Глав: 11 | Статей: 56
Оглавление
Многие морские офицеры не смогли смириться с гибелью Российской империи. Они прошли через горнило Гражданской войны, не раз стояли перед выбором — жизнь или смерть, принимали неравный бой, умирали, но не изменяли присяге. По-разному сложились их судьбы за границей…

Книга историка Н. Кузнецова повествует о трагических последствиях Гражданской войны, о нелегкой жизни русских моряков в эмиграции, об участии офицеров флота в войнах и конфликтах XX века, их службе в иностранных флотах, культурной жизни многочисленных морских эмигрантских организаций.

Черноморский флот

Черноморский флот

Как говорилось в предыдущей главе, в период революционных событий 1917 г. Черноморский флот значительно дольше сохранял свою боеспособность. Но всеобщий развал, постигший Россию к концу 1917 г., не миновал и наиболее стойкие части ее вооруженных сил. В конце 1917 — начале 1918 г. на Черноморском флоте произошли массовые убийства офицеров, а затем флот охватила анархия. Часть матросов в составе различных красногвардейских отрядов отправилась воевать на суше против австро-германских войск, активно наступавших на юге, и белых частей. Офицеры либо скрывались, опасаясь новой волны террора, либо поступали на службу в вооруженные силы Украины, недавно получившей независимость. Только меньшая их часть приняла участие в зарождавшемся антибольшевистском сопротивлении. После официальною роспуска «старого» флота большевиками в начале 1918 г, корабли и морские части начали комплектоваться на добровольческой основе, и к началу апреля в Черноморском флоте числилось около 7 тысяч человек, но не готовых к напряженной боевой деятельности. По-прежнему действия флота сводились к участию отрядов в различных операциях на суше.

Весной 1918 г. наступление австрийских и германских войск продолжалось. В связи с угрозой захвата базирующихся в Севастополе кораблей интервентами 23 апреля 1918 г. Совет народных комиссаров предписал Черноморскому флоту перебазироваться в Новороссийск. Вот тут-то революционные матросы с удивлением обнаружили, что управлять флотом оказалось гораздо труднее, нежели безнаказанно убивать офицеров и грабить винные склады. Как писал очевидец и участник тех событий Монастырев, «какой-то детский испуг овладел нашими матросами-большевиками, которые теперь не знали куда и как бежать перед неумолимо приближающимися немецкими частями. Вот тогда и обнаружили, что им не обойтись без офицеров. Все чаще на митингах стали раздаваться голоса, требующие восстановить в правах офицеров и вернуть их на занимаемые должности. К сожалению, было уже поздно. В Севастополе царила паника. Большевики делали вид, что готовятся к обороне города, а в действительности, если к чему-то и готовились, то только к бегству. Наконец, 29 апреля команды линейных кораблей „Свободная Россия“ и „Воля“ решили обратиться к сидящему в тюрьме адмиралу Саблину, чтобы он снова принял на себя командование флотом. Матросы торжественно обещали выполнять все приказы адмирала и принудить все другие корабли к повиновению, если надо, то огнем тяжелых орудий. Адмирал Саблин, понимая безнадежность положения и мало веря обещаниям матросов, долго колебался, но чувство долга победило в нем все прежние обиды, и он принял командование»[16]. В этот период флот, как и всю страну, охватила митинговая лихорадка; его судьбу пытались решать разные политические силы — украинские националисты, эсеры, меньшевики. 29–30 апреля в Новороссийск ушла основная часть флота (2 новых линкора, 14 эсминцев, 2 миноносца, вспомогательный крейсер, 10 сторожевых катеров и ряд других кораблей и судов с общей численностью личного состава 3500 человек) под командованием контр-адмирала М.П. Саблина. Вступившие в Севастополь австро-германские части захватили все старые линкоры, крейсера, подводные лодки, часть эсминцев и др. корабли и вспомогательные суда, многие из которых находились в неисправном состоянии и не имели команд.

В Новороссийск корабли пришли 1–2 мая, а уже через десять дней командующий германскими войсками ультимативно потребовал вернуть их в Севастополь. Формально советское правительство согласилось на эти требования, однако рядом личных распоряжений В.И. Ульянова (Ленина) было решено корабли затопить. Для проведения этого решения в жизнь в Новороссийск командировали члена Коллегии Наркомата по морским делам И.И. Вахрамеева. На делегатских собраниях и митингах развернулась ожесточенная борьба между коммунистами, оставшимися верными своему долгу офицерами, эсерами и украинскими националистами по вопросу о потоплении флота. 16 июня на референдуме четверть моряков высказалась за потопление, большинство воздержалось.

