Глав: 15 | Статей: 15
Оглавление
В начале войны с Советским Союзом немцы применили на Восточном фронте ту же тактику молниеносной войны, что и в Европе. В приграничных сражениях наши танковые дивизии пытались контратаками остановить немецкие бронированные колонны, но это привело к катастрофе. Немцы были лучше подготовлены, у Вермахта было идеально отлажено взаимодействие между родами войск. Постепенно от тактики контрударов советские танкисты стали переходить к очень эффективной тактике танковых засад, и именно она стала своего рода «противоядием» от «Блицкрига».

Август 1941 года стал поистине временем танковых засад. Именно в этот месяц советские танкисты 1-й Краснознаменной танковой дивизии на дальних подступах к Ленинграду стали массово применять эту новую тактику. 4-я немецкая танковая группа неожиданно натолкнулась на глубокоэшелонированную систему танковых засад, и это стало для Панцерваффе очень неприятным сюрпризом.

20 августа 1941 года экипаж тяжелого танка КВ-1 старшего лейтенанта Зиновия Колобанова провел один из самых результативных танковых боев в мировой истории. На дальних подступах к Ленинграду, при обороне предполья Красногвардейского укрепрайона, наши танкисты из засады уничтожили, 22 танка противника, а всего рота Колобанова, состоящая из 5 танков КВ, уничтожила в этот день 43 танка. Танковый погром, который учинили Панцерваффе танкисты Зиновия Колобанова, – это пик развития данной тактики, своего рода идеально проведенная танковая засада.

Вот уже многие годы среди историков не затихают ожесточенные споры.

Подтверждают ли немецкие документы феноменально высокий результат советских танкистов? Технику какой немецкой дивизии уничтожили наши воины? Как повлиял бой Колобанова на обстановку под Ленинградом в целом?

В своей книге автор представляет на суд читателя развернутые ответы на эти важные вопросы.

Бои под Краногвардейском

Бои под Краногвардейском

23 августа 1941 года. К утру части, сражавшиеся в предполье Красногвардейского УРа, имели настолько тяжелее потери, что больше не могли сдерживать врага. Подразделения ополченцев батальона Грунева, которые прикрывали тылы 2-го батальона курсантов, понеся тяжелые потери, оставили станцию Войсковицы. Окончательно захватив стратегически важный перекресток в районе станции Войсковицы – деревня Илькино, немцы получили возможность беспрепятственно доставлять подкрепление и боеприпасы двум своим боевым группам по кратчайшему пути и по хорошим дорогам. Теперь 1-й мотопехотный полк 1-й немецкой танковой дивизии мог атаковать основную линию укрепрайона под Колпанами, а 113-й мотопехотный полк под Пижмой. Пользуясь своим подавляющим превосходством, усиленный танками 8-й моторизованный полк 8-й танковой дивизии окружил курсантов. Вскоре у пограничников кончились боеприпасы, а немцы продолжали наносить удары по батальону, стремясь раздробить общий котел окружения на небольшие участки. Находясь в безвыходной ситуации, куранты даже не помышляли о плене. Понимая, что без боеприпасов им не прорваться, они собрали у убитых немцев ручные гранаты и решительно атаковали врага. В ближнем бою пограничники пробили себе дорогу из окружения. Всего вышло 214 бойцов. Примечательно, что часть курсантов прорывалась из окружения через Сеппелево и станцию Войсковицы. В наградном листе командира 2-го батальона курсантов-пограничников – капитана Антона Афанасьевича Золотарева подробно перечисленные потери, которые они нанесли противнику. В период с 17 по 26 августа 1941 года они уничтожили «до 200 фашистов, в том числе 12 офицеров и 1 генерала, 8 средних танков, 6 легких танков, 2 бронемашины, 5 грузовиков, 1 легковой автомобиль, 2 санитарные машины, 6 мотоциклов, 1 зенитное орудие, 5 минометов и много пулеметных расчетов». За этот период курсанты захватили в качестве трофеев «… 6 станковых и 4 ручных пулемета, 20 автоматов, 30 пистолетов, много снарядов, патронов, документов, карт и др.». По воспоминаниям местных жителей, которые под надсмотром немцев хоронили курсантов, солдаты противника расстреливали на месте всех, кто пытался взять и сохранить документы павших советских героев. Напомню, это были солдаты 8-го моторизованного полка 8-й немецкой танковой дивизии. В этот день две боевые группы 1-й немецкой танковой дивизии попытались прорвать основную линию обороны Красногвардейского УРа в районе Колпан и Пижмы, но потерпели неудачу. К этому времени УР уже был надежно занят пехотой, а 1-й танковый полк 1-й Краснознаменной танковой дивизии восстановил боеспособность, и в полном составе вступил в бой.


Мост через реку Пижма со стороны советских позиций. На этом мосту были подбиты танки 1-й немецкой танковой дивизии.

Усиленная танками боевая группа 1-го моторизованного полка под командованием Вестхофена, наступая через Парицы, вдоль железной дороги и шоссе Волосово – Красногвардейск попыталась прорвать центральный сектор обороны Красногвардейского укрепрайона в районе Колпаны. В результате тяжелого боя противник захватил Малые Парицы и стал приближаться к основной линии укреплений 2-й роты 267-го ОПАБа, которая занимала Колпанский узел обороны.

На помощь гарнизонам укреплений пришли танкисты 1-го полка 1-й Краснознаменной танковой дивизии. Восемь Т-26 из 6-я рота 1-го танкового полка смогли удержать позиции на дороге между Малыми Парицами и Колпанами. В дневнике Шпиллер указал, что накануне вражеской атаки на Колпаны, ополченцам удалось взять в плен немецкого офицера, который и рассказал, что немцы готовятся атаковать Колпаны. В результате, части были готовы к предстоящему штурму, и все вражеские атаки удалось отбить. Более успешно действовала другая боевая группа 1-й немецкой танковой дивизии. Накопив достаточное количество сил в Высокоключевом, боевая группа 113-го полка Хейденбранда приготовилась к штурму основной линии укрепления в районе Пижма – Пустошка. Советская разведка вскрыла подготовку немцев к штурму Пижмы, было вовремя замечено сосредоточение большого количества танков и мотопехоты. В определении численности врага помогали и местные жители. Особенно ценную информацию сообщил 12 летний мальчик Михаил Алексеев. Юный патриот, житель Воскресенского, тщательно изучил немецкие позиции и потом все подробно рассказал ополченцам, он насчитал 12 вражеских танков. По данным нашей разведки у противника было 40 танков. Из этих цифр видно, что мальчик сообщил более достоверную информацию, так как в истории 1-й немецкой танковой дивизии отмечено, что Пижму готовилась атаковать только что восстановленная 2-я танковая рота 1-го батальона 1-го танкового полка. По штату в ней должно было быть 25 танков. Но к 23 августа это танковое подразделение едва успели восстановить ремонтные службы, и оно не имело штатной численности. 2-я немецкая танковая рота должна была поддержать наступление боевой группы Хейденбранда, в состав которой входили части 113-го моторизованного полка, 2-й и 3-й дивизионы 73-го артиллерийского полка 1-й немецкой танковой дивизии.


