Главная / Библиотека / Эскадренные миноносцы класса Доброволец /
/ Глава II. Корабли особого комитета / Усовершенствованные "яхты" завода "Вулкан" ("Генерал Кондратенко”, "Сибирский стрелок”, "Охотник”, "Пограничник” )

Глав: 8 | Статей: 30
Оглавление
Безвозвратно ушедшие от нас корабли и их, уже все покинувшие этот мир, люди остаются с нами не только вошедшими в историю судьбами, но и уроками, о которых следует многократно задумываться. Продолжавшаяся ничтожно короткий исторический срок – каких- то 10 с небольшим лет, активная служба “добровольцев” оказалась, как мы могли увидеть, насыщена огромной мудростью уроков прошлого. Тех самых уроков, которые упорно отказывалось видеть 300-летнее российское самодержавие, и, что особенно удивительно, не хотят видеть и современные его перестроечные поклонники и радетели.

Усовершенствованные "яхты" завода "Вулкан" ("Генерал Кондратенко”, "Сибирский стрелок”, "Охотник”, "Пограничник” )

Усовершенствованные "яхты" завода "Вулкан" ("Генерал Кондратенко”, "Сибирский стрелок”, "Охотник”, "Пограничник” )

Слишком большой разрыв между широкой свободой проектирования, взятой на себя (при недостаточном надзоре) со стороны Особого комитета, и явно отстававшим от нее уровнем наблюдения со стороны заказчика в проектах серии секретных "яхт" завода "Вулкан" (или "контрминоносцев литер В") привел к уже называвшимся серьезным недостаткам. Еще при заказе миноносцев и крейсеров программы 1898 г. обнаружилось стремление добиться оговоренных в контрактах высоких скоростей за счет чрезмерного зауживания корпусов кораблей в ущерб их прочности и остойчивости. В ведомстве великого князя этот опыт, конечно, учтен не был.

Выяснилось и нерациональное распределение связей корпуса миноносцев типа "Украйна", мало было надежд и на высокую мореходность этих чрезмерно загруженных кораблей. Так давала себя знать ненормальность всей системы заказов через Особый комитет. И теперь, несмотря на приближающуюся к развязке военную обстановку, Особый комитет оказался перед необходимостью учесть допущенные при заказе промахи. К этому принуждал и явно выигрышный (несмотря на отставание в постройке) в сравнении с "Украйной" проект миноносцев типа "Всадник" (завода "Германия" в Киле). Была, по-видимому, поставлена задача превзойти этот проект и доказать, что корабли Особого комитета будут все равно лучше министерских.

Возможны и другие объяснения ситуации, включая и инициативу завода "Вулкан", который ранее Особого комитета осознал свою ошибку и предложил компенсировать ее более совершенным проектом. Прямых объяснений произошедшего документы и на этот раз не содержат. Так началась история (контракты были подписаны 3 января 1905 г.) четырех кораблей, действительно выгодно отличавшихся от своих сверстников. Получившие названия "Генерал Кондратенко", "Сибирский стрелок", "Пограничник" и "Охотник", которые в дальнейшем составили ставший широко известным на Балтике Особый полудивизион эскадренных миноносцев.

Ревниво оберегая свое ведомство от вторжения со стороны министерства, великий князь должен был допустить его участие в обсуждении вариантов артиллерийского и минного вооружения. Оно в силу высочайше утвержденного распределения обязанностей между двумя ведомствами было отнесено к поставке министерства. А это означало и некоторую причастность ко всему проекту кораблей. Но министерство, боясь затронуть великокняжеские амбиции, не решилось воспользоваться возможностью повлиять на судьбу проекта.

Когда-то отчаянный миноносный энтузиаст, строивший планы разгрома флотов европейских держав (в 1890 г.) "в безнадежной отчаянной миноносной атаке", Ф.В. Дубасов на посту председателя МТК (с 1 января 1901 г.) проявил себя умудренным царедворцем и вполне созревшим жрецом рутины. Он пропустил мимо ушей тактически вполне мотивированный призыв капитана 1 ранга ВА. Лилье (в письме от 6 апреля 1904 г.), предлагавшего переломить ход Порт- Артурской обороны за счет моторных торпедных катеров. Он не придал должного значения подводным лодкам, о необходимости спешного приобретения которых перед войной пытались убедить свое начальство военно-морские агенты капитаны 2 ранга А.Г. Бутаков (в США) и Г.А. Епанчин (во Франции). Не внял он и адресованному ему лично доверительному письму агента в Англии капитана 1 ранга И.Ф. Бострема.

