Глав: 2 | Статей: 201
Оглавление
Как снайперу выжить и победить на поле боя? В чем секрет подготовки элитного стрелка? Какое оружие, какие навыки необходимы, чтобы исполнить заветы А.С. Суворова и защитников Сталинграда: «Стреляй редко, но метко!»; «Снайпер – это охотник. Противник – зверь. Выследи его и вымани под выстрел. Враг коварен – будь хитрее его. Он вынослив – будь упорнее его. Твоя профессия – это искусство. Ты можешь то, чего не могут другие. За тобой – Россия. Ты победишь, потому что ты обязан победить!».

Эта книга не только глубокое исследование снайперского дела на протяжении двух столетий, в обеих мировых войнах, многочисленных локальных конфликтах и тайных операциях спецслужб, но и энциклопедия снайперских винтовок военного, полицейского и специального назначения, а также боеприпасов к ним и оптических прицелов. Как сами снайперы являются элитой вооруженных сил, так и снайперские винтовки – «высшая лига» стрелковых вооружений. Насколько снайперская подготовка превосходит обычный «курс молодого бойца», настолько и снайперское оружие дороже, сложнее и взыскательнее массовых моделей. В этой книге вы найдете исчерпывающую информацию о вооружении и обучении стрелков, их тактике и боевом применении, снайперских дуэлях и контрснайперской борьбе, о прошлом, настоящем и будущем главного из воинских искусств.
Алексей Ардашевi / Семен Федосеевi / Олег Власовi / Литагент «Яуза»i

Эпилог

Эпилог

На войне снайпер может очень многое. Ответственность его велика. Работа его нестандартна, опасна и физически тяжела. На войне нет выходных и нет перерывов. Для подготовки одного-единственного выстрела работать приходится каждый день, и работать очень много. Снайпер – это не просто солдат и не просто офицер. Снайпер по своему боевому профилю – боец спецназа, в каких бы войсках он ни служил. Его действия требуют осознанной самостоятельности.

Боевую способность снайпера наблюдать и подмечать малейшие изменения в окружающей обстановке трудно переоценить. Тренированная наблюдательность снайпера, доведенная вышеописанными упражнениями до уровня инстинктивного и неосознанного получения информации, в условиях жестокой необходимости боевой обстановки обостряется до степени звериного чутья. Поток информации так или иначе пробуждает у снайпера способность к бессознательному быстрому синтезу исходных данных и боевое предвидение. Тренированный и обстрелянный снайпер способен сперва абстрактно, а затем и образно представить себе то, что противник тщательно пытается скрыть. Необходимость выдать реальный боевой результат заставляет снайпера думать, думать и еще раздумать… При этом развивается способность к неординарному тактическому мышлению. Рано или поздно у снайпера проявляется тактическая и техническая изобретательность. Она не может не проявиться – иначе результативность снайперской работы резко упадет. Для снайпера не существует тупого канцелярского штампа: «Это невозможно потому, что не может быть никогда». Снайперу может прийти в голову тактическая идея, про которую обычный человек скажет: «Это возможно в принципе, но такого никто не делал». Очень высокое начальство безапелляционно заявит: «Это бред! Не занимайтесь чепухой!»

Но раз такие вещи возможны в принципе, снайпер обязательно их сделает. Начальству снайпер доложит, что он собирается делать и где он это будет делать, но о том, как он все это сделает, снайпер скромно умолчит. Иначе начальство укажет, как именно это нужно делать, и все будет испорчено. Начальство командует по телефону, а снайперу нужно работать на месте событий ползком на животе и по уши в грязи. Поэтому умные командиры предоставляют снайперам полную свободу действий, разумеется, при тщательном согласовании тактических моментов решения общей задачи.