ДОТ у деревни Химози. Позиция 267-го ОПАБа. Этим ДОТом, который находился возле дороги, командовал Демин. Немецкие танки обошли ДОТ и пробили снарядами бронированную дверь. Именно такие ДОТы составляли «костяк» основной линии Красногвардейского укрепрайона. Одноамбразурные бетонные ДОТы вооруженные 45-мм орудием и пулеметом в казематной установке ДОТ-4 (фотография Дениса Базуева).

В Пижме приготовились встретить врага бойцы 1-й роты 267-го ОПАБ под командованием Косарева. Их основные позиции проходили по реке Пижма, которая делила деревню на две части. Так как река была мелкой с пологими берегами, сразу за ней вырыли противотанковый ров. Он являлся составной частью общего большого противотанкового рва, который был сооружен перед Красногвардейском. Сразу за рвом начиналась линия окопов 1-й роты Косарева, причем она была усилена как минимум одним артиллерийским ДЗОТом, орудие которого держало «на прицеле» мост через реку на дороге Пижма – Красногвардейск. Рядом находился бетонный ДОТ с казематной артиллерийской установкой Л-17.


В районе Пустошки первую линию обороны усиливало зенитное орудие, оно защищало второй мост через реку Пижма на дороге Пижма – Пустошка. В глубине нашей обороны, в одном километре от 1-й линии, находилась 2-я линия укреплений. По советским данным это были два бетонных артиллерийских ДОТа с 45-мм казематными артиллерийскими установками ДОТ-4. По немецким данным, здесь находилась целая линия с орудиями и огнеметами. И в одном километре от 2-й линии обороны у деревни Красный Хутор в засаде стояли Т-34 и БТ-7 из 1-й Краснознаменной танковой дивизии. Таким образом, прорваться по основной дороге в Красногвардейск через Пижму без больших потерь было невозможно.

Но у Пижменского узла обороны было уязвимое место, о котором уже говорилось выше. Противотанковый ров заканчивался на краю болотистого леса, который посчитали непроходимым для немецких танков, но ошиблись. Ситуацию усугубляло то, что за три дня до немецкого наступления, находившиеся под Пустошкой ополченцы 4-й гв. ДНО, были сняты со своих позиций и отведены в тыл. Теперь ее на первой линии оборонял расчет зенитного орудия без пехотного прикрытия. Хейденбранд решил провести атаку Пижменского узла обороны по уже много раз отработанному шаблону. 2-й мотопехотный батальон 113-го мотопехотного с танковой ротой атакует деревню Пижма с фронта, через мост на дороге Пижма – Красногвардейск, и тем самым сковывает наши войска, а тем временем 1-й батальон обходит советские позиции в районе Пустошки, где наиболее уязвимый участок обороны.

23 августа группа Хейденбранда пошла на штурм Пижмы. Пехотинцы 2-го батальона 113-го мотопехотного полка сходу смогли захватить южную часть деревни, которую никто и не оборонял, но как только противник вышел к основной линии обороны 1-й роты 267-го ОПАБа на реке Пижма то сразу же был остановлен. Наиболее уязвимым местом советской обороны был мост через реку Пижма. Немецкие танки 2-й танковой роты старшего лейтенанта Изакофикса пытались с ходу проскочить мост, но рядом находился советский артиллерийский ДЗОТ с противотанковым орудием, которым командовал Евгений Смирнов. ДЗОТ находился во дворе одного из домов и был замаскирован под баньку. Понимая исключительную важность центральной позиции у моста, расчет был натренирован так, чтобы уничтожать все цели на нем без промаха. Первый немецкий танк был поражен снарядом прямо на мосту, ломая перила, он переехал мост и застрял в заболоченной местности. Второй тоже попытался преодолеть мост, но был подбит, и перегородил дорогу всей колонне. Всего 23 августа расчет Смирнова подбил три вражеских танка. Скорее всего, это были Pz.III, которые составляли основу 2-й немецкой танковой роты, но, возможно, среди подбитых были Pz.IV, если рота имела смешанный состав и была усилена Pz.IV. По отчетам 4-й танковой группы в период с 19 по 31 августа 1-я немецкая танковая дивизия не потеряла безвозвратно ни одного танка Pz.III. Это значит, что все подбитые Pz.III были восстановлены ремонтными подразделениями дивизии.


Братская могила ополченцев 2-й гв. ДНО у деревни Пижма.

Защитники Пижмы, отбив танковую атаку через мост, успешно отразили наступление 2-го батальона 113-го мотопехотного полка. Но скованные фронтальной атакой бойцы 1-й роты Косарева не смогли оказать помощь левому флангу обороны в районе Пустошки. Сюда вышли бронетранспортеры 1-го батальона 113-го мотопехотного полка, их поддерживали танки. Немцы не стали обходить торец противотанкового рва через заболоченный лес, прекрасно понимая, что здесь должны вначале поработать саперы, а решили атаковать наши позиции через второй мост на реке Пижма на дороге Пижма – Пустошка, которую оборонял только расчет зенитного орудия под командованием Поцюса. В район обороны зенитного расчета вместе с беженцами проник вражеский диверсант, вооруженный советской снайперской винтовкой и переодетый в форму красноармейца, скорее всего это был диверсант из 8-й роты «Бранденбурга». И когда немцы атаковали позиции зенитного расчета, вражеский снайпер убил командира расчета Пацюса. Атакующий немецкий танк воспользовался замешательством и раздавил зенитное орудие. В образовавшуюся брешь устремились пехотинцы 1-го батальона и танки. В глубине обороны в районе Пустошки, по данным журнала боевых действий дивизии, они захватили 8 орудий и 14 огнеметов. Скорее всего, это были 45-мм противотанковые орудия и ранцевые огнеметы РОКС-2.


Уничтоженные и оставленные в районе дороги Пижма – Красный Хутор два экранированных КВ-1 из 1-й Краснознаменной танковой дивизии (фотография с сайта www.kv1ehkranami.narod.ru).

Нанеся поражение нашему левому флангу под Пустошкой, 1-й мотопехотный батальон обошел деревню Пижма с тыла и вышел к дороге Пижма – Красногвардейск на участке обороны двух бетонных ДОТов 2-й линии обороны. Они смогли сковать боем немецкие танки, в результате в район Красного Хутора и района торфозаготовок немецкая пехота вышла без поддержки панцерваффе. Здесь она была контратакована батальоном 2-й гвардейской Ленинградской дивизии народного ополчения и отброшена за Красный Хутор. А тем временем гарнизоны двух ДОТов вели геройскую борьбу с немецкими танками. Изначально наши бойцы оказались в исключительно невыгодном положении. У каждого ДОТа была только одна амбразура, в которой была установлена 45-мм казематная установка ДОТ-4, с ограниченным сектором обстрела. Ночью с 23 на 24 августа Косарев посылал к ДОТам разведку, но она не смогла пробиться к осажденным гарнизонам маленьких крепостей. По немецким данным гарнизоны ДОТов держались до 24 августа.

