Главная / Библиотека / 300 лет российской морской пехоте, том I, книга 2 /
/ Глава VI Эпоха Александра I 1801–1825 гг. / Каспийский морской батальон в Талышинской экспедиции 1812 год

Глав: 3 | Статей: 20
Оглавление
27 ноября 2005 г. исполнилось 300 лет морской пехоте России. Этот род войск, основанный Петром Великим, за три века участвовал во всех войнах, которые вела Российская империя и СССР. На абордажах, десантах и полях сражений морские пехотинцы сталкивались с турками и шведами, французами и поляками, англичанами и немцами, китайцами и японцами. Они поднимали свои флаги и знамена над Берлином и Веной, над Парижем и Римом, над Будапештом и Варшавой, над Пекином и Бейрутом. Боевая карта морской пехоты простирается от фьордов Норвегии до африканских джунглей.

В соответствии с Планом основных мероприятий подготовки и проведения трехсотлетия морской пехоты, утвержденным Главнокомандующим ВМФ, на основе архивных документов и редких печатных источников коллектив авторов составил историческое описание развития и боевой службы морской пехоты. В первом томе юбилейного издания хронологически прослеживаются события от зарождения морской пехоты при Петре I и Азовского похода до эпохи Николая I и героической обороны Севастополя включительно. Отдельная глава посвящена частям-преемникам морских полков, история которых доведена до I мировой и Гражданской войн.

Большинство опубликованных в книге данных вводится в научный оборот впервые. Книга содержит более 400 иллюстраций — картины и рисунки лучших художников-баталистов, цветные репродукции, выполненные методом компьютерной графики, старинные фотографии, изображения предметов из музейных и частных коллекций, многие из которых также публикуются впервые. Книга снабжена научно-справочным аппаратом, в том числе именным указателем более чем на 1500 фамилий.

Книга адресована широкому кругу читателей, интересующихся военной историей, боевыми традициями русской армии и флота, а также всем, кто неравнодушен к ратному прошлому Отечества.

Каспийский морской батальон в Талышинской экспедиции 1812 год

Каспийский морской батальон в Талышинской экспедиции

1812 год

Библиография и источники.

Обзор войн России от Петра Великого до наших дней. Ч. II. СПб., 1886.

Махлаюк Н.П. Грузинцы в Закавказье. Боевая летопись 14-го гренадерского Грузинского генерала Котляревского полка. Тифлис, 1900.

РГВИА. Ф. 26. Оп. 1/152. Д. 490, 492: Ф. 489. Оп. 1. Д. 6761–6765.

Год 1812-й стал суровым испытанием не только для морских полков, но и боевым крещением для Каспийского морского батальона на другом конце Российской империи. «О Закавказском крае в 1812-м году Россия совсем забыла, как будто он ей не принадлежал, как будто он никогда не существовал, — вспоминал один из современников. — А между тем война с Персией там не прекращалась, и ручьями текла благородная кровь русских воинов»[50]. Во время этой десятилетней войны Каспийская флотилия охраняла морское побережье и содействовала сухопутным операциям русских войск В 1807–1811 гг. солдаты и офицеры Каспийского морского батальона ежегодно участвовали в плаваниях к берегам Персии, Дербентского, Кубинского, Бакинского, Ширванского и Талышинского ханств. Тем не менее, батальон имел не вполне благоприятную репутацию. Его первый командир полковник М.М. Боргужинский в марте 1810 г. был арестован за ослушание начальства и отправлен под суд в Астрахань. Вместо него командование батальоном в 1811 году принял уже знакомый нам герой Афонского сражения, георгиевский кавалер майор Федор Васильевич Повалишин, переведенный из 2-го морского полка.

Между тем, хотя еще в октябре 1806 г. Бакинское ханство удалось подчинить русским властям, в нем для спокойствия и охраны требовалось постоянное присутствие регулярных войск. 19 октября 1810 г. на основе батальона Астраханского гарнизонного полка началось формирование нового Бакинского гарнизонного полка. Однако его создание шло медленно. В связи с этим 15 апреля 1811 г. Александр I велел отправить в Баку для несения гарнизонной службы Каспийский морской батальон. Уже 27 мая его четыре роты отплыли из Астрахани на двух купеческих шкоутах и двух транспортах. 24 июня 1811 г. батальон прибыл в Баку и приступил к охране Бакинского ханства. Кроме того, выделенная им солдатская команда, равная по численности целой роте, несла обычную службу на кораблях Каспийской флотилии, защищавшей приграничное с Персией Талышинское ханство — небольшую область с центром в Ленкорани. В феврале 1812 г. две роты Каспийского батальона отправили из Баку в Ленкорань для поддержки верного союзника России Мир-Мустафы-хана.



Генерал-майор Петр Степанович Котляревский. Портрет кисти А.В. Каращука. 2001 г.

