Глав: 6 | Статей: 137
Оглавление
Новая книга от автора бестселлеров «Штрафбаты и заградотряды Красной Армии» и «Бронетанковые войска Красной Армии». ПЕРВОЕ исследование истории создания и боевого применения советских танковых армий в ходе Великой Отечественной.

Они прошли долгий и трудный путь от первых неудач и поражений 1942 года до триумфа 1945-го. Они отличились во всех крупных сражениях второй половины войны – на Курской дуге и в битве за Днепр, в Белорусской, Яссо-Кишиневской, Висло-Одерской, Берлинской и других стратегических наступательных операциях. Обладая сокрушительной мощью и феноменальной подвижностью, гвардейские танковые армии стали элитой РККА и главной ударной силой «блицкригов по-русски», сломавших хребет прежде непобедимому Вермахту.
Владимир Дайнесi / Олег Власовi / Литагент «Яуза»i

Сандомирско-Силезская наступательная операция

Сандомирско-Силезская наступательная операция

(12 января – 3 февраля 1945 г.)

Войска 4-й танковой армии после окончания Львовско-Сандомирской операции вели подготовку к участию в Сандомирско-Силезской наступательной операции. В этой операции ей предстояло участвовать вместе с 3-й гвардейской танковой армией. В главе, посвященной этой армии, изложены все вопросы, относящиеся к подготовке и планированию операции, а потому здесь рассмотрим лишь те, которые имеют отношение к 4-й танковой армии. Она совместно с 3-й гвардейской танковой армией входила в состав подвижной группы 1-го Украинского фронта.

В соответствии с директивой № 001472(490)/оп командующего 1-м Украинским фронтом от 23 декабря 1944 г. намечалось в полосе 13-й армии в первый день операции ввести в прорыв 4-ю танковую армию. Ей предстояло стремительно развивать наступление в направлении Пежхница, Пекошув, Родошице, Розпша, уничтожать отходящего противника и его подходящие резервы, выйти на пути отхода кельце-радомской группировки врага[671]. В районе Лодзи армия должна была войти в боевое взаимодействие с войсками 1-го Белорусского фронта. К исходу второго дня операции приказывалось овладеть рубежом р. Чарна Нида, выйти в район Бобжа, платформа Рыкошин, Непахлув и оказать содействие ударом с северо-запада частям 13-й и 3-й гвардейской армий в овладении Кельце. К исходу третьего дня операции требовалось выйти в район Родошице, Чермно, Мнин, передовыми отрядами овладеть переправами через р. Пилица на участке Сулейюв, Пшедбуж, в последующем выйти в район Пиотркув, Розпша, Гожковицы, а боковыми и разведывательными отрядами захватить узлы дорог Волув, Коньске, Жарнув. В ходе наступления следовало иметь боевое взаимодействие с правофланговыми частями 3-й гвардейской танковой армии. С вводом в прорыв 4-ю танковую армию намечалось поддержать одной дивизией 2-го гвардейского штурмового авиационного корпуса и одной дивизией 2-го истребительного авиационного корпуса.

Ставка ВГК, утвердив 29 декабря своей директивой № 220290 план командующего 1-м Украинским фронтом, указала на то, что ввод танковых армий в прорыв производить не обязательно в первый день наступления, а после того как будет прорвана тактическая глубина обороны противника, получив предварительно разрешение Ставки на ввод армий в прорыв[672].

К началу операции 4-я танковая армия включала один механизированный и танковый корпус, отдельную танковую, самоходную артиллерийскую, легкую артиллерийскую и моторизованную инженерную бригады, зенитную артиллерийскую дивизию, отдельный танковый и мотоциклетный полки (см. таблицу № 36).

Таблица № 36

Боевой состав 4-й танковой армии на 1 января 1945 г.[673]


На усиление армия получила два полка тяжелых танков ИС. По решению командарма по одному полку был дан 10-му танковому и 6-му механизированному гвардейским корпусам. Всего в армии имелось 680 танков и САУ. К началу операции она располагала 3–5 боекомплектами боеприпасов для танков и артиллерии, 8 боекомплектами для зенитных средств, 2 заправками горючего в войсках и около трех на складах, 20 сутодачами продовольствия.