Свобода снайпера – понятие относительное. Со снайпера жестоко спрашивают за реальный ежесуточный результат боевой работы, который снайперу полагается давать при любых обстоятельствах. Поэтому на войне у снайпера свободного времени нет. Его хронически не хватает. Снайпер, если он не находится на переднем крае, бесконечно мастерит всякие хитрые ловушки и маскировочные приспособления для борьбы с такими же снайперами, шьет камуфляжи под фон местности, латает рваные и обтрепавшиеся средства маскировки, пристреливает оружие и готовит средства собственного жизнеобеспечения. И очень многое еще снайпер должен смастерить своими руками, потому что за него это никто не сделает.

Кроме того, снайпер постоянно работает с картой, уточняет обстановку с командиром, разведчиками и наблюдателями. В силу специфики боевой работы снайпер действует в рамках поставленной задачи, но действует не по инструкциям. Нет и не может быть кабинетных рецептов для снайперской практики. На нейтральной полосе все происходит по жестоким законам поединка, где побеждает сильнейший, а иногда исход решает роковая случайность. Такие события происходят при полной мобилизации физического потенциала, боевых навыков, звериного чутья и напряженной работы мозга. Работа снайпера – игра, где успех зависит от изобретательности и терпения. Выигрыш – победа. Проигрыш – смерть. Привычная для строевых военных уставная тактика кончается для снайпера с его выходом на нейтральную полосу. Для снайпера там начинается сплошной тактический нестандарт. И никто не имеет права и не может вмешиваться в его действия. И никто не захочет – иначе надо будет самому брать винтовку с оптическим прицелом и лезть в неизвестность на эту самую нейтральную полосу. Снайпер действует самостоятельно, на свой страх и риск, и от него требуют реального результата, а жестокая необходимость заставляет снайпера выдать отличный результат: один выстрел – один труп.

Во все времена снайперы применялись в спецподразделениях различного профиля. Но в целом задачи снайпера оставались одними и теми же. И принцип выполнения этих задач один и тот же – абсолютная точность при полнейшей скрытности. Практика показывает, что настоящие снайперы получаются не просто из хороших стрелков, а именно из тех, чье стрелковое мастерство подтвердилось на нейтральной полосе при жестокой боевой необходимости, в жару, в мороз, в грязи под дождем. Только в таких условиях может появиться сплав звериного чутья с боевым интеллектом. Такой снайпер, обладающий дьявольским терпением и невероятной, изощренной изобретательностью, чье дерзкое умение мобилизовано жестокой боевой практикой, пригоден для выполнения любых снайперских заданий.

Возникает вопрос: можно ли укрыться от снайпера? Мировая статистика равнодушна и объективна – от грамотного и тренированного снайпера спасения нет. Как говорят в Америке, «пуля – это суд Божий». Настоящий снайпер может выследить цель и подстеречь ее практически везде, в самых неожиданных местах и при самых неожиданных обстоятельствах. Снайпер коварен, равнодушен и беспощаден. Перед настоящим снайпером бессильны охрана, расстояние и бронежилет. Меткий стрелок – это действительно длинный нож в сердце противника. Снайпер, обладающий сотнями хитростей и боевых уловок, проявится там, где его не ждут, «достанет» цель и скроется безнаказанно, возникнет на пустом месте и уйдет в пустоту.

Работа снайпера всегда будет налицо, сам же он всегда останется за кадром. Снайпера не должен видеть противник, и будет лучше, если о нем будут поменьше знать свои. В наше время настоящие снайперы никогда и никому не рассказывают, что они делали на войне, кого, когда и при каких обстоятельствах им пришлось подстрелить. И этим гарантируют себя от многих неприятностей в мирной жизни. В боевых эпизодах лицо снайпера всегда будет скрыто камуфляжем. Любопытные будут разочарованы: у снайперов очень спокойные и даже доброжелательные лица. Снайпер не может злиться – эмоции для него непозволительная роскошь. Такие люди не испытывают священной ненависти, ярости и страха – все мешает точной стрельбе. Для снайпера цель – не более чем мишень, которую ему надо поразить одним выстрелом; если упустишь один шанс, второго может не оказаться.

