Глав: 6 | Статей: 137
Оглавление
Новая книга от автора бестселлеров «Штрафбаты и заградотряды Красной Армии» и «Бронетанковые войска Красной Армии». ПЕРВОЕ исследование истории создания и боевого применения советских танковых армий в ходе Великой Отечественной.

Они прошли долгий и трудный путь от первых неудач и поражений 1942 года до триумфа 1945-го. Они отличились во всех крупных сражениях второй половины войны – на Курской дуге и в битве за Днепр, в Белорусской, Яссо-Кишиневской, Висло-Одерской, Берлинской и других стратегических наступательных операциях. Обладая сокрушительной мощью и феноменальной подвижностью, гвардейские танковые армии стали элитой РККА и главной ударной силой «блицкригов по-русски», сломавших хребет прежде непобедимому Вермахту.
Владимир Дайнесi / Олег Власовi / Литагент «Яуза»i

Хингано-Мукденская наступательная операция

Хингано-Мукденская наступательная операция

(9 августа – 2 сентября 1945 г.)

Маньчжурская стратегическая наступательная операция была проведена в целях разгрома японской Квантунской армии, освобождения Северо-Восточного Китая (Маньчжурии), Северной Кореи и ускорения завершения Второй мировой войны.

Квантунская армия (командующий генерал О. Ямада) включала 1-й, 3-й фронты, четыре отдельные армии, 2-ю воздушную армию и Сунгарийскую военную речную флотилию. С 10 августа в оперативном подчинении командующего армией находились 17-й (Корейский) фронт и 5-я воздушная армия, расположенные в Корее. Всего японские войска в Северо-Восточном Китае, Внутренней Монголии и Корее насчитывали более 1 млн человек, 1215 танков, 6640 орудий и минометов, 1907 боевых самолетов и 25 военных кораблей основных классов[885]. Кроме того, на территории Маньчжурии и Кореи располагалось значительное количество японских жандармских, полицейских и иных формирований, а также войска Маньчжоу-го, Суюаньской армейской группы и князя Внутренней Монголии Дэвана, которые с началом наступления советских войск разбежались. Вдоль границ с Советским Союзом и Монгольской Народной Республикой (МНР) имелось 17 укрепленных районов противника общей протяженностью до 1 тыс. км, в которых было около 8 тыс. долговременных огневых сооружений.

Советское Верховное Главнокомандование, планируя разгром Квантунской армии, в мае – начале августа 1945 г. осуществило перегруппировку значительного количества войск и военной техники с Запада на Дальний Восток, в том числе 6-й гвардейской танковой армии. Всего было переброшено более 403 тыс. человек, 7137 орудий и минометов, 2119 танков и САУ и др.[886].

3 июня командующему войсками Забайкальского фронта была направлена директива № 103905 Генштаба, в которой сообщалось о направлении в состав фронта по железной дороге с 30 июня по 14 июля 53-й и 6-й гвардейской танковой армий, управления 5-го артиллерийского корпуса прорыва, 3-й и 6-й гвардейских артиллерийских дивизий прорыва[887]. Танковая армия была переброшена в составе 5-го гвардейского танкового и 9-го гвардейского механизированного корпусов, 30-й зенитной артиллерийской дивизии с армейскими частями усиления и тылами. В целях повышения боевых возможностей армии в ее состав дополнительно были включены 7-й механизированный корпус, 36-я и 57-я мотострелковые дивизии и четыре отдельных танковых батальона. Части армии были укомплектованы: автотранспортом – на 80 % штатной численности; артстрелковым вооружением и всеми видами имущества – полностью по штату. С армией следовало 170 танков Т-34. Кроме того, для армии отправлялись с заводов 245 танков Т-34, 186 иностранных танков (МЧ-А2) и 195 СУ-100. Всего армия имела 1019 танков и САУ, 188 бронемашин, 945 полевых орудий и минометов, 43 установки реактивных минометов и 165 зенитных орудий[888].