Активными сторонниками потопления флота были командир эсминца «Керчь» бывший старший лейтенант В.А. Кукель и заместитель наркома по морским делам бывший мичман Раскольников. Одним из главных противников уничтожения флота стал временно исполняющий должность командующего капитан 1-го ранга А.И. Тихменев. Историк Белого флота инженер-механик лейтенант Кадесников об этой трагической странице истории Черноморского флота написал: «… в Новороссийске получились два течения: командующий Черноморским флотом капитан 1-го ранга А.И. Тихменев, ссылаясь на настроение команд, настаивал на уходе, а командир миноноща „Керчь“, старший лейтенант Кукель, проводил мысль о необходимости флот утопить раньше наступления срока немецкого ультиматума, то есть до 19 июня 1918 года. В результате 17-го вечером дредноут „Воля“ („Император Александр III“) и миноносцы „Пылкий“, „Поспешный“, „Дерзкий“, „Беспокойный“, „Жаркий“ и „Жуткий“ и транспорт „Троян“ ушли в Севастополь под командой капитана 1-го ранга Тихменева. 18 июня Раскольниковым и Кукелем были утоплены: дредноут „Свободная Россия“ („Императрица Екатерина II“) и минонощы „Фидониси“, „Пронзительный“, „Гаджибей“, „Калиакрия“, „Капитан-лейтенант Баранов“, „Лейтенант Шестаков“, „Сметливый“, „Стремительный“ и „Керчь“».

В ноябре 1918 г. германское командование передало часть кораблей, находившихся в занятых немецкими войсками портах, представителям Белой армии и Украины.

В ноябре — декабре 1918 г. в Черное море вошли крупные военно-морские силы Антанты — Великобритании, Франции, Италии и Греции (10 линкоров, 13 крейсеров, 13 эсминцев и другие корабли). Союзники заняли Одессу, Севастополь, Николаев, Херсон, Новороссийск и захватили находившиеся там корабли. Иностранцы чувствовали себя хозяевами в стране, охваченной войной, и вели себя соответственно. Как писал уже цитировавшийся нами Монастырев, «…первое что сделали союзники, придя в Севастополь, был захват всех наших кораблей, откуда выгнали всех, включая офицеров. Даже греки, которые в годы войны ничем не занимались, как пакостили Антанте, и те захватили два наших эсминца». Особенно развязно повели себя англичане, приказавшие опустить поднятые на русских кораблях после ухода германских войск Андреевские флаги, и уведшие ряд кораблей и судов в Турцию.

Ранее, в конце августа 1918 г., части Добровольческой армии заняли Новороссийск. Командиром этого порта стал уже неоднократно упоминавшийся капитан 2-го ранга В.Н. Потемкин, участвовавший в боях на стороне белых еще в конце 1917 г. При Управлении генерал-квартирмейстера штаба Добровольческой армии было образовано Морское отделение — первый орган управления флотом на Юге России. Новороссийск стал тем центром, куда стали стекаться офицеры, желавшие продолжить участие в Белой борьбе.

В декабре 1918 г. группа морских офицеров во главе со старшим лейтенантом А.П. Ваксмутом отправилась из Новороссийска в Севастополь с целью получить в распоряжение Добровольческой армии хотя бы один корабль из числа тех, что достались Украине. Миссия закончилась провалом, т. к. не получила поддержки ни в штабе украинского флота, ни у командующего русским Черноморским флотом адмирала В.А. Канина (впрочем, последний занимал свою высокую должность скорее номинально).

В итоге флот пришлось создавать из того, что находилось под рукой. В Новороссийском порту реквизировали и вооружили 75-мм орудиями ледокол «Полезный». Этот корабль, а также канонерская лодка «К-15», вооруженная в марте 1919 г. в Севастополе, и приходившая оттуда же подводная лодка «Тюлень» были первыми кораблями белого флота на Черном море. Зимой 1918 — весной 1919 г. корабли участвовали в поддержке войск в районе Арабатской стрелки и Ак-Манайской позиции. Помимо этого некоторые торговые суда осуществляли транспортные перевозки для нужд армии.

В начале 1919 г. командование ВСЮР произвело реорганизацию системы управления флотом. 15 января было утверждено «Временное положение об управлении Флотом и Морским ведомством», согласно которому руководство всеми морскими частями, находящимися на Черном, Азовском и Каспийском морях, осуществлялось командующим флотом Юга России, имевшим права морского министра. 21 марта должность командующего упразднили, организовав вместо нее морское управление ВСЮР. Его начальник получил права морского министра, подчинялся непосредственно главнокомандующему и входил в состав Особого совещания при нем. Вновь должность комфлота была восстановлена 20 августа того же 1919 г. К командующему вновь перешла вся полнота власти, а функции морского управления несколько сузились. Окончательно его реорганизовали в марте 1920 г., и в дальнейшем, вплоть до эвакуации, управление решало проблемы технического и хозяйственного обеспечения белого флота.