Времени на подготовку к операции было достаточно – около полутора месяца. Она слагалась из двух периодов: первый – предварительная подготовка, второй – непосредственная подготовка после получения задачи.

В первый период проводились мероприятия по изучению театра военных действий и возможных операционных направлений, доукомплектованию соединений армии и их боевой подготовке, приведению в порядок материальной части и накоплению материальных ресурсов. С командным составом проводились штабные тренировки, военные игры и учения со средствами связи на местности. Особое внимание уделялось огневой подготовке экипажей танков и орудийных расчетов, ночным действиям, слаживанию действий подразделений на отрядных учениях. С участием офицеров и генералов штаба армии были проведены учения рот и батальонов, в ходе которых отрабатывались организация управления подразделениями и взаимодействия между мотопехотой, танками, артиллерией и саперами. До 50 % этих учений проводились с боевой стрельбой и в ночных условиях. Контрольные учения показали высокий уровень боевой выучки войск, умение офицерского состава организовать бой и управлять подразделениями в сложных условиях (при непрерывном наступлении днем и ночью, форсировании водных преград с ходу и стремительном развитии наступления на пересеченной и лесистой местности).

С целью сохранения тайны к разработке решения привлекался ограниченный круг лиц – начальник штаба армии генерал К.И. Упман, начальник оперативного отдела полковник С.С. Маряхин, начальник разведывательного отдела подполковник Н.В. Бзырин и командующий артиллерией генерал-майор Н.Ф. Ментюков. За 17 дней до начала операции генерал Д.Д. Лелюшенко объявил свое решение командирам корпусов, начальникам родов войск, специальных войск и служб армии. С этого момента началась непосредственная подготовка к операции. Она включала планирование боевых действий, организацию пунктов управления, комендантской службы, обеспечения, контроля в войсках и т. д. Большое внимание организации взаимодействия, которое уточнялось на местности, где определялись исходные районы для танковых подразделений и частей, наблюдательные пункты, порядок обгона танковыми частями боевых порядков пехоты и артиллерии общевойсковых армий. С целью согласования усилий с авиацией начальник штаба 4-й танковой армии выезжал в штаб 2-й воздушной армии или приглашал представителей воздушной армии в штаб армии. Для поддержания тесного взаимодействия с авиацией на НП командующего танковой армией, командиров корпусов и передовых бригад находились представители авиационных соединений с оперативной группой и средствами связи.

В окончательном виде решением генерала Лелюшенко предусматривалось нанести главный удар в общем направлении южнее Кельце, Сулейюв, Петркув и там, соединившись с частями 1-го Белорусского фронта, завершить окружение кельце-радомской группировки противника. Оперативное построение войск 4-й танковой армии было в один эшелон (6-й гвардейский механизированный, 10-й гвардейский танковый корпуса). В резерве находились 93-я танковая, 22-я самоходная артиллерийская бригады, 312-й гвардейский минометный и 51-й мотоциклетный полки, 68-я зенитная артиллерийская дивизия.

6-му гвардейскому механизированному корпусу[674] предстояло сильным передовым отрядом (усиленная механизированная бригада) наступать непосредственно за 117-й гвардейской стрелковой дивизией 13-й армии, как только будет нарушена система противотанковой обороны противника, стремительным броском к исходу первого дня операции выйти в район Морча (4 км юго-восточнее Кельце). На второй день операции продолжать наступление в направлении Пекушува. Передовыми отрядами предстояло захватить Стомпоркув (30 км севернее Кельце), Коньске и прочно удержать их. 10-й гвардейский танковый корпус[675] должен был сильным передовым отрядом наступать непосредственно за 6-й гвардейской и 112-й стрелковыми дивизиями той же армии. После подавления противотанковой обороны неприятеля, корпусу предстояло стремительным ударом к исходу первого дня операции овладеть узлом шоссейных дорог в населенном пункте Жецины, а к исходу второго дня захватить район Рыкошин, Пекушув.