Войска, переброшенные с Запада, вместе с дислоцированными на Дальнем Востоке объединениями и соединениями составили три фронта: Забайкальский (Маршал Советского Союза Р.Я. Малиновский), 1-й Дальневосточный (Маршал Советского Союза К.А. Мерецков) и 2-й Дальневосточный (генерал армии М.А. Пуркаев). Вместе с монгольскими войсками они насчитывали более 1,7 млн человек, около 30 тыс. орудий и минометов, свыше 5200 танков и САУ, более 5 тыс. боевых самолетов (с учетом авиации Тихоокеанского флота и Амурской военной флотилии)[889]. Советский ВМФ имел на Дальнем Востоке 93 боевых корабля основных классов, в том числе 2 крейсера, один лидер, 12 эскадренных миноносцев. В операции участвовали пограничные войска Приморского, Хабаровского и Забайкальского пограничных округов.

Замыслом Маньчжурской стратегической наступательной операции предусматривалось нанести по группировке противника два основных (с территории МНР и Приморья) и несколько вспомогательных ударов по сходящимся в центре Маньчжурии направлениям, что обеспечивало глубокий охват основных сил Квантунской армии, рассечение их и быстрый разгром по частям. Общее руководство войсками в операции осуществляло Главное командование советских войск на Дальнем Востоке (Маршал Советского Союза А.М. Василевский). Главнокомандующим монгольскими войсками был маршал МНР X. Чойбалсан. Действия сил ВМФ и ВВС координировали адмирал флота Н.Г. Кузнецов и главный маршал авиации А.А. Новиков.

Ведущая роль в Маньчжурской стратегической наступательной операции отводилась Забайкальскому и 1-му Дальневосточному фронтам, войска которых наносили встречные удары с северо-запада и востока в общем направлении на Чанчунь, Гирин, Мукден (Шэньян). Войскам Забайкальского фронта предстояло провести Хингано-Мукденскую наступательную операцию. Противник в полосе предстоящих боевых действий не имел подготовленной обороны, за исключением Чжалайнор-Маньчжурского, Хайларского и Халун-Аршанского укрепрайонов. Основные группировки его войск были сосредоточены в глубине.

Замысел Хингано-Мукденской операции состоял в том, чтобы нанести главный удар в центре оперативного построения Забайкальского фронта силами 17, 39, 53-й общевойсковых и 6-й гвардейской танковой армий с территории МНР в направлении на Чанчунь, быстро преодолеть Большой Хинган и глубоко охватить главные силы Квантунской армии с юга. Вспомогательные удары наносили на правом крыле конномеханизированная группа на Калган (Чжанцзякоу) и на левом – 36-я армия из Даурии на Хайлар. В составе КМГ вместе с советскими войсками действовали и войска МНРА (4 кавалерийские дивизии, бронебригада, авиационная дивизия, танковый, артиллерийский полки и полк связи).

К началу операции войска Забайкальского фронта превосходили противника в пехоте в 1,7 раза, в артиллерии – в 8,6, в танках и САУ – в 5 раз. При огромной 2300-километровой протяженности линии фронта наступление планировалось по отдельным направлениям на глубину 600–800 км. Поддержка и прикрытие сухопутных войск с воздуха возлагались на 12-ю воздушную армию и Забайкальскую армию ПВО.

Командующий Забайкальским фронтом маршал Р.Я. Малиновский, учитывая, что противник не имеет перед фронтом заранее подготовленной обороны, решил использовать 6-ю гвардейскую танковую армию в первом эшелоне главной группировки. Ближайшая задача армии состояла в том, чтобы стремительным ударом преодолеть горный хребет Большой Хинган и, закрепив его захват частью сил, не позднее пятого дня операции овладеть рубежом Лубэй, Туцюань. В дальнейшем танковая армия должна была развивать наступление на Мукден и Чанчунь с целью рассечения противостоящей группировки противника, воспрещения отхода ее из Центральной Маньчжурии на юг и полного разгрома. После овладения Мукденом и Чанчунем танковую армию предполагалось использовать для стремительного выхода на Ляодуньский полуостров и овладения портами Дайрэн (Далянь) и Люйшунь (Порт-Артур). Общая глубина задачи армии составляла около 1000 км. Среднесуточный темп наступления планировался в пределах 90 – 100 км.

