Глав: 14 | Статей: 66
Оглавление
Иллюстрированная летопись «Тигров» на Восточном фронте. Более 350 эксклюзивных фронтовых фотографий. Новое, дополненное и исправленное, издание бестселлера немецкого панцер-аса, на боевом счету которого 57 подбитых танков.

Альфред Руббель прошел войну «от звонка до звонка» — с 22 июня 1941 года до весны 45-го — в общей сложности 41 месяц на передовой. Ему довелось воевать и на Pz.IV ранних серий с короткой пушкой-«окурком», и на длинноствольном Pz.IVF2, и на «Тигре I», и на «Королевском Тигре». Он был ранен под Ленинградом, дрался под Волховом и на Кавказе, участвовал в битве за Харьков и операции «Цитадель», отступал к Днепру, прорывался из Черкасского «котла», но безнадежность войны осознал лишь в Венгрии, когда провалились последние попытки контрнаступлений Вермахта, а немецкая оборона окончательно рухнула под сокрушительными ударами Красной Армии…

Эта книга — уникальная возможность увидеть бойню Восточного фронта через прицел Pz.IV и из командирской башни грозного «Тигра».

Бой у Замолы (январь 1945 г.)

Бой у Замолы (январь 1945 г.)

По многим причинам бой у Замолы мне особенно запомнился, хотя он не был важен с точки зрения общей обстановки. Сводка вермахта от 25 января 1945 года так сообщала о военной обстановке: «В Венгрии наши наступающие части прорвали сильную противотанковую оборону врага между озером Веленсе и Дунаем и продвинулись до участка Вали».

Мы были подчинены 4-й кавалерийской бригаде генерал-майора Хольсте для тактического наступления и должны были вместе с частями 5-го кавалерийского полка начать атаку у Замолы на рассвете 25 января. Командовал боевой группой ротмистр граф Плеттенберг. 24 января, около 23.00, у Плеттенберга состоялась выдача приказов на атаку, присутствовали все командиры, включая командиров танков. От нашего батальона были три или четыре «Королевских Тигра» под командованием лейтенанта Бейера. Мы получили превосходные указания, я редко получал такие хорошие и подходящие к обстановке приказы. Плеттенберг умел коротко и доходчиво объяснить задачу, собрать мнения присутствующих и выработать решение.

Было очень холодно, примерно минус 10 градусов. Началась обычная процедура прогревания мотора, передач и аккумуляторов. При атаке занятых врагом позиций важно было внимательно смотреть, врагом танков были не только противотанковые пушки, но и мины, которые легко было спрятать в снегу. Из кукурузного поля по нам открыли огонь 7,62-сантиметровые противотанковые пушки, которые нам сделать ничего не могли. Мы бросились в атаку на эти пушки и приехали на установленное для их прикрытия минное поле. Обе гусеницы были взорваны. Русские были мастерами минного боя. Они устанавливали дешевые мины в деревянных ящиках или в пропитанной парафином бумаге, не считаясь с трудозатратами. Против мин «Тигры», которым танки и противотанковые орудия не могли ничего сделать, были относительно беззащитны. Мы пренебрегли разведкой, и я получил урок, который имел плохие последствия. Теперь подробности: ночью мы заняли исходные позиции и много часов ждали начала атаки в 07.00. Недооценка врага всегда была ошибкой. Но когда, кроме того, считаешь врага дураком, за это всегда жестко наказывают. Как только посветлело, мы выехали на наших стальных колоссах на поле и остановились на минах под огнем противотанковых пушек. Ночью русские стянули большое количество противотанковых пушек и установили мины. Мы должны были поставить себя на место врага и понять, что он примет эти или аналогичные меры. Была тихая, ясная зимняя ночь, враг слышал шум наших моторов, когда мы выдвигались на исходные позиции. Атаковать в этих условиях было большой ошибкой. Если наши планы нельзя было поменять, то атаковать надо было с другого направления. Тогда бы мы встретили только танки, а они не могли нас ничем удивить, ни как-то повредить. Тот, кто вел «Тигры» в атаку, должен был думать головой. Это была абсолютно классическая ситуация для нашего противника: «Тигр» со сбитыми гусеницами неподвижно стоит на минном поле под огнем противотанковых пушек. Его расчеты полностью оправдались. Мы хотели продать наши жизни как можно дороже и стреляли по иванам из нашей 8,8-сантиметровой пушки, пока по нам лупили четыре или пять русских 7,62-сантиметровых пушек, стоявших на расстоянии меньше чем 1000 метров на краю неубранного кукурузного поля. Водитель уже был ранен, но экипаж башни был еще в строю. Во время очередного выстрела из нашей танковой пушки раздался странный звук. Я посмотрел в прибор в командирской башенке и увидел необычную картину: наша пушка стала намного короче, чем обычно, и до кожуха раскрылась, как листья пальмы, абсолютно симметрично. Из большого количества попавших по нам снарядов один попал в пушку и вызвал разрыв ствола. Теперь огонь по врагу стал невозможным, а иваны стреляли по нам из всего, что у них было. Наше положение не было приятным. Выйти из танка было невозможно. Тут мы заметили, что по нам больше не попадают. Пошел снег, и видимость упала до 50 метров. Мы забрали раненых и помчались назад. И, как только мы добрались до наших товарищей, которые прятались в низине, снег кончился. Мы опять были живы!

Оглавление книги


Генерация: 0.159. Запросов К БД/Cache: 3 / 1