Главная / Библиотека / Русский флот на чужбине /
/ Глава 5 Снова в боях / Участие в диверсионной и разведывательной деятельности, направленной против СССР

Глав: 11 | Статей: 56
Оглавление
Многие морские офицеры не смогли смириться с гибелью Российской империи. Они прошли через горнило Гражданской войны, не раз стояли перед выбором — жизнь или смерть, принимали неравный бой, умирали, но не изменяли присяге. По-разному сложились их судьбы за границей…

Книга историка Н. Кузнецова повествует о трагических последствиях Гражданской войны, о нелегкой жизни русских моряков в эмиграции, об участии офицеров флота в войнах и конфликтах XX века, их службе в иностранных флотах, культурной жизни многочисленных морских эмигрантских организаций.

Участие в диверсионной и разведывательной деятельности, направленной против СССР

Участие в диверсионной и разведывательной деятельности, направленной против СССР

Даже после признания большинства западных стран Советской России командование Белых армий не оставляло надежд на продолжение борьбы за Россию. 1 сентября 1924 г. генерал Врангель преобразовал Русскую армию в Русский Общевоинский союз — наиболее крупную и мощную военную организацию русской эмиграции, продолжающую свою деятельность (правда, уже в России и в качестве общественной организации) до настоящего времени. Еще ранее, в 1922 г., образовалась так называемая Организация генерала Кутепова, ставшая боевой организацией РОВСа, созданная с целью активной разведывательной и боевой деятельности на территории СССР и насчитывавшая несколько десятков человек, в основном молодых офицеров (в т. ч. произведенных в Белой армии из юнкеров) и выпускников зарубежных русских кадетских корпусов.

До апреля 1927 г. организация делала ставку в основном на закрепление своей агентуры в СССР, затем (после разоблачения созданной ГПУ лжемонархической организации МОЦР — Монархическое объединение Центральной России — «Трест») — на террористические акции против органов ГПУ и ВКП(б). В частности, 7 июня 1927 г. группа во главе с капитаном В.А. Ларионовым забросала гранатами партийный клуб в Петрограде, в результате чего получили ранения 26 человек.

О Викторе Александровиче Ларионове стоит сказать особо. Родился в 1897 г., с сентября 1916 г. по май 1917 г. учился в Отдельных гардемаринских классах, совершил учебное плавание на вспомогательном крейсере «Орел» в дальневосточных водах, но затем перешел в Константиновское артиллерийское училище. В составе артиллерийских частей он прошел всю эпопею Белой борьбы на Юге России — от Ледяного похода до крымской эвакуации 1920-го. В эмиграции активно участвовал в деятельности РОВСа, в том числе и террористической, в годы Второй мировой войны активно сотрудничал с абвером, Вооруженными силами Комитета освобождения народов России. Скончался в Германии (г. Мюнхен) 1 декабря 1988 г.

Курсы по подготовке диверсантов существовали в Софии, Париже и Праге. Переброска боевиков на территорию СССР осуществлялась при активном содействии финской, румынской и польской разведок. В ходе особенно активных действий во второй половине 1927 г. боевая организация РОВСа потеряла убитыми и расстрелянными не менее 80 % своих членов. После похищения и убийства чекистами генерала Кутепова 26 января 1930 г. организацию возглавил генерал A.M. Драгомиров, но ее деятельность заметно ослабела. Среди наиболее известных членов организации, действовавших в СССР, были и моряки — мичманы С.С. Аксаков, Н.Н. Строев, Д. Гокканен, Н. Гокканен[102].

Мичман Сергей Сергеевич Аксаков — один из выпускников Морского училища во Владивостоке. Он полностью прошел поход посыльного судна «Якут» от Владивостока до Бизерты. В офицерский чин был произведен приказом генерал-лейтенанта Врангеля 10 декабря 1920 г. В Бизерте занимал должность отделенного командира в Морском корпусе. Впоследствии Сергей Сергеевич жил в Болгарии, где принимал активное участие в работе кутеповской организации, четыре раза нелегально проникал на территорию СССР. По сведениям доктора исторических наук С.В. Волкова, в 1937 г. он даже устроился шофером секретаря обкома Ленинграда.