23 августа части 8-й танковой дивизии продолжали идти от фронта для удара в тыл защитникам Лужского рубежа. Утром 59-й разведывательный батальон этой дивизии захватил Сиверскую. Части 90-й стрелковой дивизии отошли на три километра к деревне Белогорка и заняли позицию в огромном поле перед деревней. Немцы концентрировали свои силы в лесу перед Белогоркой. Таким образом, с 20 по 23 августа 28-й мотопехотный полк и разведбат 8-й танковой дивизии преодолели всего 13 километров, немецкое мотострелковое подразделение двигалось с «черепашьей» скоростью – примерно четыре километра в сутки. При этом маршрут пролегал через район, где были сосредоточены очень слабые подразделения Красной Армии. Здесь находились остатки двух полков 90-й стрелковой дивизии разбитой немцами во время генерального штурма «Лужского рубежа». Надо отметить, что, несмотря на тяжелые потери, оставшиеся в строю солдаты и командиры воевали геройски. В районе деревни Куровицы геройски сражается 19-й стрелковый Выборгский Краснознаменный полк 90-й дивизии. Эта дивизия удерживала последние коммуникации, которые связывали 41-й стрелковый корпус генерал-майора А. Н. Астанина с основными силами фронта. Противник перерезал основные пути снабжения корпуса, вышел на Киевское шоссе и на Варшавскую железную дорогу, которая связывала Ленинград с городом Луга. Это были две основные транспортные артерии, но восточнее Варшавской железной дороги была сеть дорог, по которым 41-й корпус мог вырваться из окружения по маршруту станция Дивенская – Дружная Горка – Балогорка – Куровицы – Вырица – Сусанино. Причем в районе Белогорка и Куровицы имелись обширные поля, по которым можно было обойти немецкие заслоны, если противник выйдет и на эту коммуникацию. Важно было преодолеть район станции Дивенская и Дружная Горка. Здесь заканчивались лужские леса и болота и начинались поля.


Те же уничтоженные КВ, что и на предыдущем фото (фотография с сайта www.kv1ehkranami.narod.ru).

Значение этого района понимали обе воюющие стороны. Поэтому солдаты и командиры 90-й стрелковой дивизии сражались за каждый клочок земли. По этой причине и разведбат и 28-й мотопехотный полк 8-й танковой дивизии так медленно шли вперед. Для стремительного броска и удара в тыл защитникам города Луга эта боевая группа была слишком слаба.

Помощь ей очень долго не приходила, так как 8-й мотопехотный полк 8-й танковой слишком долго был связан боем под Большими Борницами, а 6-я танковая дивизия целую неделю «приводила в порядок» все три батальона 11-го танкового полка, после боя с ротой старшего лейтенанта Колобанова 20 августа 1941 года. Теоретически помощь могла оказать 1-я немецкая танковая, но она сама вела жестокие бои под Красногвардейском, и нуждалась в поддержке. Не имея возможности ударить в тыл 41-му стрелковому корпусу, боевая группа 28-го мотопехотного полка 8-й танковой дивизии отрезала последние коммуникации защитников города Луга. С 23 по 30 августа 1941 года немцы последовательно стягивали подразделения 4-й танковой группы, что бы занять район Дивенская – Дружная Горка – Балогорка – Куровицы – Вырица и окончательно окружить 41-й стрелкой корпус в лужских лесах. С 26 августа в этой операции примут участие и танкисты 6-й танковой дивизии, которые, наконец, «придут в себя» после тяжелых потерь.

По окончательным ежедневным отчетам 4-й немецкой танковой группы, 23 августа 1941 года было потеряно 9 пистолетов-пулеметов M P, 4 противотанковых ружья, 20 лошадей. Потери личного состава 1-й немецкой танковой дивизии за 23 августа: 54 убито и ранено. Полные сведения по потерям в личном составе 6-й и 8-й танковых дивизий за этот период не обнародованы.

В окончательном ежедневном отчете 4-й немецкой танковой группы за 23 августа приведены следующие данные о трофеях: 110 пленных, 6 казематных орудий. Кроме того, в немецких табличных отчетах 4-й танковой группы указано, что за 23 августа 6-я танковая дивизия потеряла безвозвратно 13 Pz.35(t) и 2 Pz.IV.

Находясь у железнодорожной станции Елизаветино, немецкие ремонтники, наконец, сосчитали точное число окончательно выведенных из строя танков. Для компенсации потерь шесть командирских «Шкод» переделали в боевые. Судя по всему, с них сняли рации и установили недостающий пулемет. И еще интересный момент, который выявлен в табличных отчетах 6-й танковой дивизии. Так в отчете от 3 августа 1941 года в дивизии числится 43 легких танка Pz.II. В это число входят и находящиеся в строю, и поврежденные и сгоревшие. В утреннем немецком табличном отчете за 23 августа указан уже 51 Pz.II, а в вечернем вновь – 43 танка. При этом нигде не отмечено что 6-я танковая получала пополнение из восьми Pz.II, нигде не отмечено, что 1-я или 8-я танковые передавали в 6-ю танковую восемь легких танков. Получается что в 6-й танковой после 3 августа, необъяснимым образом появились восемь Pz.II, но вечером 23 августа они куда-то исчезли не оставив и следа в немецких документах. Возможно эти «исчезнувшие» легкие танки то же были уничтожены танкистами роты Колобанова.


24 августа 1941 года. Бои за Пижму. 24 августа немецкие танкисты и штурмовые группы смогли уничтожить два бетонных ДОТа у дороги Пижма – Красногвардейск. ДОТ, который находился в поле между дорогой и Пустошкой, немцы подорвали. Гарнизоном этого ДОТа до последней минуты своей жизни командовал Карпов. Руины этого ДОТа видны в поле и сейчас.

ДОТом, который находился возле дороги, командовал Демин. Немецкие танки обошли ДОТ и пробили снарядами бронированную дверь. Гарнизон геройски погиб. ДОТ Демина, как немой свидетель подвига его гарнизона до сих пор возвышается возле дороги Пижма – Гатчина, возле него установлен Поклонный крест. Благодаря геройской обороне гарнизонов ДОТов Карпова и Демина части 1-й немецкой танковой дивизии не смогли ни удержать Красный Хутор, ни ударить в тыл позициям защитников Пижмы.

24 августа 2-й батальон 113-го мотопехотного полка вновь провел фронтальную атаку в районе Пижмы. По нашим данным, атаку вражеской пехоты поддержали несколько танков и две пулеметные танкетки. По немецким данным в районе Пижмы действовал саперный батальон 1-й танковой дивизии. Он должен был построить обходные пути вокруг противотанкового рва через заболоченный лес. В состав саперного батальона входила рота Pz.I, эти танки предназначались для установки взрывчатки, и были оборудованы соответствующим приспособлением. Скорее всего, пулеметные танкетки, которые увидели наши бойцы, и есть те самые Pz.I.

Немецкие танкисты не стали вновь «испытывать судьбу» и прорываться через мост, а попытались форсировать мелкую реку Пижму. В результате приблизиться к советским позициям смогли только легкие танкетки. Но их атака была легко отражена, одна танкетка подбита, другая ушла в тыл. Но немцы не прекращали атаки из района Пустошки в сторону Красногвардейска. В 15.00 противник потеснил 1-й стрелковый полк 2-гв. ДНО и вновь занял Красный Хутор, точнее то, что от него осталось. К этому времени все 12 домов этой маленькой деревни сгорели.