9 апреля 1905 г., обращаясь к типам кораблей будущей судостроительной программы, он писал адмиралу о предложении главы известной судостроительной фирмы А. Ф. Ярроу (1842-1932) дать ему заказ на улучшенный тип контрминоносца "River" – класса в 500 т водоизмещением и со скоростью 27 уз. При этом он был готов предложить на выбор проекты с машинами "обыкновенного попеременно-возвратного типа или же турбинными с комбинацией для крейсерского хода". Фирма гарантировала те же условия, на которых она уже строила миноносцы для австро-венгерского флота: "Дав чертежи полные рабочие, в то время строить по одному образцу миноносца и контрминоносца".

Машины же для них предлагалось (с целью взаимозаменяемости деталей) применять одного типа – одну для проекта миноносца, две для контрминоносца. Фирма "с удовольствием дала бы и людей для организации дела постройки судов, их механизмов и котлов". Такое предложение было еще год назад сделано фирмой Торникрофта неизвестному нам представителю российской стороны некому Перельману. "Хотя старая истина, – писал И.Ф. Бострем, – но я решусь повторить ее, что однотипность судов отряда увеличивает его силу в несколько раз, и потому необходимо, раз приняв тип корабля (даже всего и в 500 т), держаться его в течение некоторого времени и выстроить по нему серию, пока не найдется лучший тип".

Главнейшими требованиями, сформулированными Д.В. Скворцовым в проектном задании для фирмы "Вулкан", было устранение всех уже видимых недостатков, вызванных предельно (и тоже непонятно, из каких соображений) минимизированным ранее 500-тонным водоизмещением. Для этого увеличивались ширина корпуса и слишком уж незначительные прежде запасы угля. В основе проекта, разработанного фирмой по этому заданию, остались прежние, лишь слегка измененные проекты. Различие состояло в несколько уменьшенном (до 1 : 9) соотношении длины к ширине и главное – в увеличении проектного водоизмещения до 615 т. Это позволило принять запасы угля до 190 т. Усиленный запас, допускавшийся полной вместимостью угольных ям, можно было доводить до 220 т. Контрактная скорость оставалась прежней – 25 уз, для сохранения которой мощность машин (вследствие увеличения водоизмещения) доводилась до 7300 л.с.

Наибольшее изменение претерпело расположение котлов, которые, как это сделал завод Шихау, были объединены в две группы, что позволяло обойтись без третьей дымовой трубы. Добавился ряд других полезных усовершенствований – более надежные испарители, использование в холодильниках луженых трубок, применение мусорных эжекторов, облегчавших работу кочегаров, облицовка гребных валов защитным составом Вилениуса.

Решение о заказе кораблей состоялось в январе 1905 г. Заказ на постройку четырех новых кораблей выдавался (разделив его поровну) уже упоминавшимся фирме "Сандвикский корабельный док и механический завод" и известному отечественному заводу фирмы В. Крейтон и К° в Або и в Петербурге. Эта фирма обязывалась строить корабли по немецкому проекту. Таким образом, творческий потенциал ее конструкторов, не раз предлагавших ранее (и совсем недавно при постройке минного крейсера "Абрек" в 1895 г.) прогрессивные решения, из исполнения заказа исключался. Сохранялась и прежняя трехступенчатая организация работ, предусматривающая поставку механизмов и котлов для всех четырех кораблей фирмой "Вулкан" с последующей сдачей их комиссии Особого комитета.

Возможность повлиять на проект, предложить применение в нем турбинных установок или потребовать иного способа повышения скорости представилась Морскому министерству в марте 1905 г., когда встал вопрос о заказе для кораблей артиллерийского и минного вооружения. Двумя месяцами ранее в МТК поднимался вопрос о необходимости в проекте миноносцев, проектировавшихся в то время фирмой Круппа (завод "Германия"), довести скорость до 26,5-27 уз. Считалось все-таки неудобным строить корабли, скорость которых получалась ниже, чем у кораблей, ранее построенных для русского флота.

