Главная / Библиотека / Боевые корабли японского флота 10.1918-8.1945 гг. Подводные лодки /
/ Введение / Б. Организация подводных сил японского Императорского флота и их боевое использование

Б. Организация подводных сил японского Императорского флота и их боевое использование

Б. Организация подводных сил японского Императорского флота и их боевое использование

Б.1 Организация японских подводных сил до 1.12.1941 г.

Свои первые лодки японцы планировали использовать против тяжелых артиллерийских кораблей противника. Их свели в Специальную флотилию, находившуюся в подчинении командующего Соединенным флотом. По мнению офицеров флота, для успешного проведения торпедной атаки лодкам необходимо было иметь большую скорость надводного хода. С этой целью в Японии по иностранным проектам построили несколько опытных кораблей, оснастив их мощными главными механизмами. Эти опыты не привели к желаемым результатам, внимание к лодкам ослабло и их распределили по Военно-морским округам. В 1910 г. МГШ решил изучить возможность использования ПЛ в борьбе против судоходства. Однако автономность и мореходность имеемых в строю кораблей не позволяли эффективно решать эту задачу, и МГШ вновь вернулся к вопросу о применении лодок против линейных сил. В июле — августе 1912 г. была предпринята первая попытка провести учебную атаку флота "противника" совместно, группой ПЛ и броненосцами. Как оказалось, лодки не могли своевременно выйти в назначенную позицию и своими действиями только сковывали маневры кораблей. Тем не менее, в ноябре 1912 г. были разработаны Инструкции морского боя, определяющие тактику использования ПЛ в ходе генерального сражения. В частности, МГШ сформировал Отдельную эскадру, состоявшую из пяти дивизионов трехкорабельного состава. Лодки должны были следовать впереди своих линейных соединений, вести разведку в интересах командующего флотом и, в случае необходимости, атаковать противника до начала артиллерийского боя. В ходе атаки действиями ПЛ руководил командир эскадры, находившийся на одной из них.

В конце 1919 г. была проведена первая попытка классифицировать лодки японского флота. Корабли типов С1, С2, С3, мод. "Vickeгs", "Holland" и мод. "Holland' отнесли к лодкам третьего класса прибрежного действия, S и S2 — к так называемым мореходным (или морским) лодкам третьего класса. Типы F1 и K1 классифицировали как мореходные (или морские) лодки второго класса. К мореходным лодкам первого класса должны были относиться корабли водоизмещением порядка 1500 т и скоростью хода в надводном положении не менее 20 узлов, работы над проектом которых МТД начал в конце 1917 г.

После окончания Первой Мировой войны в МГШ начались дебаты о необходимости сократить расходы на подводные силы. Дело в том, что в начале 1919 г. основным вероятным противником считалась континентальная Россия, фактически не имевшая флота на Дальнем Востоке. В случае войны с США, как ошибочно полагали, морские коммуникации противника не будут иметь значение из-за скоротечности кампании (в противном случае война вообще не должна была начаться).

В 1920 г., на основе боевого опыта Первой Мировой войны, были пересмотрены Инструкции морского боя. В соответствии с их новой редакцией, лодкам, в порядке значимости, надлежало: осуществлять разведку в интересах командующего Соединенным флотом; перед началом боя между линейными силами атаковать противника в любое время суток (в отличие, например, от эсминцев); преследовать его после боя или прикрывать свои тяжелые корабли; недопускать обстрела побережья, занятого своими частями; вести борьбу с отдельными кораблями и соединениями противника; вести борьбу с торговым судоходством. В соответствии с задачами появилась новая классификация. Лодки теперь подразделялись на: малые — водоизмещением в надводном положении до 300 т и предназначавшиеся для обороны побережья; заградители — до 1300 т для активных минных постановок у побережья противника; средние — от 300 до 1000 т — для борьбы с торговым судоходством противника на небольшом удалении от пунктов базирования; большие (океанские) — от 1000 до 1500 т — для совместных операций с линейными силами и борьбы с боевыми кораблями; патрульные (или крейсерские) — от 1500 до 2000 т — для ведения разведки при помощи бортового гидросамолета и борьбы с судоходством на всей акваторрии Тихого океана. Из-за отсутствия бортовых самолетов с требуемыми эллементами, японцы построили несколько патрульных лодок без авиационного вооружения, которые с конца 1932 г. классифицировались как малые патрульные.

К концу 20-х годов Япония располагала достаточным числом лодок, что позволяло на практике проверить взгляды МГШ на боевое использование кораблей этого класса. Организационно ПЛ были сведены в эскадры, состоявшие из дивизионов трехкорабельного состава. Дивизионы, как правило, состояли из однотипных лодок. Командиры эскадр находились на одной из лодок и подчинялись командующему Шестым флотом. Как показал опыт многочисленных учений, такая организация оказалась не совсем удачной. Так, на больших (крейсерских) ПЛ отсутствовали необходимые средства связи и были ограничены возможности поиска противника. В результате штабы их эскадр перенесли на легкие крейсера, подобно соединениям эсминцев. Крейсер со штабом выходил в назначенный район, где бортовой гидросамолет вел разведку и наводил на противника корабли эскадры, развернутые в строй фронта. ПЛ среднего класса патрулировали самостоятельно, и им не требовалось жесткое руководство со стороны штаба эскадры. Он располагался на тендерах, служивших одновременно ремонтной базой и складом для пополнения запасов. Только патрульные эскадры сохранили в качестве флагманов лодки, так как они имели на вооружении гидросамолет. В мирное время штабы Шестого флота и эскадр являлись чисто административными органами. Дивизионы лодок распределялись между Военно-морскими округами (ВМО) и сводились в эскадры на время проведения учений. В военное время командующий Шестым флотом принимал под свое начало эскадры и действовал в соответствии с приказами руководства Соединенным (впоследствии Объединенным) флотом или МГШ.

Схема боевой организации подводных лодок Императорского флота по состоянию на 1.05.1934 г.


Схема боевой организации подводных лодок Императорского флота по состоянию на 1.12.1941 г.


В апреле 1930 г., после завершения Лондонской конференции, основными потенциальными противниками объявили Великобританию и США Одновременно был разработан оперативный план использования Императорского флота в ходе войны на Тихом океане. В нем лодкам отводилась весьма существенная роль. В частности, две эскадры (общей численностью 18 кораблей) передавались в распоряжение Третьего флота, призванного проводить операции по захвату Филиппинских о-вов. К третьему флоту так же были приписаны четыре заградителя, ранее числившиеся в составе Первого флота. Остальные корабли, подчинявшиеся командующему Шестым флотом, должны были оперировать в центральной и южных частях Тихого океана, базироваться на подмандатные о-ва и оказывать поддержку Объединенному флоту.

В начале 1936 г. была принята новая Имперская политика, предусматривающаяполный отказ от каких-либо ограничений в области морских вооружений. Главным направлением экспансии была выбрана юго-западная часть Тихого океана и тихоокеанское побережье Азии. В числе вероятных противников в порядке значимости фигурировали: США, СССР, Китай и Великобритания. Для достижения поставленных целей Япония должна была иметь 70 лодок со сроком службы не больше 13 лет суммарным водоизмещением 123800 т. Из них: 27 — большие патрульные (Дзинсен) стандартным водоизмешением 2000 т: семь — флагманы соединений (Кикансен) стандартным водоизмещением 2800 т и 36 — большие (Кайдасен) стандартным водоизмещением 1400 т. Эти корабли должны были войти в так называемую Первую линию, состоявшую из Первого и Второго флотов. В распоряжение командующего Первым флотом передавались четыре эскадры. Каждая из эскадр имела своим флагманом лодку стандартным водоизмещением 2800 т (Кикансен) и состояла из трех дивизионов трехкорабельного состава. Дивизионы формировались из больших (океанских) лодок стандартным водоизмещением 1400 т (Кайдасен). Эскадры Первого флота предназначались для совместных действий с линейными силами. Во Второй флот входили две эскадры, так же возглавляемые лодками стандартным водоизмещением 2800 т. Здесь дивизионы, формировавшие эскадры, состояли из больших патрульных лодок стандартным водоизмещением 2000 т (всего 18 единиц). Эти корабли были призваны в любое время суток атаковать линейные силы противника и вести разведку в интересах командования Объединенным флотом. Одна эскадра формировала Четвертый флот, призваннный оперировать в южной части Тихого океана и у западного побережья США Она состояла из девяти больших патрульных лодок стандартным водоизмещением 2000 т, сведенных в три дивизиона. Флагман эскадры принадлежал к кораблям стандартным водоизмещением 2800 т.

17.04.1936 г. МГШ представил Императору и Совету обороны оценку текущего состояния флота и тех мер, которые необходимо предпринятьдля достижения желаемой морской мощи. Согласно этому документу по состоянию на 1936 г. Япония могла включить в состав Первого флота только 14 больших (океанских) ПЛ, срок службы которых к 1941 г. не превышал 13 лет. Второй флот насчитывал четыре большие патрульные лодки, из которых две (I-7 и I-8) находились в постройке. Таким образом, при самом благоприятном стечении обстоятельств, до 1941 г. надлежало построить 52 корабля. Чисто теоретически, эти планы казались выполнимыми, принимая во внимание то, что на постройку девяти ПЛ стандартным водоизмещением порядка 2000 т, японская промышленность затрачивала около трех лет. На практике же, приоритет в развитиии флота отдавался тяжелым артиллерийским кораблям, и о заказе такого большого числа лодок не могло быть и речи.