В конце июля 1812 г. армия наследного персидского принца Аббас-мирзы подошла к границам Талышинского ханства, собираясь наказать Мир-Мустафу-хана за верность России, разорить его владения и затем, перейдя Куру, вторгнуться в Грузию. Ближайшие русские войска находились за сотни верст от Ленкорани, и талышинцы могли рассчитывать лишь на Каспийскую флотилию. По приказу главнокомандующего в Грузии генерал-лейтенанта Н.Ф. Ртищева две роты Каспийского морского батальона спешно отплыли 6 августа из Баку и соединились с двумя ротами в Ленкорани. Однако защищать город, практически не имевший никаких укреплений, не представлялось возможным. В связи с этим майор Ф.В. Повалишин решил при необходимости обороняться в Сенгерской крепости, расположенной в 4 верстах к северу от Ленкорани на тянущейся вдоль каспийского побережья узкой косе Гомюшаван (см. карту на стр. 231).


Утром 9 августа 1812 г. около 20 тысяч персов подошли к Ленкорани. Отбив их первую попытку форсировать реку, Каспийский батальон двинулся к Сенгеру, увозя с собой Мир-Мустафу-хана и всю его семью. После отхода морских рот персы ворвались в город и устроили грабеж Но основные их силы продолжили преследование Каспийского батальона и подошли к Сенгерской крепости. Рассчитывая на быструю победу, персы открыли огонь из 8 орудий и с музыкой и барабанным боем бросились на штурм. Казалось, что тысячи разъяренных воинов Аллаха легко сомнут четыре сотни морских солдат. Но защитникам помогла предусмотрительность их опытного командира Ф.В. Повалишина. Узкая коса позволяла персам атаковать только с фронта. Собрав все силы на этом направлении, Каспийский батальон встретил противника сильным ружейным огнем. В то же время к Гомюшавану подошли суда Каспийской флотилии, обрушившие на персов артиллерийский огонь с моря. Попав под перекрестный обстрел, штурмующие отступили с большими потерями. За доблестную защиту Сенгера капитан Каспийского морского батальона А.М. Боргужинский был награжден орденом Св. Владимира 4-й степени с бантом.

Не сумев взять Сенгер штурмом, персы под руководством английских инструкторов приступили к правильной осаде. Хотя защитники крепости и бомбардирский корабль «Гром» обстреливали вражеские позиции, осадные работы шли довольно успешно. В то же время персы разорили Талышинское ханство, загнали местное население в горы, почти полностью снесли Ленкорань и стали строить на ее месте новую мощную крепость. В этой критической ситуации начальник Каспийской флотилии капитан 1 ранга Е.В. Веселаго обратился за помощью к командовавшему войсками в Карабахе генерал-майору П.С. Котляревскому. Сообщение Веселаго крайне раздосадовало генерала, который считал, что «ежели Аббас-Мирза успеет овладеть Талышинским ханством, то это сделает нам такой вред, который невозможно будет поправить». Не зная всех обстоятельств, Котляревский заочно составил плохое мнение о Каспийском морском батальоне, относя падение Ленкорани на его неопытность и слабость.



Генерал П.С. Котляревский при штурме Ленкорани 31 декабря 1812 г. Рисунок художника А.В. Каращука. 2001 г.

Выступив навстречу армии Аббас-мирзы, Котляревский 19–20 октября 1812 г. полностью разгромил персов при Асландузе. Приведя войска в порядок после сражения, Котляревский 17 декабря двинулся из Карабаха для освобождения Талышинского ханства. 18 декабря его отряд (около 1500 солдат, 470 казаков, 6 орудий) форсировал Аракс, прошел 19 и 20 декабря 80 верст по безводной Муганской степи, подвергаясь жестокой стуже и метелям, вступил 21 декабря в Талышинское ханство и занял 22 декабря укрепление Аркеван. Преследуя отступающих персов, войска Котляревского 25 декабря подошли к Гомюшавану и соединились с Каспийским морским батальоном. Оставив в Сейгере небольшой отряд капитана А.М. Боргужинского, майор Ф.В. Повалишин повел батальон к Ленкорани. К нему также присоединились офицеры бомбардирского корабля «Вулкан» лейтенант А.Е. фон Кригер и мичман Д. Я. Головнин.

26 декабря русские войска подошли к Ленкорани. За пять месяцев персы успели построить здесь сильную крепость. Комендант и начальник четырехтысячного гарнизона Садык-Каджар-хан гордо отверг предложения о сдаче, и Котляревский стал готовиться к штурму. 30 декабря он отдал свой знаменитый приказ, в котором говорилось: «Истощив все средства принудить неприятеля к сдаче крепости, найдя его к тому непреклонным, не остается более никакого способа покорить крепость сию оружию российскому, как только силою штурма. Решаясь приступить к сему последнему средству, даю знать о том войскам и считаю нужным предварить всех офицеров и солдат, что отступления не будет. Нам должно взять крепость или всем умереть — за тем мы сюда присланы. Я предлагал два раза неприятелю сдачу крепости, но он упорствует, так докажем же ему, храбрые солдаты, что штыку русскому ничто противиться не может. Не такие крепости брали русские и не у таких неприятелей, как персияне — сии против тех ничего не значат.