Снайперы-профессионалы не тупеют на войне от вида крови – своих убитых они редко видят вблизи. А отдаленная цель – это просто цель, как на стрельбище. И стрельба по ней – просто выполнение поставленной задачи.

Род занятий всегда накладывает отпечаток на человека. В невоенной обстановке снайперы очень спокойные, собранные, уравновешенные и доброжелательные люди. Они не любят спорить и считают это лишней тратой нервной энергии. Любой снайпер по натуре – это ниндзя, исповедующий постулат японской борьбы: поддался и победил. Снайперы не любят заниматься политикой – на результаты политических процессов им приходится смотреть через оптический прицел. Это не всегда приятно. И поэтому они равнодушны к призывам политиков занять четкую жизненную позицию, профессионально считая это очередной снайперской приманкой. В понятии снайпера позиция должна быть эффективной и невидимой.

Немецкие снайперы носили бронзовую эмблему: рысь на арбалете. Этот символ наиболее удачно отражает не только специфику работы метких стрелков, но также их внутреннюю сущность. Малоэмоциональный характер снайпера и его подчас вкрадчивая манера поведения – это тоже маскировка. Под спокойной внешностью скрывается профессиональная готовность к агрессивным и безошибочным действиям.

Подготовка современных снайперов требует особых программ обучения, специальной учебной базы, высококвалифицированных специалистов-инструкторов. Опыт прошлых лет показывает, что готовить снайперов путем простого отбора лучших стрелков среди личного состава срочной службы оказывается практически невозможно.

В рамках совершенствования структуры частей и подразделений Сухопутных войск необходимо наименьшей боевой единицей считать не одиночного снайпера, а снайперскую пару. Это улучшит слаженность при групповых действиях и не помешает при необходимости действовать в одиночку. Удельный вес снайперов в боевых подразделениях должен быть увеличен. Организационно все «сверхметкие стрелки» сводятся в отдельный снайперский взвод.

В обычное время снайперов нужно вывести из состава линейных рот и взводов, поскольку их подготовка слишком специфична и требует квалифицированных инструкторов. Деятельность армейских снайперских подразделений может быть согласована с интересами других силовых ведомств (МВД, ФСБ, ФПС). Для лучшего обмена опытом и организации необходимого взаимодействия стрелков различных структур, с отдельными группами могут проводиться специфические учебные курсы исходя из ведомственной принадлежности обучаемых. И все же наиболее важной задачей для отечественного снайпинга сегодня является возрождение единой централизованной системы, которая не только готовила бы стрелков для силовых структур, но также накапливала и обобщала боевой опыт, выдавала рекомендации по тактике действий в различных условиях, по высокоточному оружию и боеприпасам, специальной экипировке и т. д.

Предсказать, по каким путям пойдет в дальнейшем эволюция снайперского искусства, сегодня очень сложно. Но ясно одно: армия и другие силовые ведомства, заинтересованные в использовании снайперов, должны иметь четкую концепцию снайпинга.

Приобретенное боевое умение сохраняется у снайперов долго – иногда до преклонных лет. Снайперов можно расшифровать по тому признаку, что они даже в пожилом возрасте не пользуются очками, настолько специфика многолетних стрелковых тренировок влияет на постановку зрения. И по внутренней сути эти мужики так и остаются снайперами, как бы они ни выросли по службе и какие бы посты ни занимали. На государственной службе снайпер беспрекословно и точно выполнит любой приказ, но в частной жизни никогда не станет киллером. В наемные убийцы обычно идут стрелки-дилетанты. Настоящий снайпер, бесплатно стрелявший на войне, после ее окончания никогда не будет убивать за деньги. Профессиональные снайперы-интеллектуалы в мирной жизни иногда становятся охотниками на киллеров. Но это уже совсем другая, отдельная и обширная тема. Искусство терпеливых – всегда в цене.

Оглавление книги


Генерация: 0.215. Запросов К БД/Cache: 0 / 0