Чтобы развить успех, противник бросил в бой 15 танков. Они наступали от Красного Хутора к деревне Химози. Целью наступления и танков и пехоты противника был захват небольшого леса, который находился на окраине Красногвардейска. Размеры леса 2,5 ? 2,5 километра в треугольнике Пижма – Красный Хутор – Химози. Он имел большое тактическое значение. При его захвате немцы могли скрытно накапливать здесь силы для штурма жилых кварталов Красногвардейска. Если лес оставался в руках советских частей, это позволяло держать под постоянным обстрелом немецкие подразделения.

Немецкая танковая колонна устремилась вперед, но была встречена танковой засадой экипажей 3-го танкового батальона. В бой вступил средний Т-34 под командованием старшего лейтенанта Чистякова и легкий танк БТ-7. Танкисты находились в засаде в районе Красного Хутора и могли держать под огнем кромку леса. От Красного Хутора начинались основные дороги и просеки, которые вели через лес. Здесь проходила и дорога на Химози. На Т-34 вышли восемь вражеских танков. В отчете 1-й Краснознаменной дивизии указано, что Чистяков остановил их продвижение, и три из них подбил. В нем также указано, что из трех подбитых танков два подбито на восточной окраине Красного Хутора, а один 500 м севернее Пижмы. Из этих данных можно сделать следующий вывод.


Церковь Сергия Радонежского, деревня Большая Ящера. В этой церкви в 1941 году геройски сражались советские бойцы в августе 1941 года.

Со стороны Пустошки атаковали основные силы немецкого танкового подразделения, они вышли на восточную окраину сгоревшей деревни Красный Хутор. Два танка из этой группы были подбиты, остальные отошли. Скорее всего, часть танков обходила район засады со стороны Пижмы, пользуясь тем, что советские танкисты были скованы боем. Экипаж Т-34 вовремя заметил опасность, и перенес огонь на технику врага, которая шла в обход. В результате был уничтожен еще один танк в 500 м севернее Пижмы, другими словами между Красным Хутором и Пижмой. С очень высокой вероятностью можно сказать, что «тридцатьчетверка» в ходе боя активно маневрировала. Всего Т-34 старшего лейтенанта Чистякова уничтожил три танка и три противотанковых орудия. По нашим данным в ходе боя с вражескими танками Т-34 и БТ-7 поддержал легкий танк Т-26, при этом БТ-7 и Т-26 были подбиты, легко ранен старший лейтенант Чистяков и красноармеец. По отчетам 4-й танковой группы противник в этот день не потерял безвозвратно ни одного танка и противотанкового орудия. Судя по всему, подбитую технику немцы восстановили. Из бронетехники в этот день был потерян редкий разведывательный колесно-гусеничный бронеавтомобиль Sd.Kfz.254. Кроме гусениц, этот бронеавтомобиль был оснащен убирающимися автомобильными колесами, таким образом, по дороге он мог передвигаться на колесах, по бездорожью на гусеницах. Такой бронеавтомобиль очень часто использовали артиллерийские наблюдатели.

Несмотря на успешные действия советских танкистов, 24 августа 113-й мотопехотный полк к концу дня смог выбить роту Косарева из Пижмы, и последовательно захватить и Красный Хутор и тактически важный лес в треугольнике Пижма – Красный Хутор – Химози. Фактически немцы вышли к окраине города Красногвардейск, и достигли максимального продвижения в этом направлении за август 1941 года. Теперь противник мог накапливать в лесу резервы, для штурма Красногвардейска. По советским данным в этот день в районе Пижмы мы потеряли: 300 человек убитыми и ранеными, 5 орудий, 1 танк. Советское командование отчетливо понимало нависшую над Красногвардейском угрозу и готовило силы для контрудара.

24 августа 1941 года. «Лужский котел». Встречный бой под Большой Ящерой. 24 августа противник продолжал последовательно проводить операцию по окружению Лужской группы советских войск. Три немецких дивизии (8-я танковая, 285-я охранная и 96-я пехотная) должны были окружить основные силы 41-го корпуса генерал-майора А. Н. Астанина. Кольцо окружения медленно, но неотвратимо сжималось. 22 августа 1941 года Лужская группа получила приказ начать отход с занимаемых позиций. Отступление планировалось начать 24 августа. К сожалению, решение на отвод войск было принято слишком поздно.

Части 28-го мотопехотного полка и разведбат 8-й танковой дивизии продолжали медленное движение в направлении города Луга. Тем подразделениям, которые двигались по Киевскому шоссе, удалось захватить село Рождествено и важный мост через реку Грязна. В Рождествено немцы столкнулись с отдельными машинами из 24-й танковой дивизии, также здесь находились ее тыловые подразделения. Утром 24 августа 1941 года в походном порядке по Киевскому шоссе в сторону Красногвардейска выступила 111-я стрелковая дивизия подполковника Сергея Васильевича Рогинского. Вслед за ней начал отход и весь 41-й корпус Лужской группы. Командир дивизии планировал за два дня дойти до Красногвардейска. Точной информации, где находится противник, не было. Перед началом отхода генерал-майор А. Н. Астанин приказал Рогинскому вести усиленную разведку впереди и на флангах. Бдительные разведчики спасли колонны стрелковой дивизии от разгрома, так как на встречу 111-й шли танки и мотопехота 8-й танковой дивизии и жестокий встречный бой был уже неизбежен.


При подходе головного батальона 486-го полка 111-й дивизии к деревне Большая Ящера в темноте послышались частые выстрелы. Командир батальона остановил движение, и развернул его в боевой порядок. Впереди была рота противника. Начался встречный бой. Все новые советские и немецкие части подходили и сразу вступали в сражение. Противник задействовал легкую артиллерию и минометы. Наши войска вслед за головным батальоном развернули в боевой порядок 486-й полк, и он отбросил немцев к Дивенской.

Разведчики из 111-й захватили пленных, они оказались из 8-й танковой дивизии противника. Стрельба на время прекратилась, и командир 486-го полка майор Воробьев приказал начать движение, но вскоре встретились не только пехота, но и немецкие танки. Бой разгорелся по линии Большая Дивенская – Беково. Грамотные действия бойцов и командиров 111-й стрелковой дивизии спасли дивизию от разгрома на марше. В этот день 41-й стрелковый корпус чудом избежал полного окружения, из которого бы не вырвался никто. Если бы боевая группа 28-го мотопехотного полка двигалась хотя бы немного быстрее той «черепашьей» скорости, которую она выбрала, и смогла бы выйти раньше наших войск в район деревни Сорочкино, то корпус Астанина попал бы в максимально плотное кольцо окружения. Между Ящерой и Сорочкино всего 10 километров, к счастью 111-я стрелковая дивизия заняла эти деревни раньше противника.

Если бы наша 111-я стрелковая дивизия не смогла опередить немцев, и не вышла бы к Большой Ящере раньше немцев, то дорогу 41-му стрелковому корпусу преградили непроходимые Мшинские лесные болота, через которые не пройти летом и в наше время. Их особенность заключается в том, что в центе находятся огромные лесные озера с болотистыми берегами. Через такую местность не смогли бы пройти солдаты с легким пехотным вооружением. Выход немцев в район Сорочкино 24 августа означал бы полное окружение нашего 41-го стрелкового корпуса, без какой-либо возможности вырваться, хотя бы небольшим подразделениям. К счастью защитники города Луга этой участи смогли избежать.

