Главная / Библиотека / Танки Первой Мировой /
/ Танки в боях 1916–1918 гг / Боевое применение германских танков

Глав: 14 | Статей: 100
Оглавление
Первая Мировая война привела не только к грандиозным социальным потрясениям, но и к целой серии радикальных переворотов а военном деле. И главным из них стала

, позволившая преодолеть «позиционный тупик» Западного фронта.

Великая Танковая революция

Именно в 1914–1918 гг. танк из «нелепой игрушки» превратился в нового «бога войны». Именно на полях сражений Первой Мировой родился новый род войск и тактика его боевого применения. Именно здесь был совершен колоссальный прорыв в танковом деле, на десятилетия определивший характер современной войны.

Новая книга ведущего историка вооружений — самое полное исследование периода становления танковых войск, глубокий анализ их создания, развития и боевого применения на фронтах Первой Мировой.

Боевое применение германских танков

Боевое применение германских танков

Формально германскими войсками было в 1918 г. введено в дело 45 танков: 15 A7V и 30 трофейных Mk IV. Трофейные танки германские войска вынужденно применяли шире, чем собственные. В ходе боев часть поврежденных танков была заменена резервными, а часть успели отремонтировать и вновь пустить в бой. Так, «первое штурмовое отделение» за время боев практически полностью обновило материальную часть. Так что число реально действовавших танков оказывается несколько больше.

Во время наступления в Пиккардии (операция «Михаэль», 21 марта — 4 апреля 1918 г.) германцы на фронте 785 км ввели в дело 59 дивизий при 6824 орудиях, 1000 самолетах и всего 19 танках (из них 9 — трофейных). Германцы куда больше полагались на тщательно подготовленный и четко управляемый огонь артиллерии и действия штурмовых групп пехоты, оснащенных легким автоматическим оружием, гранатами и минометами и обученных тактике просачивания, нежели на тихоходные бронированные монстры, хотя германская армия уже вполне испытала на себе их действие Впервые германские танковые части вступили в бой в первый день наступления, 21 марта 1918 г. в полосе наступления 18-й германской армии против британских войск (километрах в 50–52 от того места, где вышли в первый бой британские танки).



Танк A7V при перевозке по железной дороге. Листы рубки сложены, танк накрыт брезентом и масксетью.

Пять танков A7V 1-го «штурмового отделения» придали XVII германскому корпусу, а пять Mk IV 11-го отделения — XIX корпусу. Оба корпуса вели атаку на Сент-Кантен, т. е. танки должны были действовать на направлении главного удара.

Германская пехота начала наступление после короткой артиллерийской подготовки с применением химических снарядов, в ходе которой была подавлена британская артиллерия, разрушены окопы первой линии, дезорганизованы связь и управление. Туман способствовал атаке. германской пехоты, но он же затруднил действия немногочисленных германских танков. 4 танка A7V первого «штурмового отделения» под командой капитана Грайфа и 5 танков Mk IV, двинувшиеся утром в бой, из-за тумана часто теряли связь с пехотой и действительно «продвигались независимо», как и требовала инструкция по их применению. У двух A7V уже в ходе боя выявились технические дефекты, а два A7V — № 501 и № 506 — действовали более-менее удачно. Mk IV не выполнили задач — два танка были выведены из строя артиллерийским огнем, у двух оказалось недостаточно горючего (Mk IV были крайне «неэкономичны» в расходовании бензина), но один смог вступить в бой с противником. Все это, а также слабый грунт на пути движения не позволили судить об эффективности танков.

Тем не менее за первые сутки операции танки продвинулись на 8 км в глубину британской обороны, а впечатление, произведенное ими в первый день на британских солдат, немногим уступает ужасу германской пехоты на Сомме в сентябре 1916-го. Вполне ожидая, что Германия сможет создать собственные танки и применить их в наступлении, союзники почти ничего не сделали, чтобы подготовиться к их встрече. Тот факт, что действия немногочисленных германские танков не нашли отражения в британских реляциях, принято объяснять тем, что британские солдаты и офицеры на этом участке были либо убиты, либо взяты в плен, а от остальных частей танки укрыл туман. Сами танки пришлось оттянуть в лагерь в Шарлеруа — семь из девяти пошедших в бой машин нуждались в серьезном ремонте.

В ходе этой операции танки 2-го и 3-го «штурмовых отделений» помогли частям 18-й армии также в захвате Нуайон и Мондидье, где действовали уже против французских частей. После появления германских танков на поле боя германская пресса заговорила о том, что «только немецкий гений мог развернуть все средства и возможности, доступные танкам». Столь крутой поворот в оценке танков был логичным в плане пропагандистского обеспечения, но был весьма далек от действительности. За 15 суток в ходе операции «Михаэль» германские войска на фронте 50 км продвинулись на глубину до 30–35 км, но в этих действиях танки участия уже не принимали.

