Глав: 4 | Статей: 193
Оглавление
В конце 1941 года свершилось одно из тех чудес, которым не перестает удивляться мир. Разгромленная, обескровленная, почти полностью уничтоженная Красная Армия словно восстала из мертвых, сначала отбросив Вермахт от Москвы, затем разгромив армию Паулюса под Сталинградом и окончательно перехватив стратегическую инициативу в Курской битве, что предопределило исход войны.

Новая книга авторитетного военного историка, посвященная этим событиям, — не обычная хроника боевых действий, больше, чем заурядное описание сражений 1941 — 1943 гг. В своем выдающемся исследовании ведущий американский специалист совершил то, на что прежде не осмеливался ни один из его коллег, — провел комплексный анализ советской военной машины и ее работы в первые годы войны, раскрыв механику «русского военного чуда».

Энциклопедический по охвату материала, беспрецедентный по точности и глубине анализа, этот труд уже признан классическим.

Изучив огромный объем архивных документов, оценив боевые возможности и тактические приемы обеих сторон, соотношение сил на советско-германском фронте и стиль ведения войны, Дэвид Гланц подробно исследует процесс накопления Красной Армией боевого опыта, позволившего ей сначала сравняться с противником, а затем и превзойти считавшийся непобедимым Вермахт.

Эта фундаментальная работа развенчивает многие мифы, бытующие как в немецкой, так и в американской историографии. Гланц неопровержимо доказывает, что решающая победа над Германией была одержана именно на Восточном фронте и стала отнюдь не случайной, что исход войны решили не «генералы Грязь и Мороз», не глупость и некомпетентность Гитлера (который на самом деле был выдающимся стратегом), а возросшее мастерство советского командования и мужество, самоотверженность и стойкость русского солдата.

Примечание 1 : В связи с низким качеством исходного скана таблицы оставлены картинками.

Исторические дебаты

Исторические дебаты

Драма, связанная с операцией «Блау» и последующей кровавой битвой в Сталинграде, породила немало споров на обеих сторонах. К числу наиболее горячо обсуждаемых тем, связанных с этой кампанией, относятся вопросы об ответственности за поражения Красной Армии под Харьковом и в Крыму, о разумности стратегии Гитлера в операции «Блау» и о воздействии немецкого отвлекающего удара 11-й армии Манштейна по Ленинграду на исход Сталинградской битвы.

Кто несет ответственность за тяжелые военные поражения Красной Армии в мае 1942 года? Со времен окончания войны российские историки усиленно пытались определить: кто же отвечает за поражения Красной Армии под Харьковом и в Крыму, которые привели к таким катастрофическим потерям Красной Армии и вымостили дорогу успешному началу Гитлером операции «Блау»?[38] Весной 1942 года Сталин и его главные военные советники обсуждали, какую стратегическую установку следует дать Красной Армии на лето. Хотя Сталин настаивал на продолжении наступления, Жуков, Василевский и другие, ссылаясь на ограниченные возможности и опыт Красной Армии, особенно в отношении проведения летних наступательных операций, побуждали Сталина прибегнуть к стратегической обороне на Московском направлении, где они ожидали летнего наступления вермахта. Лишь после того, как Красная Армия разгромит наступающих немцев, доказывали они, советские войска смогут возобновить успешные наступательные действия.

Сталин принял рекомендации своих советников, но с оговорками. Уступая собственным желаниям и желаниям командующих войсками в южной России, он приказал Красной Армии провести два неудачных наступления, направленные на срыв немецких планов. Поэтому основная ответственность за майские поражения Красной Армии ложится в первую очередь на Сталина и Тимошенко, командующего Юго-Западным направлением, которое спланировало и провело эти провалившиеся наступления. Кроме них, вину за фиаско под Харьковом разделяют Никита Хрущев и генерал И. X. Баграмян — комиссар и начальник штаба у Тимошенко, а также генерал Р. Я. Малиновский, командующий Южным фронтом, и его начальник штаба, генерал А. И. Антонов.

Стратегия Гитлера в операции «Блау». Учитывая катастрофические результаты операции «Блау» и то воздействие, какое она оказала на немецкие военные усилия, историки давно сомневаются, насколько разумным было проведение Гитлером этой операции — особенно его решение наступать на Сталинград и Кавказ одновременно. Некоторые утверждают, что Гитлеру вместо рывка к Сталинграду и Кавказу следовало приказать вермахту возобновить в 1942 году наступление с целью захвата Москвы.[39]

Эта критика принятого Гитлером стратегического решения вполне закономерна. Как и в 1941 году, в 1942-м он поставил перед вермахтом задачи, выходящие далеко за пределы его возможностей. Гитлеровская жажда экономических приобретений, а конкретнее, его желание завоевать богатый нефтью район Кавказа, побудили фюрера чересчур растянуть свои силы, задействовав в операции единственную группу армий (группа «Юг»). Объединение, по определению способное эффективно действовать лишь на одном стратегическом направлений, вынуждено было проводить операции в регионе, охватывающем два отчетливо разных направления — Сталинградское и Кавказское.