В конце 1930-х гг. Аксаков занимался инструкторской деятельностью в составе «роты молодой смены имени генерала Кутепова», организованной при 3-м отделе РОВСа в 1937 г. Рота состояла из трех взводов и насчитывала до 160 человек. Задачей данного подразделения являлась подготовка молодой смены, набранной из членов молодежных организаций — Национальной организации витязей и Национальной организации русских разведчиков, для грядущего «похода в Россию». По свидетельству современника, тренировки велись в достаточно напряженном режиме: «…добровольцы-кутеповцы должны были пересекать „минные поля“ и преодолевать проволочные заграждения; делать и метать гранаты, взрывать мосты и ж. д. пути; переплывать бешенные горные ручьи; без дорог проходить по азимуту днем и ночью балканскую чащу. Бывали и несчастные случаи, но смертельных не было. Руководителями этих тренировок были ветераны-кутеповцы…»[103]

В 1941–1945 гг. Аксаков принимал участие в боевых действиях на стороне Германии (в этот период он фигурировал также под фамилией Сиверс). До марта 1943 г. Аксаков был резидентом в городе Николаеве, а затем — сотрудником органа контрразведки «Абверофицер-3» при штабе командующего тылом группы армий «Юг». В мае 1944 г. Аксаков выехал в Германию, а после Второй мировой войны, опасаясь преследования советскими органами госбезопасности, уехал в Аргентину, где и скончался 19 сентября 1987 г.

О деятельности Гокканенов мы не располагаем какой-либо конкретной информацией. Относительно Н.Н. Строева имеется более конкретная информация. В июле 1927 г. в районе г. Острова сотрудники ОГПУ задержали пять человек, нелегально проникнувших на территорию СССР из Латвии. Среди задержанных упоминается некто Н.П. Строевой, который, по словам советского историка Д.Л. Голинкова, оказался «…бывшим мичманом царского флота, эмигрантом… активным монархистом и агентом разведывательной службы латвийского генерального штаба». На судебном процессе, состоявшемся в сентябре 1927 г. в Ленинграде, арестованные члены группы признали свою принадлежность к кутеповской организации. Четверых обвиняемых суд приговорил к расстрелу (в том числе и Н.П. Строевого), а одного — к 10 годам лишения свободы. Как удалось выяснить, под псевдонимом Строевой скрывался Николай Павлович Стрекаловский[104].

Стрекаловский учился в Отдельных Гардемаринских классах, проходил практику на вспомогательном крейсере «Орел». В 1919 г., будучи гардемарином 2-й роты Морского училища, принимал участие в боевых действиях на Дальнем Востоке, заслужил Георгиевский крест 4-й степени. В составе училища Стрекаловский эвакуировался из Владивостока 31 января 1920 г. и 27 октября на посыльном судне «Якут» прибыл в Бизерту, где его зачислили в 1-ю роту Морского корпуса. Стрекаловский окончил корпус 2 марта 1922 г. и был произведен в корабельные гардемарины. После расформирования Русской эскадры Стрекаловский жил в Югославии и во Франции. 28 ноября 1924 г. его арестовали (вместе с еще одним «владивостокским» гардемарином А.А. Майдановичем) в Латвии, в городе Зилупе по обвинению в попытке нелегального перехода границы с СССР и использовании фальшивых паспортов. Больше года Стрекаловский и Майданович провели в тюрьме и были освобождены лишь 28 октября 1925 г. (вероятно, именно на этом основании чекисты впоследствии пришли к выводу о том, что Стрекаловский являлся латвийским шпионом). После освобождения они должны были быть высланы во Францию (откуда прибыли). Но Стрекаловский возвращаться во Францию отказался. В письме к неустановленному адресату от 6 ноября 1925 г. он говорил: «Я не вернусь в Париж. Зачем? Что я там буду делать? Я встал на путь и иду по нему. Довольно уже я уклонялся. Давно следовало начать свое прямое, русское дело!.. Девиз „Прямо и верно“ должен быть на первом плане всегда»[105]. Неоднократно он принимал участие в боевых вылазках на территорию СССР. Операция, проведенная летом 1927 г., оказалась для него последней…

Возможно, к кутеповской организации имел отношение и лейтенант Александр Александрович Старк — выпускник Морского корпуса 1910 г., в эмиграции живший в Хельсинки. По сообщению берлинской газеты «Руль», он являлся активным участником т. н. заговора Таганцева, о котором следует сказать несколько слов, тем более что его участниками были и морские офицеры.

Летом 1921 г. чекисты ликвидировали «Петроградскую боевую организацию», якобы состоявшую из бывших участников Кронштадтского мятежа, возглавлял который профессор В.Н. Таганцев. Впрочем, существовала ли она в действительности или мы имеем дело с очередной советской фальшивкой, до конца однозначно сказать пока нельзя. Хотя весьма логично предположить, что в этот период в Петрограде могли существовать группы людей, преимущественно выходцев из интеллигенции, недовольных «прелестями» новой власти. Но не была ли именно «боевая организация» лишь плодом воспаленного воображения палачей из ЧК и поводом к новым расправам?