В первый день наступления во Фландрии на р Лис (операция «Георг», более известная под уменьшительным именем «Жоржетта», 9—30 апреля 1918 г.) 15 германских танков действовали в полосе 6-й германской армии против британских и португальских частей в полосе между Ля-Бассе и Армантьером. Точнее, в бой пошли 14 танков, 15-й сломался еще в ходе тренировок в Шарлеруа.

9 апреля, в 4.05 утра, германская артиллерия начала интенсивный обстрел позиций противника на этом участке, поставив на его флангах химические заграждения с использованием иприта (прием «заипричивания» флангов атаки танков и пехоты войдет во многие наставления 20—30-х годов). В 7.30 пехота начала атаки небольшими группами. В 9.00 после вновь усилившегося артиллерийского обстрела в атаку перешли основные силы, в некоторых местах поддержанные танками. Почти на всем фронте германцам удалось продвинуться в глубь обороны противника. К 12 апреля германцы были близки к важному железнодорожному узлу Хазберук. Но к 14 апреля сила атак ослабла. В последующих действиях этого наступления германские танки уже не участвовали.

Наиболее известен бой с участием A7V у Виллер-Бретоне 24 апреля 1918 г. Здесь были задействованы все три имевшиеся на тот момент «штурмовые отделения» — всего 15 A7V. Это было самое большое сосредоточение германских танков на одном участке за весь 1918 г. Впрочем, подробнее об этом бое будет сказано несколько ниже, в главке «Первые бои танков с танками».

Во время второго германского наступления 1918 г. на р. Эн (операция «Блюхер», 27 мая — 14 июня) 15 танков отделений №№ 11, 12, 13 и 14 были введены в бой в полосе 7-й германской армии, располагавшей тогда 25 дивизиями, 3953 орудиями и 687 самолетами. В первый день наступления танки действовали вместе с дивизиями 85-го корпуса и 5-й гвардейской дивизией 4-го резервного корпуса на участке Воклер-Берри-о-Бак против французских позиций Успех атаки был всячески расписан германской прессой. Однако на деле танки прорвали первую линию обороны, но остановились перед широким окопом второй полосы (т. н. Дарданелльский окоп), в то время как пехота на этом участке достигла р. Вель, продвинувшись на глубину до 20 км. Основная тяжесть содействия пехоте легла на артиллерию. Артиллерийская подготовка началась в 2.00 утра и продолжалась 2 часа 40 минут, когда же в 4:40 началась атака пехоты, артиллерия организовала подвижный огневой вал. Главный военный советник премьер-министра Великобри-тании генерал Г. Вильсон в докладе военному кабинету о событиях 27 мая указывал: «Сражение началось с газовой атаки, особенно сильной на вторых линиях, за ней последовала артиллерийская бомбардировка, продолжавшаяся 2,5 часа. Прорвав заграждения из колючей проволоки при помощи траншейных мортир, противник повел атаку обычным путем при содействии танков. 50-я <британская> дивизия «повисла в воздухе», когда 22-я французская дивизия слева безо всякого предупреждения покинула фронт… Германцы хлынули в брешь, образовавшуюся после ухода 22-й французской дивизии, и зашли в тыл 50-й британской дивизии, которая в результате понесла огромные потери». Отход 22-й французской дивизии был вызван тем, что, придерживаясь старой тактики, она занимала основными силами первые линии окопов, которые были сметены огнем германской артиллерии. Так что германским танкам и не пришлось сыграть существенной роли в этом успешном бою.



При передвижениях вне поля боя экипаж A7V предпочитал держаться на крыше машины. Обратим внимание, что пулеметы убраны внутрь машины, а на корпусе развешаны стальные шлемы экипажа. Март 1918 г.

Перед остановкой второго германского наступления танки приняли участие в атаках германских 7-го резервного и 15-го корпусов у Реймса, оборонявшегося соединениями 4-й французской армии. 31 мая здесь участвовали в бою танки A7V 2-го отделения, при этом танк № 529 был подбит огнем артиллерии. 1 июня танки 2-го отделения должны были действовать к северу от Реймса, поддерживая пехоту 242-й пехотной дивизии, а танки A7V 1-го отделения и Mk IV 13-го и 14-го отделений — к югу от города с 228-й пехотной дивизией. Главным препятствием считались французские позиции у форта Помпель (Ла Помпель). Офицерская разведка накануне атаки показала, что местность вполне проходима для танков, но понадобится помощь саперов для организации перехода через сравнительно широкие германские окопы на этом участке. Французские же окопы были узкими, и германские танки могли их перейти.