4 января 1945 г. командующий 4-й танковой армией дал указания командирам танковых корпусов и отдельных бригад по обеспечению наступления[676]. Он требовал, чтобы передовые отряды при вводе в прорыв следовали непосредственно за пехотой, на удалении 1–2,5 км, имея впереди себя в боевых порядках пехоты по два офицерских наблюдателя на танках и один-два пеших разведывательных дозора. Передовые отряды должны были обходить отдельные узлы сопротивления противника и продвигаться в оперативную глубину. Генерал Лелюшенко рекомендовал решительно применять ночные действия до полного выхода на оперативный простор. Для этого выделять усиленную танковую или мотострелковую роты.

В ночь на 12 января соединения 4-й танковой армии вышли в исходный район в 6—10 км от переднего края. Для артиллерийской подготовки по согласованию с командующим 13-й армией генералом Н.П. Пуховым привлекалась до 170 орудий 4-й танковой армии.

В полосе, где предстояло действовать войскам 4-й танковой армии, оборонялись 168-я и 68-я пехотные дивизии противника. В его резерве находился 24-й танковый корпус (16-я и 17-я танковые, 20-я моторизованная дивизии), имевший 330 танков.

Сандомирско-Силезская операция началась 12 января. В 12 часов 35 минут соединения 13-й армии овладели первой позицией противника. Генерал армии Лелюшенко в своих мемуарах пишет, что сразу дал команду передовым отрядам 4-й танковой армии следовать вместе с пехотой. В середине дня маршал Конев принял решение о вводе в сражение 3-й гвардейской, 4-й танковых армий, 4-го гвардейского, 25-го и 31-го отдельных танковых корпусов. Однако ввод главных сил 4-й танковой армии задержался примерно на 16 часов, так как все дороги и маршруты оказались забитыми артиллерией и транспортом общевойсковых армий. Противник оказывал упорное сопротивление. К исходу дня танковые армии и корпуса совместно со стрелковыми соединениями смогли завершить прорыв лишь главной оборонительной полосы и продвинуться на 15–18 км.

В это время генерал Лелюшенко получил от воздушной разведки данные, что противник подтягивает из глубины к месту прорыва танковые резервы, чтобы закрыть брешь, образовавшуюся в обороне. В этой связи командующий 4-й танковой армией принял решение опередить противника. Он приказал командирам корпусов ускорить движение главных сил с целью разбить танковые части врага в невыгодных для него условиях, то есть до того, как они должны выйти к намеченному рубежу. К утру 13 января передовые отряды 4-й танковой армии, оторвавшиеся примерно на 15–20 км от главных сил армии, форсировали р. Чарна Нида и завязали бой с передовыми частями 24-го танкового корпуса противника. В результате в районе южнее Кельце завязалось встречное сражение. Передовые отряды корпусов первого эшелона – 16-я механизированная и 63-я танковая гвардейские бригады, действуя при неясной обстановке, прикрылись частью сил с фронта, а главными силами осуществили маневр и атаковали противника во фланг и в тыл. Смелыми и решительными действиями они сорвали организованный выход соединений 24-го танкового корпуса на намеченный рубеж развертывания. Противник вынужден был вводить в сражение свои главные силы не одновременно, а последовательно.

Генерал Лелюшенко, оценив сложившуюся обстановку, решил, прикрывшись двумя бригадами с фронта, совершить двусторонний охват вырвавшейся вперед 17-й танковой дивизии врага и во взаимодействии с 6-м гвардейским танковым корпусом 3-й гвардейской танковой армии нанести одновременно удары по обоим ее флангам. Осуществив маневр, части 10-го гвардейского танкового и 6-го механизированного корпусов нанесли фланговые удары по 17-й танковой дивизии противника, которая после ожесточенного боя к исходу дня 13 января была разгромлена. С подходом к полю сражения 16-й танковой дивизии она также была скована частью сил (49-й механизированной бригадой) с фронта в районе Радомице. Главные же силы 4-й танковой армии 14 января нанесли удар по правому флангу 16-й танковой дивизии. На следующий день остатки 24-го танкового корпуса были окружены и уничтожены в районе южнее Кельце. Противник потерял до 180 танков и штурмовых орудий, а соединения 4-й танковой армии – около 130 танков и САУ[677].

