Глав: 8 | Статей: 8
Оглавление
На стене старейшего и самого знаменитого океанографического музея в Монако начертаны названия судов, с которыми связаны крупнейшие в истории человечества открытия в области океанографии. И в этом списке есть слово «Vitiaz». Макаров обессмертил корабль, которым командовал, и тем самым лишний раз подтвердил непреложных закон - всякий корабль хорош настолько, насколько хороши люди, которые на нем плавают. При этом надо заметить, что у «Витязя» был брат - однотипный с ним крейсер «Рында». Он прожил долгую жизнь, но за время своей службы ничем заметным себя не проявил и поэтому малоизвестен любителям военно-морской истории. Но и корабль, прослуживший во флоте более 30 лет, заслуживает того, чтобы его помнили.

Проектирование

Проектирование

К моменту восшествия на престол императора Александра III русский военно-морской флот находился, по выражению брата императора, великого князя Алексея Александровича, сменившего 14 июля 1881 года великого князя Константина Николаевича на посту верховного командования над флотом, в состоянии «застоя и слабости». Для обсуждения вопроса о будущем составе флота была учреждена по приказанию Алексея Александровича особая комиссия, в которую вошли такие видные деятели, как генерал-адъютанты А.А. Попов, Г.И. Бутаков, С.С. Лесовский, вице-адмиралы В.А. Стеценко и И.А. Шестаков[1].

Позднее к обсуждению важнейших вопросов были привлечены лучшие технические специалисты флота - например, главный инженер-механик флота генерал-майор А.И. Соколов, инспектор кораблестроительных работ Кронштадтского порта генерал-майор А.А. Свистковский, ведущие корабельные инженеры (Н.Е. Кутейников, Н.А. Субботин, И.Е. Леонтьев и другие). Уже этот список говорит о том, что к решению вопроса о будущем флота были привлечены лучшие умы.

При этом всем было ясно лишь одно - Российской империи нужен сильный океанский флот, все остальные вопросы - по каким образцам строить корабли основных классов, их количество, сроки постройки, соответствие промышленных мощностей страны планам усиления флота, выбивание кредитов на судостроение у Министерства финансов - еще предстояло решить. 11 января 1882 года управляющим Морским министерством стал И.А. Шестаков. Его личность многими историками оценивается больше со знаком «минус». Как и все люди, он, конечно же, обладал недостатками, но при всем том это был талантливый и незаурядный человек (что признавали даже его недоброжелатели), обладавший колоссальной энергией и работоспособностью, несмотря на возраст (он родился в 1820 году) и начинавшиеся болезни. Перенапряжение в результате тяжелой работы станет одной из главных причин его смерти в 1888 году.

А вот верховный командующий над флотом Алексей Александрович, непосредственный начальник И.А. Шестакова, лишней работой себя не утруждал. Впрочем, И.А. Шестакова это устраивало, так как он отличался смелым и независимым характером. С первым же всеподданнейшим докладом он «послал Алексею записку. Откровенно и без всяких оборотов я написал ему, что очень не хотел бы кутаться в его мантию, как бы то ни было для меня выгодно; что я хочу брать на себя всю ответственность, ибо намерен действовать»[2].

Именно при Шестакове была разработана первая долгосрочная программа строительства отечественного военно-морского флота, рассчитанная на 20 лет (с 1883 по 1902 годы)[3]. При этом Морскому министерству приходилось постоянно вести упорную борьбу с Министерством финансов за каждую лишнюю копейку, выделенную на флот - в начале 80-х гг. ухудшилось состояние российских финансов во многом из-за враждебного отношения европейской и американской диаспоры, озлобленной антиеврейским движением в России (имели место еврейские погромы в некоторых городах, преимущественно на Украине). Министр финансов Н.Х. Бунге прямо заявлял, что «при враждебном к России настроении нельзя рассчитывать на заграничную сколько-нибудь выгодную и значительную операцию. Внутренний же заем... равным образом зависит, подобно внешнему, от положения еврейский дел, потому что главные денежные средства в России находятся также в еврейских руках»[4].

Однако несмотря на все попытки Н.Х. Бунге, драматизировавшего состояние финансов, заставить моряков пересмотреть и значительно сократить свои запросы, EI.A. Шестакову и великому князю Алексею Александровичу удалось отстоять их, во многом благодаря тому, что император Александр III был сторонником усиления российского военно-морского флота.