Весной 1919 г. началось активное наступление частей Красной армии на южном направлении. Оказался под угрозой и Севастополь. В итоге белому командованию и союзникам пришлось организовать эвакуацию кораблей и имущества, находившегося в Севастополе и в других черноморских портах, в Новороссийск. Во время эвакуации представители Антанты уничтожили немало русского имущества. В частности, около Севастополя они затопили 11 подводных лодок (из них семь новейших) и разрушили гидро-авиационную базу, а из-за царившего при эвакуации хаоса многие предметы снабжения, жизненно необходимые белому флоту, достались противнику.

В июле англичане официально открыли военные действия против большевиков, и вскоре корабли под Андреевским флагом смогли вернуться в Севастополь. Осенью союзники передали белому командованию по праву принадлежащие России линкор «Воля», посыльное судно (бывший крейсер) «Алмаз», ряд эсминцев и других кораблей.

Черноморский флот вел активные боевые действия как на Черном, так и на Азовском морях. Описать все события, происходившие на Черном море, в рамках одной главы не представляется возможным[17].

Среди основных задач, которые решал флот, значились: поддержка сухопутной войск артиллерийским огнем, высадка десантов, минные постановки. Важную роль черноморские корабли сыграли и в происходившей в марте 1920 г. эвакуации частей Белой армии из Новороссийска в Крым — одном из самых трагических событий Гражданской войны. В книге Кадесникова хорошо описана боевая работа флота: «В первых числах августа крейсер „Кагул“ под командой капитана 1-го ранга П.П. Остелецкого руководил десантными операциями в районе Одессы. Русский отряд составляли крейсер „Кагул“, эскадренный миноносец „Живой“, транспорт „Маргарита“, тральщики „Роза“ и „Адольф“, буксир „Доброволец“, катера № 52 и 58, три баржи и один быстроходный катер. Десант составлял Драгунский полк в составе 74 офицеров, 841 солдата, 253 лошадей и 38 повозок. Для связи с десантом между кораблями и берегом был назначен эскадренный миноносец „Живой“ — командир капитан 2-го ранга Кисловский. После суточного боя десантная операция окончилась успешно. 12 августа Одесса была в руках белых, несмотря на то, что силы противника превосходили более чем в десять раз».

Корабельный гардемарин, известный эмигрантский историк флота П.А. Варнек, о действиях флота в Северо-Западном районе Черного моря в 1920 г. говорил: «Нельзя отрицать того, что десятимесячная оборона Крыма оказалась возможной лишь при условии господства в море белого флота. Благодаря флоту были перевезены в Крым десятки тысяч войск из Новороссийска, Туапсе, Сочи, Одессы, потом прорвавшиеся к морю через Кавказский хребет в Адлер и Грузию кубанцы генерала Костикова и, наконец, 27 июля из Сулина — бригада генерала Бредова. Артиллерия флота позволила подошедшим в Крым слабым частям Добровольческой армии удержать перешейки. В дальнейшем флот произвел несколько армейских десантов, а его демонстрации вражеских берегов оттягивали силы красных от главного фронта. Владея морем, флот обеспечивал спокойствие и безопасность крымских берегов и беспрепятственную доставку в Крым снабжения и продовольствия, которые почти полностью шли морским путем».

Активная боевая работа черноморцев не могла остаться без внимания белого командования. 26 июня 1920 г. приказом главнокомандующего Русской армией для награждения особо отличившихся кораблей были утверждены Николаевские флаги и вымпелы. Прообразом для такой награды послужили Георгиевские флаги, введенные в 1819 г. Новые отличия появились после того, как 30 апреля 1920 г. главнокомандующий учредил орден Святителя Николая Чудотворца — высшую награду в Русской армии. Напомним, что в отличие от других белых правительств, на Юге России особо отличившиеся офицеры не представлялись к Георгиевским наградам, поскольку командование не считало возможным вручать их за участие в братоубийственной Гражданской войне.

Именно это и послужило причиной создания ордена Святителя Николая Чудотворца. Сразу же после учреждения Николаевских флагов и вымпелов новым знаком отличия отметили канонерские лодки «Страж» и «Грозный», речные канонерские лодки «Алтай» и «Урал», вооруженные ледоколы «Всадник» и «Гайдамак», вооруженные катера «Мария», «Азовец», «Никола Пашич», «Дмитрий», «Пантикопея» и «Меотида».

Решающую роль сыграл Черноморский флот в спасении частей Русской армии и беженцев после падения последнего оплота Белого движения на Юге России — полуострова Крым.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.064. Запросов К БД/Cache: 0 / 0