В июле 1939 г. МГШ внес изменения в классификацию лодок: большие патрульные стали классифицироваться как крейсерские; малые патрульные и большие (океанские) — как ПЛ нападения (атаки); флагмана соединений — как штабные. Появление штабных лодок было вызвано двумя причинами. Во-первых, МГШ считал нецелесообразным использование стандартных легких крейсеров в качестве флагманов эскадр, предполагая их заменить на корабли типа Ойодо, на которые возлагались чисто штабные функции и ведение разведки с помощью высокоскоростных гидросамолетов. Во-вторых, при непосредственном контакте с противником, крейсер был уязвим, а лодка могла эффективно руководить соединениями.

Б.2 Боевая организация японских подводных сил в период с декабря 1941 г. по август 1945 г.

К декабрю 1941 г. Япония располагала 63 боеспособными лодками. В постройке находилось 29 кораблей и еще на 38 выделили средства в рамках бюджета на 1941/42 гг. Организация японских подводных сил по состоянию на декабрь 1941 г. Формально подводными силами руководил командующий Шестым флотом вице-адмирал Мицуми Симидзу, но под его началом находились только Первая, Вторая и Третья эскадры. Шестой флот предназначался для борьбы с боевыми кораблями противника на подходах к Гавайским о-вам и у западного побережья США Кроме того, он должен был вести разведку в интересах командующего Объединенным флотом. Вице-адмирал Мива и его штаб находились на борту учебного крейсера "Катори". Четвертая и Пятая эскадры, возглавляемые легкими крейсерами "Кину" и "Юра", так же состояли в первой линии, но формировались из устаревших кораблей. Они подчинялись командующему Комбинированным флотом и должны были вести борьбу с боевыми кораблями союзников в южной части Тихого океана, обеспечивая вторжение на Филиппины и Британскую Малайю. Шестую эскадру при писали к Третьему флоту для обеспечения оккупации Филиппин, Восточной Голландской Индии и Британской Малайи. Седьмая эскадра предназначалась для обороны подмандатных о-вов и Метрополии. Часть кораблей из ее состава принадлежали ВМР Куре и занимались подготовкой экипажей строившихся лодок, а остальные находились в подчинении командующего Четвертым флотом. Все японские ПЛ имели отлично подготовленные экипажи, мощное торпедное вооружение и вполне приемлемую конструкцию. В отличие от других стран, японцы к началу боевых действий отработали приемы группового использования ПЛ. Их действия моти корректироваться бортовыми гидросамолетами и таким образом обеспечивалась полная независимость от других сил флота.

Схема боевой организации подводных лодок Императорского флота по состоянию на 10.04.1942 г.


Схема боевой организации подводных лодок Императорского флота по состоянию на 14.07.1942 г.


16.03.1942 г. вице-адмирала Мицуми Симидзу на посту командующего Шестым флотом сменил вице-адмирал Терухисо Комацу, который для атаки боевых кораблей противника в портах и базах, 28.03.1942 г. сформировал Восьмую эскадру во главе с контр-адмиралом Нобору Исидзаки. В нее вошли носители карликовых лодок и корабли с бортовыми самолетами. После поражения у атолла Мидуэй, высшее японское руководство поняло, что вынудить США на заключение мира путем быстрого захвата обширных районов в юго-западной части Тихого океана невозможно и приняло решение перейти к обороне. Для повышения эффективности подводных сил на Шестой флот возложили ответственность за борьбу с боевыми кораблями и торговым судоходством противника. Командующему Восьмым флотом, отвечающему за район Соломоновых о-вов, подчинили Седьмую эскадру, Флоту Юго-Западного района передали несколько лодок, а в районе Алеутских о-вов сосредоточили устаревшие корабли 26-го и 33-го дивизионов. Кроме того, МГШ предложил изучить возможность нанесения воздушных ударов по судостроительным центрам на западном побережье США. Впоследствии зти предложения быпи реализованы в рейде I-25 к штату Орегон, создании лодок типов АМ и STo.

3.09.1942 г. все находившиеся в строю лодки, передали в распоряжение командующего Шестым флотом, который для пресечения коммуникаций противника между о-вами Фиджи и Гуадалканал сформировал Соединение "А", которым руководил штаб Шестоro флота. Вскоре после удачной атаки I-19, приведшей к гибели американских авианосца" Wasp" и эсминца "O'Brien", вице-адмирал Комацу для блокады о. Гуадалканал сформировал Соединение "Б". 16.11.1942 г. под руководством контр-адмирала Хисао Мито было сформировано Специальное Соединение, предназначенное для транспортировки грузов на Гуадалканал. Вскоре оно приступило к снабжению гарнизонов на Новой Гвинее и Алеутских о-вах.

В январе 1943 г. была проведена очередная реорганизация Шестого флота. В этом году перед японскими подводными силами стояли две задачи: борьба с торговым судоходством и снабжение гарнизонов на блокированных о-вах. При этом значительная часть кораблей продолжала находиться в готовности поддержать Обьединенныи флот во время генерального сражения. Оперативный план предполагал заблогавременно развернуть лодки в завесы на наиболее вероятных маршрутах движения оперативных соединений противника. Их действиями должен был руководить штаб Шестого флота. На командующих эскадр (или командиров групп) возлагались чисто административные задачи. Дивизионы состояли из произвольного числа однотипных кораблей, с экипажами, имевшими одинаковый уровень боевой подготовки. Несколько иной была организация группировок, занимавшихся борьбой с торговым судоходством. В их состав планировали включать корабли, имевшие бортовые гидросамолеты. которые вели бы поиск судов противника. Однако на торговых коммуникациях соединения оперировали редко. На них, как правило, посылали одиночные лодки, имевшие низкий уровень боевой подготовки. Исключение составлял Индийский океан, где постоянно оперировала Восьмая эскадра. Именно здесь японцы добивались лучших результатов. Командующий эскадры не использовал бортовые самолеты, правильно полагая, что противник, благодаря радиолокации, сможет определить местоположение лодок и уклониться от атаки. В Индийском океане ПЛ действовали самостоятельно, крейсируя в строго назначенных районах. Здесь иногда одновременно патрулировало восемь кораблей (в сентябре-декабре 1943 г.).

В течение 1943 г. японская промышленность передала флоту 37 кораблей. Из них 10 принадлежали к типу K6, 10 — к типу KS, семь — к типу KD7, восемь — к типу B и одна — к типу С. Кроме того, в Германии построили Ro-500. Характерно, что за тот же период американцы ввели в строй 52 многоцелевые ПЛ типов Gato и Bаlао, которые различались между собой лишь артиллерийским вооружением и автономностью. К концу 1943 г. Императорский флот насчитывал больше, лодок чем в начале войны, но их боевая подготовка оставляла желать лучшего. Объяснялось это тем, что наиболее подготовленные экипажи занимались транспортировкой грузов, а те, которые были привлечены к борьбе с судоходством, несли большие потери из-за противодействия противолодочных сил противника. В январе 1944 г. японские подводные силы прошли очередную реорганизацию. Лодки продолжали заниматься снабжением гарнизонов на о-вах, вести борьбу с торговым судоходством и готовиться к генеральному сражению с флотом противника. В феврале 1944 г. японцы лишились базы на атолле Кваджелейн, а Трук и Рабаул постоянно подвергались атакам со стороны американской авиации. Базировавшиеся там корабли постоянно находились под угрозой быть потопленными. Их экипажи не могли вести профилактический ремонт и не занимались боевой подготовкой. Ситуацию не изменило перебазирование Шестого флота на о-ва Метрополии. В мае 1944 г. вице-адмирал Такаги в рамках подготовки к Генеральному сражению сформировал два соединения ПЛ, которые должны были вести разведку в интересах командующего Объединенным флотом. Три корабля были развернуты в завесу в районе к востоку, а 10 — к северу от о-вов Адмиралтейства.

Схема боевой организации подводных лодок Императорского флота по состоянию на 1.01.1943 г.


Схема боевой организации подводных лодок Императорского флота по состоянию на 1.01.1944 г.


Схема боевой организации подводных лодок Императорского флота по состоянию на 1.01.1945 г.


Схема боевой организации подводных лодок Императорского флота по состоянию на 15.08.1945 г.


Большинство их экипажей не прошли курс боевой подготовки и как результат, в течение 12 дней японцы потеряли шесть лодок. На случай генерального сражения флотов вице-адмирал Такаги планировал создать Специальное Соединение из 25–30 лодок, которые заранее разворачивались бы в три завесы на наиболее опасных направлениях. 7.07.1944 г. вице-адмирал Такаги погиб на о. Сайпан и его должность занял бывший командующий Третьей эскадрой вице-адмирал Мива со штабом в Куре. Мива сразу приступил к формированию Специального Соединения, предназначенного для атаки боевого ядра флота противника, в случае его нападения на любой пункт периметра обороны Империи. Однако, когда начались бои за Филиппины, командующий Шестым флотом был вынужден включить в него практически все, имеемые у него на тот момент, боеспособные корабли. Так, например, даже были отозваны I-38, I-53, I-54 и I-56, занимавшиеся подготовкой к использованию человекоуправляемых торпед.