В апреле 1882 года программа развития русского флота была утверждена Александром III без каких- либо сокращений и, таким образом, получила силу закона. Но она определяла только количественный корабельный состав и его распределение по флотам. Поэтому предстояло срочно определиться с выбором наилучших типов кораблей основных классов. Надо отметить, что в программе развития флота большое внимание уделялось крейсерам - крейсерскую войну признали «практически единственным и весьма сильным средством для нанесения существенного вреда торговым интересам неприятеля и для отвлечения его сил от наших берегов»[5]. Программа предусматривала строительство 13 крейсеров.

18 мая 1882 года И.А. Шестаков пригласил на заседание ведущих корабельных инженеров (Н.А. Самойлова, И.Е. Леонтьева, Н.А. Субботина, Х.В. Прохорова, А.П. Торопова, Н.Е. Кутейникова, Н.К. Глазырина, В.В. Максимова), а также начальника артиллерийского отделения Морского технического комитета (МТК) вице-адмирала С.П. Шварца, контр- адмиралов Н.Н. Андреева и Н.В. Копытова и инспектора кораблестроительных работ Кронштадтского порта генерал-майора А.А. Свистковского с целью определения наилучших образцов кораблей для предстоящей постройки и в том числе; «Избрать тип крейсера I ранга без брони или с тонкою бронею по ватерлинии, с большим запасом угля и скоростью 17 узлов при довольно уважительной артиллерии (9 дюймов) и указать на существующий тип крейсера II класса с легкою артиллериею, скоростью до 15 узлов и большим запасом угля»[6].

При этом было оговорено, «чтобы суда по возможности имели наименьшую вместительность» (то есть водоизмещение). Таким образом надеялись достичь экономии денежных средств. Само заседание состоялось 20 мая 1882 года.

Н.А. Субботин и И.Е. Леонтьев представили в МТК докладные записки (они были рассмотрены на этом заседании), где указывали, что 4-му пункту (крейсер II ранга) удовлетворяет крейсер «Ярославль»[7].

Однако ни на этом, ни на следующем (27 мая) заседании вопрос об окончательном выборе типа крейсера 2-го ранга не был решен. Лишь на третьем заседании 10 июня 1882 года присутствующие пришли к выводу: «Для крейсера II ранга подходят типы: крейсера „Ярославль“, английского корвета „Calliope“ и греческого крейсера „Miaulis“... Из этих трех крейсеров собрание отдает предпочтение греческому крейсеру „Miaulis“, как имеющему наименьшее водоизмещение и ближе других подходящему к заданию по настоящему пункту»[8].

И.А. Шестаков на это наложил следующую резолюцию: «Для крейсера II ранга выбрать чертеж Miaulis’a, если количество угля достаточное»[9]. Однако греческий крейсер будучи хорош для Средиземного моря, мало подходил для роли океанского рейдера, поэтому от идеи взять за основу «Miaulis» при разработке проекта собственно крейсера быстро отказались.



Крейсер II ранга «Память Меркурия " (до апреля 1883 г.


Крейсер II ранга "Калипсо" однотипный с крейсером "Каллиопе". Крейсер "Каллиопе" получил широкую известность после 17 марта 1889 г. когда находясь у острова Самоа выдержал жесточайший ураган. В тот день у острова Самоа потерпели крушение 6 кораблей военно-морских флотов США и Германии.

Характеристики вышеперечисленных крейсеров следующие: "Ярославль" был построен в 1880 году во Франции, его водоизмещение составляло 3050 тонн, корпус построен из стали, подводная часть не была обшита деревом. Вооружение состояло из шести 6-дюймовых орудий - по одному в носу и корме и четыре по бортам на спонсонах. На нем стояла машина горизонтального типа в 3000 л.с., запас угля 1000 тонн. Скорость хода на мерной миле при 500 тоннах угля достигла 16,5 узлов.

"Calliope" имел водоизмещение 2765 тонн, его подводная часть была обшита деревом и медью. Над машиною, котлами и крюйт-камерой имелась броневая палуба толщиною в 1 дюйм. Вооружение состояло из десяти 6-дюймовых орудий. Машина в 3000 л.с., обеспечивала ему скорость 15 узлов.

