Глав: 4 | Статей: 193
Оглавление
В конце 1941 года свершилось одно из тех чудес, которым не перестает удивляться мир. Разгромленная, обескровленная, почти полностью уничтоженная Красная Армия словно восстала из мертвых, сначала отбросив Вермахт от Москвы, затем разгромив армию Паулюса под Сталинградом и окончательно перехватив стратегическую инициативу в Курской битве, что предопределило исход войны.

Новая книга авторитетного военного историка, посвященная этим событиям, — не обычная хроника боевых действий, больше, чем заурядное описание сражений 1941 — 1943 гг. В своем выдающемся исследовании ведущий американский специалист совершил то, на что прежде не осмеливался ни один из его коллег, — провел комплексный анализ советской военной машины и ее работы в первые годы войны, раскрыв механику «русского военного чуда».

Энциклопедический по охвату материала, беспрецедентный по точности и глубине анализа, этот труд уже признан классическим.

Изучив огромный объем архивных документов, оценив боевые возможности и тактические приемы обеих сторон, соотношение сил на советско-германском фронте и стиль ведения войны, Дэвид Гланц подробно исследует процесс накопления Красной Армией боевого опыта, позволившего ей сначала сравняться с противником, а затем и превзойти считавшийся непобедимым Вермахт.

Эта фундаментальная работа развенчивает многие мифы, бытующие как в немецкой, так и в американской историографии. Гланц неопровержимо доказывает, что решающая победа над Германией была одержана именно на Восточном фронте и стала отнюдь не случайной, что исход войны решили не «генералы Грязь и Мороз», не глупость и некомпетентность Гитлера (который на самом деле был выдающимся стратегом), а возросшее мастерство советского командования и мужество, самоотверженность и стойкость русского солдата.

Примечание 1 : В связи с низким качеством исходного скана таблицы оставлены картинками.

Наступательная тактика

Наступательная тактика

Суровые боевые реалии, с которыми столкнулись в 1941 году советские стрелковые корпуса и дивизии, вынудили их резко отойти от наступательной техники, требуемой в довоенных тактических уставах. Эти уставы требовали — по крайней мере теоретически, — чтобы стрелковые корпуса армейской ударной группировки развертывались одноэшелонным боевым построением, имея по 8-12 километров фронта на одну стрелковую дивизию, и наступали на глубину до 20 километров. Стрелковые дивизии должны были проводить свои атаки в двухэшелонном боевом построении на фронте шириной в 3,5-4,5 километра, с двумя полками в первом эшелоне и одном — во втором, и наносить удар на глубину до 8 километров.

Однако на протяжении всего 1941 и большей части 1942 года, после того, как наступление вермахта в ходе операции «Барбаросса» привело к жестокому разгрому войск Красной Армии, вынудив ее расформировать свои стрелковые корпуса, советские стрелковые дивизии пытались вести наступательные действия в двухэшелонном построении. Например, во время зимней кампании 1941-1942 годов стрелковые дивизии создавали двухэшелонные наступательные боевые порядки на участках в 5-6 (а в отдельных случаях и до 10) километров шириной, имея два полка впереди и один в тылу. От них требовалось продвижение на глубину от 5 до 12 километров — а в отдельных случаях и на 20 километров. Когда в начале 1942 года оборона вермахта усилилась, советские стрелковые дивизии сузили свои участки атаки до 3-4 километров и добивались продвижения на 5-7 километров за несколько дней. В результате тактическая плотность войск и вооружения при наступлении возросла с одного-двух стрелковых батальонов, 20-30 орудий и минометов и 2-3 танков на километр фронта во время зимней кампании 1941-1942 годов до двух-четырех батальонов, 30-40 орудий и минометов и 10-14 танков на километр фронта летом 1943 года.[208]

Артиллерийская поддержка атакующих пехотных дивизий в этот период тоже улучшилась, поскольку появилась возможность создавать все больше артиллерийских групп поддержки пехоты[209] (ПП), а в некоторых случаях и артиллерийских групп дальнего действия[210] (ДД). К этому времени дивизионная артиллерия обычно сначала принимала участие в запланированной армией централизованной артиллерийской подготовке, а после этого децентрализовывала свои действия, выделяя изолированные артиллерийские батареи для поддержки каждого из их атакующих стрелковых батальонов.

