термоядерную войну, от кого бы она ни исходила, не может быть оценена иначе, как политика антинародная, политика дикого изуверства. Ее никогда не поддержат люди, которым дороги судьбы человечества.

Характерно, что наиболее трезвые головы в США начинают все отчетливее понимать бесперспективность ставки на мировую термоядерную войну. Американская печать пишет: «США вступают в период неизбежного „ядерного тупика“, который требует новой стратегии».

До недавнего времени в США, как утверждают эти должностные лица, концепция «контрсилы» как средства обеспечения национальной безопасности, видимо, пользовалась полным одобрением министра обороны, время от времени выступающего с весьма воинственными речами. Эта политика включает разработку военных ядерных сил, достаточно мощных для достижения успеха, если необходимо, одним ударом, без риска непомерных потерь от контрудара.

Однако печать США признает, что «„контрсила“ технически устарела в связи с постройкой в СССР неуязвимых ракетных позиций… При таких условиях концепция „контрсилы“, отраженная в бюджете правительства, с военной точки зрения нереальна…».

Средства наступления, подчеркивается в печати США, стали настолько разнообразными и смертоносными, что нет основания предполагать возможность создания в США надежных оборонительных систем от всех методов доставки боеголовок. Любую оборону можно подавить и преодолеть с помощью разнообразного и высококачественного наступательного оружия. Поэтому в США выдвигается новая концепция — «конечного средства сдерживания». Эта концепция предусматривает создание мощной системы средств доставки ядерных боеголовок, которыми будут грозить США остальному миру.

Недавно министр обороны США расшифровал подробнее цели этой военной концепции. США должны «сохранять мощные стратегические ядерные силы». При этом американские военные круги хотели бы «решать вопрос об использовании этих сил по своему усмотрению». Другая цель концепции: «поддержать разнообразные и эффективные тактические ядерные силы для использования в местных конфликтах, когда это разумно и необходимо». Военщина США преследует также цель «иметь сильные разнообразные и обладающие большой мобильностью неядерные силы, способные предпринимать „дозированные действия“ в любом районе земного шара».

Переход от концепции «контрсилы» к концепции «конечного средства сдерживания» печать США объясняет возросшей мощью СССР, а также экономическими соображениями. Военные расходы, признает печать, вызывают экономический застой. Две трети главных производительных ресурсов Америки — инженеры и ученые — заняты сейчас военным, а не гражданским производством. Выпуск военной продукции, хотя он и сложен, не ведет к дальнейшему расширению производства. Исправление этого положения требует переключения с использования денег и технических кадров в военной области на гражданскую экономику. Группа американских специалистов довольно прозрачно намекает на то, что союзники США по НАТО, дескать, меньшую долю средств расходуют на военные приготовления и вследствие этого оказывают все более сильную конкуренцию США на мировых рынках гражданских товаров. «Западногерманские предприятия, — пишет группа авторитетных специалистов США, — автоматизируются, модернизируются и оснащаются новейшим и наилучшим оборудованием. Там разрабатываются новые продукты, в то время как мы делаем упор на новую упаковку».

Из новой военной концепции США явствует, во всяком случае, что военные круги проявляют все возрастающий интерес к локальным ракетно-ядерным конфликтам, видя в них средство сохранения своего господства в колониальных и зависимых странах.

1965–1966 годы ознаменовались в США новым пересмотром стратегии. В журнале «Юнайтед Стейтс ньюс энд Уорлд рипорт» была помещена статья под примечательным заголовком: «Почему устарела стратегия Соединенных Штатов?» Отвечая на этот вопрос, ее автор, бывший сотрудник отдела планирования комитета начальников штабов, перечисляет три пункта:

«1. Союзы Америки по обе стороны земного шара быстро приходят в упадок…

2. Базы Соединенных Штатов за границей, строительство которых стоило таких огромных средств, становятся или вскоре станут заложниками ядерных ракет…