Как раньше было указано, 28-й мотопехотный полк наступал медленно по причине того, что под Большими Борницами длительное время сдерживалась значительная часть 8-й танковой дивизии, а 6-я танковая занималась восстановлением подбитых танков. Таким образом, и танковая рота Колобанова и 2-й батальон курсантов пограничников повлияли на ситуацию на фронте в целом.


Уничтоженный танк Т-28 из 24-й танковой дивизии. Деревня Большая Ящера (фотография с сайта www.t28ehkranami.narod.ru).

Потери противника в личном составе. Данные только по 1-й танковой дивизии противника за 24 августа: 43 убито и ранено. Сведений по 8-й танковой нет.

По ежедневным отчетам 4-й немецкой танковой группы 24 августа 1941 года потери в технике у вермахта были следующие. По предварительному отчету – 4 пехотных гаубицы, по окончательному – 1 разведывательный колесно-гусеничный бронеавтомобиль Sd.Kfz.254, 4 легких пехотных гаубицы, 8 артиллерийских орудий требуют капитального ремонта.

Сведения о захваченных пленных и трофеях за 24 августа:120 пленных (карандашом подписано – 235),1 орудие, 1 тяжелый миномет, 4 пулемета, много стрелкового оружия, позднее подписано 14 огнеметов, 5 сдвоенных пулеметов (возможно сдвоенные и счетверенные зенитные установки), 8 пулеметов, 8 орудий. В конце отчета за 24 августа указаны 14 огнеметов и 8 орудий, скорее всего, их захватил 23 августа 1941 года 1-й батальон 113-го мотопехотного полка 1-й немецкой танковой дивизии под Пижмой.

25 августа 1941 года. Бой за Большую Ящеру. 25 августа стало окончательно понятно, что прорваться по Киевскому шоссе из Луги в Красногвардейск 41-му стрелковому корпусу не удастся. 111-я стрелковая дивизия продолжала теснить немецкий авангард на Киевском шоссе, за боевыми частями идут автоколонны, которые дошли до Покровки. Но уже понятно, что Киевское шоссе надежно блокировано противником. Теперь части стали пытаться пробить себе дорогу через железнодорожную станцию Дивенская, чтобы по маршруту станция Дивенская – Дружная Горка – Белогорка – Куровицы – Вырица, вывести не только стрелковые подразделения, но и автоколонны и обозы с ранеными, орудия, танки. В районе Большая Ящера – Красный Маяк – станция Дивенская бой разгорелся с новой силой. И хотя 8-я немецкая танковая дивизия захватила станцию Дивенская раньше советских частей, последние не теряли надежды выбить оттуда противника. Навстречу 41-му корпусу от Белогорки пыталась наступать 90-я стрелковая дивизия.

25 августа 1941 года основные силы 8-й танковой дивизии спешили на помощь 28-у мотопехотному полку и разведывательному батальону, которые вели тяжелый бой в районе Большая Ящера – станция Дивенская. В этот день основные силы 8-й танковой вышли в район Рождествено (на следующий день они придут на помощь своему авангарду под Большими Ящерами). Тем временем основные силы 41-го корпуса сосредотачивались в 5 километрах от Большой Ящеры у деревни Сорочкино. Если 41-му корпусу не удастся пробить выход из окружения в районе станции Дивенская, то ему придется выходить из окружения через Старое болото, где от Сорочкино до Вырицы нужно было преодолеть 35 километров. В отличие от Мшинского болота, Старое болото можно было преодолеть неся на себе только стрелковое оружие и эвакуируя раненых. Для техники оно было непроходимо – чтобы провести автомашины, танки и тягачи требовалось построить гать, а на это ушло бы драгоценное время.

25 августа 1941 года. Бой за Пижму. 25 августа части 2-й гв. ДНО приготовились решительной атакой выбить противника из леса в треугольнике Пижма – Красный Хутор – Химози. В самом лесу еще держались отдельные танковые экипажи 1-й Краснознаменной танковой дивизии. Действуя из засад, они удерживали лесную дорогу Красный Хутор – Химози. В 10.00 немцы, после интенсивного артобстрела переднего края, нанесли контрудар из Красного Хутора. В атаку пошли три немецких танка, но в 1 километре северо-западнее Красного Хутора (на лесной дороге Красный Хутор – Химози) их подстерегали в засаде Т-34 и Т-28 из 1-го полка 1-й Краснознаменной танковой дивизии. Один танк противника был подбит, два отступили. Немцы подтянули к месту боя противотанковую артиллерию и повредили оба наших танка.


Немецкие бронетранспортеры, подбитые во встречном бою с советской автоколонной, в состав которой входил пушечный бронеавтомобиль БА-10. Этот бой произошел во время отступления наших войск из города Луга.

По приказу командира 2-й дивизии народного ополчения три КВ-1 атаковали Красный Хутор. Экипажи тяжелых танков должны были уничтожить боевые машины в Красном Хуторе и вывести на буксире поврежденные Т-34 и Т-28. Но немцы сосредоточили на машинах артиллерийский огонь, и подбили два из трех КВ-1. В результате из всех танков у Красного Хутора невредимым остался только 1 КВ.

В 13.00 по приказу командира 2-й ДНО еще два КВ-1, поддержанные артиллерией и пехотой, атакуют Пижму. К ним присоединился один неповрежденный КВ. Три советских тяжелых танка с пехотой вели бой в течении 4 часов. В ходе боя были потеряны все три КВ-1, причем два из них сгорели на территории противника, а остальные подбитые танки (три КВ, Т-34 и Т-28) удалось эвакуировать. Несмотря на решительные атаки 2-й гв ДНО, выбить противника из леса не удалось. Немцы в журнале боевых действий 1-й танковой дивизии зафиксировали 10 атак на позиции 1-го батальона 113-го мотопехотного полка, все они были отражены с большими потерями для советских подразделений. Но ополченцам удалось удержать тот участок леса, где были подбиты танки, благодаря чему и удалось их эвакуировать.

Танк Т-34 был подбит на лесной дорог Красный Хутор – Химози и находился ближе всех к немецким позициям и его решили эвакуировать ночью. Видя эвакуацию остальных танков, немцы знали, что рано или поздно постараются вытащить с поля боя ценную «тридцатьчетверку». В 300 м от Т-34 немцы поставили в засаде противотанковое орудие. Ночью командир тракторного взвода воентехник 2-го ранга В. П. Егоров на тяжелом тягаче «Ворошиловец» попытался эвакуировать Т-34, но тягач был расстрелян немецким орудием из засады. Снаряд попал в топливный бак, «Ворошиловец» загорелся, В. П. Егоров погиб.

В начале сентября 1941 года два подбитых и оставленных на поле боя экранированных КВ-1 осмотрел артиллерист-ополченец младший лейтенант Борис Николаевич Соколов. Он обнаружил, что оба танка были поражены в корму. В броне были аккуратные отверстия в размер карманных часов «Кировец». Диаметр карманных часов выпущенных 1-м ГЧЗ им. Кирова в 1930–50 годы составлял 48 мм. С очень высокой вероятностью тяжелые КВ-1 были уничтожены огнем 50-мм противотанковых орудий. Сохранилось много немецких снимков этих подбитых танков. Скорее всего, одну машину пыталась взять на буксир с помощью троса другая, и в момент буксировки оба танка обстреляли из 50-мм противотанковых орудий замаскированных в лесу. Огонь велся с короткой дистанции, и в результате оба танка были подбиты и остались на поле боя. У одного из танков от взрыва с погона сорвана башня.