Тогда член Особого комитета (он же помощник главного корабельного инженера С-Петербургского порта) К.П. Боклевский в представленном в МТК исследовании показал, что возможности для увеличения скорости имеются. Надо лишь использовать те резервы, которые могут быть выделены за счет веса корпуса, частичного уменьшения запасов угля и усиления паропроизводительности котлов. О возможностях жесткой ревизии всех составляющих весовой нагрузки проекта или, наконец, увеличения водоизмещения для добавления весовой нагрузки в пользу энергетики (не говоря уж о турбинной установке) К.П. Боклевский, не желая, видимо, брать на себя инициативу, не высказывался.



Эскадренный миноносец "Генерал Кондратенко".

Когда-то автор многообещавшего инициативного проекта миноносца, широко образованный инженер, обогащенный практикой наблюдения за постройкой во Франции крейсера "Баян" и броненосца "Цесаревич", умевший отстоять свои взгляды перед начальством, он к описываемому времени, видимо, усвоил принятые в МТК и Особом комитете, продиктованные рутиной правила игры. Они, как известно, состояли в предельном уменьшении водоизмещения во всех рассматривающихся проектах. Так в целях "экономии" было заведено свыше. Ради нее совершались затем скандально большие строительные перегрузки, уродовались проекты кораблей, не достигались контрактные скорости. На революционные предложения такого рода не решались и в самом МТК, руководимом интеллектуалом с претензиями Ф.В. Дубасовым.

О фатальной неготовности структур и функционеров министерства и Особого комитета к творческому подходу свидетельствовало и состоявшееся 1 марта 1905 г. обсуждение вопросов вооружения миноносцев по двум проектам – уже разрабатывавшегося фирмой Круппа (водоизмещение 570 т) и нового, только что предложенного фирмой "Вулкан" (водоизмещение 615 т). Собравшиеся не проявили никакого удивления по поводу того, почему два проекта, имеющие совершенно одинаковые назначение и характеристики, столь существенно отличаются по водоизмещению.

Занятые, как всегда, углубленным обсуждением частностей вооружения этих кораблей, члены кораблестроительного, артиллерийского и минного отделов совершенно спокойно прошли мимо столь очевидно важнейшей задачи унификации и полной однотипности проектов. Той самой, которую капитан 1 ранга Бострем в письме к адмиралу Дубасову считал само собой разумеющейся. Но в МТК, охваченном каким-то неизъяснимым затмением, думали иначе. Откинув глобальные задачи проектов, специалисты с увлечением обсуждали весьма "животрепещущую" проблему различия в эффективности между модификациями невесть откуда взявшихся 57-мм пушек длиной ствола 58 и 50 калибров. Вопрос возник из-за предложенных для этих пушек (в проекте Круппа) спонсонов.

Собравшиеся словно не слышали отзывов участников войны, в один голос настаивавших на полной непригодности для боя всех орудий, имеющих калибр менее 75 мм. Да и эти пушки признавали годными лишь условно. Настоящим боевым орудием для миноносцев они признавали пушки лишь 120-мм калибра. Но и эти мнения в МТК не слышали или не хотели слышать.



Эскадренный миноносец типа "Охотник". (Продольный разрез и план верхней палубы)

Чертеж предоставлен журналом "Судостроение

1-75-мм орудие. 2-вельбот. З-вентиляционный дефлектор жилых помещений, 4-штатные пулеметы "Максим". 5- 45 см однотрубный минный аппарат, 6-грузоеая стрела, 7-ял, 8- 57-мм ору- дие, 9 -радиотелеграфная рубка, 10-прожектор. 11 -боевая рубка, 12- паровой шпиль, 13- катбалка, 14- носовой кубрик команды. 15- минный погреб. 16-патронный погреб, 17-трубы элеватора подачи патронов, 18-котел Нормана, 19-главная паровая машина, 20-офицерские помещения, 21- кормовой кубрик команды, 22- сходной люк, 23-дополнительные пулеметы, 24-горловина угольной ямы, 25-рельсовый путь для подачи мин Уайтхеда, 26-вентиляционные дефлекторы котельных отделений. 27-световые люки машинного отделения, 28-штуртросы, 29-отводы гребных винтов

В итоге глубоко научной дискуссии признали, что пушки двух модификаций (50 и 58 калибра) на одном корабле устанавливать все же не стоит. Слишком много будет неудобств из-за применения для них двух видов патронов. Заботу же о достойном вооружении миноносцев в 615 т проявили в том, что рекомендовали назначить непременно длиноствольные (в 58 калибров) 57-мм пушки.