"Miaulis" был построен во Франции в 1879 году, имел водоизмещение 1800 тонн, вооружение два 7-дюймовых орудия в бортовых спонсонах, одно 7-дюймовое на корме и одно 6-ти дюймовое на носу. Машина мощностью в 2200 л.с., обеспечивала скорость хода на мерной миле 15,5 узла[10].

Из вышеперечисленных характеристик видно, что наиболее сильно вооруженным и лучше защищенным был английский корвет "Calliope". На него и стал ориентироваться МТК при создании собственного проекта крейсера.

13 октября 1882 года Морское министерство уведомило кораблестроительное отделение МТК, что "Управляющий министерством приказал теперь же приступить к постройке на Балтийском заводе океанского броненосца типа "Imperieuse" (будущий "Адмирал Нахимов" — Прим, авт.) на, на Невском заводе крейсера фрегатского ранга и в малом эллинге Нового Адмиралтейства или на Балтийском или Невском заводах крейсера корветского ранга и желает, чтобы кораблестроительным отделением Морского технического комитета были представлены Его Превосходительству чертежи и спецификации этих судов, для передачи их в Петербургский порт на предмет составления контрактов"[11] .

Беда была в том, что готовых проектов ни по одному из указанных типов кораблей в МТК не было. Тем не менее работа над проектом крейсера II ранга (корвета) велась очень интенсивно: уже 21 января 1883 года Кораблестроительное отделение МТК представляет продольный разрез и план корвета главному инженер-механику флота для нанесения на этих чертежах паровой машины в 3000 л.с. с расчетом веса этой машины, суточного расхода топлива и центра тяжести машины с котлами[12].

4 февраля 1883 года Кораблестроительное отделение МТК уведомило Артиллерийское отделение: "В кораблестроительном отделении составляют чертежи крейсера корветского ранга, который отделение со своей стороны находит возможным вооружить десятью 6- дм дальнобойными пушками, расположенными по бортам на верхней палубе, подобно тому, как вооружен корвет "Каллиопе". Препровождая чертеж означенного крейсера, отделение просит нанести на нем расположение артиллерии и сообщить отделению сведения о весе и размерах снарядов и зарядов для тех орудий, которыми Артиллерийское отделение признает удобным вооружить крейсер"[13].

Уже 22 февраля в Кораблестроительное отделение МТК поступили чертежи от главного инженер-механика флота генерал-майора А.И. Соколова с расположением на них двух паровых машин системы Модзлея по 1500 л.с., действующих на один гребной вал со всеми необходимыми расчетами, причем оговаривалось, что составляется проект установки одной паровой машины в 3000 л.с., которая займет меньше места и будет легче[14].

Из отчета Кораблестроительного отделения Морского технического комитета за 1883 г.

Корветы "Витязь" и "Рында"

1) По приказанию Управляющего Морским Министерством, Соединенное Собрание Кораблестроительного и Артиллерийского Отделений и Главного Инженер -Механика, флота рассмотрело проект океанского крейсера в 2158 тонн, предложенный отставным капитаном 1 ранга Семечкиным и инженером Дю-Бюи.

В заседание Соединенного Собрания были приглашены бывшие командиры клиперов: "Разбойник" капитан 1-го ранга Житков, "Крейсер" капитан 2-го ранга Назимов, "Гайдамак" капитан 2-го ранга Тыртов 2-й, "Стрелок" капитан-лейтенант Де- Ливрон и командир клипера "Жемчуг" капитан-лейтенант Балицкий, отставной капитан Его ранга Семечкин и инженер Дю-Бюи.

Рассмотрев проект Соединенное Собрание нашло, что:

1) Вычисления и расчеты грузов сделаны в нем правильно, за исключением данных относительно остойчивости, проверить которые, по недостаточности представленных при проекте сведений, не представилось возможным. Превосходя водоизмещением наши клипера на 800 тонн, предлагаемый клипер превосходит их внутренним простором и поместительностью. Кроме орудий малого калибра, он вооружен четырьмя 6-ти дюймовыми бортовыми орудиями, по два на стороне с каждого борта и может действовать по траверзу двумя орудиями, а вперед и назад от траверза одним орудием , На нос и на корму, прямо по килю, крейсер действует двумя орудиями. Клипера же, вооруженные тремя 6-дюймовыми орудиями, могут стрелять всеми этими орудиями сосредоточенно, как по траверзу, так, и на крамболе, но не могут действовать ими по килю, за исключением клипера "Опричник", который стреляет вперед по килю двумя орудиями.