Разгрому контрударной группировки противника способствовали войска левого крыла 1-го Украинского фронта, успешно развивавшие наступление на краковском направлении, и особенно войска 1-го Белорусского фронта, обрушившие 14 января, в самый разгар встречного сражения, мощный удар по противнику с магнушевского и пулавского плацдармов. Для отражения наступления ударных группировок советских войск противник вынужден был ввести в сражение оставшиеся резервы и не смог оказать какую-либо помощь своей контрударной группировке, действовавшей в районе Кельце.

Генерал К. Типпельскирх отмечал: «Удар был столь сильным, что опрокинул не только дивизии первого эшелона, но и довольно крупные подвижные резервы, подтянутые по категорическому приказу Гитлера совсем близко к фронту. Последние понесли потери уже от артиллерийской подготовки русских, а в дальнейшем в результате общего отступления их вообще не удалось использовать согласно плану… Глубокие вклинения в немецкий фронт были столь многочисленными, что ликвидировать их или хотя бы ограничить оказалось невозможным. Фронт 4-й танковой армии (противника. – Прим. авт.) был разорван на части, и уже не оставалось никакой возможности сдержать наступление русских войск. Последние немедленно ввели в пробитые бреши свои танковые соединения, которые главными силами начали продвигаться к реке Нида, предприняв в то же время северным крылом охватывающий маневр на Кельце»[678].

17 января 93-я танковая бригада во главе с майором А.А. Дементьевым[679], действовавшая в качестве передового отряда 4-й танковой армии, форсировала р. Пилица и стремительным ударом овладела г. Сулейюв. Уничтожив там вражеский гарнизон, она соединилась с 7-м гвардейским кавалерийским корпусом генерал-лейтенанта М.П. Константинова из 1-го Белорусского фронта, замкнув кольцо вокруг кельце-радомской группировки противника. 18 января к 3 часам утра главные силы 4-й танковой армии форсировали р. Пилица. 16-я гвардейская механизированная бригада (полковник В.Е. Рывж) 6-го гвардейского механизированного корпуса совместно с 52-й гвардейской танковой бригадой (подполковник Л.И. Курист) 6-го гвардейского танкового корпуса 3-й гвардейской танковой армии заняла Пиотркув (Петркув-Трыбунальски), продвинувшись за сутки на 65 км. После этого 6-й гвардейский механизированный корпус вышел к Лодзи и захватил южную и юго-западную окраины города, где соединился с 9-м танковым корпусом 1-го Белорусского фронта. Это позволило надежно закрепить кольцо окружения вокруг кельце-радомской группировки врага.

В итоге недельного напряженного сражения в полосе 1-го Украинского фронта враг был сокрушен. Подвижные войска фронта на бреславльском направлении стремительно преследовали противника, отходящего к Одеру. Учитывая благоприятно складывающуюся обстановку, Ставка ВГК 17 января директивой № 11006 приказала войскам 1-го Украинского фронта главными силами продолжать наступление в общем направлении на Велюнь, Бреслау с целью не позднее 30 января выйти на реку Одер к югу от Лиссы (Лешно) и захватить плацдармы на западном берегу реки. Левому крылу фронта предстояло не позднее 20–22 января овладеть г. Краков, затем продолжать наступление на Домбровский угольный район, обходя его с севера и частью сил с юга[680].

В соответствии с этим маршал Конев 18 января приказал войскам 3-й гвардейской и 4-й танковых армий стремительно преследовать противника, громить его подходящие резервы, тылы, штабы, чтобы не дать ему возможности занять и закрепиться на подготовленных оборонительных рубежах по восточной границе Германии. Войскам 4-й танковой армии предписывалось к исходу дня 25 января овладеть рубежом Равич, Трахенберг. В дальнейшем быть в готовности форсировать Одер северо-западнее Бреслау[681].