По состоянию на 1.01.1945 г. японский флот располагал 47 ПЛ. Из них 14 являлись транспортными, шесть типа Ro (в т. ч. одна бывшая немецкая) использовались в учебных целях, а девять (I-121, I-122, I-153, I-154, I-155, I-156, I-157, I-158 и I-159) по техническим причинам не могли участвовать в боевых действиях. Таким образом, только 18 кораблей были способны оказать сопротивление американскому наступлению. В это число входили носители человекоуправляемых торпед (по состоянию на 1.01.1945 г восемь ПЛ), I-13 и I-400 из состава 1-го ДПЛ, которые готовились к атаке шлюзов Панамского канала и авианосцев противника у атолла Улити при помощи высокоскоростных бомбардировщиков-торпедоносцев. Особые надежды МГШ возлагал на человекоуправляемые торпеды. Полагая, что каждая из них потопит по одному американскому кораблю (или судну), он сосредоточил усилия лодок на их доставке к пунктам базирования союзников. К марту 1945 г. в носители кайтен были переоборудованы практически все боеспособные ПЛ, в том числе несколько больших транспортных типа D1, которые не были привлечены к перевозке нефти из Сингапура в Метрополию. Снабжение островных гарнизонов возлагалось на малые транспортные лодки типа На. Средние корабли типа Ro (большой и малой автономности) должны были заниматься эвакуацией изолированных гарнизонов и спасением экипажей сбитых самолетов. Бороться с соединениями авианосцев противника при помощи обычных торпед должны были находившиеся в постройке высокоскоростные ПЛ типов ST (аналог немецкой ХХI-й серии) и STS (аналог немецкой ХХIII-й серии).

Когда было объявлено о капитуляции Японии, в море находилось лишь несколько лодок, занимавшихся транспортровкой грузов, несшие кайтен и подводные aвиaносцы I-400, I-401 и I-14, готовившиеся к атаке авианосцев противника у атолла Улити. Остальные корабли утратили боеспособность из-за атак американской авиации и отсутствия топлива. Организация Шестого флота по состоянию на август 1945 г.

Успехи Шестого флота сами японuы при знают более чем скромными, принимая во внимание те усилия, которые они прикладывали для развития подводных сил. Степень разочарования показывает отчет МГШ об их деятельности, составленный в августе 1945 г. В соответствии с ним японские лодки потопили семь американских АВ, гидроавианосец и восемь ЛК (два обычными торпедами, пять человекоуправляемыми и один карликовыми ПЛ в гавани Перл-Харбор). Вместе с тем, для сравнительно низкой результативности японских подводных сил имелся ряд конкретных причин. Во-первых, до апреля 1942 г., т. е. в самое благоприятное время, МГШ сосредоточил их усилия только на борьбе с крупными боевыми кораблями противника. Во-вторых, к моменту. когда японские лодки перенацелили на торговое судоходство, союзные суда уже следовали в составе хорошо охраняемых конвоев. В конце-концов МГШ был вынужден перейти к практике использования человекоуправляемых торпед. В-третьих, корабли Шестого флота уже к середине 1942 г. морально устарели и не могли на равных вести борьбу с противником, оснащенным новейшим противолодочным вооружением. Наряду с этим японская промышленность не могла компенсировать качественное отставание соответствующим количеством кораблей, а, начиная с 1944 г., даже не восполняла потери. Четвертой причиной неудач японцев можно смело назвать руководство Шестым флотом. Так из пяти, сменивших друг друга командующих, ни один не смог, по различным причинам, правильно организовать деятельность лодок на торговых коммуникациях или в операциях против боевых кораблеи противника. Ситуация усугублялась приказами МГШ держать определенное число ПЛ в резерве на случай генерального сражения (до октября 1944 г.) или обороны о-вов Метрополии (в конце войны) Кроме того, МГШ постоянно вмешивался в деятельность штаба Шестого флота, то привлекая ПЛ к транспортной деятельности, то к совместным действиям с надводными кораблями. Высшие офицеры МГШ правильно оценивали возможности Шестого флота и предвидели трудности, с которыми придется столкнуться его кораблям. Однако считалось, что они будyт преодолены за счет качественной подготовки экипажей и совершенного торпедного вооружения. При этом конструкции лодок построики 30-х гг оценивались как вполне современные и отвечавшие условиям Тихоокеанского Т8Д. Подобное мнение на начальном этапе войны вполне соответствовало действительности, но, по мере развития противолодочных сил противника, постепенно теряло основу.

Б.3 Деятельность японских ПЛ против боевых кораблей противника

Борьба с боевыми кораблями противника являлась приоритетом для японских ПЛ в период с декабря 1941 г. по апрель 1942 г. При этом лодки использовались методом завес или самостоятельного крейсерства. Командующие эскадр были обязаны организовать поиск кораблей противника и, в случае их обнаружения, долvжить по команде и руководить атакой своих лодок, используя приборы звукоподводной связи. Командирам лодок рекомендовалось воздерживаться от использования торпед против торговых судов и, по возможности, топить их при помощи артиллерии. В течение пяти месяцев японским подводным силам удалось лишь повредить американский АВ Saratoga. Причиной столь низкой результативности являлись налаженная система противолодочной обороны ВМС США, сравнительно небольшое число целей, порочная практика руководства соединениями лодок на месте — с одной из них, попытки MГШ вмешаться в деятельность командующих Шестым флотом и отдельных эскадр, отсутствие на лодках радиоэлекторонных средств обнаружения, слабое взаимодействие со своими надводными кораблями и авиацией. В ходе операций против Перл-Харбор, оккупации Малайи и о-вов в южной части Тихого океана японцам так и не удалось организовать "классическую" атаку соединений противника с использованием группы лодок, действиями которой руководил бы флагман эскадры. Надо сказать, MГШ правильно оценил ситуацию и довольно быстро перенацелил свои подводные силы на борьбу с торговым судоходством противника. Вместе с тем, наиболее боеспособные корабли предписывалось сохранять для предстоящего генерального сражения. Таким образом, изменив оперативно-тактические принципы использования лодок, японцы со стратегической точки зрения продолжали считать их одним из основных средств борьбы с линейными силами противника. В результате лодки продолжили охоту за боевыми кораблями противника. Так, планируя захват Порт-Морсби (на о. Новая Гвинея), МГШ выделил для его блокады Rо-ЗЗ и Rо-З4, а I-22, I-24, I-28 и I-29 развернул в завесу в районе 250 миль к юго-западу от о. Гуадалканал с задачей поиска и атаки соединений противника, пытающихся прорваться к южному побережью Новой Гвинеи. Действия этих ПЛ дожны были обеспечивать I-21 и I-27, которые имели бортовые самолеты. 18.04.1942 г. во время перехода к Соломоновым о-вам, шесть последних кораблей направили в район к востоку от о-вов Бонин на перехват американских авианосцев Ноrnеt и Enterprise, нанесших удар по Токио. Противника они не нашли и продолжили движение на юг спустя несколько дней. 2.05.1942 г. во время сражения в Коралловом море, одна лишь I-21 находилась в 32 милях от американского АВ Yorktown, но в торпедную атаку не выходила. Командир корабля ссылался на то, что не обнаружил противника. Однако, используй он бортовой самолет, ход сражения мог бы измениться. Тем не менее, "успех" I-21 стал единственным для японских подводников во время операции против Порт-Морсби.

Несмотря на очевидный провал всех попыток использовать ПЛ против надводных кораблей противника, в плане операции по оккупации атолла Мидуэй и о-вов Алеутской гряды предполагалось участие двух эскадр (третьей и пятой), 13-го ДПЛ и новейшей I-11. Ими руководил командующий Шестым флотом. Лодки должны были быть развернуты в три завесы на предполагаемых курсах движения соединений противника. Однако, корабли пятой эскадры (I-59, I-60, I-62, I-64, I-65 и I-66) морально устарели и не могли прорвать противолодочное охранение американских авианосцев, о чем вице-адмирал Комацу неоднократно докладывал в MГШ. Кроме того, не все ПЛ, назначенные в завесы, вышли на исходные позиции к 4.06.1942 г. — к моменту начала операции. В результате, ни одна из них даже не смогла обнаружить противника. Удалось отличиться лишь I-168, которая возвращалась на базу после обстрела атолла Мидуэй. Утром 5.06.1942 г. адмирал Ямамото направил ее в район, где предположительно находился поврежденный в бою американский авианосец Yorktown. Лодке удалось его обнаружить и выйти в торпедную атаку. Из четырех выпущенных торпед, одна попала в авианосец, а две — в стоявший рядом ЭМ Наmmаnn. Оба корабля затонули. Сражение за атолл Мидуэй стало последней операцией, где для японских ПЛ главной целью являлись боевые корабли противника.