Недостатки предложенного крейсера заключаются в следующем:

1) 9-фунтовыя орудия, поставленные на юте, не могут действовать в то время, когда огонь 6-дюймовых кормовых орудий направлен по килю назад, находясь в сфере распространения развивающихся при выстрелах в означенном направлении из 6-дюймовых орудий.

2) Машина вертикальной системы, причем верхние части паровых цилиндров находятся выше грузовой ватерлинии и потому открыты для неприятельских выстрелов, хотя, по мнению главного инженер-механика флота, вертикальная машина и представляет наиболее совершенный тип морской машины и равным образом находится выше грузовой ватерлинии и открыта неприятельским выстрелам верхние части паровых котлов и крюйт-камер.

3) Парусность крейсера недостаточна, так как русский крейсер в военное время поставлен в затруднительность относительно возобновления запасов топлива, и потому для него необходима полная парусность.

4) В виду того, что по отсутствию на крейсере медной обшивки, он будет быстро обрастать морскими наростами и терять скорость хода, желательно, чтобы суда этого рода, поверх стальной обшивки, были обшиты деревом и медью, и 5) Боковые свесы для 6-дюймовых орудий слишком выдаются за борт и таким образом будут страдать не только от тяжести орудий, но и от волнения.

На основании вышеизложенного, Соединенное Собрание затруднилось одобрить предложенный проект крейсера, в виду же выраженной составителями его готовности продолжать труды по составлению проекта в том направлении в каком им будет указано, Соединенное Собрание со своей стороны признало полезным представить им сделать, в проекте изменения, какие они найдут необходимыми для устранения всех вообще недостатков, обративших на себя внимание Собрания, но с тем, чтобы это не давало им права требовать от Морского ведомства какого-либо вознаграждения.

На журнале этого заседания Управляющий Морским Министерством положил резолюцию: "Г-ну Дю-Бюи поручено составить новый проект, который и будет представлен на обсуждение соединенных Отделений.

2) Соединенное Собрание Кораблестроительного и Артиллерийского Отделения Главного инженер-механика флота, при участии корабельного Инженера капитана Торопова, рассмотрело:

1) Два заявления инженера Дю-Бюи на имя Управляющего Морским Министерством с приложенными к ним вычислениями, спецификациями и чертежами неброненосного океанского крейсера в 2950 тонн и 3000 индикаторных сил. 2) Разработанные в Кораблестроительном Отделении чертежи крейсера, типа английского корвета "Calliope". 3) Записку корабельного инженера капитана Торопова о сравнительных достоинствах крейсеров "Ярославль" (ныне "Память Меркурия") и предложенного инженером Дю Бюи.

Рассмотрев в проекте вышеупомянутых крейсеров и записку капитана Торопова и приняв в соображение прежнее постановление Собрания, в котором изложены указания на необходимые изменения в проекте инженера Дю-Бюи и постановление собрания о новейших типах военных судов , Соединенное Собрание доложило представить Управляющему Морским Министерством, что океанский крейсер в 2950 тонн, проектируемый инженером Дю Бюи, на основании замечаний указанных Соединенным Собранием, представляет по своим качествам тип крейсера, назначение которого преследовать неприятельские коммерческие суда. Он вооружен достаточно сильной для этой цели артиллерией, имеет полную парусность, большой запас топлива, просторное помещение для команды и достаточную для крейсера этого типа скорость хода, если только предположение инженера Дю-Бюи относительно 15-узловой скорости осуществится на деле.

Проектированный в Кораблестроительном Отделении крейсер типа корвета "Calliope" имеет машину, котлы и крюйт- камеры, защищенные стальной палубой в 1 и 1/2 дюйма толщиною, и вооружен более сильной артиллерией. К типу крейсера инженера Дю-Бюи подходит и крейсер "Ярославль" в 3050 тонн, хорошие качества которого и значительная скорость хода, уже испытанные на деле были уже ранее надлежащим образом оценены Соединенным Собранием. Крейсер "Ярославль" не имеет наружной деревянной обшивки, но вполне возможно, не увеличивая водоизмещения, обшить его деревом, а также увеличить парусность, уменьшив для этого на 200 тонн весьма большой запас (до 1000 тонн) полагающегося на нем в настоящее время топлива. Измененный, таким образом, крейсер "Ярославль" будет без сомнения хорошим крейсером, вполне отвечающий цели преследовать неприятельские коммерческие суда, но при встрече с неприятельскими крейсерами типа корвета "Calliope", должен будет рассчитывать, подобно крейсеру инженера Дю-Бюи, на преимущество своего хода.