Одер являлся серьезной преградой для танков, так как ширина его достигает 80—100 м, а глубина – 2,5–3,5 м. Западный берег реки значительно выше восточного и круто обрывается. Сложность предстоящего форсирования состояла еще и в том, что по реке в январе 1945 г. шла плотная шуга – предвестница ледостава, а вдоль берегов тянулась тонкая корка льда. Кроме того, по западному берегу противник подготовил оборонительный рубеж с системой траншей, дотов и дзотов.

В соответствии с директивой фронта генерал Лелюшенко принял решение силами передового отряда армии – 93-й отдельной танковой бригадой с утра 19 января продолжать стремительное наступление в направлении Белхатув, Русец и к исходу дня овладеть Осякувом и захватить переправу через р. Варта. Одновременно вести разведку в направлении Злочева и установить связь с частями 3-й гвардейской танковой армии в районе Велюни. 10-му гвардейскому танковому корпусу предписывалось, наступая в направлении Белхатува, главными силами к исходу дня 19 января овладеть рубежом Рассы, Белхатув, а к 20 января захватить переправы через р. Варта на участке Бурзенин, Рыхлоцице. Передовой отряд корпуса должен был к исходу дня 20 января овладеть Злочевым. 6-му гвардейскому механизированному корпусу с 13-м тяжелым танковым полком приказывалось в течение 19 января полностью очистить от противника южную и западную части г. Лодзь, подтянуть пехоту, артиллерию и дозаправиться. После этого, наступая во втором эшелоне армии, за 10-м гвардейским танковым корпусом к исходу дня 20 января выйти в район Видов, Заводы, Русец (8 км севернее Белхатува). Одновременно требовалось вести разведку и установить тесную связь с частями 1-го Белорусского фронта.

В резерве командующего 4-й танковой армией находились 22-я самоходная артиллерийская, 200-я легкая артиллерийская и 20-я моторизованная инженерная бригады, 312-й гвардейский минометный и 51-й отдельный мотоциклетный полки.

Выполняя поставленную задачу, 93-я отдельная танковая бригада совершила 70-километровый бросок и в 17 часов 19 января с ходу овладела г. Осякув, захватив исправный мост через р. Варта. К половине восьмого вечера главные силы бригады, сметая на своем пути противника, достигли г. Вершув. Для обеспечения стремительности наступления командующий армией усилил бригаду 22-й самоходной артиллерийской бригадой подполковника В.И. Приходько.

10-й гвардейский танковый корпус 19 января овладел городами Белхатув, Вершув. Передовой отряд корпуса (61-я гвардейская Свердловская танковая бригада полковника В.И. Зайцева) в 14.30 вышел к р. Варта. Преодолев на большой скорости мост через реку, части бригады заняли г. Бурзенин и захватили на противоположном берегу Варты плацдарм 4 км по фронту и 3 км в глубину. С этого плацдарма 10-й гвардейский танковый корпус начал безостановочно продвигаться вперед. В связи с нехваткой горючего генерал Лелюшенко приказал заправить танки корпуса горючим с других боевых машин. 6-й гвардейский механизированный корпус после дозаправки машин должен был продвигаться за танковым корпусом. Нехватка горючего привела к тому, что армия к 22 января растянулась на 120 км.

Утром 22 января маршал Конев, стремясь лишить противника возможности усилить оборону по рубежу Одера, приказал 4-й танковой армии как можно быстрее выйти к реке и с утра 25 января начать ее форсирование на участке Цюхен, Тарксдорф[682]. К этому времени в полосе армии действовали части 5-й танковой, 136-й и 129-й пехотных дивизий противника. Часть этих войск вела сдерживающие бои, другая – отходила в западном и северо-западном направлениях для занятия обороны по Одеру. Одновременно противник начал сосредоточивать сильную группировку войск в районе Гюрау для нанесения удара по правому флангу 4-й танковой армии. В состав группировки вошли 20-я моторизованная дивизия, части танковой дивизии СС «Герман Геринг» и моторизованной дивизии «Бранденбург».