После начала боев эа Соломоновы о-ва МГШ приказал сосредоточить в этом районе большую часть боеспособных лодок Шестого флота. Первоначально они использовались позиционным методом. Во главе группы находилась I-9, командир которой должен был организовывать атаки против соединений противника. В качестве главной цели командирам рекомендовалось выбирать войсковые транспорты и танкеры. Действия лодок не согласовывались с операциями Объединенного флота и армейских частей. Такая тактика не принесла существенных результатов. 31.08.1942 г. I-26 к северо-западу от о. Эспириту Санто торпедой тяжело повредила американский АВ Saratoga. Командир лодки передал флагману группы координаты соединения противника, но тот атаку организовать не смог. В начале сентября 1942 г. командование Объединенного и Шестого флотов провели совещание с участием командующего 17-й армии, в ходе которого была согласована операция по полному захвату о. Гуадалканал. В результате 3.09.1942 г. было сформировано Соединение "А", предназначенное для пресечения коммуникаций противника между о-вами Фиджи и Гуадалканалом. Им непосредственно руководил штаб Шестого флота, получавший информацию от других сил флота и армии. Лодки соединения крейсировали в ограниченных районах, которые могли оставить только по приказу командующего Шестым флотом. Изменение тактики незамедлительно сказалось на результатах деятельности ПЛ. Уже 6.09.1942 г. I-11 на подходах к Гуадалканалу обнаружила и атаковала американский авианосец Ноrnеt. Корабль спас один из его палубных противолодочных самолетов, глубинными бомбами уничтоживший идущую торпеду. 15.09.1942 г. штаб Шестого флота навел часть лодок Соединения "А" на американские авианосцы. I-19 удалось выйти в торпедную атаку, потопить авианосец Wasp, эсминец O'Brien и повредить новейший линкор North Carolina. Одновременно I-15 выпустила шесть торпед по авианосцу Ноrnеt, но промахнулась. Успех заставил вице-адмирала Комацу сформировать Соединение "Б", призванное блокировать о. Гуадалканал. Организация его использования была такой же как и у Соединения "A". К октябрю 1942 г. японцам удалось сосредоточить в районе Соломоновых о-вов около 30 лодок. Часть из них (имевшие авиационное вооружение) находилась в самостоятельном крейсерстве, а остальные использовались позиционным методом или патрулировали в ограниченном районе. Во время крупных сражений между надводными кораблями, лодки отводились из районов, где оперировали соединения Объединенного флота. Это объяснялось тем, что на них не было аппаратуры опознавания "свой — чужой". Шестой флот, например, не смог принять участие в бою 25–26.10.1942 г. у о. Санта Круз. В этот момент его корабли находились в 200 милях к северо-востоку и противника даже не обнаруживали. После боя японские лодки получили приказ уничтожить поврежденные американские корабли. 26.10.1942 г. I-21 у о. Санта Круз потопила зсминец Porter, спасавший пилотов сбитых самолетов с авианосца Hornet. Аналогичным образом сложилась ситуация после сражения у о. Гуадалканал в ночь на 13.11.1942 г. После ее завершения японские лодки начали самостоятельный поиск поврежденных кораблей противника на вероятных маршрутах их движения к о-вам Фиджи или Гавайям. 13.11.1942 г. I-26 в проливе Индиспенсейбл обнаружила американские крейсера San Francisco и Junеаu. Последний был поврежден и больше 13 узлов дать не мог. Лодка вышла в атаку и двумя торпедами потопила Juпеаu. Кроме того, в 1942 г. японским подводникам удалось повредить американский тяжелый крейсер Chester (20.10.1942 г. I-176 к востоку от о. Сан Кристобаль) и ошибочно потопить советсую лодку Л-16.

В 1943 г. МГШ продожал использовать лодки для блокады отдельных участков побережья или о-вов (например, Новой Гвинеи), где армия вела боевые действия. Их командирам рекомендовалось атаковать любые цели. Из-за развития американских противолодочных сил, к марту 1943 г. японские лодки не могли успешно решать поставленные перед ними задачи. 3десь уместно привести в качестве примера оборону о-вов Джилберта. В ноябре 1943 г. МГШ сделал вывод о предстоящей оккупации противником архиппелага и для противодействия ей сформировал Специальное Соединение, которое возглавил капитан 1 ранга Ивагами. Он должен был организовать подготовку кораблей к предстоящей операции, но, когда американская морская пехота высадилась на о. Тарава, лодки Соединения продолжали оставаться в распоряжении командующих эскадр. В результате I-19, I-21, I-35, I-39, I-40, I-169, I-174, I-115 и Ro-38 вышли в море без соответствующей подготовки, не имея конкретных приказаний. При этом командующий Шестым флотом вице-адмирал Такаги (сменил вице-адмирала Комацу в ноябре 1943 г.) начал издавать многочисленные и противоречивые приказы, что, по его мнению, должно было запутать противника. Корабли непрерывно и хаотически перемещались из одного района в другой, порой получали бессмысленные радиограммы и длительное время находились на поверхности в ожидании очередных приказов. В результате были потеряны шесть лодок. Лишь одной I-175 удалось потопить 24.11.1943 г американский эскортный авианосец Liscome Вау, что ни как не могло повлиять на ход борьбы за о-ва в центральной части Тихого океана. 16.11.1943 г. однотипная I-176 на подходах к атоллу Трук обнаружила в надводном положении и двумя торпедами потопила Corvina — единственную американскую субмарину, ставшую жертвой японских лодок. Кроме того, 20.07.1943 г I-11 на подходах к о. Нью-Джорджия двумя (из шести выпущенных) тяжело повредила австралийский легкий крейсер Hobart.

Как казалось, в 1944 г. перед японскими лодками наконец открывалась возможность выполнить свое предназначение. Вице-адмирал Такаги планировал стянуть их к месту сражения главных сил флотов и нанести противнику максимально возможный ущерб до начала боевого соприкосновения. С этой целью было создано Специальное Соединение из 25–30 кораблей, которые разворачивались в три завесы на наиболее опасных направлениях. Когда американцы высадились на Марианские о-ва, сам Такаги оказался на Сайпане (с инспекционной проверкой) и не мог руководить деятельностью своих сил. Его заместитель контр-адмирал Уада был вынужден сосредоточить у Марианских о-вов все боеготовые ПЛ, имевшиеся на тот момент в центральной части Тихого океана или на атолле Трук. Характерно, что из них только три (Ro-36, Ro-43 и Ro-114) были заранее развернуты на позициях, а остальные 17 вышли в море только тогда когда японское морское комадование поняло, что рейд американских авианосцев к Марианским о-вам не являлся простой демонстрацией силы. Эта реакция оказалась запоздалой, и Шестой флот не повлиял на ход сражения в Филиппинском море, а слабая подготовка большинства экипажей привела к потере девяти кораблей.

Японские лодки не сыграли существенной роли в боях за Филиппины 3.10.1944 г. Ro-41 У о. Моротай торпедой потопила эскортный миноносец Shelton, 24.10.1944 г. I-56 к востоку от о. Лейте торпедой повредила американский авианосец Santee; 28.10.1944 г. I-45 в 100 милях к востоку от о. Лейте атаковала соединение авианосцев и потопила эскортный миноносец Eversole, а 3.11.1944 г. I-41 к востоку от Филиппин тяжело повредила американский легкий крейсер Reno. При этом Ro-41 стала косвенной причиной гибели американской лодки Seawolf, которую глубинными бомбами ошибочно потопили оставшиеся корабли охранения авианосцев в ходе Филиппинской кампании японские лодки использовались позиционным методом. Позиции, как правило, располагались вдоль побережья архипелага напротив десантопригодных участков. В середине ноября позиции переместили на наиболее вероятные маршруты движения конвоев с войсковыми транспортами. Хотя взимодействие с надводными кораблями не было организовано, лодки постоянно передавали в штаб Шестого флота информацию о движении соединений противника. Бои за Филиппины стали последней попыткой организовать классическое использование японских лодок против боевых кораблей противника.

О применении человекоуправляемых торпед будет сказано ниже, здесь же надо отметить, что одной из них (с I-53) удалось потопить 24.07.1945 г. к северо-востоку от о. Лейте американский эскортный миноносец Underhill, и 30.07.1945 г между о-вами Тиниан и Сайпан I-58 обычными торпедами потопила американский тяжелый крейсер Indianapolis. Таким образом, за время войны на Тихом океане японским лодкам удалось потопить три авианосца (американские Yorktown, Wasp и эскортный Liscome Вау), два крейсера (американские Junеаu и Indianapolis), три зсминца (американские Наmmаnn, O'Brien и Porter), три эскортных миноносца (американские Shelton, Eversole и Underhill) и дее лодки (советскую Л-16 и американскую Corvina). Кроме того, дважды получал повреждения американский авианосеu Saratoga, были повреждены американский эскортный авианосец Santee, английский линейный кора6ль Ramillies (в ходе атаки карликовых лодок), американский линейный корабль North Carolina, американские крейсера Chester, Reno, австралийский Hobart, американские эсминцы Lowry, Reshaw и Halligan. Как видно, японские лодки в годы войны достигли больших результатов, и по числу потопленных боевых кораблей уступают только американским. Вместе с тем, приходится признать, что они явно не оправдали возлагавшиеся на них надежды. Это объясняется, во-первых, тем, что японским подводным силам пришлось противостоять противнику, обладавшему развитыми и совершенными противолодочными силами. Во-вторых, сами по себе японские лодки имели небольшие дальность плавания и скорость хода в подводном положении, значительное время погружения, высокий уровень первичных физических полей, несовершенные амортизаторы механизмов и устройств, не обеспечивавшие их ударостойкость, в начальный период войны полностью отсутствовало радиотехническое вооружение. В-третьих, организация боевого использования японских лодок находилась на уровне 30-х годов и за время войны существенно изменена не была.