На основании вышеизложенного, Соединенное Собрание признало полезным иметь крейсера обоих этих типов, сделав в чертежах инженера Дю-Бюи следующие изменения.

1) Наибольшую ширину мидель-шпангоута сделать у грузовой ватерлинии, а не ниже ее, как сделано на чертеже.

2) Крепление киля с корпусом сделать солиднее, как было объяснено в заседании инженеру Дю-Бюи.

3) Число офицерских кают сделать на 16 человек и

4) Лазарет уменьшить, сделав его на шесть кроватей, и по возможности удалить вперед от котлов и машины.

Кроме того, предложить Инженеру Дю-Бюи подробно разработать представленные им не вполне законченные чертежи, приняв при этом к руководству вышеуказанный Собранием изменения в чертежах, а равным образом и сделанный Главным инженер-механиком флота изменения и дополнения в спецификации механизма, а затем представить их на рассмотрение Кораблестроительного Отделения. Управляющий Морским министерством приказал:

"Предложить г-ну Дю-Бюи разработать скорее подробные чертежи крейсера и механизма, согласно представленному им проекту, а Командиру порта составить контракт, по которому передать г-ну Дю-Бюи часть Адмиралтейства на Галерном островке для постройки".

Рассмотрены в Кораблестроительном Отделении: а) девять чертежей океанского крейсера, водоизмещением 2950 тонн, разработанных, по указаниям Кораблестроительного Отделения, инженером Дю-Бюи и представленных им на заключение Отделения и б) доставленная Командиром С-Петербургского порта спесификация с контрактом на постройку крейсера, проектированного г. Дю-Бюи, исправленная Инспектором Кораблестроительных работ.

Рассмотрев упомянутые чертежи и спесификащю, совместно с Главным инженер-механиком флота, Кораблестроительное Отделение представило Управляющему Морским министерством, что Соединенное Собрание нашло их разработанными согласно данных указаний, почему и одобрило их, чертежи же механизма еще не составлены и инженер Дю-Бюи объяснил, что во всяком случае, он не может расположить механизм вертикальной системы так, чтобы верхние части паровых цилиндров не выходили выше грузовой ватерлинии. При этом, хотя г. Дю-Бюи и определяет скорость хода крейсера в 15 узлов, руководствуясь коэффициентами машин французской системы, но это следует оставить на ответственности, так как Собрание остается в этом отношении при прежнем своем мнении, что скорость хода крейсера, с машиной в 3000 индикаторных сил, будет около 14 узлов. Что касается контракта на постройку крейсера, то он в техническом отношении должен быть составлен Портовым Управлением, во всем согласно со спецификацией.

В резолюции на журнале Отделения, Управляющий Морским министерством приказал Командиру порта составить контракт, во всем согласно со спесификацией.

4) Председатель Артиллерийского Отделения передал приказание Управляющего Морским Министерством сообщить инженеру Дю-Бюи, чтобы он составил чертеж устройства стальной палубы, в 1 и 1/2 дюйма или 2 дюйма толщиной, над котлами и машиной на проектированных им крейсерах, сделав ее с погибыо и скрепив не с переборками, а с бортом и также сделать соображение о том , что можно пожертвовать на крейсерах для устройства на них такой палубы. Вследствие этого инженер Дю-Бюи представил в Кораблестроительное Отделение составленные им четыре чертежа различных устройств броневой палубы на крейсерах.

Рассмотрев эти чертежи совместно с Артиллерийским Отделением, при участии Инспектора Кораблестроительных работ и Корабельных инженеров капитана Леонтьева и штабс-капитана Кутейникова, Соединенное Собрание отдало предпочтете одному из них, но с тем , чтобы: 1) вместо решетчатой деревянной настилки палубы сделать сплошную деревянную настилку, 2) откосную броню у борта над угольными ямами положить не на угловую сталь, огибающую кромку книц, а на лиственничную подкладку, в виде брусьев, которыми таким образом заменятся стальные угольники и 3) в кницах сделать вырезки для облегчения их веса. Деревянная лиственничная подкладка представит упругий материал против удара снарядов в броню, и в этом отношении будет предпочтительнее стальных угольников. По сделанным инженером Дю-Бюи рассчетам, проверенным в Отделении, вес корпуса, вследствие устройства броневой палубы, увеличится примерно на 140 тонн, и потому на столько же должен будет уменьшиться и запас угля, который при первоначальном проекте определялся с 600 тонн, на время 8,5 суток полного хода, тогда как теперь, если не допустить перегрузки, его будет доставать на меньшее время, а именно на 6,5 суток полного хода.