Генерал Лелюшенко, выполняя приказ командующего фронтом, решил основными силами с ходу форсировать Одер и захватить оперативный плацдарм, а частью сил перейти к обороне в готовности к отражению ударов противника с севера. Соединениям 6-го гвардейского механизированного корпуса приказывалось к исходу дня 23 января главными силами выйти в район Равича, передовым отрядом овладеть переправой через Одер в районе Кебена, а для прикрытия от возможных ударов противника с севера выделить усиленный танковый полк. На 10-й гвардейский танковый корпус возлагалась задача по выходу к исходу дня 23 января в район Винцига и захвату передовым отрядом переправы в районе Штейнау (Сыцинава)[683].

Для разведки обороны противника, определения скрытых подходов к Одеру, переправ и мостов от корпусов и бригад были высланы разведывательные группы, в состав которых включались инженерно-саперные подразделения. С целью обеспечения стремительного выхода главных сил к реке и захвата мостов и переправ были направлены сильные передовые отряды. За ними должны были продвигаться армейские и корпусные инженерно-саперные подразделения для подготовки переправочных средств. Десантно-переправочные и понтонно-мостовые средства были распределены между корпусами, и принимались меры по их быстрейшему выдвижению к реке. Для обеспечения правого фланга армии были выделены 93-я отдельная танковая бригада и часть сил 22-й самоходной артиллерийской бригады, а левого фланга – 61-я гвардейская танковая бригада 10-го танкового корпуса.

В середине дня 23 января первыми к Одеру вышли разведывательные группы корпусов. Они сообщили о слабой обороне противника, отсутствии переправочных средств и наличии автогужевого моста у Штейнау. Генерал Лелюшенко потребовал от командиров корпусов немедленно выдвинуть к реке передовые отряды с задачей в течение ночи форсировать Одер и к утру 24 января захватить плацдармы.

К исходу 23 января к Одеру в районе Кебена вышел передовой отряд 6-го гвардейского механизированного корпуса – 17-я механизированная бригада подполковника Л.Д. Чурилова. На западном берегу реки оборонялись части отошедших дивизий противника, а также пять запасных и учебных батальонов и 67-й пехотный полк. Утром 24 января к Одеру в районе Штейнау вышла 62-я гвардейская танковая бригада полковника С.А. Денисова – передовой отряд 10-го гвардейского танкового корпуса. Ее авангард – 1-й танковый батальон (8 танков с десантом автоматчиков и саперами) под командованием майора М.Н. Шатохина – на большой скорости проскочил по мосту на противоположный берег и ворвался в Штейнау. Противнику удалось взорвать один из пролетов моста. Танковый отряд, отрезанный от главных сил бригады, несколько часов вел неравный бой в Штейнау и героически погиб. Попытки форсировать Одер в этом районе и оказать помощь отряду не дали желаемых результатов.

Утром 25 января части 17-й гвардейской механизированной бригады на подручных средствах форсировали Одер и после упорного боя захватили северную окраину Кебена. Днем к этому участку прибыли понтонно-мостовой парк Н2П (8 понтонов) и мотоинженерный батальон армии. Они к середине ночи перебросили на западный берег Одера всю мотопехоту 17-й гвардейской механизированной бригады. В два часа 26 января начала форсирование Одера 16-я гвардейская механизированная бригада полковника В.Е. Рывжа. Несколько позже был собран 50-тонный паром, на котором переправились три танка и один дивизион 22-й самоходной артиллерийской бригады армии (10 СУ-76), которые своим огнем поддержали мотопехоту. Преодолевая упорное сопротивление противника и отражая его непрерывные контратаки, бригады овладели Кебеном и расширили плацдарм до 4 км по фронту и 3 км в глубину.