Б.4 Борьба японских ПЛ против торгового судоходства противника

Формально Шестой флот занимался борьбой с торговым судоходством противника с апреля 1942 г. по ноябрь 1944 г. За время войны на Тихом океане японские лодки потопили 169 судов суммарным водоизмещением 801230 т. Для сравнения, американцы и их союзники отправили на дно 1152 японских судна (суммарным водоизмещением 4868634 т)[2]. Бесспорно, простое сравнение абсолютных цифр условно. Для понимания степени эффективности японских ПЛ целесообразно рассмотреть их деятельность на коммуникациях противника в различные периоды боевых действий. В декабре 1941 г., когда МГШ развернул в различных частях Тихого океана в общей сложности 44 лодки, главной целью для них являлись боевые корабли противника. Тем не менее, лодки потопили 13 судов суммарным водоизмещением 73118 т. Успех был обеспечен полной внезапностью нападения. Достаточно сказать, что все эти суда следовали самостоятельно и "натыкались" на лодки, находившиеся на своих позициях. В последующие три месяца ситуация была аналогичной, и японцам удалось потопить еще 35 судов, суммарным водоизмещением 146230 т. На первый взгляд такая результативность должна была удовлетворять штаб Шестого флота, но его командующий, равно как и МГШ, хорошо понимали, что лодки могли в сложившейся ситуации коренным образом изменить ход боевых действий на море, полностью прервав коммуникации противника. Когда подводные силы перенацелили на борьбу с торговым судоходством, союзники уже ввели систему конвоев и начали наращивать свои противолодочные силы. В этот период японские лодки, обладавшие большими автономностью и запасом торпед, еще могли добиться значительных успехов на растянутых коммуникациях противника между западным побережьем США, Перл-Харбор и Австралией. Однако МГШ не оценил ситуацию и значительную часть подводных сил держал в резерве на случай генерального сражения или отвлекал для решения частных задач. В результате число потерь союзников в торговом тоннаже постепенно начало сокращаться. В апреле было потоплено семь судов, суммарным водоизмещением 39820 т, а в мае — четыре судна — 25793 т. Некоторый рост наблюдался в июне 1942 г. — 13 судов, суммарным водоизмещением 72423 т. Затем вновь началось падение эффективности действий японских лодок на коммуникациях, продолжавшееся вплоть до конца войны. Так, в июле 1942 г. союзники лишились 12 судов (59756 т), в августе 1942 г. — семь (32925 т), а в сентябре — четыре (25933 т). При этом надо иметь ввиду, что почти все эти потери в мае — июле 1942 г. приходятся на Индийский океан, где оперировали I-10, I-16, I-18, I-20 и I-30, входившие в состав Восьмой эскадры контр-адмирала Нобору Исидзаки. Их деятельность заслуживает особого внимания. Лодки находились в море почти четыре месяца. Во время патрулирования они потопили 21 судно, суммарным водоизмещением 116268 т. Гидросамолеты с I-10 (флаг командира группы) и I-30 поднимались в воздух 11 раз и обеспечили успех атаки порта Диего-Суарес (о. Мадагаскар). Карликовым лодкам, выпущенным с I-16 и I-20, удалось потопить английский ТН (6993 т) и тяжело повредить английский ЛК Ramillies. Деятельность ПЛ обеспечивали вспомогательные крейсера Аикоку Мару и Хококу Мару, которые не только пополняли запасы, но и провели подготовку перехода I-30 в Европу. Корабли группы крейсировали в определенных районах Индийского океана и перемещались в соответствии с приказами командира группы, получавшего информацию от бортовых самолетов или вспомогательных крейсеров.

В октябре 1942 г. японские лодки потопили шесть судов, суммарным водоизмещением примерно 26826 т. Потеря одного из них не потверждена данными союзников. В ноябре и декабре 1942 г. корабли Шестого флота записали на свой счет еще по два судна, суммарным водоизмещением соответственно 7559 и 16325 т. В начале января 1943 г. вице-адмирал Комацу решил временно отказаться от группового использования лодок на коммуникациях и перешел на метод одиночного крейсерства. Дело в том, что переговоры между кораблями фиксировала радиослужба противника. В начале января 1943 г. I-21 получила приказ следовать к побережью Австралии для борьбы с судоходством противника. Причем командиру корабля рекомендовалось воздержаться от использования бортового самолета. В результате лодке удалось почти за 50 дней (в течение января — февраля 1943 г.) патрулирования потопить шесть судов, суммарным водоизмещением 30437 т. Этот успех в дальнейшем не удалось развить, так как союзники у Австралии ввели систему хорошо охраняемых конвоев. К марту 1943 г. Шестой флот вновь вернулся к групповому использованию лодок в борьбе против торгового судоходства противника. Так, руководствуясь данными разведки, полученными от МГШ, вице-адмирал Комацу сделал вывод об ослаблении системы противолодочной обороны в районе о-вов Фиджи и Самоа. Он направил сюда I-17, I-19, I-25, I-26, I-177 и I-178, которые с середины марта по конец апреля 1943 г. потопили семь судов, суммарным водоизмещением 44044 т. Это был последний значительный успех японских подводников на Тихом океане. В дальнейшем они топили торговые суда, главным образом, в Индийском океане. Так, в мае 1943 г. из пяти судов три (суммарным водоизмещением 13136 т) союзники потеряли в Оманском заливе, в июле 1943 г. было потоплено шесть судов, из которых четыре (суммарным водоизмещением 29685 т) — в Индийском океане, а в сентябре 1943 г. японцам удалось уничтожить три судна (суммарным водоизмещением 14980 т), и все они записаны на счет I-10, которая патрулировала в Аденском заливе. До конца 1943 г. корабли Шестого флота потопили 11 судов (суммарным водоизмещением 62668 т) — все в Индийском океане. Японские лодки здесь использовали метод одиночного крейсерства и друг с другом не взаимодействовали. Их деятельность была согласована с немецким морским командованием, которое перебазировало на Пенанг семь своих ПЛ. К концу 1943 г. Индийский океан остался единственнным районом, где японские подводники могли добиться успеха в борьбе на коммуникациях противника. За весь 1944 г. они отправили на дно 18 судов, суммарным водоизмещением 130919 т. Из них одно было потоплено при помощи человекоуправляемых торпед. Эти потери были для союзников незначительны и большого влияния на ход боевых действий не оказали.

Среди японских лодок наиболее удачливой была I-10, потопившая 15 судов, суммарным водоизмещением 75246 т. Далее следуют: I-27 — 13 судов (суммарным водоизмещением 72751 т); I-21 — 10 судов (суммарным водоизмещением 45710 т) и эсмсинец Роrtеr, I-26 — девять судов (суммарным водоизмещением 46940 т) и легкий крейсер Junеаu, I-20 — семь судов (суммарным водоизмещением 50621 т); I-37 — семь судов (суммарным водоизмещением 47942 т); I-29 — шесть судов (суммарным водоизмещением 39632 т); I-166 — шесть судов (суммарным водоизмещением 17631 т); I-165 — пять судов (суммарным водоизмещением 29957 т); I-16 — пять судов[3] (суммарным водоизмещением 17727 т); I-8 — четыре судна (суммарным водоизмещением 23738 т); I-53 — четыре судна (суммарным водоизмещением 14414 т); I-164 — четыре судна (суммарным водоизмещением 12157 т) и I-9 — два судна (суммарным водоизмещением 21845 т), авианосец Wasp и эсминец О'Brien. Для сравнения, в американском флоте самой результативной была Tang — 24 торговых судна (суммарным водоизмещением 93824 т), а в германском — U 48 — 51 судно, (суммарным водоизмещением 310007 т) и шлюп. Анализ показывает, что японские лодки, имевшие авиационное вооружение, добились наибольшего успеха. Это объясняется тем, что, начиная с апреля 1942 г., они специально выделялись для борьбы с торговым судоходством и использовались методом самостоятельного крейсерства. Данные корабли, как правило, патрулировали в Индийском океане, где противолодочная оборона союзников была относительно слабой. Здесь бортовые самолеты значительно расширяли возможности лодок по поиску судов противника. В 1944 г., когда была повсеместно введена система конвоев, лодки уже не могли прорвать их охранение и несли большие потери из-за небольших дальности и скорости подводного хода, значительных размеров, повышавших уровень первичных физических полей и снижавших маневренность. Не случайно в 1944 г. этим кораблям удавалось топить лишь те суда, которые следовали самостоятельно (вопреки рекомендациям союзного морского командования) или отставали от конвоев. МГШ пытался решить проблему путем использования ПЛ серий Ro, но они не обладали большой автономностью и имели ограниченные боевые возможности.

Подводя общий итог результативности японских лодок, приходиться признать, что им так и не удалось серьезным образом повлиять на торговое судоходство союзников. Ни одна из важнеиших коммуникаций не была нарушена. Противник успешно решал задачи по доставке грузов и если нес потери, то они практически не влияли на ход боевых действий.