3. Военные проблемы, с которыми Соединенным Штатам придется столкнуться в случае любой войны… принимают новые и гораздо более сложные параметры в результате потери США ядерной монополии…»

Какой же выход видят военные идеологи США из создавшегося положения? Ответом на это может служить широко опубликованные в США труды Германа Кана — директора Гудзоновского института — исследовательской организации, анализирующей международное положение для Пентагона. Сей ученый муж ввел в широкий оборот новое словечко — «эскалация» — для определения изменений в стратегии США. Что же он понимает под эскалацией? Нечто вроде, поясняет автор, рассчитанного риска или иначе «балансирования на грани». Но позвольте, может сказать читатель, ведь еще Даллес проповедовал балансирование на грани войны. Что ж тут нового? Видимо, действительно во всех пересмотрах американской стратегии главное — возврат к более жесткой политике, политике силы, политике разбоя в международном масштабе.

Чтобы подвести теоретическую базу под эту политику, Герман Кан изобрел лестницу нарастающего конфликта, с тем чтобы, как он пишет, «можно было узнавать его составные части и оценивать дистанцию до тотальной войны». Эта лестница включает 44 ступени.

Своей теоретической разработкой Кан пытается предоставить в распоряжение военщины США рецепты безнаказанных агрессивных действий в различных условиях. Смысл советов можно понять из названий ступеней: мнимый кризис; политические, экономические и дипломатические жесты; позиции становятся более жесткими; демонстрация силы; многозначительная мобилизация; «законное» причинение беспокойства. На этой ступени лестницы автор рекомендует «действовать очень враждебным и провокационным образом, не выходя за рамки закона». С 8-й ступени автор уже отбрасывает фиговый листок закона и рекомендует акты насилия вроде взрывов бомб, убийств, стрельбы по пограничникам страны, против которой задумана агрессия.

Явно провокационный характер лестницы, надуманной Капом, раскрывается в описании 13-й ступени, где автор рекомендует вызвать второй кризис в ином месте, не там, где возник первый кризис. «Спровоцировать новый кризис, когда другой в полном разгаре, — это явная дерзость, которая крайне провокационна, — признается Кап, — но в парадоксальном мире эскалации именно в этом, может быть, и кроется причина того, что при некоторых обстоятельствах это сочтут эффективной мерой». Наукообразное оправдание провокации на простом языке означает: для военщины США все средства хороши, лишь бы давали эффект — содействовали развертыванию приготовлений к ядерной войне.

Но чем выше взбирается Кан по ступеням своей лестницы — путеводителя Пентагона, тем все более провокационные и зловещие советы он высказывает. Под пунктом 18 он превозносит «решительный, угрожающий и беспощадный шаг». И поясняет: «Примером может служить взрыв какого-нибудь оружия на большой высоте над территорией противника. Это… сулило бы надежду запугать врага настолько, чтобы он пошел на уступки». Вон куда заходит рьяный теоретик. Это уже прямое развязывание войны.

Следующими ступенями автор называет ограниченную войну; локальную ядерную войну; демонстративное нападение на тыловой район, на военные объекты, показательные налеты на различные сооружения и, наконец, удары по населению. Чувствуя людоедский привкус от таких ударов, автор спешит успокоить читателей: «Эти удары будут возможны без спазм и перерастания в большие войны».

Под 31-й ступенью американской лестницы эскалации значится взаимное возмездие. Это уже термоядерная война. «Термоядерные войны, — вещает жаждущий крови теоретик, — по всей вероятности, будут непродолжительными— от нескольких часов до нескольких месяцев максимум. В такой войне города сами по себе едва ли будут иметь серьезное значение как военные объекты». Тем не менее автор предупреждает, что в случае возмездия (весьма широкое понятие! — П. А.) США нанесут удары по городам.