При подготовке к операции учитывались особенности Дальневосточного театра военных действий. Войскам Забайкальского фронта предстояло преодолеть горно-пустынные районы, простирающиеся на глубину от 250 до 400 км. Переход через горы можно было осуществить преимущественно по дорогам и тропам, пролегающим на высоте 1000–1500 м с крутыми подъемами и спусками, заболоченными падями и резкими поворотами. Местность позволяла на первом этапе наступления действовать лишь на отдельных изолированных направлениях. В пустынных степях Внутренней Монголии танковым и механизированным соединениям предстояло преодолеть обширные безводные пространства при 45—50-градусной жаре и песчаных бурях.

Особую сложность представляла подготовка к боевым действиям соединений и частей, прибывших с Запада. Командующий и штаб 6-й гвардейской танковой армии разработали специальный план боевой подготовки, в котором большое место отводилось отработке действий в пустынно-степной местности, организации и ведению наступления в горах. Для командного состава была прочитана лекция о характере ТВД, организованы сборы, на заключительном этапе которых был принят зачет по знанию организации войск и тактике действий противника. Начальники родов войск отработали и направили в штабы соединений указания (инструкции) по особенностям использования подразделений родов войск. Управлением бронетанкового ремонта и снабжения были выпущены памятки и брошюры по эксплуатации техники в горно-пустынной местности.

Не менее 10 % отводимого на занятия времени использовалось для отработки вопросов ориентирования на местности в условиях Забайкалья и Монголии, для чего проводились специальные рекогносцировки офицеров, механиков-водителей танков (САУ) и водителей автомашин. В соединениях боевая учеба начиналась с учебно-методических сборов командного состава. В последующем были проведены тактико-строевые занятия, учения рот и батальонов, в том числе с боевой стрельбой. Отрабатывались темы: захват горного перевала, обходный маневр в целях выхода во фланг и в тыл противника, захват горной теснины, атака горных вершин (для мотострелков), наступление танковых подразделений ночью, марш в предвидении встречного боя. В результате напряженной учебы в течение более чем месяца личный состав армии получил хорошую подготовку к ведению наступательных действий в исключительно трудных и своеобразных условиях местности.

Для руководства войсками была создана оперативная группа во главе с командующим армией генералом А.Г. Кравченко, следовавшая за первым эшелоном армии. При высадке воздушного десанта в Мукдене из состава приданной авиаэскадрильи выделялась группа самолетов с радиостанциями для ретрансляции оперативных сигналов. В армии с целью увеличения подвижности пунктов управления и узлов связи все радиостанции были перемонтированы на автомашины, обладавшие лучшей проходимостью.

С целью согласований действий танковых соединений и авиации штаб 6-й гвардейской танковой армии и заместитель командующего 12-й воздушной армией генерал Д.П. Галунов с группой офицеров разработали план взаимодействия[890]. Оперативная группа генерала Галунова и командир 245-й истребительной авиационной дивизии располагались на командном пункте генерала Кравченко, а командиры 248-й и 316-й штурмовых авиационных дивизий со своими оперативными группами – на командных пунктах командиров 9-го гвардейского и 7-го механизированных корпусов. Предусматривалось, что с вводом в сражение 5-го гвардейского танкового корпуса на его командный пункт переместится командир 248-й штурмовой авиационной дивизии со своей оперативной группой. Представители авиационных частей, находившиеся в головных танковых и механизированных бригадах, в ходе наступления наводили самолеты на цели, информировали своих командиров об обстановке в полосе взаимодействующих соединений танковой армии, передавали заявки танкистов на вызов авиации. Благодаря такой структуре управления авиацией, поддерживавшей наступление подвижных войск, достигались твердость, гибкость и непрерывность взаимодействия между соединениями танковой и воздушной армий в динамике стремительного продвижения.