Потери личного состава 1-й немецкой танковой дивизии убитыми, ранеными за 25 августа составили 39 человек. Данные по потерям в личном составе 6-й и 8-й танковой дивизии за этот период не обнародованы. По предварительным ежедневным отчетам 4-й немецкой танковой группы 24 августа 1941 года немцы потеряли 5 Pz.35(t), 1 разведывательный колесно-гусеничный бронеавтомобиль Sd.Kfz. 254, а по окончательным отчетам были потеряны 24 лошади (из дивизии СС «Полицай»).

В полосе наступления 50-го корпуса (269-я пехотная дивизия и дивизия СС «Полицай», наступающие с фронта на город Луга) в период с 21 по 23 августа немцы захватили 3 легковые машины, 18 грузовиков и 3 прицепа. В отчете за 25 августа видно, как 6-я танковая дивизия продолжает уточнять количество потерянных предположительно 20 августа танков.


Братская могила ополченцев 265-го ОПАБа у деревни Скворицы.

26 августа 191 года. На Киевском шоссе в районе Покровка – Большая Ящера в бой вступили главные силы 8-й танковой дивизии, а на помощь 111-й стрелковой дивизии пришли танкисты 24-й танковой. По противнику вела ураганный огонь советская артиллерия, которую немцы никак не могли подавить. Но общими усилиями пехота 8-й танковой отбросила части Красной Армии из Покровки к Большой Ящере. В районе Покровки немцы уничтожили советскую автоколонну. В изданном на западе фотоальбоме дивизии СС «Полицай» есть две фотографии, сделанные во время наступления этой дивизии на Красногвардейск через Большую Ящеру. На снимках с очень большой вероятностью запечатлены последствия этого боя под Покровкой. На одном запечатлена разбитая советская колонна с орудиями и тракторами, на другом – уничтоженные немецкие бронетранспортеры из 8-й танковой дивизии. Встретив упорное сопротивление на Киевском шоссе, 2-й батальон 28-го мотопехотного полка 8-й танковой дивизии попытался обойти советские части по маршруту Большая Дивенка – станция Дивенская – Красный Маяк. Этим маневром немцы «убивали двух зайцев» – они одновременно обходили правый фланг 111-й стрелковой дивизии, и отрезали части от запасного пути прорыва из окружения. У Лужской группы еще оставался шанс – свернуть с Киевского шоссе на станцию Дивенская, и затем прорваться через Вырицу к войскам, защищавшим Ленинград. Причем до конца августа Вырица удерживалась 90-й стрелковой дивизией. 111-я дивизия Лужской группы действовала по двум направлением – частью сил атаковала вдоль Киевского шоссе, стремясь прорваться в Красногвардейск, а частью контратаковала немцев под станцией Дивенская, не давая противнику отрезать Лужскую группу от запасной дороги на Сиверскую и Вырицу. На обоих направлениях разгорелись жестокие бои. Вскоре под Большой Ящерой образовалась линия фронта, которая перпендикулярно пересекала Лужское шоссе и шла через Большую Ящеру – Красный Маяк – станция Дивенская. Особенно жестокие бои шли за поворот дороги от ст. Дивенская к Красному Маяку. Он все время переходил из рук в руки. По немецким данным в 14.45 (по берлинскому времени) этот поворот атаковали четыре советских танка, атака была отражена, один танк подбит. Безусловно, это были машины 24-й танковой дивизии. В наше время, в районе поворота дороги поисковики нашли гильзу от 37-мм танкового орудия, а это значит, что здесь воевал легкий танк БТ-2 с 37-мм орудием. Ощутимые потери немцам продолжают наносить советские артиллеристы, только в районе Большой Ящеры немцы обнаружили три наших батареи.

26 августа 1941 года. Бой за Пижму. Утром 26 августа ополченцы вновь атаковали немцев в лесу за Пижмой, но в этот раз удар нанесли более крупными силами. Через лес на Пижму и Красный Хутор атаковали бойцы 2-й гв. ДНО. Здесь в бой пошел 1-й стрелковый полк состоящий из студентов Горного института и рабочих Балтийского завода, рядом атаковал 1-й батальон 3-го полка. В направлении Пустошки наступал 2-й стрелковый полк 4-й гв. ДНО. 26 августа ополченцы под Пижмой сделали невозможное, они смогли выбить немцев из леса и даже атаковать их позиции в деревне Пижма. Фактически 2-я гв. ДНО отбросила противника на позиции, которые он занимал 23 августа. 26 августа в журнале боевых действий 1-й немецкой танковой дивизии впервые отмечается участие в боях немецких танкистов, хотя немецкий ветеран Рольф Штофес в истории 1-й танковой дивизии указывает на действия 2-й танковой роты 23 августа 1941 года. Немецкая пехота, оказавшись в тяжелом положении, попросила помощи у танкистов.

Тем временем ополченцы 2-й гв. ДНО вышли из леса, и через ржаное поле атаковали Пижму, эту атаку поддержали три легких танка Т-26 из 1-й Краснознаменной танковой дивизии. На подступах к Пижме немцы встречают ударную группу массированным артиллерийским огнем и контратакой пяти танков и одной бронемашины. В ходе разгоревшегося танкового боя, Т-26 подбили четыре немецких танка, но также были подбиты и сгорели.

В результате этой атаки удалось выбить немцев из Красного Хутора, но Пижму немцы вновь удержали. На нашем левом фланге, под Пустошкой атака 2-го полка 4-й гв. ДНО не удалась. Здесь батальоны наступали без разведки. Ополченцы 4-й гв. ДНО дошли до противотанкового рва, и попытались по нему ворваться в Пустошку. Когда основная масса ополченцев спустилась в ров, два немецких танка, с двух сторон въехали в ров и стали расстреливать солдат, те, кто выбирался изо рва были уничтожены пулеметным огнем. Солдаты 2-го полка 4-й гв. ДНО отступили на исходные позиции, на поле боя остались 100 убитых бойцов.


Потери личного состава 1-й немецкой танковой дивизии за 26 августа -36 человек. Данные по потерям в личном составе 6-й и 8-й танковой дивизии за этот период не обнародованы.

По окончательном ежедневным отчетам 4-й танковой группы 24 августа 1941 года потери составили 2 противотанковых орудия Pak 5-см. В полосе наступления 50-го корпуса (269-я пехотная дивизия и дивизия СС «Полицай», наступающие с фронта на город Луга) немцы захватили 115 пленных (позднее было указано 948) и 7 танков.

Из этого отчета видно, 269-я пехотная и дивизия СС «Полицай» продолжает с фронта теснить 41-й стрелковый корпус под Лугой. Советские части оказались здесь между молотом и наковальней, так как с тыла корпус теснила 8-я немецкая танковая дивизия.