Последующие ступени лестницы — разные виды войн США в ракетно-ядерную эпоху. Читателям будет полезно знать их классификацию: постепенная война на уничтожение материальной части противника. Речь идет об охоте, например, за подводными лодками; ограниченный удар с целью вывода из строя части сил противника; ограниченное нападение с целью обезоруживания; постепенная война против городов; удар по материальным ценностям; удар с целью уничтожения гражданского населения.

Среди видов всеобщей войны автор называет тотальные контролируемые и неконтролируемые войны. К неконтролируемым он относит «спазм», который представляет собой «большую войну с нажатием всех кнопок», то есть мировую ракетно-ядерную войну.

Что представляет собой на деле теория эскалации, которая проповедуется ныне в качестве основы стратегии США, можно видеть на примере кровавой агрессии во Вьетнаме. Эскалация безумия и варварства — так оценивают народы всего мира наглые бесчинства военщины США в Юго-Восточной Азии.

Новый «вклад» пытается внести в военную теорию американский генерал в отставке Т. Пауэр. Он занят проблемой локальной войны. Он решительно за применение в ней ракетно-ядерного оружия. Лучше использовать ракетно-ядерное оружие, утверждает он, вместо того чтобы тратить средства на подготовку специальных войск для подавления партизанского движения.

Журналисты сообщили из Нью-Йорка о таком разговоре между Пауэром и корреспондентами телевидения. Когда отставной генерал подтвердил, что благосклонно относится к применению ракетно-ядерного оружия в локальных конфликтах, корреспондент уточнил: «Вы хотите сказать — рисковать ядерной войной». Генерал подтвердил: «Да, нужно быть готовым рисковать всем».

Но тогда корреспондент выпалил: «Ценой скольких миллионов жизней вы предполагаете добиться военной победы в ракетно-ядерной войне?»

И этим вопросом сразил лихого атомщика. Пришлось вмешаться ведущему передачи: «Извините, ваше время истекло».

Он сказал, сам того не ведая, вещую фразу: время империалистических атомщиков США, привыкших размахивать ядерными бомбами, действительно истекло. Можно сказать с уверенностью: то, что оказалось не под силу империалистам в прошлом, тем более обречено на провал теперь, когда на мировой арене произошли коренные изменения в соотношении сил.

В 1965 г. издательство «Кауард Маккэнн инкорпорейтед» выпустило в свет книгу, написанную тем же генералом Т. Пауэром в содружестве с неким А. Арнимом «План самосохранения». Генерал Пауэр, как уже отмечалось выше, командовал стратегической авиацией США, контролировал, как он сам утверждает, 90 процентов ядерного арсенала так называемого «свободного мира».

Теперь Пауэр на мир смотрит сквозь призму «девяти тонн планов», разработанных, как говорится в книге, весной 1961 г. и ежегодно просматриваемых Управлением планирования стратегических целей. Отставной командующий призывает разговаривать с Советским Союзом только языком военной силы, вести «дипломатию на грани войны и игры с огнем». Он считает непременным делом для США «сравняться с СССР в области ракетно-ядерного оружия больших мощностей» и проклинает Московский договор о частичном запрещении ядерных испытаний, который, по его словам, мешает Соединенным Штатам. Он возражает и против резолюции XVIII сессии Генеральной Ассамблеи о невыводе ядерного оружия на космические орбиты, так как она мешает США осуществить агрессивную программу использования космоса в военных целях. В будущем он предвидит появление «оружия и техники ведения войны из глубины океана и из дальних пространств космоса».

Пауэр выступает за распространение ракетно-ядерного оружия среди союзников США по НАТО в Европе хотя бы потому, что дополнительные «европейские цели» смогут отвлечь от США часть ответного ракетно-ядерного удара Советского Союза.

Что касается чисто военных заключений Пауэра, то он не рекомендует военным кругам США «класть все яйца в одну корзину» и полагаться на одни ракеты. Как и прежде, он ратует за смешанные ядерные силы — из ракет, бомбардировщиков и подводных лодок. Но сквозь все его военные рассуждения отчетливо видится страшный оскал поджигателя ядерной превентивной войны: «Самая радикальная мера, которую эта страна (США) могла бы принять… заключается в том, чтобы напасть на Советский Союз прежде, чем он сможет атаковать нас, иными словами, начать то, что обычно называют превентивной войной».