По представлении этих соображений Управляющему Морским министерством, Его Превосходительство положил на журнале резолюцию: "Согласен передать Командиру порта, чтобы он старался склонить г. Дю-Бюи к наименьшему изменению в сумме контракта".

5) Командир С-Петербургского порта препроводил на рассмотрение и утверждение Кораблестроительного Отделения чертеж ахтерштевня для крейсеров, представленный наблюдающим за их постройкой и рассмотренный Инспектором Кораблестроительных работ, который Отделение, с некоторыми изменениями, одобрило, сообщив о том Командиру порта.

5 марта 1883 года Артиллерийское отделение возвратило в Кораблестроительное отделение МТК чертеж верхней палубы крейсера с указанием на нем мест расположения орудий и всеми необходимыми расчетами[15] .

Крейсер проектным водоизмещением 2800 тонн должен был, по замыслу его создателей, вобрать в себя все лучшее и от английского корвета "Calliope", и от "Ярославля".

Однако у проекта МТК оказался неожиданный конкурент. Отставной капитан 1 ранга Л.П. Семечкин и инженер П.К. Дю Бюи предложили проект крейсера водоизмещением 2158 тонн и расчетной скоростью 13 узлов при мощности паровой машины 2100 л.с., причем в экстренных случаях в форсированном режиме мощность могла быть увеличена до 2400 л.с. и скорость до 14,5 узлов. Его вооружение состояло из четырех 6-дюймовых орудий и шести 9-фунтовых. Предусматривалось парусное вооружение брига[16].

МТК, рассмотрев проект, вернул его авторам на доработку, указав на ряд недостатков, которые необходимо было устранить. Дю Бюи быстро внес необходимые исправления, и уже 10 марта 1883 года в МТК был представлен второй вариант (к тому времени с ним уже ознакомился лично И.А. Шестаков).

В новом варианте водоизмещение крейсера составляло 2950 тонн, скорость хода ожидалась 14 узлов при мощности машины 3000 л.с., причем, как и в первом варианте, она была вертикального типа, что было, безусловно, прогрессивным нововведением. Запас топлива достигал 600 тонн. Вооружение усилили до шести 6-дюймовых орудия и четырех 9-фунтовых[17].

Проект был внимательно изучен, причем известный корабельный инженер Э.Е. Гуляев отметил, что дальность плавания при указанном запасе угля согласно его расчетам завышена и "в общем он не представляет особенной новизны и не отличается ничем от других судов подобного рода"[18] (из журнала МТК от 30 марта 1883 года, № 61 - Прим, автора).

Корабельный инженер капитан А.П. Торопов отмечал, что крейсер типа "Ярославль", уже испытанный, при уменьшении запаса топлива на 200 тонн можно будет обшить деревом и медью в подводной части и увеличить парусность (что улучшит его качества как океанского рейдера), при этом он будет превосходить предлагаемый Семечкиным и Дю Бюи проект крейсера благодаря более высокой скорости хода (15,5-16 узлов против 14) - при одинаковой мощности машин (3000 л.с.). "Ярославль" имел большее соотношение длины к ширине (длина 295 футов - ширина 41 фут) - у крейсера Семечкина - Дю Бюи длина 295 футов - ширина 45 футов)[19].

Разрабатываемый в МТК проект по ряду важных показателей (вооружение, наличие броневой палубы толщиной 1 дюйм) превосходил проект Семечкина- Дю Бюи, у которого броневая защита вообще отсутствовала[20]. При этом, проект МТК уже находился в высокой степени готовности. Однако по неизвестным причинам, как отмечает известный историк Р.М. Мельников, "далеким от технических", для постройки был выбран проект Семечкина-Дю Бюи.

По настоянию И.А. Шестакова машина крейсера должна была быть заменена с вертикальной на горизонтальную. Л.П. Семечкин и П.К. Дю Бюи представили управляющему Морским министерством обстоятельную докладную записку (датирована 8 марта 1883 года), в которой обосновывали необходимость сохранения на корабле вертикальной паровой машины, "ибо эта система механизма представляет соединение прочности частей с большею простотою общего устройства, дающего машине возможность непрерывно работать усиленным ходом в течение многих дней, а иногда и нескольких недель"[21].