27 августа 1941 года. 177-я стрелковая дивизия в бою за Большую Ящеру. В 9.00 (берлинское время) 28-й мотопехотный полк 8-й танковой дивизии, наступая по Киевскому шоссе, смог подойти к северной окраине деревни Большая Ящера. 111-я стрелковая дивизия пыталась фланговыми атаками остановить врага. Небольшие группы 8-й танковой прорвались сквозь боевые порядки 111-й дивизии и стали выходить к Сорочкино. Во время наступления 1-й батальон 28 мотопехотного полка захватил 3 орудия 76-мм, 1 орудие 122-мм, 1 подбитый танк. Всего 8-я танковая дивизия в этот день подбила 7 танков и захватила 4 орудия 76-мм, 4 орудия 122-мм, 1 орудие 45-мм, 1 трактор, 47 автомобилей. Немцы продолжали теснить 111-ю дивизию в Сорочкино, но на помощь ей подошел 486-й стрелковый полк 177-й дивизии полковника Андрея Федоровича Машошина. Полк решительно контратаковал немцев, в результате противник был выбит из Сорочкино и отброшен к совхозу Красный Маяк. Наступление пехоты поддерживал «огнем и колесами» 706-й легкий артиллерийский полк майора П. С. Мазеца. 27 августа помочь Лужской группе пыталась 90-я стрелковая дивизия, нанеся удар из Вырицы в сторону деревни Куровицы, пытаясь разблокировать дорогу через Сиверскую. Но немцы остановили это наступление на окраине Куровиц.

27 августа на помощь 8-й немецкой танковой дивизии подошли части 6-й танковой. Так 5-я рота 2-батальона 11-го танкового полка сосредоточилась в Сорочкино. В последующие дни 6-я танковая окончательно блокировала район Куровицы – Сиверская – Дружноселье, и сделала прорыв 41-го корпуса по маршруту станция Дивенская – Белогорка – Куровицы – Вырицы окончательно невозможным.

27 августа 1941 года. Бои под Пижмой. В районе Красногвардейска, под Пижмой, в этот день активные боевые действия не ведутся. И наши, и немцы приходят в себя после тяжелых боев. В этот день немецкая авиация ошибочно нанесла удар по своим войскам в п. Высокоключевой. Погибло 22 немецких солдата.

Потери личного состава 1-й немецкой танковой дивизии за 27 августа -94 убито и ранено. Данные по потерям в личном составе 6-й и 8-й танковой дивизии за этот период не обнародованы. По данным 4-й танковой группы за 27 августа 1941 года в окончательном отчете указан только один безвозвратно потерянный танк Pz.IV. Сведения о захваченных советских пленных и трофейной технике в окончательном ежедневном отчете 4-й немецкой танковой группы за 27 августа не указаны.


Брошенные 122-мм корпусные пушки обр. 1931 г. (А-19) и трактора С-60 «Сталинец» из состава 41-го стрелкового корпуса. Киевское шоссе, район деревни Большая Ящера.

28–30 августа 1941 года. Лужский котел. Под Большой Ящерой инициатива стала постепенно переходить к немцам. Противник вновь отдельными группами прорвал фронт, и немецкие танки, и мотопехота смогли выйти за Большие Ящеры. Здесь с ними в бой вступили танки 24-й танковой дивизии и батареи 706-го артполка. Наученное «горьким опытом» борьбы с советскими КВ-1, немецкое командование теперь всегда старалось держать «под рукой» 88-мм зенитные орудия. На картах 8-й немецкой танковой на Киевском шоссе у Большой Ящеры четко обозначены позиции немецкой 88-мм зенитки. В наше время, за деревней Большие Ящеры, возле дороги поисковики нашли остатки легкого танка БТ и среднего Т-28, причем люк механика-водителя Т-28 был пробит 88-мм снарядом.

28 августа в 11.00 советская пехота вновь атаковала совхоз Красный Маяк, пытаясь пробиться к станции Дивенская. На южной окраине ее встретили два немецких танка, которые были подбиты артиллерийским огнем 4-й батареи 2-го дивизиона 706-го артполка. Вскоре противник повторил атаку, бросив в бой 10 танков. Развернувшись в боевой порядок, вражеские машины атаковали 4-ю и 5-ю батареи 706-го артполка. На опушке леса танки уничтожили отделения конной тяги, ответным огнем орудия сожгли четыре немецких танка, но остальные ворвались на артпозиции, и «проутюжили» их, раздавив шесть орудий. В этом бою смертью героя пали семь артиллеристов, которые до последнего момента вели огонь по машинам противника. По советским данным, перед разбитыми орудиями остались шесть танков. В отчете 4-й танковой группы за 28 августа 1941 года нет сведений о потерях техники, но 31 августа в предварительном отчете указано сразу два тяжело поврежденных танка. Это Pz.38(t) и Pz. IV. С очень высокой вероятностью эти машины были отмечены в отчете с опозданием, на 4-й день после боя. Можно предположить, что из шести подбитых по советским данным, два были тяжело повреждены, а четыре после боя восстановлены.

В 2012 году поисковики отряда «Лужский рубеж», проводя разведку в районе Большой Ящеры, обнаружили раздавленные немецкими танками артиллерийские позиции 706-го артполка. Были найдены останки четырех артиллеристов. По медальонам удалось опознать двоих – это лейтенант Василий Яковлевич Гришин и наводчик орудия Федор Семенович Кожевников. Причем лейтенант Гришин своим телом закрывал полевой телефон, а в его спину немцы воткнули семь винтовок со штыками. По торчащим из земли винтовкам и было найдено место боя. 10 октября 2012 года останки героев были перезахоронены в братском мемориале у станции Мшинская.

По фрагментам раздавленного танковыми гусеницами орудия удалось установить, что батарея была вооружена 76-мм полковыми пушками образца 1927 года. Судя по всему, противниками наших артиллеристов были танки Pz.IV, так как вдоль Киевского шоссе поисковики нашли гильзы от 75-мм танковых орудий Pz.IV. Там же были найдены и фрагменты мин от 150-мм немецких шестиствольных реактивных минометов Nebelwerfer 41. По данным журнала боевых действий 8-й танковой дивизии, во второй половине дня советские войска дважды, силами до батальона, атаковали немецкие позиции на Киевском шоссе. Обе атаки отбивались артиллерийским огнем и огнем шестиствольных реактивных минометов.

В этот день геройски сражались расчеты тяжелых орудий. В журнале боевых действий 8-й немецкой танковой дивизии отмечалось, что из деревни Низовская по немецким войскам постоянно вели огонь несколько батарей 122 или 152-мм орудий.


28 августа жестокий бой шел в самих Больших Ящерах, 10 наших бойцов укрылись в церкви Сергия Радонежского и до последнего патрона сражались с врагом. В этот день 90-я стрелковая дивизия пыталась «пробить коридор» в районе Дружной Горки, но немцы и в этот раз остановили ее наступление. Пробиться из окружения Лужской группе по маршруту Большая Ящера – ст. Дивенская – Дружная Горка – Суйда не удалось. По воспоминаниям местных жителей, после боев у станции Дивенская осталось лежать много убитых советских солдат. 29 и 30 августа танки 6-й танковой дивизии были переброшены в район Куровицы – Ново-Сиверская, с этих позиций они начали теснить бойцов 90-й стрелковой дивизии к станции Вырица. 1 сентября 1941 года 5-я танковая рота 2-го батальона 11-го танкового полка 6-й дивизии ворвалась в Вырицу, тем самым закрыв этот путь выхода из окружения. С этого момента централизованный выход из окружения частей 41-го стрелкового корпуса стал невозможен.