Ради такого "существенного" увеличения боевой мощи этих кораблей признали оправданным увеличение вызванной ими нагрузки (в сравнении с 50- калиберными) на 7,5 т. "Это желание, – научно мотивировали члены МТК свое "принципиальное" решение, – объясняется естественным условием, чтобы крейсера не были слабее вышеупомянутых крупповских". Вот что рутина могла сделать с весьма знающими и квалифицированными специалистами, вот на каком ничтожном уровне делали они свои умозаключения. Замечательно и то, что до конца вопрос решен все же не был. Было высказано опасение, что фирма Круппа может не уложиться в заданные проектом 570 т водоизмещения и поэтому придется, может быть, ставить на эти корабли 50-калибровые 57-мм пушки.

В духе той же беспробудной академичности и полного нежелания заняться инженерно-техническим анализом проектов подошли и к вопросу "о желательности вооружения новых минных крейсеров пушками только 75-мм калибра". Собравшиеся подтвердили, что они такое решение "принципиально" поддерживают. Но и здесь препятствием оказались очевидная необходимость увеличения весовой нагрузки и трудности осуществления достаточной прочности подкреплений под орудийные установки. Выяснить вопрос об усилении вооружения с согласия членов МТК взял на себя Д.В. Скворцов. Исследование, похоже, кончилось ничем, а возможно, и вовсе не проводилось. Корабли и в дальнейшем остались при прежнем, первоначально заданном проектом вооружении.

Некоторые проблески здравого смысла пытался проявить управляющий Морским министерством. Проникшись, видимо, сочувствием к проектантам, но отнюдь не решаясь переступить табу на увеличение водоизмещения, он предложил уменьшить весовую нагрузку за счет ликвидации одного из трех минных аппаратов. Но и это предложение диктовалось не соображениями о явном излишке аппаратов, а лишь заботой об увеличении "простора на палубе”. Пользуясь полученным указанием обсудить этот вопрос, МТК мог бы взять на себя смелость расширить задачу и предложить кардинальное усовершенствование проекта, доведя его хотя бы до уровня, на котором разрабатывал проект для австро-венгерского флота. Ставший известным миноносец "Хуссард” при водоизмещении около 400 т обещал скорость до 28-30 уз. Но Австрия с проектом Ярроу (о чем писал И.Ф. Бострем) была для МТК не указ. Шанс добиться для кораблей повышения скорости или более подобающего артиллерийского вооружения специалисты МТК с убежденностью и полным знанием дела похоронили.

В докладе, составленном на шестой день по получении указания управляющего, председатель Ф.В. Дубасов сообщал, что минное вооружение для всех четырех 615-тонных миноносцев уже заказано и что было бы нежелательно уменьшать это вооружение на проектируемых "самых больших миноносцах нашего флота". Ведь "до сих пор стремились к установке именно такого (из трех аппаратов – Р. М.) минного вооружения". Бесперспективен был и вариант замены трех аппаратов двумя парными, "это вызовет лишние расходы на перепроектирование аппаратов и изменит распределение грузов на миноносцах, что повлечет за собой перемены в миноносцах и опоздание в их постройке".



Эскадренный миноносец типа “Охотник". (Теоретический чертеж)

Прием, по странности примененный теперь МТК против управляющего (а не наоборот, как всегда бывало), сработал безотказно. Устыдившись своей необдуманной инициативы, Ф.К. Авелан изъявил полное согласие с мнением адмирала Дубасова ничего в проектах миноносцев не менять и "оставить на них по три ординарных аппарата". Тем самым недавний миноносный экстремист, а ныне председатель МТК совершил третий поступок, подтверждающий его приверженность к рутине. Ратуя за сохранение трех труб для мин Уайтхеда, он даже не стал предлагать, как это было уже сделано на миноносцах типа "Циклон” и на первых "народных крейсерах", перейти, пусть не полностью, на двухтрубные аппараты.

Такая переработка только начатых проектов аппаратов не составляла никакой сложности. Просто бюрократия, превыше всего ценя свой собственный бумажный труд, не хотела брать на себя переделку уже подписанных и отпечатанных контрактов и спецификаций. Не исключено, что вопрос из технического был обращен в политический. Настаивая на изменении проекта, который был утвержден великим князем, министерские чины должны были пойти на риск вызвать его августейшее неудовольствие. И это было одним из подтверждений того, мягко говоря, неудобства, каким было для пользы дела назначение великих князей на крупные административные должности. Политики в кабинетах под адмиралтейским шпицем умели достигать своих целей, но расплачиваться за их покой приходилось флоту.