Наступление войск Забайкальского фронта началось 9 августа без артиллерийской подготовки. Первыми границу перешли передовые отряды, с рассветом начали движение главные силы. Небольшие отряды противника, находившиеся в приграничной полосе, не смогли оказать серьезного сопротивления, поэтому наступление с самого начала приняло стремительный характер. Только на левом крыле фронта, где японцы пытались удержаться в укрепленных районах, продвижение войск фронта несколько замедлилось. Однако и здесь соединения 36-й армии быстро сломили сопротивление врага, овладели Чжалайнор-Маньчжурским укрепленным районом, форсировали Аргунь и продвинулись на 40 км. Подвижная группа армии, обходя вражеские узлы сопротивления, прошла за сутки 100 км и вышла на подступы к Хайлару.

Наиболее стремительно действовала 6-я гвардейская танковая армия. Ее соединения из-за условий местности наступали по двум направлениям, отстоящим друг от друга на 75 км. Это осложняло взаимодействие и требовало значительного усиления каждого соединения с целью придания им большей самостоятельности. В направлении горы Модон-Обо, Лубэй наступали основные силы танковой армии. В ее первом эшелоне находился 9-й гвардейский механизированный корпус, усиленный 57-й мотострелковой дивизией, артиллерийскими и инженерными средствами, а во втором – 5-й гвардейский танковый корпус. За ним следовал резерв – 40-й мотоциклетный полк, 22-я легкая артиллерийская бригада, 27-й гвардейский минометный полк и 22-я инженерная бригада. В направлении Макутан, Туцюань наступал 7-й механизированный корпус, усиленный 36-й мотострелковой дивизией, артиллерийскими и инженерными средствами.

Соединения 6-й гвардейской танковой армии быстро преодолели обширный пустынно-степной район. Механизированные корпуса, составлявшие первый эшелон армии, перестроились и действовали не по двум маршрутам, как это предусматривал план операции, а по шести, на отдельных участках по восьми параллельным маршрутам в полосе 15–20 км. Такому развертыванию армии во многом способствовал равнинный характер местности и песчано-гравийный грунт, допускавший движение машин вне дорог со скоростью около 50 км в час. Впереди войск первого эшелона на удалении 70–80 км действовали сильные разведывательные отряды, а на удалении 30–40 км – передовые отряды. За колоннами боевых машин следовали только машины ремонтно-эвакуационной службы. Тылы частей и соединений корпусов объединенной колонной двигались по основному маршруту.

К исходу дня 9 августа войска 6-й гвардейской танковой армии продвинулись на 120–150 км. К середине следующего дня, преодолев еще 100–120 км, они вышли к Большому Хингану. В связи с тем что наступление танковой армии развивалось в высоких темпах, маршал Малиновский принял решение изменить сроки выполнения ближайшей задачи и потребовал, чтобы армия вышла на рубеж Лубэй, Туцюань к исходу дня 12 августа, то есть на сутки раньше, чем было предусмотрено планом операции.

При подходе к Большому Хингану в первый эшелон армии был выдвинут 5-й гвардейский танковый корпус генерала М.И. Савельева. Преодоление хребта началось вечером 10 августа по одной дороге. Подъем продолжался около 7 часов со средней маршевой скоростью 5–6 км в час. При этом в колонне 5-го гвардейского танкового корпуса было очень мало колесных машин. Части 7-го механизированного корпуса генерала Ф.Г. Каткова затратили на преодоление хребта несколько больше времени, так как в их колоннах преобладали колесные машины.