30 августа генерал-майор А. Н. Астанин окончательно решил прорываться из окружения из Сорочкино через деревню Луги в направлении Вырицы. Из кольца выходили: 111-я, 177-я, 235-я стрелковые и 24-я танковая дивизии, 3-й полк 1-й ДНО.

Бойцы шли по проходимой северной части Мшинских болот. Здесь могли пройти пехотинцы с легким стрелковым оружием, но провести за собой тяжелую технику было очень сложно. Командование хотело «вытащить» и автотранспорт, и тяжелые орудия, и танки. Солдаты стали прокладывать дорогу через леса и болота строили гать. Но скорость продвижения составляла два километра в сутки для автомобиля и 0,5 километра для трактора, а до Вырицы нужно было преодолеть 35 километров. В результате авангард 41-го корпуса вышел к Вырице только через неделю – 7 сентября. Но к 1-го сентября здесь уже были немцы. В результате, части корпуса оказались перед сильным противником без достаточного количества боеприпасов, без топлива, без продовольствия. Лишь 15 сентября часть подразделений смогли прорваться к своим между деревнями Мины и Каушта. Другим частям корпуса удалось выйти в направлении Волховского фронта. Из 43000 человек 41-го корпуса из окружения вырвалось более 10000 бойцов и командиров. По немецким данным в плен попали 20000 советских солдат. Но все могло быть и хуже, если бы 28-й мотопехотный полк 8-й танковой дивизии успел захватить Сорочкино. В таком случае 41-й стрелковый корпус был бы отрезан от Вырицы непроходимой средней частью Мшинских болот, и был полностью уничтожен противником.

Был ли у 41-го корпуса шанс прорваться из окружения в полном составе с танками и артиллерией? Да, безусловно, был. Для этого нужно было отводить корпус в район Красногвардейска 15 августа, когда стало окончательно понятно, что Молосковицкое сражение Красная Армия проиграла. Крайним сроком вывода было 23 августа, в этот день еще имелся шанс вырваться из «мешка». Но 23 августа 111-ю стрелковую дивизию направили на погрузку к Варшавской железной дороге, где она ждала составы, которые так и не были поданы. Нужно было сразу направлять 111-ю дивизию по Киевской дороге, а не ждать 24 августа. В таком случае, первая встреча с противником произошла бы не под Большой Ящерой, а, скорее всего, в районе Рождествено или под Вырой. При таких условиях у основой части 41-го корпуса были все шансы выйти с тяжелым вооружением по маршруту Большая Ящера – станция Дивенская – Белогорка – Куровицы – Вырица.


Подбитые во время встречного боя с частями 41-го стрелкового корпуса у деревни Большая Ящера немецкие бронетранспортеры Sd. Kfz.251 из состава 8-й танковой дивизии.

До сих пор не удается найти ответ на очень важные вопросы. Основные пути снабжения 41-го корпуса были перекрыты противником 20 августа 1941 года. Не заметить этого в течение трех дней было невозможно, так как в это время не подвозились боеприпасы и топливо, а по железной дороге нельзя было вывести эшелоны с ранеными. То, что эти коммуникации перерезаны, корпус должен был ощутить на себе практически сразу, более того, все железнодорожные станции были связаны надежным телефонным сообщением (для обеспечения безопасного движения составов), и до любой станции можно было дозвониться и узнать, что там происходит. Почему в этих условиях 23 августа 111-я дивизия ждала вагоны на погрузку, чтобы ехать в Красногвардейск? Почему, когда 24 августа 1941 года она направилась по Киевскому шоссе в Красногвардейск у нее не было никаких данных о противнике, и встреча с 8-й немецкой танковой дивизией оказалось полной неожиданностью? В опубликованных на данный момент документах автор книги не смог найти ответы на эти вопросы.

28–30 августа 1941 года. Бои под Пижмой. После тяжелых боев 26 августа линия фронта здесь существенно не менялась, Несмотря на то, что немцы удерживали Пижму и Пустошку, советские войска надежно закрепились в лесу за Пижмой, сведя к «нулю» первоначальный успех противника. 30 августа 1941 года 1-й и 2-й стрелковые полки 2-й гв. ДНО неожиданной атакой выбили немцев из Пустошки, еще больше уменьшив немецкий плацдарм за рекой Пижмой и не позволили противнику создать «трамплин» для броска на Красногвардейск. В течение десяти дней ожесточенных боев за Пижму и Пустошку потери 2-й гв. дивизии народного ополчения составили 1700 человек убитыми и ранеными, потери 1-й немецкой танковой дивизии на всем участке фронта -387 человек.

Потери и трофеи 4-й танковой группы в период с 28 по 31 августа 1941 года.

28 августа: потери в технике ни в предварительном, ни в окончательном списке отчета не отмечены. Захвачено 900 пленных, 14 ручных и 8 станковых пулеметов, 12 легких минометов, 4 противотанковых орудия, 7 счетверенных пулеметных зенитных установок, 3 миноискателя, 441 снаряд 7,6-см. При этом 285-й пехотной дивизией в период с 22 по 28 августа было захвачено: 13 орудий разного калибра, 5 грузовых автомашин, 3 полевые кухни. Большую часть трофеев захватили немецкие дивизии, которые стягивали кольцо окружения вокруг 41-го стрелкового корпуса под Лугой. Так 285-я немецкая дивизия наступала на 41-й корпус с правого фланга, в то время как 8-я немецкая танковая наносила удар с тыла.

29 августа по предварительному отчету потеряно 1 орудие 10-см и 4 бронетранспортера Sd Kfz.251, по окончательному отчету это орудие потеряно из-за разрыва снаряда в канале ствола (50 корпус, район города Луга). За этот день было захвачено 335 пленных. С очень высокой вероятностью можно сказать, что в предварительном списке указаны четыре бронетранспортера, подбитые у разведбата 8-й немецкой танковой дивизии во встречном бою с советской колонной 41-го стрелкового корпуса под Большой Ящерой.

30 августа – в окончательном отчете указаны следующие данные: потеряно 2 бронетранспортера Sd Kfz.251, захвачено 350 пленных, 1 танк, 24 орудия, 2 противотанковых пушки, 9 пулеметов, 1 миномет, 8 грузовых автомобилей, 3 трактора, 18 лошадей, 1 саперный склад с минами и 1 инженерный склад. В этом отчете обращает на себя внимание сравнительно небольшое количество взятых в плен советских солдат, и значительное число захваченной техники. Из этого можно сделать вывод, что 41-й стрелковый корпус не смог взять с собой в прорыв по северной части Мшинских болот всю технику, часть ее пришлось бросить.


Погибшие советские солдаты в придорожной канаве Киевского шоссе. Район деревни Большая Ящера. На заднем плане подбитый бронеавтомобиль БА-10 предположительно из 24-й танковой дивизии.

В предварительном отчете за 31 августа указано, что 41-й танковый корпус потерял 1 танк Pz.38(t) и 1 танк Pz.IV, сведений о пленных и трофеях нет. Судя по всему, 31 августа в черновом отчете отмечены тяжело поврежденные под Большими Ящерами танки 8-й немецкой танковой дивизии – в этот день весь 41-й стрелковый корпус уже ушел на прорыв через леса и болота в направлении Вырицы. С высокой степенью вероятности танки были списаны через 3 или 4 дня после боя.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.192. Запросов К БД/Cache: 3 / 1