Германские A7V были в удовлетворительном техническом состоянии, хуже обстояло дело с изношенными трофейными Mk IV. В 13-м отделении оказалось 3 готовых к бою танка, которые дополнили одним танком из 11-го и одним из 12-го отделений. Около 20.00 31 мая танки южной группы вышли с выжидательных позиций в Витри, а танки северной группы (2-е отделение) — из Безенкура. По дороге танки сделали остановку и замаскировались, чтобы не быть обнаруженными противником, до исходных позиций танки дошли уже в темноте. Как оказалось, переходов через свои окопы саперы так и не подготовили, и танкисты занялись этим сами (здесь, пожалуй, сказалось преимущество многочисленности экипажей A7V).

Танки 1-го отделения, действовавшие северо-западнее, у форта Помпель, достигли немногого — два танка этого отделения из-за механических проблем остановились практически на исходных позициях, еще один вышел из строя вскоре после начала движения. Танки № 526 и № 527 вскоре застряли в «волчьих ямах» и были подбиты огнем французской артиллерии (527-й, например, получил попадание в рубку), один из них смог отойти (но был вскоре разобран), второй — брошен экипажем. 14-е отделение действовало успешнее. Его танки прошли три линии окопов и помогли продвижению пехоты. Но из четырех танков этого отделения вернулся своим ходом только один — остальные либо застряли в воронках, либо были уничтожены французской артиллерией. Из танков «сводного» 13-го отделения один провалился в воронку, у другого вышла из строя бортовая коробка передач. Один танк этого отделения все же провел атаку достаточно удачно, хотя уже в ходе боя заклинило педали водителя. Когда форт Помпель был захвачен, танк продвинулся для помощи пехоте к каналу Эна — Марна, но был выведен из строя артиллерийским огнем. Экипаж снял три своих пулемета и принял участие в бою вместе с пехотинцами и с ними же отступил к своим. Один танк Mk IV (с именем «Мориц») застрял в воронке на «ничейной земле» перед линией французских окопов и был подорван экипажем. Еще два танка 13-го отделения остались на исходной позиции.



Танк A7V в ожидании выхода в бой.

Безуспешной была атака 1-го отделения 5 июня. 9 июня восстановленный № 526 1-го отделения был вновь подбит артиллерией, а № 527 — пехотинцами-гранатометчиками. Всего у Реймса огнем французской артиллерии было подбито 8 германских танков.

15 июля, в первый день последнего германского наступления (т. н. сражения за мир или «второй Марны»), танки 1-го и 2-го «штурмовых отделений» вновь действовали на флангах Рейнского участка, в полосе 1-й германской армии. Атака успеха не имела, поскольку французы применили здесь тактику «эластичной обороны», недолго удерживаясь на передовых позициях, а затем отходя вглубь, на основные позиции. Главная же полоса обороны французов совершенно не пострадала в ходе артподготовки. В полосе 1-го Баварского корпуса четыре танка подорвались на минах. А 18 июля началось французское контрнаступление.

9 августа, во время наступления Антанты, 1-е и 3-е «штурмовые отделения» танков поддерживали действия 18-й германской армии юго-западнее Нуайона против частей 3-й французской армии. Танк № 560 первого отделения получил повреждения от артогня, № 562 попал в воронку, № 541 повредил двигатель и трансмиссию. Третье отделение действовало успешнее, хотя танк № 564 застрял на деревенской улице.

31 августа танки первого и второго отделений были использованы в контратаке у Фремикура против частей 1-й английской армии, наступавшей на Камбрэ. Контратаки имели целью выиграть время на правом фланге фронта и обеспечить отход германских армий южнее. Танки № 504 «Шнук» и № 528 «Хаген» второго отделения были подбиты артиллерией и захвачены противником, танк № 562 поражен осколками авиабомбы (его пришлось разобрать), а у танка № 563 оказались технические неисправности. После этого 2-е «штурмовое отделение» перестало существовать, а машины и личный состав переданы в первое отделение. У Фремикура действовало и одно отделение трофейных Mk IV.

7 октября, уже после отхода германских армий на позицию «Зигфрид», танки A7V 3-го «штурмового отделения» приняли участие в контратаке частей 3-й германской армии против французских войск у Сент-Этьена. Все вышедшие в бой танки были в конце концов подбиты

Еще 29 сентября в подчинение германского XIV резервного корпуса, который должен был сдержать наступление британцев к северу и югу от Камбрэ, были переданы танки Mk IV отделений №№ 11, 15 и 16.

