Главная / Библиотека / «Тигры» в снегу /
/ Глава 5. Кампания в России на северном участке / Вторая кампания на Волхове с конца февраля 1942-го до 20 мая 1942 года

Глав: 14 | Статей: 66
Оглавление
Иллюстрированная летопись «Тигров» на Восточном фронте. Более 350 эксклюзивных фронтовых фотографий. Новое, дополненное и исправленное, издание бестселлера немецкого панцер-аса, на боевом счету которого 57 подбитых танков.

Альфред Руббель прошел войну «от звонка до звонка» — с 22 июня 1941 года до весны 45-го — в общей сложности 41 месяц на передовой. Ему довелось воевать и на Pz.IV ранних серий с короткой пушкой-«окурком», и на длинноствольном Pz.IVF2, и на «Тигре I», и на «Королевском Тигре». Он был ранен под Ленинградом, дрался под Волховом и на Кавказе, участвовал в битве за Харьков и операции «Цитадель», отступал к Днепру, прорывался из Черкасского «котла», но безнадежность войны осознал лишь в Венгрии, когда провалились последние попытки контрнаступлений Вермахта, а немецкая оборона окончательно рухнула под сокрушительными ударами Красной Армии…

Эта книга — уникальная возможность увидеть бойню Восточного фронта через прицел Pz.IV и из командирской башни грозного «Тигра».

Вторая кампания на Волхове с конца февраля 1942-го до 20 мая 1942 года

Вторая кампания на Волхове с конца февраля 1942-го до 20 мая 1942 года

Мы недолго ждали, нас опять отправили на фронт. Нарва находилась на расстоянии 100 километров от линии фронта. Вместе со следующей отправкой танков на Волховский фронт отправили и нас. Тем временем мне присвоили звание обер-ефрейтора и назначили командиром танка, чем я был бесконечно горд. Вместе с моим не всегда беспроблемным экипажем я вспоминаю имена Пауэрс, Белох и Книспель, мы были на пути на фронт. Был гололед, шипов на гусеницах тогда еще не было, за мостом в Нарве мы попытались заехать на восточный склон. Танк все время скатывался назад. Наконец мы доехали до погрузочного вокзала. Разгрузочный вокзал был в Кингисеппе, аппарели там не было. Мое искусство разгрузки танков с платформы оказалось недостаточным, водитель, унтер-офицер Вестернхаге, терпеливо следовал моим указаниям, но танк застрял. Освободить его удалось, только сдвинув весь поезд. Моя самооценка упала до нуля. От разгрузочного вокзала в Кингисеппе мы поехали до дороги Москва — Ленинград, в Любань. Там было три месяца очень странной для танкистов войны, в лесной и болотистой местности мы поддерживали 21-ю пехотную дивизию. Названия населенных пунктов, таких как Дубовик, Липовик, Берёзовка и Тигода, до сих пор сидят у меня в памяти. Война в эти зимние месяцы при температуре около минус 40 градусов «замерзла»! Обе стороны боролись за свое выживание. Русские при этом выглядели лучше немцев. Они были более привычны к холоду и лучше подготовлены к зиме, у них было меньше трудностей. Наш пулемет MG 34 не работал, потому что немецкое оружейное масло замерзало, наши танковые аккумуляторы теряли на морозе свою мощность, и танковые моторы не заводились. Мы должны были снимать тяжелые аккумуляторы, чтобы нагреть их над огнем. Русские заводили свои моторы сжатым воздухом, и они работали. Для обеих сторон главным была борьба с холодом. Следствием этого было то, что фронт до лета 1942 года оставался на месте. То, что перенесли наши солдаты, и то, что они придумывали, чтобы выжить, сегодня невозможно представить.

Весной 1942 года фронт отодвинулся от Волхова на запад и проходил по линии Погостье, Дубовик, Липовик, Чудово. Мы с нашим танком воевали только в качестве перемещающегося бункера. Нам это не нравилось, но мы понимали, что танк, как никакое другое оружие, может успешно применяться во всех видах боя.

В марте 1942 года у Дубовика я только чудом избежал смерти. Все еще было очень холодно, пехота все еще ходила в тех самых шинелях, в которых они ходили дома, в вязаных шлемах под стальными касками и перчатках, в которых они пережили зиму. Русские выглядели совсем по-другому: валенки, ватные куртки и брюки, меховые шапки. Мы поставили оба наших танка в позицию для атаки в зимнем лесу. Пехота села на танки, чтобы не идти по снегу, что было очень тяжело. Где находится враг, мы не знали. Целью таких атак обычно было местное улучшение линии фронта.