К исходу дня 26 января к этому району стали подходить передовые части 13-й армии, которые начали переправу через Одер на захваченный плацдарм. На следующий день туда прибыли 159-й фронтовой понтонно-мостовой батальон с парком Н2П (48 понтонов) и начал наводить 16-тонный мост. Одновременно для переправы танков был собран один 30-тонный паром. В результате на плацдарм были переброшены артиллерия и часть танков 6-го гвардейского механизированного корпуса. Несколько позже грузоподъемность этого моста удалось увеличить до 60 т, и по нему переправились тяжелые танки и самоходно-артиллерийские установки.

Таким образом, к исходу дня 28 января главные силы 6-го гвардейского механизированного корпуса совместно с подошедшими соединениями 13-й армии, преодолевая упорное сопротивление противника, вышли на рубеж Бредельвиц, Квейсен, Дейсклау, Хохбаушвиц.

По-иному развивались события в районе Штейнау. Попытка 29-й гвардейской мотострелковой бригады (командир – полковник А.И. Ефимов) 10-го гвардейского танкового корпуса форсировать Одер на рассвете 25 января успеха не имела. Противник оказал ожесточенное сопротивление. Тогда командир корпуса решил форсировать реку южнее Штейнау, где, по данным разведки, вражеская оборона была значительно слабее. В 8 часов 25 января он приказал бригаде скрытно перегруппироваться в район Тарксдорфа и там внезапно форсировать Одер. Чтобы ввести противника в заблуждение, танковые бригады были оставлены на месте у Штейнау.

Во второй половине дня 29-я гвардейская мотострелковая бригада вышла в указанный район. Одер был покрыт льдом, толщина которого позволяла мотопехоте передвигаться по нему в пешем порядке. Воспользовавшись этим, подразделения бригады переправились на противоположный берег и к исходу дня 25 января овладели рубежом Гроссендорф, Ламперсдорф. На следующий день к Одеру подошла 6-я стрелковая дивизия 13-й армии, которая вслед за мотострелками переправилась через реку и повела наступление на Штейнау с юга. В тот же день 20-я инженерная бригада у Тарксдорфа начала постройку 60-тонного моста для танков.

На рассвете 27 января 29-я мотострелковая бригада возобновила наступление и к середине дня, продвинувшись на 10–12 км, завязала бои за Поршвиц. Но здесь подразделения бригады были контратакованы подошедшими из резерва частями 14-й танковой и 108-й пехотной дивизий противника. Танковые же бригады не могли оказать ей помощи, так как мост не был готов. Действия 6-й стрелковой дивизии также не имели успеха. К исходу дня бригада и дивизия, отбивая контратаки врага, несколько отошли, но плацдарм удержали.

В этой обстановке генерал Лелюшенко принял решение перегруппировать 10-й гвардейский танковый корпус в район Кебена и переправить его по наведенным мостам через Одер. Корпусу ставилась задача с тыла нанести удар по противнику, находившемуся в Штейнау, разгромить его и соединиться со своей мотострелковой бригадой и стрелковой дивизией, отбивавшими контратаки и удерживавшими плацдарм у Дибана.

В середине дня 29 января танковый корпус начал перегруппировку на участок 6-го гвардейского механизированного корпуса, переправился через Одер и сосредоточился на левом берегу в районе Миттель, Цедлитц, Нидердаммер. С утра следующего дня он перешел в наступление. При этом 61-я гвардейская танковая бригада повела наступление на Штейнау, а 62-я и 63-я гвардейские танковые бригады – в юго-восточном направлении, нанося удар в тыл противнику, действовавшему против 29-й гвардейской мотострелковой бригады и 6-й стрелковой дивизии. Город Штейнау обороняли унтер-офицерская школа, два полка пехоты, два охранных батальона, усиленные 50 танками и бронетранспортерами и четырьмя отрядами фольксштурма, оснащенными фаустпатронами. Преодолевая упорное сопротивление противника, 61-я гвардейская танковая бригада, усиленная 356-м гвардейским самоходным артиллерийским полком, с запада ворвалась в Штейнау и завязала уличные бои. Две другие танковые бригады вечером 30 января овладели населенными пунктами Клаптау, Поршвиц, Бильвизе и совместно с 29-й мотострелковой бригадой и главными силами 6-й стрелковой дивизии окружили 67-й пехотный полк в районе Ламперсдорфа. В последующем окруженная группировка была ликвидирована. В ходе ожесточенных боев 61-я гвардейская танковая бригада, 356-й гвардейский самоходный артиллерийский полк 10-го гвардейского танкового корпуса совместно со 147-й стрелковой дивизией и 2-й гаубичной артиллерийской бригадой 13-й армии 4 февраля заняли Штейнау.