8 октября 15 танков были введены в «брешь» германского фронта у Камбрэ против частей 1-й британской армии. Появление танков снова вызвало панику среди британских солдат, и «восстановить порядок удалось лишь после того, как два из них были выведены из строя». У деревни Ньерж произошла встреча британских тяжелых танков с германской группой из трофейных Mk IV — об этом бое также рассказано несколько ниже.

Несмотря на определенный успех германских танкистов, часть их танков оказались потеряны от огня британских танков и артиллерии, часть позже вышла из строя по техническим причинам, а продвижение британских войск не дало возможности их оттянуть и отремонтировать.

9 октября A7V 1-го отделения и Mk IV 13-го отделения были переданы в распоряжение 371-й германской пехотной дивизии с задачей поддержать ее контратаку. Танки №№ 525, 563, 501, 540 и 560 первого «штурмового отделения» применили севернее Камбрэ у Сент-Обере и Иву 11 октября — за месяц до заключения перемирия. Атака у Иву была вполне успешной — британский прорыв на участке был ликвидирован. А на следующий же день начался отход германских частей с этих позиций. Танк № 560 в этом бою вновь получил повреждение — обрыв гусеницы. Это было последнее применение германских танков в Первой мировой войне. От 13-го же отделения только три танка смогли выйти в бой, остальные оказались слишком изношенны. Два из вышедших в бой Mk IV были подожжены огнем противника, еще один остановился из-за поломки коробки передач и сцепления, экипаж вынужден был его покинуть.



Трофейный Mk IV-«самец» в составе танковых сил рейхсвера. Танк несет большие кресты и имя Хайнц.

1 ноября 1918 г., в ходе германской попытки воспрепятствовать захвату Валансьена канадскими и британскими частями, германской 28-й резервной дивизии были приданы четыре танка Mk IV из 12, 13 и 14-го отделений. Эти танки вместе с пехотой двинулись в контратаку в районе Кюржи в юго-восточном предместье Валансьена. Германцам удалось отбросить назад части 4, 49 и 61-й британских дивизий, потеряв при этом два танка от огня противника. Но уже на следующий день британцы возобновили наступление, а солдаты 61-й британской дивизии даже захватили два «германских» Mk IV.

Вся боевая работа германских танковых «штурмовых отделений» составила около полутора десятков эпизодических частных атак в течение полугода. Танки двигались разрозненно, мелкими группами, и в результате вместе в атаке действовало не более 7–8 танков. Действия трех «штурмовых отделений» у Виллер-Бретонне были, пожалуй, единственным примером «массированной» танковой атаки с германской стороны. Взаимодействие с пехотой организовывалось плохо. По мнению австрийского генерала Эймансбергера, «танки, имевшиеся в германской армии, применялись без всякого знания этого рода оружия». Применение танков не было случайным или беспорядочным — германское командование стремилось использовать их на ответственных участках фронта. Иногда атаки «штурмовых отделений» имели успех, но количество применявшихся танков никак не соответствовало масштабам операций. Плотность танков на фронте 18-й армии на 21 марта составляла 0,5 на 1 км, в 6-й армии на 9 апреля — 1, в 7-й армии на 27 мая — 0,3 танка на 1 км фронта. Для сравнения — к началу контрнаступления Антанты 118 июня 1918 г.) 10-я французская армия располагала 16 дивизиями при 1573 орудиях, 531 самолете и 337 танках, а плотность танков составляла 9—14 на 1 км фронта. Тем не менее в одной из записей штаба 18-й германской армии говорилось: «Наши танки в огромной степени укрепляли дух пехоты даже тогда, когда они применялись в небольшом числе; в то же время, как показал опыт, они производили большой деморализующий эффект на неприятельскую пехоту».

В Германии же танки впервые «вышли на улицы» — трофейные Mk IV использовали при подавлении революционных выступлений в 1919 г. В начале 1918 г. по улицам Берлина провели трофейный танк Mk IV, дабы поднять дух немцев, а через год такие же Mk IV на улицах того же Берлина такими же немцами использовались против немцев. В ходе этих боев контрреволюционные фрайкоры использовали и два заново построенных пулеметных танка на шасси A7V и — по некоторым сведениям — один «боевой» пушечно-пулеметный A7V. Затем танки согласно Версальскому договору разобрали.

В Великобритании танки тоже использовали для подавления беспорядков в Северной Ирландии. Но для таких целей англичане справедливо предпочитали бронеавтомобили.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.303. Запросов К БД/Cache: 3 / 1