Танки поддерживали продвижение пехоты. Опушка леса могла быть занята врагом, пехота спешилась. Спустя час мы были в лесу без соприкосновения с врагом. Все было хорошо, и мы немного расслабились. Вдруг с кратчайшего расстояния, примерно с 200 метров, раздался выстрел, и снаряд попал в мой танк. Башню танка перекосило влево, сопровождавших нас пехотинцев сбросило в снег. Я заметил, как КВ-1 исчез между деревьями. Сначала наша атака остановилась. Потом, опять не видя врага, мы начали медленно продвигаться в заснеженный лес. За елями мы увидели нашего противника. Мы открыли по нему бешеный огонь, но он не реагировал. Мы осторожно к нему приблизились. Я вышел из танка и под защитой пехотинцев залез на КВ. Он застрял, и экипаж его бросил, танк был полностью готов к бою. Перед атакой нам сказали, что у русских нет бронебойных снарядов, но в этом КВ я насчитал более 20 штук. Нам очень повезло, что по нам он выстрелил осколочно-фугасным снарядом, который только оставил вмятину на башне нашего танка. Если бы это был бронебойный снаряд, то сегодня я бы этого не писал!



Изобретатель «Гобби» Тост из Хильдесхайма в своем Танке IV, на который он мастерски нанес маскировочную окраску зубной пастой. Но для нанесения зубной пасты на весь танк все-таки потребовалось очень много времени.


Танк IV Альфреда Руббеля на марше от Мги в район боевых действий возле Погостья.


Контратака с поддержкой пехоты. Здесь установлен тяжелый пулемет МГ-34. Эту фотографию сделал Альфред Руббель из боковой щели башни танка.


«Безлошадный» ефрейтор Руббель на марше в тыл.


Пехотный бронетранспортер с подвешенными «Do-Wurf-выстрелами», которыми стреляли прямо из установленных под углом транспортных контейнеров. Русские их очень боялись и называли «мычащая корова», а немцы — «штука пешком, пешая штука». Это была ракета с 38-сантиметровой бризантной или зажигательной боеголовкой, которой стреляли по площадям и которая могла убить только давлением от взрывной волны.


Один из немногих бронированных пехотных транспортеров хорошо виден на правом краю фотографии. На фотографии он в коротком исполнении, как машина полуотделения. Черная дыра на передней панели — это отверстие для пусковой ручки, она использовалась, если электрический стартер не работал из-за холода.


Крепость Нарвы.


Альфред Руббель стал обер-ефрейтором и в конце февраля 1943 года получил новый Танк IV, в котором он стал командиром. Три месяца он со своим экипажем воевал на участке 24-го пехотного полка полковника Заттлера. Пехотинцы осматривают танк. Один из них залез в люк радиста.


Альфред Руббель как командир в своем танке, радист Курт Книспель как раз снимает чехол с пушки. К концу войны Курт Книспель стал самым успешным наводчиком и командиром танка. Он подбил более 160 танков противника!


После потери своего Танка IV на мине экипаж танка остался цел и невредим, смог вернуться обратно к пехоте и теперь радуется тому, что они еще живы.


Ехавший впереди Танк IV в сопровождении пехоты достиг опушки леса. Сначала сопротивления врага не было.


Атака с ограниченными целями двумя Танками IV и пехотой в лесу возле Дубовик в марте 1942 года. Было все еще очень холодно, и пехота страдала от нехватки зимней униформы. Русские, напротив, были одеты в ватники и валенки.


Выезжаем из леса. Врага все еще не видно. Снег в некоторых местах уже растаял.



КВ-1 хотел переехать через реку Тигода у одноименной станции и получил прямое попадание бомбой со штуки.


В редком подлеске темно-серый Танк IV очень хорошо заметен для вражеской обороны.


2-сантиметровая зенитная пушка у Липовика на открытой позиции. При применении по наземным целям эта пехотная зенитная пушка давала хорошие результаты.


Застрявший КВ-1 был без его разрешения превращен в дорожный указатель между Дубовиком и Липовиком. Разбитый танк был хорошо заметен и в темноте, и в снежную бурю.


Штурмовое орудие StuG III с короткой 7,5-сантиметровой пушкой, такой же, как у Танка IV. Пехота для своей поддержки желала получить побольше этих эффективных машин. С середины 1942 года производились и штурмовые орудия с длинной 7,5-сантиметровой пушкой, они были эффективными охотниками за танками.


Этот русский КВ-1 заблудился и потом застрял. Его вытащили только весной 1942 года. Его толстое бронирование обычные немецкие противотанковые пушки не пробивали.

Оглавление книги

Реклама

Генерация: 0.037. Запросов К БД/Cache: 0 / 0