Однако, поскольку эти дивизии по-прежнему атаковали двумя полками впереди и одним в тылу, а их полки строились точно так же (два батальона в первом эшелоне и один — во втором), то непосредственное участие в атаке могли принять только 8 из 27 стрелковых рот дивизии. Учитывая слабость большинства стрелковых дивизий, такие боевые построения оказывались слабыми и крайне уязвимыми для артиллерийских и воздушных ударов вермахта. 

Но что еще хуже — танковая поддержка атакующих стрелковых дивизий, стрелковых полков и стрелковых батальонов оставалась крайне слабой и плохо скоординированной, а в результате зачастую приводила к тяжелым потерям в танках. По этой причине наступательные операции, проводившиеся стрелковыми дивизиями до осени 1942 года были, как правило, безуспешными.

В октябре 1942 года НКО наконец начал исправлять это положение, издавая приказы, меняющие тактические наступательные боевые построения и требующие применения при наступательных операциях танков. Например, приказ НКО № 306 от 8 октября требовал от командиров всех уровней от стрелковых рот до стрелковых дивизий включительно развертывать свои войска во время наступательных операций одноэшелонными боевыми построениями, создавая и используя тактические резервы, состоящие из одной девятой общей численности задействованных войск.[211] Этот приказ, по существу, требовал от дивизий использовать для осуществления тактических прорывов более 80 процентов их боевой мощи. Во-вторых, приказ НКО № 325 от 16 октября требовал от командующих армиями, корпусами и дивизиями использовать свои отдельные танковые бригады, полки и батальоны для поддержки атакующих стрелковых войск не частями, а полностью, но только после надлежащей разведки и в тесном взаимодействии с соответствующими командующими пехотой, артиллерией и авиацией.[212]

В соответствии с положениями приказа № 306, введенными в действие, когда Красная Армия начала в ноябре 1942 года наступления под Ржевом и Сталинградом, стрелковые дивизии проводили свои атаки в одноэшелонных атакующих порядках на участках шириной в 4-5 километров тремя полками в ряд. Стрелковые полки этих дивизий тоже атаковали одноэшелонно на участках в 1,5-2 километра шириной с тремя стрелковыми батальонами в ряд; стрелковые батальоны атаковали на участках шириной в 500-700 метров. Такая конфигурация атаки обрушивала на противника 16 или больше рот вместо предыдущих восьми из 27 рот стрелковой дивизии. Поэтому, хотя участки наступления теперь были в полтора раз шире, чем в начале войны, построенные в один эшелон порядки позволяли дивизиям сосредотачивать в своих атаках практически всю свою боевую мощь, а не две трети ее.[213]

Выпущенные НКО в 1942 году полевые уставы требовали от стрелковых дивизий, поддержанных артиллерией и подкрепленных танками из приданных стрелковым дивизиям танковых бригад или полков, наступать для достижения ближайших целей на глубину в 4-5 километров, а для выполнения дальнейших задач (так называемых «задач на день») — еще на 10-12 километров. Это означало, что стрелковым дивизиям полагалось за один день прорвать всю тактическую глубину обороны противника. Однако, поскольку такие результаты оказались совершенно нереалистичными, особенно для дивизий, развернутых неглубокими атакующими порядками, то в реальных боях за зиму 1942 года лишь немногим стрелковым дивизиям удалось выполнить поставленные перед ними задачи.

Весной и летом 1943 года, когда оборона вермахта стала прочней и глубже, Ставка и Генеральный штаб принялись решительно исправлять существующие недостатки в наступательной тактике Красной Армии. Во-первых, были уменьшены даваемые корпусам и дивизиям задачи с целью сделать их более реалистичными; во-вторых, достигнуто увеличение «пробивной силы» наступления путем углубления наступательных боевых порядков для лучшей поддержки наступательной операции. Например, в июле задачи стрелковых дивизий в наступлении были уменьшены до глубины 3-4 километров в качестве ближайшей цели и 12-15 километров в качестве дневной «задачи на день». В то же время стрелковым корпусам, дивизиям и полкам было приказано атаковать в двухэшелонных боевых порядках, с двумя стрелковыми дивизиями, полками и батальонами в первом эшелоне и, соответственно, одной дивизией (полком, батальоном) — во втором. Хотя ширина участков атаки стрелкового корпуса и стрелковой дивизии сократилась соответственно до 4-10 и 2-3 километров, глубина их боевых порядков повысилась соответственно до 4-5 километров и 6-10 километров. Вполне естественно, что такое новое боевое построение также повысило тактическую плотность атакующих войск и поддерживающих их вооружений.[214]