Спуск корпусов на равнину начался: танкового – утром 11 августа, а механизированного – утром 12 августа. Они двигались под сильным дождем. Отдельные участки маршрутов преодолевались колесными машинами путем их буксировки. Ощущался острый недостаток в средствах эвакуации. Резко повысился расход горючего, а подвоз его прекратился, так как почти весь автотранспорт остался за Большим Хинганом – перевалы после дождей стали непроходимыми для колесных машин. «При большой растяжке коммуникаций (от ст. Чойбалсан до г. Мукден – свыше 1000 километров) большую трудность представляло особенно обеспечение ТА горючим, – вспоминал А.Г. Кравченко. – Эта проблема была разрешена при помощи транспортной авиации. Накануне этой операции 6 ТА были приданы стрелковые и артиллерийские соединения из состава Забайкальского округа, которые не участвовали в боях на западе. Практика показала, что основные соединения Армии, которые получили большой боевой опыт на западе, гораздо легче переносили все трудности боевой обстановки и успешнее выполняли задачи и на этом своеобразном театре военных действий, чем местные войска, не обстрелянные и не имеющие боевого опыта…»[891].

К исходу дня 11 августа передовой отряд 5-го гвардейского танкового корпуса занял Лубэй, а 13 августа здесь сосредоточились и его главные силы. Сутками позже части 7-го механизированного корпуса овладели Туцюанем.

Таким образом, на четвертый день операции 6-я гвардейская танковая армия преодолела Большой Хинган и вышла в пределы Центрально-Маньчжурской равнины. Стремительные действия армии оказали решающее влияние на ход всей операции в Маньчжурии. Она сумела упредить противника в захвате перевалов через Большой Хинган и обеспечила выход главных сил Забайкальского фронта в тыл основной группировки Квантунской армии.

На правом крыле Забайкальского фронта танковые части и соединения КМГ к исходу 14 августа продвинулись на 350–400 км, овладели Долоннором и вышли на подступы к Калгану. Передовой отряд 17-й армии, действующий на левом фланге, в трудных условиях пустынной местности продвинулся на 250–300 км, преодолел южные отроги Большого Хингана и вечером 12 августа овладел Линьси. Войска 39-й армии, сбивая на своем пути разрозненные группы противника, также преодолели Большой Хинган. Подвижная группа армии заняла Ваньемяо. На левом крыле фронта соединения 36-й армии, преодолевая упорное сопротивление японцев, во взаимодействии с левофланговыми соединениями 39-й армии овладели Хайларским укрепрайоном и к 14 августа, продвинувшись на 200–250 км, вели бои на перевалах Большого Хингана и на подступах к Бухэду.

Важную роль в обеспечении действий войск Забайкальского фронта играла авиация 12-й воздушной армии, которая в течение пяти дней осуществила около 5 тыс. самолето-вылетов. Из них почти половина приходилась на обеспечение наступления 6-й гвардейской танковой армии. Для подготовки захваченных аэродромов к перебазированию самолетов воздушной армии командиры танковых соединений выделяли мотострелковые подразделения, а при необходимости – танки и тракторы. Кроме того, командование 12-й воздушной армии в составе каждого корпуса первого эшелона имело по одному инженерному батальону и по одному батальону аэродромного обслуживания. Эти части следовали либо за передовыми отрядами, либо в боевых порядках головных танковых (механизированных) бригад. По получении сигнала от разведывательных групп о захвате аэродрома или посадочной площадки они незамедлительно выдвигались вперед и совместно с танкистами проводили все необходимые работы для приема самолетов. С 9 по 22 августа силами указанных батальонов было подготовлено 33 аэродрома.


Начальник штаба 6-й гвардейской танковой армии генерал А.И. Штромберг

К середине августа танковые и механизированные соединения продвинулись на основных направлениях на 350–400 км. Пути сообщения, связывавшие японские войска, которые действовали в Северной и Северо-Западной Маньчжурии, с главными силами Квантунской армии, были перерезаны. Вражеские войска, сопротивлявшиеся на солуньском, хайларском и цицикарском направлениях, оказались отрезанными от своих высших штабов и баз снабжения. Кроме того, выход передовых отрядов конномеханизированной группы фронта в район Долоннора поставил под угрозу и коммуникации Квантунской армии, связывавшие ее с японскими войсками, сосредоточенными в Северном Китае.