Б.5 Транспортная деятельность японских ПЛ

Опыты по транспортировке грузов на ПЛ начались в августе 1942 г., когда Ro-31 (учебный дивизион в Куре) во Внутреннем японском море перевозила различные грузы на палубе надстройки в специальных контейнерах. Кроме того, она транспортировала продовольствия внутри прочного корпуса. Его запаковывали в резиновые мешки, которые пытались выстреливать через торпедные аппараты. К концу 1942 г. положение гарнизона на о-ве Гуадалканал стало катострофическим, и ПЛ оказались единственным средством, способным прорвать блокаду противника. 16.11.1942 г. под руководством контр-адмирала Хисао Мито было сформировано Специальное Соединение, предназначенное для транспортировки грузов на Гуадалканал. До февраля 1943 г. корабли этого соединения совершили 28 рейсов и доставили на остров до 1500 продовольствия, медикаментов и боеприпасов. Кроме того, они звакуировали около 120 больных и раненых. План транспортной деятельности предусматривал ежедневный выход одной лодки. Переход от Бугенвиля до Каминпо и обратно занимал около семи суток, т. е. в море одновоременно находилось бы семь-восемь кораблей. Фактически, по различным причинам, они выходили в море гораздо реже. По мнению МТД, для транспортноЙ деятельности больше всего подходили корабли с авиационным вооружением. По расчетам они могли брать на борт до 55 т продуктов питания, которых хватило бы на двое суток гарнизону из 10000 человек, сохраняя при этом торпедное и артиллерийское вооружение. Однако МГШ считал их наиболее боеспособными кораблями Шестого флота и отдал приказ использовать для транспортировки грузов любые лодки, оперировавшие в южной части Тихого океана. С них выгружали артиллерийское вооружение (кроме зенитных автоматов), почти все торпеды (оставаляя лишь две в ТА) и часть второстепенного оборудования, как правило, связанного с жизнедеятельностью экипажа. Вскоре ПЛ потребовались для снабжения гарнизонов на Новой Гвинее и о-вах Алеутской гряды. В ходе этих операций японцы порой использовали весьма экзотические средства. Наибольшее распространение получили буксируемые платформы унхо-то (по другим данным унпо-то)[4]. Такое устройство несло на себе до 15 т различных грузов. В двух милях от берега буксир отдавался, и унхо-то продожал двигаться самостоятельно, управляемый. Не меньший интерес вызывают унка-то — цилиндрическая конструкция, вмещавшая в себя 337 т грузов и также буксировавшая за ПЛ[5]. К берегу она подходила при помощи специального бензинового двигателя. Однако подавляющую массу грузов корабли Шестого флота перевезли в прочном корпусе или в контейнерах (бочках), закрепленных на палубе надстройки. К концу войны японские лодки перевозили даже легкие танки и амфибийные машины[6]. Одновременно МГШ предложил Императорской ставке "Дополнительную программу", которая предусматривала постройку 11 транспортных ПЛ типа D1.

Японские лодки занимались транспортировкой грузов вплоть до капитуляции Японии, и в конце войны эти перевозки даже приобрели стратегический характер. Особый интерес представляют переходы японских лодок в Европу. МГШ отправил туда пять кораблей. Все они имели авиационное вооружение. Перед походом с них демонтировали часть вспомогательного оборудования, снимали бортовой самолет, большинство запасных торпед и часть артиллерийского боезапаса. В Европу японцы доставляли хинин, редкоземельные металлы и людей. Обратно перевозились ртуть, новейшие технологии, дипломатическая почта, образцы авиационных и морских систем вооружения. Первой во Францию отправилась I-30, которая 5.08.1942 г. пришла в Лориан. 13.10.1942 г. она затонула на обратном переходе, подорвавшись на минах. Кроме нее до Европы добрались I-8 и I-29, но благополучно вернулась в Метрополию только I-8. Два других корабля (I-34 и I-52) были потоплены, так и не достигнув Франции. Эти перевозки не имели существенного значения и носили скорее политический, чем экономический характер. Вместе с тем, документация, которую подняли с затонувшей I-30, позволила в довольно сжатые сроки создать высокоскоростные корабли типов ST и STS. Некоторые специалисты часто критикуют руководство Императорского флота за транспортное использование подводных сил. Однако приходиться признать, что решение МГШ во многом оказалось оправданным, так как в отдельных случаях помочь гарнизонам, например, на Гуадалканале или Новой Гвинее, могли только лодки.

Б.6 Использование японских ПЛ в качестве носителей человекоуправляемых торпед

Использование японских ПЛ в качестве носителей человекоуправляемых торпед представляет особый интерес. Это оружие явилось следствием неудач японцев на море и, в соответствии с решением Императорской ставки от ноября 1944 г., стало основным способом борьбы с боевыми кораблями противника. Изначально человекоуправnяемые торпеды (кайтен) предназначались для атаки судов, стоящих на якоре в передовых операционных базах. По конструкции они являлись 533-мм торпедой тип 93, в которую была вставлена секция с кабиной для пилота (водителя), оснащенная приборами управления. В точке развертывания носитель должен был всплыть, приготовить "кайтен" к боевому использованию и затем, погрузившись, выйти в атаку. С момента отрыва кайтен переходил на автономное питание и мог пройти в течении часа 40 миль. На них имелись устройства, позволяющие пилотам за 50–60 м до цели покидать торпеду, но, как известно, ни один из них не воспользовался своим правом на жизнь. Первая группа пилотов кайтвн начала подготовку в августе 1944 г., а в качестве носителей были выбраны I-36, I-37 и I-47. Боевые приемы использования человекоуправляемых торпед отрабатывались на I-36. Все пилоты группы (миссия "Кикусуй") являлись офицерами и дипломированными специалистами Военно-морской академии в Этадзиме. Впервые чеповекоуправnяемые торпеды атаковали американские корабли у атолла Улити в конце ноября 1944 г. Из пяти выпущенных с I-36 и I-47 кайтен, лишь одной, ведомой лейтенантом Нисина, удалось потопить флотский ТН Mississinewa (11316 т), а остальные погибли, не достигнув цели. Тем не менее, командиры носителей доложили об уничтожении трех авианосцев и двух ЛК. Подобный "успех" не мог не вдохновить МГШ на расширение масштабов применения человекоуправляемых торпед, несмотря на гибель в проливе Коссол I-37 — тpeтьeгo корабля миссии "Кикусуй". В конце ноября 1944 г. для кaйтeн выделили уже девять ПЛ (I-36, I-44, I-47, I-48, I-53, I-56, I-58, I-368 и I-370) и четыре группы пипотов (миссии "Конго", "Чихайя", "Чимбу" и "Татарэ").

В миссии "Конго" участвовало шесть лодок. В ходе операции у атолла Улити японцы бесполезно потеряли 19 кайтен (из 24) и один из носителей (I-48). Однако отчеты вновь внушали оптимизм — 12 судов и ЛК. В дальнейшем МГШ решил атаковать соединения противника при помощи человекоуправляемых торпед в открытом море. В двух операциях участвовали три и две лодки соответственно, несшие на себе в общей сложности 26 кайтен. В ходе нескольких атак КОН, следовавших к о. Иво Дзима, японцы потеряли две из них, а I-44 и I-56 вернулись в базу, так и не выпустив ни одной из своих человекоуправляемых торпед. К обороне о. Окинава МГШ привлек шесть ПЛ-носителей кайтен. В данном случае их действия планировали скоординировать с атакой противника авиацией берегового базирования и соединением надводных кораблей во главе с ЛК Ямато. В ходе операции 20 человекоуправляемых торпед даже не были выпущены, при этом японцы потеряли две лодки. Неудачи в использовании кайтен привели к отставке вице-адмирала Мива, которого сменил вице-адмирал Тадасиго Даиго. Новый командующий Шестого флота предложил использовать человекоуправляемые торпеды в районах, где противолодочная оборона противника была относительно слабой. 8 апреле 1945 г. два корабля (I-36 и I-47), несшие на себе 12 кaйтен, направились в район к югу от о. Окинава. Из восьми выпущенных человекоуправляемых торпед все были потоплены эскортными кораблями противника. Единственным положительным итогом этой операции стало возвращение обеих лодок на базу. Не принесли результатов две последующие операции с участием пяти носителей (I-367, I-36, I-165, I-361 и I-363) и 18 кайтен. 8 ходе одной из них японцы потеряли I-361 и I-165. Наиболее массовой и успешной оказалась последняя (десятая) миссия человекоуправляемых торпед ("Тамон"). Из шести лодок, несших на себе 33 кайтен, три (I-47, I-363 и I-367) по техническим причинам были отозваны на базу, не выполнив поставленной задачи. I-53 человекоуправляемой торпедой потопила американский эскортный миноносец Underhill, а I-58 обычными торпедами — ТКР Indianapolis.

Попытки МГШ использовать человекоуправляемые торпеды в ходе обороны о-вов Иво Дзима и Окинава не принесли существенных результатов по следующими причинам: большое превосходство противолодочных сил противника; техническое несовершенство японских лодок и человекоуправляемых торпед; неправильная организация боевого использования человекоуправляемых торпед, обусловленная плохим знанием обстановки в районе операции и их небольшим числом.