Предписываю всем: первое — послушание; второе — помнить, что чем скорее идешь на штурм и чем шибче лезешь на лестницы, тем менее урону и вернее взята крепость; опытные солдаты сие знают, а неопытные поверят; третье — не бросаться на добычу под опасением смертной казни пока совершенно не кончится штурм, ибо прежде конца дела на добыче солдат напрасно убивают. По окончании же штурма приказано будет грабить, и тогда все солдатское, кроме что пушки, знамена, ружья со штыками и магазины принадлежат Государю.

Диспозиция штурма будет дана особо, а теперь остается мне только сказать, что я уверен в храбрости опытных офицеров и солдат Грузинского гренадерского, 17-го егерского и Троицкого пехотного полков, а малоопытные Каспийского батальона, надеюсь, постараются показать себя в сем деле и заслужить лучшую репутацию, чем до сего между неприятелями и чужими народами имеют. Впрочем, ежели сверх всякого ожидания, кто струсит, тот будет наказан как изменник, и здесь, вне границы, труса расстреляют или повесят, несмотря на чин».



Штурм Ленкорани войсками генерала П. С.Котляревского 31 декабря 1812 г. Фотография с картины художника Ф.А. Рубо, выполненной в 1893 г. для Кавказского военно-исторического музея (Храма Славы) в Тифлисе. (Музей-панорама «Бородинская битва»). На переднем плане картины изображен штурм угловой батареи крепости колонной майора Ф.В. Повалишина, состоявшей из Каспийского морского батальона и двух рот Троицкого пехотного полка. Первым на батарею ворвался поручик Каспийского морского батальона Н.Х. Карцов, раненный и контуженный при штурме в правую руку.

Штурмовать Ленкорань предполагалось тремя колоннами. Майор Ф.В. Повалишин командовал второй колонной из Каспийского морского батальона и двух рот Троицкого пехотного полка. Согласно диспозиции, «в пять часов по полуночи колонны выступают с назначенных им пунктов, имея впереди стрелков, и следуют к крепости с крайней тишиной и скоростью; если неприятель не откроет огня, то стрелки отнюдь не стреляют, когда же от неприятеля будет сильный огонь, то стрелки тотчас бьют по неприятелю, а колонны наипоспешнее ставят лестницы и взбегают на батарею и на стены. <…> Каждая колонна, как скоро возьмет назначенную ей батарею, тотчас поворачивает неприятельские орудия и стреляет картечью в середину крепости, между тем очищает стены от себя вправо и влево. <…> Барабанщики в колоннах отнюдь не бьют тревогу, пока не будут люди на стенах; люди в колоннах не стреляют и не кричат „Ура!“, пока не влезут на стену. Когда все батареи и стены будут заняты нами, то в середину крепости без приказания не ходить, но бить неприятеля только картечью из пушек и ружей. Не слушать отбоя — его не будет, пока неприятель совершенно (не) истребится или (не) сдастся, и если прежде, чем все батареи и все стены будут заняты, ударят отбой, то считать оный за обман <…> Так как уже сказано в приказе, что отступления не будет, то остается теперь сказать, что если, сверх чаяния, которой либо колонны люди замнутся идти на лестницы, то всех будут бить картечью».

В пять часов утра 31 декабря 1812 г. три русские колонны двинулись на штурм. Под сильным вражеским огнем они спустились в ров и приставили лестницы. Персы защищались отчаянно, стреляя из пушек и ружей, а также пустив в дело пики, рогатки, подсветы, ручные гранаты и даже горящую нефть. Три часа длился упорный штурм. Когда погиб начальник первой колонны подполковник Ф.И. Ушаков, а его войска были сброшены в ров, Котляревский лично возглавил приступ. Пуля попала генералу в правую ногу. Придерживая рукой колено, он спокойно повернул голову и, указав солдатам на лестницы, громко крикнул: «Сюда!». Войска снова бросились на штурм. В это мгновение две пули поразили Котляревского в голову, и он упал среди многочисленных трупов. «Но в ту минуту, как силы меня оставляли, — вспоминал впоследствии храбрый генерал, — я, как бы в сладком сне, слышал высоко над своей головой победное „Ура!“, вопли персиян и их мольбы о пощаде». Сломив отчаянное сопротивление гилянских стрелков, первая колонна ворвалась в крепость и открыла ворота.