Необходимо было закрепить успех, чтобы не допустить отход противника в Северный Китай и на Ляодунский полуостров. Однако резкое ухудшение погоды и перебои в снабжении горючим сказались на дальнейших действиях. Сильные дожди, начавшиеся в горах еще 11–12 августа, распространились почти на всю Центральную Маньчжурию. Грунтовые дороги во многих местах стали совершенно непроходимыми. Тыловые части отстали. 9-й гвардейский механизированный корпус генерала М.В. Волкова остался без горючего, а 5-й гвардейский танковый и 7-й механизированный корпуса имели всего лишь 0,4–0,5 заправки[892]. Не справлялась с этой задачей и авиация фронта. Так, 17 августа 5-му гвардейскому танковому корпусу было доставлено лишь 40,6 т горючего, или 30 % потребной нормы. Тогда по решению командира корпуса генерала М.М. Савельева все горючее было слито в баки танковых соединений, действовавших в качестве передового отряда, который продолжал продвигаться на Мукден. Главные же силы выдвигались по мере подхода тылов.

Аналогичное положение сложилось в общевойсковых армиях и конномеханизированной группе. После 13–14 августа они также были вынуждены по двое-трое суток ожидать подвоза горючего.

С целью сорвать замысел врага по отходу в центральные районы Маньчжурии и к портам на побережье Желтого моря маршал Малиновский потребовал от командующего 6-й гвардейской танковой армией не только стремительного наступления передовых отрядов, но и ведения глубокой разведки в направлении действий главной группировки фронта. Глубина разведки была различной. Так, 14-й отдельный мотоциклетный батальон 9-го гвардейского механизированного корпуса с 14 по 17 августа выполнял задачу в 150–200 км от главных сил армии. Особенностью действий разведывательных отрядов являлось то, что они наряду с разведкой в ряде случаев выполняли задачи передовых отрядов, захватывая важные объекты в оперативной глубине противника.

В течение 15–16 августа передовые и разведывательные отряды продвинулись на 100–150 км. Разведывательный отряд 5-го гвардейского танкового корпуса захватил мост и аэродром в районе Тунляо, а разведотряд 7-го механизированного корпуса – важный узел дорог Таонань. За передовыми отрядами продвигались главные силы 6-й гвардейской танковой армии. После ее выхода в район Тунляо части 5-го гвардейского танкового и 9-го механизированного корпусов стали продвигаться на Мукден только по железнодорожному полотну, так как все грунтовые дороги были размыты ливнями. На протяжении 120 км танки шли со скоростью 4–5 км в час, а автомашины – 5–6 км.

Исключительно трудные дорожные условия и острый недостаток горючего существенно снизили темпы наступления передовых отрядов с 16 по 21 августа до 45–50 км в сутки, в то время как на первом этапе операции они нередко превышали 400 км в сутки. Главные силы армии продвигались от одного района сосредоточения к другому вслед за передовыми отрядами.

Между тем обстановка, сложившаяся к 18 августа в полосе Забайкальского фронта, требовала, чтобы танковая армия стремительно продвигалась вперед. Командующий Квантунской армией, заявив 17 августа о своей готовности капитулировать, в то же время продолжал отводить войска в южном и юго-восточном направлениях. В этих условиях необходимо было быстро занять важнейшие административные и экономические центры Маньчжурии и порты на побережье Ляодунского полуострова. 18 августа маршал Малиновский приказал генералу Кравченко в кратчайший срок занять Мукден и Чанчунь. После этого, оставив там по одной усиленной бригаде, главными силами армии форсированным маршем к исходу дня 25 августа выйти в район Люйшуня, заняв в первую очередь порты на Ляодунском полуострове. Для быстрейшего выполнения полученной задачи предписывалось выделить небольшие, хорошо обеспеченные горючим и боеприпасами, передовые отряды в составе усиленного танкового батальона.