Начиная с июля 1943-го и до конца этого года стрелковые корпуса и дивизии систематически применяли перед наступательными операциями разведку боем.[215] Кроме того, теперь во время наступления советские войска более эффективно применяли тактический маневр, особенно своими передовыми отрядами, и более действенно использовали свою артиллерию и танки, нежели в предшествующий период войны. Например, за несколько дней до каждого наступления стрелковые дивизии первого эшелона стандартно производили разведку боем силами так называемых «усиленных батальонов», которые поддерживались стрелковыми батальонами из всех полков первого эшелона. Целью этих действий было уточнение расположения войск и вооружений на передовых позициях немецкой обороны, а также определение намерений противника — собираются ли немцы всерьез удерживать эти позиции. Последнее требовалось для того, чтобы избежать напрасной артиллерийской подготовки по слабо обороняемым или оставленным позициям. Вдобавок стрелковые корпуса и даже стрелковые дивизии начали применять в авангарде наступления, особенно в ходе операций по преследованию отступающего противника, небольшие передовые отряды, состоящие из усиленных стрелковых батальонов на грузовиках.

Свои постоянные и приданные артиллерию, танки и самоходные орудия стрелковые корпуса и дивизии тоже теперь применяли куда более изощренно, чем прежде. Хотя стрелковые корпуса по-прежнему использовали группы дальнобойной артиллерии для огня дальнего действия, а стрелковые дивизии по-прежнему использовали поддерживающие пехоту артиллерийские группы для поддержки своих стрелковых полков первого эшелона, в конце 1943 года дивизии уже начали напрямую подчинять артиллерийские группы поддержки пехоты командирам стрелковых полков. Летом этого года армии, стрелковые корпуса и стрелковые дивизии начали выделять больше танков и самоходных орудий для поддержки стрелковых полков первого эшелона, атакующих на направлении главного удара.[216] Схожим образом и НКО в 1943 году удвоил количество подразделений инженерно-саперной поддержки в составе стрелковых дивизий. Эти подразделения занимались улучшением исходных позиций стрелковых дивизий, расчисткой заграждений, снятием мин и минных полей перед немецкими оборонительными позициями и в их глубине.

НКО также улучшил и управление этим возрастающим набором тактических сил, выделяя командирам на всех уровнях больше радиостанций, в некоторых случаях установленных на автомашинах. Теперь командиры могли снабдить радиостанциями свои стационарные и мобильные командные посты, что сразу улучшило управление войсками. Кроме того, танковые, механизированные и кавалерийские корпуса, действовавшие в отрыве от своих фронтов и армий, использовали для управления своими частями и подразделениями и поддержания связи с вышестоящим командованием снабженные рациями оперативные группы штабных офицеров. Наконец, перед наступательными операциями большинство командиров, от командующих фронтами до полкового уровня, собирали всех командиров подчиненных им структур, предназначенных для участия в конкретной операции, на своем командном пункте, чтобы лично обеспечить координацию их действий.

Улучшившееся управление, усилившаяся огневая поддержка и более действенные тактические приемы теперь позволяли стрелковым дивизиям самостоятельно преодолевать первые две линии оборонительных позиций вермахта. Однако все, еще недостаточная поддержка пехоты танками и малая действенность артиллерийского огня на больших дистанциях оставляли третью неприятельскую оборонительную линию нетронутой. Потому корпусам и дивизиям для прорыва третьей линии первого пояса немецкой обороны приходилось полагаться на отдельные танковые, механизированные, а иногда и кавалерийские корпуса, составлявшие армейские подвижные группы. В результате после 1943 года возникла необходимость дальнейших улучшений наступательной тактики на уровне стрелковых корпусов и стрелковых дивизий.

Оглавление книги


Генерация: 0.135. Запросов К БД/Cache: 0 / 0