В это время вторая колонна не менее упорно штурмовала батарею на другом углу крепости. Персы расстреливали атакующих в упор. Большинство офицеров и множество морских солдат были ранены или убиты. Несмотря на огромные потери, Каспийский батальон продолжал приступ. Успех первой колонны помог, наконец, колонне Повалишина взобраться на стену. Поручик Каспийского батальона Н.Х. Карцов «первый влез на крепость и овладел 12-фунтовым орудием с наличными людьми, где получил рану в правую руку с повреждением кости и оной же руки в кисть контузию». Ворвавшись на батарею, морские солдаты вступили в жестокую рукопашную схватку с превосходящим гарнизоном. По словам велеречивых персидских летописцев, «натиск штурмующих и отчаянное сопротивление оборонявшихся были доведены до крайних пределов. Мышцы рук от взмаха и опускания меча, а пальцы от взвода и спускания ружейного курка в продолжение шести часов были лишены возможности насладиться отдохновением. Бой на стенах и в крепости был до того кровопролитен, что от грома и молний пушечных и ружейных выстрелов даже сами облака разразились каплями кровавого дождя».

В ожесточенной рукопашной схватке русские солдаты почти полностью истребили ленкоранский гарнизон. Садык-Каджар-хан и еще 10 знатных ханов пали в бою. Часть персов, пытаясь спастись, бежала через крепостную стену, обращенную к реке. Но солдаты беспощадно расстреливали плывущих по реке сарбазов. «На другой день утром, — свидетельствует персидская летопись, — как только солнце обнаружило с востока желтизну своего блестящего света, оказалось, что множество защитников Ленкорана переселилось в мир небытия. Солнечный диск озарил своим сиянием горы и изумился, увидав речку, вливающуюся в море обагренной кровью». В крепости и по берегам реки насчитали 3737 убитых персов. Но и русские понесли огромные потери. Половина солдат были ранены или убиты. Из 11 офицеров Каспийского батальона при штурме уцелели лишь трое (см. таблицу).




Лейтенант 45-го флотского экипажа Александр Евграфович фон Кригер. Портрет кисти неизвестного художника. 1817 г. (Музей В.А.Тропинина и московских художников его времени). В 1812 г. лейтенант А.Е. фон Кригер служил на бомбардирском корабле «Вулкан» Каспийской флотилии. 31 декабря 1812 г. участвовал в штурме Ленкорани и за храбрость был награжден орденом Св. Владимира 4-й степени с бантом.

Обезображенного генерала Котляревского с трудом нашли во рву среди трупов. Его лицо было перекошено, правый глаз выбит, челюсть раздроблена, наружу торчали черепные кости. Жизнь отважного героя с трудом удалось спасти. «Пусть строгая тактика называет штурм сей дерзостью, — доносил Котляревский, — в позднейшие времена передастся, что 1500 человек русских штурмовали крепость, защищаемую 4000 персиян; передастся также и то, что девиз штурмового отряда был или всем умереть или взять крепость. <…> Сим штурмом достойно запечатлен 1812 год. Как при воспоминании сего незабвенного для России года всякий россиянин возвысится духом, так при имени Ленкорана персиянин вздрогнет и преклонит колено славе русской». Действительно, падение крепости, считавшейся неприступной, потрясло Тегеран. «Известие о взятии Ленкорана, — гласит персидская летопись, — присоединяясь к молве об Асландузском сражении, породило в делах Ирана некоторого рода слабость». 12 октября 1813 г. был заключен Гюлистанский мирный договор, по которому Персия признала присоединение к России «на вечные времена» Карабахского, Ганжинского, Шекинского, Ширванского, Дербентского, Кубинского, Бакинского и Талышинского ханств, а также исключительное право России иметь военный флот на Каспийском море.

За взятие Ленкорани Александр I наградил Котляревского орденом Св. Георгия 2-го класса. Вспоминая свои победы, израненный герой говорил: «Кровь русская, пролитая в Азии, на берегах Аракса и Каспия, не менее драгоценна, чем пролитая в Европе, на берегах Москвы и Сены, а пули галлов и персов причиняют одинаковые страдания». Все участвовавшие в штурме нижние чины Каспийского морского батальона получили от императора по серебряному рублю. Кроме того, 3 фельдфебеля, 3 унтер-офицера и 9 рядовых были награждены Знаками отличия Военного Ордена Св. Георгия.

Командование русскими войсками в освобожденном Талышинском ханстве принял начальник Каспийской флотилии капитан 1 ранга Е.В.Веселаго. Каспийский морской батальон расположился в Ленкорани, откуда высылал команды для охраны Аркеванского, Кизил-Агачского, Джейранбаргинского и Герминского пограничных постов. С этого времени началась долгая и трудная служба морских солдат на самой южной окраине Российской империи.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.344. Запросов К БД/Cache: 3 / 1