"Перепроектирования" все же избежать не удалось. Из-за увеличенной ширины корпусов 615-тонных крейсеров и отсутствия скругления бортов в углу соединения с палубой возникли опасения за то, что мина, вылетая при выстреле из аппарата, может удариться хвостовой частью о палубу. Соответственно потребовалось удлинить совок аппарата. Это создало трудности для поворота его с борта на борт и заставило увеличивать высоту платформы аппарата. Множественных "перепроектирований" потребовало и совмещение менявшихся аппаратов с действительно затесненным общим расположением минного вооружения на верхней палубе.

Не раз и не два ответственный в Особом комитете за минное вооружение капитан 2 ранга П.П. Азбелев в обстоятельных письмах на завод "Вулкан" излагал свои требования и замечания по обеспечению удобного расположения и обслуживания на кораблях минного вооружения. Но фирма, проявляя то ли непонимание, то ли немецкое высокомерное нежелание считаться с требованиями заказчика, продолжала и в новых чертежах допускать ошибки. Словом, объем работ по согласованию всех вопросов, включая, в частности, проблему несоответствия давления пара, применявшегося в приводных машинах воздухонагнетательных насосов, с давлением пара в котлах, намного превзошел те мнимые трудности "перепроектирования", которых боялся адмирал Дубасов.

Одновременно с начавшимися в марте 1905 г. сборочными работами на стапелях заводов-строителей и изготовлением в Штеттине фирмой "Вулкан" котлов и главных машин оформлялись заказы по предметам поставок минного вооружения. На основе переговоров, проведенных ГУКиС еще в феврале 1905 г., выбор был сделан в пользу Акционерного общества Выборгского машиностроительного завода и Общества судостроительных, механических и литейных заводов в Николаеве. Их представители Отто Брунстрем и И.И. Идельсон 23 марта и 26 апреля подписали с начальником отдела сооружений ГУКиС контр-адмиралом А.Р. Родионовым договоры на поставку аппаратов.

Первый завод поставлял аппараты для трех кораблей, второй для одного. Сроки сдачи обоим заводам были назначены не позже 1 августа. Комплект на корабль включал три бортовых однотрубных поворотных аппарата для 45-см мин Уайтхеда образца 1904 г. и по два малых воздухонагнетательных насоса Уайтхеда образца 1904 г. Аппараты предназначались исключительно для стрельба черным порохом. Насосы служили для накачивания сжатого воздуха в резервуары торпед (мин Уайтхеда) при давлении 150 атм. Они же доводили давление воздуха до рабочих 150 атм при каждом приведении мин в боевое состояние (в остальных случаях давление поддерживалось 100 атм).

Выгодно отличались новые миноносцы и развитой системой электрической вентиляции. Рациональнее, чем в проекте Шихау, были и водоотливные средства, представленные девятью центробежными насосами ("тюрбинами”), подачей каждый по 80 т/час.

Их суммарная подача (или производительность) превосходила предусмотренную 560 т/час) на типе "Украина". Более полным стало и электрическое освещение, включавшее 150 ламп накаливания, в том числе сигнальные фонари и одну пару малых фонарей системы Табулевича. Как и на всех проектах, предусматривалась специальная каюта телеграфирования без проводов и полное оборудование аппаратами немецкой системы Сляби-Арко.

Вполне реализовав преимущества наличия собственного прототипа и серийности постройки, фирма "Вулкан" обеспечила сжатые сроки выполнения основных работ по корпусу и механизмам. Корпуса первых двух кораблей, строившихся Сандвикским доком, были спущены на воду в августе и сентябре 1905 г. Отпавшая после Цусимы необходимость в спешной переброске кораблей на Дальний Восток, поднявшееся в дни вспыхнувшей российской смуты забастовочное движение и, наконец, утрата фирмой "Вулкан" стимулов к экстренной готовности кораблей надолго задержали их испытания. Об обстоятельствах этих испытаний и вступлении их в строй весной 1906 г., в сравнении с другими кораблями, будет сказано ниже.



Эскадренный миноносец "Сибирский стрелок".

Оглавление книги


Генерация: 0.114. Запросов К БД/Cache: 0 / 0