По советским данным, тогда арестовали более 200 членов организации. Многих из них, например выдающегося русского поэта Николая Гумилева, расстреляли. Проходили по этому делу и моряки. Из Парижа был послан в Петроград представитель «Союза освобождения России» лейтенант П.В. Лебедев. Его арестовали на квартире другого флотского офицера — мичмана (на 1917 г.) Г.В. Золотухина, служившего в тот период на эсминце «Азард»; во время ареста Лебедев застрелил одного чекиста. Среди моряков — участников организации, связанной с «Петроградской боевой организацией», упоминаются также бывший лейтенант Г.Д. Дмитриев, флаг-интендант штаба Балтийского флота мичман Кунцевич.

Вернемся к биографии Александра Александровича Старка. По данным уже цитировавшегося Д.А. Голинкова, «на явочной квартире у морского офицера Г.Д. Дмитриева был обнаружен курьер американской разведки Старк, который застрелил двух чекистов и скрылся». Скорее всего, речь идет именно об А.А. Старке, т. к. и в некоторых послевоенных публикациях белой эмигрантской печати, посвященных боевой работе РОВСа, он упоминается именно как агент иностранных разведок. В августе 1925 г. Старк нелегально приехал в Ленинград и был застрелен 19 августа на Фонтанке. Официальная версия его гибели гласила, что он пал жертвой ограбления. Факт неоднократных нелегальных приездов Александра Александровича Старка в СССР подтвердила его сестра. Эта скупая информация была опубликована в эмигрантских газетах.

В антисоветском движении начала 1920-х гг., возможно, участвовал и мичман (выпускник Морского корпуса 1915 г.) Александр Александрович Хохлов. О нем упоминает в своих мемуарах, посвященных пребыванию в Конго, 3. Шаховская: «Вместе с нашим арктическим адмиралом, который стал тропическим [речь идет о контр-адмирале Б.А. Вилькицком. — Н.К.], мы идем навестить бывшего лейтенанта Императорского флота. Его зовут Хохлов. В 1920–1923 гг. он 37 раз переходил советско-финляндскую границу каждый раз рискуя жизнью, чтобы в тридцать седьмой раз узнать у что его товарищ, к которому он ходил за разведывательными данными, продает их „Интеллидженс сервис“. Разочарованный, он уехал в Конго». К этой скупой информации можно добавить, что Хохлов всю Первую мировую войну прослужил на крейсере «Богатырь» на Балтике, в 1917 г. окончил Штурманский офицерский класс, после прихода к власти большевиков год просидел в тюрьме в Харькове (по другим данным полгода), затем бежал в Финляндию. О деятельности Хохлова в Бельгийском Конго говорилось в 4-й главе. Скончался Хохлов в Брюсселе 24 мая 1974 г.

С британской разведкой в этот же период сотрудничал мичман Александр Александрович Гефтер (выпускник Курсов гардемарин флота 1917 г.). До поступления на флот он окончил физико-математический и юридический факультеты Санкт-Петербургского университета. Гефтера зачислили на службу во Флотилию Северного Ледовитого океана, откуда 15 января 1919 г., приказом № 30 откомандировали «…для занятий в Союзническое информационное бюро в Мурманск». В 1919 г. Гефтер был связным между английской базой (в 1919 г. такая база находилась, в частности, в приграничном финском населенном пункте Териоки; именно на нее базировались торпедные катера, нанесшие удар по Кронштадту 18 августа 1919 г.) и Петроградом.

Будучи связным, Гефтер несколько раз ходил на глиссере в Петроград, причем каждый из таких походов оказывался сопряжен с немалым риском, т. к. по глиссеру периодически открывался огонь с кронштадтских фортов. Один раз, будучи накрыт лучом прожектора, глиссер вылетел на камни, и Гефтера спасло лишь чудо. После службы у англичан он перешел в морские силы Северо-Западной армии, где находился в отряде быстроходных катеров под командованием капитана 1-го ранга П.В. Вилькена. В эмиграции Александр Александрович прославился как писатель, автор морских романов и рассказов, пользовавшихся большой популярностью. Один из романов, озаглавленный «Секретный курьер»[106], посвящен именно работе Гефтера у англичан. Скончался Александр Александрович Гефтер 16 декабря 1956 г. в Париже.

Возможно, в дальнейшем, когда нынешние архивы спецслужб станут более доступными для широкого круга исследователей, нам удастся узнать больше о борьбе эмигрантов против советской власти в 1920-е — 1930-е гг.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.115. Запросов К БД/Cache: 3 / 1