Для крейсера, действующего длительное время в отрыве от баз, жизненно важно было иметь не только мощную, но и надежную, удобную в ремонте и обслуживании энергетическую установку. Как отмечалось в докладной записке, крейсер "будет лишен пособия иностранных портов для капитальных исправлений по корпусу и механизму и будет вынужден приводить себя в порядок в глухих местах океана, а иногда даже в открытом море. Поэтому простота устройства механизма для него необходима и вертикальная система паровой машины наиболее удовлетворяет его требованиям. Например, самая обыкновенная и наиболее часто повторяющаяся работа - осмотр поршней со снятием крышек у цилиндров, при вертикальной машине может быть проведена в открытом море, а у горизонтальной требует якорной стоянки или же совершенно спокойного состояния моря...

Наконец, вертикальная машина занимает меньше места, имеет меньший вес и по своему расположению оставляет больше пространства для запасов каменного угля, нежели горизонтальная"[22].

Моряки отдавали предпочтение горизонтальным машинам, так как считалось, что вертикальная, имеющая гораздо большую высоту, будет в бою легко повреждена снарядами, поскольку она возвышается над ватерлинией. Однако Л.П. Семечкин и П.К. Дю Бюи справедливо указывали: "Что же касается до опасности, представляемой вертикальными машинами относительно возможности потерпеть повреждение от неприятельских снарядов, то неудобство это есть больше кажущееся, чем действительное. Поверхность цилиндров, выдающаяся над ватерлиниею, представляет весьма небольшую площадь, а следовательно и малую цель для попадания снарядов. Вертикальная машина бывает защищена с обеих сторон толстым слоем каменного угля, лежащим в угольных ящиках и составляющего, как указывают опыты, отличный блиндаж против действия попадающих снарядов. Между тем горизонтальная машина, прилегающая к самым бортам судна, не защищенная угольным блиндажем, может быть повреждена всяким удачно попавшим снарядом, пробившим подводную часть, несмотря на то что она находится ниже ватерлинии"[23].

Авторы проекта указывали, что замена вертикальной машины горизонтальной при условии сохранения прежней скорости хода и запасов угля, вызовет увеличение водоизмещения корабля на 25%. И.А. Шестаков на докладной записке поставил резолюцию: "В Кораблестроительное отделение для обсуждения представленного проекта крейсера вместе с главным инженер-механиком флота 10 марта 1883 г." Однако реальность была такова, что И.А. Шестаков, приняв решение, не утруждая себя обсуждением с членами МТК, в дальнейшем от него не отказывался и раз принятое решение, как правило, не менял. Надо отметить, что в то время даже не все корабельные инженеры осознавали, что будущее именно за вертикальными машинами, а время горизонтальных уже подходит к концу. В результате, в проект было внесено первое серьезное изменение, что самым отрицательным образом скажется на ходовых характеристиках построенных по нему крейсеров.

31 марта 1883 года Дю Бюи предложил управляющему Морским министерством проект контракта. Стоимость корабля была оценена в 1 770 000 руб. (1 275 000 - корпус, 495 000 руб. - машина с котлами)[24]. На заседании Адмиралтейств-совета 27 апреля 1883 года было решено разрешить Обществу Франко-Русских заводов постройку на Галерном островке двух стальных рангоутных крейсеров корветского ранга в 2950 тонн[25].

Наблюдающим за постройкой обоих крейсеров был назначен, по просьбе генерал-адъютанта А.А. Попова, корабельный инженер капитан А.Е. Леонтьев[26] . Это был один из способнейших технических специалистов, несмотря на сравнительно молодой возраст (родился в 1843 году). Именно под его руководством заканчивалась постройка сильнейшего корабля Российского военно-морского флота - броненосца "Петр Великий". В 1880 году А.Е. Леонтьев подготовил "Петр Великий" к заграничному плаванию, а в 1881 году наблюдал за постановкой на броненосец новой машины и котлов в Англии.