Б.7 Использование японских ПЛ против береговых объектов, специальные операции

Японские тактические наставления предусматривали атаку береговых объектов при помощи артиллерии подводных лодок. Предполагалось, что они смогут держать противника в постоянном напряжении, тем самым отвлекая его противолодочные силы от районов, где предполагали провести генеральное сражение. С зтой целью патрульные лодки имели мощное артиллерийское вооружение. Огонь управлялcя 1,5-м дальномером и корректировался бортовым самолетом. Сама по себе конструкция кораблей позволяла использовать орудия практически при любых погодных условиях. При необходимости, лодка занимала позиционное положение, что снижало заметность ее силуэта. В соответствии с планом атаки Перл-Харбор, шесть кораблей должны были обстрелять несколько о-вов в центральной части Тихого океана. Фактически, лишь I-68 безрезультатно выпустила несколько 120-мм снарядов по атоллу Джонстон, а I-71 и I-72 — по атоллу Пальмира. Одновременно Ro-65, Ro-66 и Ro-67 обеспечивали оккупацию о. Уэйк, в ходе которой, по некоторым данным, использовали артиллерию. Ro-64 и Ro-68 в середине января 1942 г. обстреляли побережье США в окрестностях Сан-Франциско. По докладам командиров, использование лодками артиллерии дало хорошие результаты, что заставило МГШ продолжить операции подобного рода, и уже 22.01.1942 г. I-24 и I-18 попытались одновременно атаковать атолл Мидуэй. Объекты для обстрела были выбраны МГШ на основе данных воздушной разведки. Командиры кораблей не согласовали плана совместных действий и первой к острову подошла I-24, которая выпустила шесть 140-мм снарядов по нефтяному терминалу. Береговые батареи заставили ее прекрaтить огонь и отойти. На I-18 вышел из строя гирокомпас, и ее командир решил пройти вдоль берега атолла и выбрать объект атаки, пользуясь дальномером. Однако противник был уже начеку и не позволил лодке открыть огонь. В начале февраля 1942 г. I-69 смогла, пользуясь темным временем суток, обстрелять атолл Мидуэй. Эта операция также оказалась безрезультатной. В дальнейшем МГШ решил для атаки береговых объектов привлекать только патрульные лодки, которые могли использовать для корректировки огня бортовые самолеты, как это предписывалось тактическими наставлениями. 24.02.1942 г. I-17 выпустила семнадцать 140-мм снарядов по нефтяным приискам Элвоод у Санта-Барбары, но в воздух бортовой самолет не поднимала из-за поломки катапульты. Не смогла применить свой самолет и I-27, которая 3.06.1942 г. вместе с I-22 обстреляла портовые сооружения Сиднея. Практически одновременно, в рамках операции по захвату о. Мидуэй, I-168 безрезультатно выпустила шесть 100-мм снарядов по лагуне атолла. Из-за сложных погодных условий не использовали бортовые самолеты I-25 и I-26, которые обстреляли из 140-мм орудий радиостанцию на Эстеван на о. Ванкувер (20.06.1942 г.) и Форт Стевенс в штате Орегон (21.06.1942 г.). В дальнейшем МГШ специально не планировал подобных операций, и все действия лодок против береговых объектов были вызваны инициативой командиров или обусловлены определенными обстоятельствами. Так 14.10.1942 г. I-7 выпустила двадцать пять 140-мм снарядов по американскому аэродрому на Эспириту Санто. Корабль действовал по заявке армейского командования, а огонь корректировали береговые наблюдатели. В 1943 г. известны лишь несколько случаев использования артилерии японских ПЛ против береговых объектов. Объясняется это тем, что эффективность подобных операций была крайне низкой, а из-за усилившейся системы противолодочной обороны противника, они могли привести к неоправданным потерям.

В ходе войны японские лодки выполняли специальные задачи. Прежде всего к ним следует отнести ведение разведки в интересах МГШ и командования Объединенного флота. До 1944 г. для этой цели использовали самолеты, и здесь имеет смысл рассказать об истории их появления на борту японских лодок. Как уже говорилось, первый бортовой самолет для лодок появился в 1925 г. и получил обозначение "Нeinkеl" U-1 (тип 1 "Йокосука"). Он прошел испытания на минном заградителе I-121 и в 1927 г. был принят на вооружение. Этот биплан хранился в герметичном контейнере позади ограждения рубки и мог стартовать только с воды. Гидросамолет имел небольшую скорость полета и находился в воздухе не больше двух часов, что не удовлетворяло МГШ. В дальнейшем японцы разместили на лодках пневматические катаульты и в 1935 г. разработали новый гидросамолет "Ватанабэ" E9W1 тип 96, который был испытан в ходе конфликта с Китаем. Он поднимался в воздух с борта одной из лодок завесы и наводил свои корабли на суда, пытавшиеся прорвать блокаду. Как показал боевой опыт, большие патрульные лодки могли эффективно осуществлять разведку на большом удалении от пунктов базирования и успешно оперировать на торговых коммуникациях. Однако бортовой самолет тип 96 имел небольшой радиус действия и слабое вооружение. В результате серию ограничили 35 единицами и в 1941 г. разработали новую машину — "Йокосука" Е14Y1 тип 0, со скоростью полета 246 км/чac. Она могла находиться в воздухе около пяти часов и вполне удовлетворяла MГШ. До конца войны было построено 126 таких самолетов. Они активно использовались японскими большими патрульными лодками. Самолеты значительно расширяли возможности поиска противника в открытом море, вели разведку его баз и побережья. 17.08 и 6.10.1942 г. I-25 использовала бортовой самолет для бомбардировки лесов штата Орегон. Эти операции были сочтены удачными и в дальнейшем привели к созданию лодок-авианосцев типов АМ и STo. Первоначально эти корабли планировали использовать для атаки Нью-Йорка и других городов на побережье США Для них в 1944 г. был создан специальный скоростной бомбардировщик-торпедоносец "Сейран", который решили использовать для разрушения шлюзов Панамского канала. Для этой цели подготовили I-400, I-401, I-13 и I-14. Первые несли на себе по три самолета, а остальные — по два. Подготовка их пилотов затянулась из-за отсутствия топлива. Его в начале июня 1945 г. доставила I-351. Пока шло обучение экипажей самолетов в заливе Нанао на западном побережье о. Хонсю, MГШ решил использовать эти лодки для атаки американских авианосцев у атолла Улити. Она должна была быть скоординирована с нападением человекоуправляемых торпед. Однако до капитуляции Японии операция проведена не была.

Ведение разведки возлагалось на все без исключения японские лодки, выходившие в море. При этом, помимо самолетов, они использовали оптические приборы, документы с потопленных транспортов, опрос захваченных пленных, радиопеленгование и радиоперехват. В последние годы войны для разведки использовали радиолокацию. Здесь надо сказать, что радиотехническое вооружение на японские ПЛ внедрялось чрезвычайно долго и с большим трудом. Командиры кораблей быстро оценили его достоинства, но МГШ проявил удивительный консерватизм. Так, капитан 3 ранга Хасимото в феврале 1943 г., будучи командиром I-158, по собственной инициативе установил на ней один из образцов авиационной РЛС. Опыт не дал положительных результатов, и МГШ не стал разбираться в причинах. Лишь в сентябре 1943 г. на Ro-44 (капитан-лейтенант Фудзимото) смонтировали станцию обнаружения надводных целей, а внедрение станции обнаружения воздушных целей затянулось вплоть до февраля 1944 г. Объяснялось это тем, что МТД не хотел принимать на вооружение армейские образцы (как технически не приспособленные к морским условиям), а разработку своего завершил лишь в конце ноября 1943 г. Планомерное оснащение японских лодок радиотехническим вооружением началось в феврале 1944 г. Вместе с тем, МГШ и командование Шестого флота не смогли (или не захотели) разработать оперативно-тактические приемы его боевого использования. В результате, радиолакационные станции порой становились причиной гибели японских ПЛ. Показателен пример Ro-55, Ro-112 и Ro-113, которые были потоплены в течение одной недели (соответственно 7-го, 11-го и 12-го февраля 1945 г.) у о. Лусон американской ПЛ Batfish, выходившей в атаку по данным станции радиотехнической разведки (AN/APR-1). Ее успех обеспечили сами японцы, длительное время не выключавшие свои РЛС обнаружения воздушных целей. Только к концу воины МГШ ввел в действие инструкции по повседневному и боевому использованию радиотехнического вооружения, строящиеся корабли получили новые формы надстроек и ограждения рубок, снижавшие радиолакационную заметность, легкие корпуса покрывали специальным каучуковым составом, а механизмы (в том числе и вспомогательные) монтировали на двухкаскадных амортизаторах, что снижало уровень первичных аккустических полей.

Среди специальных операций Шестого флота можно выделить обеспечение летающих лодок "Каваничи" (H8K1) во время атаки Перл-Харбор. Для этой цели I-15, I-19 и I-26 оборудовали цистернами для перевозки и передачи в море авиационного топлива. 28.02.1942 г. I-15 и I-19 заняли позицию у атоллов Френч-Фригейт. Навигационное обеспечение операции осуществляли: I-26, патрулировавшая в 200 милях к юго-западу; Ro-61 и Ro-62, занявшие позицию между атоллами Вотье и Френч-Фригейт. 3.03.1942 г. летающие лодки дозаправились с I-15 и I-19. 4.03.1942 г. они нанесли удар по Перл-Харбор. Подобный рейд планировали повторить в рамках операции по захвату атолла Мидуэй, но американцы узнали о планах МГШ и заранее развернули у атоллов Френч-Фригейт свои противолодочные корабли. Сама идея использовать ПЛ для обеспечения летающих лодок в открытом океане нашла продожение в создании специальных кораблей типа SH. Боевые лодки для этой цели использовались лишь в конце 1942 г., когда I-21 у Соломоновых о-вов дважды передавала топливо на летающие лодки "Каваничи" (H8K1), ведшие разведку в районе о-вов Фиджи и Самоа.