В своих планах создания новых средств борьбы американские стратеги доходят до чудовищных проектов. В частности, предусматривается разработка таких ракетных систем, с термоядерными зарядами, которые были бы автономно размещены на дне морей и океанов, с заданной программой полета к жизненно важным центрам других государств и приводились бы в действие по соответствующему сигналу с пунктов управления.

Советские люди, в том числе и наши воины-ракетчики, бдительно следят за происками поджигателей новой войны, какой бы дымовой завесой они ни пытались прикрыть эту свою преступную деятельность.

По оценке авторитетных ученых-атомников Запада, «потенциал ядерной смерти» в современном мире исчисляется в 250 тыс. мегатонн, то есть 250 млрд. т тринитротолуола. На каждого жителя планеты припасено уже в среднем свыше 80 т взрывчатки.

Вот почему в современных условиях нельзя подходить к мировой войне со старыми мерками, о ней нельзя мыслить старыми категориями. Речь идет о коренном, качественном изменении военной техники, о невиданном возрастании разрушительной силы средств войны. В чем это выражается?

Во-первых, новое оружие не идет ни в какое сравнение с прежним. Сила взрыва только одного мощного термоядерного заряда во много раз превосходит силу взрыва всех боевых средств, примененных во всех войнах в истории человечества, включая первую и вторую мировые войны.

Во-вторых, ракетно-ядерная война полностью стирает границы между фронтом и тылом. Больше того, именно гражданское население будет в первую очередь жертвой оружия массового поражения. В такой войне всего несколько термоядерных зарядов могут полностью уничтожить не только крупнейшие промышленные центры с многомиллионным населением, но и целые государства.

Американские эксперты подсчитали, что один водородный заряд мощностью в 20 мегатонн, взорвавшись в воздухе, сровнял бы с землей все кирпичные и каркасные жилые дома в радиусе до 24 км от эпицентра взрыва. Бушующее море огня сожгло бы все, что может сгореть, все живые существа в районе протяженностью от Нью-Йорка до Филадельфии. А теперь созданы уже заряды в 50, 100 и даже больше мегатонн. По ориентировочным подсчетам ученых, мировые запасы ядерного оружия уже равняются по силе 12,5 млн. таких бомб, которые были сброшены на Хиросиму.

И наконец, при нынешней расстановке сил и наличии новых видов оружия термоядерная война, к которой призывают американские милитаристы, не ограничится территориями только двух государств, она приобретет всеобщий характер, принесет разрушения и гибель миллионов людей во всех частях света. Что это означает для человечества? Один из выдающихся борцов против атомной смерти, видный американский ученый Лайнус Полинг в своей книге «Не должно быть больше войн» определяет число возможных жертв ядерной войны в 800 млн. человек. Такова суровая истина о подлинном характере термоядерной войны. И если эту истину ныне скрывают от народов государственные деятели Запада, то они совершают преступление перед человечеством, в том числе и перед народами своих стран.

Некоторые американские политики все настойчивее твердят своему народу, что в термоядерной войне США понесут меньшие потери, чем Советский Союз, и смогут якобы одержать верх. Это беспочвенная иллюзия. Навязывание такого понимания вопроса преследует цель подготовить общественное мнение США и их союзников к развязыванию войны: мол, нужно торопиться начать войну сейчас, а то положение может измениться. Это не что иное, как подготовка сознания людей к неизбежности войны и оправдание агрессивных сил, которые стремятся к тому, чтобы ускорить развязывание ракетно-ядерной войны.

Но советские ракетчики со всей определенностью заявляют: если агрессоры развяжут ядерную войну, они неминуемо и сами сгорят в ее пламени.

Оглавление книги


Генерация: 0.340. Запросов К БД/Cache: 3 / 1