Генерал Кравченко решил стремительным ударом захватить Мукден и Чанчунь, оставить в этих городах по одной бригаде от 9-го гвардейского и 7-го механизированных корпусов, а главными силами форсированным маршем выходить на Ляодунский полуостров. Командирам соединений было приказано после овладения Мукденом использовать железнодорожный транспорт для быстрейшего сосредоточения главных сил на полуострове. Кроме того, 19 августа в Мукдене и Чанчуне, а 22 августа в Дайрэне и Люйшуне намечалось высадить воздушные десанты по 200–250 солдат и офицеров из состава 9-го гвардейского механизированного и 5-го гвардейского танкового корпусов для захвата важных военных и промышленных объектов и разоружения гарнизонов этих городов. Воздушные десанты, по существу, выполняли функции своеобразных передовых отрядов.

19 августа воздушный десант (майор П.Е. Челышев) от 6-й гвардейской мотострелковой бригады (подполковник М.К. Сорочинский) при поддержке авиации занял Мукден, а воздушный десант (майор П.Н. Авраменко) 30-й гвардейской механизированной бригады (полковник И.Я. Воронов) – Чанчунь. После этого они приступили к разоружению капитулировавших японских войск, захвату важных оперативно-стратегических объектов, способствовали продвижению основных сил 6-й гвардейской танковой армии. Две танковые бригады были погружены в Мукдене в железнодорожные эшелоны и 24 августа прибыли в Люйшунь (Порт-Артур). Главные силы армии во второй половине августа сосредоточились в Мукдене, а затем в районах Фусяна, Дайрэна и Люйшуня, используя для перевозки личного состава и боевой техники железнодорожный транспорт.

30 августа по приказу маршала Малиновского части 5-го гвардейского танкового и 9-го гвардейского механизированного корпусов, следовавшие на Ляодунский полуостров, были остановлены и получили задачу сосредоточиться в районах Тунляо, Мукдена. На Ляодунский полуостров выдвигался лишь 7-й механизированный корпус, который вскоре был выведен из 6-й гвардейской танковой армии и включен в 39-ю армию.

В результате Хингано-Мукденской операции войска Забайкальского фронта и Монгольской народно-революционной армии разгромили соединения 44-й и 30-й армий 3-го фронта и часть сил 4-й отдельной армии противника и продвинулись на 400–800 км. Войска фронта сыграли основную роль в окружении главных сил Квантунской армии в Маньчжурии. При этом решающее значение в достижении успеха в операции имели действия 6-й гвардейской танковой армии, которая в трудных условиях продвигалась до 150 км и более в сутки.

Заслуги армии получили высокую оценку. «За умелое командование танковой армией, героизм и мужество, проявленные в боях с немецко-фашистскими захватчиками и японскими милитаристами в августе – сентябре 1945 года, – отмечалось в Указе Президиума Верховного Совета СССР от 8 сентября 1945 г., – наградить гвардии генерал-полковника танковых войск Кравченко Андрея Григорьевича второй медалью «Золотая Звезда». Соорудить бронзовый бюст Героя и установить его на постаменте на родине награжденного»[893]. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 20 сентября 5-й гвардейский танковый корпус был награжден орденом Ленина, 208-я самоходная артиллерийская, 21-я и 46-я гвардейские танковые бригады – орденом Красного Знамени. Приказом Верховного Главнокомандующего были присвоены почетные наименования: «Хинганских» – 7-му механизированному корпусу, 36-й и 57-й мотострелковым дивизиям, 41-й гвардейской танковой, 18-й и 30-й гвардейским, 16, 63 и 64-й механизированным бригадам, 94-му отдельному мотоциклетному батальонам; «Мукденских» – 20-й гвардейской танковой и 6-й гвардейской мотострелковой бригадам, 4-му отдельному гвардейскому мотоциклетному полку и 14-му гвардейскому мотоциклетному батальону; «Порт-Артурских» – 22-й гвардейской танковой, 31-й гвардейской механизированной бригадам и 15-му гвардейскому отдельному мотоциклетному батальону.

С окончанием Маньчжурской стратегической наступательной операции завершился боевой путь 6-й гвардейской танковой армии. Она наряду с другими танковыми армиями внесла весомый вклад в разгром вермахта, а затем и в ликвидацию японской Квантунской армии.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.095. Запросов К БД/Cache: 0 / 0