Лодки привлекались для спасения экипажей погибших кораблей и самолетов. В отличие от американцев, японцы не смогли организовать надежную систему спасения. Подобные операции проводились без достаточной подготовки и не согласовывались с другими силами флота. Так, 3.03.1943 г. I-17 и I-26 направили из Рабаула в море Бисмарка для спасения экипажей судов и кораблей, разгромленного противником конвоя. Одновременно сюда пришли несколько эсминцев, командиры которых не знали о присутствии лодок. Лишь благодаря случайности японские офицеры раэобрались в обстановке. 4.03.1943 г. I-17 и I-26 подобрали с воды 350 человек, которых доставили 5.03.1943 г. в Рабаул. Ранее упоминавшиеся Ro-55, Ro-112 и Ro-113 вышли в море для спасения экипажей сбитых самолетов. Их действия не были согласованы с авиационным командованием и командиры были вынуждены все время использовать радиолакационные станции для определения местоположения своих самолетов.

Японские лодки высаживали на побережье противника агентов армейской разведки, готовились к высадке достаточно крупных десантов, имевших на вооружении даже танки. Для решения последней задачи привлекались "стандартные" крейсерские лодки и разрабатывались специальные транспортные корабли.

Б.8 Использование быстроходных японских ПЛ против боевых кораблей

К защите о-вов Метрополии МГШ планировал привлечь высокоскоростные лодки типов ST и STS. Они создавались на основе немецких технологий и являлись аналогами немецких ХХI и ХХIII-й серий. Считалось, что, благодаря высокой скорости надводного хода, они смогут прорвать охранение американских авианосцев. При этом лодки должны были выходить в атаку группами по пять-шесть кораблей. Устройство "шнорхель" позволяло им длительное время находиться под водой. Во время атаки корабли использовали бы обычные торпеды. Ввиду отсутствия топлива, вступавшие в строй лодки боевой подготовкой не занимались, и отработать на практике новые тактические приемы не удалось.

Б.9 Карликовые лодки в японском Императорском флоте

В 1932 г. Нориосси Йоко предложил идею создания человекооуправляемых торпед, но из-за невозможности спасения их экипажей после выполнения боевой задачи пришлось отказаться от этой идеи. МТД начал работы над двумя проектами сверхмалой лодки: — чисто электрическим и дизель-электрическим. Оба корабля должны были иметь радиус действия 30 км и нести две торпеды. В начале 1934 г. ф. "Мицубиси" по проекту инженера Нисимура построила вполне удачный научно-иследовательский глубоководный аппарат Нисимура (№ 1). МГШ заинтересовался зтой лодкой и на верфи флота в Куре построил такой же аппарат. Полученный опыт позволил в 1936 г. ввести в строй две карликовые лодки типа А (открытое наименование "Мишень — А"). В этих кораблях японцев привлекла возможность их прорыва в хорошо охраняемые порты и базы. Первоначально на этих лодках планировали размещать диверсантов, затем специальные заряды, но в конце концов остановились на торпедном варианте. Предполагалось, что массированное использование карликовых ПЛ позволит нейтрализовать линейные силы противника незадолго до их выхода в море. С этой целью их надлежало доставить, по возможности скрытно, в точку запуска, т. е. на дистанцию не больше 80 миль до цели. После ввода в строй прототипов Ha-1 и Ha-2 их испытали в 1939 г. на гидроавианосце Чuтосэ. Хотя результаты этих испытаний не удовлетворяли МГШ, гидроавианосец Чийода модернизировали в транспорт 12 (при необходимости 20) карликовых лодок, а пять находившихся в постройке крейсерских ПЛ типа С1, оснастили механизмами, необходимыми для их боевого использования. В соответствии с боевыми инструкциями, носитель в подводном положении выходил в исходную точку. Экипаж переходил на карликовую лодку, и носитель после погружения направлялся в точку запуска. Здесь карликовая ПЛ переходила на автономный режим и, руководствуясь показаниями гирокомпаса или ведя разведку через перископ, прорывалась в порт или базу, где командир корабля выбирал цель и применял по ней торпеды.

Новый вид оружия не встретил восторга у адмирала Ямамото и ряда высших офицеров МГШ. Они считали, что после первого же использования карликовых лодок, противник будет готов к отражению их последующих атак. В принципе, Ямамото оказался прав. 7.12.1941 г. при прорыве в гавань Перл-Харбор японцы бесполезно потеряли все пять карликовых лодок. Это объяснялось техническим несовершенством самих лодок и хорошей противолодочной обороной американской базы. Тем не менее, офицер, руководивший операцией, доложил, что им удалось потопить один из линкоров, и МГШ был удовлетворен результатами атаки. Однако противник захватил один из кораблей, детально ознакомился с его конструкцией и смог принять необходимые меры для обороны своих баз и портов. Лишь 31.05.1942 г. две карликовые лодки (с I-16 и I-20) смогли в гавани Диего-Суарес (о. Мадагаскар) потопить английский танкер British Loyalty (6993 т) и повредить линкор Ramillies. По-видимому, сказалось плохое взаимодействие между союзниками. Одновременно три другие карликовые лодки (с I-22, I-24 и I-27) безрезультатно атаковали порт Сиднея. Обе атаки предворяли разведывательные полеты бортовых самолетов с одной из крейсерских лодок группы. В конце 1942 г. японцы последний раз использовали в качестве носителей корабли. 15.11 и 29.11.1942 г. у Лунга-Пойнт (Соломоновы о-ва) четыре лодки атаковали соединения противника, и только Ha-20 с I-20 удалось повредить американский войсковой транспорт Alchiba (6198 т).

Когда стало очевидным, что карликовые лодки не могут быть эффективными при атаке хорошо охраняемых объектов, МГШ решил использовать их для обороны побережья и портов. Для этой цели в начале 1943 г. на о. Кыска перевезли три корабля типа А, но до момента оккупации о-ва противником они в строй введены не были. Как показали испытания во Внутреннем японском море, лодки данного типа имели недостаточную автономность, что привело к созданию серии С с увеличенными размерами и дизель-генератором для подзарядки АБ. Эти корабли располагались на специальных площадках у побережья, спускались на воду при помощи рельсовой системы и лебедок. Из 15 лодок данного типа четыре японцы потеряли в Цебу, две — в Замбоанге и две — в Давао. Известно, что две из них (На-69 и Ha-76) были потоплены при атаке американского конвоя у о-ва Миндоро.

Во время боев за Филиппины также использовались лодки типа D. В отличие от предшественниц, они имели большие радиус действия и глубину noгружения, довольно совершенную конструкцию, высокую скорость подводного хода. Они несколько раз выходили в атаку на хорошо охраняемые конвои противника. Ha-84, например, трижды участвовала в операциях подобного рода. 25.01.1945 г. она вместе с Ha-76 и Ha-81 попыталась потопить американские десантные суда у Миндоро. Эта, равно как и другие групповые атаки карликовых ПЛ, была плохо скоординирована и не согласовывалась с другими силами флота. Сознавая недостатки кораблей типов А, В, C и D, японцы пришли к идеи создания лодки — истребителей Кайрю. В начале 1944 г. инженер Асако в Школе механиков флота сформировал проектную группу, которая начала работы над "металлическим объектом S". В мае 1944 г. были построены два прототипа. После их испытаний проект несколько переработали с целью создать многоцелевой корабль, предназначенный для нападения и защиты. Задача нападения заключалась в ожидании на путях перехода конвоев противника. Однако, основной задачей считалась оборона территории Метрополии от артиллерийского обстрела и высадки десанта. В январе 1945 г. MГШ заказал 560 Кайрю.

Японские карликовые лодки за время войны на Тихом океане не смогли добиться существенных результатов. Прежде всего это объясняется их техническим несовершенством и плохой организацией боевого использования. Корабли не имели радиотехнического вооружения (за исключением средств связи), обладали сравнительно большими размерами, высоким уровнем первичных физических полей и слабым торпедным вооружением. Им приходилось npopывaть сильную противолодочную оборону противника и оперировать в районах, где было ограничено маневрирование по курсу и глубине. Кроме того, японцам так и не удалось организовать массированное использование этого вида оружия. Экипажи лодок были слабо подготовлены и не представляли себе обстановку в районе боевых действий. С момента спуска на воду (или отрыва от носителя) им приходилось действовать абсолютно автономно. Судя по всему, MГШ понимал эти проблемы. В результате появились кайрю — карликовые лодки небольших размеров с большой глубиной погружения, оснащенные примитивными шумопеленгаторами. Кроме того, флот пополнился множеством носителей, среди которых выдeлялся крейсер Китаками. Идея использования этих кораблей была проста. Они выходили навстречу авианосным соединениям противника, по мере возможности сближались с ним и затем спускали на воду свои лодки. При этом судьбой носителя не интересовались. Разрабатывался вариант использования того же Китаками, при котором карликовые ПЛ могли бы использоваться после гибели крейсера.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.766. Запросов К БД/Cache: 0 / 0