Согласование спецификации и чертежей шло достаточно быстро. 22 апреля 1883 года Кораблестроительное отделение МТК запросило у П.К. Дю Бюи чертежи крейсера, а уже 7 мая конструктор представил девять подробных чертежей, при разработке которых он учел изменения, указанные ему специалистами МТК. Еще ранее им была представлена спецификация крейсера[27] . 3 июня спецификация корабля была одобрена на заседании МТК. 24 июня 1883 года был подписан контракт с Обществом Франко-Русских заводов (от Общества его подписал П.К. Дю Бюи, ставший к тому времени его главным уполномоченным) на постройку двух стальных с деревянною обшивкою крейсеров корветского ранга.

Согласно контракту, Общество обязывалось приступить к постройке немедленно по получению наряда и подготовить к спуску первый крейсер 15 октября 1884 года, а другой 15 мая 1885 года, полностью крейсера должны были быть готовы - один не позже 1 июня 1885 года, а другой - не позже 1 сентября 1885 года.

В контракте особо оговаривалось, что "Все члены и части крейсера и дельные вещи, без исключения, должны быть изготовлены и окончательно отделаны в возможно лучшем виде непременно в России"[28]. За границей разрешалось лишь закупить тик и красное дерево (они не росли в пределах Российской империи) и "привилегированные механизмы" (то есть те, которые еще не были освоены отечественной промышленностью).

Согласно условиям договора, "работы по постройке крейсеров, под наблюдением корабельного инженера, должны быть произведены Обществом правильно, прочно, чисто и во всем согласно с чертежами и приложенною к сему контракту спецификациею"[29].

Источники и литература

1 РГА ВМФ. Ф. 417. Оп. 1. Д. 1467. Л. 2.

2 Кондратенко Р.В. Морская политика России 80-х гг. XIX века. СПб., 2008. С. 95.

3 Мельников Р.М. История отечественного судостроения. Т. 2. СПб., 1996. С. 159.

4 Кондратенко Р.В. Указ. соч. С. 103.

6 РГА ВМФ. Ф. 417. Оп. 1. Д. 1467. Л. 24об.

6 РГА ВМФ. Ф. 421. Оп. 1. Д. 747. Л. 3.

7 РГА ВМФ. Ф. 421. Оп. 1. Д. 747. Л. 54, 61.

3 РГА ВМФ. Ф. 421. Оп. 1. Д. 747. Л. 72-72об.

9 РГА ВМФ. Ф. 421. Оп. 1. Д. 747. Л. 69.

10 РГА ВМФ. Ф. 421. Оп. 1. Д. 747. Л. 72-72об.

11 РГА ВМФ. Ф. 421. Оп. 1. Д. 766. Л. 1.

12 РГА ВМФ. Ф. 421. Оп. 1. Д. 766. Л. 2-2об.

13 РГА ВМФ. Ф. 421. Оп. 1. Д. 766. Л. 3.

14 РГА ВМФ. Ф. 421. Оп. 1. Д. 766. Л. 4-4об.

15 РГА ВМФ. Ф. 421. Оп. 1. Д. 766. Л. 35.

16 Мельников Р.М. Корвет "Витязь" // Судостроение. Л., 1979. № 8. С. 63.

17 РГА ВМФ. Ф. 421. Оп. 1. Д. 766. Л. 34об.

18 РГА ВМФ. Ф. 421. Оп. 1. Д. 766. Л. 42.

19 РГА ВМФ. Ф. 421. Оп. 1. Д. 766. Л. 34об.

20 Мельников Р.М. Корвет "Витязь" // Судостроение. Л., 1979. № 8. С. 63

21 РГА ВМФ. Ф. 421. Оп. 1. Д. 766. Л. 37.

22 РГА ВМФ. Ф. 421. Оп. 1. Д. 766. Л. 37об.

23 РГА ВМФ. Ф. 421. Оп. 1. Д. 766. Л. 38.

24 РГА ВМФ. Ф. 421. Оп. 1. Д. 766. Л. 48.

25 РГА ВМФ. Ф. 421. Оп. 1. Д. 766. Л. 91.

26 РГА ВМФ. Ф. 421. Оп. 1. Д. 766. Л. 93.

27 РГА ВМФ. Ф. 421. Оп. 1. Д. 766. Л. 95.

28 РГА ВМФ. Ф. 421. Оп. 1. Д. 766. Л. 133об-134.

29 РГА ВМФ. Ф. 421. Оп. 1. Д. 766. Л. 133об.

Оглавление книги


Генерация: 0.249. Запросов К БД/Cache: 0 / 0