Хотя Гитлер искусственно разделил группу армий «Юг» на группы армий «Б» и «А» для сохранения впечатления, что на обоих направлениях действуют адекватные силы, ни та, ни другая группа армий была не в состоянии выполнить свою задачу, и обе в конечном итоге потерпели поражение. У Гитлера не осталось иного выбора, кроме как отвести неадекватно подготовленным и плохо вооруженным 3-й и 4-й румынским, 8-й итальянской и 2-й венгерской армиям крупные участки фронта, где все они стали жертвами последующего наступления Красной Армии.

Довод, что гитлеровский вермахт мог летом и осенью 1942 года захватить Москву, равно смехотворен по различным причинам. Во-первых, атакуй вермахт Москву, он полез бы прямо на оборонительные порядки Красной Армии, где Ставка как раз и ожидала наступления! Оборона Красной Армии на Московском направлении была глубоко эшелонированной, хорошо укрепленной и поддерживалась основной массой ее оперативных и тактических резервов. Более того, для организации наступления на Москву вермахту пришлось бы сократить свои войска на других участках фронта, улучшив тем самым шансы Красной Армии на успех ее наступательных операций в южной России и в других местах.[40] Проще говоря, наступление вермахта на Москву в 1942 году, по всей вероятности, привело бы к повторению его печального опыта 1941 года.

Воздействие отвлекающего удара под Ленинградом. Гитлер планировал после захвата в конце лета 1942 года Сталинграда использовать 11-ю армию фон Манштейна, которая до того была занята захватом Крымского полуострова и уничтожением войск Красной Армии в осажденном Севастополе, для захвата Ленинграда. Некоторые историки утверждают, будто решение Гитлера использовать 11-ю армию под Ленинградом лишило вермахт в южной России большого резерва, в котором немцы здесь больше всего нуждались. В то же время другие исследователи настаивают, что в провале штурма Ленинграда следует винить именно Манштейна.[41]

Хотя первое утверждение на самом деле вполне законно, второе совершенно необоснованно. Надо отдать должное Гитлеру — он отправил армию Манштейна в район Ленинграда только после того, как пришел к убеждению, что немецкие войска дойдут до Сталинграда и возьмут его. Он исходил из следующей предпосылки: когда в руках немцев окажутся Сталинград и большая часть Кавказа, придет время и для захвата Ленинграда. Данная посылка оказалась неверной — в основном потому, что немецкая разведка в значительной мере недооценила советское сопротивление в Сталинграде и численность стратегических резервов Ставки.

В отношении же второго утверждения следует отметить: немцы не смогли взять Ленинград потому, что Ставка устроила здесь для упреждения немецкой атаки собственную наступательную операцию. Проведенное в августе 1942 года массированное наступление Ленинградского и Волховского фронтов на оборонительные порядки группы армий «Север» под Синявино застало немцев врасплох и чуть не привело к прорыву блокады.[42] Только задействовав свежие силы 11-й армии Манштейна, группе армий «Север» удалось отбить 2-е Синявинское наступление Красной Армии и второй раз за один год уничтожить 2-ю ударную армию. Это сражение настолько обескровило армию Манштейна, что та лишилась возможности организовать последующее наступление для взятия Ленинграда.

Первый период войны закончился в ноябре 1942 года, когда некогда грозная 6-я армия вермахта, испытывавшая невероятное истощение сил и полностью измотанная, дралась в развалинах города, названного в честь Сталина. Операция «Блау», а вместе с ней и большие надежды Гитлера и ОКХ на достижение в 1942 году решающей победы, тоже рухнули на берегах Волги и рассыпалась в прах. Воспользовавшись явными слабостями войск Оси и усиленно сосредотачивая свои стратегические резервы, Ставка заботливо готовила два новых наступления Красной Армии — наступления беспрецедентной силы и величины. Эти наступления, которые она начала под Ржевом к западу от Москвы, а также севернее и южнее Сталинграда, очень быстро передали стратегическую инициативу в руки Красной Армии и ознаменовали собой начало совершенно нового этапа войны.

Оглавление книги


Генерация: 0.113. Запросов К БД/Cache: 0 / 0