К исходу дня 31 января 6-й гвардейский механизированный и 120-й стрелковый корпуса, продвинувшись на 4–5 км, вышли на рубеж Уршкау, Раудтен. Здесь они встретили упорное сопротивление противника и вынуждены были перейти к обороне, отражая его непрерывные контратаки и контрудары.

Таким образом, благодаря своевременной перегруппировке 10-го гвардейского танкового корпуса и его решительным действиям к исходу дня 31 января два плацдарма за Одером были объединены в единый оперативный плацдарм протяженностью 30 км по фронту и 15 км в глубину.

Одновременно с боями на плацдарме соединения 4-й танковой и 13-й армий вели боевые действия на восточном берегу Одера. В ночь на 30 января группировка противника, сосредоточенная в районе Гюрау, нанесла контрудар, намереваясь отрезать войска обеих армий, находившиеся на плацдарме. Противнику удалось прорвать оборону 49-й механизированной бригады и ночью 31 января овладеть Альт-Хейлау и Зофиенталем. В результате шоссейная дорога, ведущая к переправам в районе Кебена, была перерезана. Для разгрома прорвавшегося противника генерал Лелюшенко привлек 93-ю отдельную танковую (командир – майор А.А. Дементьев) и 22-ю самоходную артиллерийскую (командир – подполковник В.И. Приходько) бригады, 28-й гвардейский тяжелый танковый полк и 200-ю легкую артиллерийскую бригаду. Они совместными усилиями к утру 31 января выбили противника из Альт-Хейлау и Зофиенталя. Понеся большие потери, он отошел на северо-запад. В последующем эта вражеская группировка, насчитывавшая до 15 тыс. человек, была уничтожена войсками 3-й гвардейской армии.

Войска левого крыла 1-го Украинского фронта в это время завязали бои за Силезский промышленный район. 24 января соединения 3-й гвардейской танковой и 21-й армий овладели Оппельном. В последующем мотострелковые подразделения 3-й гвардейской танковой армии форсировали Одер и захватили плацдармы на левом берегу. Этим они способствовали быстрому выходу к Одеру соединений 5-й гвардейской армии. К 30 января Силезский промышленный район был полностью занят советскими войсками.

В результате Сандомирско-Силезской операции войска 1-го Украинского фронта разгромили 4-ю танковую и основные силы 17-й полевой армий. Во взаимодействии с 1-м Белорусским и 4-м Украинским фронтами они освободили южные районы Польши, в том числе ее важнейший Силезский промышленный район, и перенесли военные действия на территорию Германии. Подробно об итогах и особенностях операции сказано в предыдущей главе. Боевые действия войск 4-й танковой армии характеризовались стремительностью, решительностью, а также широким и смелым маневром силами и средствами. В результате соединения армии вышли к Одеру и форсировали его раньше, чем противник успел подтянуть резервы и занять ими оборону на западном берегу. Были созданы благоприятные условия для последующего наступления войск фронта и разгрома противника. Решающую роль в объединении двух тактических плацдармов в единый оперативный плацдарм сыграл 10-й гвардейский танковый корпус, переброшенный в короткий срок в район Кебена и нанесший удар с тыла по группировке врага в районе Штейнау. Большую роль в захвате плацдармов и обеспечении успешного форсирования реки главными силами играли передовые отряды корпусов. Кроме того, этому способствовали действия небольших по составу, но сильных разведывательных групп бригад.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.207. Запросов К БД/Cache: 3 / 1